Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Ловля Минотавра на живца

ModernLib.Net / Научная фантастика / Шаганов Андрей / Ловля Минотавра на живца - Чтение (стр. 5)
Автор: Шаганов Андрей
Жанр: Научная фантастика

 

 


— На, держи. — Он протянул значок Тедди.

— Да на кой он мне нужен! — возмутился тот. — Я что — араб, чтобы навешивать на себя всякие блестящие побрякушки?

— Ну, брось его куда-нибудь. Слышишь, Клайд? Я передал значок. Можно мне теперь встать в строй?

Гид даже не нашелся, что ответить на эту дерзость.

А Тедди, повертев значок в руках, бросил его в «бардачок».

Дорога, немного попетляв по лесу, спустилась в долину. Здесь деревья росли не так густо, и по обочинам стали появляться полянки. Однако возможности обогнать соперников все еще не было. Снова справа поднялась скалистая серая стена. Теперь она была отделена от дороги пологими, поросшими травой каменными осыпями. На почти отвесном склоне притулились мелкие кустарники. Их зелень резко контрастировала с камнями и радовала глаз.

— Красивые все же здесь места! — не удержалась от восклицания Энни. — Игра на такую ставку стоит свечь.

— Я еще ни разу не видел, чтобы миллионеры жили в трущобах или на помойке, — заметил Тедди.

— Да, они умеют устраиваться, — кивнул Вилли.

Он хотел сказать что-то еще, но впереди возник затор, и вся колонна стала. Отставшие подтянулись к лидерам, и между бамперами машин почти не оставалось свободного пространства.

— Что там случилось? — забеспокоился Клайд.

— Машина лежит поперек дороги, — ответили ему. — Проехать нельзя.

— Как это нельзя?! — По визгливым интонациям можно было узнать голос Льва. — Надо убрать ее с дороги, и все!

— Иди и убери, если ты такой здоровый, — огрызнулась рация.

— Убирать должны передние, — ответил Лев. — А то, пока мы вернемся к машинам, вы уже уедете!

— Логично! — усмехнулся Вилли.

— Господа, господа, — вмешался в перепалку Клайд. — Давайте сделаем так: мы сейчас сообща уберем машину, а потом я дам старт, общий для всех, в том числе и для лидеров.

— Вы рассчитываете вручную сдвинуть две тонны? — сказала Гамма.

— У нас здесь довольно много роботов, которые смогут справиться с этим без помощи людей.

— Но…

— Правильно, правильно! — закричал Лев, и многоголосый хор поддержал его.

— Заодно будет небольшая передышка, — начал было Клайд.

— Сколько можно отдыхать?! Мы все здесь занятые люди!

— Хорошо, хорошо, как только дорога будет свободна, мы продолжим наше путешествие. Кстати, господа, у кого сейчас находится значок старшего группы, захватите его с собой.

Тедди потянулся к крышке «бардачка», и рука его замерла на полдороге. Два солнечных луча проникали сквозь овальные отверстия и утыкались в пол возле ног Энни.

— Черт побери! В нас стреляли! — сообщил он.

— Когда? — не понял Вилли.

— Сегодня. Минут пятнадцать назад. Когда я клал сюда значок, этих дырок не было.

— Похоже, не мы одни с тобой умные.

— Что ты имеешь в виду?

— Кто-то прихватил с собой оружие посерьезнее моего «кольта»!

— Приятная новость! Но почему они все время лезут на нас?

— А может, и в других машинах есть такие дырки? Мы же не проверяли.

— Ладно, пойдем посмотрим, что там случилось. Может, помощь нужна.

— Значок не забудь нацепить.

— Ага, хоть немного побуду командиром! — заржал Тедди, пристегивая бляху к своему комбинезону.

Они спрыгнули на землю и пошли к голове колонны, от которой их отделяло всего три машины. Походя Тедди косил глазом, отыскивая пробоины в других машинах, но то ли их не было, то ли все они располагались с другой стороны.

