Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Будет ночь – она вернется...

ModernLib.Net / Детективы / Соболева Лариса / Будет ночь – она вернется... - Чтение (Ознакомительный отрывок) (стр. 2)
Автор: Соболева Лариса
Жанр: Детективы

 

 


Зайдя в двухкомнатный номер, даже не удосужившись рассмотреть, за что заплатила бешеные деньги, она упала на кровать и проспала до вечера. Проснулась, когда постучала Галка. Алина лишь забрала платье, не пустив няньку на порог, приняла душ, броско накрасилась. Спустившись в бар, вскользь оглядела зал, но ни одна личность из мужского состава не заинтересовала ее. Про себя она отметила, что несколько экстравагантно оделась, публика здесь сидела в более скромных нарядах.

Ну и ладно. Алина села на высокий стул у стойки.

— Что будем пить? — спросил бармен.

— Спиртное, — угрюмо ответила она.

— А что именно?

— Все равно.

— Ну, а если я налью водки, вы тоже будете пить?

У бармена приятная улыбка, и внешне он очень хорош.

Только один намек с его стороны, и… Раздевая его глазами, она ответила:

— Буду.

— Тогда начните с наших фирменных коктейлей.

Ей безразлично, что пить и что есть. Получив высокий стакан, Алина вынула из него соломинку, небрежно бросила ее на стойку и осушила добрую половину. Ничего напиток, по московским меркам недорогой. Видя, что бармен намеков не делает, Алина слезла со стула и двинула к свободному столику. «Первый, кто подойдет, хоть страшнее Квазимодо», — решила она, усаживаясь. Закурила. Алина не курит, в студенческие годы баловалась, потом бросила, но сейчас красный огонек и голубоватая струйка дыма от него являлись молчаливыми собеседниками. В обстановке, где ты чужая — как Алина в баре, — сигарета необходима, придает уверенности, ведь сидеть за столиком одной — дело далеко не из самых приятных. Сигарета становится единственным другом, когда одиноко, она не только читает мысли, но и отвечает на них.

А мысли вертелись вокруг мужа и секретутки. Невооруженным глазом видно, что она — дешевка с жидкими волосенками, плоскогрудая, сутулая, с губами-варениками, размазанными по лицу. И сколько же у него их было? Чего ему не хватало, чего? Как раз у Владлена всего в избытке. Вот! Избыток земных благ и сделал его порочным скотом. О, если бы деньгами можно было измерить счастье, Алина была бы мультисчастливой. Но большие деньги уродуют человека, потому что ведут к вседозволенности, они изуродовали Владлена, теперь изуродовали Алину.

Наверное, ее ситуация — глупейшая донельзя: есть деньги, нет счастья. Школьная подруга, которой она однажды, давно, поплакалась в жилетку, окатила:

— С жиру бесишься! Подумаешь, изменяет он ей! Да простой сантехник изменяет поварихе, а тут банкир! Ты ноги лижи ему, чтобы не бросил тебя. Ух, мне бы так повезло, я бы сама поставляла ему девок, даже третьей согласилась бы быть! Не дури, у тебя все есть, у детей тоже. Нянька, кухарка, домработница! Шмотки в Европе покупаешь. Кому еще так повезло? Ты должна перед ним буквой "Г" ходить и не забывать произносить: «Чего изволите». А ты ноешь! Совесть имей.

Все есть… А где тепло, человеческое участие, радость общения с близким человеком, уважение? Без этого жизнь невозможна. Может, и возможна, но не нужна. Впрочем, Алина приняла жизнь такой, как есть. Чего конкретно хочет, она пока не знала, то есть планов на будущее не строила. Одно-единственное желание одолело: отыграться. И ей все равно, с кем лечь в постель — с хачиком, папуасом или чукчей. Тут главное — количество. Возможно, после этого она приобретет относительное равновесие.

— Скучаете?

Алина подняла глаза. У столика стоял симпатичный мужчина лет тридцати. Ну вот, очередной рог муженька не заставил себя ждать.

