Современная электронная библиотека ModernLib.Ru

Королев

ModernLib.Ru / Отечественная проза / Романов Александр Юрьевич / Королев - Чтение (стр. 19)
Автор: Романов Александр Юрьевич
Жанр: Отечественная проза

 

 


      Внешне "Восход" походил на "Восток", но жить и работать на борту планировалось трем космонавтам. При этом объем спускаемого аппарата оставался таким же. Чтобы поместить в корабле все необходимое оборудование и экипаж, пришлось отказаться от катапульт-ных устройств и одновременно от скафандров. Теперь космонавтам предстояло возвратиться на Землю в кабине спускаемого аппарата. Важнейшей технической новинкой явилась и система мягкой посадки.
      "Новый метод посадки корабля на поверхность Земли - это надолго, сказал как-то проектантам Сергей Павлович. - Но когда-нибудь мы вернемся к замыслу Фридриха Артуровича Цандера. Он мечтал о летательном аппарате, способном возвратиться из путешествия по безбрежным просторам космоса после входа в земную атмосферу как обычный самолет..."
      Нельзя не удивиться размаху мысли, научному дерзанию, устремленности Главного: еще не опробован "Восход", а он уже мечтал о более совершенном корабле. В этом весь Королев.
      Наземные испытания "Восхода" подходили к концу. Наступило время подумать об экипаже. Королев оставался верным слову: он потребовал, чтобы в состав его обязательно вошел инженер, непосредственный участник создания корабля. Симпатии Главного конструктора были на стороне кандидата технических наук К. П. Феоктистова.
      Воспитанник МВТУ имени Баумана, Константин Петрович еще юношей участвовал в минувшей войне, лучйе других сверстников знал цену жизни. Влюбленность в идеи космонавтики, талант и рассудительность склонили чашу весов в пользу этого инженера.
      ...Настал день, когда Главный конструктор вызвал к себе инженера Феоктистова.
      - Не передумали? - спросил он Константина Петровича, едва тот вошел в кабинет. - Врачи, к моему удивлению, сказали, что вы не так уж и здоровы. Главный маршал авиации Вершинин пошутил: "Потеснить
      наших хотите?!" Я ему ответил: "Нет, Константин Андреевич, хотим еще более упрочить союз инженеров и летчиков. В их союзе на Земле и в космосе вижу залог завтрашних успехов космонавтики". Вершинин согласился.
      - Спасибо, Сергей Павлович, - поблагодарил Феоктистов и пошел было к двери, но Главный жестом вернул его и, указав на стул, тяжело вздохнул:
      - Сам бы с удовольствием полетел. Да вот мешают возраст и "двигатель", - показал рукой на сердце. - А вы, инженеры, искусственное только обещаете. - Но тут же перешел на деловой, королевский, строго уверенный тон: - Хочу, Константин Петрович, чтобы вы поняли одну истину: летит не просто Феоктистов, которому я благоволю. - И не сдержавшись, рассмеялся: - Ну а что касается "стружек", которые я с вас снимал, не будьте на меня в обиде, это в интересах дела. С меня тоже крепко спрашивают там, наверху. Так вот, вернулся Королев к начатой теме разговора, - в полет собирается первый инженер, причем инженер-разработчик, так сказать, идеолог техники. Об этом не забывайте. Об остальном - ближе к полету. В Звездном городке ждут вас.
      Сергей Павлович встал из-за стола и, протянув инженеру руку, пожелал "ни пуха, ни пера".
      Некоторые специалисты пытались убедить академика в целесообразности прежнего подхода к подбору экипажа, то есть только из числа летчиков. С. П. Королев спросил их:
      - Вы не станете возражать, если в один прекрасный день в корабль сяду я?
      - Нет, конечно. Но ваш возраст...
      - Вот именно, - сухо ответил ученый. - Возраст и здоровье. Так вот настало время, когда должен - понимаете, должен! - лететь конструктор-разработчик и именно из моего конструкторского бюро. - И уже совсем категорически закончил: - Константин Петрович Феоктистов вместо меня. Считаю, что на этом можно закончить дискуссию о составе экипажа "Восхода".
