Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Два билета в Вену

ModernLib.Net / Современные любовные романы / Тропинина Ольга / Два билета в Вену - Чтение (стр. 2)
Автор: Тропинина Ольга
Жанр: Современные любовные романы

 

 


– Опять мясо ягненка? – притворно ужаснулась Лена. Потом обреченно махнула рукой: – Ладно, на какие только жертвы не пойдешь, чтобы провести вечер в обществе телезвезды.

Глава 2

Они быстро добрались до ресторана. Андрей припарковал свой серебристый «вольво» на платной стоянке. Ресторанчик и в самом деле оказался приятным. Оформлен дорогим деревом, гобеленами; повсюду живые цветы. В зале царил полумрак. Звучала тихая музыка струнного квартета.

Официант проводил их в отдельную кабинку, принял заказ и удалился.

– Здесь замечательно! – искренне восхитилась Лена, рассеянно оглядывая зал и посетителей. – Хорошо, что нас никто не видит, мне так легче освоиться. Честно говоря, я почти не хожу в рестораны, а в таком изысканном ужинать еще не приходилось…

– Ну, Леночка, в твоем возрасте это простительно! – незаметно перешел на «ты» Лиханов. Ему было приятно опекать неопытную, но красивую девушку. Ему нравилась ее искренность, нравилось, что она не пытается казаться раскованной. Но почему она так легко согласилась пойти с ним в ресторан? Обычно подобное приглашение воспринимается однозначно. Неужели так доверяет ему? Или?..

– Прости, если я показался тебе слишком резким и самоуверенным. Может быть, даже нахальным. Я просто вынужден играть иногда эту роль. – Лена недоуменно взглянула на него, не понимая, и сосредоточенно наморщила носик. – Страшно признаться, но в душе я настоящий романтик. Да, да. Особенно в отношении женщин. Я хотел сказать…

– Не надо никаких объяснений! – воскликнула Лена, и лицо ее просияло. – Не надо ничего объяснять. Вы благородный, прекрасный, умный мужчина, и я ни минуты в этом не сомневалась. – Лена улыбнулась ему счастливой улыбкой.

Официант принес коллекционное вино, закуски и фрукты, наполнил бокалы и снова тихо удалился. Они выпили без тоста, глядя в глаза друг другу. У Лены сразу закружилась голова, ей стало весело и легко.

– А вы знаете, что мне все это напоминает? – заговорщически спросила она Лиханова, наклонившись к нему через столик. – Телеигру «Любовь с первого взгляда». Правда, похоже? Такой же милый ресторанчик, в какие посылают участников игры, чтобы они могли поговорить наедине и рассказать друг другу свои секреты.

– По-моему, гораздо интереснее узнавать человека постепенно, от одной встречи к другой, но чтобы при этом всегда оставалась тайна.

– А вы действительно романтик, – не то радостно, не то удивленно подтвердила Лена. – Но я-то о вас знаю все. Вычитала из газет. Отец ваш генерал в отставке, а мама была учительницей русского языка и литературы, сейчас на пенсии. А еще у вас есть младшая сестра, Света. И она очень не любит играть на скрипке…

– Вот так новость! – недоуменно вскинул брови Лиханов.

– Я недавно читала.

– И ты веришь всему, что написано? Если Света на чем-то играет, то на компьютере.

– Правда? – Лена засмеялась. Потом уже серьезно добавила: – Казалось, я о вас знаю все, а выяснилось, что почти ничего. Тем более, давая интервью, люди не всегда откровенны, стремясь выглядеть лучше, чем они есть на самом деле. Пожалуй, расскажите-ка о себе сами.

– Рассказать о себе? – Лиханов налил в бокалы вино и выжидательно посмотрел на девушку.

– Выпьем за удачу, – подняла она бокал и отпила чуть-чуть.

– Ты так мало желаешь себе удачи?

– Я просто хочу, чтобы она у меня была долго-долго, поэтому растягиваю удовольствие, – Лена отпила еще глоточек.

