Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Мир Арднеха (Восточная империя - 3)

ModernLib.Net / Сейберхэген Фред / Мир Арднеха (Восточная империя - 3) - Чтение (стр. 9)
Автор: Сейберхэген Фред
Жанр:

 

 


      Обращаясь к Чармиане, Джон Оминор говорил своим обычным, почти рассерженным тоном:
      - Ты, кажется, все еще удивляешься моему виду, девушка. На что, по-твоему, я должен быть похож?
      - Вы должны производить впечатление представительного господина, повелитель. Как оно и есть на самом деле.
      Император слабо улыбнулся и прежде, чем ответить Чармиане, еще некоторое время глядел на нее, забавляясь.
      - Чего на самом деле нет, имеешь ты в виду? Я не отвратителен, не похож на демона. И даже не привлекателен - ничуть. - Хотя, как обычно, казалось, что императора снедает нетерпение, он все же не спешил закончить разговор. - Я слышал о тебе, самая запоминающаяся дама, - продолжил он. -Ты пыталась связать свою судьбу с Мертвым Сомом в Черных горах; да, и едва не пробудила его снова к жизни, не так ли? Охотно верю...
      Хотя Сом всегда казался мне лишенным человеческих качеств. Между тем, я обычный человек во всех отношениях, кроме власти. Силы, данные мне от рождения, и те, что я обрел с той поры, - значительно превосходят те, которыми обладал Сом. Или кто-либо еще. Чармиана, ты найдешь мои желания гораздо более обычными, чем желания многих мужчин, которым ты пыталась угодить; но это не значит, что меня легко удовлетворить.
      - Мой император, я хочу только, чтобы однажды мне была дарована возможность попытаться угодить вам любым...
      - Я привык брать все, что захочу. А также наказывать всех моих явных врагов и возбуждать страх во всех тех, кто слишком труслив, чтобы быть моими врагами, - что может быть более в духе Востока?
      Чармиана молча отвесила глубокий поклон в сторону резного трона, на котором восседал император.
      Оминор произнес:
      - Прежде чем ты предпримешь более энергичную попытку устроить мое счастье, ответь мне на один-два вопроса; повтори, как ты оказалась с тем мужчиной там, где вас нашел мой патруль. Что случилось с Абнером и во что превратился мой главный колдун? - Где-то совсем рядом, возможно, в другом помещении роскошного шатра, послышался хриплый вскрик. - Мои люди продолжают задавать эти же вопросы мужчине, который был с тобой, но, похоже, он действительно безумец, каким кажется. Он только вопит. Возможно, ты - единственная свидетельница, поэтому постарайся вспомнить еще немного подробней. Скажи точно, где Вуд?
      - Мой грозный повелитель, я постараюсь сделать все, что в моих силах. Чармиана уже рассказывала о судьбе Абнера и Вуда, умолчав, естественно, о своем предательском нападении на констебля. Теперь она начала повторять свой рассказ, добавляя подробности, которые могла припомнить; и все же она не могла сказать точно, где это все произошло. Она в течение двух дней бродила с оглушенным Чапом, пока восточный патруль не нашел их. Она ничего больше не могла сообщить о Вуде императору, который внимательно слушал. Время от времени доносились безумные крики Чапа. В миг, когда она смогла задуматься о своем, до Чармианы дошло, какое ей доставит удовольствие наблюдать за медленной смертью Чапа, но затем, в следующее мгновение, она поняла, что ей будет не хватать его, когда его не станет. Она припомнила ощущение некоторого удовлетворения, смешанного со страхом, испытанное ею, когда она узнала его в мужчине, ворвавшемся в ее комнаты в караван-сарае, и потом, в шатре констебля. Конечно, Чап мог убить ее в любой момент, если бы она встала у него на пути; но этот человек здесь, на чье расположение она рассчитывала, вполне мог убить ее однажды просто ради развлечения.
