Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Человек из «Альфы»

ModernLib.Net / Боевики / Шахов Максим Анатольевич / Человек из «Альфы» - Чтение (Ознакомительный отрывок) (стр. 3)
Автор: Шахов Максим Анатольевич
Жанр: Боевики

 

 


Марченко вздохнул и мрачно сказал:

– «Альфа» сейчас уже не та. Набрали болтунов, понимаешь…

– Что-что? – удивленно переспросил Гашков.

– Я говорю, что личный состав «Альфы» за последние годы полностью обновился. И не один раз. Старые «зубры» ушли в охранный бизнес да в банки. А от нынешней молодежи чего угодно можно ожидать… Ладно, ясно, – положил ладонь на стол полковник.

В этот момент в дверь постучали, в щели появилась голова представителя департамента морского флота.

– Разрешите? Еле-еле дозвонился до Москвы, занято все время было…

– Ну?

– Чартерный борт уже вылетел. Задержка была почти на час по техническим причинам.

– Ясно, спасибо, – кивнул Марченко, посмотрев на часы. Когда дверь закрылась, полковник спросил у Гашкова: – Успеют они в срок добраться от Бурсы в Стамбул?

– По суше нет, – покачал головой Гашков. – Но мы подготовили для «альфовцев» запасной маршрут…

– Какой еще маршрут?

– Катера на подводных крыльях курсируют вдоль побережья. «Альфовцы» как раз успеют на последний рейс до Стамбула. Прибытие около десяти вечера.

– Ясно, – вздохнул Марченко. Постоянные изменения плана операции «Стамбульский транзит» все больше нервировали полковника и выбивали из колеи. Он и так с трудом держал в голове все детали. Поэтому Марченко провел рукой по лицу и повторил, не сколько для Гашкова, сколько для себя: – Значит, «альфовцы» прибывают в Бурсу, их встречают ваши люди, проверяют на предмет слежки и сообщают об изменении маршрута. Около десяти вечера они прибывают в Стамбул и берут такси. Ваши люди снова ведут контрнаблюдение и, если «хвоста» не будет, дают знать об этом «альфовцам«, так?

– Да, – кивнул Гашков. – После чего с ними встречается майор Шадрин и везет на рекогносцировку на Самсун-авеню. Потом они связываются с вами, докладывают о своих соображениях и получают команду на «съем». И еще одно!

– Да?

– Согласно первоначальному плану, предполагалось с одной из стоянок угнать такси.

– Так…

– Мы считаем, что теперь это лишнее. Поскольку «съем» «Туриста» будет проводиться непосредственно из гостиницы, то гораздо надежнее и безопаснее воспользоваться машиной резидентуры с дипломатическими номерами. Согласны?

– Что значит согласен? – нервно вскрикнул Марченко. – А план? Он же утвержден руководством!

Подполковник Гашков не совсем понял, чем недоволен Марченко, и объяснил:

– Но ведь так намного безопаснее. Обстоятельства изменились. Зачем рисковать, угоняя такси, если теперь оно без надобности?

– А вот это решать уже руководству – что за надобностью, а что без надобности!

– Так я к вам и обращаюсь как к руководителю операции… – немного растерянно проговорил Гашков.

– Ладно, посмотрим… – неопределенно махнул рукой Марченко. – Приедут «альфовцы», там видно будет. Им «снимать» «Туриста». Пусть определятся на месте!

Гашков вдруг подумал, что более странного и непоследовательного руководителя операции ему встречать еще не приходилось. И у подполковника почему-то противно засосало под ложечкой…

12

Майор Шадрин в первой половине дня активно участвовал в выполнении заданий Центра. И видеофотосъемка «Туриста», и тщательное изучение подходов к гостинице «Эрзу» проводились при его непосредственном участии.

А сразу после обеда Шадрин отправился на выполнение очень ответственной миссии. Уже в одиночку. Тщательно проверившись, он убедился, что слежки нет, и только после этого притормозил у таксофона.

Последовало несколько условных фраз, и майор облегченно повесил трубку. Все шло по плану, сбоев не было. Усевшись в «Мерседес», Шадрин прикурил сигарету и покатил к центру Стамбула.

