Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Россия в средние века

ModernLib.Net / История / Вернадский Георгий Владимирович / Россия в средние века - Чтение (стр. 13)
Автор: Вернадский Георгий Владимирович
Жанр: История

 

 


      Церемония возведения Дмитрия на престол состояла из следующих важных моментов: благословение митрополита; упоминание Иваном III принципов престолонаследия и старшинства; торжественное слово митрополита; передача митрополитом регалий Ивану III и возложение регалий Иваном на Дмитрия; наставление Дмитрия митрополитом; и наставление Ивана III. Заключительное слово Ивана так записано в летописи: «Внук Дмитрий Пожаловал есми тебя и благословил великим княжьством; и ты имей страх в сердци, люби правду, и милость, и суд праведен, и имей попечение от всего сердца о всем православном христианстве». Здесь любовь к справедливости и забота о греко-православной церкви (и народе) выделены как основные характеристики в идеального русского государя. В начале речи подчеркнут личностный момент: именно он, Иван III, жалует Дмитрия великим княжением. Вероятно, Иван III не мог провести четкого различия между своей властью и своей особой или, скорее, он был убежден, государственная власть и он сам – единое целое. Эта путаница была чревата серьезными последствиями. Не было установлено разницы между обязанностью правителя и прихотью человека. Мы знаем, что вскоре после этого Иван III сместил Дмитрия и вместо него «благословил» на великое княжение Василия. Здесь со всей очевидностью проявилось слабое место в новых представления, власти государя Всея Руси. Последствия этой ошибки сказались во времена царствования сына и внука Ивана III.
      Не делать различий между властью государя и властью человека (носителя государевой власти) психологически было естественным даже для такого великого и предусмотрительного правителя каковым был Иван III. Вероятно, на Ивана повлияли отголоски византийских политических идей на Руси. Согласно дьякону Агапету, жившему в шестом веке, «хотя телесно император подо всем остальным людям, во власти он подобен Богу». Можно предположить, что учение Агапета произвело на Ивана III впечатление, когда он (или тот, кто читал ему), обнаружил это высказывание либо в списке славянской «Пчелы», либо в списке Лаврентьевской летописи (цитата приводится там в связи со смертью Андрея Боголюбского).
      Идея о божественной природе государя получила значительна развитие во время царствования Василия III. Герберштейн отмечал, что когда русских спрашивали о каком-либо непонятном или сомнительном деле, они обычно отвечали, что «Бог и великий князь знают». Псковичам во время ареста в Новгороде по приказу Василия III сказали, что они взяты «Богом и великим князем».
      Именно в период царствования Василия III были разработаны подробные теории о высоком происхождении государевой власти, главным образом – религиозными писателями. Иосиф Санин, который вел переписку с Василием III по поводу ереси жидовствующих, возможно, привлек его внимание к точке зрения Агапета. Не менее важными были сочинения бывшего митрополита киевского, Спиридона, а также писания настоятеля Филофея из Пскова.
      Тверич Спиридон был возведен в сан митрополита Руси и направлен в Киев патриархом константинопольским около 1480 г. Великий князь Казимир не признал его и взял под стражу. Распространились слухи, что Спиридон подкупил турецкие власти, чтобы те позволили возвести его в сан. Позднее Спиридону удалось бежать в Москву, но и там он не был признан. Под именем Савва он обосновался в Ферапонтовом монастыре в районе Белоозера на севере Руси. Спиридон был образованным человеком и автором нескольких посланий и религиозных трактатов. В одном из своих сочинений он пытался рассмотреть Русское государство в контексте мировой истории. В нем (написанном в начале царствования Василия III) он отстаивал мысль о том, что Рюрик, предок великих русских князей, жил в Пруссии и был потомком римского императора Августа, брат которого Прусс якобы воцарился в стране, которая в честь него стала называться Пруссией. Спиридон говорил также, что корона (обычно называемая «шапкой») и остальные регалии великих князей были присланы князю Владимиру Мономаху Киевскому греческим императором Константином Мономахом. Вероятно, Спиридон был знаком с легендами о Рюрике, которые, скорее всего, возникли в Новгороде, а также с легендами об истоках русских регалий, которые, по всей видимости, ходили в Киеве во времена Олельковичей. Во всяком случае, предположения Спиридона – это историческая фантастика, а не прагматическая история. В определенном смысле, однако, они делали историю, поскольку оказали влияние на московские политические теории.
      Представляется, что Герберштейн был знаком с сутью утверждений Спиридона. Он говорил, что шапку, относившуюся к русским регалиям, первоначально носил Владимир Мономах. Он также утверждал, что, согласно русским, Рюрик и его братья происходят от римлян. В 1540-е гг. послание Спиридона было переписано и популяризировано под названием «Сказание о князьях Владимирских». Это «Сказание» играло важную роль в идеологии Московского царства при Иване Грозном.
      Теория о Третьем Риме, как мы знаем, была сформулирована Филофеем, настоятелем Елеазаровского монастыря в Пскове, его письме Василию III (1510 г.). Филофей говорил: «Два Рима. пали, третий стоит, а четвертому не бывать». Филофей объяснял, что после падения первого Рима центр истинного христианства переместился во второй Рим (Константинополь); а после взятия Константинополя турками – в третий Рим – Москву.
      В новое время теория Филофея подверглась грубой и неверной трактовке. Суть ее свели к имперским притязаниям Москвы, ее стремлению владычествовать над всем миром. Филофей имел виду совершенно иное. Он вкладывал в свою теорию эсхатологический смысл. Поскольку первые два Рима были разрушены, Москва оставалась единственным прибежищем православного христианства, и великий князь московский оставался единственным православным правителем в мире. Таким образом, на него ложились новые обязанности и ответственность. Он должен был охранят последнее пристанище православной христианской церкви и сделать Русь истинно христианской державой. Именно в таком со стоянии духа Василий III и митрополит Варлаам принимали в 1518 г. Максима Грека. Но Максим верил во второй Рим, а не в Москву, и вскоре попал в опалу. Новый эксперимент по созданию православного христианского царства был предпринят Иваном IV Грозным и митрополитом Макарием в конце 1540-х – 1550-е гг. Формула Филофея отчетливо прозвучала на церемонии коронации Ивана IV.
      Во всяком случае, во время правления Василия III Русь идеологически готовилась к тому, чтобы стать царством.

