Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Чародей (№6) - Чародей в скитаниях

ModernLib.Net / Научная фантастика / Сташеф Кристофер / Чародей в скитаниях - Чтение (стр. 9)
Автор: Сташеф Кристофер
Жанры: Научная фантастика,
Фэнтези
Серия: Чародей

 

 


А если окажется, что вольмака убил вольмак, ты не сможешь удовлетворить их всех! Потому что, если дело обстоит так, то племя убийцы будет защищать его, а племя жертвы потребует мести! И это станет концом вашей милой маленькой Конфедерации!

— Неправда! Вольмакский закон блюдут все племена! — закричали повскакав со своих мест вожди.

Но Хван заглушил их всех:

— Правосудия! Добивайся только правосудия!

— Правосудия! — презрительно скривилась Шорнуа. — Да как может тиран стремиться к правосудию? Потому что именно им-то ты и хочешь в действительности стать, не так ли? Королем всех вольмаков! Тираном! Диктатором! Вот и все, что ты представляешь собой. Ты всего лишь рвущаяся к власти машина!

Род оцепенел, чувствую себя так, словно позвоночник у него превратился в раскаленную проволоку. Все факты внезапно образовали у него в голове связь и со вспышкой сплавились в единое целое.

— Машина! — сплюнула Шорнуа.

Рука Хвана хлестанула с такой быстротой, что показалась смазанной, и ударила Шорнуа тыльной стороной в челюсть. Та отлетела назад, врезавшись в стол колонистов.

Род взревел, ярость так и взмыла в нем, когда он резко повернулся к Хвану, что привело его как раз достаточно далеко в сторону, чтобы кулак Главного главаря просвистел мимо его уха. Рода пронзил ледяной укол страха, когда он понял, что этот удар убил бы его. Он дрался за свою жизнь!

К черту драться по честному!

Он вихрем вышел из стойки пригнувшись, шарахая Хвану коленом в пах.

Оно ударило с глухим стуком.

Род взвыл, когда его колено вспыхнуло огнем.

Все в суде стояли, застыв, гальванизированные этим звуком.

Рука Хвана протянулась к горлу Рода, но пораженная нога Рода не выдержала, и он грохнулся на пол. Рука Хвана стиснула пустой воздух. Рода пронзил страх, открывая путь жаркому гневу, вскипевшему в нем бушующим потоком. Род сфокусировал его на своей руке и оттолкнулся, поднявшись на одно колено, сосредотачиваясь на ребре ладони, веля ему превратиться в меч, в секиру, и рубанув им с такой быстротой, что никто не заметил его превращения в сияюще-серый отлив вольфрамовой стали. Оно врезало Хвану в челюсть. Вольмак взвился в воздух и грохнулся на пол прямо перед столом вольмаков.

Род стоял на коленях, уронив обмякшую руку, тяжело дыша, с безумным взором, изумленный и изрядно напуганный собственным подвигом: «Да не мог я ударить его настолько сильно!»

— Нет, мог.

Род поднял голову и увидел сталь своей руки, отраженной в глазах жены.

Но Хван подымался на ноги...

...и голову ему пронзил опаляющий рубиновый луч.

На один короткий миг Род увидел световую линию, соединяющую вождя вольмаков с бластером в руке генерала, казавшимся такой неотъемлемой частью его формы.

Затем луч света пропал, а Хван грохнулся наземь. Потрясенные вольмаки уставились на эту сцену.

А затем повскакали на ноги, выхватывая из-под плащей бластеры.

— Кровь! — взвыли они. — Правосудия! Измена! Бей!

Но Шаклер перемахнул через свой стол и приземлился рядом с телом Хвана. Он сорвал с вождя набедренную повязку. Остальные вольмаки взвыли от возмущения, но вой мигом заглох, и глаза у них вылезли из орбит, когда они, застыв, уставились на явленное их взорам. На мгновение в зале воцарилась полная тишина.

Затем из груди вольмаков вырвался стон, когда они в ужасе воззрились на гладкий изгиб паха без гениталий.