— Скучаю, — сказала она с заметным вызовом.

— Разрешите?

— Присаживайтесь, — разрешила Алина, но без улыбки. Не хочется улыбаться.

— Вы из Москвы, — определил он.

— На мне написано?

— По выговору слышно.

— А, да… — все же натянула на лицо улыбку Алина, а то завлекать мужчину с хмурой миной как-то противоестественно. — А мне кажется, что здесь говорят необычно и смешно.

— Россия бескрайняя, в каждом районе свой говор, по нему легко определить, откуда человек. Но я нездешний, как и вы. Мой ареал обитания — Крайний Север.

— Боже, так далеко? А как вас зовут? — нарушила она церемонию знакомства, ибо мужчина должен первый спросить имя.

— Кирилл. А вас?

— Алина.

— Алина, — повторил он, улыбаясь.

Что вызвало у него улыбку? Ее имя? Чем? Наверное, нелепое имя, как она сама. Нелепое имя, и нелепо она построила свою жизнь. Все Алину поучают, поучают… Вторая подруга, ставшая модным дизайнером, сознательно окрутившая высокопоставленного чиновника и умело сунувшая его под каблук, тоже поучала, когда Алина поделилась с ней своими проблемами:

— Сама виновата. Мужчин следует держать в постоянном напряжении. Когда мужик знает, что в любой момент может потерять женщину, только тогда он, опять же из чувства собственника, дорожит ею. Жизнь надо строить не с учетом его и детей интересов, а твоих, только твоих.

Если у тебя есть мозги, построишь отношения так, как тебе удобно, а не мужу. А ты во что превратилась? В ничто.

Ну, кто ты такая, чтобы тобой дорожить? Хранительница домашнего очага, красавица? Да таких, как ты, — тысячи.

Любить мужа и детей — это не заслуга, а глупость. Владлен знает, что ты никуда не денешься, поэтому ведет себя соответствующе.

Уничтожила. Алина перестала делиться с подругами своими горестями, осталась одна, то есть с детьми, но этого так мало. Неужели нельзя жить по-другому?

— У вас такое выражение лица, будто вы сидите на пороховой бочке, — сказал Кирилл.

Она очнулась. Совсем забыла, что ее цель — соблазнить этого человека.

— Простите, я много времени провела за рулем. А чем вы занимаетесь?

— Я нефтяник. Приехал на юг погреться на солнышке, у нас ведь солнца мало, а зимой его вообще нет. Я остановился в небольшом городе на побережье, а в Краснодар приехал встретить друга, он завтра утром прилетит…

Собеседником Кирилл оказался весьма занятным, он много путешествовал и по стране, и за рубежом. Собственно, и Алина побывала во многих странах, но об этом ей не хотелось говорить, она больше слушала. Время летело незаметно. Он предложил пойти к нему в номер, потому что в баре слишком шумно, но Алина вышла со встречным предложением — у нее номер с прекрасным видом и балконом, там будет уютно. Но суть ее предложения состояла в другом — на своей территории легче отбросить условности. Кирилл взял бутылку вина, фруктов, и они перебрались к ней.

Если первое дорожное приключение принесло моральное удовлетворение, оставив неприятный осадок, то на этот раз Алина убедилась, что существуют мужики получше ее мужа в постели. Владлен занимался сексом торопливо, заботясь о себе и только, потом поворачивался спиной и быстро засыпал. Кирилл это делал куда добротней!

Алина впервые за долгое время по-настоящему расслабилась. Договорились встретиться днем и пообедать, но в десять утра Алина, пририсовав еще один жирный рог к голове мужа, села в машину и помчалась дальше на юг.

Испугалась, что ей понравится спать с малознакомым человеком, прирастать она больше ни к кому не намерена.

В приморском городке Алина надумала остановиться, хотя мчалась в Сочи. Галка привела ее в чувство, сказала, что дети устали. А действительно, какая разница — Сочи или любой другой город у моря? Тем более что к Сочи дорога тянется по серпантинам, это опасно, так как Алина задумывается и забывает, что она за рулем. Единственное, чего в данном городе недоставало, — нормальных отелей.

