Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Евангелие от Ram Stein

ModernLib.Net / Вейдер Дмитрий / Евангелие от Ram Stein - Чтение (стр. 3)
Автор: Вейдер Дмитрий
Жанр:

 

 


На пресловутой конференции в разделе "современная идеология постиндустриального общества и практика ее применения" предстояло выступать и ему самому. Все дело в том, что еще два десятилетия назад в пресловутый ЗОРГ добавили статьи, согласно которым каждый государственный служащий и все предприниматели были обязаны несколько часов в месяц читать общегуманитарные дисциплины в вузах страны и старших классах. Ну а уж "конторским" работать в идеологическом направлении сам Бог велел.
      Отчасти это было связано с тем "демографическим взрывом", когда нация стремительно молодела, и просто не хватало кадровых преподавателей (в эпоху второго олигархата эта профессия перестала быть престижной). С другой стороны, для элиты общества, как экономической, так и политической, для того чтобы эффективно функционировать была необходима постоянная связь с обществом. Ну а от преподавательской деятельности до научной - один шаг.
      Сергей в свое время и в вузе слыл знатоком "синергетического идеализма", да и неплохо разбирался, по крайней мере, как отмечали старшие товарищи, в вопросах металлической идеологии. Так что ему предстояло выступить со своим обзорным докладом перед студентами "Бесклассовое общество, основанное на платформе абсолютной вертикальной социальной мобильности и равных стартовых возможностей" в ряду таких серьезных тем, как: "Гламур как орудие классовой борьбы", "Идолопоклонничество перед Западом в рядах поздней советской элиты и элиты периода Первого олигархата", "Временная и частичная стабилизация индустриального порядка в России в 2000-2008гг.", "Гламурно-глянцевые и попсовые основы постмодернистской трактовки властной идеи в период Второго олигархата 2009-2026гг.", "Рока-попс как дешевый суррогат национальной идеологии времен помаранчевого матриархата", "Влияние культуры позднего техно на треш-эстетику и зарождение жанра "Индастриал".
      Размякнув после краткой бани, он улегся на жесткую кровать, подложив под спину пластину с небольшими серебряными иглами, а под голову - плотный тряпичный валик-кость. Только так, расслабившись, он погрузился в сон.

Глава третья

      Поклонись, я приказываю тебе,
      Отверни от меня свой лик!
      Мне безразлично твое лицо,
      Поклонись мне!
Buck Dich - Sehnsucht - 1997