      Джон Оминор спросил:
      - Когда эти демоны, о которых ты говорила, вырвались на свободу, не было ли среди них одного заметно большего по размерам или производящего более сильное впечатление, чем остальные? - Он, похоже, считал этот вопрос очень важным.
      - Думаю, нет, грозный повелитель, если вы доверитесь мнению той, кто не слишком хорошо знаком с демонами и не способен смотреть на них без страха.
      - Нет, конечно, нет, - пробормотал Оминор, словно самому себе, - мы бы узнали. - Его глаза снова уставились на Чармиану. - А твой спутник? Он с Запада, ты говоришь, и все же ты, похоже, знала его раньше?
      Трудно было сказать, как много уже мог узнать император, и Чармиана просто сказала правду.
      - Когда-то он принадлежал Востоку, ваша милость, а еще он был моим мужем. Он дезертир и перебежчик. Я не могу поверить, что его безумие -притворство; но, если бы это оказалось так, я с таким же удовольствием смотрела бы на его страдания, с каким я слушаю их.
      Оминор хмыкнул и бросил взгляд назад через плечо. Очевидно, этот сигнал был передан, поскольку отчаянные вопли тут же стихли. Еще мгновение, и двое одетых в черное палачей вошли в шатер, волоча за собой Чапа, привязанного к металлической раме на колесах. Он был раздет и весь в крови там, где с него были содраны полоски кожи; но он не был так искалечен, как представляла себе Чармиана. Его голова поворачивалась из стороны в сторону, глаза глядели безумно.
      Вошли еще двое мужчин, колдуны, если судить по их одежде. Оминор повернулся к ним.
      - Попытайтесь каким-нибудь более мягким способом восстановить его память. Это может оказаться важно. Если он знает что-либо о том, что случилось с Вудом...
      Снаружи послышался какой-то гомон, занавесь у входа дрогнула, и появился сам Вуд. Он поспешно прошел вперед, едва взглянув на Чармиану, отвесил поклон и быстро выпрямился.
      - Мне нужно перемолвиться с вами несколькими словами, немедленно, мой господин.
      Оминор с готовностью поднялся и направился из помещения, жестом пригласив Вуда следовать за собой. Чармиану оставили в смеси гнева и облегчения, которую она не совсем понимала, разглядывать мужа, с которым теперь обращались более мягко.
      Оминор и Вуд стояли друг против друга во внутренних покоях из черного шелка, в шатре внутри шатра, охраняемом самыми верными тайными силами и заполненного темнотой, которая для глаз была словно слепящий свет.
      Вуд сразу приступил к делу.
      - Верховный владыка, я могу привести в чувство человека, над которым они там хлопочут; это одно из моих заклятий все еще тяготеет над ним. У него есть важная информация?
      - Нет, поскольку ты здесь. Где ты был?
      - Мобилизовал силы, способные помочь нам, владыка император. Вскоре мы будем испытывать в них крайнюю нужду.
      - И ты был сражен в процессе этого? Так сказала мне женщина, но я сомневался... Так кого ты пытался вызвать?
      Последовала пауза. Вуд начал отвечать издалека.
      - Повелитель, незадолго до этого я столкнулся с Арднехом и потому ослаб. Могущество Арднеха теперь чрезвычайно велико - мы никогда не подозревали, что оно может стать таким. Возможно, он так же силен, как -другой, которого мы оба знаем, и чьего имени мне не следует упоминать... Оминор встал.
      - Действительно ли ты ведешь к тому, о чем я думаю? Значит, вот что было целью начатой тобой церемонии? - Тайный шатер приглушил звук, но все равно гнев в голосе императора был ужасен. - Ну конечно; кто еще мог бы свалить тебя так?
      - Владыка император, выслушайте меня, если вы собираетесь спасти Восток! Говорю вам, я встретился с Арднехом и я знаю! Мы должны пробудить Того, чьего имени не должно произносить, чтобы он сражался за нас. Иначе мы погибнем.
      - Пробудить его, ты говоришь? Не просто воспользоваться его силой?
