Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Дыхание смерти

ModernLib.Net / Крутой детектив / Вильямс Чарльз / Дыхание смерти - Чтение (стр. 9)
Автор: Вильямс Чарльз
Жанр: Крутой детектив

 

 


Чертыхаясь, пошел в ванную, сдернул с себя галстук и рубашку.

Пока я намыливался и брился, она убиралась в спальне.

Когда я вышел, она сказала:

– Мне нужно что-то, куда класть деньги.

– Мы можем по пути купить портфель. Нет, подожди, а что у тебя в чемодане?

– Ах да! Я совсем забыла. Он достаточно вместителен, а старая одежда мне все равно не нужна.

Она вернулась в спальню и вышла с чемоданом.

Оставалось только надеть пиджак, и мы были готовы.

– Пошли, – сказал я.

На улице по спине вновь поползли мурашки, но, подходя все ближе к машине, я успокаивался. Потом мы сели в машину, и я достал темные очки.

Ехали медленно. Движение стало интенсивным, день стоял солнечный, и в пиджаке было невыносимо жарко. Я внимательно следил за светофорами, за другими машинами: попасть сейчас в аварию было бы гибелью.

Однако ничего не случилось. Лишь раз нас догнала патрульная машина и немного проехала рядом. Я занервничал, но полицейские не обратили на нас внимания.

Мы находились теперь в центре города, в ряду тесно движущихся машин. Я не мог повернуть налево, на Эвелин-стрит, где находились Прибрежный и Третий национальный банки. Пришлось сделать объезд.

Когда я в первый раз проехал по Эвелин-стрит, то не нашел места для парковки. Во второй раз посчастливилось: освободилось место совсем неподалеку от Прибрежного банка.

Остановившись, я достал первые два ключа и отдал Мадлон:

– Я буду ждать здесь. Когда ты разделаешься с Прибрежным банком, иди в Третий национальный. Потом вернешься и встанешь вон там, на углу. Там я смогу повернуть налево. Я увижу тебя, подъеду, ты сядешь, и мы направимся к Кредитной компании.

Она подмигнула мне и улыбнулась:

– Полюбуйся на походку Сузи!

Она была спокойна. Вышла из машины и взяла с собой чемоданчик.

Я посмотрел вслед. Вот она перешла улицу и поднялась по лестнице в банк.

Мне оставалось только ждать. Я ждал и нервничал. Сидеть у всех на виду было мучительно. Я курил одну за другой сигареты и каждую бросал в окно после нескольких затяжек. Чтобы с улицы никто не мог разглядеть меня, я все время делал вид, будто ищу что-то в отделении для перчаток.

Мимо медленно проехала полицейская машина. Я еле перевел дыхание.

Было жарко. Я вдруг поймал себя на том, что начал считать. Не имею понятия, что именно считал, просто называл про себя числа.

Потом попытался мысленно проследить за Мадлон. Где она находится сейчас? Она должна пройти в глубину банка, затем вниз по лестнице, потом через большую стальную дверь. Расписывается в карточке, передает ключ дежурному. Они идут к сейфам. Затем она подходит к своей ячейке, отпирает сейф, открывает дверцу, берет деньги, кладет в чемодан и выходит из хранилища. Поднимается по лестнице, проходит через помещение банка, выходит на улицу…

Я уставился в зеркало заднего вида. Вот и Мадлон, нет – Сузи!

Вышла из банка, спустилась по лестнице и засеменила через улицу позади меня. Потом свернула на тротуар и улыбнулась. Мне показалось, что она подмигнула.

Я снова сидел и смотрел на часы. Прошло полчаса. За парковку платить пять центов придется ей, иначе мне надо самому выходить из машины. А выходить я боялся.

Стрелка часов передвинулась на три минуты, когда я увидел ее снова: она переходила улицу. Остановилась на углу и ждала меня.

Я подъехал, она села в машину. Моя рубашка была мокрая от пота, руки дрожали.

– Ну как? – спросил я. – Все Прошло гладко? Никаких затруднений не было?

Она тихо засмеялась:

– Никаких. Езжай медленно, чтобы ты мог остановиться у следующего светофора. Я хочу кое-что показать тебе.

Загорелся красный. Я остановился.

– Ну, показывай, – сказал я, и горло мое сжалось. – Показывай!

Чемодан лежал у нее на коленях. Она открыла замки и, улыбаясь, посмотрела на меня:

– Вот.

Она подняла крышку на несколько сантиметров. Я заглянул туда и забыл обо всем на свете. Зрелище было потрясающим. Толстые, толстые пачки денег!

Я бы с удовольствием запустил туда обе руки.