Род с трудом дотащился до Хвана, выхватывая кинжал. Схватив труп за волосы, он энергично резанул клинком, одним ударом описав круг. И отодрал скальп. Под ним не обнаружилось никакой крови, никакой жировой ткани, только глухая выпуклость бежевого черепа с четырьмя тоненькими трещинками, образующими идеальный прямоугольник.

Вожди по прежнему глядели во все глаза, слишком ошеломленные, чтобы двигаться.

Вогнав острие кинжала в одну из трещинок, Род поддел и отковырнул.

Материал с миг посопротивлялся, а потом прямоугольник открылся с легким хлопком. Род уставился на блестевшее в темноте черепа скопление самоцветов.

* * *

— Молекулярные схемы, конечно же, — объяснил Род. — В каждом из этих «самоцветов» заключается достаточно большой компьютер, чтобы управлять всем хозяйством небольшого города.

Он поднял пивную кружку сделать большой глоток, а Чолли спросил:

— Как вы догадались, что он робот?

— Легко, — криво улыбнулся Род. — Фактически, не могу понять почему я так долго не улавливал этого. Я хочу сказать, ведь какого-то вольмака убили, верно? Но никаких пропавших без вести вольмаков нет. Так, значит, есть один добавочный вольмак, — он развел руками. — Быть такого не могло.

И мы встречались с Хваном. Он не проявлял вообще никаких эмоций, кроме гнева, но очень холодного гнева, если вы улавливаете, к чему я клоню.

Именно таким он был во всем — очень холодным, очень прагматичным. Полагаю, меня сбила со следа его паршивая логика.

— Да, — почесал в затылке Йорик. — Как мог «мозг» компьютера мыслить настолько скверно, что счел вас виновными только потому, что вы тем утром находились за Стеной?

— Особенно когда там находились и другие, — поднял кверху указательный палец Род. — Талер и неизвестно сколько торговцев.

— Правильно. Так как же Хван не увидел, что подозревать вас двоих нет смысла?

Род пожал плечами.

— Он мог думать лишь так, как его запрограммировали — «мусор на входе, мусор на выходе». Но меня-то должно было бы осенить, когда Шорнуа рассказала нам о том, как он ни в малейшей мере не прореагировал на ее флирт, хотя все прочие встречавшиеся ей вольмаки так сильно любили пофлиртовать, что это служило ей гарантией безопасности. Вот это действительно должно было заставить меня выделить Хвана, как нечто особенное. И уж действительно решающий довод в том, что он прервал с ней разговор и побежал к каменной лестнице, и встретил солнце как раз перед тем, как оно взошло.

— Откуда он мог знать? — выдохнула Гвен.

Йорик на мгновение застыл сидя на стуле. А затем медленно поднял голову.

Род кивнул.

— В его программу входило и расписание выходов. Да, это мне действительно следовало бы уловить. Но все эти факторы сложились в единое целое и осенили меня только тогда, когда Шорнуа обозвала его машиной прямо там, в зале суда, и я понял, что это объясняло все его странности.

— И именно тогда-то вы и сообразили, что убийство совершил этот робот? — спросил Чолли.

Род снова кивнул.

— Вполне возможно, если запрограммировать его быть убийцей, потому-то и приняты столь жестокие законы, запрещающие подобные действия. Но нашим приятелям из будущего на законы в общем-то наплевать.

— Применять бластеры для убийства людей тоже незаконно, — иронически заметил Йорик.

— Но среднему убийце не по карману приобрести для такой операции робота. Поэтому часто ли сталкиваешься с андроидом-убийцей?

— Лично я впервые, — отозвался Род. — Все другие, когда-либо виденные мною роботы, были запрограммированы защищать жизнь.

— Оттого ты и не чаял, что убийца будет... как ты его назвал... роботом.

Род застыл, сидя на стуле, а затем медленно кивнул.