      - Да. - Вуд побледнел. - Пробудить его настолько, чтобы можно было послать его на битву. Держать вожжи его ощущений и его воли и отослать его обратно вниз, когда он сослужит свою службу.
      Снова последовало короткое молчание, прежде, потом Оминор сказал:
      - Думаешь, возможно освободить того, о ком ты говоришь, а затем снова закупорить его, словно остатки вина?
      - Это риск, на который нам нужно пойти, верховный владыка.
      - Ты действительно веришь, что можешь сделать это? - громкий грубый голос императора звучал так, словно под сомнением был скорее здравый рассудок Вуда, чем его способности.
      - Повелитель, Арднех обессилил меня до того, как Другой свалил меня. Но даже тогда он не смог освободиться от наших оков, как видите. Прежде, чем начать снова, я отдохну и выполню все приготовления. В следующий раз я буду располагать помощью...
      - Ну конечно! - Оминор всплеснул руками, словно ему в голову пришла блестящая мысль. - В помощь тебе мы призовем те самые три силы, что парили над озером, оберегая нашу императорскую персону в тот день, когда мы пригласили Арднеха к себе во дворец - ах, кажется, это было так давно. Да, позови их, позволь им сомкнуть свои челюсти на каждом, кто будет угрожать нам, как, клялся ты, они готовы сделать.
      Вуд склонил голову, стараясь не выказать ничего, кроме совершеннейшей покорности. Арднех уже смел этих троих демонов вместе с остальными -Оминор должен был бы. Но сейчас не время было говорить вообще что-либо. Высказав свою точку зрения и нагнав, как он полагал, достаточно страху, император был готов говорить по существу.
      - Вуд, несмотря на твои недавние ошибки, я готов прислушаться к твоему новому плану. Но я не до конца убежден. Я понимаю лучше тебя или кого-либо другого опасность того, что ты предлагаешь. Не предпринимай никаких дальнейших шагов в этом направлении, если только я сам не дам разрешения на это. Однако... - Вуд поднял глаза. - Однако если то, что ты рассказываешь мне об Арднехе, - правда, нам, возможно, придется предпринять самые отчаянные шаги, и очень быстро. Поэтому сейчас отдыхай и готовься - нужны еще какие-то предварительные приготовления?
      Вуд снова воспрянул духом.
      - Еще одно жертвоприношение, великий владыка. Мне нет нужды обещать, что оно будет проведено гораздо более тщательно, чем предыдущее. Это все; и Того, о котором мы говорим, можно будет не только быстро вызвать, но и быстро упрятать так же глубоко, как всегда.
      Последовало молчание.
      - Иди и сделай это, - отрывисто промолвил затем Оминор. Он встал, рукой распахнул маленький шатер темноты и вышел наружу.
      Вернувшись в личные покои, император вскоре принял одного из своих главных техников и своего командующего животными, который явился в волчьем облике. Оба они принесли хорошие новости. В последнее время технические устройства Старого Мира обнаружили постоянное увеличение электромагнитной активности в некоторой ограниченной области на севере. Похоже, как раз там, где, как докладывали полуразумные разведчики командующего животными, двое людей, мужчина и женщина, вошли в странную пещеру. С той же стороны пришли ветры, которые победили Вуда и рассеяли его сонм демонов. В том же направлении продвигалась и армия Дункана, словно там было нечто, что принц хотел защитить.
      "Я нашел жизнь Арднеха". Оминор не сказал этого вслух. Но он отпустил слуг и некоторое время стоял в одиночестве, глядя на карту. Затем он вызвал полевых командиров и потребовал от них ускорить продвижение на север. А те твари, которые уже находились вблизи этого объекта, должны были выяснить, чего можно добиться стремительной атакой.