– Смотри, – прошептала Мадлон.

Она сунула в чемодан руку в белой перчатке, разорвала бандерольку и стала медленно перебирать банкноты, причем делала это с нежностью.

Глядя на нее, я вцепился в рулевое колесо до боли в пальцах.

Наконец Мадлон закрыла крышку чемодана. Я достал из кармана третий ключ и передал ей. Мы все еще стояли у светофора в ожидании зеленого света.

Когда она убрала в чемоданчик ключ, я сжал ей руку. Она пылко ответила на пожатие.

– Когда все будет закончено, – прошептал я, – давай еще раз вернемся в мою квартиру. Всего на несколько минут. Сузи не против этого?

Мадлон обернулась и посмотрела на меня, полузакрыв глаза.

– Нет, – с дрожью в голосе произнесла она, – я не против. Отдадим дань Венере, богине любви.

Это было прекрасно, это было замечательно. Меня так увлекли мысли об удаче, что я проглядел смену светофора.

Мадлон плевала на все на свете и вообразила, будто может наплевать и на меня. Но теперь мы вернемся ко мне домой, чтобы окончательно отшлифовать трепещущую жадную Сузи, а когда все будет закончено, я уеду один вместе со ста двадцатью тысячами долларов и ни с кем не стану делиться. Но и это еще не все. Настоящим шедевром будет то, что я без принуждения раздену ее, а потом выброшу одежду в мусоропровод.

Позади нас стали сигналить. Я очнулся от блаженных мыслей.

Мне повезло. Автомобильная стоянка находилась всего в пятнадцати метрах от роскошного, украшенного мраморными колоннами входа банка Кредитной компании.

Ждать оставалось всего несколько минут.

Я попытался закурить сигарету, но руки дрожали. Медленно проехал мимо полицейский на мотоцикле. Спина моя превратилась в кусок льда. Но он поехал дальше, даже не взглянув в мою сторону. Я с облегчением вздохнул.

Потом повернул зеркало заднего обзора так, чтобы видеть вход в банк, не поворачивая головы. Руки я положил на сиденье и сжал, чтобы унять дрожь. Я думал о деньгах, думал о спальне с опущенными жалюзи, думал о Сузи. Я снова начал считать и попытался сосредоточиться на цифрах, чтобы снять напряжение.

Это не может продолжаться более пяти минут. Долго ли она отсутствовала? Я не имел понятия. Время перестало существовать, и весь мир затаил дыхание.

Потом я увидел ее.

Она вышла из банка, спустилась по лестнице и пошла по тротуару к машине. Я глубоко вздохнул.

Теперь надо только немного проехать до своего дома.

Я включил мотор и протянул руку, чтобы открыть дверцу. Она посмотрела мне в глаза и рассмеялась. И не остановилась.

Она пошла дальше, мимо машины, и слегка помахала тремя пальцами руки, в которой держала чемоданчик.

Дьявол!

Держась за ручку дверцы, я застыл от ужаса. Меня словно парализовало, стало дурно. Передо мной разверзлась пропасть.

Мадлон шла по улице не спеша, покачивая бедрами.

Не сознавая, что делаю, я механически повернул руль и выехал на улицу. Какая-то машина завизжала тормозами, и водитель, высунувшись из окна, заорал на меня. Я не обратил внимания; продолжая лавировать между другими машинами.

Все казалось мне нереальным, словно происходило в кошмаре. Какой-то водитель повернулся ко мне, и я пригнулся, чтобы он не разглядел моего лица.

Моя машина ползла дальше, сзади сигналили. Я доехал до перекрестка, на светофоре горел красный свет. Я остановился. Мадлон среди других прохожих ждала зеленого. Я губами говорил: «Иди сюда», но она отвернулась.

Вспыхнул зеленый. Она сошла с тротуара. Я поехал через перекресток. Тогда она вернулась назад на тротуар и пошла в сторону. Я уже проехал слишком далеко, и мне нельзя было поворачивать, но я все-таки повернул.

Вокруг начинался хаос. В глазах потемнело, вокруг все кружилось, как в водовороте. Левым крылом я задел машину, стоявшую у перекрестка. Послышался резкий свисток, но я двинулся дальше и ударил другую машину.

Теперь повсюду слышались свистки. С противоположного угла ко мне направлялся полицейский. Я прибавил газу и бампером оттолкнул машину справа. Обе улицы были забиты остановившимися автомобилями. Но видел я лишь Мадлон, не спеша идущую по улице.

Я затормозил и распахнул дверцу. Двое полицейских уже спешили ко мне. Из машин, на которые я наехал, выскочили какие-то люди. Снова свистки. Я выбежал на тротуар, но меня тут же окружили и пытались задержать.