Алине пришлось объехать гостиницы, выбирая номера.

М-да, курортный городок, а убогий. Еле нашла приличные номера, конечно, не ахти какие, но сойдут. Закрывшись в «люксе», она с час стояла под душем, потом легла и заплакала горько-горько.

* * *

Руслан и Сева до ночи объезжали гостиницы, санатории, пансионаты, дома отдыха в надежде, что в одном из этих мест обнаружилась пропажа женщины. Пока поездки не увенчались успехом, но далеко не все точки удалось объехать, а близился вечер. За это время установили примерный возраст убитой — от тридцати до сорока лет. Но кто она, откуда, где жила, с кем встречалась? Это и предстояло выяснить.., если получится. Причем Сева не верил в положительный результат поисков, на что Руслан ответил:

— Такого не может быть, чтобы о ней никто ничего не знал. Тело-то есть, значит, должны быть и люди, знавшие ее.

— Вот именно — тело! — фыркнул Сева. — Изуродованное соленой водой и распухшее до неузнаваемости. У нас даже толковой фотки нет, ни один человек не опознает ее.

— Личность убитой мы все равно установим. Если она приехала на отдых, ее хватятся родные, когда не получат от нее известий, следовательно, обратятся туда, где она находилась последние дни, то есть к нам. А если она местная, это произойдет раньше. Я лишь хочу ускорить процесс. И потом, Всеволод, неужели у тебя не возникает желания распутать дохлое дело? Убийца думает, что он спрятал концы в воду, что он умный. А мне нравится, когда я оказываюсь умнее. Это же головоломка! Любишь головоломки?

— Нет, — буркнул Сева, отвернувшись.

— Ничего, под моим чутким руководством полюбишь.

Раньше был смурной Руслан, а Сева — весельчак, теперь они немного поменялись местами. Ну, к балагурству Руслан вообще не склонен, но некоторый подъем в нем заметен, во всяком случае, на работу он приходил последнее время в приподнятом настроении. Севу недавно бросила девушка, поэтому он немного расклеился. Ничего, пройдет. Кого в юности не бросали? Руслан намеренно не трогает больную тему, старается загрузить парня работой.

За работой неприятности отступают на второй план.

А наутро к Руслану вернулось его обычное состояние — пасмурность. Он не подозревал, что встреча с женой будет невыносимо трудной. Собственно, он изменил жене в первый раз, отсюда — не имел опыта лжи, не знал, как ведут себя мужики в подобных случаях. Утром жена подала завтрак, мясо не высохло на сковородке, было сочным и вкусным, а есть не хотелось. Вчера, когда он приехал домой, она не спросила, где он пропадал несколько дней, подала ужин, что-то лепетала о подготовке сына к школе, о текущих проблемах… М-да, проблемы.., вчера все казалось ясным и простым, а сегодня простота превратилась в стопудовую гирю, давящую на грудь. Оказывается, обманывать нелегко, стыдно. Руслан елозил вилкой по тарелке, с не-. удовольствием запихивая в рот куски. Наконец встал…

— Когда вернешься? — спросила она.

— У меня убийство, — буркнул он.

— Завтра сыну в школу, ты проводишь его?

— Конечно. — Зазвонил мобильник. Выслушав, Руслан с радостью сообщил жене:

— И еще одно убийство. Когда вернусь, не знаю.

Черт, он подготавливает почву для очередной лжи. Конечно, не новое убийство его обрадовало, чему тут радоваться? А то, что сегодня он заедет к Клариссе и оправдание перед женой готово: два убийства — шутка ли! Но противно. Он разозлился на жену из-за того, что ему приходится врать, разозлился на себя, что причина злости высосана из пальца, а дело в чем-то другом…

— Шура! — Он вздрогнул от резкого окрика жены, когда пересекал двор по направлению к гаражу. Она звала соседку, территория которой отделена от территории Руслана невысокой оградой. — Шур! Помнишь, ты весной давала мне варенье из алычи? Так я тоже сварила, скажу, не хуже твоего. Ты попробуй, попробуй, а то можно подумать, лучше тебя никто не варит…

— Прекрати, — тихо бросил Руслан.