Через полчаса в ресторане «Макдоналдс» состоялась мгновенная встреча. Шадрин подошел к столику с бургером на тарелке и спросил по-английски:

– Можно стать рядом с вами?

– Пожалуйста, я уже ухожу! – кивнул мужчина европейской внешности.

Хлебнув напоследок из стаканчика диетической колы, он вытерся салфеткой и вправду ушел. А под столом оставил аккуратный «дипломат».

Майор Шадрин надкусил бургер и немного его пожевал. Для Алексея это было испытание не из легких. Американскую еду он не переносил на дух. Пластмассово-синтетические отбивные и залитые жиром булки, а также раствор касторки под названием «кока-кола» Алексей не стал бы давать даже приговоренному к смерти преступнику. Самому же майору иногда вкусить этой снеди приходилось. И ничего тут поделать было нельзя – работа.

Едва дождавшись, когда его «контакт» уедет, Шадрин бросил бургер на тарелку, брезгливо вытер салфеткой руку и направился на выход, не забыв прихватить «дипломат». Оставивший его человек был сотрудником местного отделения «Внешторгбанка». Как и в советские времена, этот банк и «Контора» тесно сотрудничали друг с другом.

Усевшись в свой «Мерседес», стоявший на стоянке ресторана, майор оглянулся по сторонам и открыл кодовый замок «дипломата». Под газетой «Файнэншнл таймс» в чемоданчике обнаружились два с половиной блока кредитных билетов Федеральной резервной системы США. Две с половиной тысячи бумажек номиналом по сто долларов каждая. Итого – двести пятьдесят тысяч баксов, которые и потребовал Хасан-паша.

По сравнению с зарплатой майора деньги, конечно, были бешеные. Но информация, предоставленная агентом, стоила намного больше. Покушение на президента, даже неудачное, обошлось бы России в несколько миллиардов долларов. Поэтому к суммам, выплачиваемым Хасан-паше, майор относился с олимпийским спокойствием. Передавая деньги чеченцу, Шадрин экономил бюджетные средства. И соотношение это составляло где-то один к тысяче, если не больше.

Удовлетворенно хмыкнув, Шадрин снова закрыл «дипломат» на замок и тронул машину к выезду со стоянки ресторана быстрого обслуживания. И тут в кармане у него заработал «мобильник».

– Алло! – ответил майор, притормозив.

В трубке раздался легкий шорох, потом послышался хриплый голос:

– Дядя Али ест? Он мине нужен! Срочно!

– Какой еще Али? – быстро произнес Шадрин, невольно оглядываясь. – Вы куда звоните?

– Дядя Али званю, ти что, савсем тупой, ни понял? Кароче, пиридай иму, што я купил тавар. Тридцат яшиков. По шест штука в каждом! Пуст ждет…

– Вы опять ошиблись номером! – быстро проговорил Шадрин.

– Как ашибся?

– Совсем! – ответил майор.

В трубке раздались торопливые гудки, Шадрин уставился на жидкокристаллический экран. Судя по высветившемуся там номеру, Хасан-паша, как и накануне, позвонил из таксофона.

Майор отключил «мобильник» и провел рукой по лицу. Агент уже второй раз за несколько часов выходил на экстренную связь. Это означало, что случилось нечто из ряда вон выходящее.

Встреча должна была состояться всего через полчаса на объекте номер «шесть». Времени у Шадрина было в обрез. «Мерседес» вырулил на проспект и на максимальной скорости направился к автовокзалу.

Здесь майор ненадолго припарковался и заскочил внутрь, после чего направил машину к месту встречи. Уже по дороге он позвонил и кодовой фразой сообщил Гашкову на пейджер, что агент вышел на экстренную связь.

Три минуты спустя у майора снова заверещал телефон. На этот раз звонил подполковник Гашков, причем со своего «мобильника». Немало удивившись, Шадрин приложил трубку к уху и ответил:

– Алло!

– Ты сейчас где?

– Еду на примерку…

– Ясно. А кредитку в банке получил?

– Получил. Все в порядке.

В этот миг в трубке раздался чей-то раздраженный голос, потом что-то зашуршало, и наконец Шадрин услышал:

– Здравствуйте, это Марченко!