Глава VI. ЗАПАДНАЯ РУСЬ В XVI ВЕКЕ

1. Введение

I

 

Карта 5. Польша и Литва в 1466 г.

 
      В Западной Руси монгольское иго длилось около одного столетия и пало около 1350 г. – то есть, на сто лет раньше, чем ему пришел конец в Восточной Руси. На смену монгольскому владычеству в Западной Руси пришло господство Польши и Великого княжества Литовского.
      Польша сначала установила контроль только над самой западной частью Украины, захватив в 1349 г. Восточную Галицию. Оставшаяся часть Украины и вся Белоруссия признали сюзеренитет великого князя литовского, который стал называться великим князем литовским, русским и жемайтским.
      Хотя таким образом Западная Русь получила новый властный институт, русский народ в границах Великого княжества Литовского продолжал в течение некоторого времени жить в соответствии с представлениями и установлениями киевского периода. Лишь постепенно новые образцы изменили политический, религиозный, социальный и экономический уклады жизни как в Белоруссии, так и на Украине.
      Взаимодействие старых русских традиций и новых установлении, ориентированных на польские образцы, заставляет историков и социологов всерьез заняться историей Западной Руси XIV, XV и XVI веков. Долгое время исследователям не удавалось получить целостных представлений об исторической картине происходившего на этих землях Восточной Европы – которые веками служили границей между римско-католическим западом и грек православным востоком, и между западными славянами и восточными славянами – из-за запутанного национального и религиозного фона.
      Изучение этой проблемы с исторической точки зрения осложнено и тем, что власть на этой территории беспрестанно менялась начиная со средних веков и заканчивая новым временем, вплоть до наших дней. В киевский период западнорусские земли и княжества являлись частью русской федерации, центром которой был Киев. Затем пришли монголы, а после них – литовцы и поляки. Мы знаем, что на западнорусские земли на основании того, что это наследство его предков, киевских Рюриковичей, претендовал Иван III. В начале XVII века, пользуясь «смутным временем», положение бесспорного правителя всей Западной Руси, казалось бы обеспечила себе Польша. Украинское восстание 1648 г. значительно подорвало силу польского государства и закончилось объединением значительной части Украины с Москвой. В результате разделов Польши в 1772-1795 гг. Российская империя получила всю Белоруссию и остаток Украины, за исключением Восточной Галиции, которая отошла к Австрии. После русской революции 1917 г. и нового «смутного времени» в России возрожденной Полы удалось вернуть половину Белоруссии и Западную Украину. После Второй Мировой войны как Белоруссия, так и Украина воссоединились с Великой Россией в Советском государстве. Литва в своих этнических границах тоже стала советской республикой.
      Из этой краткой ретроспективы политических судеб Западной Руси ясно, что ее история тесно переплетена с развитием трех государств: Руси, Польши и Литвы. На самой западнорусской территории сформировались две современные восточнославянские нации – белорусы и украинцы.
      Вполне естественно, что исследователи всех вышеназванных народов и государств рассматривали Западную Русь в литовский период, исходя из национального исторического интереса каждого из них. С точки зрения русского историка, главным объектом изучения Великого княжества Литовского является не столько со6ственно история Литвы, сколько положение русских в великом княжестве, их участие в политике государства и влияние на них литовского управления и польских установлении.
      Русские были законно признаны в качестве одного из двух основных народов великого княжества, другим, естественно, были литовцы. В Кревской декларации об унии Великого княжества Литовского с Польшей в 1385 г. король Ягайло (по-польски – Ягелло) объявил о своем намерении навсегда «присоединить» (applicare) к польской короне «его литовские и русские земли» (terras suas Utuaniae et Russiae).