      Мнение Главного поддержала и Государственная комиссия. Сергей Павлович был очень доволен. Воплощался в жизнь один из его главных принципов, сформулированных еще в годы увлечения планеризмом: "Самому строить, самому испытывать, самому летать".
      Итак, кандидатуру инженера утвердили. Встал вопрос - кто же будет командиром "Восхода"? Сергей Павлович предложил тридцатисемилетнего инженера-полковника Владимира Комарова, с которым он познакомился еще в 1960 году. Уже тогда в шутку Главный сказал: "Ну а вам, инженер-капитан, придется быть командиром многоместного корабля". Предложение Сергея Павловича приняли.
      Кто же будет третьим членом экипажа, гадали все. Астроном? Физик? Нет, это пока рано. Предложение Сергея Павловича о полете в космос врача поддержали В. И. Яздовский, В. В. Парин и О. Г. Газенко. Медик испытает на себе невесомость, перегрузки, понаблюдает за двумя "пациентами", за своим организмом, проведет нужные исследования. Вскоре Королев познакомился с двадцатисемилетним врачом Борисом Егоровым. Его он знал меньше других. Запросил документы, характеристики. И выяснил, что молодой врач прошел практическую пгсолу в научно-исследовательских институтах, занимающихся медико-биологическими проблемами космонавтики, научился прыгать с парашютом, входил в группу встречи космонавтов, возвращающихся из полета. Да и рекомендации получил солидные - от известных ученых психолога Ф. Д. Горбова и физиолога Н. Н. Гуров-ского, которых Сергей Павлович знал по совместной работе. "Подходит", - подумал Королев.
      Накануне предполетных тренировок в Центре подготовки космонавтов Главный пригласил к себе основной и дублирующий экипажи в конструкторское бюро. Их сопровождал недавно назначенный руководитель Центра подготовки космонавтов Герой Советского Союза Н. Ф. Кузнецов.
      - Бортинженер Константин Петрович хорошо знает корабль. Но его так же отлично обязаны знать вы, Владимир Михайлович, и вы, Борис Борисович, напомнил Королев Комарову и Егорову. - Принцип комплектования состоит в том, что каждый член экипажа в случае необходимости обязан заменить друг друга. Вы не просто командир экипажа или бортинженер, а вы не только врач по профессии, все вы прежде всего - космонавты. Это положение я полностью отношу и к вашему экипажу, Борис Валентинович, - обратился Главный к командиру дублирующего экипажа Волынову. - Всякое может случиться. Готовы должны быть все.
      27 А. романов 417
      Летом 1964 года Королевы посетили Чехословакию. Нина Ивановна надеялась, что Сергей Павлович хоть немного отдохнет, развеется. Самому же Королеву хотелось прежде всего ознакомиться с наукой, техникой, производственной жизнью страны.
      27 июня Королевы прилетели в Прагу, там их встретили представители ЦК КПЧ и посол Советского Союза Михаил Васильевич Зимянин. С аэродрома поехали на виллу "Конев", названную так в честь Маршала Советского Союза И. С. Конева, который останавливался в этом доме после того, как войска, руководимые им, вышвырнули фашистов из Праги. Эта вилла стала Глава пятая Нет преград человеческой мысли
      "Союзу" - быть. Вы оправдываете наши надежды. В неудержимом стремительном движении. Всегда в наших сердцах
      1965 год подходил к концу. "Удачный год" - так определил для себя Главный конструктор. Человек в открытом космосе побывал. Но сейчас все силы - "Союзу".
      Этот новый корабль задумывался и создавался Сергеем Павловичем исподволь, без особой огласки. Он давно решил построить многоцелевой летательный аппарат, рассчитанный на многолетнюю эксплуатацию. Разработка "Союза" повлекла за собой серьезную перестройку всего производства. Особое внимание пришлось уделить развитию приборостроения.
