Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Обаятельный деспот

ModernLib.Net / Сентиментальный роман / Шарп Виктория / Обаятельный деспот - Чтение (Ознакомительный отрывок) (стр. 1)
Автор: Шарп Виктория
Жанр: Сентиментальный роман

 

 


Виктория Шарп
Обаятельный деспот

1

      Клер Монро в замешательстве смотрела на заказное письмо, которое только что вручил ей почтальон. Тонкий голубой конверт был надписан элегантно-небрежным, размашистым мужским почерком. Письмо из Англии, да еще отправленное человеком по фамилии Хелдман… хорошенький сюрприз для первого дня летних каникул, с сарказмом подумала Клер.
      Но зачем она вдруг понадобилась этим проклятым Хелдманам, ведь они целых двенадцать лет даже не вспоминали, что она существует на свете! Клер чувствовала себя настолько выбитой из колеи, что никак не могла собраться с мыслями. К тому же имя непосредственного отправителя письма абсолютно ни о чем ей не говорило. Эдвард Хелдман… Клер даже смутно не представляла, кто он такой. Одно было ясно: этот человек является ее родственником по материнской линии. Возможно, двоюродный дядюшка или еще какая-нибудь седьмая вода на киселе. Насколько помнила Клер, у ее деда, Генри Хелдмана, не было братьев и родных племянников. Так же, как не имелось других детей, кроме покойной матери Клер, которую звали Юнити.
      Случайно взглянув на часы, Клер изумленно присвистнула: оказывается, с той минуты, когда почтальон отдал ей письмо, прошел уже целый час. А она все медлит, все не решается распечатать конверт. Но почему? Неужели соприкосновение с прошлым так сильно взволновало ее? Как это глупо, подумала Клер и ужасно рассердилась на себя. Спустя столько лет ненавистное имя «Хелдман» все еще заставляет ее сердце мучительно сжиматься. Наверное, психологи правы, утверждая, что детские раны нелегко залечить. Но ведь она уже не ребенок, через пять месяцев ей исполнится двадцать два года. И потом, за двенадцать лет в ее жизни произошло столько всяких событий, включая трагическую смерть отца три года назад, что про детские потери давно пора забыть. Однако прошлое почему-то упорно не желало забываться.
      Так или иначе, а письмо нужно прочитать, сказала себе Клер и решительно распечатала конверт. К ее удивлению, внутри оказался всего один-единственный листок почтовой бумаги, да и то не полностью исписанный.
      «Уважаемая мисс Монро, – медленно прочитала Клер, – мой родственный долг повелевает сообщить вам, что ваш дедушка Генри Хелдман скончался два месяца назад от болезни сердца. Так как вы имеете право на часть его наследства, прошу вас как можно скорее приехать в Англию. Позвоните мне по одному из указанных телефонов, чтобы я встретил вас в аэропорту».
      Ниже текста стояли дата написания письма и размашистая подпись загадочного Эдварда Хелдмана. И больше ничего: никаких соболезнований, выражений родственных чувств и пояснений по поводу причитающегося Клер наследства. Лаконичная деловая записка, а не письмо родственника, язвительно подумала Клер. Но чему она удивляется, ведь Хелдманы давно вычеркнули ее из числа «своих». Клер подозревала, что наследство оставил ей вовсе не «любящий» дедушка, а английские законы. В противном случае она бы не получила и пенса из состояния деда… как в свое время ее мать.
      Но этот таинственный Эдвард Хелдман… Интересно, как ему удалось разыскать ее? Наверное, это было нелегко, учитывая, что три года назад Клер изменила фамилию. На смене фамилии настоял отец, мечтавший сделать из дочери телевизионную звезду. Клер Монро звучит куда лучше, чем Клер Беннет, безапелляционно заявил он. К тому же фамилия Монро была не чужая Клер, а принадлежала ее родственникам по отцовской линии. Несмотря на это обстоятельство, Клер не хотела менять фамилию, но отец сильно давил на нее, и ей пришлось сдаться.