– Здравствуйте… – едва не выронил трубку майор.

Такое пренебрежение конспирацией он встречал впервые за все время службы. Марченко тем временем спросил:

– Так что там у вас случилось?

– Я же говорю, еду на примерку, – повторил Шадрин, снова интонационно выделив слово «примерку».

– Это-то я понял. Поэтому и спрашиваю: кто вам дал право так рисковать? Что, если у вас на встрече… то есть в ателье кошелек… то есть кредитку украдут?

– Не украдут, я перестраховался.

– Что-что?

– Говорю, я кредитку сунул во внутренний карман.

– Какой еще внутренний карман? – окончательно запутался Марченко. – В общем, так: я вашу примерку отменяю! Ясно? Немедленно возвращайтесь!

– Как отменяете? – не поверил услышанному Шадрин. – Совсем?

– Конечно, не совсем! Просто, чтобы не рисковать, перезвоните этому своему модисту… или закройщику, или как там он называется и перенесите примерку домой!

– Как домой?

– Ну, не совсем домой, это я не так выразился! Я имею в виду – в другое место, поближе к дому, чтобы мы могли этот процесс проконтролировать… Поняли? Теперь ясно?

– Теперь ясно. Где тебя взяли на нашу голову… – одними губами проговорил Шадрин. В трубку же торопливо проговорил: – Алло! Алло! Ничего не слышно! Алло…

Марченко что-то закричал, но майор уже отключил телефон и швырнул его на сиденье. Прикурив сигарету, он выдохнул:

– Видел всякое, но такого еще нет… Ладно, все. Проехали.

До встречи оставалось совсем мало времени, и Шадрин сосредоточился на дороге. Но периодически все же возвращался в мыслях к незадачливому руководителю операцией «Стамбульский транзит», присланному из Москвы.

Было ясно, что за границей Марченко если и бывал, то только в качестве туриста. Объяснять ему тонкости контрразведывательной работы на вражьей территории было все равно, что толковать козлу высшую математику. А уж то, что Хасан-паша тщательно проверяется перед каждой встречей и не выйдет на связь, если заметит хоть что-то мало-мальски подозрительное, московскому полковнику, похоже, и вовсе в голову не приходило.

– Еще пара таких руководителей, – тряхнул головой Шадрин, – и резидентуре амбец! Всех вышлют в полном составе, с Гашковым во главе! Хотя, может, кто-то этого и добивается? Тогда можно будет сунуть на освободившиеся места своих родственников… Уроды, нашли время для подковерных игрищ!

Стукнув от бессилия кулаком по рулю, Шадрин попытался успокоиться. Он служил не начальству, а Родине, России. Оттого и был до сих пор только майором.

«Черт с вами, – подумал Шадрин, – сейчас главное довести дело до логического конца и обезвредить „крота“, чтобы ничего не случилось с президентом. А там – хоть трава не расти. Уволят, так уволят. Пойду в службу безопасности „Внешторгбанка“, концы есть, возьмут…»

Успокоив себя таким образом, Шадрин миновал несколько обшарпанных, нежилых четырехэтажных домов. По растрескавшемуся асфальту жаркий ветер гонял какие-то бумажки, швыряя их под колеса «Мерседеса». Людей видно не было. На этот раз встречу Хасан-паша назначил на окраине европейской части Стамбула.

Еще пару поворотов, и впереди наконец появилась обшарпанная телефонная будка. Вернее, то, что от нее осталось. Шадрин остановил машину, оглянулся по сторонам и направился к таксофону.

Тут его внимание привлек свежий след. Совсем недавно во двор заехала какая-то машина. Шадрин вдруг заволновался, но на его поведении это никак не отразилось. Как ни в чем не бывало он дошел до будки, заглянул внутрь и сокрушенно покачал головой.

В тот же миг из окна близлежащего здания высунулся пистолет и нацелился своим черным глазом на майора. Шадрин уловил это движение боковым зрением, повернул голову и услышал знакомый голос:

– Не дергайся! Стреляю без предупреждения! Подними руки и иди сюда!