      Главный конструктор расширил деловые контакты почти с тремястами предприятиями, научно-исследовательскими, конструкторскими организациями, которые помогали ОКБ совершенствовать системы автономного управления, радиоуправления кораблем, наземное оборудование п многое другое.
      Как идет разработка "Союза"? Все ли заказано смежникам? Какие проблемы еще не решены? С этими вопросами Главный все чаще обращался к своим заместителям и начальникам отделов.
      Наконец родился первый образец-макет принципиально нового корабля, и С. П. Королев пригласил к себе, как всегда, тех, кому предстояло лететь на нем.
      В ОКБ приехали космонавты Ю. Гагарин, В. Комаров, Г. Береговой, Б. Волынов, Е. Хрунов, Г. Шонин, А. Фи-липченко, А. Горбатко, А. Шаталов, А. Николаев и инженеры, которые готовились к работе вне Земли.
      - Вот это машина, - не скрывая удовольствия, воскликнул Юрий Гагарин, войдя в цех. - Посмотри, Володя, - обратился он к Комарову, - побольше двух "Вос-токов".
      - Это "побольше", - рассмеялся Владимир Комаров, - стоило одному из разработчиков небольшой неприятности, правда, довольно смешной. Мне об этом рассказывали на совещании, где обсуждалась компоновка "Союза". Докладчик отстаивал минимальный объем жилого отсека корабля, фактически футляр. При этом он
      29* 451
      ссылался на отсутствие весового резерва ракет. Сергей Павлович, заботясь об удобствах космонавта, не согласился с проектантом. Но убедить его словами не смог. Тогда Главный встал из-за стола, отвел докладчика в угол кабинета, очертил вокруг него "пятачок" размером в днище отсека-варианта, предложенного им, и попросил его остаться там до конца совещания.
      - Ну и что?! - почти разом прыснули от смеха космонавты.
      - В конце совещания Королев спросил у докладчика:
      "Удобно ли? Судя по всему, ваше мнение изменилось?" Через некоторое время проектанты нашли способ уложиться в весовой дефицит.
      - Решение правильное, - заметил Георгий Береговой, известный летчик-испытатель, решивший стать космонавтом. - Ни от кого не тайна, что полет на "Восходе" втроем оказался сложнее, чем думалось. Похоже, в новом корабле несколько раздельных отсеков?
      - Разного назначения. - подтвердил Алексей Елисеев, инженер королевского ОКБ, недавно включенный в состав отряда космонавтов.
      Обратив внимание на раскинутые в стороны плоскости, напоминающие крылья стрекозы, склонный к шутке Виктор Горбатко не сдержался:
      - Крылышки-то можно бы поставить и потолще к этому фюзеляжу, того гляди обломятся.
      В этот момент из люка корабля появился К. П. Феоктистов. Поздоровавшись, сообщил:
      - Сергей Павлович немного задержится. Просил вас предупредить. Так что у вас есть время пофантазировать насчет "крылышек". А может, что-нибудь придумаете и поважнее, - без улыбки сказал инженер и ушел в другой конец цеха.
      Космонавты с жадностью набросились на новую машину. Стали прикидывать примерный ее вес, длину, общий объем: сосчитали количество иллюминаторов и не даметили, как подошел Главный конструктор.
      - Ну как? - спросил он своих гостей. Все разом повернулись к Королеву.
      - Трудно сразу опенить, - ответил за всех Владимир Шаталов.
      - И все-таки первое впечатление? - настаивал Королев.
      - Форма и размеры необычные, - сказал Георгий Шонин.
      - Иллюминаторов много, - обронил Борис Волынов.
      - Вы нам все расскажите сами, Сергей Павлович, - попросил дотошный Евгений Хрунов.
      - Успеем, Женя, - попытался погасить просьбу товарища Юрий Гагарин, жалея время Главного.