– Если честно, я не люблю анализировать свои мысли и поступки. Вся моя жизнь в работе. Дела, дела и дела. Вечная суета и спешка. Не успела выйти в эфир одна программа, а вся команда уже носится по городу, снимает, созванивается с людьми, согласовывает, ищет спонсоров… Каждый день что-то случается, а я должен все успеть, узнать, увидеть. К тому же у меня куча новых проектов и… конкурентов. Меня несет поток, и выбраться на берег, чтобы осмыслить в тишине «кто есть я» – невозможно. Да уже и не хочется. – Он выдержал эффектную паузу и добавил: – А хочется просто сидеть и смотреть в глаза очаровательной девушке, – Лиханов поймал ее взгляд и нежно улыбнулся. – У тебя замечательные глаза. Глубокие.

– И вы в них тонете, – продолжила за него Лена.

– Да, тону. Как ты догадалась?

– А я уже слышала где-то эти слова про глубокие глаза. В каком-то фильме, или читала в романе…

– А слова «Я тебя люблю» тебе встречались в фильме или романе?

– Тысячи раз! В ваших телевизионных «мыльных операх» герои только и твердят друг другу с утра до ночи: «Я тебя люблю, я тебя люблю…» И когда только успевают работать?

– А тебе не хочется, чтобы кто-то произнес их только тебе?

– Любая девчонка мечтает встретить своего единственного и неповторимого, – просто ответила Лена. – Но иллюзии юности быстро проходят…

– Ты говоришь так, будто уже все на свете испытала! – рассмеялся Андрей. – Но я по твоим глазам вижу, что у тебя еще все впереди.

– Хотела бы я надеяться, что все так и будет, – со смехом сказала Лена. – Что впереди у меня головокружительное и фантастическое приключение, но как знать…

Они помолчали, поняв вдруг, что Лена сказала ему слишком много… Лиханов немного был смущен тем, что она почти открыто объявила, что ждет от него яркого и необыкновенного чувства, а он не был уверен, способен ли ответить на него. Поэтому на всякий случай сменил тему.

– Попробуй паштет из гусиной печенки, – пододвинул ей тарелочку Андрей. – Ты почему-то ничего не ешь? И авокадо с соком манго тоже очень вкусно.

Официант принес высокую красивую бутылку. Лена удивилась, она не слышала, когда Лиханов заказал еще и шампанское. Ее бокал был почти полон, но для шампанского были приготовлены хрустальные фужеры.

– Выпьем за внезапные озарения, которые могут явиться к нам так неожиданно в лице прекрасной незнакомки! – торжественно произнес Лиханов.

– И за то, что телезвезды иногда сходят с Олимпа, – сказала Лена, поднимая бокал и одаривая его улыбкой. – Но объясните, что за озарение к вам явилось в моем лице?

– Объяснить? Хорошо, попробую. – Андрей посмотрел на веселый пузырящийся напиток. – Я говорил уже, что в суете мелькающих дней некогда остановиться и подумать. И вдруг – полная тишина! Ослепительный свет. Свежий воздух. Это пришла ты, Прекрасная Елена. И появился в мире светлый и радостный круг, где нет ничего и никого, кроме тебя.

– Красиво сказано, – одобрила Лена. – Давайте выпьем за озарение. – Она отпила из бокала и поставила на стол. – Хорошее шампанское.

– Хорошее?! И всего-то? – немного разочарованно произнес Андрей. – Лучшее шампанское «Дон Рюинар», изготовленное на стариннейшем в мире винодельческом доме Шампань, – в его голосе зазвучали знакомые нотки популярного телеведущего. – Главный девиз дома Шампань – элитность. Кстати, шампанское этой марки бывает только сухим.

– Я почувствовала его изысканный вкус, – вежливо заметила Лена. – Вот и на меня снизошло озарение в виде бокала шампанского «Дон Рюинар»!

Андрей не уловил легкой иронии и продолжал экскурс в историю дома Шампань:

– Необычность шампанскому придает виноград сорта «шардоннэ». Благодаря его оригинальным вкусовым качествам, шампанское «Дон Рюинар» поставлялось ко двору Николая I.