Вездеход лежал поперек дороги, уткнувшись тупым рылом в густой кустарник. По всей видимости, машина совершила полный оборот в воздухе и, ударившись колесами о грунт, переломилась пополам. Удар был настолько силен, что кузов провис до самой земли, а задняя часть задралась вверх. Стекла вылетели вон, двери вырвало, колеса торчали в разные стороны — мосты также не выдержали удара и согнулись. Под машиной что-то громко журчало.

Но не вид гибели стального экипажа произвел более всего впечатления на собравшихся. В руинах автомобиля происходило движение. Порванный тент приподнимался, словно кто-то толкал его снизу, желая освободиться, а потом снова опадал. Будто бы кто-то агонизировал в кабине мертвой машины.

Тедди, без труда пробившийся в первые ряды зрителей, сделал шаг вперед и одним движением сорвал тент с покореженной рамы. Взору путешественников предстала ужасная картина.

Робот, настолько похожий на человека, что отличить можно только при очень внимательном взгляде, лежал распятый на обломках водительского кресла. Каркас последнего лопнул, и иззубренные обломки пробили робота насквозь, намертво пригвоздив его к машине. Голова робота от сотрясения сорвалась с креплений и валялась неподалеку, соединенная с телом только двумя-тремя проводами. А тело продолжало функционировать. Как у большинства андроидов, главный процессор робота располагался в груди, и отсутствие головы не мешало ему принимать решения. Однако главный привод был серьезно поврежден, и робот мог только судорожно дергаться, совсем как умирающий человек.

— Выключите его кто-нибудь! — раздался над поляной женский голос. — Что вы смотрите на него?!

Из толпы выступил новый знакомый Вилли — Пол.

— Разрешите мне, спасибо.

Он наклонился над роботом и просунул руку в то, что совсем недавно было животом. Вилли содрогнулся. Ему показалось, что молодой человек сейчас вырвет из груди робота настоящее человеческое сердце. Сержанту приходилось видеть подобное во Вьетнаме. Но Пол всего лишь чем-то щелкнул, и робот замер.

— Все, — сказал он, густо покраснев.

В этот момент поляну накрыла тень. Путешественники подняли головы и увидели над собой планетарный бот. Судно медленно снижалось. Вот распахнулся донный люк, и на землю плавно опустились роботы-погрузчики.

— Долго собирались, — проворчал Тедди, выбираясь из толпы.

— Простите, сэр, — услышал он голос за спиной. Десантник быстро обернулся и сначала не понял, кто к нему обращается. Только опустив глаза, он увидел перед собой подростка с такой субтильной внешностью, что трудно было определить — мальчик перед вами или девочка.

— Чего тебе? — Он постарался смягчить свой голос, но лолное отсутствие опыта общения с детьми сразу выдало себя. Голос прозвучал фальшиво.

— Могу я посмотреть значок старшего группы?

— А почему же нет? — удивился такой щепетильности Тедди, отстегивая бляху. — На, владей пока.

— А разве он ваш?

— Нет. Подойдет Клайд, ему и отдашь. Мне-то он ни к чему.

И, быстро повернувшись, пилот заспешил к своей машине.

Тем временем роботы обстропили обломки вездехода и с грохотом швырнули их в трюм бота. Люк захлопнулся, бот качнулся и, стремительно набирая высоту, исчез в небе.

Путешественники еще некоторое время стояли, глядя ему вслед. И если бы можно было прочитать их мысли, наблюдатель нашел бы в них удивительную схожесть. Ведь на месте покореженного андроида мог оказаться любой из них. Но суть происходящего еще была скрыта от людей. Жертвы только подходили к алтарю, не зная, что они уже стали частью кровавого шоу.

Первым очнулся Штальнагель. Его машина стояла в голове колонны, и теперь ничто не мешало ему создать значительный разрыв. Несмотря на возраст, он легко запрыгнул на подножку и крикнул своему роботу:

— Вперед!

— Эй! Стойте! — закричал Клайд. — Я еще не дал старт!

Но его никто не слушал. Путешественники бросились к своим машинам, натыкаясь друг на друга, толкаясь и крича.