— Да, дорогая. Вероятно именно поэтому. Ты отлично меня знаешь, не так ли? — улыбнулся он Гвен. — И да, ты употребила правильное слово робот. Означает это слово, буквально, «работник». Это машина, сделанная похожей с виду на человека или делающая работу, выполняемую человеком.

— Однако как же сего «робота» сделали столь совершенно схожим с истинным Хваном?

— Вот теперь мы подходим к настоящему злодею, — рот у Рода плотно сжался. — Совершенно очевидно, что кто-то спланировал это дело заранее... И тщательно, к тому же. Кто-то — вероятно один из упомянутых Шорнуа вольмаков сделал снимок Хвана, а потом изваял лицо робота точно таким же с виду как у него. И поставил его туда, где по его ожиданиям робот наверняка сумеет оказаться с Хваном наедине.

— У Места Встречи Солнца, — вставил Йорик. — А потом ему требовалось всего навсего гарантировать, что в программу робота входят нужные шаги для поднятия шума после совершения убийства.

— Так, — нахмурилась Шорнуа. — Хван поднялся прочесть утренние молитвы — я имею в виду настоящий Хван — и когда он повернулся лицом к солнцу, робот нанес ему удар, — она содрогнулась. — По крайней мере все произошло быстро.

Род согласился:

— Робот изуродовал лицо так чтобы никто не сообразил, что он не настоящий Хван. А потом отнес тело к ближайшему ручью, смыл краску и притащил его в ближайшую племенную деревню, воя во весь голос о мести. А потом просто занял место Хвана и старался по мере сил поднять страшный шум.

— Ловко проделано, — кивнул Йорик.

— Очень профессионально, — согласилась Шорнуа, — так кто же тот ублюдок, что запрограммировал робота.

— Боюсь, что этого мы никогда не узнаем, — вздохнул чей-то голос.

Они пораженно обернулись, когда к их столику подошел Шаклер.

— Похоже, мой выстрел сжег память андроида наряду с его жизненно важными функциями, а с ней конечно же и программу.

— Удивляться особенно нечему, — кивнул Род. — Я имею в виду, ведь программа и есть его самая важная функция.

— Именно, — Шаклер положил ладонь на спинку стула. — Разрешите присоединиться к вам?

— Да, сделайте милость, — пригласила Гвен.

Род бросил на нее строгий взгляд.

Шаклер отодвинул стул и сел.

— Уверяю вас, я не оправдываюсь. Этого монстра требовалось остановить, остановить немедля, и сделать это можно было только одним способом. Нам повезло, что управляющий компьютер располагался у него в черепе, куда я направил свой первый выстрел.

— Не просто «повезло», — улыбнулся Род. — Вы были весьма уверены, что он находится именно там, не правда ли?

— Технология обычно выигрывает, — усмехнулся Шаклер. — Если мы создаем машину по своему образу и подобию, то помещаем компьютер в голову просто потому, что там находятся наши мозги. Хотя в торсе места больше. Вот туда, конечно, и пошел бы мой второй выстрел.

— Но его, к счастью, не понадобилось, — улыбнулся Род. — Уверяю вас, генерал, я рад, что вы это сделали, даже очень рад, учитывая, что именно меня-то и пыталась убить эта проклятая штука.

Шаклер признал его поддержку, кивнул и улыбнулся.

— Но боюсь, что мы никогда не сможем определить, в чем собственно заключалась его программа и, конечно, нет никаких средств догадаться ни кто его запрограммировал, ни почему.

— Мы можем предположить, — пожал плечами Род.

— Верно, — улыбка Шаклера расширилась. — Мы всегда можем предполагать, но нам следует помнить, что мы всего лишь строим гипотезу.

— Тем не менее, — напомнила им Гвен. — Наша невиновность доказана.

— О, совершенно верно, — подтвердил генерал. — В этом нет абсолютно никаких сомнений. И моя проблема, задача умиротворения вольмаков, очень удачно разрешена.

— Да, — усмехнулся Йорик. — Как только майор показал им, что содержится в черепе Хвана, они без всякого труда поверили, что убийство совершил робот.

