Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Разум чудовища

ModernLib.Net / Научная фантастика / Романов Виталий / Разум чудовища - Чтение (Ознакомительный отрывок) (стр. 4)
Автор: Романов Виталий
Жанр: Научная фантастика

 

 


      – Почему ж ты не пришел ко мне, Самуэль? – грустно спросил Энди Хортон. – Почему не пришел? Могли обсудить это, попробовать найти выход…
      Все становилось на свои места. Самуэль Лючидо не пошел к старшему партнеру, не рассказал о проблеме. Воспользовался картой Лукаша Майера, чтобы тайком проникнуть в здание. Попытался добраться до архивов по «Безупречному».
      Энди закрыл папку, отодвинул ее от себя. Устало вздохнул, сцепил пальцы в замок. Как трудно, когда предает кто-то из своих, самых близких. И ты, понимая все, должен принимать решение. Но ведь ничего уже не зависит от симпатий и антипатий. От человеческих эмоций. Есть только расчет. Почти машинный – холодный, трезвый расчет. Разве в таком случае может быть несколько вариантов?
      Энди прикрыл глаза. Сколько раз такое или похожее было в его жизни? Минуту-другую Хортон сидел неподвижно, припоминая… Надо было звонить Лайонсу Торелли, отдавать распоряжения, но президент «Сигмы» не торопился.
      Солнце вставало из-за горизонта, день потихоньку вступал в свои права. Хортон не сожалел о том, что произойдет, хотя и не испытывал радости. Он знал: авиакатастрофы не избежать.
      Самуэль Лючидо забылся в тревожном сне только перед рассветом.
      …Он шел по коридору административного здания «Сигмы», с испугом оглядываясь по сторонам. Лючидо решил все рассказать Энди Хортону и теперь двигался в направлении апартаментов президента корпорации, но с каждым новым шагом все яснее понимал, что делает ошибку.
      Стены меняли очертания, колыхались. На них вырастали пузыри. Мутные нарывы лопались, оттуда появлялись бесформенные отростки, которые тянулись к Самуэлю. Липкие влажные щупальца. Противные. Тошнотворные.
      Лючидо, задыхаясь от страха, побежал вперед.
      – Энди!!!
      Еще не поздно, правда? Энди! Мы были друзьями столько лет. Клянусь, я расскажу все. Энди!
      Он наступил на что-то мягкое, потерял равновесие. Нога скользнула, и Самуэль Лючидо грохнулся на пол. Больно. Из стен, из пола тут же полезли черные маслянистые щупальца, не дали человеку опомниться. Вцепились в ноги, руки. Обвились вокруг горла.
      – Энди! – прохрипел Самуэль Лючидо.
      Прости, Энди! Я все расскажу. Только дай шанс…
      Щупальца сжимали тело все сильнее. Будто удав кольцами. Пленник рванулся, выплюнул изо рта противную слизь.
      – Эндиии! – что есть мочи завопил он. – Эндиии! Помоги!
      Самуэль Лючидо подскочил на кровати. Испуганно огляделся. Он был дома, у себя дома. Член совета директоров «Сигмы» схватился за голову, принялся растирать щеки и уши руками. Бросился в ванную комнату, подставил затылок под струю холодной воды. И вдруг вспомнил – Вивьена. Когда очнулся, сбросил путы ночного кошмара, жены рядом, на постели, не было.
      – Вивьена! – закричал Самуэль.
      Побежал из комнаты в комнату, распахивая двери и убеждаясь – супруги нет ни в одной из них. Вода текла на пол ручьями, но Лючидо не замечал этого. Ужас. Внутри поселился ужас.
      Неужто они выполнили угрозу?! Ночью, пока он спал, забрали жену? И теперь будут звонить, чтобы должник послушал, как кричит от боли малышка Ви?
      – Вивьена! – Самуэль ворвался в спальню, и лишь тогда заметил то, что ускользнуло от внимания в первые минуты после пробуждения.