      Вскоре отец Клер погиб в автомобильной катастрофе. Клер так переживала из-за его смерти, что ей было не до формальностей. Вот и получилось, что она поступила в журналист-ский колледж Сент-Луиса под фамилией Монро. А там Клер очень быстро отказалась от затеи вернуть отцовскую фамилию. Дело в том, что у дочери скандально известного репортера Николаса Беннета обнаружилось весьма скромные способности в области журналистики, если не сказать хуже. Проще говоря, Клер не унаследовала отцовского таланта, а потому сочла за благо не распространяться, чья она дочь. К тому же в Сент-Луисе, где Клер училась в закрытой частной школе и где ее отец никогда не жил, раскрыть ее тайну было некому.
      Наверное, если бы отец был жив, он помог бы Клер освоить премудрости журналистской профессии. Но теперь помощи было ждать неоткуда. К тому же положа руку на сердце Клер вовсе не горела желанием стать журналисткой, а тем более – репортером, как ее отец. Ей не нравилась эта суетливая, нервозная профессия, ей совсем не хотелось провести жизнь в постоянной погоне за скандалами и сенсациями. Клер предпочла бы более спокойную работу, например, в музее или библиотеке. Однако и после журналистского колледжа можно было найти относительно спокойную, размеренную работу, например, офис-менеджера или секретаря в газете. Поэтому Клер решила не бросать учебное заведение, куда она необдуманно поступила под влиянием отца. К тому же на обучение были потрачены немалые деньги…
      При мысли о деньгах Клер сразу вернулась к реальности. Интересно, во сколько оценивается наследство, которое она должна получить? Если сумма довольно значительная, отказываться неразумно. Но что, если наследство окажется ничтожным? В таком случае она только зря потеряет время, которое могла бы провести с большей пользой. А также лишит себя удовольствия окатить холодным презрением свою английскую родню, мстительно подумала Клер. В самом деле, как было бы здорово позвонить Эдварду Хелдману и сказать, что она не нуждается в деньгах отвратительного старикашки, бывшего по несчастной случайности ее родным дедом. А если Эдвард Хелдман осмелится возражать, она просто возьмет и пошлет его подальше открытым текстом. Заманчивая идея, черт подери!
      Вечером того же дня Клер показала письмо своей подруге Митч – единственному человеку, который был в курсе всех ее дел. И Митч дала ей неожиданно интересный совет.
      – Я бы на твоем месте не торопилась звонить в Англию, – сказала Митч с хитрой улыбкой. – Твой дед умер всего два месяца назад, а значит, у тебя в запасе достаточно времени, чтобы все обдумать и принять решение. Эдвард Хелдман пишет, что ты имеешь право только на часть наследства, а не на все наследство целиком. Стало быть, имеются и другие наследники, которым не терпится поскорее вступить в свои права. Так с какой радости ты должна облегчать им жизнь? Пусть подождут, голубчики!
      – Пожалуй, ты права, – согласилась Клер. – С какой стати я стану заботиться о душевном покое этих людей? Они совсем не заслуживают моего доброго отношения! Особенно, – с ненавистью процедила Клер, – грязная аферистка Джудит Хелдман, из-за которой, собственно, и произошел окончательный разрыв отношений между моим отцом и дедом.
      – Кто она такая? Твоя тетка?
      – Если бы! Джудит Хелдман была замужем за племянником моего деда, двоюродным братом моей матери. А когда тот умер, Джудит стала любовницей деда. Она поселилась с ним в одном доме и вскоре забрала над ним полную власть, стала вертеть им, как ей только вздумается. Мой отец, естественно, возмутился, когда увидел такое безобразие, но дед был околдован этой ведьмой и не желал ничего слушать. Дело кончилось грандиозным скандалом, после которого никакие отношения между дедом и отцом стали невозможны. Но самое ужасное, что дед отказался от меня, своей единственной внучки. А ведь он так любил меня, так радовался каждому моему приезду! – Глаза Клер наполнились нескрываемой горечью. – По крайней мере, мне так казалось в детстве, – с сомнением прибавила она.
      – Наверное, эта Джудит была в молодости весьма аппетитной, – предположила Митч.