13

Шадрин послушно поднял руки и двинулся к темному проему окна. За облупившейся кирпичной стенкой прятался Умар Халилов. Когда Шадрин подошел вплотную к окну, чеченец сказал:

– Прыгай сюда, Алексей! Быстро!

Запрыгнуть на подоконник окна первого этажа чисто физически было несложно. Но майор едва заставил себя это сделать. Ведь он был абсолютно безоружен. И если на улице он мог еще что-то предпринять, то, оказавшись в заброшенном доме, начисто лишал себя маневра.

А на подоконнике отчетливо виднелись капли крови. Совсем свежие, даже не успевшие высохнуть на палящем солнце. А еще в доме ощутимо пахло порохом. После секундных колебаний майор легко взлетел на подоконник и тут же спрыгнул вниз, на хрустящий строительный мусор.

Умар предусмотрительно отступил вдоль стены назад. Повернув голову, Шадрин едва рассмотрел его. В сравнении с залитой солнцем улицей в доме было сумрачно и темно. Как в склепе.

– Что случилось, Умар? Зачем такая срочность? И что означает этот пистолет?

– Он означает, Алексей, что меня сдали! Кто-то из ваших!

– Что?! – не поверил собственным ушам Шадрин.

– То, что слышал! – тряхнул пистолетом Умар.

Глаза майора наконец-то более-менее адаптировались к полумраку дома, и он вдруг увидел, что чеченец ранен. Пистолет он держал в левой руке, а правую прижимал к боку.

«Ну вот! Я как чувствовал! – словно бритва, полоснула Шадрина тревожная мысль. – Не успел этот Марченко начать рулить, как уже началось! Не он ли и есть тот самый предатель?»

Внешне же майор остался невозмутимым и как можно спокойнее сказал:

– Я ничего не понял, Умар! Объясни толком, что случилось?

– Руки! – нервно дернул пистолетом чеченец.

– Тихо-тихо! – успокоил его майор. – Так что стряслось?

– То и стряслось, о чем я тебя предупреждал! Предатель у вас в Москве засел на самом верху! Не успел я о нем сообщить, как меня уже обложили здесь!

– Вот черт! – побледнел Шадрин. – А ну-ка рассказывай!

– Что тебе рассказывать? – нервно вскрикнул чеченец. – Как меня из-за тебя чуть не убили, да?.. Ну так слушай…

Рассказ Хасан-паши потряс Шадрина. После вчерашней встречи Умар вернулся домой, несколько раз проверившись по дороге. Никаких признаков слежки не было, и чеченец спокойно лег спать.

А ночью ему вдруг начали сниться кошмары. За ним, Умаром, по горам гонялись волки. С зелеными повязками на головах. Другой бы, может, и не обратил на это внимания, но Халилов снам доверял. И не потому, что был набожным или верил в приметы, а просто потому, что во сне мозг работает интенсивнее и обрабатывает всю имеющуюся информацию, даже ту, которая «прячется» в подсознании.

Проснувшись, Умар вдруг понял, что вызвало его ночные кошмары. Предатель, о котором он сообщил русским, судя по всему, был настолько высокопоставленным, что вполне мог получить информацию о себе одним из первых в ФСБ. И тут же предпринять соответствующие меры.

О том, чем эти меры обернутся лично для него, Умар догадывался. Поэтому он с утра помчался на своей машине в офис Конгресса чеченского народа и предпринял кое-какие свои контрмеры. А сразу после этого Халилов поехал на такси к гостинице «Эрзу».

Остановив такси в двух кварталах от Самсун-авеню, Умар расплатился с водителем и двинулся к гостинице пешком. Ничего подозрительного он не заметил. Утренняя улица жила своей обычной жизнью. По-восточному оживленный квартал купался в лучах утреннего солнца, оглашался криками торговцев, сигналами машин и экспансивной турецкой речью.

Нырнув в гостиницу, Халилов хотел было сразу подойти к конторке портье и сказать, к кому он идет, но что-то его сдержало. И Умар сделал вид, что зашел просто купить какую-то газету.

Как только портье на секунду нырнул в свою каморку, Умар незаметно прошмыгнул к лестнице. Поднявшись на четвертый этаж, он осторожно выглянул в коридор. Там было пусто. Тогда Умар подкрался к двери номера, снятого помощником Завгаева, и прислушался.