      Шкаф. Открытый шкаф. Лючидо подошел, толкнул створку. Любимые платья Вивьены исчезли. Казалось, по голове ударили чем-то тяжелым. Пол вдруг ушел из-под ног. Самуэль, шатаясь, побрел в комнату супруги. Не было ни большой шкатулки с драгоценностями, ни стопки коробочек с камнями. Ни колье, ни ожерелий.
      – Вивьена… – прошептал он.
      Спрятал лицо в ладони.
      Как же так? Как же так? Ведь не я придумал это! Почему? Почему? Ты совершила ошибку. Страшную. Зачеркнула нашу жизнь Направила реку в другое русло. Но я готов был сражаться за тебя до конца. Я любил… Пожертвовал собой, карьерой, положением, дабы защитить тебя от…
      Как же так, Вивьена? И это любовь? Я не понимаю… Вместе до последнего вздоха?! Что это? Страх? Предательство?
      – Просто наша жизнь, – прошептал Лючидо, без сил опускаясь на стул. – Наша чертова жизнь…
      Трель коммуникатора заставила вздрогнуть. Кто мог побеспокоить его в такой ранний час? А что, если он, Самуэль, ошибся? И супруга не сбежала… Что, если она все-таки попала в руки к тем?
      Так кто же вызывает его?! Лючидо вскочил с места. Бросился в спальню, поднял с тумбочки коммуникатор.
      Хортон. Энди Хортон. Срочный вызов в офис.
      Уж если пошла черная полоса – так она действительно будет черной.
      Утро началось с сильной головной боли, от которой не спасла таблетка нового, сверхэффективного препарата. Чашка кофе также не излечила Джона. Он, в раздражении на весь окружающий мир и собственное вчерашнее поведение, дотащился до рабочего кабинета. Первую четверть часа Хеллард провел в раздумьях – как привести в норму разрегулировавшийся организм? В конце концов плеснул виски на дно бокала, два пальца. Сделав глоток, Джон уселся к компьютеру.
      По всей видимости, аналогичные проблемы были и у Викорски. С той лишь разницей, что руководитель экспертно-криминалистической группы оказался на рабочем месте на полчаса раньше Джона Хелларда, успел надиктовать голосовое сообщение и переправить его по электронной почте. Видимо, бороться с клавиатурой Дэн пока не мог, буквы разбегались.
      Все еще страдая от головной боли, которая усиливалась при резких движениях, аналитик запустил воспроизведение письма.
      – Джон! – голос Викорски был очень серьезен и тревожен. – Джон! Черт возьми, ночью мне пришла в голову разгадка! Глянь приложение к письму. Я зашифровал его, ключ тебе известен. Пока не говори об этом ни с кем, Джон!
      На какое-то время Хеллард забыл о головной боли. Выходит, он недооценил Викорски. Тот не только смог что-то написать, но еще и зашифровал! Джонни задумчиво почесал затылок, и организм тут же ответил приступом тошноты.
      «Хватило бы здоровья раскодировать шифр…»
      Хеллард перевел на диск послание Викорски. Активировал дешифратор. Медленно ввел свой код, снимая первый слой криптограммы. Потом открыл текст в нужной программе декодировки. Письмо было очень коротким:
      «Я понял это ночью, Джонни! Последний должен был остаться в живых, да? Но последним был командир корабля – Джей Роник. От него есть лишь кровавое пятно в рубке. Что это значит? Это значит, Хеллард, что мы с тобой два идиота! Роник не был последним. Кто-то играет против "Сигмы". Свой? Чужой? Возможно, свой. Надо срочно выяснить… Их было шестеро, Джон!»
      «Шестеро!» Пульсирующая волна нейтрализовала остатки алкоголя в крови. Шестеро!!! Это объясняло все… Кому и зачем нужно было убивать экипаж? Ответ нашелся очень быстро. Человеку, который не хотел, чтобы корпорация «Измерение "Сигма" получила заказ от правительства на серию кораблей! Тому, кто мечтал отправить Хортона в пучину финансового кризиса. Как все просто…
      Хеллард быстро удалил письмо и схватил коммуникатор. Код, алфавитный список абонентов, режим разговора. Фамилия «Викорски». Вызов… Скорее! Черт, как долго!
      – Здесь! – голос Дэна подрагивал от напряжения. – На связи!
