Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Шпионы Елизаветы (№2) - Леди Дерзость

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Робинсон Сьюзен / Леди Дерзость - Чтение (стр. 11)
Автор: Робинсон Сьюзен
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Шпионы Елизаветы

 

 


Блэйд с удивлением посмотрел на нее и улыбнулся:

— Меня всегда восхищала твоя сообразительность, Ориел Ричмонд.

Ориел зарделась от этой похвалы и повернула панель. Там лежал туго свернутый лист пергамента.

Блэйд взял его в руки и подошел к окну. Ориел закрыла панель, и тут же изразец на полу со щелчком вернулся на место.

Блэйд удивленно рассматривал печати, висящие на лентах.

— Церковные печати, — сказал он.

— А нам можно это читать?

— Нельзя не читать. Любое промедление может быть гибельно.

Блэйд сломал печати и развернул свиток. Внизу они увидели подписи сэра Томаса и Генри Перси, графа Нортумберлендского. Это была предсмертная исповедь Генри Перси. Он признавался, что в 1523 году он и госпожа Анна Болейн обручились. Граф просил прощения у Бога и вручал свою душу милосердию Христа. Документ был подписан тремя свидетелями — священником графа Перси, его управляющим и сэром Томасом. Все эти люди были уже мертвы.

— Господи Иисусе! — Блэйд отпустил палец, и пергамент свернулся.

Только тут Ориел почувствовала, как похолодели ее руки, хоть они и были в перчатках. Сняв перчатки, она увидела, что ее пальцы слегка подрагивают.

— Неудивительно, что дедушка Томас запрятал это так далеко, — сказала она.

— Но как он мог хранить это, зная, что это опасно? — спросил Блэйд. — Почему не уничтожил этот документ?

— Ты ведь знал дедушку. Он никогда не уничтожит то, что может понадобиться его друзьям, да и как ученый он понимал важность сохранения истины. Думаю, он спрятал это признание ради истории.

Блэйд повернулся к ней.

— В любом случае мы должны уничтожить этот документ.

Не успел он договорить, как дверь резко распахнулась.

— Не делай этого, если тебе дорога жизнь моей кузины!

В комнату вошел Лесли и следом — несколько вооруженных людей. Один из них сразу же направил свой лук на Ориел. Лесли подошел к ней и схватил за руку. Блэйд рванулся к Ориел, но лучник натянул тетиву, и Блэйд замер на месте. Лесли оттащил Ориел от него.

— Что ты делаешь? — воскликнула Ориел.

— Он предает свою королеву, — сказал Блэйд.

Ориел подняла глаза на Лесли.

— Ты?

— Да, я. Видишь ли, сестричка, я устал, что мои родные братья относятся ко мне, как к попрошайке. Устал быть лишним человеком, которому никто не доверит ни пенса, кто не может ни на что рассчитывать только потому, что имел несчастье родиться последним. А теперь наградой за мою услугу будет титул барона или, может быть, графа.

Лесли поднес свой кинжал к груди Ориел.

— Бумаги, Фитцстивен.

Ориел казалось, что все происходит во сне. Блэйд протянул пергамент, кто-то взял его и развернул перед Лесли, чтобы тот прочитал. Лесли читал медленно. Затем повернулся к Блэйду.

— Взять его!

— Лесли, прекрати! — крикнула Ориел.

Двое двинулись было к Блэйду, но он взялся за рукоять шпаги, и они остановились.

— Сдавайся, Фитцстивен. У тебя нет выбора, — и Лесли приставил кинжал к горлу Ориел.

— Лесли, ты не сделаешь этого! — Она старалась выскользнуть из его рук, но он грубо схватил ее за волосы.

— Мне очень жаль, сестричка, но у меня большие планы, а ты им мешаешь.

Стараясь сдержать выступившие от боли слезы, Ориел затихла, чувствуя, как к ее горлу поднесена холодная сталь.

— Не делай этого! — крикнул Блэйд.

Бросив шпагу, он поднял руки. Кто-то из слуг вытащил его кинжал, двое других связали ему руки за спиной. Только когда они затянули последний узел, Лесли освободил Ориел. Она крикнула ему:

— Продажный негодяй!

Лесли пощелкал языком.