      – Не знаю, – Клер пожала плечами, – я ведь никогда не видела ее. Но отец говорил, что она была необычайно сексуальной женщиной. К тому же между Джудит и дедом существовало лет двадцать разницы, а это тоже немаловажно.
      – М-да, – с усмешкой протянула Митч. – Все понятно с твоим дедом, дорогая подружка. Старичок подпал под обаяние бойкой моложавой аферистки… обычная история, каких много!
      Губы Клер искривились в сардонической усмешке.
      – Конечно, история самая заурядная. Мужчины частенько начинают совершать глупости на старости лет, как говорится, седина в бороду – бес в ребро. Однако далеко не все из них отказываются из-за любовниц от детей и внуков. И даже то, что мой дед рассорился с отцом, не может оправдать его в моих глазах. Сколько людей ненавидят своих невесток и зятьев, но при этом они не перестают любить внуков и заботиться о них! А мой дед без малейших сожалений выкинул меня из своей жизни, оборвал все связи между нами. Даже когда я выросла, он не попытался разыскать меня, не пожелал увидеть, какой я стала. Его не интересовало, как я живу, на какие средства, хорошо ли заботится обо мне его смертельный враг – мой отец. Враг… да если бы я считала своего зятя плохим человеком, я бы никогда не позволила ему полностью распоряжаться жизнью своей внучки!
      – И я бы тоже, – кивнула Митч. – В конце концов, права на общение с ребенком дочери можно добиться и по суду, если иначе не получается. Но мне кажется сомнительным, чтобы твой отец запрещал деду общаться с тобой. Разве мог Ник Беннет быть таким жестоким и мелочным?
      – Я тоже в это не верю, – убежденно сказала Клер. – Мне кажется, мой отец был таким великодушным, таким щедрым… – Она не сдержала тяжкого вздоха, вспомнив историю трагической смерти отца.
      Митч бросила на нее сочувственный взгляд и нетерпеливо спросила:
      – Итак, дорогая Клер, что ты решила? Будешь звонить Эдварду Хелдману или пока подождешь?
      – Подожду, – ответила Клер после короткого раздумья. – Во-первых, мне абсолютно некуда торопиться, а во-вторых, будет крайне любопытно посмотреть, как мои противники поведут себя в этом случае.
      Митч улыбнулась.
      – Отлично! Тогда скажи мне, ты едешь с нашей женской компанией на турбазу в Вайоминге? Элизабет Саймонс уверяет, что мы замечательно проведем там время, она отдыхала там год назад, и ей очень понравилось. А еще я слышала, что горный воздух отлично восстанавливает организм, истерзанный весенним авитаминозом.
      – В таком случае, я еду, – рассмеялась Клер. – Сколько у меня времени, чтобы собраться?
      – Целых два дня.
      – Тогда я еще успею пройтись по магазинам и купить себе что-нибудь из спортивной одежды.
      – Пойдем завтра вместе, – предложила Митч, – у меня тоже нет ни спортивного костюма, ни кроссовок.
      Поболтав еще немного, подружки расстались, договорившись встретиться утром.
      Отдых на туристической базе пошел Клер на пользу. Она восстановила силы, растраченные во время экзаменов, «подтянула» фигуру при помощи пеших прогулок и водных упражнений, а главное, к ней вернулся душевный покой, подорванный письмом английского родственника. Теперь можно было поваляться пару деньков на диване и подумать, чем заняться дальше.
      Вариантов было три: устроиться на временную работу, продолжить культурный отдых в каком-нибудь экзотическом месте или же просто бездельничать дома. Вариант с работой Клер отмела сразу. Слава богу, отец оставил ей кое-какие сбережения, и Клер могла позволить себе не вкалывать в поте лица ради хлеба насущного. Вариант провести каникулы на диване тоже не устраивал Клер. Надо все же куда-нибудь съездить, набраться новых впечатлений и положительных эмоций. Но вот только куда? Материальное положение Клер не позволяло ей посетить за одно лето несколько интересных мест. Следовало хорошо подумать, чтобы потом не жалеть о неразумно потраченных деньгах.