      – Ты где? – шепотом спросил Хеллард.
      Он был собран и подтянут, как бойцовая собака перед броском на врага.
      – У крейсера, Джон. Я выставил двухсторонний периметр, чтобы поймать в контур сопровождения любого, кто попробует пройти на корабль… или покинуть его.
      – Ты полагаешь… – эксперт-аналитик не закончил фразу.
      – За прошедшие сутки, с тех пор, как «Безупречный» совершил посадку, с него никто не сошел на Землю. Это – железно. Переходной шлюз все время был под визуальным контролем.
      «Значит, он еще там», – пронеслось в голове у Хелларда.
      – Я к тебе. Буду через пять минут! – бросил он в переговорное устройство уже на бегу, стремительно вылетая из кабинета.
      Дежурный электромобиль домчал его до площадки, где находился «Безупречный», даже менее, чем за пять минут. И все же, Джон успел позвонить Энди Хортону. Впрочем, он дал отбой быстрее, чем президент «Сигмы» ответил на звонок. Слышался ли Хортону голос? Так ли это важно? Так ли важно – телепатия помогала улавливать мысли скрывавшегося на борту преступника или подсказка неких «высших сил»?
      Хеллард резко затормозил около входа в защищенный периметр, машина замерла, аналитик выскочил наружу. Тренированный взгляд Хелларда тут же отметил присутствие на «заднем плане» – тихое и незаметное – нескольких людей с оружием в руках. Они были рассредоточены по стартовому полю, но ни на секунду не выпускали из вида проход в режимную зону. Чуть в стороне, на пригорке, дежурил боец с длинноствольной винтовкой. Хеллард усмехнулся – к ней был прикручен оптический прицел, Викорски не собирался шутить…
      Даниэль ждал эксперта-аналитика у входа. Он молча протянул руку Джону, крепко пожал. Внимательно оглядел лицо Хелларда, словно искал следы вчерашнего… Впрочем, сейчас обоим было не до воспоминаний, не до старых болячек. Дэн произнес:
      – Вижу, моя идея не оставила тебя равнодушным.
      – Со всех сторон? – вместо ответа уточнил Хеллард.
      Викорски его мгновенно понял.
      – Даже над кораблем. Датчики движения создают купол, закрытый со всех сторон. Полная замкнутая сфера.
      – Значит, он там, – удовлетворенно произнес Джонни, чувствуя, как нервное напряжение покидает его.
      Мышцы обмякли, Хеллард немного ссутулился.
      – Я тоже так думаю. Он там! Если только не свалил со звездолета, когда «Безупречный» приближался к Земле.
      – А что автоматика? – поинтересовался Хеллард.
      – Говорит, никто не покидал борт судна, – пожал плечами Викорски.
      – Хм… Знаешь, Дэн, ей нельзя верить. Если все это время он находился на борту, значит, смог отключить системы контроля, в каких-то точках. Иначе его давно обнаружил бы электронный мозг.
      – Думаешь, хакер? – усмехнулся Даниэль.
      – Не без этого. В общем, нельзя верить тому, что говорит автоматика. Он мог свалить!
      – Но, Джон, все транспортные катера на месте. Я лично проверил. И скафандры.
      – Это меняет дело. Пролезть на борт он бы, вероятно, смог. А вот протащить с собой еще и десантный катер – это вряд ли. Значит, преступник там.
      – Щас мы его оттуда выкурим, Джон! Я сам вскрою ему брюхо. Вспорю, как дохлую рыбину.
      – Стоп! Сначала Энди выяснит, на кого работал этот гад. Материалы необходимо передать правительству. Иначе «Сигме» не видать контракта на серию кораблей… Этот… нужен живым. Пока живым.
      – Заметано, – Викорски поднес к губам маленький переговорник. – Тони! Выпускай своих ребят!
      Раздался низкий, басовитый рокот. На посадочную площадку выползли две десантные машины с вооруженными людьми на борту. Бойцы быстро и сноровисто «попадали» на землю, стали один за другим исчезать в темном проходе шлюза. У каждого человека на голове была «ракушка» спецсвязи, очки ночного видения. Короткие автоматы и электрошокеры у пояса, в чехлах.