      10. ВОЙНА ЖИВОТНЫХ
      - Арднех, сколько мы здесь пробудем? - Рольф сел на ящик с инструментами Старого Мира. Его руки нервно вертели ручку качающегося устройства из серебристого металла. Кэтрин лежала свернувшись калачиком на полу в другом конце комнаты, словно надеясь заснуть. Они почти не разговаривали друг с другом с тех пор, как вернулись из разведки. Выслушав сообщение о следах лап, Арднех настоял на том, что все время по крайней мере один из молодых людей должен бодрствовать и быть начеку; здесь, внутри, они не должны были зависеть от его возможности предупредить их об опасности.
      Ответ Арднеха удивил Рольфа.
      - Сейчас невозможно точно определить число дней. Но почти наверное это продлится не больше месяца. К тому времени исход войны будет решен.
      В другом конце комнаты голова Кэтрин приподнялась и повернулась в сторону Рольфа.
      Рольф открыл рот, закрыл его и попытался сказать снова.
      - Она закончится? - только и смог наконец выговорить он.
      - Следующая битва решит исход войны, - ответил Арднех, констатируя неоспоримый факт. - И это произойдет здесь, в течение месяца, хотя война продлится еще год или два.
      - Арднех...
      Сражение будет здесь?
      - Вокруг меня и со мной. Я должен завлечь самого сильного врага к себе и разбить его здесь, если его вообще можно разбить. А Дункан должен подойти со своей армией, чтобы быть готовым ударить снова, когда я выполню свой долг.
      Кэтрин спросила:
      - А что должны делать мы с Рольфом?
      - Очень многое. Нужно сделать замены некоторых устройств, которые я не могу сделать сам, - вполне достаточно работы, чтобы полностью занять двух человек до тех пор, пока все не решится. У Рольфа большие врожденные способности к технике; и он достаточно хорошо знаком со мной, чтобы не слишком смущаться моим присутствием. Вот почему я решил, что именно он должен принести мне сердце энергетического генератора.
      Кэтрин вытянула тонкую руку и коснулась одного из железных шкафов.
      - У меня нет большой сноровки в обращении с подобными вещами.
      - У тебя ее больше, чем ты думаешь, - заверил голос Арднеха. - Ты будешь помогать с оборудованием. Но твоя главная роль, какую я отвожу тебе в своих планах, причина, по которой я привел тебя сюда, - достояние будущего. Я смутно вижу это, но не могу пояснить. Ты обладаешь способностями, о которых ничего не знаешь. Силами жизни, которые создают мир.
      - Магическими? Нет, я не могу...
      - Не магическими. И не связанными с магией. Всем вместе. Реальностью. Ее взгляд обратился к Рольфу, словно ища поддержки. Это был момент наибольшего откровения между ними, какого не было с тех пор, как они присоединились к Арднеху. Но, хотя сердце Рольфа чуть не выскочило из груди от этого взгляда, он ничем не мог помочь.
      Арднех не дал им времени на дальнейшие размышления, объявив, что подключение источника энергии, который они принесли, уже закончено. Он привел их в другую комнату и начал разъяснять им, как надо сделать то, что должно быть выполнено. Там были ячейки из металла и стекла, которые нужно было открыть, разобрать, переместить, собрать снова в новой конфигурации. Были длинные кабели, похожие на многоголовых змей, которые нужно было развернуть, проверить и подключить. Внешне оборудование было не слишком сложным, но все равно требовалось некоторое время на обучение. Пальцы Рольфа вскоре приобрели требуемую сноровку; Кэтрин, менее способная к технике, постепенно ограничила свою помощь разворачиванием шнуров, подключением и переноской, беря в руки инструменты только в случае крайней необходимости.
      Этой ночью в разрушенной спальне сон все никак не шел к Рольфу. Он заворочался, снова и снова поглядывая на неподвижную завернутую в плащ фигуру в дальнем конце комнаты. В конце концов он сел.
      - Арднех.
      Казалось прошло очень много времени прежде, чем прозвучал ответ.
      - Что случилось?
      - Кэтрин находится под действием заклятия, наложенного на нее Чармианой. Фигура в дальнем конце комнаты, похоже, продолжала спать. -Если бы ты смог снять его, мы оба были бы очень тебе благодарны.