Шаклер кивнул.

— Я могу передать вольмакам «мертвого» андроида, что я и сделал, так, что если у них возникнут хоть какие-то сомнения, они смогут сами разобрать его и убедиться, что он действительно всего лишь машина.

— Что они конечно же и сделают, — Чолли подошел сзади к ним и стал ставить через плечи новые кружки для всех.

— И подумать только, сколько же они узнают о кибернетике.

— О, я подумал, — Шаклер с улыбкой созерцал содержимое своей кружки.

— Более того, самолично «убив» андроида, я, кажется, стал среди вольмаков чем-то вроде знаменитости.

— Демоноубийца, да? — усмехнулся Йорик.

Шаклер кивнул.

— Значит, вы добились своего, — Род положил руки ладонями на стол. — Ваша Вольмарская Федерация — прототип правительства колонистов и вольмаков — сходится в два отдельных органа для решения общей задачи.

Шаклер в удивлении поднял голову.

— Действительно, вы очень наблюдательны, майор Гэллоуглас. Вы и сами занимаетесь подобными делами?

Род открыл было рот, но ответила Гвен:

— Ему доводилось прознать о сем. Значит он угадал верно?

— В самом деле, — ответил Шаклер. — Фактически первый набросок конституции вот уже несколько лет как лежит у меня в файлах, дожидаясь подходящего момента.

— Который мы сумели вам устроить, — заключил Род.

Генерал кивнул.

— В настоящее время копии направлены всем четырем племенам вольмаков, а также — офицерам и рядовым нашего Парламента.

— А с вашим новым статусом, — указал Йорик, — вам не приходится чересчур беспокоиться о том, примут ли вольмаки новую конституцию или нет.

Шаклер улыбнулся:

— Да, я, кажется, завоевал в их среде впечатляюще большое доверие.

— Он — полубог, — объяснил Йорик.

— Конечно, — усмехнулся Чолли. — Союз делается куда прочнее от того, что все это дело вызвано и разрешено теми, кто не принадлежит ни к вольмакам, ни к колонистам. Благодарим вас.

Род склонил голову.

Шорнуа прожгла его взглядом.

— Откуда вы знаете, благодарят ли они или нет?

Род лишь посмотрел на нее, но Гвен сказала:

— Уж будьте уверены, знает.

— Тогда почему же вы не знаете, что думает он?

— Я знаю, — Гвен пожала плечами. — В сем случае он рек первым.

— Я лишь желал бы, — быстро продолжил Род, — узнать, пытался ли мерзавец запрограммировать робота саботировать создание многообещающей республики губернатора-генерала или же убить меня с Гвен.

— А почему бы не и то и другое? — развел руками Йорик.

Шорнуа кивнула:

— Разве это имеет настоящее значение?

— Ну, в некотором роде, имеет. Если бы знали кто, то смогли бы вычислить и почему.

— Довод, — признал генерал, — однако, мне думается, нам лучше держаться прагматического аспекта этой ситуации. В чем бы ни заключалась их конечная цель, старина, смею предположить, что кто-то пытается вас убить.

— Я бы... сказал... что это... разумная догадка, — медленно кивнул Род, глянув в глаза Гвен.

— Следовательно, — подытожил генерал, — нам надлежит как можно быстрее удалить вас с планеты, пока ваши будущие убийцы не устроили какой-нибудь инцидент, который разорвет-таки Вольмар на части.

Род с кислой улыбкой поднял взгляд.

— К нашей взаимной выгоде.

— Да? Давайте скажем так — точка пересечения сфер наших интересов.

— Ну, не обижайтесь, генерал, но уехали б мы с большим удовольствием. У вас есть какие-нибудь идеи насчет того, как совершить побег с тюремной планеты?