      Этими самыми «думами» Клер и занялась на другой день после возвращения домой. Встав поздно утром с постели, она облачилась в легкомысленный пеньюар из нежно-розового шелка, сварила кофе и устроилась на диване, обложившись каталогами туристических фирм. Клер с интересом рассматривала фотографии отелей на Багамских островах, когда в дверь внезапно позвонили. Не выпуская из рук каталог, Клер вышла в прихожую, открыла дверь и растерянно застыла на пороге.
      Перед ней стоял незнакомый мужчина в элегантном светло-сером костюме, лет тридцати на вид: высокий, широкоплечий, с мужественным, решительным и несколько высокомерным лицом; из тех, которые запоминаются с первого взгляда и надолго остаются в памяти. Волосы незнакомца были темными, а его проницательные синие глаза напомнили Клер полевые васильки. А еще они похожи на драгоценные сапфиры, подумала девушка, с любопытством разглядывая загадочного визитера. Словом, удивительно красивые глаза. Вот только на Клер они почему-то смотрели не слишком доброжелательно.
      – Мисс Клер Монро? – произнес незнакомец вежливо-прохладным голосом.
      – Да, это я, – ответила она, внимательно наблюдая за его лицом.
      Глаза незнакомца вспыхнули сапфировой синевой, быстро обежали Клер, начиная от растрепанных рыжевато-каштановых волос и заканчивая розовыми шлепанцами, надетыми на босую ногу. Как показалось Клер, ее гость остался не слишком доволен результатом осмотра.
      – Я – Эдвард Хелдман, – представился мужчина и слегка наклонил голову. – Ваш троюродный брат.
      Черт подери! – мысленно выругалась Клер. Этого мне только не хватало!
      – Эдвард Хелдман? – медленно переспросила она, пытаясь собраться с мыслями и решить, как ей следует держаться с этим человеком. – Ну что ж… хм… в таком случае входите.
      Клер отступила в глубь прихожей, впуская незваного гостя в квартиру. Потом заперла дверь и на негнущихся ногах прошла в гостиную. Внезапно она увидела комнату глазами Эдварда Хелдмана, и ей стало так неловко, что у нее запылали щеки. В комнате царил чудовищный беспорядок, не говоря уже о пыли, накопившейся за время отсутствия Клер. Можно только догадываться, что думает о ней чопорный английский кузен. Наверное, он уже успел записать ее в разряд неисправимых нерях. Хотя какое мне дело до его мнения! – раздраженно подумала Клер. И потом, воспитанные люди всегда предупреждают о своих визитах. Но, возможно, Эдвард Хелдман потому и не позвонил, что намеревался застать меня врасплох: видимо, он боялся, что я не захочу с ним встречаться. Что ж, ехидно подумала Клер, его опасения были не напрасны. Во всяком случае, к себе домой я бы никогда его не пригласила.
      Внезапно Клер пришло на ум, что всего этого можно было избежать. Если бы она позвонила Эдварду Хелдману сразу после получения письма, его не было бы сейчас в ее квартире. Но Клер даже не могла предположить, что Эдвард Хелдман способен проделать утомительный путь из Европы в американскую глубинку ради того, чтобы увидеться с ней. Без сомнения, здесь кроется какой-то подвох, и ей надо держаться настороже с этим опасным типом. А в том, что ее кузен опасен, Клер уже не сомневалась. Да и чего хорошего можно ждать от Хелдманов?
      Описав круг по гостиной, Эдвард резко обернулся к Клер. Его губы были плотно сжаты, глаза излучали раздраженное нетерпение, готовое вот-вот прорваться наружу. Интересно, уж не собирается ли он отчитывать меня за то, что я проигнорировала его письмо? – подумала Клер, и ее вдруг охватила неуместная веселость. Пусть только попробует, так мигом вылетит за дверь. Здесь моя территория, а не этих проклятых Хелдманов, и я не позволю обращаться с собой без должного уважения. К тому же Хелдманы передо мной в долгу, напомнила себе Клер, и эта мысль придала ей уверенности.
      – Готовитесь к путешествию?
