Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Стратегия психотерапии

ModernLib.Net / Психология / Эриксон Милтон Г. / Стратегия психотерапии - Чтение (стр. 11)
Автор: Эриксон Милтон Г.
Жанр: Психология

 

 


Потом, когда она начала говорить что-то, он начал весьма запутанным образом рассказывать ей о вас, обо мне, о ней самой и о себе, о гипнозе, демонстрации, экспериментах. Я совершенно запутался и не знал, что происходит, до тех пор, пока неожиданно не понял, что мисс Р. находится в трансе и он сам тоже. Меня они не замечали. Мистер X. просил мисс Р. проделывать множество вещей, вроде тех, что она сама заставляла его делать, но добавил кое-что еще. Например, он вызвал у нее полную амнезию о том, как ее зовут и где она находится. Сначала я подумал, что она проснулась, и спросил, как ее зовут, но казалось, что она не слышит меня, так же как и мистер X. Я тряс их обоих за плечи, но они не реагировали. Потом ему показалось, что она испугалась, поэтому он приказал ей глубоко заснуть и чувствовать себя легко и свободно. Я пытался разобраться во всем этом, когда вы вошли. Из тех вопросов, которые вы мне задавали, видно, что вы вполне понимаете всю ситуацию".
      Мы вернулись в комнату, где мисс Р. и мистер X. находились в состоянии пассивного ожидания.
      Мистеру X. было приказано проснуться. Он сделал это сразу же, и несколько простых вопросов раскрыли тот факт, что он переориентировался во времени к моменту заявления автора о том, что последний не будет присутствовать на сеансе гипноза, так как занят другими экспериментами.
      Потом автор заговорил с мисс Р., но она не смогла дать никакого ответа. Мистер X. выглядел изумленным и был в явном замешательстве, но прежде чем он смог что-нибудь сказать, автор попросил мистера X. сказать мисс Р., чтобы та его выслушала. Когда мистер X. сделал это, автор сказал мисс Р.: "Не хотите ли вы сказать мне что-нибудь теперь, когда я вернулся?" (это была замаскированная команда мисс Р. выйти из состояния транса).
      Ее ответом было мгновенное пробуждение с ориентацией на время, когда она вновь индуцировала состояние транса у мистера X. Она ответила, что продемонстрировала профессору М. все обычные явления, но теперь автор может взять все дело на себя, и добавила, что мистер X. еще находится в состоянии транса. Мистер X. тут же заявил: "Нет, это вы еще в трансе. Я только что перенес раппорт на доктора Эриксона, чтобы он мог поговорить с вами, а он еще не приказал вам прийти в себя".
      В замешательстве она ответила: "Нет, это вы в трансе, но я не понимаю вашего поведения".
      В течение еще одного часа мы слушали, как эти двое пытались найти решение, в то время как мисс К. делала записи.
      У обоих развилась амнезия своего собственного состояния транса, оба считали, что не он, а его собеседник находится в трансе, оба сознавали, что собеседник ведет себя так, будто находится в состоянии бодрствования, ни один не мог вызвать у другого гипнотического поведения, и они никак не могли прийти к единому мнению.
      Мисс Р. была уверена, что автор только теперь вернулся после часового отсутствия, а мистер X. полагал, что автор готов уйти, а мисс Р. начать работу. Оба не могли понять присутствия мисс К. и ее запись, а также отказ профессора М. и автора прояснить все это дело.
      Наконец их, по-прежнему спорящих, отпустили, а мисс К. отпечатала свои записи. Позже, когда профессор М. нанес мне еще один визит, были приглашены эти два субъекта и мисс К. Что касается мисс Р. и мистера X., для них вопрос еще не был решен, и никто из них, казалось, не мог осознать и понять их опыт с трансом, когда они читали отпечатанные заметки мисс К.
      Однако, когда у каждого из них в отдельности взяли интервью в глубоком состоянии транса, оба вспомнили все события транса, за исключением того, что мистер X. просил мисс Р. вновь установить раппорт с автором.
      Им обоим было сделано постгипнотическое внушение полностью восстановить в памяти все, что касалось их опыта в состоянии транса.
      Что касается профессора М., он позднее проделал обширную экспериментальную работу с доктором Гуллом и автором.
      Через несколько лет после этого инцидента с мисс Р. и профессором М. мистер X. по какой-то причине полностью утратил интерес к гипнозу, но не уважение к нему.