      Сон. Опять этот сон. Сколько себя помнил, Сергей часто видел эти события…
      Весна. Поле, покрытое молодой травой. Утренний холодок еще леденит сердце, трепещущее в предвкушении битвы. И вот, громко заревели трубы, странные многосекционные барабаны наяривали какой-то весьма пронзительный и призывный мотив: ра-тра-ра-ра, ра-тра-ра-ра, ра-тра-ра-ра, ра-тра-ра-ра.
      Дрогнула земля, невыносимо стеная под ударами тысяч конских копыт. Сергей видит себя уже в составе конского клина, единой монолитной массы, подобно бурному потоку, готовой смести со своего пути любое войско дерзнувшее встать поперек пути. О, Боже, сколько железа!
      Всадники, вооруженные длинными тяжелыми копьями, двумя мечами, один из которых, прямой и тяжелый висел на боку, а второй - более легкий и слегка изогнутый наподобие японской катаны, был закреплен за спиной, были одеты на радость любому металлисту из "пенсов". Массивные кирасы, наплечники, налокотники, наколенники и другие, подогнанные под формы человеческого тела пластины, крепились на плотной кольчуге, состоявшей из мелких колец. Но этого было мало - поверх, переливаясь рыбьей чешуей, были одеты пластинчатые доспехи. Глухие шлемы причудливой, но строго функциональной формы напоминали скорее декорации какого-то голливудского фантастического боевика.
      Лошади, огромные, напоминавшие современных тяжеловозов, но с тонкими и сильными ногами, поверх попон были одеты в сверкавшую серебром кольчужную ткань, в которой так же блестели целиковые металлические вставки.
      Такие же причудливые, но и функциональные (чтобы калечить противника без меча и копья) шипы и резцы украшали плечи, налокотники и наколенники всадников. Сколько могло весить подобное одеяние? Каким атлетом нужно было быть, чтобы поднять подобную массу металла?
      Пропели стрелы врага, вставшего за круглыми щитами, собрав свою малую дань - стальные наконечники со звоном отскакивали от оживших серебристых статуй. И в следующий миг Сергей увидел перед собой раскосые глаза противника на смуглом лице с тонкими чертами, едва прикрытым легким шишаком и окружением из кольчужной бахромы. Далее он со сноровкой, воспитанной поколениями десятков воинов, отвел руку с копьем в сторону, чтобы не сломать ее при ударе. Оглушительный треск - кривая сабля пешего противника скользнула по наколеннику и плетеной кольчуге боевого коня, копье пробило выставленный щит, не ощущая никакого сопротивления, прошло сквозь тело, одетое в кожаный с костяными пластинами панцирь, и ударило в лицо второго противника в следующем ряду. Освободив руку, Сергей рывком выдернул тяжелый меч и двумя руками с высоты, описывая идеально правильные петли и восьмерки, прорубал себе дорогу сквозь вражеские ряды.
      Впереди было знамя врага - на черном фоне оскаленная зубастая пасть какого-то неведомого рогатого чудовища, помеси динозавра и козла. Сергей уже не мог продвигаться на коне в плотных рядах. Он спрыгнул, метнул очередному противнику в лицо тяжелый прямой меч, выхватил из заплечных ножен второй и в тесной схватке сцепился с охранением возле большого помоста.
      Все ближе было лицо черноволосого смуглокожего колдуна, возвышавшегося над своей свитой и нараспев бормочущего какие-то заклинания. Вот что-то сверкнуло между его рук, и начинающий разрастаться огненный шар помчался прямо на Сергея. Он метнул привешенный у пояса топорик и попал прямо в шею заклинателю. Но огненный шар налетел на него, обдав нестерпимым жаром. Раскалилось докрасна железо, запало горелым. Теряя сознание от боли, он обернулся назад. Там - втаптывая в грязь остатки вражеского войска, вперед шла сомкнутая фаланга пехотинцев. Тяжелые, обитые железом прямоугольные щиты напоминали защитное вооружение римских легионеров. На помощь к конному клину приближалась несокрушимая стена, ощетинившаяся копьями. Отдельные бесплодные попытки врага пробить брешь быстро сошли на нет, уступив место всеобщему и паническому бегству. Но глаза уже не видели этого. Наступала полная темнота изредка прерываемая то ли звоном затихающей битвы то ли свистом чего-то несущегося сквозь темное пустое пространство…
      Психиатры говорили что-то о преживаниях, связанных с безвременной кончиной родителей. Стремление надеть на себя латы, скафандр или что-то подобное всегда связаны с подсознательным поиском защиты. Но даже конторские специалисты, которым только дай повод покопаться у тебя в голове - и те не находили ничего крамольного. Показатели стрессоустойчивости - намного выше среднего, резистентность нервной системы - лучше всяких похвал. Как шутили врачи, гвозди из таких людей только делать, говоря, что у каждого есть "свои бзики", это входит в норму. Некоторые из них, наиболее продвинутые и несколько отошедшие от традиционной медицины, говори ли что-то о "наследственной памяти предков", цитируя "Лезвие бритвы" Ивана Ефремова. "Нетрадиционные" науки в это время не то чтобы были под запретом, просто, как показывала практика еще в двадцатом веке, большинство их последователей были сами полными психами или откровенными шарлатанами, желающими нажиться на тайной и неистребимой народной вере в чудо.
      Сергей еще до работы в Конторе провел долгие часы за историческими записями, пытаясь найти соответствие этим снам. Наличие у всадников седел и стремени могло говорить о максимум седьмом веке нашей эры, когда могла разворачиваться подобная битва. Но ни европейские рыцари, ни византийские катафракты не носили подобного вооружения. Несмотря на отрицательные выводы специалистов, он каким то внутренним чувством осознавал, что речь могла идти о событиях, настолько далеких во времени, что туда и наука заглядывать-то боится.