      – А? – переспросила Клер, растерявшись от неожиданного вопроса.
      Эдвард кивнул в сторону дивана, по которому были разбросаны каталоги туристических фирм.
      – Судя по занятию, от которого вас оторвал мой приход, вы собираетесь отправиться в летнее путешествие. И, как я понимаю, ваш выбор снова пал не на Англию, куда я настойчиво просил вас приехать.
      – Что значит «снова»? – озадаченно переспросила Клер.
      Синие глаза впились в ее лицо обвиняющим взглядом.
      – Я приехал в Сент-Луис три дня назад. И с изумлением узнал, что вы отправились в соседний штат на какую-то турбазу. К счастью, вы решили не задерживаться там слишком долго, иначе не представляю, где и как я бы вас искал. – Эдвард немного помолчал, видимо пытаясь справиться с душившим его негодованием. – Но вот вы вернулись. И что же я вижу? Вы снова намерены куда-то укатить! – Он возмущенно передернул плечами.
      – Зачем вы приехали сюда, мистер Хелдман? Что вам от меня нужно? – спросила Клер, подозрительно вглядываясь в его лицо. – Только не пытайтесь уверять меня, что вам вдруг захотелось познакомиться с кузиной, без которой вы благополучно обходились до сего времени.
      – Я приехал, потому что вы не позвонили мне, – ответил Эдвард. – Не позвонили за две с половиной недели! И у меня появилось подозрение, что вы можете вообще мне не позвонить. Как выяснилось, оно оказалось обоснованным!
      Эй, не пора ли подпустить этому надутому снобу первую шпильку? – мстительно подумала Клер. Кажется, самое время.
      – Вы ошибаетесь, мистер Хелдман, – с елейной улыбкой промолвила она. – Я бы непременно позвонила вам.
      – Когда?
      – Тогда, когда посчитала бы нужным, – ласково ответила Клер.
      Она едва не расхохоталась, увидев, как лицо кузена стремительно заливает краска гнева и досады. Похоже, он не очень-то хорошо умеет скрывать свои чувства, ехидно подумала Клер. Что ж, приятно сознавать, что у противника есть уязвимые места.
      – Надо ли понимать ваши слова так, что вы не торопитесь вступать в наследство? – холодно поинтересовался Эдвард.
      – А куда мне торопиться? – Клер беспечно пожала плечами. – Ведь времени еще достаточно! Разве что, – добавила она, прищурившись, – кое-кому другому не терпится… поскорее наложить лапу на чужое добро.
      Синие глаза угрожающе вспыхнули, но Клер была готова к такой реакции противника и встретила его свирепый взгляд ослепительной улыбкой, которая довела Эдварда Хелдмана до белого каления.
      – Это вы на меня так недвусмысленно намекаете, да? – процедил он сдавленным от бешенства голосом.
      – Я, конечно, не знаю, кто кроме меня является наследником деда, – с колкой усмешкой проговорила Клер, – однако, судя по тому, что вы как угорелый примчались на другой конец земного шара, речь идет именно о вас, любезный кузен.
      – Ваши выводы вполне логичны, дорогая кузина, и тем не менее они ошибочны! – горячо возразил Эдвард. – Да будет вам известно, что я вообще не числюсь в наследниках вашего покойного деда!
      – Тогда зачем вы сюда приехали? – недоуменно спросила Клер. – Должна же у вас быть какая-то корыстная цель!
      Эдвард посмотрел на нее изумленно, а затем грустно усмехнулся и покачал головой.
      – Прошу извинить меня за излишнюю горячность, мисс Монро, – проговорил он неожиданно миролюбиво. – Я забыл, что вы относитесь к нашей семье враждебно и поэтому, естественно, не ждете от нас ничего хорошего. Однако вы сильно заблуждаетесь, если думаете, что я приехал сюда с какой-то недостойной целью. Я сейчас объясню вам, зачем приехал, только давайте сначала куда-нибудь присядем: разговор может оказаться долгим.
      – Хорошо, – согласилась Клер после короткой паузы, – мы поговорим. В конце концов, нам ведь действительно есть что обсудить.