— А что такое? — захлопала карими глазами Неля. — Пусть не хвалится зря, у меня варенье вкусней, не кислое, а у нее кислое…

Руслан развернулся к ней лицом и хотел сказать… Ничего он не сказал. Она не услышит, что варенье в жизни не главное, и сколько баллонов законсервируешь на зиму — не главное, не главное и одежда, и ремонт. Главное — они чужие. Это как раз и тяжко сказать. Руслан выехал из гаража, позвонил Севе, что едет к нему.

Глава 4

Пансионат «Южная ночь», в котором до известных исторических событий нежились партийные руководители, практически пустовал. Даже в разгар сезона находится мало желающих оставить здесь целое состояние, чтобы ночевать с комфортом. День отдыха на Черноморском побережье и так стоит за пределом разумного, поэтому основная масса курортников предпочитает жить в фанерных клетушках на две-три койки, понастроенных аборигенами, а тратиться на фрукты и вкусности, продаваемые в изобилии на каждом углу. Более состоятельные люди выбирают пансионаты, относительно недорогие, существуют и любители «дикого» туризма, то есть живут в палатках, которые притащили на плечах. Но в последнем случае желательно отдыхать с большой компанией, чтобы защититься от хулиганов. И только самые претенциозные легко швыряют деньги на ветер и селятся в престижном заведении, где они ходят по ковровым дорожкам, где обслуживание приличное, кормят неплохо и по часам, имеется собственный пляж и парк.

На пляже утром Кристина и Лика лежали в шезлонгах под огромным куполом зонтика и наблюдали за игрой в волейбол. Играли четверо: трое парней и Любочка. Парни как на подбор — крупные, мускулистые, жизнерадостные.

Возраст у всех шестерых примерно одинаков — около тридцати или чуть за тридцать. Ребята отдыхают здесь неделю, а девушки прибыли недавно, поскольку в пансионате народу мало, все довольно быстро перезнакомились.

— М-м-м… — потянулась Кристина, жгучая брюнетка с огненно-красными прядями в волосах, кругленькими формами и с капризным лицом. — Мужика хочу… Третий день здесь, а курортного романа и близко не намечается.

Я презервативов навезла чемодан.

— Интерфейс смени, — промурлыкала Лика, достала из пляжной сумки масло для загара и принялась натирать ноги, поглядывая в сторону волейболистов.

Лика — белокожая, с прямыми белыми волосами до лопаток, тонкая, с длинными ногами, на первый взгляд флегматичная, но это не так. За медлительными манерами в ней угадывается редкая стерва, Кристина это сразу почувствовала. Самое поразительное, что Лика и слово «красивая» не сочетаются, но она, как магнит, притягивает к себе не одних мужчин, женщин тоже. Это изысканная штучка из Питера, впрочем, вздыхала Кристина с завистью, они там все продвинутые, продвинутой хотелось выглядеть и ей, хотелось подражать Лике. А та уловила, что новой подруге нужен наставник, и с удовольствием взяла на себя эту роль.

— У тебя выражение, будто ты всех мух в этом городе съела, — сказала Лика. — Вон, посмотри на мужиков.

Кровь кипит, энергию девать некуда, вот и бросают мячик. Только свистни, они в очередь выстроятся.

— Что, прямо так и сказать: не желаете со мной переспать? — К сожалению, у Кристины нет опыта по соблазнению мужчин, оторваться она надумала впервые.

— Тогда жди, когда они сами догадаются, теряй время.

Мужчины сейчас пошли безынициативные, инфантильные, их нужно пальчиком манить. — Лика помолчала, затем, натирая живот и грудь, хотя эти части тела находились в тени, лениво похвастала:

— А мне вчера неплохой массаж кое-кто сделал…

— Кто? — оживилась Кристина и села в шезлонге.

