Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Хонор Харрингтон (№1) - Космическая станция «Василиск»

ModernLib.Net / Космическая фантастика / Вебер Дэвид Марк / Космическая станция «Василиск» - Чтение (стр. 11)
Автор: Вебер Дэвид Марк
Жанр: Космическая фантастика
Серия: Хонор Харрингтон

 

 


– И да, и нет, сэр. – Каннинг присоединился к созерцанию. – Она опоздала. Все необходимое уже внизу и на местах. Осталось еще некоторое количество мекохе, произведенного на орбите, но без него можно обойтись. Я по собственной инициативе отменил два последних рейса, поскольку не вижу смысла рисковать без необходимости. Коглин в полной безопасности, пока сидит у себя на корабле и не высовывается. Связи с поверхностью он не поддерживает, и у Харрингтон нет оснований к нему цепляться.

– Хорошо, – адмирал перешел на дружелюбный тон. – Тем не менее, даже если все остальное идет прекрасно, само присутствие «Бесстрашного» на орбите Медузы может сорвать операцию в самом начале. Мне не нравится тесное сотрудничество Харрингтон с АЗА. У нее там лучшая часть морпехов с полным боевым снаряжением. Их достаточно для реального изменения в соотношении сил.

– При всем моем уважении, сэр, думаю, это маловероятно. Чтобы подействовать на настоящую операцию сколько-нибудь существенным образом, необходимо знать о том, что надвигается, и заранее разработать контрмеры. Когда мы окажемся в анклавах, нас уже не остановит целый полк морпехов.

– Возможно… – Адмирал с минуту покачивался на каблуках, потирая кончиком пальца краешек стакана. – А может, и нет. Что ваши источники на Мантикоре говорят о Юнге?

– Его корабль на «Гефесте». По всем признакам, он просек, что напортачил. Скорее всего – прилагает максимум усилий, чтобы вернуться сюда до того, как Харрингтон выставит его в еще более неприглядном свете.

– Боюсь, это весьма затруднительно, – заметил адмирал, – выставить Павла Юнга большим дураком, чем он есть.

Он еще несколько секунд покачивался в молчаливом раздумье, затем кивнул своим мыслям.

– Выясните, как долго он там проторчит, мистер Каннинг. Не сомневаюсь, по прибытии Юнг ушлет Харрингтон на самые границы пикета, подальше от Медузы. Я бы предпочел к началу операции видеть на орбите именно его. Возможно, придется все отложить, пока он не объявится.

– Это может оказаться непросто, – осторожно произнес Каннинг. – У нас уже почти все готово, а Шаман в нетерпении роет копытом землю. Вряд ли удастся долго сохранять ситуацию без изменения. Реальный час «Ч» всегда несколько размыт, знаете ли. Коглин также не может торчать наверху до бесконечности, не вызывая интереса со стороны той же Харрингтон.

– Возможно. Но, как я уже сказал, к началу операции «Бесстрашный» должен находиться не ближе четырех часов полетного времени от Медузы. Касательно Коглина… думаю, его прикрытие продержится еще некоторое время. И полагаю, при необходимости я смогу сохранить наши активы на станции еще три-четыре мантикорских месяца.

– Я посмотрю, что можно сделать, сэр.

В голосе Каннинга все еще звучало сомнение, и адмирал улыбнулся.

– Уверен, посмотрите, мистер Каннинг. А я тем временем подумаю, каким образом… перенаправить энергию коммандера Харрингтон.

– Я исчерпал дипломатические возможности, сэр, – заметил Каннинг.

– Нет, мистер консул. Вы исчерпали дипломатические возможности Хевена.

Каннинг изумленно поднял брови.

– Я не уверен, что понимаю, куда вы клоните, сэр.

– Ну же! Разве вы только сейчас не рассказывали мне, как усердно поработали над организацией мантикорского преступного синдиката? Много ли пользы в чужих руках, если не загребать ими жар?