* * *

      … Сергей проснулся ближе у обеду, плотно перекусил (хотя надо бы автомат "Домовой-2064" сменить на более новую модель) и, на ходу натянув положенные по уставу черную рубашку с черными джинсами без пальто или куртки прыгнул в автомобиль.
      Внедорожник пару минут проурчал, разогреваясь, скушал программу поездки и неспешно покатил в сторону Москвы.
      Возле храма Христа Спасителя он остановился, вылез из машины и перекрестился. Рождество было впереди, но сейчас подготовка шла полным ходом. Уже суетились вечные бабульки. Двое священников вели деловой разговор о деталях встречи Патриарха. Внимание Сергея привлек юродивый.
      Босой (а морозец то с утра был!) в старых рваных джинсах и заплатанной кожаной косухе с заклепками, на которой в три ряда висели цепи. На груди у юродивого был крест как минимум в полпуда весом. Он воздел руки в кожаных с металлическими вставками напульсниках и почему-то начал грозить ими голубям, облюбовавшим колокольни и близлежащие деревья. В руке он держал какую-то деревянную колотушку.
      – Они уже здесь! Я знаю! - Он пошел в сторону Сергея и с размаху (даже не успел вскинуть руку) стукнул его колотушкой по лбу. Колотушка оказалась приличной печаткой.
      – Да не убоишься, отроче, козлища диавольского! - Косматый юродивый сделал свое дело и пошел сквозь толпу.
      Сергей (досталось порядочно, видимо, будет шишка) бросился было за ним, но был атакован стайкой бабулек.
      – Не тронь! Божий человек!
      Сергей попытался обойти толпу, но юродивого и след простыл. В машине он посмотрел в зеркало на оттиск печатки - там было что-то косматое и неразличимое.
      Он достал из аптечки пластырь и наложил на лоб. Хорошее начало Нового Года!
      Контора первого января 2074 года казалась вымершим учреждением. Но это было только на первый, неискушенный взгляд. Глубоко внизу сотни ЭВМ перемалывали своими мозгами гигабайты информации. Дежурные аналитики в перерывах между "подключениями" по виртуалу, во время которых они советовались со своим собратьями по всей стране, выбегали в коридоры с ошалелыми глазами (Сергей два месяца проработал в режиме "виртуального следака" выискивая на пару с двумя симб-киберами запретные ссылки на сайты для извращенцев - больше не выдержал, а эти "яйцеголовые" за один раз могли контролировать десятки информационных сайтов каждый). Он получил в ведомстве Ветрова кристалл с гравировкой "Особо секретно, не для использования в компьютерах с ЛВС", осведомился о судьбе самого подполковника, на что получил весьма ожидаемый от миловидной секретарши ответ.
      – Гуляют! - очаровательное создание немедленно стрельнуло глазками.
      Конечно, электронные секретари более функциональны (и кофеек завсегда лучше сварят), но вот традиция… хотя бы один живой секретарь на десяток кабинетов для особых случаев. Больше - ЗОРГ не разрешал.
      Сергей раскланялся, пообещав привезти из якутской командировки гору самоцветов, и поспешно ретировался. Уже у себя в рабочем офисе в том самом небоскребе он обстоятельно рассмотрит все детали предстоящего путешествия в Якутию, которое (подумать-то!) предстояло совершить на новом автомобиле.
      Конечно, поезд, несущейся со скоростью в полторы тысячи километров в час по прозрачной безатмосферноей трубе, подстегиваемый кольцами электромагнитных ускорителей, доставил бы его нам место вместе с машиной (в грузовом отсеке) максимум за четыре часа. Но вот чертова секретность! Впрочем, поездка запланирована на восьмое января. Впереди было три дня отдыха, небольшое путешествие на сто сорок второй километр ярославского шоссе (надо самому посмотреть, каких результатов добилась следственная группа) и участие в конференции.