      Во Втором Литовском Статуте 1566 г. (Раздел III, статья 9) постановлено, что великий князь должен назначать на административные должности только коренных литовцев и русских (собирательно называемых «Литва и Русь»; индивидуально – «литвин и русин»), и не имеет права доверять высокие посты иностранцам.
      До объединения Польши с Литвой русское влияние в Великом княжестве Литовском быстро росло. Многие литовские князья и вельможи отказались от язычества и были обращены в русскую веру (греко-православие). Русские методы управления, а также русские юридические понятия были признаны обязательными для всего великого княжества. Русские ремесла и способы ведения сельского хозяйства развивались в рамках старых традиций. Русский стал языком великокняжеской канцелярии, а также и многих ведущих литовских князей и дворян, у многих из которых были русские жены. Он был также языком администрации и судопроизводства во всем великом княжестве.
      Следует заметить, что в XIII и XIV веках литовский язык реже, нежели русский, использовался в сфере интеллектуальной жизни, правительстве, администрации и законотворчестве. Только в 1387 г. христианство (в форме римского католицизма) стало государственной религией Литвы. До этого в Литве, фактически до XVI века, не существовало письменности. Вполне естественно, что литовцы были вынуждены пользоваться русскими речью и письмом (как позднее они пользовались латинским и польским языками).
      После объединения Литвы и Польши и обращения литовцев в римское католичество некоторые литовские дворяне и образованные люди стали возмущаться по поводу распространения в Литве русского языка. Литовский автор XVI века, Михалон Литвин, который писал по-латыни, заметил с раздражением, что «мы (литовцы) изучаем русский язык, который не побуждает нас к доблести, поскольку русский говор – иностранный для нас, литовцев, происходящих от итальянских кровей». Михалон Литвин считал, литовский народ образовался в Римский период и происходит от группы римлян. Эта легенда возникла в XV веке. Существует в сколько ее версий. Согласно одной, несколько кораблей с легионерами Юлия Цезаря было отнесено бурей из Северного моря к южным берегам Балтийского моря; они причалили в районе устья реки Неман, где расселились и стали предками литовцев. Согласно другой версии, римское поселение в устье Немана основал «римский князь Полемон», который со своей семьей и свитой бежал" от гнева императора Нерона.
      С другой стороны, польский писатель Матвей Стрыйковский современник Михалона Литвина, советовал литовцам не пренебрегать русскими. Он подчеркивал, что русские исконно жили на той земле, что сейчас занята Великим княжеством Литовским, и сомневался, что литовцы смогут вести судопроизводство без по мощи русских и их языка.
      Вслед за объединением Литвы и Польши (1385 г.) римский католицизм был провозглашен государственной религией Литвы, после этого началась постепенная полонизация литовской аристократии. Сначала греко-православным был запрещен доступ в великокняжеское правительство и администрацию, и даже когда были признаны персональные права греко-православных князей и 6oяр ущемление их в политических правах продолжалось, правда в несколько видоизмененной форме. Однако русские традиции искоренить было непросто. Хотя латинский язык и заменил русский в отношениях великого княжества с западом, государственные бумаги и официальные документы, такие, как указы, составлялись на русском языке. На русском языке велось и судопроизводство.
      Когда законы великого княжества были приведены в систему, литовские статуты (первый из которых был выпущен в 1529 г.) были написаны по-русски. Многие их положения основывались на традициях русского права киевского периода. Примечательно, что первый русский печатный двор был организован в Вильно в 1525 г., то есть, почти за три десятилетия до того, как книгопечатание началось в Москве.
      Переговоры между Литвой и Москвой всегда велись на русском языке. Западнорусский язык XV и XVI веков лег в основу белорусского и украинского языков. Однако, несмотря на определенные различия между западнорусским и восточнорусским (великорусским) языками, например, в словарном составе, обе стороны не испытывали трудностей в понимании друг друга.