– Вы имеете в виду…

– Конечно, мистер Каннинг, – адмирал почти захихикал. – Я уверен, Харрингтон достала мантикорские торговые картели не меньше, чем нас. Как следует из ваших докладов, коммандер уже обошлась им в кругленькую сумму. А какому унижению она их подвергла, поймав за руку прямо над банкой с вареньем! Большинство из них, подозреваю, жаждут ее крови не меньше нашего. Вы согласны?

– Да, – консул понимающе кивнул. – Но разве они уже не надавили всеми возможными способами на Правительство и Адмиралтейство?

– Возможно. Но у меня имеются соображения о более прямолинейном способе воздействия. В небогатой информации о Харрингтон мне удалось раскопать некоторые полезные сведения. Например, что вам известно про ее родителей?

Каннинг помотал головой.

– Они оба – врачи. Занимают руководящие должности в Медицинской Ассоциации Дювалье на Сфинксе. Солиднейшее учреждение, с высокой репутацией в нейро– и генетической хирургии. Оказывается, семьдесят процентов акций МАД[12] держат «Кристи и Сыновья», в свою очередь, полностью подконтрольные картелю Гауптмана. – Адмирал улыбнулся почти мечтательно. – Я всегда знал, насколько полезно присматривать за Гауптманом– А сам-то Гауптман в курсе, сэр?

– Может, и нет… Пока. Надеюсь, мы сумеем привлечь его внимание к данному факту? Понятное дело, со всеми предосторожностями. Насколько я помню, нам уже доводилось привлекать внимание Гауптмана к некоторым делам, не так ли?

– Доводилось, сэр, – согласился консул. Он наморщил лоб, обдумывая пути и средства. – Мой дежурный курьер к послу Гоуэну отправляется завтра утром.

– Отличное предложение, мистер Каннинг, – кивнул адмирал и поднял стакан, чтобы произнести тост. – За коммандера Харрингтон. Возможно, у нее в самом скором времени найдутся другие заботы, – промурлыкал он.

Глава 16

Скотти Тремэйн изо всех сил потянулся, разминая затекшие плечи.

– Я буду через несколько минут, Рут, – сказал он пилоту.

– Не парьтесь, сэр, – откликнулась пти-о Рут Клейнмюллер. – Вряд ли планета куда-нибудь денется до вашего возвращения.

– Наверное, не денется, – согласился мичман и открыл люк кокпита.

Он миновал тесный проход (боты по размерам едва превышали докосмические аэробусы) и просунул голову в отсек бортинженера.

– Как дела?

– Пусто, сэр, – техник, обслуживавшая сенсорное оборудование, сморщила нос. – Если верить этой штуковине, мы летим над огромной кучей из ничего.

– Понимаю, – Тремэйн постарался скрыть улыбку.

Ее ответ прозвучал уважительно и в меру весело, но в нем угадывалось недовольство. Поначалу его люди пребывали далеко не в восторге от командировки на таможню, но по прошествии нескольких лихорадочных недель втянулись в работу. Их захватил настоящий охотничий азарт, а вероятная прибавка к банковским счетам только подстегивала его. Теперь они выражали неудовольствие по поводу малейшего отвлечения от таможенной деятельности.

– Знаете, сэр, – прозвучал голос за спиной мичмана, – без дополнительных ботов мы затратим уйму времени.

Тремэйн повернулся к Харкнессу.

– Да, нонком, я знаю, – сказал он мягко. – Но не вижу, откуда нам их взять, разве что у вас в рундуке припрятано с полдюжины.

«Вырос мичман», – подумал Харкнесс. Тремэйн ему нравился: он не боялся, подобно многим молодым офицерам, выказать свою неосведомленность, при этом никогда не избегая ответственности. Тем не менее пти-о продолжал проверять юношу. Существует много способов выяснить, что у человека внутри, а в юном Тремэйне, без сомнения, таились глубины, не заметные с первого взгляда.

– Увы, сэр, не припрятано. Просто есть мысль.

– О чем, нонком?