* * *

      Скловен уже полчаса рубился на заснеженных, обметаемых метелью уступах. Звон мечей заглушал даже рев бурана. Противники в лицах, завязанных темными масками, были сильными бойцами. Тяжелый меч война уже снес голову с плеч одному из них. Но остальные четверо не отступали. Несколько скользящих ударов задели Скловена. На нем не было брони (лишняя тяжесть для далекого путешествия), но задубевшая на морозе волчья шерсть хоть как-то компенсировала удары. Стиснув зубы и, понимая, что уже порядочно устал, гипербореец в хитром приеме взметнул меч вверх, вкладывая в удар всю силу и поворачивая корпус - оружие противника, нацеленное на колющий удар, подбросило вверх и вырвало из рук. Описав половину восьмерки, меч Склавена под углом вошел в голову нападавшего. Он едва успел развернуться - тупой удар в спину, от которого хрустнули кости, пришелся вскользь. Скловен отпрыгнул с поворотом, и чуть было не выронил оружие от изумления.
      Перед ним, возвышаясь на две головы, стояло обнаженное существо. Впрочем, нет, не обнаженное, а затянутое сплошь в медно-красную чешуйчатую кожу, под которой переливались могучие мускулы. Скловен знал, что эта шкура была крепче любой брони. От рогатого существа, ударившего его мощным копытом своей изогнутой по козлиному ноги, тянуло нестерпимым жарким запахом. Древний демон! Остальные нападавшие отступили, втихомолку пересмеиваясь и вытаскивая из заплечных мешков маленькие составные луки.
      Да! Эту шкуру не пробьешь даже рунным мечом. Ей не страшны ни человеческая рука, ни стрелы, которыми собирались осыпать двух поединщиков наблюдатели.
      Впрочем, у Скловена был один фокус в запасе - его меч, оружие, ради сохранения которого он и отправился в далекий путь на север.
      Росс - один из его сыновей во время испытательного путешествия по Северным землям, наткнулся на гробницу, почти не разрушенную Древними демонами. В скромном саркофаге лежала фигура воителя, затянутого с головы до ног в глухие латы странной выделки, не потускневшие за столетия и блестевшие как зеркала. Не в традициях гиперборейцев и их потомков обчищать могилы предков. Росс и его дружина, не прельстились диковинками, окружавшими саркофаг с телом. Наоборот, почти три недели они - сто пятьдесят человек трудились, сталкивали каменные валуны и закрывали ими вход в пещеру. Под конец сам Росс установил под скалу один из бочонков с "разрыв-травой". Чудовищная сила приподняла ближайший утес и накрыла им могилу, запечатав от посягательств нечестивцев печатью весом в миллионы пудов.
      Но один предмет Росс все же взял с собой. Это был свиток какой-то плотной и неподдающейся тлению материи. Скловен, припоминая все слова древнего языка, прочел имя его владельца - Гавраил. Были и другие термины "страж… бассейн… рождение… существа… опустившиеся звезды… запрет на посещение". Большая часть древних слов так и осталась непрочитанной, но этот свиток Скловен носил с собой всегда, полагая, что Светлые силы найдут способ рассказать о событиях прошлого, что поможет избежать ошибок будущего. Впрочем, особый интерес представлял не только свиток, а тот предмет, вокруг которого он был обернут. Продолговатая, рифленая рукоятка меча с четырехугольной блестящей гардой и отверстием для клинка.