Он опасался засады. Подойди Умар внизу к портье, и тот бы обязательно позвонил Дилялову, предупредив, что к нему сейчас поднимется гость.

Оказавшись же в гостинице инкогнито, Халилов мог перестраховаться. Припав к двери, он затаил дыхание и начал прислушиваться. Вскоре Умар убедился, что все его опасения напрасны.

Из номера доносился храп с переливами. Так на памяти Умара храпел только один человек – Руслан Дилялов. Это означало, что никакой засады в номере нет.

Умар уже совсем было собрался постучаться, как вдруг в номере раздался телефонный звонок. Халилов от неожиданности даже вздрогнул, Дилялов же как ни в чем не бывало продолжал храпеть.

Умар заколебался, и в этот момент с лестницы вдруг донеслись шаги. Умар быстро оглянулся, добежал до поворота коридора и шмыгнул за угол. Вскоре кто-то двинулся по коридору в сторону чеченца. Когда шаги миновали номер Дилялова, Умар облегченно вздохнул. Несколько секунд спустя он вынырнул из-за угла с индифферентным видом.

Навстречу ему шла женщина. Ее внешность говорила сама за себя. Наверняка это была проститутка, снимавшая один из дешевых номеров, расположенных в закутке за углом. Судя по всему, ночь прошла для нее не очень удачно.

Под левым глазом женщины расплылся синяк, рукав платья был надорван. Наверняка и в финансовом смысле женщине не повезло. Поэтому, едва завидев Умара, проститутка оживилась.

Вытащив изо рта обслюнявленную коричневую турецкую сигарету, она затараторила:

– Ты ко мне приходил, красавчик? Моя цыпа! Я уже вернулась! Извини, что заставила тебя ждать! Пошли! Я знаю, что ты изнываешь от нетерпения, но сейчас Диля обслужит тебя по высшему разряду!

– Нет-нет! – покачал головой Умар. – Я не к тебе!

Но отделаться от проститутки оказалось не так-то просто. Не прекращая тараторить, она попыталась схватить чеченца за руку.

Тот сверкнул глазами:

– Уйди, женщина, я сказал!

Но и это не слишком охладило пыл проститутки. Уж слишком она хотела закончить провальную ночь хоть каким-то заработком. Тогда Умар просто оттолкнул проститутку прочь.

Женщина едва не упала. Но и это был не конец. Сообразив, что пара монет ей сегодня уже не обломится, она решила хотя бы выплеснуть на кого-то свою злобу:

– Ах ты, козел! Ты кого толкнул? Меня весь квартал знает, а ты кто такой? Импотент чертов! Ходят тут всякие! Виагру пей, если не стоит!

За такие оскорбления у себя дома Умар бы попросту убил женщину. И

по законам шариата его признали бы правым. Но тут была не Ичкерия и даже не Чечня. Тут была Турция. Светское государство, хотя и мусульманское.

Да и не до проститутки сейчас было Халилову. Возможно, как раз в этот момент его жизнь повисла буквально на волоске. Поэтому Умар, не оглядываясь, направился к лестнице. Проститутка продолжала осыпать его оскорблениями.

Успокоилась она только тогда, когда Умар скрылся из виду. Выждав секунду-другую, он снова осторожно высунулся в коридор. К счастью, проститутка как раз повернула за угол и не заметила его.

В следующий миг Умар бросился на цыпочках к номеру Дилялова. Проходя мимо него к лестнице, он слышал, что Руслан разговаривал с кем-то по телефону, но из-за воплей проклятой путаны слов не разобрал.

Когда Умар оказался у двери номера в третий раз, изнутри уже не доносилось ни звука. Халилов разочарованно вздохнул, да так и застыл с раскрытым ртом.

– Алло! Это «КЛМ»? – неожиданно донесся из номера взволнованный голос Руслана. – Да-да, здрасьте! Когда у вас ближайший рейс на Лондон?.. А прямой? Раньше нет? Хорошо! Тогда мне одно место! Нет, не на прямой, а на тот, что раньше! Ди-ля-лов… Не Дилялофф, а Дилялов! «В» на конце! Хорошо, спасибо!