      Она указала гостю на кресло перед журнальным столиком, а сама расположилась напротив.
      – Итак, мистер Хелдман, я вас слушаю, – сказала она, выжидающе приподняв брови.
      – Как вы уже знаете, мисс Монро, ваш дедушка оставил вам наследство, – неторопливо начал Эдвард. – Оно заключается большей частью в недвижимом имуществе, а точнее в земельном участке и доме. На участке находится обширный фруктовый сад – в очень хорошем состоянии, приносящий стабильный ежегодный доход. Что же касается дома, то он является памятником архитектуры, а потому, как вы, наверное, сами догадываетесь, стоит весьма прилично.
      – А деньги? – спросила Клер, стараясь вложить в свой голос как можно больше цинизма. – Ну, какие-нибудь банковские сбережения или акции?
      Эдвард бросил на нее неодобрительный взгляд.
      – По завещанию вашего дедушки к вам отходит половина его банковских сбережений. В пересчете на американскую валюту получается где-то около сорока тысяч долларов.
      – Так мало?! – с притворным огорчением воскликнула Клер. – Всего какие-то сорок тысяч… да, на такие деньги особо не разгуляешься! Кстати, а кому отошли другие сорок тысяч?
      – Семейной чете, которая прислуживала вашему дедушке на протяжении многих лет.
      – Вот так всегда! – Клер ядовито усмехнулась. – Чужим людям все, а родной внучке – ничего!
      – Вы напрасно расстраиваетесь, мисс Монро, – сухо произнес Эдвард, сердито сверкнув глазами. – Сорок тысяч долларов – весьма незначительная потеря, учитывая стоимость доставшейся вам недвижимости.
      Клер учащенно захлопала ресницами, старательно изображая недалекую, корыстолюбивую особу.
      – Вы полагаете, мистер Хелдман? А как насчет покупателей? По-вашему, они найдутся?
      – Покупатель уже есть, – ответил Эдвард, и по тому, как блеснули при этих словах его глаза, Клер догадалась, о ком идет речь.
      – Надо полагать, вы имеете в виду себя? – спросила она, стараясь не выдать охватившего ее мстительного ликования.
      Сейчас она задаст этому проклятому Хелдману! Он сильно ошибается, если принимает ее за дурочку, готовую с легкостью простить причиненные ей обиды и пойти на сговор с представителем вражеского клана!
      – Вы очень догадливы, мисс Монро, – усмехнулся Эдвард. – Да, я действительно имею в виду себя.
      – То есть вы готовы хоть сейчас купить мою недвижимость и заплатить за нее хорошую цену? – уточнила Клер. – Нормальную рыночную цену, да?
      – Разумеется! Больше того, я возьму на себя все расходы и хлопоты по оформлению вашего наследства, без чего, как вы сами понимаете, вы не сможете продать дом и землю.
      – Что ж, заманчивое предложение, – с улыбкой промолвила Клер. – Но, к сожалению, мистер Хелдман, я не могу его принять. Я привыкла решать подобные дела через адвокатскую контору, услугами которой пользовался еще мой отец, и не вижу причин, чтобы в этот раз поступить по-другому. Так что, любезный кузен, – Клер с притворным сожалением развела руками, – вы совершенно напрасно проделали долгий и утомительный путь в Сент-Луис. Вам лучше вернуться в Англию и подождать, пока мои адвокаты свяжутся с вами, когда… или, вернее, если дело дойдет до продажи моего наследства.
      – Что значит «если»? – холодно осведомился Эдвард.
      – Ну, если я решу, что дом вообще следует продавать, – пояснила Клер, продолжая мило улыбаться. – Я ведь еще не знаю, что там и как, может, окажется, что гораздо выгоднее сдавать его в аренду или, как вариант, переделать в гостиницу.
      Какое-то время Эдвард смотрел на Клер таким взглядом, словно хотел просверлить в ней дырку. Казалось, он сейчас вскочит с кресла, затопает ногами и разразится яростной бранью. Однако когда он заговорил, его голос звучал на удивление сдержанно.