      Потом он однажды столкнулся с заявлением врачей, что одна из его давних приятельниц, нуждавшаяся в операции, не вынесет сочетания хирургического вмешательства и общей анестезии. Так как мистер X. был врачом, он уговорил сопротивляющихся хирургов сделать операцию, в то время как он методом путаницы индуцирует у нее состояние транса, а потом пространственную и ситуационную дезориентацию, чтобы осуществить гипноанестезию. Пациентка выдержала длительную тяжелейшую хирургическую операцию под гипнозом. Она выздоровела, и теперь доктор X. широко использует гипноз в своей работе. Но сам он не хочет снова входить в состояние транса и до сих пор не дал автору никаких объяснений по этому поводу, а также не объяснил, почему у него был такой длительный период отсутствия интереса к гипнозу.
      Еще один испытуемый сначала хорошо реагировал на метод путаницы, а потом отчаянно воспротивился ему. Это лучше всего иллюстрирует такое пространное заявление: "Я всегда чувствовал себя в какой-то степени раздраженным и расстроенным на сеансе метода путаницы, и мне не нравилось его применение, но сначала я охотно слушал и даже сотрудничал, насколько мог. Частично это отвращение, несомненно, основано на типе моего мышления: мне всегда хотелось понять каждую мысль, идею. Однако я продолжал иметь дело с методом путаницы, и знаю, что он действовал на меня, хотя не так хорошо, как другие способы наведения транса.
      В настоящее время он вообще на меня не действует. Если начинается этот тип внушения, я просто перестаю слушать. Я даже не могу притворяться слушающим. Если гипнотерапевт настойчиво продолжает говорить, я отключаю слух (автоматически возникающая гипнотическая глухота) и выхожу из состояния транса с чувством острого раздражения.
      Я могу точно определить переход от нежелания и сопротивления к полному отказу выслушивать любые внушения с путаницей. Однажды я пытался решить, должен ли сообщить об этом гипнотерапевту -- я не уверен, что это было, но я считаю, что это были кое-какие сведения о проделываемой работе, относительно чего я не был уверен, должен или нет раскрывать это. Гипнотерапевт пытался получить эту информацию и неожиданно изменил тактику, чтобы запутать мое мышление: упоминалась тема, которая должна была меня отвлечь, в то время как я был поглощен чем-то еще. Я не могу вспомнить тот путь путаницы, который он использовал. Я чувствовал прилив гнева -- и не отвечал ему. Как я понимаю, тогда я думал, что тактика неверна -- гипнотерапевт пытался запугать меня, требовал, чтобы я быстро отвечал ему, вместо того чтобы дать мне время прийти к какому-то решению. Я также понял, что либо сейчас, либо в следующий раз, когда на мне будет опробован метод путаницы, со мной случится то же самое, и это меня также разозлило. Мне все это надоело. Больше этого со мной не будет".
      Так и оказалось. Однако на другие методы этот испытуемый реагировал отлично. Как экспериментальные, так и клинические субъекты часто имеют определенные предпочтения и наклонности, которые следует учитывать и уважать. Так, иной субъект может энергично противостоять методу релаксации и предпочитать метод левитации руки, а в следующий раз будет реагировать только на другой метод.
      Значение метода путаницы имеет двусторонний характер. При экспериментальной работе он служит отличным средством обучения экспериментатора пользоваться словами, легкости сдвигать и смещать обычные шаблоны мышления и позволяет ему учитывать проблемы, связанные с сохранением внимания и реакции субъектов. Кроме того, экспериментатор может научиться опознавать и понимать минимальные оттенки в поведении субъектов.
      Клинически это имеет большое значение для пациентов, остро нуждающихся в лечении, но ограниченных клинической проблемой и неуправляемой сопротивляемостью, которые мешают им начать лечение. Как только это сопротивление подавляется, возникает возможность закрепить взаимодействие пациента с гипнотерапевтом. Длительное и частое использование метода путаницы чаще всего приводит к чрезвычайно быстрой гипнотической индукции при неблагоприятных условиях, таких, например, как острая боль при хронических злокачественных заболеваниях, и у людей заинтересованных, но враждебных, агрессивных и противодействующих.
      Возможно, было бы полезным привести пример метода путаницы, используемого при работе с сопротивляющимися отчаявшимися пациентами, больными раком, один из которых страдал от постоянных болей, а другой -- от нерегулярных периодических приступов, продолжающихся десять -- тридцать минут, а иногда и дольше. В этом опыте автора единственное реальное различие заключается в самих пациентах, так как на любом типе больных может быть использован один и тот же метод с небольшими модификациями, которые делают его применимым к определенной личности.