      На этот раз пауза была еще длиннее. Затем голос рядом с Рольфом произнес:
      - Я знаю о заклятии. Снять его не просто из-за источника силы, использованной чтобы его наложить. Кроме того, это не кажется важным.
      - Наша жизнь здесь была бы гораздо легче, если бы... Спокойный, непреклонный голос Арднеха заглушил его. - В данный момент жизнь многих на Западе гораздо труднее вашей. И для вас существует гораздо большая опасность, чем неудобство, о котором ты говоришь. Я сейчас слишком занят, чтобы тратить время даже на его обсуждение. Кто-то другой может помочь вам там, где я не могу этого сделать.
      Другой? Кто? Но пытаться спрашивать было бесполезно; Рольф почувствовал, что Арднех удалился.
      Кэтрин все еще спала - или все еще делала вид, что спит. Он снова попытался заснуть, но тщетно. Он встал и начал ощупью пробираться по темным, но уже отчасти знакомым коридорам к прохладному воздуху туннеля и дальше, в теплую летнюю ночь снаружи. Некоторое время он настороженно стоял у самого выхода из туннеля, прислушиваясь к естественным звукам ночной прерии, которые доносились сквозь журчание ручья. Затем взобрался на небольшой пригорок над входом в пещеру и сел в траву, разглядывая звезды.
      - У-у-у-у, Роольф.
      Огромная птица оказалась почти на расстоянии вытянутой руки от него раньше, чем его глаза смогли разглядеть ее в темноте.
      - Страйджиф! Как я рад снова видеть тебя. Как ты? Какие новости?
      Птица коротко рассказала о недавно убитых рептилиях и о лично пережитых опасностях; затем - о передвижениях огромных армий и о том, что и Восток и Запад собираются на этих северных землях.
      - С каждым днем великая битва приближается. В армии Дункана все говорят об этом.
      - Арднех тоже так говорит. У тебя есть для меня сообщение от Дункана? Когти Страйджифа достали из курьерской сумочки маленький свиток бумаги, который он протянул Рольфу движением своего убийственного клюва.
      - Тыыы произведен в чин капитана, женщина Кэтрин официально признана офицером. И еще: то, что я сам заметил. Большие четвероногие животные движутся сюда, мнооого впереди обеих армий. Стая животных, которых я неее знаю, и они будут здесь до рассвета.
      Ночью прошел дождь, и хмурым утром западная прерия источала запах, скорее напоминавший об осени, чем о лете. Армия Востока сворачивала лагерь, готовясь к еще одному дню марша на север. С первыми лучами солнца Чармиана вышла из своей палатки, настороженно следя за палаткой, в которой отдыхал Вуд. Наконец она увидела, как он появился оттуда, одетый в мягкую дорогую мантию.
      Снова для работы главного колдуна в стороне от лагеря была приготовлена круглая площадка. В центре этой площадки на всю ночь под охраной двух солдат оставили привязанного к железной раме Чапа.
      Вуд задержался у своей палатки, совещаясь с остальными колдунами. Чармиана воспользовалась возможностью приблизиться к ожидающей жертве. Схватив Чапа за длинные волосы, она повернула его лицо к себе. Он зарычал, но в этом едва ли человеческом звуке не было признаков узнавания. Глаза у него были, как у пойманного животного. Раньше ей хотелось выцарапать эти глаза. Теперь у нее была возможность сделать это. Но почему-то желание пропало.
      Приблизился Вуд в сопровождении двух помощников, таких же молчаливых и серьезных, как и их господин. Когда главный колдун метнул взгляд в ее сторону, Чармиана стремительно вышла из круга. Сразу за его пределами она остановилась, одинокая и выжидающая, как незадолго до того.