II

      Важным моментом является численный состав русского населения и его пропорциональное отношение ко всему населению Великого княжества Литовского. К сожалению, статистические данные, находящиеся в нашем распоряжении, неполны. Большинство из них относятся к концу XVI века и XVII веку и не дают адекватной картины. Но в качестве основы для определения приблизительного состава населения в русских областях Великого княжества Литовского и Польши в XIV веке и начале XV века у нас есть список обложения районов Западной Руси, так называемых тем (от «тьма») монгольскими налогами. Большинство этих районов первоначально было определено в XIII веке, затем к ним была добавлена еще небольшая часть в конце XIV и начале XV века. Они не охватывают западной части Белоруссии. Еще один возможный угол зрения – это анализ численного состава литовской армии и оценка ее размеров пропорционально количеству населения великого княжества.
      Обсуждая проблему населения, мы должны взять в расчет территориальные изменения начала XVI века. По договору 1503 г. Великое княжество Литовское уступило Московии Черниговско-Северские земли, а по договору 1522 г. – Смоленск. В последующих расчетах, мы будем исходить из состава населения в период после 1522 г.
      Давайте теперь проанализируем три указанных выше основания для подсчетов.
      (1) Численность населения, основанная на переписях и кадастрах конца XVI века (они относятся к Галиции и к русским землям, включенным в состав Польши в 1569 г. ):
      Галиция
      573 000
 
      Волынь и Подолия
      392 000
 
      Киев и Браслав
      543 000
 
      Итого
      1 510 000
 
      Согласно украинскому историку О. Барановичу, подсчеты, касающиеся Волыни и Подолии, неточны, поскольку в 1629 г. население одной только Волыни составляло около 655 000.
      (2) Численность населения, основанная на количестве монгольских тем (200 000 человек на одну тьму ):
      Галиция
      3 тьмы 600 000
 