Все вокруг исчезло, я видел только Мадлон. Вокруг меня был темный галдящий хаос, а там, по улице, шла Мадлон Батлер с деньгами. И если она скроется, меня посадят на электрический стул. Я закричал, указывая на нее:

– Мадлон Батлер! Вот идет Мадлон Батлер!

Никто меня не слушал. Никто не обратил на нее внимания. Неужели никто ее не видел?

Меня схватили. Держали за горло, тянули за руки. Все рычали на меня. Завыла сирена. Лица расплывались перед моими глазами. Я ударял по ним кулаками, они исчезали, но появлялись другие, их становилось все больше и больше. Я пытался силой продвинуться дальше по тротуару. Ведь Мадлон была совсем недалеко, ее локоны цвета меди блестели на солнце, бедра покачивались, а в руке был маленький чемоданчик со ста двадцатью тысячами долларов.

Меня ударили по голове, я упал на колени между стоящими машинами, но все равно начал протискиваться между ними.

– Остановите! – кричал я. – Остановите Мадлон Батлер!

Меня снова схватили. Посыпались удары, однако я почти не ощущал их и рвался вслед за Мадлон.

И в тот момент, когда я почти добрался до нее, она обернулась и взглянула мне в лицо – холодно, высокомерно, с отвращением. И ушла, покачивая бедрами.

Кровавая слюна текла у меня изо рта. Я слышал свое собственное рычание, слышал его сквозь удары и шарканье десятков ног по асфальту.

Прежде чем окончательно свалиться от пинков и ударов, я еще раз увидел ее. В последний раз качнув бедрами, она свернула за угол и исчезла.

Глава 21

Я не сошел с ума. Поверьте, я такой же нормальный, как и вы.

Представьте себе: Мадлон Батлер все еще жива. Понимаете? Жива и смеется. Она на свободе.

И у нее сто двадцать тысяч долларов.

Пятеро пытались отнять у нее деньги. Двое из них – покойники, двое сидят в тюрьме, а теперь и я за решеткой.

Полицейские могут в любое время найти ее, но только качают головами, когда я уверяю их, что она жива.

Она выкрасила волосы в рыжий цвет и живет под вымышленным именем. По виду она легкомысленная девица с соответствующей походкой и манерами, однако она – Мадлон Батлер. После ареста меня двадцать четыре часа допрашивали. Я сидел под яркой лампой, а они в полутьме, и без конца задавали вопросы. Они очень долго спрашивали, куда я дел деньги, пока я не стал просить, умолять оцепить все аэропорты, вокзалы и автобусные станции, чтобы она не удрала. Наконец я заснул на стуле под ярким светом большой лампы.

Теперь она, конечно, была уже далеко, но я же могу доказать им, что не убивал ее.

Наконец мне дали адвоката, и я пересказал ему всю историю с десяток раз, пока он мне не поверил. По его просьбе полиция согласилась обыскать мою квартиру. Там должны быть ее вещи. Можно установить, в каких магазинах они куплены. Это убедит их, что Мадлон Батлер жила в моей квартире.

Но они ничего не нашли. Абсолютно ничего! Ни пижамы, ни халата, ни туфель, ни шляпной коробки, ни пакетов из-под новых платьев. Не нашли даже окурков со следами губной помады, никаких отпечатков пальцев на бутылках виски и бокалах. Не было следов губной помады и на подушке и полотенцах, не было остатков средств для завивки и краски для волос.

Они сделали вывод, что никакой женщины в квартире вообще не было.

Постепенно мне все стало ясно. Она не могла войти в квартиру после моего ареста, так как не имела ключей, но все необходимое проделала перед нашим отъездом, пока я брился. Она все вытерла, вычистила, а свои платья и другие вещи выбросила в мусоропровод.

Она сделала все то, что хотел сделать я, только раньше.

В кармане моего пиджака они нашли письмо. Спросили, как это понять: я прятал от полиции Мадлон Батлер в своей квартире и написал письмо в полицию, указывая, где ее можно найти..

Я попытался объяснить. Однако история с деньгами доконала меня. Она-то и была причиной, по которой полиция отказалась эксгумировать тело Дианы Джеймс, на чем особенно настаивал мой адвокат.

Почему? Отвечу: никто не видел Мадлон Батлер после того, как я ударил по голове полицейского. Чарисса утверждала, что я вместе с Мадлон уехал из домика на озере, и убеждена, что один из нас должен был убить другого. Служащий бензоколонки в маленьком городке, через который я проехал ночью, заявил, что в машине я был один.