– Ну, сэр, мне пришло в голову, что мы полностью отвлекаем один бот от таможенной работы, так? – Мичман кивнул. – При наших малых радиусах орбит впустую пропадает уйма времени. Ну а как насчет остальных бортов? – Тремэйн склонил голову набок и сделал знак продолжать. – Я подумал вот о чем, сэр: каждый из бортов шесть раз в день меняет экипаж и, следовательно, столько же раз взлетает и садится. Разве нельзя слегка перераспределить их точки выхода на орбиту? Я хочу сказать, у них ведь такие же сенсоры, как у нас.

– Хм-м… – Тремэйн потер подбородок. – Верно. Мы можем разбить маршруты взлетов и посадок на участки, а сами покроем другую сторону планеты. Верно?

Харкнесс кивнул.

– Спасибо, нонком, это стоит обдумать.

– Пожалуйста, сэр.


Лейтенант-коммандер Сантос остановилась за спинкой капитанского кресла. Виктория с головой ушла в изучение последних данных по планетарному потреблению энергии и не заметила появления техника, но звук внезапного смачного чавканья заставил ее насторожиться.

Гудящее урчание укрепило подозрения, и она, подняв голову, увидела зажатый в передних лапах Нимица пучок сельдерея. Плотоядный кот своими не приспособленными для поедания растительности клыками распускал стебли на длинные, узкие, мокрые полоски и с упоением их жевал. Виктория, сдерживая смех, укоризненно покачала головой. Сантос ответила ей полуизвиняющимся взглядом.

– Вы же знаете, что это ему не на пользу, Доминика.

– Но он его так любит, гакип.

– Знаю. Любит. Но не может переварить. По крайней мере, полностью. Его ферменты не годятся для земной клетчатки. Сейчас он набьет брюхо балластом, а потом примется воротить нос от ужина.

Нимиц перестал жевать. Говорить он, может быть, и не умел, но понимал удивительно много слов, а данные конкретные тексты касательно своей персоны за много лет выучил практически дословно. Кот смерил хозяйку презрительным взглядом, дернул хвостом и, приподнявшись на задних лапах, потерся головой об руку Сантос, предельно ясно выражая собственное мнение. Стармех сделалась его любимым офицером на «Бесстрашном» Вероятно, из-за постоянно обитающего поблизости от нее пучка сельдерея.

– Ладно, – наконец вздохнула Виктория, – думаю, мне давно следовало привыкнуть. Маленький дьявол всегда найдет душу для искушения.

– Он такой хитрый, – согласилась Сантос, ласково почесала кота под подбородком и опустилась в пустующее кресло за столом.

Харрингтон улыбнулась. Как же доверчива становится она к людям, симпатизирующим ее зверю!

– Я зачем-то вам нужна? – поинтересовалась Доминика.

– Да, – Виктория указала на дисплей. – Я просматривала данные Барни по энергопотреблению. Мне они кажутся чересчур невнятными.

– Ну, эту штуку нелегко представить в понятном виде. – Сантос запустила пальцы в волосы и нахмурилась. – Я вижу, у него нет твердых цифр относительно потребляющих энергию объектов, и его людям приходится брать данные из ППП. – Капитан приподняла бровь, и Сантос, улыбнувшись, пояснила: – Наш технический термин. Означает «Пол, палец, потолок»… Итак, некоторые точные показатели они могут получить из наружного наблюдения – например, внешнее освещение, интенсивность связи, теплообменники. Но без полных технических данных о внутреннем оборудовании анклава о точных цифрах не может быть и речи. Мы даже не знаем, забывают или не забывают там выключать свет, выходя из помещения.

– Хм. – Виктория потерла кончик носа и откинулась на спинку кресла, прислушиваясь, как Нимиц расправляется с остатками сельдерея. – А что с коллекторами? – неожиданно спросила она.

– Осталось обойти еще три… нет, четыре, – ответила Сантос. – Извините, что так долго, но с одними катерами…

Харрингтон махнула рукой, прерывая ее.

– Не извиняйтесь. Вы прекрасно справляетесь. – Она слегка покачалась в кресле, глядя на экран. – Ладно, давайте посмотрим, нельзя ли подойти к проблеме с другой стороны, Доминика… – пробормотала она и нажала кнопку интеркома.