      Волынь
      3 тьмы 600 000
 
      Подолия
      3 тьмы 600 000
 
      Киев
      1 тьма 200 000
 
 
      1 800 000
 
      Что касается Белоруссии, то в списке тем мы обнаруживаем одну тьму на Полоцк (и Витебск) – 200 000 человек.
      (3) Цифры, которые могут быть получены на основании литовского кавалерийского армейского реестра 1528 г. Этот реестр относится к литовским и большей части русских земель великого княжества; он не включает Галицию. В реестре не упомянуты Киев и Браслав. Общий состав мобилизованной кавалерии великого княжества составлял примерно 20 000 всадников. В то время одного всадника вербовали с десяти «служб». Таким образом, можно подсчитать, что тогда в Великом княжестве Литовском существовало около 200 000 служб.
      К сожалению, мы не знаем, сколько домов в среднем включала в себя одна служба. Фактически размеры служб в разных регионах варьировались. Если мы допустим, что в одной службе в среднем было три дома (хозяйства) и что один дом (хозяйство) насчитывал в среднем шесть человек, тогда 200 000 служб будут равны 600 000 домов (хозяйств), что дает цифру населения в 3 600 000. К этому нам следует добавить население киевского и браславского регионов (не включенное в реестр). Таким образом, общая численность населения великого княжества составляла приблизительно 4 000 000 человек.
      Распределение цифр по областям и районам показывает, что литовские земли великого княжества поставляли в 1528 г. около половины общего числа всадников. Однако на этом основании нельзя делать вывод, что в самой Литве проживало столько же людей, сколько и в русских областях великого княжества. Во-первых, как уже отмечалось, киевский и браславский регионы не обязаны были посылать всадников в регулярную литовскую армию. Вероятно, рекруты из этих регионов защищали южную границу от нападений татар. Возможно, что лишь часть русского контингента в Волыни направлялась в регулярную армию, а большая часть его также использовалась для защиты южных территорий.
      Во вторых, Литва и Жемайтия обычно вербовали большее число всадников, чем русские области великого княжества. В XIV веке Литва была краеугольным камнем военной организации великого княжества и продолжала оставаться таковою в XV и XVI веках. Великие князья считали литовский контингент наиболее лояльной частью их армии и мобилизовывали его в первую очередь.
      После всего сказанного мы можем считать, что пропорциональное отношение русского населения Великого княжества Литовского к общему количеству людей, проживающих в нем, было значительно выше, чем это может быть вычислено на основании армейского реестра 1528 г. Допустив, что общая численность населения составляла около 4 000 000, мы можем считать, что в русских областях (не включая Галицию – она была частью Польши) проживало около 3 000 000 человек, а в Литве – около 1 000 000. Это указывает на пропорцию 3:1. В период между 1450 и 1500 гг. русские в Великом княжестве Литовском, по всей вероятности, были еще более многочисленны.