Следом за Штальнагелем с места сорвалась вторая машина. Третья же никак не хотела трогаться. Тедди процедил сквозь зубы какое-то ругательство, крутанул руль и, рискуя опрокинуться, объехал соперника по каменистой осыпи. То же попытались сделать и остальные, но первая же машина опасно наклонилась, и только неподвижно стоящий вездеход не дал ей упасть набок.

В эфире поднялся крик, который безуспешно пытался унять Клайд. Он призывал к порядку и спокойствию, но никто не желал его слушать. Каждый старался так или иначе пропихнуть свою машину вперед.

Движение снова застопорилось. Но и на этот раз ненадолго. Между серо-зеленых тентов замелькала лысина Льва. Свой шикарный парик он где-то потерял и без него стал совершенно неузнаваем. Он подбежал к стоящей машине, открыл переднюю дверь и вспрыгнул внутрь. Через секунду водитель вылетел из двери и покатился в кусты. Вездеход рванул с места так, что другой, которому он служил опорой, едва не перевернулся, но шофер сумел удержать его. И тотчас же вся кавалькада бросилась в погоню за лидерами, которые уже успели скрыться за поворотом.

В придорожных кустах остался лежать никем не замеченный труп с ножом в спине. Выброшенный из машины андроид некоторое время бродил вокруг, пока не наткнулся на него. Программа робота была составлена так, что он обязан был служить хозяину даже после его смерти. Робот встал рядом и замер.

Через полчаса их обнаружили уборщики, следующие за колонной на почтительном расстоянии. Они подобрали тело, а андроида просто отключили и забрали с собой.

— Хотел бы я знать, кто идет вторым, — сказал Тедди. Встречный ветер врывался в кабину, крошил слова и разбрасывал их так, что трудно было понять, о чем идет речь.

— Может, открыть заднюю дверь? — предложил Вилли.

— Зачем? — не понял Тедди.

— Меньше будем похожи на дирижабль.

— По-моему, лучше откинуть тент, — ответил пилот и нажал кнопку на панели.

Тент медленно поднялся и стал убираться, но ветер уперся в него, как в парус, в петлях что-то хрустнуло, и движение прекратилось.

— Зараза! — выругался Тедди. — Надо было сделать это на остановке. Что теперь?

Вилли молча повернулся к упрямому механизму и ударил рукой по ближайшей штанге. Хруст повторился, но ничего не сдвинулось с места. Сержант еще раз нацелился в то же место, но в этот момент машину сильно тряхнуло, и тент сложился сам.

19


— Я переключил их на слежение. Вы были недовольны их пассивностью.

— Ну так включай! Сейчас уже можно. У них есть отличная возможность для маневра. Давай, давай! И включи мне контрольный канал одного из них. Я сам хочу видеть, как это произойдет.

— Отлично! Великолепно! — Фингер Двадцать Первый даже зааплодировал перед экраном. — Смоделируйте мне этот эпизод!

— Какой прикажете? — Подобострастие в голосе Ефа-на было фальшивым, но миллиардер не заметил этого.

— Конечно же, убийство этого, как его там?

— Он представился как сеньор Лукато.

— Вот именно он-то мне и нужен. Он первый, но я не видел этой сиены. Поэтому расследуйте и смоделируйте мне всю сцену на фантомах.

— Это займет некоторое время, — предупредил робот.

— Не имеет значения! Каковы мерзавцы! Вокруг них плотная сеть систем слежения, и никто не заметил, кто и когда зарезал этого Лукато!

— Да, согласен с вами, сэр! На этот раз мы набрали более сильную команду игроков.

— Там, кажется, у нас есть парочка мафиози?

— Теперь уже один.

— Как это так «один»? Где второй?

— Второго как раз сейчас везут в мусоросжигатель.

— Ого! Я думал, что такие умирают последними.

— Спешу сообщить вам, что жетон старшего группы передан человеку.

— Кому конкретно?

— Товарищу того, у кого он был раньше.

— А что поделывают роботы?