      - А почему "успеем", Юрий Алексеевич? - не согласился Королев и взглянул на часы. - В моем распоряжении целых двадцать пять минут. Что же я буду за хозяин, если, пригласив гостей, не угощу вас чем-нибудь новеньким? Машина, - показал на макет, - весит почти семь тонн, состоит из трех механически соединенных отсеков. Первые два - спускаемый аппарат и обитаемый орбитальный - предназначены для труда и отдыха космонавтов, а третий приборно-агрегатный - для размещения аппаратуры и оборудования основных систем космического корабля, обеспечивающих полет по заданной орбите и проведению нужных маневров. - Сергей Павлович, взглянув на космонавтов и довольный их реакцией, уточнил: - Прежде всего новый корабль многоцелевой и многоместный. В нем смогут летать экипажи из двух и трех человек. Но новость не в этом. На "Восходах" уже работали экипажи. Новшество в другом. Корабль имеет солнечные батареи, они намного увеличат его энергетические возможности. Это, в свою очередь, позволит разместить на борту различную энергоемкую аппаратуру для самых разнообразных исследований в области геофизики, астрономии, медицины и биологии. Ресурс всех систем корабля рассчитан примерно на 17 суток. Думаю, что вас как исследователей порадует это обстоятельство. Полеты с каждым днем будут все интереснее по своему содержанию для науки и для практических нужд народа.
      Пожалуй, впервые Сергей Павлович заговорил с космонавтами о практической пользе космонавтики. Они знали, что их полеты в космос стоят недешево, что пройдет немало времени, прежде чем их исследования на борту кораблей принесут стране, народу, науке реальную выгоду.
      - Пока наша с вами работа не дает явной отдачи. Но в большой науке всегда так было и так будет. Вспомним первые самолеты. Вначале они были просто зрелищем. Сам в детстве смотрел полет замечательного русского летчика Уточкина. И за "посмотреть" платили деньги. А ныне какова авиация? Без нее никуда. Да что вам говорить, сами лучше меня знаете. А мы вот с вами, пошутил Королев, - даже зрелища устраивать не можем.
      Но я верю: пройдет не так уж иного лет, и мы начнем возвращать государству, народу сторицей все, что у него взяли на космонавтику. Тогда народ нам скажет "спасибо" '.
      - А что за агрегат вот здесь, на торце отсека? - спросил у Главного Владимир Комаров.
      - Стыковочный агрегат. Важнейшее преимущество новой машины. С его помощью космический корабль может состыковаться с другим или целой космической системой. Таким образом, назначение этой машины - быть также транспортным средством. С его помощью мы освоим маршрут "Земля - Космос Земля", сможем доставлять Не борт орбитальной станции научное оборудование в соответствии с программой полета, менять экипажи, обеспечивать их питанием, возвращать на Землю ненужное и так далее. При необходимости экипаж такого корабля сможет прийти на помощь другому. Но вот настанет день, когда с орбиты будут возить и готовую продукцию, нужную землянам. - Переждав, пока космонавты осознают только что сказанное и обменяются впечатлениями, Сергей Павлович продолжал: - Спускаемый аппарат нового корабля обладает очень нужным аэродинамическим качеством. Спуск планируется управляемым, и перегрузки на космонавта при возвращении с орбиты уменьшатся в сравнении с "Востоком" и "Восходом" примерно в два раза.
      - А когда, Сергей Павлович, "Союз" войдет в строй? - задал вопрос Андриян Николаев.
      - Через годик-два, не раньше. Корабль посложнее, и осваивать его труднее, чем прежние. Моя просьба к вам:
      не затягивайте с учебой. Приходите к нам и на месте изучайте отдельные узлы и системы корабля.
      Королев замолчал, снова окинул добрым внимательным взглядом собравшихся. Ему нравились эти ладные парни, ступившие на тернистый путь космонавтики и сейчас, словно губка, впитывающие в себя каждое его слово. Главный видел в каждом из молодых летчиков будущего открывателя новых космических путей, мужественного испытателя новой техники, талантливого исследователя Вселенной, труженика, отдающего свои знания и энергию на пользу людям.
      ' По подсчетам советских экономистов, теперь каждый рубль, вложенный в космонавтику в соответствии с государственными планами экономического и социального развития, возвращает обществу свыше пятнадцати рублей.