      Как только были закончены некоторые предварительные приготовления, Вуд приблизился к жертве, лежавшей на железной раме. Колдун поднял и распростер пустые руки. Для этого жертвоприношения он не должен был пользоваться ничем столь грубо материальным, как нож. Эту жертву следовало лишить жизни незаметно и бескровно. Ее энергия была нужна в качестве растворителя и смазки, чтобы расплавить печати и смазать петли тюремной двери, через которую вскоре придется пройти Орку, если в конце концов будет решено освободить его. Теперь, чтобы извлечь энергию жизни Чапа без применения материального оружия, Вуд пустил в ход самое тонкое искусство. Продвигаясь медленно и осторожно, Вуд не обращал внимания на - или, по крайней мере, не останавливался, чтобы посмаковать - реакцию жертвы, чей разум следовало прояснить, чтобы она понимала, что с ней происходит. Смазка отчаяния должна была смешаться со смазками страха и муки. Чап, наконец вновь обретая разум, напрягся в своих оковах и с новым, сознательным выражением ужаса глянул вверх на человека, который начинал убивать его.
      Вуд убивал в ритуальных целях так часто, что теперь это казалось ему не более существенным, чем разбить яйцо. Пока его голос речитативом произносил заклинания, а руки жестикулировали, разум колдуна витал в мире иллюзий. В своем воображении он снова спускался в самую глубокую темницу. Теперь он стоял там, словно ремесленник, мастер, смазывающий замок -хитроумный, огромный замок, который держал массивную дверь, дверь, надежно запечатанную и закрытую решеткой, ключ от которой был спрятан так далеко, что о нем забыли. Чтобы найти этот ключ, потребуется еще одна ужасная церемония, но не сегодня.
      За дверью, знал Вуд, шевелилось чудовище (да, он мог ощущать и слышать его через дверь), грозное существо, сгорбленная, скользкая, выпирающая горой масса, которая задевала за дверь, разворачиваясь в своей крошечной камере, топая по крошечному кругу, по которому вынуждена была прогуливаться. Теперь существо это полностью проснулось. Вуд ощущал его зловонное дыхание, доносящееся...
      Достаточно. Того, что он представил себе дыхание демона, было более чем достаточно. Он должен был удерживать в мозгу образ рабочего. Он должен смазать долго бездействовавшие петли и замок, сделать их готовыми к использованию. Теперь скрутить и выжать маслянистую тряпку (по имени Чап), чтобы получить растворитель и смазку. Теперь проникнуть глубоко в замок и убрать запечатывающие силы со всех его частей...
      Невероятно, но рука рабочего, поднесенная к двери, была схвачена чем-то с противоположной стороны. Кисть Вуда стала безжизненной, словно лед. Онемение распространилось на всю его руку. Он попытался отойти от двери, выдернуть руку. Когда эти усилия ни к чему не привели, он сделал попытку разом отогнать от себя видение, хотя это было чрезвычайно опасно. Но его руку продолжали удерживать. Он мог только глазеть, в ужасе не веря самому себе, на то, как монстр, каким-то образом раздобывший отмычку, продолжал успешно ею пользоваться, прикладывая всю свою силу.
      Замок мгновенно сломался, решетка на двери растрескалась. Масса за дверью навалилась на нее еще сильнее, и прутья сломались. Медленно, почти лениво, дверь повернулась на петлях, открываясь...
      С силой, рожденной крайним ужасом, Вуд вырвался, возвращаясь в собственное тело, в мир людей. Чармиана, пристально следившая за лицом своего мужа, была первым человеком вне колдовского круга, понявшим, что что-то идет отвратительно плохо. Она увидела, как лицо Чапа изменилось еще раз. Новое выражение спокойствия сменило осознанный страх, и она подумала, что Чап находится на грани смерти. По непонятным ей самой причинам она ощутила укол досады, неосознанно подалась вперед, чтобы выразить свои чувства каким-нибудь жестом, и увидела такое, что заставило ее попятиться.