— Сестричка, если бы ты была лишена всего, как я, ты бы сделала то же самое. А если бы дедушка оставил мне то, что оставил тебе, мне не пришлось бы убивать дедушку Томаса.

У нее перехватило горло. Ориел встретилась взглядом с Блэйдом, увидев в его глазах печаль, которую она уже видела раньше.

— Ты догадывался об этом?

— Да, дорогая. После того как ты сказала, что Нелл упала в колодец. Я думаю, она застала твоего дорогого братца в комнате сэра Томаса за поисками дневника.

Лесли пожал плечами.

— Она пригрозила рассказать вам, чем я занимаюсь, если не получит вознаграждения. Но хватит болтать!

— Ты убил дедушку Томаса!

Ориел кинулась к Лесли и стала отчаянно колотить его своими маленькими кулачками. Блэйд рванулся к ней, но был остановлен слугами Лесли. Ориел била и царапала Лесли до тех пор, пока один из его людей не оттащил ее. Лесли приложил руку к расцарапанной щеке. Ориел затихла, только когда ее скрутили так, что она не могла шевельнуться.

— Боже правый! Сестричка, ты прямо фурия. Неудивительно, что твой друг Фитцстивен такой же порочный, как похотливый боцман в борделе.

Ориел плюнула в него, но Лесли уклонился и рассмеялся.

— Мне действительно жаль, что пришлось сбросить старика Томаса с лестницы, но он не уступил моей просьбе рассказать правду об Анне Болейн. Он признался, что записал все, что знал, но так и не дал мне свой дневник, хоть я убеждал его как мог. Тогда я отправился на пирушку и вернулся, когда все спали беспробудным сном. Старый дурак опять не дал мне дневник и даже стал угрожать, что расскажет о моих розысках. — Лесли вздохнул и прибавил; — Что мне оставалось делать?

— Убить старого человека, конечно, — сказал Блэйд.

— Очень проницательное замечание, — ответил Лесли и, повернувшись к одному из слуг, приказал:

— Сэмюэль, возьми-ка их в горы, к Джеку Миднайту. Пусть он на этот раз уж выполнит свою работу.

— Мне следовало бы догадаться! — вздохнул Блэйд.

— Лесли!

Крепко схваченная одним из сообщников Лесли, Ориел не могла, даже при охватившей ее ярости, сделать что-либо большее, чем крикнуть.


Лесли повернулся. Что-то вроде жалости мелькнуло в его глазах, но тут же исчезло.

— Я бы не впутывался в эту историю, сестричка, если бы был на твоем месте. Но ты получила все состояние, на которое я рассчитывал, — и деда, и Томаса, и никогда даже не подозревала, что я думал, видя, как денежки плывут к такой дурехе, как ты.

— А я-то думала, ты меня любишь, — сказала Ориел. — Я никогда не хотела тебе зла и поделилась бы, если ты этого захотел.

Лесли подошел к ней и потрепал по щеке.

— Прости, сестричка, мне нужно все. Но если тебя это успокоит, первую дочку, которая появится у меня, я назову твоим именем.

Когда он замолчал, Блэйд окликнул его:

— Ричмонд!

Лесли повернулся.

— Королева заплатит за этот документ гораздо больше, чем кардинал Лоранский.

— Итак, — спокойно заметил Лесли, — тебе известно о Его Преосвященстве.

— Королева заплатит тебе золотом, а возможно, даст и графский титул.

Лесли рассмеялся.

— Неплохая попытка, Фитцстивен, но, думаю, наша королева охотнее запрет меня в Тауэр или отрубит голову, чем наградит. Но за себя вы не волнуйтесь-вас обоих Господь непременно отправит в рай.

Он махнул им рукой, натянуто улыбнулся и исчез.

— Лесли, вернись! — крикнула Ориел.

Никакого ответа — только с шумом хлопнула дверь.

Слуга, державший Ориел, сжал ее так, что она вскрикнула. Блэйд рванулся было к ней, но и его держали достаточно крепко.

— Спокойно, — прорычал Сэмюэль. — Не вырывайся.

Блэйд дернул ремни, стягивающие его запястья.

— Если вы сделаете с ней что-нибудь, я вырежу у вас сердце и брошу свиньям.