      – Я, кажется, понял вас, мисс Монро, – произнес он с грустно-ироничной усмешкой. – Вы так сильно ненавидите всех Хелдманов, что предпочитаете продать дом за бесценок или разрушить его, только бы он не достался мне или кому-то из моей семьи. Я прав, не так ли?
      – Так, – ответила Клер, вызывающе вскинув голову. – Я действительно ненавижу вашу проклятую семейку. А за что мне вас любить, черт подери? Много лет назад мой родной дед отказался от меня, и никто, никто из вашей семьи ни разу не прислал мне даже открытки на Рождество! Вы решительно вычеркнули меня из своей жизни… а теперь вы надеетесь, что я стану оказывать вам какие-то любезности. Какая наглость! – Клер возмущенно повела плечами.
      – Вы ошибаетесь, мисс Монро, – возразил Эдвард, внимательно и спокойно глядя ей в глаза. – Ваш дедушка никогда не отказывался от вас. Ни он, ни кто-то другой из нашей семьи. Мы не общались все эти годы потому, что нашему общению препятствовал ваш отец.
      – Ну разумеется! – Клер язвительно рассмеялась. – Теперь вы будете во всем обвинять моего отца! Это очень удобно, учитывая тот факт, что его уже нет в живых и он не сможет опровергнуть ваши клеветнические измышления. – Клер вперила в Эдварда гневный, обличающий взгляд. – Вам ведь известно, что мой отец погиб, не так ли?
      – Так, – ответил он, не отводя взгляда. – Я узнал об этом около двух месяцев назад, когда начал искать вас по просьбе вашего деда.
      Клер цинично усмехнулась.
      – Любопытно, почему старик вдруг решил меня разыскать? Никак совесть заела?
      – Мы искали вас и раньше, – спокойно пояснил Эдвард, – и три года назад нам удалось напасть на ваш след. Но потом он вдруг неожиданно потерялся… – Эдвард слегка нахмурился. – Как раз в тот период вы сменили фамилию. Зачем вы это сделали, Клер?
      – Не важно, – сухо ответила она. – В любом случае вас это не касается.
      – На смене фамилии настоял ваш отец, не так ли?
      – Повторяю: это не ваше дело! – сердито ответила Клер.
      – Значит, моя догадка верна. – Сапфировые глаза негодующе блеснули. – Мы потеряли вас и начали искать снова. И наконец нашли с помощью частных детективов. Я уже собирался отправиться в Сент-Луис, когда у вашего дедушки внезапно обострилась болезнь сердца. К сожалению, врачам не удалось его спасти. – Из груди Эдварда вырвался глубокий, протяжный вздох. – По крайней мере, он умер, зная, что с вами все в порядке.
      Клер поднялась с кресла и прошлась по комнате. Потом повернулась к Эдварду и посмотрела на него жестким, непримиримым взглядом.
      – Все это, конечно, очень трогательно, мистер Хелдман… однако вы напрасно расточаете передо мной свое красноречие. То, что вы мне сейчас рассказали, не повлияет на мое решение. Я не продам вам свое наследство, и точка! Для вас есть только одна возможность заполучить его – оформить сделку купли-продажи через подставных лиц. Но предупреждаю: вам придется долго ждать такой возможности. А может, вы ее вообще не дождетесь. Как я уже сказала, я еще не решила, буду ли продавать дом и землю.
      Клер ожидала, что Эдвард придет в бешенство, но он вдруг улыбнулся.
      – Вы, конечно, не поверите мне, Клер, – сказал он, вставая с кресла, – но я приехал сюда вовсе не для того, чтобы уговорить вас продать дедушкино наследство.
      – Ну да, вы приехали, чтобы завязать со мной дружеские отношения, – съязвила она.