– Вахтенный офицер слушает, – откликнулся лейтенант Вебстер.

– Связь, говорит капитан. Старпом в рубке?

– Нет, мэм. Думаю, он во втором ракетном. У артиллеристов какие-то проблемы с подачей боеприпасов.

– Понятно. Если он может освободиться, я бы хотела видеть его у себя. И лейтенанта Кардонеса тоже попросите прийти, пожалуйста.

– Хорошо, мэм. – Интерком несколько секунд молчал. – Они идут, мэм.

– Спасибо, Сэмюэль. – Виктория отключилась и посмотрела на Сантос. – Если Барни не способен дать нам твердые цифры, может, нам удастся воспользоваться косвенными данными.

– Как?

– Ну, мне подумалось, что…

Виктория прервалась, когда переборка отъехала, пропуская Кардонеса. Лейтенант застенчиво поприветствовал Сантос и посмотрел на Викторию.

– Вы меня звали, мэм?

– Да. Присаживайтесь, канонир. У нас проблема, в решении которой мне нужна помощь ваша и старпома.

– Проблема, мэм?

Кардонес насторожился, и Виктория улыбнулась.

– Не по вашему ведомству. Это просто…

Переборка снова отодвинулась. На Маккеоне был комбинезон, на котором виднелись пятна смазки. Одну вещь в своем колючем старпоме Харрингтон откровенно одобряла: он никогда не гнушался грязной работы.

– Вы посылали за мной, капитан?

Виктория кивнула, чувствуя, как ее собственное лицо застывает от холодка официальности, и указала кресло напротив Сантос.

– Посылала.

Маккеон сел.

– Как дела с подачей ракет? – спросила она, в который раз пытаясь расшевелить его.

– Ничего особенного, капитан. Думаю, мы уже практически справились, – ответил он твердо, и Харрингтон подавила вздох.

Нимиц на секунду перестал хрустеть сельдереем, а затем продолжил с куда меньшим удовольствием.

– Итак, – начала она, – как я говорила Рафу, у нас имеется проблема. Мы хотим засечь чрезмерное потребление электричества, но у нас нет точных данных, пригодных для анализа.

Маккеон кивнул, но серые глаза ла бесстрастном лице оставались холодными.

– Чего я хочу от вас и Рафа, – продолжала Виктория, – это снять входящие показания со всех отводков солнечных коллекторов и сравнить их с грубыми прикидками майора Изваряна. Мне нужна цифра общего потребления за несколько дней по каждому анклаву, на которую мы могли бы опираться для базовой пропорциональной оценки.

Она умолкла. Кардонес в ожидании посмотрел на первого помощника. Маккеон снова ограничился кивком, и лейтенант решился сам задать вопрос.

– Простите, мэм, но что это нам даст?

– Вероятно, не много, Раф, но я хочу посмотреть, насколько первичные оценки Барни совпадут с вашими. Если совпадут или разница в ваших и его данных будет отличаться пропорционально, мы получим представление о среднестатистическом расходе энергии для анклава. Те из них, что отличаются от общих по одному-двум показателям, нуждаются в более тщательной проверке.

Кардонес наклонил голову. Маккеон просто сидел и молча ждал.

– Кроме того, – продолжала Виктория, – мне нужны почасовые изменения в энергетических запросах. Чтобы уловить закономерности. В частности, я хочу знать, не потребляет ли кто-нибудь из них большого количества энергии в период местного минимума – поздно ночью, например. Сравните колебания энергопотребления между всеми анклавами на временной основе. Если потребление снижается на меньшее количество процентов, это тоже не следует упускать из виду. По словам майора Изваряна и его ребят из АЗА, лабораторию по производству мекохе нельзя обесточить на середине процесса.

Кардонес снова кивнул, в его глазах вспыхнул интерес. В отличие от Маккеона.

– Я прямо сейчас этим и займусь, мэм, – произнес старпом. – Что-нибудь еще, капитан?

– Нет, – тихо ответила Виктория. Маккеон поднялся, поманил Кардонеса, и они вышли. Люк задвинулся. Виктория вздохнула.