      – Наш «спецназ», – гордо произнес Викорски. – Почти настоящий. Ты ведь уже видел их в работе?
      – Видел. Издали, – задумчиво отозвался Хеллард, наблюдая, как последние десантники исчезают в тени прохода. – У меня, знаешь ли, кабинетные дела…
      – Тренируют их не хуже морской пехоты, – объяснил Дэн. – У нас спецподразделение одно, небольшое, для всяких непредвиденных ситуаций… как сейчас.
      – Слушай, – перебил его Джонни. – А если кого-то из них…
      Он не договорил, махнул рукой в воздухе, надеясь, что Викорски поймет.
      – И в форму оденется?
      – Не дрейфь, парень, все предусмотрено, – усмехнулся Даниэль. – Это не в первый раз. У каждого бойца датчик контроля, настроенный на индивидуальные параметры. По кораблю разрешено передвигаться только двойками. Не волнуйся, через пару часов ребята притащат его сюда… Почки отобьют, но не до смерти. Команда «брать живым» уже передана.
      Но через пару часов спецназ никого из крейсера не вытащил. Десантники обшарили все судно, но не смогли отловить преступника. Взялись настойчиво и методично обследовать звездолет во второй раз.
      Поначалу Викорски и Хеллард сидели рядом на травке, жарились под немилосердным июльским солнцем. Однако, когда спецназ приступил ко второму осмотру корабля, Джонни Хеллард оставил руководителя экспертно-криминалистической группы греться в одиночестве. Электромобиль развернул нос в сторону комплекса административных зданий. Джон вяло махнул рукой на прощание, сознавая, что они допустили ошибку. Только с похмелья эксперт-аналитик мог пойти на поводу у Викорски. Только с больной головой не сообразил проверить нужные цифры еще с утра.
      Если уж пошла черная полоса – так она точно будет черной.
      Самуэль Лючидо не стал попусту тратить время. Президент корпорации неспроста вызвал в офис в девятом часу утра. Видимо, Энди Хортону стало известно о попытке несанкционированного доступа в сеть.
      Самуэль наскоро привел себя в порядок, хотя мешки под глазами скрыть было невозможно. Надел брюки и сорочку, галстук и пиджак проигнорировал. Какой смысл? Идет последний день. Или Хортон, или конкуренты «Сигмы». Лючидо не стал завтракать – пища не лезла в горло…
      Мелодично пропела сигнализация флайера – машина опознала хозяина. Самуэль запрыгнул в кабину, резко дернул желтую спортивную «каплю» с места.
      Чертова Вивьена! Из-за нее потерял все. Что же делать? Рассказать Хортону? В конце концов пока ничего страшного не произошло. Он еще не продал «Сигму». Может, и не надо было? Может, к лучшему? Рассказать обо всем Энди. Взять необходимую сумму в долг. У корпорации.
      А Вивьена? Вивьена… Что стоят человеческие чувства, если от них так просто отказаться?
      Есть ли они вообще, сильные положительные эмоции, чувства? Или в природе существуют только отрицательные? Боль. Ужас. Страх. Предательство. Ненависть…
      Резкий порыв ветра бросил маленькую машину в сторону, опрокинул ее набок.
      – Черт! – ругнулся человек в кабине, потными дрожащими пальцами нащупывая крепления ремней.
      Щелчок. Самуэль почувствовал себя немного увереннее. Обида, горечь, злость не утихали.
      – Так как же нам поступить, мистер Хортон?! – в сотый раз спросил Лючидо, пытаясь успокоиться.
      Голова кружилась после неожиданного маневра спортивного флайера. Хорошо, что автомат так быстро убрал крен.
      Рассказать или нет? Может, правильнее всего поступила Вивьена? Забирай то, что можешь забрать. Уноси ноги, исчезни. К чему рассказывать обо всем Хортону? Самуэль Лючидо может просто «раствориться в толпе». Где-то далеко отсюда появится человек с другим именем, внешне очень похожий на члена совета директоров «Сигмы». Но это лишь случайное совпадение. Ибо у человека будут другие документы. Иная жизнь…
      От этих мыслей Самуэля отвлек тревожный зуммер. Он бросил испуганный взгляд на приборную панель и почувствовал, как желудок рвется наружу. Отказ автопилота! Машина вновь завалилась набок.