Лена выпила еще несколько глоточков.

– Не только виноград, – заметила она. – Есть еще какой-то знакомый чудный аромат…

– Это тонкий аромат сухих фруктов и черники.

– Черники! – воскликнула Лена. – А я даже не подозревала, что во Франции растет черника. Думала, это только наша ягода. Мы в детстве столько ее собирали! Бывало так перемажемся: пальцы, губы, языки – синие-синие. – Она допила шампанское. – А вы большой знаток и ценитель вина. Наверное, собираете коллекционные напитки и имеете целую библиотеку по истории мирового виноделия?

– Да нет, какие там коллекции и библиотеки! Просто был на презентации фирмы «Шампань» в Москве. А память у меня профессиональная. Тебе нравится эта мелодия?

Звучало, несомненно, что-то французское. Мучительно-радостное, щемяще-восторженное. Лене казалось, что она слышала эту мелодию когда-то, где-то… И в то же время она не узнавала ее, словно музыка была услышана в далеком детстве, когда приемник тихонько наигрывал ночные нежные мелодии для влюбленных. Мелодии, в которых слышался шум дождя на парижских мостовых, тихий плеск волн Сены, негромкий гул голосов в ночном парижском бистро на набережной возле моста. И вдалеке светился Лувр… С ней это уже было, или она танцевала под эту мелодию впервые? С незнакомым почти мужчиной, чье лицо тем не менее было близким и родным до мельчайших подробностей: твердый волевой подбородок, правильный нос, чистый открытый лоб, глаза небольшие, но выразительные, складка возле губ… Она смотрела на него почти каждый вечер, но была с ним впервые. Впервые. Андрей держал ее в своих объятиях нежно и крепко. Положив тонкие красивые руки ему на плечи, она почти склонила голову ему на грудь, боясь дышать. Он чувствовал аромат ее волос, а Лена счастливо жмурилась, ощущая себя уверенно и непринужденно.

– Ты хорошо танцуешь, – прошептал почти неслышно Андрей, приблизив губы к ее ушку.

– В танце все зависит от партнера, – тихо ответила Лена.

– Нет, от партнерши, – мягко настаивал он и повторил: – Ты восхитительно танцуешь. Ты восхитительная девушка. – Его голос, странный, нежный и напряженный, ласкал ее сам по себе, помимо смысла, заложенного в словах. Именно тембр его голоса так волновал и возбуждал Лену, суля неведомое и желанное счастье, обещая даже больше, чем может обещать мужчина.

– Ты такая легкая, что я боюсь тебя выпустить из рук. А вдруг улетишь?

– А вы не отпускайте.

– Ты серьезно?

– Мне хорошо и весело. Я согласна танцевать с вами весь вечер, всю ночь, и… – Оркестр замолчал. – Ну вот, – грустно вздохнула Лена. – Всегда так: только замечтаешься о чем-то, как музыка заканчивается!

– Но это же не последний танец, – успокоил ее Лиханов, провожая к столику. Они долго молчали, и Лена почему-то боялась встретиться с ним глазами, но Андрей настойчиво смотрел на нее и от этого взгляда было не спрятаться.

– Вы так внимательно меня изучаете, – не выдержала она.

– Я просто не могу не смотреть на тебя. Мне нравится твое лицо, улыбка, глаза, нравится наблюдать, как ты наклоняешь голову, как вскидываешь удивленно брови. Я давно не уже не любовался женским лицом, и только сейчас понял, что просто смотреть на такую красивую девушку, как ты, и есть наслаждение.

– Вы умеете говорить женщинам такие слова, от которых кружится голова. – Лена тряхнула головой, словно пытаясь сбросить наваждение. – И хотя я понимаю, что это просто красивые слова, мне хочется вам верить, потому что никто и никогда так со мной не говорил. Я обычная девчонка, каких много, хотя от Наташки мне постоянно достается: «Все у тебя не как у людей!» – передразнила она подружку.