      По заказу Скловена лучшие кузнецы три года ковали достойное лезвие. Тысячи слоев металла, пришедшего со звезд, и чья ценность многократно превышала золото, сваривались вместе. Денно и ночно, только подбрасывая уголья, несколько смен кузнецов слой за слоем выковывали металл.
      Лезвие двадцать лет служило ему в бесчисленных походах. Меч не подводил своего владельца - на полотне не было ни пятнышка ржавчины, ни одного сокола после сотни больших столкновений и несчитанных более мелких стычек. И лишь однажды, разбирая оружие, отсоединив лезвие, Скловен в случайном порядке нажал на выступы вокруг гарды. Из отверстия вырвался луч яркого пламени правильной формы. Почти три локтя в длину, два пальца в ширину и толщиной меньше конского волоса.
      Тут не склонного верить в сверхъестественные силы Скловена, обуял ужас - в его руках было подлинное оружие богов, которым (как он убедился) можно было нарезать камень как масло. Он погасил тем же нажатием выступов огненную струю и зарекся открывать кому-либо этот секрет.
      Вот и сейчас противники, сняв маски, обнажившие их смуглые, ястребиные лица, стали посылать свои первые стрелы, отскакивающие от брони чудовища. Как ни уворотлив был Скловен, но все же он уже далеко не молод. Одна стрела засела в правом плече. Другая воткнулась в бедро. Нападавшие опустили луки, и подошли поближе, желая посмотреть, как демон разорвет на части гиперборейца.
      Рука слабеющего Скловена самопроизвольно схватила меч за рукоятку, отработанным движением повернула и вырвала лезвие. Узкая полоска металла полетела в лицо чудовища, поднявшего руку для защиты.
      Закованная в чешую прочнее стали, рука отбила смертоносный металл. Но демон так и остался стоять с удивлением, застывшим на нечеловеческом лице. Ему в живот и грудь упиралась полоса застывшего пламени, того оружия, с которым тысячелетия назад боролись предки Скловена против своих извечных врагов. Утробный рык полный негодования вырвался из его пасти и захлебнулся в зеленой, загустевающей от нестерпимого звездного жара крови.
      Скловен насквозь пробил тело противника и рванул орудие вверх. Трое лучников, выходцев с южных земель, недоуменно переглядываясь, застыли в оцепенении, пораженные гибелью своего Сына Бога Мебафота. Находясь в ступоре, они даже не успели отскочить, когда струя пламени настигла и их, оставляя рассеченные с обугленными краями тела.
      Скловен погасил орудие, подобрал длинное лезвие и вставил его в по-прежнему холодную гарду. Опираясь на меч в ножнах, как на посох, он медленно побрел в сторону капища Чернобога. Силы покидали его вместе с никак не унимавшейся кровью из ран. По всей видимости, стрелы были отравленными…