— Угадай.

— Максим? Нет, не он… Эдвард? Нет, он слишком старомодный… Егор? — в это время прибежал еще один парень, встал в круг волейболистов. Это был самый видный молодой человек, пышущий здоровьем, загорелый до шоколадного цвета. При его появлении Лика томно поежилась. — Неужели Вик?! Ах, да, он же массажист… Скажи, Вик?! Он?!

— Что тебя так удивляет? — оскорбилась Лика. — Я недостойна трахнуться с ним?

— Нет, но.., как тебе удалось так скоро?

— Пожаловалась вчера на ноющую боль в спине, он предложил сделать массаж. Скажу тебе, Вик прекрасный массажист, я просто улетела. А потом я повернулась на спину, и он все понял. Учись, пока я жива.

В чем прелесть курортных знакомств, так это их родственность с попутчиками в поезде. Люди встретились случайно, далее судьба развела их, сто процентов из ста, что никогда больше они не увидятся. Но на курорте можно приоткрыться полностью, особенно когда встречаешь аналогичную душу. И времени больше, и не ограничен тесным пространством купе, где все же четыре человека, ведь откровенничать со всеми сразу не станешь. Посему отношения полной доверительности на отдыхе не редкость между людьми, живущими в разных концах страны.

Лика из Питера, Кристина из Ростова, ни одна из них не заложит временную подругу ее мужу из любви к пакостям.

К тому же обе явились сюда с определенной целью, которую не скрывали друг от друга.

— Все же здесь скучища… — протянула Кристина.

— Ехала бы в Сочи, это единственный приличный город на побережье, развлечений там тьма, бойфренды тоже в избытке. Лично я так и сделаю, если скука заест.

— В Сочи! — фыркнула Кристина. — С удовольствием поехала бы. Но там и сейчас народу тьма, по закону подлости обязательно встретишь знакомых. Как увидят, что я кручу роман, незамедлительно доложат мужу. А он ревнивый. Я не хочу с ним ссориться, меня все устраивает.., кроме постели. Он за день намотается, ему не до секса. Пару раз в месяц меня не устраивает. Дома не рискую завести любовника, слишком дорожу тем, что имею.

— Как мы с тобой похожи, — потянулась Лика. — Вернее, ситуации с мужьями у нас похожи, но я и дома рискую.

Однажды я читала, что по статистике у семидесяти процентов мужчин наступает ранняя импотенция. Что же нам, бедняжкам, делать? Постоянного любовника не завожу, это действительно опасно, довольствуюсь временными связями, Кстати, обожаю массаж.., вернее, массажистов. С какой стати я должна жить, как монашка? От воздержания характер портится. А чем занимается твой муж?

— Машинами торгует.

— Неплохой бизнес. А мой что-то с инвестициями делает, я не вдавалась в подробности, — зевнула Лика. — От меня он без ума, бабки дает, что еще нужно? А где он их берет, меня это не касается. Ой, всю ночь не спала.., освежиться в море, что ли? Должна сказать, Кристина, у нас отличные мужья, нам их беречь надо. Сколько женщин вокруг красивее нас? А повезло нам. Но я намерена всех этих мальчиков-волейболистов…

— Что ж, принимаю вызов, — в знак шутливой клятвы Кристина показала ладонь Лике. — Клянусь, что сегодня же затащу в постель…

— Ой, девочки! — упала в шезлонг Люба. — Устала.

Люба приехала вчера, но о ней уже много известно. Ей двадцать девять лет, не замужем, работает в НИИ. Красавицей ее не назовешь, но хорошенькой — да, правда, ростом невелика, зато фигуркой мама-природа наградила ее качественной.

— Охота тебе скакать под солнцем? — поморщилась Кристина.