20


Бахам-младший, а именно так звали мальчика, который, сам того не желая, выпросил значок у Бешеного Тедди, сидел на переднем сиденье вездехода и любовался своим приобретением. Ему было двенадцать лет, а в этом возрасте самое время открывать мир. Ребенком он был неизбалованным, хотя являлся единственным отпрыском довольно состоятельной семьи. Отец держал его в черном теле, желая развить в сыне волю к победе, каковой обладал сам. Родитель считал, что его сын должен пройти через те же испытания, что и он, чтобы стать настоящим мужчиной. Но до сих пор ничего не получалось. Многочисленные лакеи и гувернантки, тайно подсылаемые матерью, в считанные часы благоустраивали любую, самую дикую обстановку, и жизнь Бахама-младшего текла без проблем.

Как уже говорилось, это был худой, бледный подросток с не по возрасту усталым и разочарованным взглядом. Впрочем, он скорее всего притворялся, стараясь быть похожим на взрослых. Его серые глаза постоянно горели любопытством, но, стесняясь, он очень часто прятал их под густыми длинными ресницами. Вытянутое аристократическое лицо, как правило, было безмятежно. Но внимательный взгляд всегда смог бы прочесть все мысли мальчишки на его чистом лобике.

Одет он был дорого, но неброско. Родители знали толк в материях — это был их бизнес. Поэтому Бахам-младший был одет во все крепкое, надежное и, вследствие двух первых обстоятельств, очень дорогое. Цвета он выбирал сам, и поэтому синие джутовые брюки тончайшей выработки прекрасно сочетались с такой же ковбойкой, а дополняли и оттеняли это все ремень из змеиной кожи и такие же полусапожки. Мальчик был одет почти как настоящий ковбой.

Значок он сначала приколол к своей ковбойке, но на этом месте он был плохо виден владельцу. Поэтому он прицепил его на панели приборов и с восторгом разглядывал редкую вещицу.

— Господин Клайд! — позвал мальчик.

— Я вас слушаю, — ответил гид. — Говорите, пожалуйста.

— Могу я потом оставить себе знак старшего группы?

— Простите, а с кем имею честь беседовать?

— Бахам-младший. — Мальчишка машинально поклонился рации.

— У меня в списках нет вашего имени, — после короткой паузы ответил Клайд. — В какой машине вы следуете?

— Наш номер — восемь, — ответил гувернер, сидящий позади.

— Ага! У меня в картотеке вы зарегистрировались как мистер Стейтс, не так ли?

— Да, разумеется.

— А кому вы намерены передать знак?

— Моему подопечному, Бахаму-младшему.

— Я не возражаю. Но на ближайшей стоянке мы все же выберем старшего группы, и знак придется передать ему. Вы согласны?

— Да, я согласен, — кивнул мальчишка. — А после окончания путешествия могу я оставить его себе как сувенир?

— К сожалению, не я решаю такие вопросы, но постараюсь замолвить словечко в вашу пользу.

Клайд не врал. Вся эта затея не очень-то ему нравилась. Поэтому он твердо решил для себя оставить ребенка в живых, чего бы ему это ни стоило. Впрочем, он не мог знать, чего могут стоить ему возражения хозяину.

Ведь мысли о собственной смерти очень плохо укладываются в рамки человеческого разума. Каждый почему-то считает, что он в этом мире едва ли не самая главная деталь, относиться к которой следует предельно бережно. И если он погибнет, то рухнет весь этот прекрасный мир, похоронив под собой и убийц, и равнодушных. И в этом человек, наверное, прав. С гибелью каждого существа невозвратно отмирает некая частица Вселенной, и на месте ее возникает зияющая пустота. Быть может, «черные дыры» — противоположность сияющих светил — и есть следы умерших вселенных. Человек, согласный с таким положением, никогда не станет убийцей. Мало того, он всеми силами будет защищать жизнь не только свою, но и любую другую.