* * *

      Место перестрелки было все еще оцеплено - транспорт пускали по объездной дороге. Преодолев три (!) кордона, один из которых даже охраняли армейские автоматчики, а не бездушные "подсобники", он оказался на месте. Что ни говори, но вся Контора была на ушах, поскольку не каждый день случалось такое событие. Пространство в несколько километров было расчерчено радио-маяками на квадраты, а в них, как археологи копошились люди и механизмы.
      Сергей уже не единожды в устной и письменной формах подробно рассказывал о произошедшем, но счел нужным самолично проехать на место событий. Он приветливо махнул рукой нескольким знакомым из смежных отделов.
      – Что, брателло! Натворил ты делов! - капитан Дмитрий Сбитень, кряжистый сибиряк с короткой бородкой размахивал пластиковым пакетом с пулями. - Кто тебя только с работы с "калашом" отпускает.
      – Какие последние результаты? - поинтересовался Сергей.
      – Двое "укатанных", по крови похоже, еще двоих зацепил. Химанализ делали - никаких следов, никаких записей в базах на этих людей нет. Документы, удостоверения - сплошь подделка, но какого качества! Были эксперты из погранцов - говорят, и их сканеры с первого раза не берут, только после "деталки". По внешности - один чистый монголойд, там генетики его сейчас обхаживают. Другой - евопеойд, датчанин или северный немец, похоже из эмигрантов.
      – Китай?
      – Да нет, он на ханьца не похож, скорее из уйгуров. Всего по следам было шестеро человек плюс один водитель мотонарт типа "Стэм". Вооружены индустриальным старьем, как и ты. - Сбитнев гордо похлопал себя по боку, где висела новомодная модель химического лазера "Красный глаз".
      – Не спорю, в ясную погоду в горах - и сам бы не отказался. Но в туман да с метелью - на сотне метров половину мощности теряет.
      – И так хорошо насверлил! Очередной зачет по стрельбе в особо трудных условиях - на отлично! Поди засиделся в стралеях! Пора дырки под звездочки центуриона вертеть!
      – Ладно! Бросили трепаться! - сзади довольно ощутимо хлопнули Сергея по плечу. Он обернулся и автоматически козырнул - в полном зимнем мундире стоял конторский легат (по старому - генерал), начальник Убойного.
      Всю левую половину лица легата избороздили глубокие шрамы, полученные еще в молодости, да так и не заштопанные пластическими хирургами современности. Виктор Андреевич Ступищев дохаживал свой последний срок в начальниках Убойного и потому старался самолично выезжать по стране на подобные происшествия, бывшие, к слову, не частыми. Сейчас он держал в руках маленькую, отсвечивающую изумрудным блеском брошь - женское украшение, завернутое в прозрачный пластик.
      – Не твоя ли зазноба оставила? - он с ехидцей переспросил Сергея. - После свиданки?
      – …?
      – Ладно, шалопаи, вы мне скажите, с какой такой стати бабы в перестрелку лезут? Эту самую ерунду обнаружили возле места схрона мотонарт!
      – Товарищ легат! - Уже с официальным тоном и немного вытянувшись продолжил Сбитень. - Брошь сделана из серебра, зеленые камни - подделка, но есть два бриллианта - в четверть карата. "Подсобники" бачат, что кимберлитовые трубки Севера.
      – Хорош гадать. Пакуйте все бандуры, снимайте оцепление!
      – Но… товарищ легат! - Попытался было возразить Сбитень. - Мы еще не закончили обследование…
      – Вы и так уже копаетесь больше, чем нужно, вижу (он ткнул в подьяческую бородку капитана), совсем на казенных харчах раздобрели… пошевеливайтесь. Информации надыбали - остальное дело "мозгунов", нехай переварят да дадут свои выводы.
      Сергей на пару с Дмитрием козырнули. Он подумал, что зря в ЗОРГе делают исключения… в отношении начальства иногда следовало применять "ротацию кадров" почаще. Однако, кто их знает, какой там информацией они наверху располагают. Тот же Ветров выдал для задания ровно столько, сколько нужно. Ни больше, ни меньше. Да и вообще, он числился в пятидневном отпуске, так что легат мог запросто его за оцепление выслать.