— У меня привычка выработалась, — улыбнулась Люба. — В джунглях по несколько километров проходили пешком с рюкзаком за плечами. (За сегодняшний день это была первая ее ложь.) Между прочим, не по ровному месту шли, там дикие заросли, которые прорубать приходилось топором, конечно, не мне, но от этого легче не становилось. А влажность.., на тебе одежда мокрая становится. О пустынях и говорить нечего. Вот где выносливость нужна! Причем днем в пустыне жара несусветная, как в аду, а ночью холод пробирает до костей.

— Ты и спала в палатках? — покривилась Кристина, которую в палатку не загонишь даже под пистолетом.

— Спала, а что делать? — гордо сказала Любочка и рассмеялась. — И не только в палатках, например, в бунгало из тростника, накрытого пальмовыми листьями (это вторая ложь). А однажды в одном африканском племени меня выдали замуж (третья ложь).

— За пигмея? — вяло поинтересовалась Лика.

— Что ты! За нашего парня. Экспедиция у нас была сбор, ная… Я тогда только переехала в Москву, вещи не успела распаковать, сразу же в экспедицию попала. В мою задачу входило изучение выносливости человека в непривычных условиях, кстати, это тема моей докторской диссертации (четвертая ложь). С нами поехали и географы, врач-гомеопат, один мальчик снимал путешествие для центрального телевизионного канала, ну, и этнограф был. Так вот этнограф записывал обряды, свадебные тоже. Пришлось выйти за него замуж, потом в спешном порядке развестись, так как он уже был женат. Обожаю Африку, особенно Центральную. Северная слишком архаичная, там царят мусульманские обычаи, от которых я не в восторге. А Центральная Африка полна разнообразия и таинственности.

— Негров пробовала? — кто про что, Кристина об одном.

— В каком смысле? — не поняла Люба.

— В прямом. Говорят, они лучше всех трахаются.

— А я читала, что самые длинные пенисы у арабов, — певуче сказала Лика. — Значит, арабы стоят на первом месте в постели. Мне в Эмиратах не удалось снять араба, они там помешаны на жирных бабах с сиськами, как у коров вымя. Представляете, для них третий номер груди — все равно что горошина! Больше в арабские страны я не езжу. А в бархатный сезон предпочитаю сделать кратковременный вояж на наше побережье, так сказать, набраться сил перед зимней спячкой.

— Девочки, ну что вы такое говорите, — с легкой укоризной сказала Любочка. Для ее «научных» ушей это были циничные и непривычные откровения.

— А что такое? — повернула к ней лицо Лика, из-за очков не было видно ее глаз, но тон ясно говорил: тоже мне, целомудрие в бикини. — Разве жизненно важные потребности не входят в объект изучения? Вон ученые говорят, без секса люди долго не живут. И ты должна была подойти к сексу в Африке с научной точки зрения и с большой ответственностью. То есть выяснить, сколько раз человек способен совершить половой акт в непривычных условиях. Какова длительность, какие ощущения под кокосами среди диких обезьян. Так ты спала с неграми, пигмеями… кто там еще живет в Африке?

— Нет, не спала, — мягко улыбнулась Люба. — Я, признаться, не за тем туда ездила. Но пристают там откровенно, даже не пристают, а открыто предлагают заняться любовью.

— Следующим летом поеду в Африку, — вздохнула Кристина. — Или зимой рвану.

— Люба, для африканочки ты чересчур бледненькая, — заметила Лика.

— В джунглях не загоришь, — ответила та, не смущаясь. — Представь: над тобой густые кроны деревьев с широченными листьями, лианы. Все это переплетается, растет этажами, солнце едва достает до земли. А внизу травы в человеческий рост, а то и выше, даже гориллу в них не заметишь. Кстати, в джунглях мы все время в шляпах ходили, чтобы змеи и пауки не падали на голову. И это заблуждение, будто в Африке всюду несносная жара. В центральной части много горных районов, температура держится двадцать восемь градусов круглый год, растительность — с ума сойти, дивной красоты.

— О, я бы и с гориллой не прочь, он такой большой… — мечтательно произнесла Лика, после чего все дружно расхохотались.