– Шкипер?

Услышав тихий голос Сантос, Харрингтон покраснела. Она начисто забыла о присутствии стармеха.

– Да, Доминика?

– Я… – стармех смолкла, разглядывая свои руки на краю стола, затем решилась. – Насчет старпома, мэм. Я не…

– Лейтенант-коммандер Маккеон к вам отношения не имеет, – спокойно сказала Виктория.

– Язнаю, мэм, но… – Сантос глубоко вдохнула, не обращая внимания на явный намек капитана сменить тему. – Шкип, я знаю, он вас беспокоит… Раз уж на то пошло, – теперь ее лицо помрачнело, – мы все оказались не на высоте, попав сюда. Разве не так?

– Я жаловалась? – Виктория бесстрастно встретила взгляд старшего механика, когда та подняла глаза.

– Нет, мэм. Да разве вы стали бы? – голос Сантос сделался таким же ровным, как и взгляд Харрингтон.

Нимиц с огрызком сельдерея в зубах забрался хозяйке на колени и, взгромоздив переднюю часть тела на стол, насторожил уши.

– Я знаю Алистера Маккеона много лет, – тихо продолжила Доминика. – Он мой друг… а я следующий за ним по старшинству офицер.

«Я обязана заткнуть Сантос», – подумала Харрингтон. Она ненавидела обсуждение старших офицеров у них за спиной, особенно с кем-то из их подчиненных. С другой стороны, Виктория почти утратила надежду растормошить Маккеона. Она перепробовала все возможное – и потерпела поражение. А в голосе Сантос не звучало ни злорадства, ни зависти, только забота. Кроме того, Доминика – действительно следующий по старшинству офицер после старпома, и наделена не только правом, но и обязанностью говорить, если видит проблему.

Старший механик потянулась через стол и почесала Нимица за ушами.

– Алистер – хороший офицер, – сказала она. – Более того, он хороший человек. Но, если вы простите мне такие слова, вы с ним явно настроены на разную волну. Я никогда не видела его таким и беспокоюсь за него.

Виктория задумчиво глядела на Сантос. В голосе стармеха не было ни намека на своекорыстие, только забота. Доминика не пыталась подлизаться к командиру или подсидеть конкурента.

– И? – Виктория не имела ни малейшего желания критиковать Маккеона, просто старший механик озвучила ее собственную тревогу.

– Я просто… – Сантос остановилась, внимательно глядя на свои пальцы, ласкающие кота. – Я просто хотела, чтобы вы знали. Алистер очень переживает за корабль. Он старается не показывать, но, полагаю, думает, что подводит и вас, и экипаж. Я не знаю, что с ним случилось, но при капитане Рате лучшего старпома следовало поискать. Маккеон знает на крейсере каждую царапину и любит этот старый сундук. И я люблю, – усмехнулась она. – «Бесстрашный» немолод и порядком изуродован, но он не подведет нас в решающий момент. И Алистер – тоже. Какое бы обстоятельство ни надломило его. Это… – стармех снова умолкла и махнула рукой. – Это все, что я хотела сказать.

– Я поняла, Доминика, – мягко произнесла Виктория.

– Да, мэм. – Сантос решительно поднялась, резко выдохнула, на прощание почесала Нимица и расправила плечи. – Ладно, я, наверное, лучше вернусь к нашим отводкам для генераторов, шкип. – И она последовала за Кардонесом и Маккеоном.

Нимиц устроился на коленях у хозяйки приканчивать свой сельдерей, и она в раздумье провела ладонью по его длинному боку. Стармех должна обладать немалым мужеством, чтобы рискнуть так подставиться. Большинство офицеров из опасения получить свою долю командирского недовольства постарались бы держаться подальше от старпома, пребывающего не в самых лучших отношениях с капитаном. И то, как Доминика говорила, не менее важно, чем то, чтоона говорила. Ее беспокойство не вызывает сомнения. И за корабль, и за Маккеона. Нет смысла заступаться за старшего по должности, не будучи уверенным в собственной правоте.