– А ты хотела быть другой?

– Какой другой? Богатой, знаменитой, уверенной в себе? Для этого нужен талант, удача или родители со связями. Можно еще выскочить замуж за «нового русского». Шикарные девочки приезжают к нам в салон на иномарках, в мехах и бриллиантах. Они считают, что весь мир принадлежит им. Богатых ненавидят, но в то же время все хотят ими стать, ведь богатство – это независимость… И сейчас, в этом шикарном ресторане, с таким потрясающим мужчиной, как вы, я чувствую себя золушкой, попавшей совершенно случайно на бал. А завтра проснусь и…

– Господи, ты же лучше их, в миллион раз лучше этих самоуверенных воображал! – Андрей энергично взмахнул рукой, едва не уронив на пол бокал. – Не надо недооценивать себя, Лена. Главное, ты не боишься быть собой. Красива, умна, молода и естественна. И для «нового русского» ты слишком хороша. Среди них редко попадаются ценители подлинных шедевров. А ты – шедевр природы. – Андрей вдруг наклонился к ней и прошептал: – Я все понял: ты прилетела на Землю с друой планеты.

Она с грустью покачала головой:

– Вовсе нет. Я приехала из Удинска, маленького городка. Отец работает старшим инженером на заводе, мама там же в лаборатории. Младшая сестренка учится в девятом классе. После школы я выучилась на мастера женских причесок, а потом случайно попала в Москву.

– Случайно? – удивился Лиханов. – В Москву случайно не попадают.

– Иногда попадают. Бабушка завещала маме свою квартиру. Родители собирались ее продать, но папа передумал. Сказал, пусть дочь едет в Москву, может, в люди выйдет. Я нашла здесь хорошую работу в престижном косметическом салоне, в общем, мне нравится. А вот выйду ли в люди – не знаю, – вздохнула Лена. – Во мне нет ничего необычного.

– Скажу тебе, Лена, по секрету: популярные личности – чаще всего самые что ни на есть обыкновенные люди. Даже больше, любая бездарность благодаря телевидению может стать популярной.

– Но к вам это не относится.

– Это комплимент?

– Нет, чистейшая правда. – Потом шутливым тоном добавила: – Люди думают, раз Останкинская башня высокая, значит там сидят боги.

– И ты тоже так считаешь?

– А я всегда думала, что есть исключения из правил, но в большинстве своем телевизионщики – особенные, самые-самые. Ведь хотят работать на ТВ тысячи, а попадают единицы…

– И даже сейчас ты разговариваешь со мной, продолжая воспринимать меня как небожителя?

– Да, но только… Я сама почувствовала себя вознесенной на Олимп. Мне кажется, я причислена к избранным. Боюсь только, что иллюзия завтра развееется и…

– И мы пойдем танцевать, пока завтра еще не наступило, – предложил, вставая, Андрей. – Не надо думать о грустном под такую музыку.

Звучало «Парижское танго». Вскоре они одни остались на площадке, все остальные пары расступились. Лена чувствовала себя не золушкой, а принцессой. Ей было сладко и страшно, радостно и горько, потому что не могла же сказка продлиться бесконечно. Но пока голова кружилась, кружился зал, чьи-то холеные уверенные в себе лица сливались в одно пятно, и их снисходительные покровительственные улыбки не задевали Лену, потому что она их просто не замечала. Она никого не замечала, кроме Андрея.

Они уже сели за столик, когда Лиханов, глядя в зал, заметил:

– Ты действительно лучшая партнерша из всех, с кем я танцевал, а ведь я был почти профессионалом.

– Лучшая? Значит, их было много? – Лена почувствовала первый укол ревности.

– В школе танца я сменил много партнерш, – быстро сказал Андрей. – Все девочки говорили, что у меня несносный характер, и отказывались со мной танцевать… – Он немного помолчал. – Любопытно, но в журналистике почему-то работает больше женщин, чем мужчин, и телевидение не является исключением… Правда, в кадре в основном мужчины, чего греха таить, любим покрасоваться. Наши женщины чаще всего несчастны: либо разведены, либо неудачливы в любви. Горят на работе, пропадают сутками. Какой муж или возлюбленный это выдержит? Ну и мне приходится их утешать.