      Лючидо вцепился холодеющими пальцами в штурвал, надеясь выправить полет маленького «жука». Машина начала медленно возвращаться к исходному, горизонтальному положению. Ее трясло. Вибрации передавались через корпус и кресло, но он, сжав зубы, тянул штурвал. Дрожь все усиливалась. От этой тряски картина перед глазами стала расплываться, дикая боль расколола черепную коробку.
      Самуэль бросил управление, обхватил голову руками. И тут же почувствовал дыхание свежего ветра в кабине. Поток холодного воздуха принес облегчение. Лишь через мгновение ужас сковал тело ледяной коркой. «Кабина… оторвался колпак!»
      Только теперь подсознание шепнуло ему: это приговор. Он даже знал – за что. И бесполезно кричать, спорить. Убеждать, что виноват в произошедшем не Самуэль Лючидо…
      Все произошло быстро. Флайер перевернулся на полной скорости. Негромко щелкнули пристяжные ремни, отстреливая карабины.
      Смешная кукла вывалилась из брюха маленькой желтой машины и, нелепо размахивая руками, рванулась навстречу земле.
      Вернувшись в свой кабинет, Хеллард первым делом заказал статистические данные о количестве пищи, воды, кислорода, которые были загружены на корабль в момент старта. Затем получил со склада данные о том, сколько этого добра приняли с борта «Безупречного» после возвращения. Всего за четверть часа в его руках оказались цифры, позволяющие обычным вычитанием получить расход кислорода и пищи за время полета. Компонентов, без которых не выжили бы ни члены экипажа, ни «крот».
      Дальнейшее не представляло никакого труда. Запросив дополнительные сведения с борта судна, проследив динамику изменения нескольких показателей и сопоставив всю полученную информацию с датами гибели членов экипажа, аналитик через час получил ответ, который должен был получить еще с утра: на борту крейсера «Безупречный» находились пять человек.
      Поэтому, когда в середине дня в кабинете появился Даниэль Викорски, для личного доклада, Джон Хеллард бросил на руководителя экспертно-криминалистической группы лишь короткий взгляд. Он не стал задавать вопросы, так как не сомневался в результате. Да и лицо Викорски намекало на итог работы спецназа.
      Хеллард молча передал Даниэлю распечатку с цифрами статистики. Викорски быстро пробежал глазами колонки цифр, ознакомился с выводами и бросил документ на стол.
      – Никого там нет, – машинально, по инерции, произнес он. – Даже топливо слили из баков маневровых двигателей. Внутри смотрели. Нет там никого. Я ошибся…
      Его плечи безвольно опустились.
      Хеллард быстро шагнул к шкафу, открыл дверку и вынул бутылку виски. Плеснул жидкость в два стакана. Совсем чуть-чуть.
      – Давай! – коротко бросил он.
      Выпили молча. После длинной паузы Хеллард грустно вздохнул, выдал резюме:
      – Надо родить другую идею, старина.
      – Может, он все-таки успел сбежать?
      – На Земле или там?
      – На Земле не мог, в этом я уверен, – отрицательно помотал головой Даниэль.
      – Но и в космосе тоже не мог – все катера на борту. Не было шестого человека, Дэн. Надо это признать, – пожал плечами Хеллард. – Пятеро! Ну, разве что некто, кому не требуются еда и воздух… робот DB-1? Не знаю ни одного случая, когда эта машина причинила бы вред людям… Программа задумана так, что обойти запрет невозможно. И вообще, подобная комбинация сложна даже для DB-1, хотя тактико-технические характеристики модели гораздо выше, чем у предшествующих разработок.
      Викорски пошел к двери. Уже взявшись за ручку, развернулся:
      – Был шестой, – упрямо повторил он. – Был. Не робот. Что, если… нечеловек?
      Мороз пробежал по коже Хелларда. Ему вспомнился голос. Что-то древнее, пещерное, поднималось волной из подсознания.