Один из тех, кто его держал, ударил Блэйда по ногам — тот согнулся пополам, повиснув в их руках.

— Давай покончим с ними прямо сейчас. Меньше хлопот.

— Парень, у тебя нет мозгов. Нужно доставить этих двоих к Миднайту, чтобы их не обнаружили в здешних владениях, а найдя там, решили, что они убиты грабителями.

— Подождите, — сказала Ориел. — Я заплачу вам. Больше, чем мой двоюродный брат. У меня есть целые шкатулки, доверху наполненные драгоценностями.

Она не могла понять, почему они засмеялись.

— Не утруждай себя, — сказал Блэйд. — Если они люди Джека Миднайта, то не возьмут взятку.

— Откуда ты все знаешь о Миднайте? — спросил Сэмюэль.

— Потому, дружок, что я в молодости служил ему.

Сэмюэль недоверчиво усмехнулся, а трое других дружно захохотали, выталкивая Блэйда и Ориел из дома.

— Служил Джеку Миднайту, — повторил Сэмюэль, как только Блэйда вывели. — Хороший сочиняла.

— Может, вы и слышали обо мне. Я Блэйд.

Смех мгновенно смолк. Ориел с удивлением переводила взгляд с одного лица на другое. На них читалась нерешительность, а Сэмюэль с минуту внимательно рассматривал Блэйда.

— Ты врешь, — сказал он наконец.

— Я сказал тебе это, чтобы вы не убили нас в горах раньше, чем мы доберемся до Миднайта: он будет недоволен.

— А ну-ка, держите его крепче, — приказал Сэмюэль, и Блэйда схватили за руки с двух сторон.

Сэмюэль внимательно обыскал Блэйда и вскоре нашел кинжал, затем обнаружил еще нож в тайнике на спине и по кинжалу в каждом ботфорте.

Ориел, как и остальные, с изумлением взирала на эти находки, Блэйд улыбнулся и пожал плечами.

— Вы обыскиваете меня перед тем как посадить на лошадь?

— Да, — сказал Сэмюэль.

Разбойник, державший Ориел, заговорил снова:

— Может, нам все же убить его? Сам видишь, кто он такой.

— Остынь, Джонни. Коль этот тот самый Блэйд, Джек Миднайт зажарит нас живыми, если мы не доставим его.

Джонни потащил Ориел к лошадям. Оглянувшись через плечо, она увидела, что Блэйда ведут следом. Когда-то он говорил, что ему довелось быть разбойником, но никогда об этом подробно не рассказывал. Джонни дернул девушку за руку, и она свалилась, ударившись о ногу лошади. Ее посадили на ее собственную лошадь, а Блэйда — на его. Молодому человеку завязали глаза, а руки стянули на этот раз спереди, чтобы он мог сидеть в седле. Сэмюэль держал поводья лошади Блэйда, а Джонни вел лошадь Ориел.

Ее глаза не были завязаны — вероятно, разбойники невысоко оценили ее способности к сопротивлению. То, что оба из едущих позади разбойников следовали за Блэйдом, укрепило ее в этой мысли. Сэмюэль возглавлял группу всадников, ведя на поводке лошадь Блэйда.

Когда кавалькада стала приближаться к горам, Ориел ухватилась за лошадиную гриву. Густой туман опустился на землю и теперь затянул даже вершины холмов. Ближе к горизонту холмы уже потемнели, а дальше едва вырисовывалась во мраке еще одна гряда. Сейчас Ориел думала только о том, как удержаться на лошади — настолько быстро они неслись. Всадники въехали на поросший репейником холм и спустились с другой стороны, обогнув озерко и трясину. Один раз Блэйд чуть не упал с коня, когда тот поскользнулся на камне, но мгновенно обхватил корпус коня ногами и удержался.

Ориел так и не успела снять дорожный плащ, и это было кстати, потому что солнце скрылось за облаками, и стало, довольно холодно. Ветер хлестал нещадно по лицу, но это ее только бодрило. Именно эти порывы ветра вывели ее из состояния смятения, в котором она пребывала, узнав о злодействе Лесли. Она должна что-то сделать! Блэйд не мог, и кроме того, он слишком полагался на старое знакомство с Джеком Миднайтом, которое могло их выручить. Но ее-то это может и не спасти. Почему она должна довериться разбойнику, особенно если он связан с Лесли?