      Внезапно она увидела, как правая рука Чапа, ничуть не напрягаясь, двигаясь с непринужденной уверенностью, освободилась от оков (да из железа ли были эти обрывки, теперь лежащие смятыми, словно изорванная материя?) и переместилась, чтобы взяться за более толстый железный обруч вокруг груди. Рука ухватилась за него и рванула. Обруч звонко лопнул, разбросав осколки, которые словно стрелы пролетели мимо головы Чармианы. Не то чтобы действия Чапа имели какое-то отношение к ней; его глаза с новым, ужасающим, спокойствием были прикованы к Вуду.
      Вуд, встретившись с этим взглядом, надолго замер, его двигавшиеся руки неловко вытянулись в горизонтальном направлении. Его двое помощников тоже замерли, один - с руками, вытянутыми перед собой, словно он защищался от нападения Чапа, второй - нелепо согнувшись вперед, словно от боли в животе. Каждая деталь этой сцены казалась в этот момент вырезанной из камня.
      Затем руки Вуда метнулись вперед, выставив указательные пальцы, словно колдун превратился в мальчишку, держащего странное воображаемое оружие во время игры. Из рук Вуда в сторону поднимающейся фигуры Чапа в темно-красном, запачканном кровью балахоне жертвы, ударило кривое, словно сабля, многоцветное пламя. Оно заполнило почти все пространство, отделявшее Чапа от колдуна. Но последние полметра остались нетронутыми им. Сам контрудар Чармианы не смогла увидеть, только его эффект. Ей, в ужасе наблюдавшей за всем происходящим, показалось, что лицо Вуда, застыв на месте, превратилось в уродливую замершую маску, в то время как за ним и ниже голова и тело колдуна разлетелись бескровными клочьями и прахом. Затем и лицо рассыпалось летучей пылью. Одновременно и двое помощников Вуда отлетели в стороны, словно тряпичные куклы. За ударом, поразившим колдуна, последовало беззвучное сотрясение воздуха и земли. Чармиана упала на колени. Она слышала, как в отдалении кричали, убегая прочь, солдаты. Тело, принадлежащее Чапу, высокое и, казалось, ничуть не пострадавшее, стояло, поворачиваясь туда-сюда, оглядываясь и прислушиваясь. Чармиана увидела, что лагерь, находившийся в некотором отдалении, заполнился заваленными палатками и бегущими людьми. Одетые в черное колдуны подбегали, затем поворачивались и бросались в бегство или останавливались и беспомощно дрожали, когда тот, кто был когда-то Чапом, бросал на них свой взор. От Вуда не осталось и следа, а те двое, что помогали ему, скорчившись катались по земле. Чармиана была единственным живым существом в радиусе пятидесяти метров от наводящих ужас глаз Чапа, и теперь они обратились к ней.
      Продолжая стоять на коленях, она протянула вперед руки.
      - Арднех. - Ее голос дрожал и был едва слышен даже ей самой. -Арднех, благодарю тебя - прими тысячи благодарностей за то, что ты убил человека, державшего меня у себя рабыней.
      Глаза, принадлежавшие Чапу, задержались на ней только на мгновение, затем снова обратились к переполоху, царившему в лагере. Неожиданно голос, вселяющий куда больший ужас, чем голос Чапа, вырвался из его горла.
      - Слушайте меня, люди, черви земли! Я, император Орк, пришел, чтобы вернуть себе свой трон и бросить весь мир к своим ногам. Узнайте - и поверьте, и готовьтесь покориться. Судьбы всех вас зависят от того, как преданно вы будете служить мне в надвигающейся битве с Западом. А пока прощайте.
      Только Чармиана находилась достаточно близко, чтобы увидеть, что произошло вслед за этим. Тело Чапа сотрясла продолжительная дрожь: сила, управлявшая им, зримо убывала. Внезапно перед Чармианой снова оказался ее муж.
      Чап глубоко вздохнул, словно человек, вынырнувший из-под воды. В его глазах читалось удивление, но не озадаченность; очевидно, он сознавал все, что происходило, пока Орк использовал его тело, чтобы освободиться.
      Взгляд Чапа остановился на Чармиане. Она издала тихий, приглушенный крик, вскочила на ноги и попыталась бежать, но прежде чем она успела сделать хотя бы шаг, крепкая рука Чапа сжала ее предплечье.