      Вернувшись яз цеха в кабинет, Сергей Павлович почувствовал боль в сердце. Оно в последнее время беспокоило его все чаще. "Надо лечиться, решил Сергей Павлович. - А что же мои "сердечники"?" При ОКБ Королева уже действовало специальное конструкторское бюро по разработке медицинской аппаратуры. Его руководителем по совету Королева стал Евгении Васильевич Волчков. Он сумел привлечь к работе опытных конструкторов, талантливую молодежь - более шестидесяти человек. В числе их был и Владимир Аксенов, будущий
      космонавт СССР.
      Вскоре конструкторы создали новый вариант ИС. Эксперты-медики дали ему высокую оценку. Восемь месяцев непрерывно, без перебоев, успешно трудилось сердце, созданное разумом и руками человека, сердце, вживленное двум собакам. Это был первый в медицинской практике случай долговременной имплантации инородного тяжелого предмета в организм. Животные прекрасно себя чувствовали и погибли по причинам, не связанным с необычным опытом. В процессе использования ИС медикам стало ясно, что сердце человека, каким бы больным оно ни было, нельзя пока полностью заменить искусственным. Необходимо создать установку, хотя бы помогающую живому сердцу выполнять его работу.
      А. А. Вишневский обратился с новой просьбой к С. П. Королеву. В небольшом письме он с благодарностью отметил, что "общественное КБ Вашего предприятия создало ряд уникальных аппаратов", которые "с успехом были применены при лечении больных". Затем Александр Александрович попросил "возможно ускорить изготовление шести насосов (искусственное сердце), трех комплектов инструментов механического крепления "заплат" в сердце и четырех комплектов переходников...". На письме слева на углу наискосок Главный конструктор ракет и космических кораблей написал:
      "Т. Волчкову Е. В.
      Пр. Вас числа 27-28/Х дать мне необходимые данные
      по этому заказу.
      Очень бы его хотелось выполнить... 1965. Королев". Это была последняя "встреча" С. П. Королева с "сердечниками". В декабре 1965 года С. П. Королев работал на космодроме Байконур, руководил очередным запуском автоматической станции "Луна-8". Старт прошел успешно, и Главный улетел в Центр управления полетом, чтобы попытаться мягко посадить аппарат на лунную поверх
      ность. Но снова неудача. Все запущенные "Лунники" пролетали мимо Селены либо разбивались о ее твердь. Королев нервничал: не рассчитывал, что потребуется так много пусков, чтобы наконец добиться желаемого. Он мечтал о дне, когда космонавты привезут ему "лунный камень", да и только ли мечтал?!
      "Дождусь ли я этого? Опять сердчишко барахлит. Но я еще не старик. Шансы пожить, вероятно, есть. Хоть немного. Да вот еще слабость стала наваливаться, старею", - думал Сергей Павлович, возвращаясь в Москву.
      Сразу же по приезде пошел к врачу. Его принял видный хирург, академик Петровский.
      - Совсем разболелся. Сразу все старые болячки дали о себе знать. Но каюсь, как говорит моя жена, за здоровьем не слежу. Много работаю, не гуляю, не хожу пешком. Отсюда и все беды, я думаю. Беспокоит участившееся кровотечение... Вот пришел посоветоваться.
      - И правильно сделали. Раздевайтесь... После беглого осмотра врач сказал:
      - Не волнуйтесь, ничего опасного. Но маленькую операцию придется пережить - небольшое новообразование.
      - Вот это новость! Что же у меня?
      - Я же сказал, ничего серьезного, но надо обследоваться, тогда и уточним диагноз.
      - У меня много дел, самый ответственный период. Откладывать нельзя!
      - Вам и не придется откладывать. Это лишь звучит громко - операция. В действительности пустяк.
      - Ну если так...
      - Для подтверждения диагноза придется лечь в больницу на два-три дня. Больше не задержим вас, Сергей Павлович!
      14 и 17 декабря Королев провел в больнице. Исследования не показали ничего серьезного, кроме подозрительного полипа. Было решено сделать операцию.