      Одна пациентка с многочисленными метастазами, страдающая от постоянных болей, была в сильном негодовании от мысли о приближающейся смерти, не хотела принимать наркотики, поскольку не получала от них облегчения, и страстно хотела провести все оставшееся ей время с семьей. У всех членов ее семьи были отрицательные религиозные представления о гипнозе, хотя ей его рекомендовал их семейный терапевт, исповедовавший ту же веру. К счастью, членов семьи убедили одна публикация в медицинском журнале, статья в энциклопедии и личное письмо автору от одного миссионера, который исповедовал ту же веру и писал об успешном использовании гипноза при лечении новообращенных.
      Другим пациентом был мужчина немного старше пятидесяти лет, страдавший от нерегулярных, но частых приступов мучительных болей, которые продолжались от десяти минут до одного часа, но при этом короткие приступы становились все реже, а длинные -- все чаще.
      Его отличали презрительное безверие и насмешки, а также горькая обида на свою судьбу и враждебное отношение ко всем, особенно к людям медицинской профессии, которые абсолютно ничего не знают о раке.
      В обоих случаях был использован одинаковый общий метод путаницы, за исключением некоторых ссылок персонального характера.
      Подход был таков: "Вы знаете, и я знаю, и доктора, которых вы знаете, знают, что есть один ответ, который вы знаете, что вы не хотите знать и что я знаю, но не хочу знать, что ваша семья знает, но не хочет знать, неважно, насколько сильно вы хотите сказать нет", вы знаете, что ваше нет" фактически означает да", и вам хотелось бы, чтобы это могло быть хорошим да", и так вы знаете, что то, что вы и ваша семья знает, означает да", однако вы хотите, чтобы это да" могло быть нет", и вы знаете, что все врачи знают, что то, что они знают, означает да", однако им все же хотелось бы, чтобы это было нет". И точно, как вы того хотите, у вас не будет боли, вы знаете, что у вас, но чего вы не знаете, нет боли, и это именно то, чего вы не знаете, что нет боли, является той вещью, которую вы можете знать. И не имеет значения, что вы знаете, отсутствие боли будет лучше, чем то, что вы знаете, и, конечно, то, что вы хотите знать -- это отсутствие боли, и то, что вы собираетесь знать, -- это отсутствие боли. -- Все это автор говорил медленно, но отчетливо и выразительно, не обращая внимания на крики боли и на увещевания Замолчите!". -- Эстер (или кто-то другой из членов семьи) знает боль и знает отсутствие боли, и поэтому вы Хотите знать отсутствие боли и комфорт -- и вы знаете комфорт и отсутствие боли, и по мере того, как комфорт увеличивается, вы узнаете, что не можете сказать нет" облегчению и комфорту, но вы можете сказать нет" боли и можете узнать отсутствие боли, но вы узнаете комфорт и облегчение, и это так хорошо -- осознавать комфорт и облегчение и релаксацию и знать их теперь и позднее, и все дольше, по мере того, как наступает все большая релаксация, а изумление и удивление охватывают вас, когда вы начинаете узнавать свободу и комфорт, которого вы так желали, и по мере того как вы чувствуете, что он нарастает, а он нарастает, вы знаете, реально знаете, что сегодня, сегодня вечером, завтра, всю следующую неделю и весь следующий месяц, и в день шестнадцатилетия Эстер, и какое бы это время ни было, -- эти чудесные ощущения, которые у вас тогда были, кажутся почти такими же четкими, как будто они были сегодня, а воспоминание о каждом хорошем событии -удивительная, восхитительная вещь".
      Так можно импровизировать до бесконечности, только медленно, выразительно, напряженно, но спокойно, и тоща эта игра слов и ненавязчивая интродукция новых мыслей, старых счастливых воспоминаний, ощущений комфорта, легкости и релаксации обычно приковывают внимание пациента, приводят к тому, что взгляд его глаз фиксируется, у него развивается физическая неподвижность, вплоть до каталепсии, и появляется сильное желание понять, о чем так серьезно говорит ему автор. Потом так же осторожно и тщательно автор демонстрирует полную потерю страха, озабоченности и беспокойства относительно негативных слов, делая дополнительные полезные внушения.