      – Кто? – прошептал он.
      – Не-че-ло-век, – невозмутимо повторил Викорски. – Пришелец, например.
      – А-а-а, – выдохнул Джон. – Лукошко с зелеными человечками… Прилетело, нагадило и скрылось. Вот хорошая идея, как раз для Хортона!
      – Зря ты так, – обиделся Даниэль. Он перестал терроризировать дверную ручку и теперь нервно мял в руках бейсболку. – Подумал бы лучше над моими словами… У меня нюх.
      Викорски аккуратно прикрыл за собой дверь. Хеллард долго смотрел ему вслед, наклонив голову, размышляя. Потом открыл папку с материалами.
      Тело Самуэля Лючидо спасатели нашли быстро, только члену совета директоров уже не требовалось оказывать помощь. Многочисленные переломы, смещение позвонков в спине и шейном отделе, разрывы внутренних органов… Скорее всего, Лючидо умер в первые минуты после удара о землю.
      Спортивный флайер упал в нескольких километрах от территории корпорации «Измерение "Сигма", совсем немного не дотянув до производственных площадок. Все, что могли сделать государственные службы – устранить пожар в лесополосе да убрать обломки летательного аппарата. И, конечно, передать останки несчастного похоронной команде.
      Энди Хортон не полетел к месту падения желтой спортивной машины. Он мало интересовался последствиями аварии, был уверен – Лайонс Торелли сработал как нужно. Зону трагедии посетил Грег Маккинес, один из членов совета директоров корпорации.
      Когда он, вернувшись с места событий, вошел в кабинет президента «Сигмы», там царила гробовая тишина. Несколько людей сидели в глубоких мягких креслах. Энди Хортон стоял чуть в стороне, спиной ко всем, задумчиво глядя в окно.
      – Бортовая электроника, – тихо вымолвил Маккинес, словно отвечая на незаданный коллегами вопрос. – Шансов не было.
      У Самуэля Лючидо не было шансов уцелеть в катастрофе. Разве что по воле Бога, если б тот захотел проявить какое-то внимание к судьбе человека, потерявшего свое место в жизни.
      – И старина Лукаш в больнице, – нервно отозвался Эрих Крауц.
      Он вытащил из коробки сигару, откусил кончик, закурил.
      – Узнает, что пришла новая беда – как бы инфаркт не хватил… – закончил Крауц. – Одна неприятность за другой. Что за год выдался, Энди?
      Президент корпорации «Измерение "Сигма" чуть заметно вздрогнул, повернулся к собравшимся, оглядел их.
      – Что за год выдался… – тихо повторил он.
      Шагнул к небольшому шкафчику в углу кабинета, вытащил оттуда плоскую бутылку и бокалы. Поставил их на столик, сам разлил жидкость янтарного цвета.
      Члены совета директоров поднялись с мест.
      – Какая трагедия, – пробормотал Грег Маккинес. Он еще не полностью отошел от увиденного на месте катастрофы. – Прямо на подлете к офису… Самуэль погиб на боевом посту, как герой.
      Энди Хортон ничего не ответил, лишь поднес бокал к губам. Одним большим глотком протолкнул жидкость в себя. Постоял немного. Затем нажал клавишу на стационарном коммуникаторе:
      – Мэри! – негромко позвал он. – Прошу подготовить официальное заявление для телевидения, прессы и родственников. Корпорация «Измерение "Сигма" возьмет на себя расходы по похоронам. Обеспечит пенсию семье погибшего. Мэри, документ занесите мне на визирование, я добавлю еще несколько слов.
      Энди поставил бокал на столик, глянул на членов совета директоров. Больше никто не проронил ни звука, говорить о текущих делах было нелепо, а трагической смерти Лючидо Хортон все сказал. Кратко, но емко. Один за другим люди потянулись к выходу.
      Когда посетители исчезли за дверью, Энди Хортон устало опустился в кресло. Откинул голову на мягкую спинку, прикрыл глаза.
      – Чертовски трудный год… – прошептал он. – Смерть на смерти… Как же ты мог, Самуэль?