– Утешать?!

– Да, чаще всего этим ограничивается. Все дело именно в моем сочувствии к женщинам. А что-то серьезное случается крайне редко.

– Но все-таки случается?

– Я же не святой! – Андрей сам не понимая, с чего вдруг начал оправдываться перед незнакомой девчонкой. Он никогда в жизни ни перед кем не оправдывался. – И все-таки лучше закрыть тему моих личных отношений с другими женщинами, – решительно произнес Андрей. – Лгать не хочу, а выдавать чужие секреты неблагородно.

Их взгляды встретились. Трудно сказать, сколько они смотрели в глаза друг другу – секунды, минуты, вечность?

– Выпьем за доверие? – предложил Андрей.

– Хорошо, – кивнула Лена. – Я всегда буду тебе доверять.

Как не хотелось из теплого уюта выходить на холодный осенний ветер!

Пока добежали до автомобиля, Лена продрогла. Андрей помог ей сесть в салон, захлопнул дверцу.

Сев за руль, Лиханов повернул ключ зажигания и мотор едва слышно заработал.

– Сейчас подброшу в печку дрова и будет тепло, – пошутил Андрей. Включил музыку. Через передние стекла, забрызганные каплями дождя, город казался незнакомым, таинственным, непохожим на Москву. Голос Тины Тернер усиливал ощущение, которое преследовало Лену в течении всего вечера: ей казалось, что она в другом городе, в другой стране. Удивительнее всего было то, что она чувствовала себя, будто именно так и только так за ней должны ухаживать: приглашать в дорогие рестораны, угощать элитным французским шампанским, рассыпаться комплиментами и провожать домой на шикарной машине. С Андреем Лихановым ей выпал тот счастливый случай, когда она впервые ощутила фейерверк положительных эмоций, и ни в одной мелочи он не вызвал в ней разражения. Он был умнее и опытнее ее – это было интересно. Он был внимательным и нежным, но ухаживал за Леной так просто, что она ни на мгновение не ощутила смущения или неловкости. И главное, она почувствовала себя с ним роскошной и потрясающей женщиной, поэтому вела себя непринужденно и естественно. Конечно, она понимала, что это чудо превращения золушки в принцессу совершил Андрей, и не могла уже себе представить, что через каких-то полчаса сказка закончится.

Лена посмотрела на часы:

– Ого, уже второй час ночи. Натка, наверное, места себе не находит.

– Боже мой! – поразился Андрей. – Идти с незнакомым мужчиной в ресторан ты не испугалась, а своей верной испытанной подружки боишься!

– Ну какой же ты незнакомый! – воскликнула Лена. – Я тебя так хорошо изучила по твоим передачам.

– Ты сама знаешь, что телеимидж может очень отличаться от реального человека.

– Ну, какой бы имидж вы себе не придумывали, а экран всех выдает с головой. Иногда неосторожной интонацией или одной фразой можно разрушить тот образ, который телезвезда создает себе годами… А куда ты меня везешь? – спохватилась вдруг Лена. – Разве я назвала тебе адрес?

– Нет, не назвала. Да и зачем? Пришло время расплачиваться за ужин при свечах. Ребята нас давно ждут.

– Какие еще ребята? – испуганно спросила Ленка.

– С ножами и кинжалами, – рассмеялся Андрей.

– Да ну тебя с твоими розыгрышами.

– Но ты же боишься своей подружки, вот я и хотел спрятать тебя в надежном месте.

– Да ты с ума сошел, если я приеду утром, будет еще хуже. Она житья мне не даст своими расспросами…

– В таком случае ей лучше ничего не рассказывать.

– Да, попробуй не расскажи, месяц дуться будет… А тебя кто-нибудь будет донимать любопытством? – небрежным тоном спросила Лена, словно ее это нисколько не волновало.