Значит, она должна попытаться бежать; это даст и Блэйду шанс на спасение. Она ведь прекрасная наездница. И в конце концов, какая разница — умрет она чуть раньше или чуть позже — в руках у Джека Миднайта?

Удостоверившись в том, что Джонни занят поисками пути вверх по склону, Ориел заерзала в седле, стараясь твердо поставить ноги в стремена. Только бы не сломать шею!

Ориел глянула на Джонни. Его лошадь медленно шла впереди. Внезапно лошадь Ориел дернула головой, так как Джонни слишком сильно потянул ее за уздцы. Ориел не упустила этот шанс. Наклонившись вперед, она обхватила поводья обеими руками и дерзнула изо всех сил. От неожиданности Джонни отпустил руку и соскользнул с седла. Ноги вылетели из стремян, и, испустив крик, разбойник упал на землю. Ориел стеганула изо всех сил лошадь — та рванула вперед. Пока Сэмюэль и другие поняли, что случилось, она уже неслась вниз по склону. Сзади Ориел раздались крики, но у нее не хватило духу обернуться.

Пришпоривая лошадь, Ориел стремилась побыстрее достичь равнины. Вот, наконец, перед ней простерлось большое поле, и лошадь пустилась по нему, звонко цокая копытами. Лишь тогда, на ровной земле, Ориел рискнула обернуться.

Она увидела, как Блэйд ударил ногой в живот Сэмюэля, а Джонни и второй бандит торопятся с холма за ней. Ориел била ногами по бокам лошади и изо всех сил хлестала ее поводьями. Вдруг впереди показался глубокий овраг. Лошадь неслась к нему стрелой. С силой оттолкнувшись задними ногами, лошадь благополучно перелетела через ров.

Теперь Ориел предстояло обогнуть подножье холма, за которым показалось еще несколько холмиков. Она продолжала слышать за собой топот копыт. Выбора не было, и Ориел направила лошадь прямо вверх по склону. Если бы только взобраться на острую, как лезвие, вершину! Потом, спустившись с другой стороны, она бы оторвалась далеко от преследователей. Ориел снова стегнула лошадь. Но та внезапно оступилась, а после этого шарахнулась в сторону; Ориел потеряла драгоценные секунды, стараясь ее успокоить, и когда лошадь вынесла, наконец, ее на вершину, Джонни был уже совсем рядом.

Ориел услышала его брань и, обернувшись, увидела, как он протягивает руку, чтобы схватить ее. Она ударила по его голове вожжами. Он вскрикнул и схватился рукой за глаза. Лошади Ориел удалось вскарабкаться на вершину холма, а в это время второй бандит обогнал Джонни. Но теперь Ориел уже неслась вниз по склону к похожему на гигантское зеркало озеру.

Вдруг чья-то сильная рука схватила ее кисть. Ориел резко развернулась и вцепилась в эту руку зубами. Раздался вскрик, рука исчезла, но тут же появилась снова, схватив уже поводья. Лошадь дернулась, заржала, задрав голову, и Ориел почувствовала, как теряет опору и летит вниз.

Она упала на землю и больно ударилась головой о кочку. От сильного удара дыхание, казалось, покинуло ее тело, и она никак не могла вздохнуть. Джонни гарцевал рядом, отгоняя ее лошадь.

— Ах ты, сучка благородная!

Все, казалось, плыло; звуки становились почти неразличимы; она чувствовала только, как сильные руки схватили ее за шею. Джонни тряс ее, как щенка, и ее голова безвольно моталась из стороны в сторону. Когда Джонни отпустил ее, Ориел закрыла глаза, чтобы не видеть, как перед ее взором весь мир кружится в диком вихре.

Несколькими мгновениями позже она услышала лязганье стальных клинков. Кто-то вскрикнул. Ориел хотела привстать на локтях, но смогла только приподнять голову и увидела перед собой ноги одного из ее преследователей.