Сантос права. Лейтенант-коммандер делает свое дело, несмотря на сжигающую его проблему. Не настолько хорошо, как мог бы, но делает. Жаль только, что старший механик не знает, в чем заключается проблема…

Виктория встала, пересадила блаженно чавкающего кота на плечо и, заложив руки за спину, направилась к выходу.

Это нечестно! С какой стати ее должны волновать причины, влияющие на эффективность работы старпома? На крейсере в первую очередь следует выполнять свои обязанности, а личные невзгоды надо оставлять дома – или оставаться там самому! Ладно. Никто и не говорил, что жизнь справедлива. В конце концов, на КОМ издавна существует поговорка: «Не бывает плохих экипажей, бывают плохие капитаны». Маккеон – тоже член экипажа, и Виктория обязана или работать с ним, или заменить его. А заменить нельзя. Особенно после разговора с Сантос. По крайней мере, теперь она убедилась: лейтенант-коммандер Алистер Маккеон неравнодушен к судьбе «Бесстрашного».

Глава 17

Техник первого класса Ямата ткнул пальцем в дисплей. – Ну-ка, мистер Тремэйн, не посмотрите ли?

Скотти Тремэйн подался вперед. Нетренированному глазу размытое пятнышко света в середине экрана могло показаться чем угодно.

– Насколько велика?

– Изрядно. – Ямата повозился с настройкой. – Полагаю, они экранированы, сэр. Никак не могу определить, куда уходит кабель. Пик на энергоуловителе – около двухсот киловатт. Многовато для кучки ходульников.

– Многовато, – согласился Тремэйн, – и впрямь многовато, Хиро… – Он встряхнулся. – Местоположение?

– Шестьдесят три километра к западу-юго-западу от Долины Мутных Вод, сэр. – Ямата указал на другое пятнышко, не такое крупное, но более яркое. – Это их энергопередающая подстанция. Видимо, бескабельная. Расположена на склоне хребта, несколько ниже вершины.

– Угу… – Тремэйн еще несколько секунд смотрел на дисплей, пока точка не уплыла за горизонт.

– Молодец, Хиро, – Тремэйн похлопал техника по плечу. – Я прослежу, чтобы шкипер узнала, кто его засек.

– Спасибо, сэр.

Тремэйн повернулся к связному офицеру АЗА.

– Вызывайте корабль, Крис. Думаю, Старуха захочет знать об этом.


– Похоже, вы правы, Виктория. – Дама Эстель Мацуко на экране кома выглядела озабоченной. – Во всяком случае, там что-то есть, и оно явно незаконно. Весь район Моховых Увалов выбивается из лимита, равно как и Моховое Плато.

– Обнаруженный объект может оказаться вовсе и не лабораторией по производству наркотиков, – заметила Виктория.

Дама Эстель фыркнула:

– Конечно, нет – и если вы с серьезным лицом сможете повторить это три раза подряд, я угощу вас ужином из пяти блюд в «Космосе».

При упоминании самого дорогого и фешенебельного ресторана в Лэндинге Виктория хихикнула.

– Вы, безусловно, правы, – признала она и уже серьезно продолжила: – Даже если мы нашли не лабораторию, строительство в том районе запрещено. Вопрос, полагаю, в том, что вы хотите с этим делать, мэм.

– А что, по-вашему, я собираюсь с этим делать? – дама Эстель помрачнела. – Барни Изварян уже собирает выездную группу.

– Вам нужны еще люди? Я могла бы выделить часть морских пехотинцев Пападаполуса…

– Думаю, у нас хватит народу, но спасибо. Я спрошу Барни. Если он сочтет необходимым принять вашу помощь, я, разумеется, дам вам знать.


Майор Барни Изварян, Медузианское Агентство по защите аборигенов, пробирался сквозь высокие, по пояс, заросли мха шемак, источавшего резкий химический запах. Его пестрая полевая форма прекрасно сливалась с однообразным ландшафтом. Надо мхом взад-вперед носились огромные насекомые, занимавшие на Медузе экологическую нишу птиц. Барни старался лишний раз их не тревожить. Просто так, на всякий случай. Вдруг кому-нибудь придет в голову взглянуть в его сторону?