      Итак, продолжение внушения: "А теперь вы забыли кое-что, точно так, как мы забываем многое, хорошее и плохое, особенно плохое, потому что хорошее -хорошо помнить, и вы можете вспомнить комфорт, и легкость, и релаксацию, и облегчающий сон, и теперь вы знаете, что вам нужно отсутствие боли, и это хорошо знать, что нет боли, и хорошо помнить, всегда помнить, что во всех местах: там, здесь, повсюду, -- вам было легко и удобно, и теперь, когда вы знаете это, вы знаете, что боль не нужна, но вы должны знать все, что нужно знать о легкости, комфорте, релаксации, нечувствительности, отмежевании от боли, переадресовке мыслей и душевной энергии, и знать, полностью знать все, что дает вам свободу, чтобы знать свою семью и все, что она делает, и беспрепятственно наслаждаться от удовольствия быть с ними со всем комфортом и легкостью, которые возможны, пока они возможны, и именно это вы и будете делать впредь".
      Обычно гипнотерапевту удается завладеть вниманием пациента уже минут через пять, но он может продолжать свои внушения в течение часа или даже больше. Кроме того, и это очень важно, нужно использовать слова, которые пациент понимает. Оба вышеназванных пациента окончили колледж.
      Когда в подобных случаях обращаются к автору, он обычно начинает с того, что предварительно собирает о пациенте сведения личного характера, узнает о его интересах, образовании, отношениях с людьми, а затем набрасывает в письменной форме общую схему сеанса, учитывая порядок и частоту, с которой нужно вводить эти сведения в бесконечный поток слов, произносимых с подчеркнутой серьезностью.
      Как только у пациента появляется легкое состояние транса, автор ускоряет процесс. Автор упоминает о боли, показывая пациенту, что не боится называть ее, и демонстрируя ему свою уверенность в том, что пациент утратит ее из-за того, что сам автор так легко и свободно упоминает о ней, обычно в контексте, отрицающем боль
      Нужно помнить, что такие пациенты в высшей степени мотивированы, что отсутствие у них интереса, их враждебность, воинственность и безверие являются союзниками для получения конечных результатов, а автор, не колеблясь, использует то, что ему предлагает ситуация. Сердитый, воинственно настроенный человек может нанести удар, повредить себе руку и не заметить этого; человек, утративший веру, закрывает свой разум, чтобы исключить надоевшие поучения, но это исключает также и боль, а отсюда у пациента непроизвольно развивается состояние внутренней ориентации, при котором он становится очень восприимчивым к гипнозу и к любым внушениям, которые отвечают его потребностям. И тогда нужно внушить ему, что если даже боль вернется, то будет достаточно принять одну-две таблетки аспирина, чтобы снять ее. "А если возникнет реальная необходимость, то лучше всего поможет укол". Иногда бывает достаточно сделать укол стерильной водой.
      Все вышесказанное показывает, что метод путаницы -- это длинная, очень сложная и комплексная процедура. Ее разработка и нахождение рационального зерна для всей процедуры действительно представляет собой длительную трудную задачу, но если экспериментатор проделает ее несколько раз и научится узнавать основные процессы, возникающие при использовании метода путаницы, то сможет быстро и легко индуцировать транс при самых неблагоприятных условиях. Чтобы доказать это, автор ниже расскажет об одном произвольном экспериментальном и об одном клиническом случае.
      Первый из них произошел на лекции перед медицинским обществом. Один из присутствующих врачей очень ингересовался гипнозом, хотел изучить его, очень внимательно слушал лектора, но за час до лекции он несколько раз демонстрировал свое враждебное агрессивное отношение к одному из своих коллег. Знакомясь с автором, он так сжал его руку, что автор почти потерял равновесие (этот человек был, по крайней мере, на шесть дюймов выше автора и фунтов на шестьдесят пять тяжелее), и агрессивно заявил без всякого вступления, что ему хотелось бы увидеть того глупца, который попробует его загипнотизировать.