      - Мы собираемся покинуть это место, - сказал Чап спокойным хриплым голосом. - Думаю, никто не будет пытаться остановить императора Орка на его пути.
      - Мой единственный истинный господин, - произнесла Чармиана с оттенком грусти в голосе. - Я знаю, что ты должен думать обо мне; но меня это не волнует теперь, когда я вижу тебя живым, невредимым и снова свободным.
      - Двигай, - сказал он, занятый тем, чтобы посмотреть, нет ли преследования. Тысячи отдаленных глаз следили за ним, но ни один солдат потрясенной армии Востока не пытался подойти ближе. - Только попытайся поднять тревогу, и я сломаю тебе хребет прежде, чем они доберутся до меня. И они ушли.
      Когда Орк в первый раз полностью очнулся в своей почти вполне физической темнице, его первой отчетливой мыслью было, что кто-то или что-то помогало ему, оказывая эту помощь без принуждения, по собственной воле. Могучие силы, кроме его собственных, трудились, чтобы освободить его, рассеивая державшие его в дремотном состоянии туманы и заклинания, пропуская в его камеру яркий, почти слепящий свет. Никогда раньше Орк не получал свободной и добровольной помощи, и побуждения его помощника теперь оставались для него совершеннейшей загадкой. Но у него не было времени задавать вопросы, не было времени ни на что, кроме титанических усилий, которые он должен был приложить, чтобы завоевать себе свободу.
      Магические образы, в которых Орк видел происходящие события, были запутанными, не такими отчетливыми, как темница и замок Вуда. Но Орк увидел путь, каким ему надлежало следовать. Человек, использованный Вудом, стал для Орка первой ласточкой, первым фрагментом реальной жизни, проникшим в хаос его тюрьмы. А затем этот человек стал челноком, ныряющим и раскачивающимся в волнах обезумевшего океана жизни. Получив возможность снова мыслить и двигаться при помощи неизвестного источника посторонней помощи, Орк овладел человеком и использовал его, втиснул свою демоническую громаду в крошечную матрицу человеческого мозга и с помощью этого лифта вновь поднял свою титаническую энергию на уровень мира людей.
      После этого было делом секунды или двух освободить заимствованное тело от его физических оков, чтобы легче было использовать его, если бы Орк решил это сделать. Потребовалось еще только мгновение, чтобы сразить Вуда. Затем последовала быстрая оценка ситуации, и человеческое тело обеспечило демону-императору подходящий голос, чтобы объявить армии Востока о своем возвращении.
      Даже пока он говорил, его мысли и ощущения мчались вперед. Он ощутил некоторое сожаление, что так быстро убил Вуда. Ему хотелось вековой мести тем, кто предал его, и Вуд должен был быть среди них, так же, как и архипредатель Оминор. Но между тем Орк увидел и понял, почему Оминор отважился подумать о том, чтобы вернуть его обратно в мир. Опасность со стороны Запада в данный момент была огромной. Без Орка Восток был не достаточно силен, чтобы встретить ее. А если бы Запад победил, интриганы Востока обнаружили бы, что им больше нечего красть друг у друга. Средоточием западной опасности проступала сила, новая для Орка; новая и странная и более могучая, чем любая из тех, с какими ему доводилось встречаться раньше. Превосходили ли силы этого нового врага его собственные, он не мог определить сразу, но у него было впечатление, что они все крепнут. У врага было имя - Арднех. Имя не было тайным, оно было надменно открытым - попробуйте применить против него какую хотите магию, враждебные силы Востока. Арднех сиял спектром различных энергий, излучая смертельную ненависть к Орку и всему, творимому им. Все это Орк охватил в одно мгновение после возвращения в мир людей, пока все еще взирал на него глазами человека, предназначенного для принесения в жертву.
      Поскольку его главный враг становился все сильнее, не было никакого смысла откладывать сражение, которое должно было состояться.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11