III

      Что касается политического и административного деления русских земель в Великом княжестве Литовском, то старая структура русских княжеств постепенно была разрушена в результате последствий монгольского вторжения и экспансии Литвы и Польши в конце XIII и XIV веках. Хотя каждая из русских земель поначалу сохраняла свою самостоятельность, князья, принадлежавшие дому Рюрика, постепенно утратили свои суверенные права и был замещены потомками Гедимина – вассалами великого князя литовского. Потомки Рюрика – те, что не утратили полностью своих прав, – оставались местными сановниками в отдельных район страны. Следует заметить, однако, что многие из новых князей литовского происхождения (Гедиминовичи) приняли русскую культуру и исповедовали русскую веру. Некоторые из них, такие, как Олельковичи из Киева, стали видными поборниками русского национального движения.
      К концу XV века великому князю удалось ликвидировать власть удельных князей в крупных владениях (древнерусских «землях» и заменить местных правителей своими наместниками, назначавшимися им в согласии с «паны радой» (советом вельмож). Это был один из аспектов постепенного преобразования первоначальной свободной федерации «земель» под сюзеренитетом великого князя литовского в аристократическую монархию, основанную на жестком разделении общества на три сословия (stany, «слоя») дворянство, горожан и крестьян.
      Формирование класса дворянства с равными правами и привилегиями по всей стране, подобно польским законам, вело к постепенному переустройству местного правительства. Внутри самого класса дворянства существовало разделение интересов между высшей аристократической группой и мелкопоместными дворянами. Первую группу составляли некоторые старые княжеские фамилии, а также не имеющие титула «паны» (вельможи) Некоторые были русского происхождения. Члены этой группы владели большими земельными угодьями, занимали наиболее важные должности в правительстве и входили в совет вельмож. Те, кто относился к мелкопоместному дворянству (шляхта), постепенно объединились на местном уровне через местные ассамблеи и в конце концов обеспечили себе национальное представительство в сейме.
      В конце XIV и на протяжении XV века многие русские или прорусски настроенные литовские князья и дворяне уезжали из Литвы в Москву и поступали на службу к великому князю московскому. Мотивы отъезда были различны. Одних возмущало ущемление политических прав греко-православных. Другие были недовольны тем, что правительство и администрация в основном состоят из литовских вельмож и тем, что власть в Литовском государстве постепенно сосредотачивается в руках великого князя, для чего он отдает предпочтение интересам мелкого дворянства на русских землях и сдерживает власть местных князей. Третьи подкидали Литву из-за наследственной вражды или по каким-то другим личным мотивам.