— А, но мы ведь больше не тюрьма, — поднял кверху указательный палец Шаклер. — Когда Пролетарское Единоначальное Содружество Терры отрезало нас от центрального правительства, мы стали, за отсутствием вышестоящей власти, независимым государством. Конечно, я отлично понимаю, что у меня здесь живет несколько настоящих маньяков-убийц, но их я не стану спускать на галактику, равно как и кого-либо из моих садомазохистов, — он содрогнулся, сделал глубокий вдох. — И равным образом любых по-настоящему закоренелых воров. И все же вы должны понять, что мы ведем-таки кое-какую экспортную торговлю сырьем для фармацевтических товаров.

— Он говорит о курительном сорняке, — объяснил Чолли.

— Точно. И мы обнаружили, что на самом деле можем получить небольшую прибыль, торгуя с другими периферийными планетами.

— Достаточную для обмена на те немногие импортные товары, которые вам действительно нужны?

Шаклер кивнул.

— Главным рынком нам служит Хаскервиль и Отранто.

— Отранто? — нахмурился Род. — Это же курортная планета, — она все еще пользовалась такой репутацией и во время Рода, пятьсот лет спустя. А затем глаза у него расширились. — О. Такими фармацевтическими изделиями.

— Да нет, в общем-то не ими, — улыбнулся Шаклер. — Просто дело в том, что на Отранто причаливает великое множество кораблей с искателями удовольствий со всей Земной Сферы. Они также везут немного груза, особенно если тот невелик по объему, и поэтому одна из фармацевтических кампаний построила там фабрику, привозит на нее сырье с нескольких периферийных планет, извлекает из него нужные химикаты и отправляет их на центральные планеты для дальнейшей переработки и распространения. Таким образом, нам удается поддерживать кое-какую торговлю.

— Отвергнутые сумели остаться цивилизованными, вопреки узкому кругу избранных, да? — невольно улыбнулся Род.

— Если вам охота выражать это на таком вульгарном жаргоне, — вздохнул Шаклер. — Фактически, один из таких фрахтеров и принес нам известие о перевороте ПЕСТ.

Род вдруг сообразил, куда клонится разговор.

— А нет ли случайно в порту фрахтера прямо сейчас, а?

Шаклер кивнул.

— На нашей луне. Вы должны понять, что в виду нашего происхождения от тюремной планеты, переправа из нашего космопорта на луну может быть очень трудной. Фактически, со времен ПЕСТ остались, некоторые очень сложные процедуры обеспечения безопасности, которые я не видел причин ослаблять.

Однако, поскольку у меня нет никаких сведений о том, что кто-либо из вас троих является преступником, я не вижу никаких причин задерживать вас.

— Но есть причины помочь нам отправиться дальше, а?

— Значит вы посодействуете нам отправиться в путь? — спросила Гвен.

— С большим удовольствием, — степенно склонил голову Шаклер.

Род задержал дыхание, набирая смелости и рискнул:

— Конечно, мы можем не согласиться уехать без своего проводника.

Йорик похоже удивился, а затем усмехнулся:

— Да, мы думаем, что нам понадобится его опыт, куда бы мы там ни отправились.

Шаклер смерил Шорнуа долгим, анализирующим взглядом. И медленно кивнул.

— Учитывая ее историю, я считаю, что ей вообще не следовало находиться у нас.

В глазах Шорнуа вспыхнула надежда.

— Я определенно не вижу никаких причин и далее задерживать вас, мадемуазель, — Шаклер со степенной вежливостью склонил голову. — И для уверенности, что никакие другие чиновники не поймут происшедшее неверно, я снабжу вас официальным помилованием.

Род со вздохом облегчения откинулся на спинку стула.

— Генерал, ваша готовность содействовать просто изумляет, — он нахмурился при неожиданной мысли. — Но есть небольшой вопрос с оплатой. Боюсь, что у нас не хватит денег на билеты.

Йорик начал было что-то говорить, но Шаклер уже глядел в пространство и кивал.

— Уверен, это можно устроить. Как я говорил, кое-какой торговый баланс у нас есть. Я считаю, что Вольмарский банк согласится авансировать средства для следующего отрезка вашего путешествия.

— Благодарим от всей души, — глаза у Гвен заискрились.