Но Клайд не учел одного обстоятельства. Есть еще, к сожалению, на свете люди, ценящие свои амбиции намного дороже человеческой жизни. Они готовы вымостить свой путь мертвыми телами и считать их только ступеньками на пути к цели, зачастую имеющую ценность только для них самих. Именно к людям такого сорта относился Фингер Двадцать Первый. Он убивал только для того, чтобы разогнать скуку, захватившую его избалованную натуру.

Клайд не успел выйти на связь с замком. Роботы приступили к действиям раньше. Наученные опытом погибшего товарища, они не двигались теперь по прямой, а постоянно меняли высоту и положение относительно цели. Маневрирование затрудняло прицеливание, зато через короткое время картина стала трехмерной, объемной. Недостаток снайперов был в программе, которая определяла целью маяк и ограниченное пространство около него. Расчет, как вы помните, был на то, что мишень будет находиться на груди жертвы. В этом случае практически любое ранение было, безусловно, смертельным. Удаление от цели и расположение стрелков относительно нее не имело большого значения. Поэтому два импульса, невидимых при дневном свете, поразили цель под разными углами.

Удар деструктора совершенно нечувствителен для человека. Нет ни боли, ни разорванных мускулов и переломанных костей. Зачастую нет даже крови.

Просто в теле мгновенно появляется канал, как от сверла диаметром в семь-восемь миллиметров, который, впрочем, тут же заполняется кровью и неповрежденными тканями. Деструктор разрушает связи между молекулами. Смерть же наступает, как правило, от внутреннего кровоизлияния.

Ходили слухи, что деструктор изобрел врач, озабоченный стерильностью хирургических операций. Ничего удивительного в этом предположении нет, гильотину тоже изобрел хирург. Ну а военные нашли инструменту свое применение.

Первый выстрел настиг гувернера Стейтса, сидящего посередине заднего сиденья. Он не мог понять, откуда на него навалилась такая внезапная слабость. Удар луча пришелся в правую часть груди. Он прошил наискосок оба легких, не задев при этом сердца. Однако были повреждены слишком многие кровеносные сосуды. Легкие стали быстро наполняться кровью. Поэтому, когда Стейтс спустя минуту хотел что-то сказать, он зашелся клокочущим кашлем. Изо рта и из носа у него ручьями хлынула кровь, и гувернер повалился вперед, на женщину, сидящую за рулем. Чтобы не испачкать белоснежной блузки, та вместе с рулем подалась влево, и тяжелый вездеход едва не слетел при этом в придорожные кусты.

Мадам Лаева была вынуждена притормозить, чтобы не перевернуть машину. Сзади тотчас раздался возмущенный вой сирены — попутчики, и без того лишенные возможности обогнать, не хотели замедлять темп движения.

Но спасти блузку ей не удалось. Все плечо было пропитано кровью, хлещущей из горла гувернера. Бахам-младший в ужасе прижался к двери, готовый выскочить наружу. Его глаза готовы были вывалиться из орбит. Вот он заметил кровавые брызги на своих брюках и принялся тереть их. Но пятна от его энергичных действий расползались еще больше.

Гувернантка решила остановить машину, чтобы хоть немного привести себя и подопечного в порядок, а заодно и разобраться, в чем дело. Но едва она нажала на педаль тормоза, как задняя машина ударила вездеход в корму и принялась толкать его вперед. Дорога здесь была неровной, и скрежет металла перекрыл все другие звуки.

— Я не хочу! — завизжал мальчишка и принялся молотить кулаками остывающее тело гувернера по плечам, по голове — куда только мог достать. — Ты слышишь? Я не хочу!!!

Он толкнул тело, и оно, качнувшись, свалилось на пол, за спинки передних сидений.

— Успокойтесь, сэр, — сказала мадам Лаева. — Стейтс только ушибся. Возможно, он только разбил нос о спинку кресла. Поэтому так много крови. Сейчас, уже скоро будет остановка, и мы приведем его в чувство.

Она и сама верила в свои утверждения, и поэтому собственный внешний вид волновал ее больше, чем состояние коллеги.

— Да нет же! Он умер, умер, умер!!! — кричал Бахам.