* * *

      Жрец Сабороманн был доволен собой. В прошлый год прихожане его храма, да еще этот Скловен, вождь одного из племени, принесли множество провизии и необходимых для жизни вещей.
      Времена были трудные. Зима продолжалась девять месяцев, а земля только на месяц полностью освобождалась от снега. Еды и пития для братии в сорок душ оставалось достаточно. Ну, разумеется, показными святошами они были только для прихожан.
      Века назад на этом месте в горах находилось одно из зданий древних предков Скловена. Гигантские валуны, вытесанные неведомым очень острым оружием, составляли прочную стену. Сам храм находился на вершине и был по сути дела неприступной крепостью, возведенной уже в не столь отдаленную эпоху. Население крепости, состоявшее из иноплеменников, покинуло ее во время наступления льдов. Тогда гиперборейцы перемешались со многими племенами, почти утратили свою культуру и письменность. Только в настоящие дни сложилось крупное объединение племен, способное противостоять завоевателями и само вести захватнические войны.
      Пустовавшую крепость Сабороманн и его приспешники, бывшие представителями различных племен и народностей, облюбовали в качестве своего временного приюта во время долгого пути на юг. Они бы покинули развалины и ушли дальше, если бы случайно один из их спутников (он уже давно сошел с ума - его пришлось запереть в отдельной келье), отведал запасенных летом грибов, смоченных в вине. Бредившего, готового отдать богам душу, его отнесли в дельнее помещение замка, положив на каменные плиты и укрыв от холода накидками. Утром, он с больной головой стал рассказывать о небывалых видениях, посетивших его пьяный бред.
      Сабороманн, первоначально не веривший этим россказням, но испробовавший странное средство на себе (замочив грибы в крепком перегнанном соке из хлебного зерна), сразу понял ценность находки. И теперь бесчисленные племенные вожди разных племен и народов (потомки гиперборейцев меньше всех усердствовали в подобных мероприятиях), в надежде приоткрыть завесу своих будущих побед и поражений, останавливались у оракула Чернобога. Кстати сказать, этот культ Сабороманн придумал сам, поскольку был очень сведущим человеком, знавшим несколько языков и обычаи, и быт многих народов Севера и Юга.
      В свободное от показных служб время жрецы занимались физической подготовкой: иногда на монастырь нападали раздосадованные варварские князьки, в чьих тупых головах никак не могла поместиться мудрость Чаши Прозрения. Честно говоря, Сабороманн, и сам не понимал большинство из видений, потому и старался пореже заглядывать за черту безумия, к чему обязывал и братию - дурные примеры, когда безумцы из его свиты провозглашали себя богами, а потом бросались на окружающих с оружием - были редки, но все же были.
      Чтобы братия не сходила с ума, в глубине храма жили женщины, некоторые "монахи" уже успели обзавестись потомством, благодаря чему не спешили возвращаться к иллюзиям, а если и приходилось отправляться в путешествие на пару с очередным страждущим, то делали это строго по жребию.
      В общем, жизнь в отсутствие посетителей (а тех лютой зимой днем с огнем не заманишь) была хорошая. Добротные каменные дома держали тепло. Припасов хватало с избытком. Да и женщин приходилось в среднем по две-три на каждого.
      Сабороманн все свободное время занимался различными алхимическими изысками. Именно он один раз, перебирая древние записи, изготовил нечто похожее на легендарную "разрыв-траву", которой и снабжал войска гиперборейцев, ходивших далеко на юг штурмовать и неприступные крепости Хор-Мегиддо, и каменные утесы Саддама и Хеморры. Он довольно усмехнулся - еще долго в своих преданиях нечестивые потомки развращенных южан будут писать о страшных гогах и магогах, князях Росс, наводящих ужас и трепет.
      В последнем случае Скловен сильно переборщил, не учтя рекомендаций жреца, закатив в штурмуемые города с верхних утесов скал по нескольку возов "разрыв-травы". И едва не поплатился титулом вождя, поскольку в разрушенных городах с мерзкими поклонниками Мебафота, мало что уцелело. Трофеи для гиперборейцев были очень важны.
      Варварские князьки, опасаясь тяжелой всесокрушающей конницы Скловена, все реже и реже осмеливались нападать на капище. Сам вождь, хоть и с предубеждением относился к культу Чернобога, но человек был хороший, да и неплохо разбирающийся в древних языках, во время своих кратких визитов, удивляя Сабороманна своим юношеским пылом воителя, готового хоть сейчас идти искоренять все мировое зло за тридевять земель. Хотя когда они познакомились в первый раз, тому уже было за сорок.