Он добрался до вершины холмика и остановился отдышаться. Сержант Данфорт двинулся следом. Данфорт, как и Изварян, раньше служил в морской пехоте. Подобравшись к майору, сержант уверенно подготовил к стрельбе массивную плазменную винтовку. Когда полутораметровое орудие встало на сошки, металл и пластик щелкнули. Тяжелый блок питания и электронный прицел заняли свои места. Данфорт нажал большим пальцем на автотестер и замер, наведя ружье на здания внизу.

Изварян проверил собственное оружие и взял электронный бинокль. Обустройство базы вызывало невольное одобрение. Даже сам Корпус не смог бы замаскировать объект лучше. Теперь понятно, почему воздушная разведка ничего не дала…

Приземистые сборные корпуса, почти полностью утопленные в земле, могли прибыть с любой планеты. Бугристые наросты шемака, покрывавшие крыши, полностью скрадывали очертания зданий. Без сомнения, под слоем дерна имелся толстенный слой изоляции для предотвращения утечки тепла. Вполне разумная мера. Термические источники расположены всего в двух километрах к востоку. Использованное тепло можно отвести к ним, и оно полностью потеряется в естественном прикрытии.

Майор едва не выругался. Вся проклятая база построена прямо под носом у АЗА. Понятно, у них полно других дел, но эту работу проделали не за одну ночь. Был прекрасный шанс засечь строительство. Только вот не засекли.

Ничего, подумал он с мрачным удовлетворением, сейчас исправим.

Он опустил бинокль, дважды нажал кнопку кома и подождал. Никто не отозвался таким же двойным щелчком – значит, группа прикрытия еще не вышла на позиции. Майор снова поднял бинокль.

Корпуса не подавали никаких признаков жизни. По крытые мхом крыши и стены свидетельствовали о большой самоуверенности или глупости обитателей. Себе он такого не позволил бы. Как ни хороша маскировка, но хотя бы одного часового выставить следовало. Однако Изварян не привык заглядывать в зубы дареному коню, и если противник решил дать ему возможность использовать фактор внезапности, он определенно ничего против этого не имел.

Майор, не прекращая наблюдения, поднес к губам ручной ком.

– Пошел, – тихо произнес он.

В пятидесяти километрах к югу взвыли турбины. Шесть вооруженных скиммеров АЗА поднялись на своих антигравах, нацелили носы на север и на всех парах рванули вперед.

Рев машин, несущихся со скоростью девятьсот километров в час, сперва заглушался слабым шумом ветра, но нарастал и нарастал, и вскоре скиммеры грохочущей волной промчались над Изваряном. Два из них зависли прямо над крышами зданий, остальные ушли в разные стороны, приземлились и отщелкнули люки.

Из каждого высыпалось по восемь вооруженных полицейских АЗА. Под прикрытием орудийных башен своих вновь поднявшихся транспортов они с оружием наизготовку быстро двинулись к корпусам, попутно растягиваясь в цепь. Корпуса безмолвствовали. Изварян насторожился. Не заметить их прибытия могли только глухие. Кто-то должен высунуть голову наружу – хотя бы поинтересоваться, что это снаружи происходит?..

Он уже собрался приказать командиру штурмовой группы вести себя поосторожнее, когда что-то отвратительно щелкнуло слева от него, а из кома донесся ужасный булькающий вопль. Над холмами раздался второй резкий разрыв. На сей раз стал виден столбик серо-белого дыма, поднимающийся изо мха. Эхо двух разрывов потонуло в журчащем хныканье импульсных винтовок, выставленных на автоматическую стрельбу.

Их дротики вспороли мох вокруг того места, где поднимался дым, и заполнили пространство злыми белыми вспышками. Изварян стряхнул охватившее его оцепенение и заорал в ком:

– Прекратить огонь! Прекратить огонь, черт подери!

