Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Д.Н.К. - Москва никогда

ModernLib.Net / Владимир Брайт / Москва никогда - Чтение (Ознакомительный отрывок) (стр. 4)
Автор: Владимир Брайт
Жанр:
Серия: Д.Н.К.

 

 


Легко бросаться подобными фразами при росте метр восемьдесят три! Так же как легко говорить «Деньги еще не все», если на банковском счете лежит приличная сумма. Когда нет ни того ни другого, быть хорошим человеком намного труднее. Почувствовав слабость, каждая сволочь походя вытрет о тебя ноги, а затем еще плюнет в спину.

По крайней мере, так обстояли дела на пороге его тринадцатилетия. И не факт, что с течением времени ситуация изменится в лучшую сторону. Во всяком случае, «Карпик» в перемены к лучшему не очень-то верил. Поэтому из вариантов:

а) Умный. Маленький. Хороший. Слабый;

б) Умный. Маленький. Злой. Сильный

выбрал второй. После чего открыл для себя еще одно важное правило: «Чтобы добиться определенного положения в обществе, нужно убрать с дороги всех конкурентов, при этом основательно вывозившись сначала в дерьме, а потом и в крови».

Страх подчиняет людей намного эффективнее добрых слов, будто вездесущая плесень, пуская глубокие нити-корни в сердцах даже самых сильных людей. Те самые корни, что уже невозможно вырвать, как ни старайся. Научившись контролировать свой страх и внушать его другим – возвышаешься над толпой. Так, как это сделал маленький мальчик, для которого школа оказалась испытательным полигоном. Местом, где закладывался фундамент будущих побед и на практике обкатывались навыки, необходимые в жизни.

В двенадцать над ним смеялись. В четырнадцать стали считаться. В пятнадцать уважали. Ближе к семнадцати откровенно боялись.

Опыт, приобретенный Лёшей Карпиным на школьной скамье, пригодился в дальнейшем. К тридцати он уже не просто «уверенно стоял на ногах», но и благодаря связям отца и своей фанатичной работоспособности занимал серьезный пост в силовой государственной структуре.

Карьера складывалась более чем удачно, и до определенного момента не было особых поводов для беспокойств. Но после начала передела сфер влияния в родном ведомстве и череды громких «несчастных случаев» заматеревший Карп всерьез задумался о личной безопасности.

Смерть великого Цезаря, заколотого заговорщиками-сенаторами под предводительством Брута, – наглядный исторический пример того, что никакой, даже самый высокий, пост не спасет от козней врагов и предательства. Умных людей уроки истории заставляют задуматься. Глупых – в сотый раз наступать на одни и те же грабли. Так как Алексей Петрович Карпин был человеком умным, то, не откладывая дело в долгий ящик, приступил к решению этой проблемы.

Самым простым и эффективным решением было обзавестись высококлассными телохранителями. Наемники хороши во всем, кроме одного – преданность, купленная за деньги, рациональна. Она базируется на трезвом расчете, а не личной привязанности или чувствах. Бьются до последнего и стоят насмерть за Родину, великую идею или близких людей, а не за зарплату. Даже очень высокую.

В краткосрочной перспективе этот вариант был лучше, чем ничего. С прицелом на будущее нужно было вырастить и воспитать собственные кадры, на которые можно будет положиться в любой ситуации.

Несмотря на то что передел сфер влияния в конторе не затронул Карпина, он все же завел телохранителя, по документам проходящего как личный водитель. Надо признать, с Палычем ему повезло: молодой сутулый парень, с виду квелый да вялый, будто с похмелья, равнодушно взирал на мир выцветшими голубыми глазами. Ни дать ни взять недалекий деревенский алкоголик, подобранный и пристроенный на теплое место сердобольным родственником. Только когда надо, этот псевдоалкаш сбрасывал маску и, преображаясь до неузнаваемости, становился на редкость эффективным бойцом. Официально в его послужном списке числилось пять трупов. Сколько неофициально, Карп не знал и не спрашивал. Хотя после того, что он сделал для Палыча, тот бы сказал. Признался, как на духу – двенадцать. Потому что с первого взгляда понял – розовощекий маленький колобок, вытащивший его из тюрьмы, только с виду мягкий да рыхлый. Внутри – чистый кремень.