Несколько мгновений генерал глядел на нее. Возможно он всегда был спокойным и хладнокровным, но иммунитета от ее чар не было и у него.

Лично Рода изумляло, насколько сильно Шаклер стремится избавится от них.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ

ОТРАНТО

Гвен, озадаченно нахмурясь, освободилась от амортизационной паутины.

— Да ведь сие же было ничто, или по крайней мере ничто в сравнении с ужасом той дьявольской скачки с планеты на луну, — она повернулась к Роду с закрадывающейся в глаза тенью беспокойства. — Мы истинно в небе, милорд?

— Истинно, — заверил ее Род.

— И тот огромный голый зал, куда мы вышли с корабля — он истинно находится на луне? Истинно покоится на том круге света в ночном небе?

— Действительно так, дорогая. Конечно тот «круг света» на самом деле каменный, в пять миль толщиной.

Она погрузилась в спинку кресла, качая головой.

— Сие просто чудо! — а затем посмотрела на кресло под собой. — Также как и сей трон! Как он необыкновенно мягок и как чудесна сия покрывающая его ткань! — она подняла взгляд на Рода. — И они предназначены не только для знати?

— Ну, технически, да, — нахмурился Род. — Хотя, полагаю, всякий, кто может позволить себе путешествие в космос, должен быть таким же богатым, как аристократ.

— Или преступником, — добавил с другой стороны прохода между креслами Йорик. — В таковом случае, он вообще не обязан ничего платить.

— Да, но тогда и удобства будут совсем не такого класса. И он, к тому же, в действительности не хочет лететь туда, куда его везут.

— Верно, — рассудительно промолвил Йорик. — Конечно, если летишь из тюрьмы, то не будешь слишком привередливым по части сервиса.

— Тут все на самом-то деле отнюдь не так уж шикарно, — объяснил Гвен Род. — Вся эта каюта всего лишь небольшой волдырь на боку большого грузовоза, чтобы перевозить пассажиров, если такие найдутся.

— Или выпадает шанс их заполучить, — добавил Йорик. — Мы приносим куда больше денег на кубический сантиметр, чем груз.

— Сие несколько успокаивает, — Гвен посмотрела на Рода. — Но объясни мне еще раз природу того мгновения, странности коей мы только что пережили, когда показалось, что верх стал низом, и мне на миг подумалось, будто мы находимся вне сего небесного корабля.

— Не знаю, смогу ли я действительно это сделать, милая, — покачал головой Род. — Я знаю нужные для описания этого слова, но не уверен что они означают.

— Тогда скажи их мне, — не отставала она.

— Ладно. Ничто не может двигаться быстрее скорости света — примерно 186280 миль в секунду, помнишь? Но свет движется так быстро только потому, что он состоит из бесконечно мелких пылинок, называемых фотонами.

— В нем вообще ничего нет, — доверительно сказал Йорик.

— Правильно, — кивнул Род. — Вообще ничего нет. Фотоны ничего не весят, не имеют никакой субстанции, никакой «массы». Если б ты или я забрались в космический корабль и попытались лететь все быстрее и быстрее, пока не достигнем скорости света, то наш корабль становился бы все меньше и меньше, все тяжелее и тяжелее, все массивней и массивней. А чем больше у него будет масса, тем больше потребуется сил, чтобы заставить его лететь быстрее.

— Так значит, наступит миг, когда каждая новая малость силы создает настолько больше «массы» что корабль не полетит еще быстрее?

— Правильно! — просиял глядя на нее Род, снова восхищаясь быстротой ее понимания. Но в желудке у него возник холодок — как она могла так быстро понять, когда ее культура не дала ей необходимых общих понятий. — Технически, мы будем лететь лишь на долю быстрее, всегда будем чуть-чуть больше приближаться к скорости света, и еще чуть-чуть, и еще, но так никогда и не достигнем ее.

— Я не могу по-настоящему понять сего, — вздохнула она погружаясь в кресло. — Однако, раз ты так говоришь, милорд, я буду верить в сие.