Она медленно перевела взгляд с кожаных ботфортов на длинные мускулистые ноги в черных чулках. Блеснула сабля, описав круг в воздухе, затем раздался звон клинков, сменившийся странным звуком, похожим на хрюканье. Ноги дрогнули, и тело преследователя рухнуло на траву. Кто-то медленно вытащил из поверженного окровавленную саблю.

Ориел попыталась подняться еще раз. Вышло уже лучше, но внезапно она почувствовала, как ее обхватили бережно чьи-то сильные руки.

— Дорогая, — раздался голос Блэйда.

— О, как хорошо!

Его губы коснулись ее, и она открыла глаза.

— Я боялась, что это Джонни.

— Ты цела? Как твои руки и ноги?

— Ты убил их?

— Ответь же, черт побери! Подумай хоть раз о себе!

Ориел согнула и выпрямила ногу, а потом подняла руку.

— Кажется, все в порядке. — Но вдруг застонала коснулась рукой лба. — Моя голова!

— Тебе еще повезло, что ты не сломала шею.

Он поднял ее и крепко обнял. От боли Ориел инстинктивно отдернулась. Блэйд осторожно поставил ее на землю, и она зарылась в его одежду, согреваясь его теплом. Обняв ее еще крепче, Блэйд склонился к ней. Казалось, он хотел ее проглотить, целуя так жарко, что она чуть не задохнулась. Когда он наконец оторвался от ее губ, она стала жадно глотать воздух.

Наконец Ориел смогла снова посмотреть в его глаза, и тут ее сердце кольнуло тяжелое предчувствие. Он никогда еще не смотрел на нее с такой яростью, смотрел так, будто она была ему совсем чужим человеком.

— Клянусь небом, сударыня, мне следовало бы не целовать вас, а отхлестать плеткой. Ты взяла на себя слишком много. Надо было довериться мне и подождать, что буду делать я. Разве я не говорил, что хорошо знаю Джека Миднайта?

И это было наградой за то, что она спасла их обоих!

Ориел вспыхнула от гнева.

— Ты, если хочешь, можешь доверять убийце и грабителю, но не я. — Она оттолкнула его. — У меня нет желания успокаивать твою уязвленную гордость; ты, похоже, забыл, что с каждой минутой Лесли уходит все дальше.

Она с трудом сдержала улыбку, когда, выругавшись, Блэйд рванулся к лошади. Но теперь она не позволит ему преследовать Лесли одному, не взяв ее с собой. Конечно, он будет спорить с ней, но Лесли слишком опасен, и Блэйд не должен оказаться с ним один на один. Он только что убил четверых, но это не значит, что ее помощь не пригодится ему в дальнейшем.

17

У ада нет пределов, нет границ,

Он только там, где мы живем,

И там, где ад, мы будем вечно.

Кристофер Марло

Блэйд ходил взад и вперед перед камином в комнате дядюшки Томаса в старом охотничьем домике. Ориел сидела в кресле, дрожа от холода и потирая плечи.

— Ты еще не пришла в себя? — спросил Блэйд.

— Нет.

Блэйд стал перевязывать ремень, поддерживающий ножны.

— Я только что убил четверых. Больше я не хочу подвергать тебя опасности. Мне придется скакать ночью. В спорах с тобой я потерял светлое время суток, и, если я ошибаюсь и Лесли поехал не в Лондон — я упущу его, тогда ты будешь виновата!

— Он отправился в Лондон. Лесли частенько там бывает, и ты же сам говорил, что он собирается встретиться с французским послом.

Блэйд начал выходить из себя.

— Ты не поедешь! Ты отправишься в Ричмонд-Холл и будешь там в полной безопасности.

— Я не буду в безопасности, и если ты оставишь меня, помни — я знаю здесь все стежки и короткие объезды. Я обгоню тебя.

Она взглянула на него, горделиво подняв подбородок. Даже гневаясь, он не мог не восхищаться ее мужеством. Блэйд снял руку с ее плеча и подошел к окну, в котором можно было видеть теряющийся в дымке лес. Она ничего не знала о мире, помимо своих книг и Ричмонд-Холла, но была готова рисковать жизнью, чтобы помочь ему. Но этого-то как раз и нельзя ей позволить. Блэйд никогда не испытывал такого страха, как увидев, что за ее лошадью устремились преследователи. Именно этим страхом была вызвана быстрота, с какой он, словно рысь, бросился на Сэмюэля и пронзил того насквозь его же собственным клинком.