– То есть ты хочешь выяснить, не ждет ли меня дома очаровательная блондинка?

– Почему блондинка? – вскинулась Лена. Ему что, больше нравятся блондинки? Тень неудовольствия мелькнула на ее личике, но, сосредоточенно глядя на дорогу, Андрей этого не заметил. – Я думаю, если бы тебя ждала дома нежно любимая женщина, ты бы не катался сейчас со мной. Но я просто хотела узнать, может быть, о тебе беспокоится мама?

– Нет, она живет с отцом и сестрой, у них большая квартира. А я недавно купил себе собственную – предел мечтаний любого холостяка. Признаюсь тебе по секрету, я дорожу неприкосновенностью своего жилища больше всего на свете. И пустить в свой мир постороннего человека…

– То есть женщину?

– Да, я мог бы потесниться только ради женщины, которая…

Лиханов резко затормозил и свернул к обочине. Только тогда Лена заметила инспектора ГАИ с жезлом в руке. «Он же пил вино! – ужаснулась девушка. – Сейчас у него отберут права, а машину оттащат в отстойник. Пока поймаем такси…». Андрей с невозмутимым видом выбрался из машины и не спеша направился к стражу порядка, приветливо ему улыбаясь. Тот взял под козырек. Лиханов достал что-то из бокового кармана. Наверное, деньги, подумала девушка, пытается откупиться. Затем мужчины склонились над планшетом «гаишника», после чего пожали друг другу руки и разошлись как добрые друзья. По-видимому, инцидент был благополучно улажен.

– И сколько ты ему «отстегнул»? – спросила, нахмурившись, Лена.

– Одну пуговицу, чтобы достать из кармана ручку и фотографию с собственной физиономией. Подфартило: попался поклонник таланта. Одним словом, отделался легким испугом, внушением стража порядка и фото с автографом для его очаровательной дочки.

– Скажите, какой предусмотрительный. Даже свою знаменитую неотразимую улыбку не забыл пустить в ход, – съязвила Лена.

– А почему бы и нет? – усмехнулся Андрей. – Парень всегда смотрит мои программы в свободное время от дежурства. И вообще, «гаишники» не любят, когда «звезды» качают права и лезут в бутылку. Но если с ними ведешь себя по-человечески, всегда идут навстречу. Был, правда, у один случай, когда меня остановил старой закалки майор. Вы, говорит, такой сякой, что за пример подаете молодежи? Мне стало до чертиков обидно, разве двадцать девять для мужчины возраст? В общем, крепко мы с ним повздорили.

– Может быть, все-таки поедем потише? Не хотелось бы такой чудесный вечер закончить на кладбище, – осторожно попросила Лена.

– Извини, но тихо ездить я просто не умею, – покачал головой Лиханов, хотя скорость все-таки сбавил. – Какой русский не любит быстрой езды! Раньше мужчины увлекались лошадьми, сейчас – машинами. Ты можешь сколько угодно иронизировать по этому поводу, но для меня автомобили – точно живые существа, каждый имеет свой характер, и чертовски приятно ощущать над ними власть. Кстати, «моторы» после телевидения занимают второе место в моей жизни.

– А женщины на третьем?

– Женщины вне конкуренции.

– Звучит обнадеживающе. А куда все-таки мы едем? Я ведь не назвала тебе адрес, а свою крепость, судя по твоим признаниям, ты оберегаешь от непрошенных гостей.

– Мы просто катаемся. Мне нравится мчаться с тобой по городу.

– Мне тоже нравится, – призналась Лена, – хотя я чуть не уснула, и мне казалось, что я плыву в яхте по морю среди плеска волн… Но все равно уже поздно и пора возвращаться домой. Мне рано утром на работу, да и Наташка, наверное, волнуется.

– Ладно, говори, где твой терем?

– В мой терем лучше всего добираться на ковре-самолете, а не на твоем «вольво», – грустно вздохнула Лена.