— Ну, это малость помогает, но ты достаточно скоро вполне поймешь это, милая, или же я сильно в тебе ошибся. И тогда сможешь сама решить, веришь ли ты в это или нет.

— Однако, что за «иное пространство», в какое, как сказал ты, Йорик и Шорнуа, мы перешли?

— О, — Род закатил глаза в сторону, на мгновение поджав губы. — Ну, видишь ли, дорогая... э... Отранто, планета, куда мы летим, находится примерно в сорока пяти световых годах от Вольмара. Расстояние, которое свет проходит за год, равняется примерно пяти миллиардам восьмьюстам восьмидесяти миллионам миль, а сорок пять раз по столько будет что-то около двести шестидесяти пяти биллионов. Вот примерно в такой дали и находится от Вольмара Отранто.

Она повернула головой из стороны в сторону, широко раскрыв глаза.

— Сие непостижимо.

— Совершенно. Мы не можем даже вообразить такого громадного расстояния, во всяком случае, по-настоящему. Оно просто цепочка цифр.

— Но мы подходим к главному моменту, — сказал Йорик, — а он в том, что, даже если бы мы могли лететь почти с такой же быстротой, как свет, нам все равно потребовалось бы пять лет, чтобы добраться до Отранто.

— Я не знаю как у вас, — добавила Шорнуа, — но у меня лично найдется уйма куда более интересных дел, чем просто сидеть на борту корабля, играя так долго в шашки.

— Заверяю вас, у меня тоже, — задрожала Гвен.

— Но быстрее мы лететь не можем, — напомнил ей Йорик. — Во всяком случае, если хотим остаться твердыми. Не быстрее скорости света. Поэтому мы обходим ее, — объяснил Йорик.

Гвен плотно зажмурила глаза, качая головой:

— Сего я не в состоянии уразуметь.

— Я тоже, — признался Род. — Но в хвосте корабля есть одно устройство под названием «изоморфер», и когда пилот включает его, оно делает нас изоморфными с Г-пространством. Я не уверен, что такое Г-пространство, но, как я понимаю, это такое пространство, которое не совсем является частью нашей вселенной.

Гвен нахмурилась.

— И мы часть того Г-пространства?

— Ну, на самом-то деле не частью его, — Род откинулся на спинку кресла, поджав губы и пристально глядя в угол потолка. — Всего лишь тождественны с ним точка в точку, атом в атом. Именно таковыми мы и являемся прямо сейчас, — он обвел взглядом интерьер каюты.

— Но я нисколько не чувствую себя иной, — воскликнула она, — да и ничто иное тоже с виду не преобразилось!

— Так оно и есть, — покачал головой Род. — Мы вовсе не изменились по отношению к кораблю, по отношению друг к другу, потому что прямо сейчас мы все изоморфны с Г-пространством. Но когда корабельный компьютер извлечет схему того, на что похоже нормальное пространство, неподалеку от Отранто, и когда оно отождествится с той схемой, оно отключит изоморфер, и мы снова станем обыкновенными частями обычной вселенной.

— Сие магия, — твердо заявила Гвен.

— Лично я согласен, — вздохнул Род. — Но человек объяснивший мне это, заверил меня, что все это вполне естественное явление и вполне доступно пониманию.

— Также как, — указала Гвен, — и мои ведовские способности.

— Только на Грамарии, милая, — сжал ей руку Род. — И, полагаю, весь этот изоморфизм и Г-пространство здесь вполне понятны и нормальны, — он повернулся к Йорику. — Полагаю, д-р Мак-Аран не может перебросить тебе части машины времени, пока мы в таком состоянии, не так ли?

Йорик покачал головой.

— Ему не зацепиться за нее, майор. Как бы там ни действовала машина времени, через Г-пространство она не проходит.

— Так я и думал, — вздохнул Род, — а жалко, потому что в нем пробудем, по крайней мере, половину пути, по меньшей мере дня два. Но он может сделать это, коль скоро мы вернемся в нормальное пространство.