Когда Блэйд представил, что Ориел могла умереть, он похолодел. Чего бы это ему ни стоило, он не даст ей впутаться в эту опасную игру. Видно, наступило время сказать ей правду.

Он расскажет ей все — пусть она даже возненавидит его, но зато будет в безопасности. Блэйд уперся лбом в холодное оконное стекло и произнес:

— Милая, мне нужно признаться тебе кое в чем.

— Поспеши, мы должны поскорее добраться до Холла, только там найдутся свежие лошади для нашего путешествия.

Он горько рассмеялся:

— Ты не поедешь, милая, и, чтобы ты не возражала, я собираюсь открыть тебе всю правду.

Блэйд повернулся к ней, но тут же отвел глаза, потому что встретиться с таким ясным взглядом было выше его сил.

— Помнишь пословицу, что хлеб обмана сладок для человека, но потом на его зубах остается песок?

— Ты хочешь сказать, что обманывал меня?

Блэйд чуть заметно кивнул и призвал на помощь все свое мужество, чтобы договорить до конца. Он вынул перчатки из-за пояса, похлопал ими по ладони и с усилием выдавил улыбку.

— Прости меня, милая, но во второй раз я прибыл в Ричмонд-Холл с секретной миссией. Ты была права, подозревая меня, когда я подмешивал снотворное твоему двоюродному брату. Я служу королеве и приехал выведать секреты у сэра Томаса, касающиеся законных прав Ее Величества на престол Англии.

— Ты находишься на службе у королевы, — она произнесла эти слова, как ученик, повторяющий за учителем.

— Эту задачу поручили именно мне, потому что я мог оправдать свое присутствие здесь влюбленностью в тебя и сватовством.

Ориел привстала, но тут же без сил опустилась в кресло, нервно ломая пальцы.

— Значит, ты никогда… Ты — лазутчик. Ты — шпион. Ты притворялся влюбленным, чтобы… чтобы я помогла тебе найти журнал дедушки Томаса и разоблачить Лесли.

Она замолчала, не в силах продолжать. Да и того, что она сказала, было, пожалуй, достаточно.

Блэйд опустил глаза, чтобы не видеть, как она сидит на краю кресла, сгорбленная, с поникшими плечами.

— Я не верю тебе.

Она поднялась и подошла к нему. Затем посмотрела ему прямо в глаза.

— Я помню, как ты касался меня и как говорил со мной. Не может быть, чтобы это была ложь!

— Человек многое может наговорить женщине, если старается ее увлечь. Тебя обманула твоя неопытность.

Он взял ее руку, не давая ей продолжать:

— Не надо, дорогая. Ты меня не знаешь.

Ее губы задрожали, и она сжала руки.

— Тогда произнеси эти слова. Скажи, что не любишь меня! И все, что ты говорил мне, все это — ложь! Возможно, тогда я поверю тебе.

— Боже Всевышний! — воскликнул Блэйд, взъерошив свои волосы. — Хорошо. Даже если бы я любил тебя, то никогда бы не женился. Видишь ли, милая, все, что я пережил, осталось со мной, и это может уничтожить женщину, которую я полюблю. Мой отец — чудовище, а я — его сын. Его кровь течет во мне. Она — во всем моем теле, она требует разрушать, калечить, убивать! Единственное мое спасение — избегать своего отца и никогда, никогда не жениться. На моей совести много недостойных и глупых вещей, но этого я делать не стану!

— Даже если ты любишь меня?

Он горько засмеялся.

— Ты знаешь, сколько молоденьких глупых девушек висло на мне? Избавь меня от необходимости вгонять тебя в краску подобными разговорами.

Наконец Ориел оторвала свои глаза от него. Отвернувшись, она тихо произнесла:

— Было очень любезно с твоей стороны открыться мне. Я освобождаю тебя от клятвы. Без сомнения, ты мастерски избавился от такой обузы. Я не хочу тебя видеть никогда в своей жизни, сир де Расин.

Он почувствовал, как кровь отхлынула от его лица. Подойдя к двери, Блэйд произнес, не глядя на нее:

— Мы сейчас же вернемся в Холл.