      Президент корпорации посидел немного, потом тяжело поднялся, подошел к окну. Провел ладонью по стеклу.
      – Остается только понять, – тихо добавил он. – Как это связано с «Безупречным»? Финансовые проблемы у Вивьены Лючидо начались много позже, чем крейсер ушел к звездам. И Дарюс Мажейка попытался влезть на космодром сейчас. Сейчас, а не полгода назад… Ищи, Викорски! Ищи, Хеллард! Я хочу знать, что произошло с кораблем. Кто или что убило экипаж крейсера?
 
        Из бортжурнала экспедиции «Звезда на ладони»,
        крейсер «Безупречный»
        Запись сделана командиром корабля Джеем Роником 13 февраля 2038 года.
        
        Это мой последний полет в должности командира корабля. После такого провала, как в экспедиции «Звезда на ладони», следует разрядить бластер себе в висок.
        Я ошибся в тот момент, когда не направил звездолет обратно к Земле, после смерти Мела Симпсона. Должен был еще тогда почувствовать: карты легли не так. Начиная с гибели штурмана, передо мной была возможность выбора. Вернуться или продолжать полет? Зная, сколь важен для «Сигмы» крейсер, я сделал неверный шаг.
        Сегодня произошла очередная трагедия. Хочется написать – ужасная, это слово стало привычным для нас. Пострадал Игорь Поляков, он получил ожог более тридцати процентов кожи.
        Связи с Землей по-прежнему нет. Властью, данной мне корпорацией «Измерение "Сигма", принимаю решение прервать тест-полет. Мы возвращаемся. Лео Шмейхер неотлучно находится возле Полякова, автоматическая система лечения неспособна сохранить жизнь Игоря.
        Постараюсь спасти хотя бы оставшуюся часть экипажа.
 
        Техническая информация,
        скачанная из памяти корабельного мозга.
        Данные верифицированы и обработаны
        экспертно-криминалистической группой
        под руководством Даниэля Викорски.
        
        Дата: 13 февраля 2038 года.
        Тема: Игорь Поляков, инженер связи и бортовых вычислительных систем. Травмы, несовместимые с жизнью.
        Содержание: 23 часа 01 минута. Взрыв баллона с окислителем. Многочисленные ожоги верхней части тела. Паралич дыхания. Через несколько минут после этого – информационная перегрузка автоматического лечебного комплекса. Срочное вмешательство Лео Шмейхера спасло пациента (Уточнение Д. Викорски: врач-автомат «не выдержал» потока данных, не сумел рассчитать схему лечения. По всем базовым показателям, пациент был мертв. Вывести его из кризиса известными методами не представлялось возможным). С этого момента жизнь Игоря Полякова поддерживалась только врачом экспедиции. Гемофильтрация требовала непрерывного контроля со стороны Лео Шмейхера.
 
        Пояснение Даниэля Викорски: Джон, ты просил не делать никаких выводов, давать только факты. Даю факты.
        Парень просто не вовремя оказался рядом с дефектным баллоном. Что? Какого черта? Вот и я хочу спросить: какого черта?! Вероятность деструкции баллона составляет 0,1-0,2 процента, согласно техническому паспорту. В корпусе оказалась какая-то каверна в доли микрона! Вероятность разрыва в присутствии человека практически нулевая. Стойки расположены на нижних палубах крейсера, в зоне силовых установок, точнее, неподалеку от этой зоны. Окислитель необходим для работы маневровых двигателей.
        Что в этом месте делал Игорь? Проверял выносные терминалы главного корабельного центра, будь они неладны! Везде датчики, терминалы! Информация должна была идти сплошным потоком, чтобы контролировать все показатели. Вот и доконтролировались…
 
      Хеллард отложил папку в сторону и подошел к окну. Задумчиво поглядел на надкушенный желтый блин, временами вылезавший из туч.
      «Нечеловек», – повторил он слова Викорски. «Если предположить, что за всеми случайностями стоит чья-то злая воля, то… Нечеловек…» В лукошки с зелеными пришельцами Хеллард не верил с детства. Он вернулся к столу.