      Когда для демонстрации опыта потребовались добровольцы, он подошел, широко шагая, и громовым голосом объявил: "Ну, я собираюсь доказать всем, что вы не сможете меня загипнотизировать". Когда этот человек поднялся на сцену, автор медленно встал со стула, как бы собираясь приветствовать его рукопожатием. Но только доброволец протянул руку, снова собираясь продемонстрировать свое сокрушительное рукопожатие, автор нагнулся и начал медленно и тщательно завязывать шнурки на ботинках, оставив его беспомощно стоять с вытянутой рукой. Смущенный, окончательно сбитый с толку непонятным поведением автора, пребывающий в полной растерянности относительно того, что делать дальше, человек стал вполне уязвимым для первого вразумительного сообщения в соответствии с этой ситуацией, которая была создана для него. Завязывая шнурок на втором ботинке, автор произнес: "Глубоко вдохните, сядьте в то кресло, закройте глаза и войдите в глубокое состояние транса". После короткой испуганной реакции субъект сказал: "Черт возьми! Но как? Проделайте это снова, чтобы я мог знать, как вы это делаете".
      Ему были предложены на выбор несколько традиционных методов. Он выбрал метод левитации руки, который показался ему самым интересным, и в результате погрузился в сомнамбулический транс.
      Объяснение того, что произошло, очень просто. Человек подошел к сцене с явно выраженной решимостью сделать что-то. Поведение автора, когда он поднялся с кресла якобы для рукопожатия, а затем принялся завязывать шнурки на ботинках, заставило субъекта стоять с вытянутой рукой. Его так неожиданно прервали в самом начале, что он был изумлен, растерян, неспособен что-либо предпринять, и, следовательно, оказался вполне восприимчивым к любому ясно выраженному внушению, которое нужно было делать в соответствии с общей ситуацией и на которое (даже на самую простую, спокойную команду автора) он откликнулся с облегчением. И, конечно, в просьбе, с которой он обратился к автору после того, как понял, что произошло, проявилось подсознательное отношение субъекта к гипнозу.
      Таким же образом и многие пациенты в клинике демонстрируют враждебность, агрессивность и противодействие; однако они всерьез нуждаются в лечении. Метод путаницы изменяет ситуацию спора между двумя людьми и преобразует ее в терапевтическую ситуацию, в которой создается сотрудничество и соучастие во взаимной задаче, с концентрацией, главным образом, на благополучии пациента, а не на споре между индивидуальностями -пункт, который практически устраняется в пользу достижения цели терапии.
      В качестве примера давайте рассмотрим следующий клинический случай. Во время первой встречи с автором пациентка вошла в кабинет довольно неуверенно, колеблясь, однако ее походка выражала желание казаться волевой и недоверчивой. Она очень прямо села в кресло, крепко прижав руки к коленям, и слабым голосом, запинаясь, сказала: "Меня послал к вам доктор X, который работал со мной несколько часов. До него я обращалась к доктору Y, который тоже потратил на меня много времени. А до этого доктор Z тридцать часов работал со мной. И все они говорили мне, что я слишком сопротивляюсь гипнозу, но они сказали также, что вы сможете мне помочь. Правда, сначала я пошла к двум другим врачам, потому что они живут недалеко от моего города. Я вообще не хотела ехать к вам в Феникс, но даже мой домашний врач сказал мне, что сеанс гипноза мог бы помочь мне преодолеть сопротивление лечению". Робкое, неуверенное поведение и голос пациентки, ее решительная походка, жесткая прямая поза, ее явное преувеличение числа часов, напрасно потраченных на попытку индуцировать у нее состояние транса, ее нежелание ехать в Феникс, ее поездка к двум другим докторам, хотя трое прежних рекомендовали ей обратиться к автору, дали повод предположить, что она:
      1) будет сопротивляться гипнозу;
      2) смущена своей амбивалентностью;
      3) к ней нельзя подходить с обычными методами индукции;
      4) конечно, желает вылечиться;
      5) попытается вовлечь автора в спор, вместо того чтобы начать лечение.
      Соответственно, автор довольно бесцеремонно, даже грубо, сказал ей: "Давайте выясним все с самого начала. Три врача (все трое -- хорошие специалисты, такие же как и я) много работали с вами. Они нашли, что вы слишком сопротивляетесь гипнозу, что и я найду тоже. Поэтому давайте будем понимать это с самого начала. -- Затем явно с другой интонацией и темпом речи автор произнес предложение, состоящее из двух частей: -- Я не смогу загипнотизировать вас, только вашу руку".
      В явном замешательстве она сказала: "Не можете загипнотизировать меня, только мою руку -- я не понимаю, что вы имеете в виду".
      Автор снова, медленно и явно подчеркивая слова, произнес: "Это именно то, что я имею в виду. Я не могу гипнотизировать вас -- потом мягким тихим голосом быстро, как будто это было одним сломом, добавил: -- только вашу руку, смотрите".