      Обняв молодую девицу, он уже готовился отойти ко сну, когда в дверь покоев вежливо, но настойчиво постучали. Жрец Чернобога, накинул теплую шубу (лентяи - забыли подправить входную дверь) чуть не столкнулся с испуганным младшим послушником, несшим дозорную службу.
      – Повелитель! Мы с братом Сабуром несли дозорную службу в башне охраны, когда появился гиперборейский князь!
      – Сейчас! Но дороги уже месяц как непроходимые!
      – Он один и без коня!
      – Быть того не может! Это его призрак!
      – Мы так и подумали, но, велик Чернобог! Он ранен и истекает кровью.
      –Так веди скорее! - Верховный жрец был раздражен медлительностью своего последователя.
      Скловен лежал в одном из главных помещений, израненный и замерзший. Но кровь, несмотря на все усилия жрецов-лекарей (а те и не таких на ноги ставили), не унималась. Оглядев черные наплывы вокруг ран, Сабороманн сразу все понял.
      – Да, князь, попал ты в жесткую сечу!
      Ответом ему был все еще твердый, но звучащий глухо голос.
      – Да, жрец, не думал, что душа моя отойдет к предкам у тебя в берлоге!
      – Подожди, сейчас я помогу тебе согреться. - Сабороманн приказал стоявшим поодаль двум фигурам в темных закутанных одеяниях подойти.
      Замерзшего война можно было пробудить к жизни только таким способом, а именно: согреть его женским теплом.
      Скловен махнул рукой.
      – Подозревал я, что у тебя тут жизнь веселая, но не надо, тепло только заставит кровь идти быстрее. Стрелы этих уродов были смазаны кровью какой-то гадости, может, той самой, что я прикончил!
      – Где? - В глазах жреца мелькнул огоне любопытства, все-таки было интересно получить в свои руки труп неведомого существа, из плоти которого по древним книгам можно было бы много чего приготовить.
      – И не думай! Знаю я твои штучки! Рад бы помочь твоим опытам! - Сквозь зубы усмехнулся Скловен. - Ты так и меня в расход пустишь. Но той твари нет, как только я ее порубил - сгорела синим пламенем. А люди - тех уж снегом занесло на десять локтей. По весне полярные волки от них костей не оставят! Ты лучше подлей своего снадобья!
      – Но оно убьет тебя, князь! В таком состоянии! - Сабороманн замахал руками, распихивая младших жрецов, и сам принялся втирать свои снадобья в раны гиперборейца. Случись что с князем в его палатах - мстительные подручные Скловена камня на камне не оставят от его капища.
      – Да! Но мне нужно время, ты и отсутствие чужих ушей!
      Отвар грибов и горячая прозрачная жидкость, казалось, вернули князю здоровье. Кровь из ран почти перестала идти. Сабороманн убрал причудливую чашу с пьянящим напитком.
      – Я весь внимание, мой господин!
      – Сабороманн, мы знаем друг друга уже двадцать лет… за все это время мои люди ни разу не могли упрекнуть тебя…
      – Да, князь, мы, дети Чернобога многим обязаны тебе!
      – Пустое… Сабороманн, мы, гиперборейцы, не любим колдунов, служащих Древним демонам, ты - редкое исключение, твоя сила от знания, а не от слепого преклонения и человеческих жертвоприношений Темным силам. Потому и вера твоя (князь усмехнулся, вспоминая женщин), хоть и не близка нашей, но не вызывает неприязни. Скажи мне, что бы ты отдал, чтобы поквитаться с Древними Дьяволами?
      – Жизнь, мой князь. Когда-то я был тоже молод, имел семью и оккультные науки меня мало интересовали. Но мой народ почти уничтожили варвары юга, шедшие под знаменем Мебафота. Я остался один без привязки к земле и любимым с такими же бездольными странниками, которых всякий правитель готов втоптать в грязь.
      – Хорошо! Дальше… продолжай. Еще некоторое время я буду в полной трезвости ума, потом ты отведешь мою душу в последний путь…
      – Древние дьяволы, по преданию то ли укрылись глубоко под землей, то ли находятся далеко на небе! - Жрец опасливо воздел руку. - Они не бессмертны, но и не могут получить потомства обычным путем.
      – Да, не бессмертны! - Мечтательно подумал Скловен, грезя об армадах бронированной конницы и закованной в стальные зеркальные латы пехоты, пламенным оружием изводящих мировую скверну.
      – Они скрылись и где-то спят, ждут своего часа. Но отдельные их представители остались в этом мире, став кровавыми богами Юга. Орды дьяволопоклонников в разных странах всегда готовы ввергнуть наш замерзающий мир в царство теней. Иногда мне кажется, что надвигающийся холод - это кара людям за их безбожную и нечестивую жизнь. Но где найти этих богов истинных? Кому служить, чьей волею и поддержкой заручиться?

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15