Однако и это еще не все…

Двое регулировщиков уличного движения и двое патрульных полицейских сказали, что только семеро мужчин с трудом смогли меня связать. А утверждение, будто на тротуаре была Мадлон Батлер, все сочли за галлюцинацию, плод моего помешательства.

Было опрошено двадцать свидетелей, и все они заявили, что не видели женщины, сколько-нибудь похожей на Мадлон Батлер.

Восемь человек показали, что видели безвкусно одетую рыжую девицу в большой шляпе, и, если я утверждаю, что это была Мадлон Батлер, значит, я окончательно рехнулся.

Допросили мальчиков, которые видели, как я выбросил приемник. Они сказали, что отдали его в ремонт и мастер заявил им, что внутри кто-то поковырял ножом. Мастер подтвердил свои слова под присягой.

Словом, они решили, что чувство вины вызвало у меня помешательство. И я изуродовал приемник ножом, потому что из него долго слышал о женщине, которую убил. И спал я на берегу моря, так как мне чудилось, будто она находится в моей квартире, и вообще в каждой женщине я видел Мадлон Батлер.

И все же не это стало решающим. Главной оказалась история с деньгами. Это произошло, когда полицейские вернулись из моей квартиры. В ответ на все, что я им говорил, они отрицательно качали головами, а то и вовсе не слышали меня. Однако, когда я в пятнадцатый раз объяснил им, каким образом Мадлон взяла деньги из банка и скрылась, они согласились заняться проверкой. Но предупредили, что если и это окажется такой же чепухой, как все предыдущее, то на этом следует и закончить. Они по горло сыты проверкой моих бредней. Я вздохнул с облегчением. Теперь-то уж они получат доказательства того, что я не сумасшедший.

Они проверили мои утверждения, допросили служащих всех трех банков. Но ни миссис Генри Л. Кастерс, ни миссис Люсиль Мэннинг, ни миссис Джеймс Р. Хэтс не арендовали сейфов.

Там даже не слышали о таких людях. И ни одна женщина, хотя бы отдаленно подходящая под мое описание, в этот день ничего не брала из сейфов.

Напротив, заявили они, миссис Мадлон Батлер, президент основанного ею исторического общества, уже несколько лет пользовалась сейфами этих банков. В них она хранила документы и фамильные бумаги.

Когда я узнал об этом, им пришлось вызвать надсмотрщиков и связать меня.

Иногда на меня находит даже и теперь – я начинаю кричать, рычать и смеяться, когда вспоминаю о том, что эти сто двадцать тысяч долларов четыре дня и четыре ночи лежали в моей квартире. Либо в ее чемоданчике, либо под матрацем.

А сообщения по радио Мадлон действительно не слышала, я сам ей сказал, что полиция ищет меня, а не ее. Она, вероятно, и сама догадывалась, но, не. желая рисковать, решила сначала сделаться настоящей Сузи Мэмбли, а уж потом скрыться.

А возможно…

По ночам я просыпаюсь от собственного крика.

Возможно, она и не собиралась обманывать меня. Может быть, она всерьез собиралась уехать вместе со мной и только не хотела раньше времени раскрыть тайну нахождения денег. И для этого делала вид, будто берет деньги из банков.

Теперь думайте сами. Я не мог догадаться и уже никогда не догадаюсь. Впрочем, не исключена и такая возможность: пока я брился, она нашла в кармане моего пиджака письмо, адресованное в полицию.

Это хоть как-то объясняет, почему она под конец устроила мне такой спектакль. Первый банк – Прибрежный – стоял на углу, и она могла выйти из него через боковую дверь и скрыться. Так было бы проще и безопаснее для нее. А если она прочитала мое письмо? Тогда она показала мне деньги и разыграла свою роль лишь для того, чтобы я не скучал и чтобы мне было над чем подумать потом.

Теперь вы понимаете, почему я просыпаюсь по ночам? Виной этому сон.

Я сижу в машине и жду, когда Мадлон выйдет из последнего банка. Вот она семенит ко мне по тротуару, ее волосы цвета меди блестят на солнце, улыбка обольстительная, бедра покачиваются. И я думаю о том, как через несколько минут мы войдем в мою квартиру.

Жалюзи опущены, в комнате полумрак, возле кровати – чемодан со ста двадцатью тысячами долларов, а на полу наспех сброшенные нейлоновые чулки…

Но она машет мне тремя пальцами левой руки и уходит по улице. А я сижу в машине, зажатый толпой автомобилей, и две сотни полицейских ловят меня. Тут я просыпаюсь и кричу.

Я уверен, что и вы чувствовали бы себя точно так же на моем месте.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9