— Девочки, пива не желаете? — подбежали к ним парни с запотевшими бутылками и банками в руках.

— С удовольствием…

С шумом взлетели пробки, зашипело холодное пиво.

Максим — черноглазый спортсмен-пятиборец из Уфы, участвовал он и в крупных соревнованиях, в Олимпиадах, имел неплохие результаты, а недавно перешел на тренерскую работу.

Эдвард — менеджер из Калининграда, наполовину русский, наполовину литовец, а похож на англичанина. Он элегантен, хорошо воспитан, молчун. Эдвард — натуральный человек-амфибия, плавать и нырять может часами.

Егор — из Ставрополя, занимается бизнесом, не вдавался в подробности, каким именно. Собственно, поле его деятельности мало кого интересует. Егор немножко похож на братка, немножко на гориллу — мечту Лики. Шутки у него плоские, стрижен он коротко, почти без шеи, зато плечи о-го-го, впечатляют.

Викентий, сокращенно — Вик, парень из местных, работает в пансионате массажистом. Это бронзовый красавец с выгоревшими волосами, компанейский. Все парни без исключения общительны и притягательны, без видимых проблем. Компания выпила пива, Максим предложил посетить все бары и рестораны в городе, его дружно поддержали. А что — гулять так гулять, живем-то один раз! Потом парни, Кристина и Лика с шумом ринулись в синее море, а Люба осталась в шезлонге, наблюдая за пловцами.

Никакая Любочка не сотрудница научно-исследовательского института, никто не приглашал ее работать в Москву по причине острого дефицита гениальных специалистов. Она довольно скромный дистрибьютор, живет в Воронеже. Чтобы заработать, Люба ноги сбивает, носится по городу и окрестностям, как бобик. Предлагает народу все — от биологически активных добавок до косметики. Да, да, поспевает и там и сям, в принципе зарабатывает относительно неплохо как раз потому, что товар у нее разнообразный. А какой смысл мотаться с одной косметикой или кастрюлями? Разумно загрузить несколько видов товара разного предназначения в сумку на колесиках и навязывать клиентам все разом.

Вам не нужен крем, который сделает вас на двадцать лет моложе и восстановит красоту, которой у вас в помине не было? Нет? Тогда купите кастрюлю, в ней полностью сохраняются витамины, пища готовится в считанные минуты, экономится время. Съев еду из этой кастрюли, вы ощутите прилив сил, у вас снизится (или повысится) давление, вы вообще избавитесь от недомоганий. И все благодаря кастрюле или сковородке! Дорого? Да в такой посуде готовят повара королевским семьям в Европе! Это новые технологии, их выпускают поштучно, просто у нас существует выход на производителя… Все равно не хотите? Тогда вот, только для вас: выпиваете добавки, и все — здоровы на сто процентов. У вас что, рак? После добавок рака не будет! Проверено, люди встают со смертного одра! Ах, нет рака? Будет! Если не станете принимать найти добавки. Таким образом Любочка пашет не по семь часов, а по десять-двенадцать. И все ради того, чтобы накопить денег, приехать раз в году на курорт и стать.., необычным человеком с удивительной судьбой.

Ради этих двух недель Любочка отказывает себе во всем, даже в хлебе насущном. Но покупает пару шикарных купальников, летнюю фирменную одежду, всяческие аксессуары. По ее мнению, эти мелочи должны соответствовать уровню мозговитой и высокооплачиваемой леди, без которой столица просто задохнется. Потом приезжает на море, причем каждый год в разные города, чтобы случайно не встретить прошлогодних знакомых, селится в приличном пансионате или в гостинице и.., преображается.

Она находит свободные уши и вливает в них все, что придумала и прочла за год.