В общем и целом, люди нашли друг друга. Сработались. Тем не менее идею о «собственноручно выращенных кадрах» Алексей Петрович не оставил. Взрослые есть взрослые, тогда как из несформировавшейся личности можно вылепить все что угодно. Было бы желание, терпение и время.

Воспользовавшись доступом к федеральной базе данных, Карпин стал пристально следить и систематизировать информацию, поступающую из детских домов. Хотя и не сразу, его старания оказались вознаграждены. Спустя пару месяцев, на глаза попалась информация о попытке суицида в провинциальном доме сирот.

На первый взгляд в случае не было ничего примечательного. Не выдержав издевательств старших, одноногий калека вскрыл себе вены. Однако при ближайшем рассмотрении сопутствующих обстоятельств Карп понял, что нашел подходящего кандидата.

Как показало дальнейшее развитие событий, он не ошибся.

Чтобы вести за собой остальных, вожак должен быть сильным. Не столько физически (имплантаты, тренировки и современное вооружение в конечном итоге сделают свое дело), сколько духовно. Чего-чего, а силы духа в этом мальчишке с избытком хватило бы на дюжину сверстников.

Хотя и не сразу, но Карпин все-таки стал для Флинта старшим другом и отцом, заменившим погибшую семью. Наставником, сделавшим из безногого заморыша нормального человека. Ведь в отличие от мерзавцев, не помнящих добра, нормальные люди не забывают, кому обязаны своей жизнью и положением.

Как не забыл этого Флинт, согласившись навсегда связать себя с булом. Причем сделал это не из-за стремления выделиться из общей массы, а исключительно по просьбе новообретенного отца, за которого, если понадобится, был готов умереть.

И, доказывая свою преданность, умирал несколько раз…

Часть вторая

Война без правил

Глава 10

Убивая своих

21.41 по восточноевропейскому времени

4 часа до начала штурма Москвы

Когда-то давно, на заре компьютерной эры, существовал ряд программ, моделирующих ту или иную ситуацию. Затем мелькание цветных картинок на допотопных мониторах заменила виртуальная реальность – улучшенный вариант компьютерных технологий. Со временем на смену ей пришел серверный комплекс АРС – «Аналитический регулятор сознания». На основе которого в конечном итоге ученые создали настоящего монстра с длинным трудно запоминаемым названием: «Преобразователь генерируемых мозгом гамма-волн в пересекающемся поле Дайфтона».

Тот, кто хоть раз побывал в шкуре подопытной морской свинки, испытав на себе воздействие этой технологии, называл долбаный «ПГМГППД» не иначе как «Радуга смерти». По той простой причине, что, ложась в специальном костюме в капсулу, наполненную биораствором, человек не просто погружался в глубокий транс. Он становился частью заранее смоделированного мира, воспринимая его как единственно возможную реальность, где все было настоящим: боль, страх, адреналин, бьющие через край эмоции. Мнимой оказывалась только смерть. Правда, об этом можно было узнать, лишь очнувшись на «том свете». При ближайшем рассмотрении оказавшемся «этим».

Со времен первых примитивных компьютерных симуляторов реальности прошло более семидесяти лет. За это время технологии вчерашнего дня сделали гигантский скачок вперед, позволив сознанию человека полностью раствориться в смоделированном компьютером мире. На смену допотопным клавиатурам и датчикам, анализирующим движение, пришли специальные костюмы и капсулы с биораствором. Все изменилось, и только смысл жестоких забав остался прежним. Великовозрастные «мальчики» играли в ненастоящую войну, чтобы выяснить, кто из них самый лучший. Если не в жизни, то хотя бы в виртуальном киберпространстве.

За пять лет я шесть раз побывал в «Радуге» и дважды выжил. Говорят, со временем человек привыкает ко всему. Опираясь на личный опыт, замечу, что это не так. К агонии привыкнуть нельзя. Даже если очень сильно постараться. Каждая такая виртуальная смерть – не просто жесточайший психологический стресс, но и чудовищное потрясение, которое невозможно выразить простыми словами.

«Лишь тот способен мир изменить, кто сам умирал не раз».

Безымянный автор этих строк определенно знал, о чем идет речь. Несмотря на то что сделал это задолго до изобретения чертовой «Радуги».