      – Именно за этим я сюда и приехал, – серьезно ответил Эдвард, – чтобы познакомиться с вами, подружиться. Правда, когда я увидел вас, – он смущенно покосился на легкомысленный наряд Клер, – когда мы начали разговаривать, вы вдруг показались мне такой… словом, вы показались мне ужасной особой. Теперь я вижу, что ошибся, но тогда, в первые минуты, я попросту испугался. Я подумал: эта недалекая девица не в состоянии оценить того, что досталось ей в наследство. И, если я не выкуплю усадьбу, один Бог знает, что с ней случится. Скорее всего, она достанется за бесценок какому-нибудь мошеннику, который варварски испоганит этот прелестный уголок. Вот так я подумал тогда, поэтому и поспешил предложить вам продать мне дом, с которым у меня связано столько дорогих воспоминаний. Кстати, именно этого и хотел ваш дедушка: чтобы я выкупил у вас усадьбу, если… – Эдвард пристально посмотрел на Клер, – если вы по какой-то причине не захотите оставить ее за собой.
      Клер окинула его недоверчивым взглядом.
      – Если я не захочу оставить ее за собой… почему же вы не спросили меня об этом, а начали сразу предлагать деньги?
      – Потому что вы с ходу заявили, что собираетесь продать наследство, потому что вы не выказали к нему ни малейшего интереса. И потому, – многозначительно прибавил Эдвард, – что у вас все равно было бы время подумать.
      Клер нахмурилась.
      – Не понимаю.
      – Договор купли-продажи нельзя заключить до того, как человек вступит в права наследства, – пояснил Эдвард. – А для того чтобы вступить в наследство, вам придется поехать в Англию.
      – Зачем? Ведь наследство можно оформить и через поверенного!
      – Можно – только не в вашем случае. Видите ли, Клер, в завещании Генри Хелдмана содержится одно условие, без которого вы не можете стать его наследницей. Проще говоря, вы становитесь наследницей только в том случае, если проживете месяц в его доме или же где-то по соседству.
      – Чепуха какая-то! – Клер возмущенно передернула плечами. – В первый раз слышу, чтобы наследникам ставили разные нелепые условия!
      – А по-моему, ничего нелепого здесь нет! – горячо возразил Эдвард. – Просто ваш дедушка хотел уберечь вас от неверного шага, чтобы вам потом не пришлось о чем-то сожалеть. Конечно, он надеялся, что вы полюбите свой новый дом и не захотите продавать его, а для этого вам надо пожить там какое-то время. Ну а если вы все-таки решитесь на продажу, то лучше продать дом мне, а не чужому человеку.
      Клер саркастически усмехнулась.
      – Фамильная собственность должна оставаться в семье… замечательный принцип, безусловно! Вот только мне нет никакого дела до интересов вашей семьи, любезный мистер Хелдман. Разумеется, я поеду в Англию, и не только потому, что таково условие моего вступления в наследство, а еще и потому, что мне любопытно взглянуть на мои новые владения. Но предупреждаю вас, дорогой кузен: я не позволю оказывать на меня давление. Я сама решу, как распорядиться моей собственностью, и советчики мне не нужны!
      – Я уже давно это понял, дорогая кузина, – иронично произнес Эдвард, – так что не трудитесь повторяться. Давайте лучше решим вопрос с отъездом в Англию. Насколько я знаю, в вашем колледже сейчас каникулы. В таком случае, не можем ли мы выехать без промедления?
      – Мы? – с насмешливым удивлением переспросила Клер. – Разве я говорила, что собираюсь ехать вместе с вами?
      – А почему, собственно, и нет? – Эдвард нахмурился. – Или вас так не устраивает моя компания?
      – Разумеется, не устраивает! К тому же вы ведь, должно быть, собираетесь лететь в Англию на самолете?
      – А вы – на воздушном шаре, что ли? – съязвил он.
      – Нет, на океанском лайнере. Я, видите ли, страшно боюсь самолетов. К тому же мне совершенно некуда торопиться. В отличие от вас.
      – Как ни странно, мне тоже особо некуда торопиться, – с каким-то непонятным упрямством заявил Эдвард. – Во всяком случае, три-четыре лишних дня могу себе позволить. Поэтому мы все-таки едем вместе.
      Клер посмотрела на него с милой улыбкой и отрицательно покачала головой.
      – Нет, любезный кузен, – твердо сказала она, – мы не поедем вместе.

  • Страницы:
    1, 2