Любочка якобы ездила с экспедицией в Мексику, а в позапрошлом году в Латинскую Америку. На себе испытала великую магическую силу пирамид майя. А в Кордильерах едва не погибла под лавиной снега, сошедшей прямо на экспедицию, пряталась в пещере несколько дней, голодала, пока их не отыскали спасатели. В Амазонке ее укусила пиранья, Любочка демонстрировала шрамик на ноге. Шрам от укуса есть, но не пиранья его оставила, а маленькая соседская шавка, злющая, как сатана. А еще Любочка собственными глазами видела, как от электрического угря (тоже обитателя Амазонки) загораются обычные лампочки. В прошлом году она побывала на Мадагаскаре, а в этом — зимой — в Африке!

Ее скучная, однообразная жизнь без проблесков и надежды на лучшее озаряется только в это время года. Видя, с каким интересом ее слушают, Любочка увлекается и начинает свято верить в то, что говорит. Она поднимается не только в глазах собеседников, но и в своих собственных.

Наверное, лгать нехорошо и некрасиво, но кому от ее фантазий бывает плохо? Любочкина ложь никому не приносит вреда. Куда больший вред она наносит, продавая чудодейственную посуду и черт знает что еще! В добавках Люба тоже сомневается, во всяком случае, сама их не глотает. Зато потом она долго живет воспоминаниями, словно действительно побывала в тех странах, о которых так убедительно рассказывала. У нее нет ни семьи, ни детей, есть только эти две недели, наполненные симпозиумами и открытиями, путешествиями и приключениями, романтикой и опасностями. Ей не нужны мужчины и вся эта суета вокруг постели, она прекрасно обходится без любовных страстей. Но без фантазий, без преображения она не может. Две недели она живет по-настоящему полно, потому что ее мечты воплощаются в воображении. А главное — она встречается с уважением и поклонением, пусть даже с завистью, но на этот раз завидуют ей, восхищаются ею. Поэтому остальное время она спокойно переносит неустроенный быт, одиночество и нудное существование.

Не очень повезло на этот раз — Кристина и Лика не слишком увлекаются ее рассказами, но парни слушают, открыв рты. Впрочем, этих двух богатых девиц уже ничем не заинтересуешь, они отупели от богатства, пресытились, помешаны только на сексе. Первое впечатление от Кристины и Лики — будто их родила одна мать. Кристина — типичная жгучая южанка, смуглая, темноглазая. Лика — белокожая аристократичная северянка, а похожи они, как сестры, несмотря на внешнее различие. Да, до того одинаковые, до того у них сходны мысли и поведение, что тоска берет. Ну и бог с ними.

Любочка выпила пива и с наслаждением погрузилась в воду.

Глава 5

— Море подсунуло нам еще один трупик, — констатировал Сева.

Труп женщины обнаружили рыбаки за километр от берега и сами же доставили его на берег, а уж лотом сообщили о находке в милицию. Труп хорошо сохранился, водичка-то уже холодненькая, хотя изменения были очевидны. Впрочем, уже в первый час после смерти происходят изменения, а соленая вода дополнительно модифицирует труп. На женщине было надето красивое вечернее платье сине-серебристого цвета, сохранились следы косметики на лице.

— Ребята, все один к одному, как и первое убийство, — доложил Яловой. — Дайте закурить, я сигареты забыл.

— Не понял, — слегка опешил Сева, протягивая ему пачку. — Два одинаковых убийства.., убиты женщины… это сделал маньяк? Сексуальный маньяк?

— Ну, раз тебе так нравится… — с наслаждением затягиваясь дымом, произнес Яловой. — Тогда особенный маньяк.

— Почему особенный? — спросил Сева.

— Потому что следов жестокого насилия при осмотре трупа не обнаружено. За исключением тех, что в лицевой области. Но это от сдавливания рукой. Конечно, выясним при более тщательной экспертизе, была ли половая связь.

Может, он убил ее, потом изнасиловал, потом бросил в море, такое тоже случается в мировой практике. А может, в половую связь не вступал. Но маньяки. Сева, потому и маньяки, что они кровожадные. Как раз кровожадности я не заметил, он не истязал жертвы, а попросту удушил.

Единственное, в чем я уверен, — обеих женщин убил один и тот же человек.

— На моей памяти маньяков у нас не было, — сказал Руслан.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5