      Когда автор говорил слово "смотрите", он осторожно "поднял" ее левую руку, легким прикосновением пальцев придав ей движение вверх, а потом осторожно убрал свои пальцы, оставив руку пациентки в каталептическом состоянии, висящей в воздухе. Поскольку она следила за тем, как поднимается вверх ее рука, автор, вздохнув, мягко сказал: "Просто закройте глаза, глубоко вдохните, крепко, глубоко засыпайте, и когда вы это сделаете, ваша левая рука медленно опустится на бедро и останется там, пока вы крепко и спокойно спите до того момента, когда я скажу вам проснуться".
      Через пять минут после того как она вошла в кабинет, женщина оказалась в глубоком и, как выяснилось потом, сомнамбулическом трансе. Что же случилось? Она отчаянно хотела вылечиться, проехала длинное расстояние, чтобы найти лечение; она пришла, явно настроившись против обычных, традиционных, ритуальных и других методов, которые наблюдала, слышала и понимала. Согласившись и примирившись, она вдруг слышит, как ей четко и понятно говорят: "Я не могу гипнотизировать вас", а потом добавляют тихо, осторожно и быстро, пока она еще находится в доверчивом настроении, непонятные три слова как бы на одном дыхании: "Только вашу руку".
      Таким образом, то самое, что она пришла доказывать, уже подтверждено, вопрос закрыт. Мы были в полном согласии, ее цель убедить автора в том, что ее нельзя загипнотизировать, была уже выполнена, ее противодействие гипнозу стало ненужным, бесполезным. Но эти три непонятные слова: "только вашу руку" -- поставили перед ней вопрос, который смутил ее: "А что это значит?". Тем самым она была буквально вынуждена просить какого-то объяснения. Автор с обдуманной интонацией дал подтверждение, и в то время как ее разум был еще восприимчив, быстро добавил еще четыре слова, четвертым была команда: "Смотрите!". С раннего детства мы учимся интерпретировать некоторые тактильные стимулы в значении "двигайся", и пациентка так же автоматически отреагировала на такое тактильное стимулирование. Этого она не могла понять, у нее не было противодействия этому, и она увидела свою руку, поведение которой также не могла понять. Да ей и не дали такой возможности. Выявление гипнотической реакции руки легко привело к другой: к каталепсии, расширению зрачков, а потом был использован набор всесторонних внушений, чтобы закрепить глубокий транс и сохранить его.
      К этой пациентке применили гипнотерапию и психотерапию и феноменально быстро достигли успеха по той простой причине, что ей не дали поставить свое сопротивление между собой и лечением, и она оказалась в ситуации, объективно подавляющей это сопротивление. Это началось почти сразу же, как автор заявил: "Теперь мы можем перейти к лечению, не тратя времени на вопрос, ответа на который ни я, ни вы не знали, но на который вы так легко нашли правильный ответ, а именно, что вы сможете создать глубокое состояние транса и поддержать его, и теперь вам не нужно сопротивляться". """""""""""""""""""""
      Заключение
      Из вышеприведенного описания и примеров можно заключить, что метод путаницы представляет собой использование игры слов или сообщений одинакового сорта, которое постепенно вводит путаницу в тот вопрос, что рассматривается пациентом и врачом, и ведет к запрещению обычных ответов, реакций и, следовательно, к нарастанию необходимости дать ответ. Это напоминает детские словесные игры: "Я здесь, а тебя здесь нет, и Нью-Йорк не здесь, поэтому ты, должно быть, в Нью-Йорке, поскольку ты там, а не здесь, и Нью-Йорк -- там, а не здесь".