— Уходи. Я знаю, где мое место, и оно — не рядом с тобой.

— Ну, хорошо. Для твоей безопасности я пришлю сопровождающих.

Никогда еще Ориел не было так тяжело, как сейчас, когда она возвращалась из охотничьего домика.

Блэйд же, стараясь не думать об Ориел, поскакал в Ричмонд-Холл. Приехав в замок, он позвал Рене.

— Пошли конюхов в охотничий домик, чтобы проводить госпожу Ориел домой, — приказал он, опуская приседельный вьюк. — Лесли Ричмонд — изменник, и он бежал.

— Тогда я могу отправиться с вами, поскольку он покинул Ричмонд-Холл? — спросил Рене.

— После того, что произошло между нами, я сомневаюсь, что она желала бы видеть тебя в своем доме. Но мы оставим здесь двух человек в любом случае. Когда распорядишься насчет конюхов, скажи, чтобы мне привели свежую лошадь.

Джордж появился в комнате, когда Блэйд уже набил приседельный вьюк одеждой.

— Где ты был, Фитцстивен, и где моя двоюродная сестра?

— Ориел скоро будет дома. Она совершает верховую прогулку.

— А что ты собираешься делать?

Блэйд перебросил вьюк через плечо и взял плащ.

— Я отправляюсь в Лондон. У меня нет времени Ричмонд. Ориел тебе все объяснит.

Блэйд вышел из дома. Рене и его люди уже ждали. Его чалая лошадь была под седлом. Одним прыжком Блэйд вскочил на нее и двинулся в путь. Репе скакал за ним следом.

Блэйд направлялся в Лондон, стараясь отыскать на едва прикрытой снегом земле следы Лесли. Через полчаса бешеной скачки он заметил впереди всадника, свернувшего к ним на развилке дороги. Оба замедлили бег лошадей и настороженно съехались. Рене и все остальные остановились позади. Внимательно посмотрев на всадника, Блэйд разглядел золотистые волосы и тяжелый, отделанный норковой опушкой плащ. Только по глазам цвета растущей здесь повсеместно горечавки, слегка тронутой утренней изморозью, он узнал встречного:

— Дерри!

Человек с золотыми волосами наклонился вперед:

— Блэйд?

— У меня нет времени спрашивать — почему ты здесь до сих пор. Ты видел Лесли Ричмонда?

— Кого?

— Это та бешеная змея, что пыталась ударить тебя по лицу. Он сбросил с лестницы Томаса Ричмонда и пытался убить Ориел и меня.

— Ах, так это — Лесли Ричмонд… Да, я видел, как он скакал на юг, не далее как часа два назад.

Блэйд нагнулся к Дерри и пожал ему руку.

— Хорошо, что я тебя повстречал. Если хочешь оказать мне большую услугу, то скачи в Ричмонд-Холл. Защити Ориел ради меня. От меня она защиты не примет, она знает обо мне все, да и о своем двоюродном братце тоже. Я не хочу, чтобы она вмешивалась в это дело. Побереги ее.

Еще раз сжав руку Дерри, он стегнул лошадь.

— Подожди! — крикнул Дерри.

— Нет времени! — ответил Блэйд, обернувшись. — Позаботься об Ориел Ричмонд!

Дерри крикнул вслед:

— Почту за честь!

Блэйд несся по земле Англии, как будто черти из преисподней кусали его лошадь за ноги. Один из сопровождающих его людей упал, но они не остановились ему помочь. В тумане, в темноте потерялся второй. К тому времени, когда они достигли предместий Лондона, Блэйд уже и сам едва держался в седле. Он сразу же направил лошадь по дороге к таверне под названием «Лысый пеликан» на северном берегу реки.

Отослав Рене и остальных отвести лошадей на постой, Блэйд вошел в таверну, хорошо знакомую всем ворам и проституткам Лондона. Темный, с низким потолком, заполненный сбродом «Лысый пеликан» принадлежал Марвелос Мэг, которая когда-то служила у Кристиана де Риверса. Блэйд двинулся мимо столов, за которыми испытывали судьбу картежники или топили последние надежды в вине горькие пропойцы, к дальней лесенке, которая вела его в тот номер, где он останавливался всегда, к двери, облитой элем.