— Ну, он может попробовать, — нахмурился Йорик. — Но именно об этом-то я и пытался просигналить вам там, у Чолли, когда вы разговаривали с губернатором-генералом. Зацепиться за движущийся объект размером сколько-нибудь меньше планеты — операция страшно сложная. Если дон Энгус промахнется, то компоненты, которые он нам пытается перебросить, пропадут навсегда, а части машины времени стоят достаточно дорого, чтобы заставить скривиться даже его.

Какой-то миг Род лишь глядел на Йорика во все глаза. А затем произнес:

— Ты говоришь мне, что даже хотя у нас будет добрый день — другой между точкой нашего выхода и Отранто, то есть сорок восемь часов, вполне пригодных для работы без всяких прерываний, ты не сможешь построить нам машину времени?

Йорик покачал головой.

— Сожалею, майор. Искусству это не доступно.

— И, вероятно, никогда не будет доступно, — вздохнул Род. — Но внутренность сарая на Вольмаре тоже была бы движущейся мишенью, а ты был так уверен что сумеешь там сделать это!

— Да, но она была неподвижной мишенью по отношению к огромной массе, на которой она стояла. Двигалась там только планета, а зацепиться за всю эту планетную массу достаточно легко. А потом нужно лишь нацелиться на маленькую мишень, которая остается на месте относительно большой, — Йорик пожал плечами. — Вы же знаете, майор, что делает гравитационное поле планеты с пространством-временем. Оно заставляет пространство искривляться, и, таким образом, делает за вас большую часть фокусировки.

Требуется всего-навсего зацепиться за вращение планеты, и как только вычислишь ее скорость, никаких затруднений не возникает. Но здесь... — он развел руки жестом, охватывающим всю каюту и огромный корабль за пределами ее. — Я хочу сказать, ведь весь этот фрахтер не может быть длинней чем в полкилометра!

— Ну, а чего вы ожидали? — огрызнулась Шорнуа. — Планеты низкой лиги, знаете, не посещают большие корабли.

Йорик проигнорировал ее.

— Полкилометра, два километра, какая с того разница? В планетарных масштабах это просто пылинка. Она просто не достаточно велика, чтобы обладать достаточной массой для сколь-нибудь крупного воздействия на кривизну пространства! — он скорбно покачал головой. — Сожалею, но я не могу вытащить вас из этой передряги, пока мы в полете.

— А, ладно, мне следовало б знать, что на это лучше не надеяться, — вздохнул Род. — Отлично, если мы не можем доставить портативную машину времени сюда, то нам придется просто найти на Отранто какое-нибудь тихое местечко, где мы сможем установить ее.

Йорик кивнул.

— Никаких затруднений возникнуть не должно, майор.

— На Вольмаре тоже не должно было возникать никаких затруднений, — желчно глянул на Йорика Род. — Полагаю, нигде на Отранто нет случайно постоянной машины времени, совершенно готовой и только нас и ждущей, так ведь?

Йорик покачал головой:

— Насколько я знаю — нет. Фактически, единственная известная мне постоянная установка в этой точке истории... — он нахмурился. — Ну, не могу утверждать, будто я знаю о ней, черт возьми!

— Где она установлена? — взорвался Род.

— Ладно, ладно! — поднял, защищаясь, обе ладони Йорик. — Не так громко, хорошо? Мы весьма уверены, что партия власти, те, кто заправляет Пролетарским Единоначальным Содружеством Терры, получили для устройства своего государственного переворота какую-то помощь от агентов из будущего, и они, вероятно, продолжали поддерживать контакт на протяжении всего существования их режима. Я имею в виду, ПЕСТ мог вычислить, какая из планет должна восстать и когда, но довольно странно, что у него всегда совершенно случайно находится как раз поблизости эскадра военного флота.

— Очень странно, — согласился Род. — Так, значит, вы весьма уверены, что где-то в штаб-квартире ПЕСТа на Терре есть постоянная машина времени?


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19