Пальба смолкла почти мгновенно. База по-прежнему не подавала признаков жизни. Замершая было штурмовая группа продолжила движение, торопясь подобраться поближе к зданиям, пока прикрытие не устроило перестрелки с кем-нибудь еще. По ветру тянулся вонючий дым, клочья горящего шемака, вырванного дротиками, оседали на землю.

– Говорит Вождь-Раз, – прокашлял майор. – Что за чертовщина там творилась, Фланг-Два?

В ответ из кома раздался невыразительный, чрезмерно сдавленный голос, принадлежавший не Флангу-Два:

– Вождь-Раз, говорит Фланг-Три. Барни, Мэтта убили. Не знаю, что это было. Какой-то вид реактивного оружия, но не пульсар. Пробило в нем дыру с мой кулак размером, но не взорвалось.

– О, черт! – простонал Изварян. Только не Мэтт Ховард. Ему оставалось всего два года до отставки. – Ладно, Фланг-Три, – произнес он отдышавшись. – Прочешите округу и выясните, что там за дерьмо. И будьте осторожны: мне не нужны лишние по…

Ужасный, словно знаменующий конец света толчок сбил его с ног, и майор рухнул навзничь, когда вся база расцвела огромным красно-белым шаром.

– Пресвятая Ма..!

Мичман Тремэйн проглотил конец фразы. Из беснующегося пламени вышвырнуло скиммер. Машина метров пятьдесят кувыркалась прочь, ударяясь о землю то носом, то кормой, а затем сама превратилась в огненный шар. Один из паривших аппаратов рухнул прямо в ад: какой-то обломок разнес его антигравитационные спирали, и он потерял опору. Последний из шести скиммеров, как пьяный, то кренился книзу, то взмывал в небо. Его передний двигатель отвалился от удара о землю. Искалеченное судно, потерявшее управление, петляло и кувыркалось по пересеченной местности, но по крайней мере не взрывалось и не горело. Пилот то ли погиб, то ли пребывал без сознания.

– Там, командир! – рявкнул Ямата. – Ноль-шесть-пять!

Гладкий высокоскоростной аэрокар вырвался из своего убежища и понесся, набирая скорость, вдоль кинжально острого хребта, заслонявшего его от группы прикрытия.

– Рут! Вектор преследования мне на этого сукина сына! – прорычал Тремэйн.

Клейн Мюллер сбросила антиграв до нуля, и тяжелый бот свалился вниз, словно соскучившаяся по земле скала, взвыл воздушными турбинами и подстроился в одну линию с удирающим аэрокаром,

Тремэйн активировал боевой пульт. Ему ни разу в жизни не приходилось убивать – но когда засветился прицельный экран, он не ощутил ни малейшего колебания. Тремэйн даже не попытался предложить беглецам остановиться. Он не полицейский и не присяжный. Его палец ласкал гашетку, а изображение на мониторе неуклонно приближалось к перекрестью прицела.

Пилот аэрокара, наверное, так никогда и не узнал о присутствии бота. Его судно могло сделать по скорости любое из имеющихся в распоряжении АЗА, но тягаться с космическим аппаратом не может ни один вид транспорта, предназначенного только для передвижения в атмосфере. Впрочем, какое это имеет значение?..

Перекрестье наползло на цель, рука Тремэйна сжалась, и двухсантиметровый лазер разнес преследуемого на мелкие-мелкие клочки и рассеял их над бескрайними мхами, словно огненные слезы.


Дама Эстель со смертельно бледным лицом перечисляла потери. Виктория не сомневалась, что и сама выглядит не лучше. Триумф обернулся кошмаром. Почему она не настояла на участии морских пехотинцев? У тех хотя бы имеется защитное снаряжение.

Но Харрингтон не сделала этого. Пятьдесят пять погибших. Больше девяноста процентов штурмовой команды убито, все выжившие ранены, двое очень тяжело. А еще погиб один из группы прикрытия. Шестьдесят с лишним человек было уничтожено или искалечено всего за две минуты. Сокрушительный удар для маленького сплоченного АЗА. Виктория ощутила почти физическую боль при мысли о своем, пусть и не сознательном, участии в организации жуткой бойни.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25