      Начав с этих элементарных понятий, автор модифицировал игру слов, добавив кажущиеся противоречивыми или неуместными бессвязные замечания, каждое из которых вне контекста является простым разумным утверждением, завершенным и много значащим само по себе. В контексте такие выразительно сделанные сообщения становятся мешаниной, казалось бы, достоверных и в какой-то степени связанных идей, которая вызывает у субъекта попытку скомбинировать их в единое целое, позволяющее дать ответ. Но скорость, с которой делаются эти сообщения, не позволяет субъекту понять их, исключая тем самым ответ и реакцию на них, и дает в результате смущение и чувство безысходности. Это вызывает необходимость в какой-то более четкой и понятной мысли. В этот момент гипнотерапевт и предлагает четко выраженную, легко понимаемую мысль, которая сразу же схватывается субъектом и пробуждает в его уме определенные ассоциации. И в этом процессе гипнотерапевт выдает неуместные замечания, непоследовательные реплики, как бы имеющие какое-то значение, и тем самым увеличивает замешательство. Порой это напоминает детскую загадку: "Две утки впереди одной утки, две утки позади одной утки и в середине одна утка. Сколько уток всего?". Даже те, кто знает, что речь идет о трех утках, почувствуют себя безнадежно запутанными, если к загадке добавить такую фразу: "Конечно, вы должны помнить, что они находятся за дверью с левой стороны". А для тех, кто не знает ответа и кто сражается с этими двумя утками и двумя утками и одной уткой, эта дверь с левой стороны часто становится непреодолимым барьером к нужному ответу, как результат естественного желания согласовать это неуместное замечание с самой задачей.
      Однако метод путаницы иногда оказывается очень трудным для некоторых экспериментов с гипнозом, и экспериментаторы сталкиваются с большими проблемами, пытаясь применить его в своей экспериментальной и клинической работе. Тем не менее, он имеет большое значение для тех, кто не смог использовать его в гипнотической обстановке. Повторные попытки изобрести и выполнить метод путаницы ради практики только научат приверженца более обычных, ритуальных, традиционных словесных методов более гладко строить свою роль, речь; помогут освободиться от механических внушений и лучше понять значение внушений. Они также позволят освоить более легкий переход от одной манеры поведения к другой в ответ на изменения в пациенте и от одного набора мыслей к другому. Повторные опыты при обучении гипнозу студентов медицинских и психологических факультетов и врачей-психиатров, распределение задачи на составление и анализ метода путаницы помогли им (даже тем, кто не смог научиться методу путаницы непроизвольно или намеренно в гипнотической ситуации) более тщательно изучить традиционные вербальные методы наведения транса.
      Таким образом, метод путаницы представляет собой группу идей и понятий, которые настолько перемешаны с кажущимися связными, достоверными, но неуместными сообщениями, что это порождает неуверенность и замешательство, а кульминацией является внушение, позволяющее дать быстрый и легкий ответ, удовлетворительный для субъекта и подтвержденный его собственными, хотя, возможно, и бессознательными для него, экспериментальными данными.
      Вернуться к содержанию ПРИРОДА И ХАРАКТЕР ПОСТГИПНОТИЧЕСКОГО ПОВЕДЕНИЯ (Написана совместно с Элизабет М. Эриксон)
      The journal of genetic psychology, 1941, No 2, pp. 95--133.
      Несмотря на общее знакомство с постгипнотическим поведением и его ролью в экспериментальной и терапевтической работе, ему уделялось мало внимания как самостоятельной проблеме. Внимание фокусировалось в основном на действиях, которые внушали субъектам в качестве постгипнотической задачи, тогда как природа поведения, характеризующего постгипнотическое состояние, почти не учитывалась. Особое внимание обращалось на результаты, получаемые при постгипнотическом внушении, а не на характер или природу психологической обстановки, в которой они проявлялись. Психологические процессы и варианты поведения, на которых базируются постгипнотические состояния, не изучались.
      Важную роль играет появление постгипнотического действия в ответ на внушение, отдаленное по времени от ситуации, в которой оно проявилось. Непосредственный стимул (постгипнотический сигнал, "ключ") определяет только время начала постгипнотического действия, но не варианты поведения в этом состоянии, которые обусловлены другими факторами.
      Ознакомление с публикациями за последние двадцать лет не позволило обнаружить ни одной ссылки на исследование самого постгипнотического поведения, хотя многие названия говорили о том, что постгипнотическое внушение использовалось для изучения различных вариантов поведения. Так, обзор почти ста пятидесяти выбранных статей и книг, некоторые из которых были опубликованы еще в 1888 году, содержал весьма скудные сведения, определяющие постгипнотическое поведение как особое явление.
      Более конструктивную информацию удалось найти главным образом в общих учебниках по гипнозу, а не в экспериментальных исследованиях, использующих постгипнотическое поведение. Однако это были общие утверждения или короткие, смутные и противоречивые гипотезы, основанные на собственном опыте авторов или на экспериментальном материале неадекватного и зачастую неуместного характера, где заметна путаница между результатами внушенных постгипнотических действий, психическими процессами и вариантами постгипнотического поведения, с помощью которых эти результаты были получены.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36