      Главный вернулся к своим обычным делам. Собрал совещание специалистов, занимающихся разработкой стыковочного узла нового корабля "Союз". Выслушав подробный отчет В. С. Сыромятникова, Сергей Павлович поторопил руководителя работ.
      - Не за горами полетные испытания "Союза", - Королев стал прикидывать вслух. - Где-то в начале 1967 года неплохо бы провести пилотируемый полет. К этому времени нужна и ваша установка. А там года через четыре и орбитальная станция подоспеет.
      Сергей Павлович собрался уже ехать домой, но его остановил долгий телефонный звонок - междугородный. Снял трубку. Звонили из Киева.
      - Рад слышать ваш голос, Борис Евгеньевич! - узнал Королев Патона. - Да понемногу, не торопясь, поспешая. Ну, конечно же, приезжайте. Лучше до Нового года.
      Киевляне привезли с собой аппарат "Вулкан", предназначенный для технологических исследований в космосе. На столе у Королева разложили серебристые образцы сварных и паяных соединений металла.
      "Подарки" Б. Е. Патона сразу оказались в центре внимания сотрудников Главного конструктора, специально приглашенных космонавтов Гагарина, Титова, Комарова. После пояснений о принципах работы "Вулкана" 1 и просмотра киноленты первым решил "поработать" на аппарате полковник-инженер Комаров.
      - Оригинальное техническое решение, - похвалил он киевлян. - Удобен пульт управления экспериментом, хорошо наблюдать за ходом технологического процесса. С удовольствием испытал бы "Вулкан" в космосе.
      - Не возражаю, Владимир Михайлович, - ответил космонавту Королев. - Как только обкатаем корабль "Союз" на космических дорожках, начнем и технологические исследования. А вам, Константин Петрович, - обратился Главный к Феоктистову, - следует поразмыслить, может, кого-то из наших инженеров начать готовить в первые космические электросварщики.
      Сергей Павлович еще раз вернулся к "Вулкану", внимательно осмотрел образцы его продукции - металлические пластины, подошел к академику Патону.
      - Спасибо вам, Борис Евгеньевич, всем, кто создавал этот прибор. Надеюсь, ваша знаменитая фирма станет отныне главным разработчиком аппаратов для великого дела - внеземной индустрии. Еще раз спасибо от всего сердца.
      Последующие две недели были забиты делами до отказа. Помимо прямых, каждодневных забот, Сергей Павлович сумел прочитать рукопись книги о Ф. А. Цандере и дать автору несколько рекомендаций. Приняв уча
      ' В 1968 году на борту "Сотоза-б", пилотируемого летчиком Г. С, Шониным, инженер ОКБ В. Н. Кубасов на установке "Вулкан" провел сварку, плавку различных металлов. Этим советские ученые заложили начало внеземной индустрии, идеи которой ныне успешно развиваются.
      стие в совещании об экспозиции павильона "Космос" на ВДНХ, он решительно высказался за ее расширение и пообещал свою помощь. Постепенно, каждый день работал над ежегодным отчетом о своей научной деятельности для Академии наук. Таково было правило, обязательное для всех академиков.
      26 декабря Сергей Павлович вместе с женой приехал в Звездный городок. Его сюда давно приглашали. Нину Ивановну взяли в "плен" жены космонавтов, а Королев пошел осматривать служебный "отсек" в сопровождении начальника Центра подготовки космонавтов генерала Н. Ф. Кузнецова и его заместителя, полковника Ю. А. Гагарина. Дольше всего Сергей Павлович задержался в тренажерном корпусе.
      Главный подошел к кораблю-тренажеру "Союз" и стал наблюдать за показаниями приборов.
      - Кто в корабле?
      - Владимир Комаров', - ответил инструктор, - отрабатываем ориентацию корабля для спуска.
      Королев знал, что Комаров готовился к полету на корабле "Союз". Таково пожелание самого Сергея Павловича. Он исключительно высоко ценил инженерные знания космонавта, видел в нем первоклассного испытателя.
      Получив разрешение инструктора "вмешаться" в тренировку, Королев подошел к микрофону:
      - Я - "Заря", как слышите меня?