— Ну, посудите сами, — успокаивающе проговорила гувернантка. — С чего бы ему умереть?

— Он умер! — продолжал талдычить мальчишка.

— Этого не может быть. Успокойтесь, сэр. Вам нельзя так волноваться. В вашем возрасте психика еще не до конца сформировалась и может пострадать от таких сильных эмоций. Нет ничего страшного в том, что мистер Стейтс упал в обморок. Вполне возможно, что это результат акклиматизации. Перепад давления, жара… Я тоже что-то себя неважно чувствую, — неожиданно пожаловалась она.

— Вы не имеете права! — вскричал Бахам. — Вас нанял мой отец. Вы должны…

— Не пойму, — не без удивления произнесла гувернантка, полностью погруженная в анализ собственных ощущений. — Откуда-то взялось головокружение и легкая тошнота. Послушайте, у вас с желудком все в порядке?

Мальчишка от такого вопроса вдруг успокоился. В таком возрасте дети часто стыдятся отправления естественных нужд и всего, что с ними связано. Намек на то, что у него может быть расстройство желудка и необходимость останавливать всю колонну только для того, чтобы отыскать укромное место для облегчения, подействовали на него отрезвляюще. Однако он постарался прислушаться к своим ощущениям. Некоторое время он сидел неподвижно, но ничего необычного в своем организме так и не нашел.

— У меня все нормально, а почему вы спросили?

— Что-то мне нехорошо. Боюсь, что продукты на столе могли оказаться не совсем свежими.

Бахам считал неприличным разговаривать с женщиной на эту тему, но все же спросил:

— У вас что-то болит? — Под «что-то» он подразумевал живот.

— В том-то и дело, что нет, но все остальные симптомы совпадают.

И только теперь Бахам заметил, что левый рукав блузки мадам Лаевой насквозь промок от крови. На полу между сиденьями образовалась целая лужа, которая не могла быть связана с лежащим головой к левой задней двери Стейтсу.

— Смотрите! — Он ткнул пальцем в пол.

Гувернантка последила за его рукой и все поняла. Это была ее собственная кровь. Она попыталась закатать рукав блузки, чтобы посмотреть, в чем дело, но пуговка на манжете никак не желала расстегиваться. Забыв об этикете, она вскрикнула:

— Помоги же мне!

— Что надо делать? — с готовностью отозвался Бахам. Его ужас прошел, и, напротив, стало даже интересно.

— Расстегни пуговку и закатай рукав. — Мадам Лае-ва с надеждой посмотрела в зеркало заднего вида, потом вперед.

Ей очень хотелось, чтобы сейчас все обогнали ее, чтобы можно было спокойно остановиться. Но дорога по-прежнему была с одной стороны подперта густыми, переплетенными между собой кустами, а с другой стороны все так же нависали отвесные скалы.

Бахам довольно быстро справился с неподатливой, ставшей скользкой от крови пуговкой и осторожно попытался закатать рукав. Поначалу он пытался проделать все это, не испачкав рук. Но очень скоро отказался от этого своего каприза. Ткань прилипла к коже, и дело продвигалось очень медленно.

— Надо, наверное, разорвать, — неуверенно предложил он.

— Что? Нет, зачем… А вообще вещь все равно испорчена.

У нее уже темнело перед глазами. В ушах нарастал звон, и руки, особенно правая, оказывались крутить руль. Пока ее спасало только то, что дорога была прямая и более или менее ровная.

Мальчишка попытался разорвать рукав, но ткань была крепкая, и его тонкие пальцы не в силах были с ней справиться. Он тянул, дергал, но все было тщетно. В отчаянии он рванул изо всех сил, надеясь, что рукав оторвется у плеча.

И вот только тогда все существо гувернантки пронзила резкая боль, от которой она потеряла сознание. Неуправляемая машина резко свернула вправо, вспрыгнула по каменистой осыпи вверх и врезалась в скалу. От удара вездеход едва не перевернулся, но искореженные бампер и крыло зацепились за какой-то уступ и остановили опрокидывание. Машина встала под углом едва не сорок пять градусов. Система безопасности тотчас выключила двигатель.