Машина развернулась, и они снова направились в центр, проехали ярко освещенные огнями витрин и фонарей улицы и вскоре оказались в темных безлюдных районах. Лена молчала. Необыкновенный вечер заканчивался, и девушка вдруг отчетливо осознала, что он больше никогда в жизни не повторится. Сейчас они расстанутся, разбегутся каждый в свою жизнь, в свои параллельные миры, которые никогда не пересекутся. Это сегодня кто-то напутал в теории пространств и из-за недосмотра нерадивого небесного инспектора Лена вдруг попала в мир, который всегда был для нее Зазеркальем.

Они уже были в Отрадном, этом Богом забытом районе, унылом и неприветливом. Лена зябко поежилась.

– Ты замерзла? – спросил Андрей, краешком глаза наблюдавший за ней. Он положил ладонь на ее руку. – У тебя руки холодные, – удивился он. – Ты не заболела?

– Мне вдруг стало страшно.

– Страшно?

– При мысли, что мы больше никогда не встретимся.

– Что за глупые страхи? Я как раз хотел пригласить тебя на театральную премьеру, где соберется весь столичный бомонд. Ты же не хочешь, чтобы я там умер от тоски? Или у тебя были планы на вечер?

– Нет, планов никаких! – радостно воскликнула Лена, уверенная, что говорит правду, мигом забыв о всех своих обещаниях. Неужели она снова увидится с Андреем? От одной только мысли об этом ей стало хорошо и спокойно на душе.

Между тем они плутали по Ленкиному микрорайону, фары выхватывали из кромешной тьмы разбитую дорогу. Наконец машина подкатила к ее подъезду, Андрей заглушил мотор. Они вышли на холодный ветер. Дождь успокоился. Кругом было тихо, в окнах ни огонька.

– А Наташка не спит! – показала Лена рукой на едва мерцающее неяркой настольной лампой окно на седьмом этаже. – Значит, предстоит допрос с пристрастием.

– Кто она такая, чтобы покровительствовать и опекать тебя? – пытался разобраться в ситуации Андрей.

– Она всегда знает, как надо поступать и дает советы, когда ее абсолютно не просят. – И Ленка погрозила пальчиком мерцающему окну. – Вообразила себе, будто я без нее пропаду… Впрочем, она хорошая девчонка, да к ее советам я не очень-то и прислушиваюсь.

– Поверь, делиться с подружками тайной своих отношений с мужчинами очень опасно. Она может обратить свои знания против тебя же, – с видом знатока заметил Андрей.

– Нет, Натка не такая.

– Такая не такая… Тебе нужно проявить характер и объяснить ей, что твои дела ее не касаются.

– Я постараюсь.

Андрей притянул ее к себе и поцеловал в губы. Лена, высвободившись, побежала к подъезду. Взлетела на седьмой этаж, открыла дверь своим ключом и, отстранив с дороги Наташу, вихрем пронеслась к окну, оставив пораженную подружку стоять с открытым ртом. Усевшись на подоконник, Лена наблюдала, как Андрей устроился в машине, включил фары и, быстро тронувшись с места, скрылся за углом дома.

– Вот и все, – вздохнула Лена.

– Ты почему так рано? – насмешливо спросила Натка, когда Лена повернулась от окна и села на софу, расстегивая пальто.

– Рано? – не поняла Лена, погруженная в свои мысли.

– До утра еще далеко, – продолжала подружка тем же тоном. – Ты что, разочаровала его?

– Разочаровала? – удивилась Ленка. – Х-м. Раз – очаровала… Раз! – и очаровала! – оживилась она.

– Ты что, наклюкалась? – Натка с осуждением смотрела на счастливо улыбающуюся Лену.

– Что значит наклюкалась? Шампанское «Дон Рюинар». От винодельческого дома Шампань.

– Вы были в ресторане? – не поверила Натка.

– Ага, – опять кивнула Лена.

– И что?

– Все.

– Что – все? – не унималась Натка.

– Все – это все. Больше ничего не скажу.

– Он тебя сам привез?

– Ага. На «ВОЛЬВО».

– Хватит заливать!