Марвелос Мэг вышла сама навстречу ему на площадку, ее соломенные волосы были взъерошены, а грудь, наполовину открытая большим декольте, колыхалась. Блэйд отбросил капюшон с головы. Лицо Мэг осветилось улыбкой, хотя и удивленной. Она положила руки на плечи Блэйда и нежно обняла его. Твердые складки у ее губ и глаз исчезли.

— Вернулся домой, к Мэг?

Блэйд отстранился и церемонно поцеловал ей руку.

— О-о-о-о, — изумилась она, — мы сегодня галантны. Давай, любимый, я тебя за это награжу.

Блэйд отрицательно покачал головой, но Мэг уже ухватила его руку и повела вверх по лестнице. Повернув за угол, она втолкнула Блэйда в свою комнату, и он оказался на кровати прежде, чем успел произнести хотя бы звук. Она уже прижалась к нему губами, но он быстро отстранил ее.

— Послушай, Мэг, я только что прискакал сюда с Севера, ни разу не отдохнув и не поспав.

Мэг взяла его руку и погладила ее.

— Как же ты оборвался! И бледный какой! Да, тебе нужен отдых, дорогой.

— Но сначала — работенка для тебя.

— Нет, ты для нее сейчас не годен.

— Мэг! — Он не хотел повышать голос, но усталость лишила его сдержанности. — Мне нужен человек. Один человек, не сто и не два, и не двадцать. Золотисто-каштановые волосы, высокий, любитель авантюр и щеголь. Очень красивое лицо, и при этом — человек, любящий убивать. Его имя Лесли Ричмонд.

— Никогда не слышала этого имени, дорогой, но если тебе это нужно, я найду его.

— Спасибо, Мэг. Если каждая женщина из тех, кто работает в твоем заведении, и каждый воришка начнут искать его, ты получишь кошелек с золотом.

— А если я найду его быстро — еще одна награда, более желанная и приятная?

— Я сделаю все, что ты захочешь, только найди его мне, Мэг. Не могу сказать, как это для меня важно!

— Не волнуйся так! Важная, поди, персона, если ты чуть не сломал шею, разыскивая его.

— Найди его, Мэг!

Блэйд почувствовал, как ее руки положили его на кровать. Он уже не мог справиться с усталостью. Глаза закрывались сами. Мэг сняла его сапоги.

— А пока отдохни, дорогой. Мэг сама найдет того, за кем ты охотишься. Здесь тебе будет покойно.

Блэйд пробудился от глубокого сна только на следующий день, почувствовав, как Мэг осторожно расталкивает его. Какая-то девушка, с таким же глубоким вырезом на груди, как и у ее хозяйки, стояла рядом, держа поднос с его завтраком.

Блэйд улыбнулся, заметив, что и Мэг тоже здесь.

— Ты нашла его?

— Потише, мой дорогой. Еще нет, но скоро найду.

Блэйд посмотрел на себя и вдруг понял, что совсем раздет. Он поспешно набросил на себя одеяло.

— Я должен его искать.

Мэг толкнула его на кровать.

— Вздор. Если не будешь есть, то не сможешь даже спуститься с лестницы, Рене говорил, что у вас крошки во рту не было во время всего пути. Это не дело. Я хочу, чтобы ты набил свой живот и, когда придет время, отблагодарил меня, как я того заслуживаю, за этого беднягу Ричмонда.

— Но я правда не голоден.

Мэг села рядом и взяла поднос у служанки. Та сразу же вышла. Мэг отломила кусочек хлеба и затолкала его ему в рот.

— Жуй! — приказала она.

Он подчинился. Затем у его губ появилась кружка эля, потом — баранина и сыр. Наконец он решительно отвел голову в сторону. Мэг поставила кружку на поднос и внимательно посмотрела на него:

— А теперь говори — кто она такая?

— О чем ты?

— Послушай, мой дорогой, ты не умеешь так замечательно ругаться, как Кристиан де Риверс, но, когда он по уши влюбился в свою госпожу Нору, он отпихивался от еды так же, как и ты сейчас. До сих пор я никогда не замечала, чтобы ты был равнодушен к ублажению желудка.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16