Бахама снова охватила паника. Он рвался выскочить из машины, совершенно забыв о том, что с этой стороны дверь уперлась в скалу. Он продолжал щелкать замком и ударять плечом в перекошенную ударом дверь, но она не подалась ни на миллиметр. А лезть через тело гувернантки, казавшееся мертвым, он боялся. Наконец его блуждающий взгляд наткнулся на рацию.

Путаясь в кнопках, мальчишка нашел нужную и, когда в динамиках зашуршало, прокричал:

— Помогите!

Но те, кто преследовал его машину, равнодушно промчались мимо, словно не слышали призыва и не видели перекошенной машины, висящей под скалой.

— В чем дело? — отозвался Клайд.

— У меня здесь все умерли! — прокричал Бахам-младший.

— Как это? — не понял гид, но тут же догадался, что это результат налета снайперов. — А тебя не задело?

— Нет, у меня все в порядке, а вот миссис Лаева и мистер Стейтс умерли.

— Я уже вижу тебя. Оставайся на месте, я сейчас. А что случилось?

— Они изошли кровью. — И только сейчас он понял, что сидит в машине с двумя мертвецами и полом, залитым кровью.

Не говоря более ни слова, Бахам, едва сдерживая тошноту, быстро открыл окно, ужом вылез в него и опрометью бросился к кустам. У кромки дороги он споткнулся, упал и кубарем вкатился в самую середину зарослей. Рвота, надсадный, задыхающийся кашель, рыдания — все смешалось в один нестерпимо горячий ком. Он не помнил, сколько времени все это продолжалось.

Клайд, что удивительно, не заметил бегства мальчишки. Он намеренно отстал от колонны, чтобы случайно не попасть под выстрел роботов шефа. Поэтому ему понадобилось минуты три-четыре, чтобы добраться до места аварии.

Открывшаяся картина его всего лишь несколько обескуражила. Но взволновали его не кровь и два еще не остывших трупа, а отсутствие третьего члена экипажа. Мальчишка, который должен был по новому плану Фингера умереть первым и тем самым вызвать шок у всех остальных, исчез. Клайд сначала подумал, что раздавленное тело находится с той стороны вездехода, но тут ему на глаза попался висящий на зеркале заднего вида значок. Мысленно восстановив возможные траектории, Клайд с облегчением вздохнул. Как бы ни был он плох, этот человек, а брать на душу убийство ребенка он не хотел.

Значок следовало достать из машины. Но Клайд совсем не хотел испачкать костюм. Он вскочил на подножку и протянул было руку, но уперся животом в склоненную голову мадам Лаевой. Прикосновение было неприятным. Он хотел оттолкнуть тело в глубь кабины, но машина наклонилась настолько, что тело упрямо возвращалось в прежнее положение. К тому же ноги постоянно соскальзывали с залитой кровью подножки. В пятый раз помянув дьявола, Клайд спрыгнул на землю, так и не достигнув своей цели.

Бахам-младший слышал, как подъехала и остановилась машина гида. Он хотел сразу выбежать навстречу этому человеку, но задержался, приводя себя в порядок. Отпрыску состоятельной фамилии, наследнику огромного состояния не следовало показываться на людях в таком жалком виде. Поэтому Бахам сначала отер слезы, отряхнул одежду и только после этого двинулся назад к дороге.

Но буквально в двух шагах от границы кустов он замер, словно пригвожденный к месту. Сквозь листву он ясно видел Клайда и сначала не мог понять, чем тот занят.

Вот гид спрыгнул с подножки и, похоже, задумался, стоя возле машины и глядя внутрь салона. Бахам решил, что он ищет его, и хотел крикнуть, но тут гид распахнул дверцу вездехода. Бесчувственное тело гувернантки скатилось к его ногам. Но она не умерла! Она была еще жива. Жестокий удар о землю на мгновение привел ее в чувства. Она с трудом разлепила глаза и, увидев человека, стоящего над ней, протянула к нему руку.