14

– Так он сегодня улетает в Лондон? – вскрикнул Шадрин.

– А ты догадливый, Алексей… – хмыкнул Умар.

Майор осторожно потянулся правой рукой к поясу:

– Спокойно, это не то, что ты думаешь! Мне просто нужно срочно позвонить!

– В аэропорт?

– Да! А ты что, уже звонил?.. – догадался Шадрин.

– Конечно… – криво усмехнулся Халилов. – Самолет авиакомпании «КЛМ» до Лондона через Амстердам вылетает через полтора часа!

– Черт! – вскрикнул майор.

Он вдруг понял, что все пропало. Предатель из Москвы спутал им все карты. «Туриста» – Руслана Дилялова – предупредили о предстоящем захвате. Но, чтобы не насторожить следивших за гостиницей офицеров резидентуры, никаких резких действий помощник Завгаева до обеда не предпринимал. Сперва позавтракал в соседнем ресторанчике, потом подстригся и снова вернулся в свой номер. Раннего же визита в «Эрзу» Хасан-паши контрразведчики не зафиксировали вообще, поскольку агент побывал в гостинице еще до установления за ней наблюдения.

Оставалось только одно – срочно сообщить в Центр о провале операции. С тем чтобы Дилялова попытались «снять» либо в Амстердаме, либо в самом Лондоне. Но надежды на это почти не было – наверняка сразу по прилете чеченца надежно прикроют свои…

Шадрин до хруста сжал кулаки и вдруг сказал:

– Умар, ты должен мне помочь!

– Я тебе уже помог, Алексей, гляди, чем это кончилось… – скривился чеченец. – Короче, мне нужны мои деньги! И я тебя больше не знаю!

– Но зачем же так, Умар? Я же не виноват, что все так получилось…

– Конечно, не виноват. Если бы ты был виноват, я бы тебя уже убил. Так где мои деньги, а?

– В машине… – кивнул головой Шадрин.

В этот момент в темном углу за спиной Умара что-то зашевелилось. Шадрин напрягся, Хасан-паша быстро оглянулся и вдруг дважды выстрелил в ту сторону.

– Живучий, сволочь, – сказал он, повернувшись.

– Кто? – сипло спросил Шадрин.

– Али. Бывший пес Хаттаба, – процедил сквозь зубы Умар. – Убить меня хотел…

– А это кто? – вдруг переменился в лице Шадрин, уставившись в другой угол.

Умар снова повернулся. Майор тут же бросился на него сзади. Чеченец слишком поздно понял, что его элементарно надули.

Шадрин одной рукой обхватил Халилова за шею, второй вцепился в пистолет. Силы были слишком неравными. Искалеченный боевик посопротивлялся всего несколько секунд, потом пистолет перекочевал к Шадрину.

– Собака русская! – прорычал Умар. – Надо было и тебя сразу кончить!

– Тихо-тихо, – успокоительно произнес Шадрин. – Ты меня не так понял, Умар. Я тебе, наоборот, помочь хочу!

– Что значит помочь?

– А то и значит. После этого, – кивнул в угол Шадрин, – тебе наверняка понадобится где-то на время залечь. А у меня как раз есть отличный турецкий паспорт. Настоящий, только без фотографии.

– Я тебе не верю.

– Зря! – Шадрин быстро сунул в карман пистолет. – Потому что мы нужны друг другу позарез, Умар! Только ты можешь помочь мне добраться до Дилялова, и только я могу обеспечить твое безопасное и безбедное будущее!

– Ты сумасшедший! – покачал головой чеченец. – Руслана теперь можно перехватить только в аэропорту! А там ты до него не доберешься!

– Мы, Умар! Не я, а мы! Потому что, если Дилялов улетит, я не смогу тебе ничем помочь. Ни паспортом, ни материально! Так что давай-ка двигай к окну, показывай свой бок…

Чеченец с видом попавшего в ловушку волка нехотя подошел к окну. Шадрин быстро осмотрел его рану. Она оказалась совсем свежей и неопасной – бок был едва задет. Кровь уже почти перестала сочиться сама по себе.