– Все, отход ко сну, – отрезала Ленка и решительно направилась в ванную. – А то проспим завтра.

Но Наташка и не подумала отступать. Дождавшись Ленку, она предложила кофе.

– Нет, не хочу. Я еле держусь на ногах.

– Ленка, будь человеком! Колись! Не каждый день такое случается.

– А может, и каждый.

– Ты что?

– Вечером мы пойдем с ним в театр.

– В театр?!! – Наташка на мгновение лишилась дара речи.

– Да, и мне нужно хорошенько выспаться, чтобы поразить весь столичный бомонд.

– Бомонд? Нет, у тебя определенно крыша поехала. Ну ничего, медицина у нас сильная, будем надеяться, тебя вылечат.

– Чему ты удивляешься? Ладно, завтра поговорим. На работе ты сделаешь мне маску и прическу, хорошо?

– Идет. Но при условии, что ты мне все расскажешь!

– Посмотрим, спи. – Лена выключила свет и в то же мгновение куда-то поплыла под нежные звуки струнного квартета, в ярких огнях, видя близко-близко его глаза…


Черноволосая стройная девушка, очевидно, служанка, торопливо взбегала вверх по мраморной лестнице. Преодолев последний пролет, она не останавливаясь помчалась по коридору.

– Маруська! – послышался из-за двери громкий женский голос.

Маруся, запыхавшись, влетела в покои хозяйки.

– Наконец-то, дорогуша, – язвительным замечанием встретила появление служанки крепенькая женщина среднего роста. Ее черные глаза сверкнули гневом. Маруся молча стояла, нервно оглаживая складки юбки. – Сколько тебя можно звать?! Не докричишься, хоть умри! Никого не дозовешься! И треклятый дворецкий куда-то делся! Распустились все, никакого житья с вами. Спите и во сне видите, как бы сжить меня со свету.

– Простите, барыня, – пыталась оправдаться Маруся.

– Молчи! Еще дерзить мне вздумаешь! Вот она благодарность за мою доброту душевную. Кормишь их, поишь, а они так и норовят обмануть да от работы отлынитъ. Дармоеды!

Марусино лицо ничего не выражало. Похоже было, что она привыкла к гневу барыни.

– Где бы ты была сейчас, коли бы не моя доброта? Что стало бы с твоими бедными родственниками? Да ты по гроб жизни должна мне быть благодарной.

– Я всегда вам благодарна, барыня, – Маруся низко поклонилась.

– Нуполно, полно, – немного подобрев, произнесла ее хозяйка. – Ты знаешь, как мое сердце-то отходчиво. Ну вот, забыла, зачем звала… Так ты меня расстроила, что… Ах, да, приберись-ка в комнатах и приготовь мне новое платье на вечер. Едем сегодня к Гнесиным, а впрочем, не твоего ума дело, куда мы едем, лишь бы все было готово. А что Алексей Павлович? – внезапно спросила барыня.

– Пошел на конюшню.

– Что это он с утра пораньше?

– Не могу знать, барыня.

– Да откуда тебе знать. Он, поди, тебе не докладывает. А Петр Алексеевич еще не выходил?

– Нет, барыня, не видела.

– Нуступай, никого толку от тебя не добьешься. Иди узнай, где Петр Алексеевич. И если он у себя, скажи, чтобы спускался завтракать. И вели подать на стол. Ступай же.

Марусю как ветром сдуло. Через мгновение она уже постучала в другую дверь.

– Что нужно? – раздался недовольный голос.

– Петр Алексеевич, ваша матушка велела сказать, чтобы вы спускались к столу.

– А это ты, Маруся, – раздался тот же самый, но заметно подобревший голос. – Постой-ка минутку.

Дверь открылась и выглянул молодой барин, румяный и усатый.

Он схватил Марусю за руку и резко потянул к себе. Девушка едва не упала и невольно оперлась руками о грудь Петра Алексеевича. Он подхватил ее как перышко, переставил в комнату и быстро закрыл за спиной Маруси дверь.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13