      Не ожидая услышать знакомый глуховатый голос Главного конструктора, Комаров секунду молчал, потом четко ответил:
      - "Зарю" слышу отлично. Прием.
      - Доброе утро, Владимир Михайлович! Как самочувствие, тренировка?
      - Доброе утро, Сергей Павлович, - и дальше будто рапорт: - Самочувствие отличное, все идет строго по плану.
      - Желаю вам успеха!
      - Спасибо.
      - С Комаровым работать одно. удовольствие, - сказал инструктор. Инженер есть инженер.
      ' Первый полет "Союза", пилотируемого Владимиром Комаровым, состоялся в апреле 1967 года. Из-за производственного дефекта и отказа парашютной системы полет закончился трагически: космонавт погиб.
      - А как учатся другие ваши ветераны? - поинтересовался Королев.
      - Успешно, Сергей Павлович, - ответил Гагарин. - Но трудновато... земных перегрузок много.
      Вскоре в тренажерном корпусе, несмотря на воскресный день, с молчаливого согласия начальства собрался почти весь отряд космонавтов. Сергей Павлович сел за стол, взглянул на собравшихся и сразу обратил внимание, что подавляющее большинство летчиков - новички - хотя и молодежь, но старше тех, кого отбирали в гагаринский набор космонавтов.
      Узнав, что все они, как правило, имеют высшее, да еще инженерное образование - окончили учебные академии, - остался очень доволен, но предупредил;
      - Прочные знания, упорный повседневный труд, который до дна обнажит человеческую душу, и высокая дисциплина - вот что следует положить в основу подготовки к полетам. Кто рассчитывает на легкий триумф - с теми нам не по пути. Кто мыслит иначе, таким советую не тратить попусту время, не занимать место других, более достойных.
      Космонавты много слышали о суровости, строгости Главного конструктора, но не думали, что первая встреча с ним начнется с назидания, и внутренне огорчились. Это не мог не почувствовать и Королев.
      - Ну что, "орелики"! Загрустили! - И по-доброму улыбнулся. - Это я строг для порядка... А если по-человечески, я очень рад, что встретился с вами. Уверен, что из вас в Центре выкуют прекрасных специалистов и вы оправдаете наши надежды. Космонавтика ждет вас. - Увидев, что космонавты немного повеселели, добавил: - Мы работаем строго по плану. Создаем новую технику, на смену ей готовим новейшую. В этом суть технического прогресса. Смотрите: корабль "Восток" еще не ушел в прошлое, а на смену ему пришел "Восход". Сейчас полным ходом идет работа над новым, более совершенным летательным аппаратом "Союз". Вскоре появится и первая орбитальная станция думаю, в ближайшее пятилетие '. Ее примерный объем около ста кубических метров. В ней смогут одновременно работать до шести космонавтов. Это уже орбитальная научная лаборатория,
      ' Станция "Салют", оснащенная стыковочным узлом, стартовала в космос в апреле 1971 года.
      оснащенная современным исследовательским оборудованием. Ее вес составит около девятнадцати тонн.
      О многом мог бы поведать Королев своим юным соратникам, но подумал: "Не рано ли, да и пусть дойдут своим умом". Но на прощание посоветовал:
      - Не забывайте советоваться с Циолковским, Кондратюком и Цандером. Мало читать их только теоретические труды, надо знать их мировоззрение, размышления, их философско-социологические идеи... Я их перечитываю с карандашом в руках. Гений Циолковского многогранен и не до конца познан. Кто из вас знает, что говорил Горький о Константине Эдуардовиче? - Королев окинул взглядом притихших космонавтов. - Значит, никто! Жаль! Я вам напомню: "Замечательный ум его по-настоящему оценят много позднее... Современникам трудновато представить, что он сделал для человечества". Ну что ж, пожалуй, будем заканчивать нашу встречу. И пусть, друзья, солнечный ветер потуже надувает паруса ваших космических кораблей. Перспективы освоения космоса безграничны, как сама Вселенная. Не забывайте наш девиз: "Не останавливаясь, вперед!" А это значит ускорение всего: мысли и дел. Чтобы вывести корабль на орбиту, нужно придать ему необходимое ускорение. И нам в повседневной жизни не следует забывать об ускорении- Без него в науке и технике начинается застой. Страшнее этой болезни ничего нет.