– А ты везунчик! – подтолкнул Умара к окну майор. – Царапина, не более того! Теперь давай в машину, быстрее, время не ждет…

В «Мерседесе» Шадрин достал из аптечки пластырь с тампоном и прилепил его на бок чеченцу. Испачканную кровью рубаху Умара майор сунул в пакет, чтобы выбросить по дороге, а вместо нее презентовал чеченцу свою легкую куртку.

– Теперь порядок! – удовлетворенно кивнул майор. После этого он наклонился, сунул руку под резиновый коврик и секунду спустя протянул Умару ключик с номером.

– Что это? – спросил чеченец.

– Твои деньги! – трогая машину, усмехнулся Шадрин. – Чтобы ты знал, что я с тобой играю честно. И не дергался. Даже если со мной что-нибудь случится, ты всегда сможешь их забрать…

– Откуда? – негромко спросил Хасан-паша.

– Так я тебе и сказал, Умар! – нервно засмеялся Шадрин. – А ты меня на каком-нибудь светофоре по голове тюкнешь и в бега! Нет, дорогой, откуда ключик, ты узнаешь только в аэропорту! А теперь рассказывай, что там было дальше в гостинице! Я должен знать, вычислил тебя Дилялов или нет…

15

Услышав, что Руслан срочно заказывает себе билет до Лондона, Умар бросился бегом к лестнице. И только здесь ему пришло в голову, что это могло быть какое-то недоразумение. К примеру, Завгаеву просто экстренно понадобились услуги помощника в Англии, и он вызвал его.

Не без колебаний Умар решил вернуться. Придав своему лицу обычное выражение, он в четвертый раз приблизился к двери номера и постучался. Дилялов открыл не сразу, сперва спросил:

– Кто?

– Это я, Умар! Принес тебе документы, как вчера договаривались…

– Ты сам? – донеслось из номера.

– Сам, конечно, – сказал Умар. Когда Дилялов наконец открыл дверь, он спросил: – А что случилось?

– Да ничего, – притворно зевнул Дилялов. – Просто одеваться неохота…

Несмотря на все потуги выглядеть сонным, Руслан был напряжен и тут же окинул гостя подозрительным взглядом. Умар был слишком опытным человеком, чтобы этого не заметить, но виду не подал.

– Я ненадолго, – сказал он. – Вот, держи бумаги, которые ты просил…

– А-а, спасибо, – через силу изобразил заинтересованность Руслан, сам же продолжил боковым зрением следить за коридором.

– Ну так я это, поехал тогда на работу, – сказал Умар.

– В офис?

– Ну да, а куда же еще? Ты не забыл, что мы с тобой вечером ужинаем в ресторане, Руслан? Я тебя сегодня угощаю, как договаривались.

– Конечно, как я мог забыть! – расплылся в фальшивой улыбке Дилялов.

– Так за тобой заехать? – спросил напоследок Умар.

– Нет, – покачал головой Дилялов. – Спасибо, я сам доберусь. Встретимся при входе…

– Ну тогда до вечера! – махнул рукой Умар и направился по коридору к лестнице.

Немного пройдя, он оглянулся и перехватил взгляд Руслана. Интересный это был взгляд – успокоенный и напряженный одновременно. Как будто помощник чеченского эмиссара не знал, избежал он только что смертельной опасности или только зря перестраховался.

Что касается Умара, то теперь он был уверен на все сто – предатель уже передал информацию чеченцам, а те предупредили Дилялова. Поэтому Руслан спешно и улетал сегодня в Лондон.

А еще Умар понял, что предатель не сообщил чеченцам, кто конкретно работает на ФСБ. Конечно, установление личности Хасан-паши было теперь делом времени. Но это давало Умару хоть какую-то возможность для маневра.

Сейчас он впервые пожалел, что практически все деньги, получаемые от ФСБ, перечислял, причем инкогнито, на счета Конгресса чеченского народа. Это давало Умару стимул для дальнейшей работы, поскольку он чувствовал себя не предателем, а патриотом.

Правда, пара-тройка тысяч на лечение у него осталась. Но деньги лежали дома, в тайнике. А появляться там сейчас было слишком рискованно. За домом со сдаваемыми внаем меблированными комнатами вполне могли следить бывшие боевики Басаева, нашедшие убежище в Турции.