      Ожог более тридцати процентов кожи. Лео Шмейхер спас жизнь Полякову, вовремя отключив автоматический лечебный комплекс, не рассчитанный на подобную информационную перегрузку. По всем правилам медицины инженер должен был умереть, сразу, в первые минуты после трагедии.
      Но Лео боролся. Проводил детоксикацию, выращивал в синтезаторе кожу. Он боролся, и четверо суток пациент продолжал жить, вопреки правилам. Не умирал, пока рядом был Лео Шмейхер. А потом, спустя четыре дня, Лео, который все время держался на стимуляторах, от усталости перепутал шприц. «Вкатил» в вену, себе, лекарство, ставшее смертельным ядом.
      От усталости?
      Джон Хеллард закрыл папку. Думать о деле «Безупречного» он не мог. События – все, что произошли – представлялись ему безупречной цепью логических несуразностей. Нелепых ошибок, каждая из которых могла бы произойти один раз в сто лет…
      Выйдя на улицу, аналитик зябко поежился, поднял воротник легкой куртки. Дул сильный ветер, черные тучи набегали на диск Луны. Природа словно забыла, что на календаре середина лета. К тому же собирался дождь. «Лучше бы дождь прошел днем, – отстраненно подумал Хеллард. – Днем, когда мы жарились возле "Безупречного", еще надеясь быстро найти разгадку проблемы».
      Покинув территорию «Сигмы», Джон не прыгнул в такси, несмотря на холод. Он хотел непременно прогуляться пешком. Проветрить мозги и придать мыслям хоть какое-то подобие стройности.
      …Один раз в сто лет… А если таких неприятностей, или, попросту говоря, нелепостей, трагических нелепостей – не одна, а несколько? Если не верить в лукошко с зелеными человечками? Тогда что?
      С этим вопросом в голове – застрявшим, как заноза – он тащился по пустым темным улицам. Вскоре на мостовой заблестели первые капли дождя, а когда бо#льшая часть дороги осталась позади – хлынул сильный ливень. Хеллард, чтобы поскорее добраться до квартиры и высушить мокрые туфли, все же прыгнул в электромобиль, пришедший по вызову.
      От раздумий не избавили уютный полумрак комнаты и любимый махровый халат. Джон машинально проглотил ужин и уселся в кресло. Несколько сигарет, выкуренных под спокойную классическую музыку, и в голове эксперта-аналитика начал вырисовываться ответ, который с каждой минутой нравился ему все меньше и меньше.
      Хеллард не заметил, как задремал в кресле под жалобные звуки саксофона…
      …Он шел по коридорам звездолета и нутром чувствовал притаившуюся где-то здесь, в стенах машинного отсека, опасность. Казалось, переборки внимательно следили за каждым его шагом. Пол едва заметно подрагивал под ногами, затаившись, выжидая малейшей ошибки – готовясь сбить с ног, нанести роковой удар… Или это нервы? Нет! Не расслабляться!
      Он не верил, что действительно возникла какая-то проблема с интерфейсом контроля грузовой палубы. Скорее уж, тут ждет что-то вроде удара током… или камеры декомпрессии? Что будет на этот раз? Не вовремя захлопнувшаяся переходная дверь? Створка грузового люка под ногами? Он на миг содрогнулся, представив картину…
      Пол уходит из-под ног! Человек падает – вниз – сквозь горизонты. Глаза выпучены от ужаса, рот перекошен в крике… Потом – удар! Противный хруст позвоночника. Жуткая боль, яростное пламя заливает тело изнутри. И смех где-то вдали. Нет! Вокруг! Торжествующий смех… Потом – тишина.
      Стоп! Надо просто быть очень внимательным. Теперь, когда до разгадки осталось всего полшага, даже меньше – он уверен в этом – глупо умирать. Нет! Умереть нельзя, нет у него такого права. Иначе следом будут другие, много других…
      Надо просто быть очень внимательным. Не трогать провода, не лезть проверять датчики в шлюзах, вот и ответ. В конце концов он, лучший выпускник курса, и, кроме всего прочего, отличный хакер, – сумел прочитать то, что не смогли найти в бортовой системе другие.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5