      Своим потомкам мы обязаны оставить хорошее наследство. Наше общество подобно многоступенчатой ракете, которая непрерывно движется в будущее, наращивая темп, отбрасывая по пути все лишнее. Каждый космический год - это новый шаг отечественной науки по пути познания сокровенных тайн природы. Великий Циолковский говорил: "Невозможное сегодня становится возможным завтра". Вся история развития космонавтики подтверждает правоту этих слов. То, что казалось несбыточным на протяжении веков, что еще вчера было лишь дерзновенной мечтой, сегодня становится реальной задачей, а завтра свершением. Нет преград человеческой мысли!
      Сергей Павлович вернулся в Москву в хорошем настроении. Встреча с космонавтами всегда для него желанна. На следующий день, как всегда, пришел в ОКБ. Возле кабинета его дожидался помощник с папкой в руках.
      - Много срочного, Виктор Васильевич? - на ходу спросил Королев.
      - Пакет из казанского архива. Ответы на ваш запрос. Они вошли в кабинет. Сергей Павлович стал просматривать бумаги. Помощник продолжал докладывать:
      - Звонил академик Глушко, просил напомнить о завтрашней встрече. Спрашивал академик Пилюгин, сказал, что позвонит к вам домой. Профессор Бармин просил его не искать, он уехал на космодром. Вот, пожалуй, и все. Совсем недавно звонила Наталья Сергеевна.
      - Спасибо, - и, передав помощнику папку с документами, объяснил: - Те, что подписаны красным карандашом, отослать утром. Несколько документов в министерство отвезите сами, остальные - как обычно.
      - Хорошо, - и уже на выходе из комнаты помощник сообщил, что два раза спрашивал врач. И что он будет ждать звонка утром.
      Настроение разом испортилось. Недуг все чаще мешал работать. Решил посоветоваться с дочерью, все-таки свой врач. Встречался с Наташей редко. Он занят, и у нее дел хватает. Наталья Сергеевна окончила медицинский институт, вышла замуж, родила сына, черноголового и темноглазого, как дед. У каждого из них своя жизнь. Иногда Сергей Павлович с тоской думал, что мало общается со своей Наталкой. "Но я ли только виноват? Моя любовь к дочери безгранична".
      Взял телефонную трубку.
      - Не балуешь отца звонками, - начал он разговор с дочерью. - И внука давно не видел. Приходила? Меня не было?.. Двери ведь всегда настежь... Так что в воскресенье, как правило, дома, отсыпаюсь за всю неделю. Да-да... Согласен. Ты ведь у меня врач, что посоветуешь? Собираюсь лечь в больницу. И так, кажется, все запустил. Не хотелось бы так начинать Новый год, да что поделаешь. Надо, говорят врачи, немного подремонтиро-ваться. Хорошо бы лет на десяток... Столько дел. Значит, советуешь... Ну, еще встретимся. А пока с наступающим Новым тебя годом, Наталка. Мои самые добрые пожелания тебе, всем окружающим тебя. Ну, спасибо, спасибо!
      Взглянул на часы. Маленькая стрелка остановилась на двадцати. Пора домой. Настроение по-прежнему неважное. Больница есть больница. Взял пакет, присланный из Казани. В нем несколько копий документов, относящихся к казанскому периоду его работы. Эти материалы напомнили Королеву о давней задумке - напи
      сать труд по ракетостроению, обобщить накопленный опыт, заглянуть в будущее. "Кому как не мне, заняться этим важным делом. А время есть? Его-то как раз всегда и не хватает", - размышлял Сергей Павлович и прошел в соседнюю комнату, достал две папки. Первое, что бросилось в глаза, надпись: "1953 г.". Двенадцать лет прошло, с досадой подумал Королев и, словно оправдываясь перед самим собой, произнес вслух:

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21