Поэтому, выйдя из гостиницы «Эрзу», Умар на такси отправился к кварталу, где располагался офис Конгресса чеченского народа. К счастью, слежки за такси не было. Умар остановил машину пораньше, расплатился и нырнул в один из грязных переулков.

Вскоре он подобрался к офису с тыла. Не заметив поблизости ничего подозрительного, Халилов прошмыгнул в свою машину. Это была «БМВ» пятой серии, правда, семьдесят какого-то года выпуска.

Годы не пошли «старушке» на пользу, так что выглядела она рыдван рыдваном. Но в этом был и свой положительный момент – за время отсутствия Умара никто не забрался в салон в поисках чего-нибудь ценного.

Умар сунул руку под приборную доску и облегченно вздохнул. Подключенный к мини-приемнику диктофон оказался на месте. Несколько секунд спустя Халилов уже прослушивал запись.

Уроки майора Шадрина агент Хасан-паша усвоил неплохо. Да и аппаратура, переданная ему еще несколько лет назад, наконец-то пригодилась. Собственно, ничего особенного в этой аппаратуре не было. В комплект входили радиомикрофон и мини-приемник, принимающий сигнал в радиусе ста метров. Такое добро при желании можно было бы купить в специализированных магазинах либо на радиорынке.

Аппаратура была настолько примитивной, что у нее отсутствовала функция включения записи при поступлении сигнала. Другими словами, на запись диктофон работал все время. Поэтому Умару пришлось перемотать кассету на начало, после чего он включил ускоренное воспроизведение.

В динамике прерывисто зашипело. И только почти десять секунд спустя Умар услышал характерное попискивание. Тут же отмотав пленку немного назад, он нажал кнопку воспроизведения. Из динамика донеслись отчетливый стук двери и звук чьих-то шагов.

Шаги затихли, вслед за этим вжикнула «молния», и в унитаз ударила тугая струя. Умар поморщился, но в этот миг вслед за первым человеком в туалет вошел второй. Явно позаглядывав в кабинки, он включил воду в умывальнике и сказал:

– Ваха!

– Да! – отозвался застегнувший штаны чеченец.

– Слушай меня внимательно! Знаешь, зачем я приехал? – спросил человек, голос которого Умар наконец узнал. Это был Али, один из бывших телохранителей самого Хаттаба.

– Знаю, конечно, – удивленно сказал Ваха, ведавший в офисе Конгресса вопросами безопасности. – За документами, чтобы оформить своему родственнику статус беженца, ты же сам только что сказал…

– Это я специально сказал, чтобы никто ничего не понял. А на самом деле я приехал за твоей головой, Хасан-паша! – вдруг прорычал Али. – Руки!

Обалдевший Ваха, видно, инстинктивно оглянулся, потому что бывший телохранитель Хаттаба мгновенно прикрикнул:

– Не успеешь в окно! Пристрелю как собаку!

Ваха некоторое время приходил в себя, потом спросил:

– Ты это, обкололся с утра, что ли?

– Горбатого лепишь? Когда последний раз встречался с Шадриным? – продолжил «прокачку» Али.

– С какой еще шваброй? – не понял Ваха. – Ты бы это, Али, воды попил, что ли. Оно помогает…

Бывший телохранитель Хаттаба, похоже, опустил пистолет. И сказал, понизив голос:

– Я знал, Ваха, что это не ты. Но нужно было убедиться…

– Ты, главное, не волнуйся, Али. Я сейчас тебе в аптечке какого-нибудь лекарства поищу, – обрадовался Ваха, так ничего и не поняв.

– Да не нужно мне никакого лекарства! Это была проверка, Ваха! У вас в Конгрессе завелся предатель.

– Что?

– То, что слышал!

– Не может быть!

– Еще как может. Мне сегодня позвонил сам Басаев.

– Басаев?

– Да. Я не могу тебе сказать всего, но мы должны до вечера кровь из носу вычислить этого козла позорного. Иначе он обо всем догадается и уйдет. Басаев пообещал за его голову пятьдесят тысяч!


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4