2. Правительство и администрация

      Ко времени своего образования, в конце XIII века и XIV веке, Великое княжество Литовское представляло собой конфедерацию литовских и русских земель и княжеств, объединенных под сюзеренитетом великого князя. Каждая из земель составляла самостоятельную социополитическую единицу. На протяжении XV века великие князья пытались усилить власть центрального правительства над всеми территориями великого княжества.
      Тем не менее на протяжении долгого времени было трудно преодолеть сопротивление местных властей, пытающихся сохранить свои прежние права. Каждая область пользовалась широкой автономией, которую обеспечивал особый привелей (грамота) великого князя. В привилее, выданном в 1561 г. Витебской земле, великий князь давал клятву не принуждать жителей этой области к переселению в какой-либо другой регион великого княжества (в отличие от московской политики); не направлять солдат из коренного населения на гарнизонную службу в какую-либо другую землю; и не вызывать витеблянина (жителя витебской земли) в Литву на суд. Подобные же грамоты были выданы Полоцкой, Смоленской (за девять лет до захвата ее Московией), Киевской и Волынской землям. Во многих случаях дела каждой из этих земель обсуждались и велись местными жителями – дворянами-землевладельцами и теми, кто проживал в крупных городах. В Волыни постоянно собирались местные дворянские ассамблеи.
      Процесс усиления власти центрального правительства над автономными землями был мотивирован, как и в Московии, военными и финансовыми соображениями великого князя и совета вельмож. В XIV и начале XV века для Великого княжества Литовского представлял опасность Тевтонский орден. В конце XV века на западнорусские земли претендовал, считая их своим пол равным наследством, великий князь московский. На протяжении XV и XVI веков на Великое княжество Литовское, как и на Московию, постоянно нападали татары, а в XVI и XVII веках Западная Русь, так и Польша вынуждены были отражать наступление оттоманских турок. Требовалась лучшая организация экономических ресурсов страны и более эффективная система управления, чтобы Литовское государство могло справиться с постоянно возникающими трудностями.
      Одной из первых задач великого князя было привести в по док те части территории, над которыми он имел прямую власть, то есть, господарские земли. Основное население в этих владениях составляли государевы крестьяне, но часть господарских земель была передана «господарскому дворянству», тем, кто владел участками господарских земель, будучи на положении слуг великого князя. Их положение было подобно владельцам поместий в Московии, а сам термин «поместье» часто использовался в запада русских документах. Жители малых городов, расположенных господаревых землях, тоже находились под непосредственной властью великого князя.
      Для того, чтобы сделать управление владениями короны более эффективным, они были разделены на ряд районов, во главе каждого из которых стоял великокняжеский наместник, называвшийся также «державцем». Державец был главным управляющим. собирателем налогов с господарских земель в своем районе. был также военным главой района, ответственным за мобилизацию в случае войны, и местным судьей в господарских землях Этим наместникам было дано право оставлять себе часть собираемых налогов и судебных пошлин – способ вознаграждения, который соответствовал системе «кормления» в Московии.
      Вне округа державцев лежали земли знати – обширные владения князей и панов и меньшие угодья шляхты. Вельможи пользовались теми же юридическими правами по отношению к населению их владений, что и державец во вверенных ему господарских землях. Шляхта требовала для себя подобной же власти над своими слугами и фермерами – арендаторами их земель.
      Следует заметить, что во второй половине XV века польской шляхте удалось добиться права на местное самоуправление, а также целого ряда других привилегий. Расширение прав мелкопоместного дворянства в Польше не могло не ускорить подобного процесса и в Великом княжестве Литовском. Во время войны каждый вельможа присоединялся к армии со своей свитой, а шляхта каждого района образовывала отдельный полк. За участие в военных действиях мелкие дворяне требовали удовлетворения их политических притязаний, и великий князь и совет вельмож постепенно вынуждены были уступить этим требованиям. В то же время, однако, они пытались установить над провинциями политический и военный контроль.
      В середине XVI века была установлена сбалансированная система управления областями и районами. Сеть районов (поветы) составляла низовой слой системы. К 1566 г. общее число районов было тридцать один. Правитель района, староста, являлся в то же время «державцем» (наместником) господаревых земель и главой общего управления районом.
      Для ведения тяжб по поводу земельных угодий шляхты в каждом повете был организован специальный дворянский «суд земский». Дворянство каждого повета при мобилизации составляло отдельную военную единицу со своим собственным знаменем. Во главе стоял особый офицер, который назывался хорунжий полка.
      Области, составлявшие более высокий уровень местного управления, назывались воеводствами. Каждое воеводство включало в себя от одного до пяти поветов. Во главе каждого стоял наместник или воевода. В конце концов последний титул оказался предпочтительнее. Воевода был «державцем» центрального района воеводства, главой администрации воеводства, главнокомандующим всеми вооруженными силами, мобилизованными в пределах его воеводства в случае войны, и главным судьей. Его власть распространялась на население господаревых земель и на мелкопоместное дворянство, но не на вельмож.
      Помимо воеводы во многих воеводствах была должность «командующего замком (крепостью)», называвшаяся «каштелян».
      Должности воеводы и каштеляна были учреждены в 1413 г., сначала только собственно в Литве (не включая Жемайтию), которая была разделена по этому случаю на два воеводства, Вильно и Трокай. Во время правления Свидригайло была установлена должность «маршала» Волыни. Маршал осуществлял военное руководство. В XVI веке Волынь стала обычным воеводством. 1471 г., когда Киев утратил статус княжества, была создана должность воеводы Киева. В 1504 г. воеводство образовала Полоща земля, а в 1508 г. – Смоленская (захваченная московитами 1514 г.). К 1565 г. было образовано тринадцать воеводств (не считая Смоленска, который в то время относился к Москве).
      Этнический состав трех воеводств был по преимуществу литовским: Вильно (пять поветов), Трокай (четыре повета) и Жемайтия. Последнее состояло всего из одного повета, и главу его называли старостой, а не воеводой; однако, его власть приравнивалась к власти воеводы. Во всех остальных воеводствах русские составляли основную массу населения. Это следующие области:
      1. Воеводство Новогрудское (Новгород-Литовское). Оно включало в себя три повета: Новогрудок (Новогородок), Слоним Волковыск.
      2. Воеводство Берестие (Брест), состоявшее из двух поветов: Брест и Пинск.
      3. Воеводство Подляшское, три повета: Бельск, Дорогичин и Мельник.
      4. Воеводство Минское, два повета: Минск и Речица.
      5. Воеводство Мстиславльское, один повет.
      6. Воеводство Полоцкое, один повет.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21