Клайд не отшатнулся, не запаниковал. Он просто посторонился, чтобы окровавленные пальцы не задели его брюк. Потом он окинул глазами окрестности и сунул руку за полу пиджака.

Бахам почему-то сразу понял, что произойдет через мгновение. Он хотел выбежать, закричать, чтобы гид ни в коем случае не исполнял своего намерения, и тут же понял, что он становится нежелательным свидетелем. А такие люди долго не живут. Их убивают сразу, вслед за жертвой. Поэтому рассудительный мальчишка не тронулся с места, решив про себя, что обязательно отомстит гиду за его жестокость.

А Клайд и в самом деле достал из кармана бластер. Почти не целясь, он выстрелил в голову женщины. Вспышка! И на месте верхней части туловища появилась зияющая черная воронка. После этого, уже не глядя по сторонам, он снова вспрыгнул на подножку и на этот раз легко достал значок.

Вернувшись к машине, Клайд небрежно бросил бластер в багажный ящик и запер его на кодовый замок. Это мощное оружие было гарантией его безопасности среди толпы, которая может в один момент прийти в неистовство. Потом он включил прямой канал связи с замком. На вызов ответил Ефан.

— Что там у тебя? — Голос его был недовольным, если только в голосе робота можно различить эмоции.

— Восьмая машина сошла с дистанции.

— Это уже всем известно. Туда выслали катер.

— Ага! Тогда я двигаюсь дальше.

— А где мальчишка?

— В каком смысле «где»?

— Мы видели только два трупа.

— Я думаю, он во время удара вылетел из машины и находится под колесами, — соврал Клайд.

— Не обольщайтесь. Он вышел из машины живой и здоровый.

— Куда же он в таком случае делся?

— Вы для того и существуете, чтобы отвечать на подобные вопросы. Рекомендую вам найти его, чтобы нам не отвлекаться на его поиски.

— Да пусть побегает, — вдруг вмешался в разговор Фингер Двадцать Первый. — Когда перебьем всех остальных, устроим на него облаву. Это даже интереснее. Кстати, Клайд, думаю, что в следующий раз вам надо выдать пистолет. Такой старинный, с пулями. Думаю, это будет выглядеть эффектнее, чем выстрел из бластера.

— Благодарю вас, сэр, — только и оставалось сказать гиду.

— Значит, так, отправляйтесь дальше, а мы пока поохотимся за мальчишкой. Ефан, ты должен знать его расположение в любой момент, когда бы я ни спросил.

— У меня одна просьба, сэр. — Клайд опасливо оглянулся по сторонам.

— Что там еще? — недовольным голосом спросил Фингер Двадцать Первый.

— Будьте так добры, выключите пока снайперов. Значок временно находится у меня…

— Ефан! Закрой пока программу охоты для снайперов.

— Может быть, их отозвать?

— Нет, это будет потерей времени. Сначала их надо будет перегнать к ангарам, потом вернуть на дорогу…

— Но, сэр, колонна находится уже очень близко от первой линии обороны. Затраты времени будут незначительны.

— Как ты смеешь со.мной спорить?! Я сказал!..

На этом Клайд выключил связь и тронул свой вездеход вперед. Ему не стоило оставлять между собой и колонной большое расстояние. Жертвы могли заподозрить его в нечистой игре и слишком рано понять суть происходящего. А он должен успокаивать их и всеми силами убеждать, что пока не происходит ничего из ряда вон выходящего.

Бахам-младший слышал разговор Клайда только отрывками и поэтому смог понять только то, что некие плохие люди уничтожают путешественников ради собственной выгоды. А ради чего же еще?! С младых ногтей Бахам-младший усвоил эту аксиому, что человек готов пойти на любое преступление, если только он получит с этого какую-нибудь прибыль. Элементарная логика подсказывала ему, что скорее всего неизвестные бандиты охотятся за деньгами, которые получат призеры. О том, что выигрыш еще никем не получен, Бахам как-то не подумал.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21