Отличительной особенностью «ПГМГППД» было то, что обычные люди не участвовали в жестоких играх. Ни до наступления конца света, ни – тем более – после. Слишком дорого и опасно. Огромные энергозатраты, помноженные на возможность необратимого нервного срыва, превратили «Преобразователь» в своеобразный тренажер элитных спецподразделений. Или в дорогостоящую забаву сильных мира сего, ищущих новых, ярких, неизведанных доселе ощущений.

Раньше во всем мире насчитывалось пятнадцать таких центров. На сегодняшний день в рабочем состоянии поддерживались два. Один – в Москве, второй – в Лондоне. Хотя лучше бы их не осталось вообще. Воскрешение – лучшее, что может случиться с обычным смертным. При условии, что для этого не потребуется предварительно сгореть заживо. Иначе цена столь щедрого «подношения» оказывается неоправданно высока.

Для Якудзы погружение в «Радугу» было вторым в жизни. Все остальные, за исключением Герцогини, уже несколько раз перемалывались в лопастях безжалостной мясорубки. В любом другом случае ее можно было поздравить с удачным боевым крещением – как-никак выжила. Такое с новичками случается крайне редко. Но, в свете происшедшего, язык не поворачивался кого-либо поздравлять.

Оказаться жертвой насилия, чтобы затем, впервые в жизни, убить человека – такой стресс кого хочешь выбьет из колеи. И уже не имеет значения, что это произошло не в реале. Для ее сознания все было настоящим. Как принятое решение, так и само убийство.

Нет, определенно, с какой стороны ни посмотреть, это был на редкость дерьмовый виртуальный поход за «Славой и приключениями». А главное – совершенно бесцельный. Я так и не понял, зачем вообще понадобилась столь изощренная западня. Какой смысл стравливать между собой две команды, принадлежащие к разным силовым ведомствам?

Мои люди и до этого не особо жаловали одиозную «Пятерку», а уж после случившегося натянутые отношения превратятся в нескрываемую вражду. Невозможно отрешиться от происшедшего, просто сказав себе, что «это была лишь игра». Не знаю, как насчет убийства, но пару ребер кое-кому я бы с удовольствием переломал. И врезал между ног так сильно, чтобы запомнилось навсегда. После чего прошелся по…

– Отлично сработали! – стоящий на пороге комнаты Карп, редко высказывающий эмоции на людях, сейчас жизнерадостно улыбался. – Молодцы ребята! – ни дать ни взять добродушный Оле Лукойе, рассказывающий сказки доверчивым детишкам.

Судя по бледным нахмуренным лицам оживших мертвецов в целом и перекошенного от гнева и отвращения Герцогини – в частном, никто не пришел в восторг от комплиментов начальства.

«Сегодня ты восхитительно выглядишь, душенька! – всплеснув руками, воскликнула пышнотелая мисс Прингстон, глядя на аппетитно поджаренную корочку отлично запекшейся курицы. – Намного лучше, чем вчера на птичьем дворе!!!»

Он и сам понял, что выражение радости в создавшейся ситуации, мягко говоря, неуместно. Поэтому закончил подчеркнуто сухим деловым тоном:

– Всем спасибо. Флинт, ты мне нужен.

Сообщив, что хотел, не оглядываясь, покинул комнату.

«Морж, за мной!» – мысленно приказал я.

– Флинт, спроси его, какого… – начал было Валет, вставая с массажного кресла. Но осекся – приказы командования, бросающего войска в бой, не обсуждаются.

«Непременно спрошу», – решил про себя я и, быстро догнав низкорослого Карпина, угрюмо поинтересовался:

– Неужели в этой бойне была такая необходимость? Уж Герцогиню в первый раз можно было пожалеть…

– А как ты думаешь? – в своей привычной манере, вопросом на вопрос, ответил он.

– Ты никогда ничего не делаешь просто так, без причины.

Умей Морж разговаривать, он бы не задумываясь согласился с моими словами.

– Рад, что хотя бы ты это понимаешь.

– В отличие от моих людей, я всегда тебя понимал.

– У них не останется вопросов, после того как расскажешь то, что узнал от меня.

Это был один из тех редких случаев, когда Карпин решил ввести подчиненных в курс дела.

Я уже давно успел привыкнуть к тому, что человек, которому был обязан если не всем, то очень многим, в подавляющем большинстве случаев использовал команду втемную, предпочитая не опускаться до объяснений.

Должно было произойти нечто из ряда вон выходящее, чтобы сподвигнуть Карпа на откровение. И, положа руку на сердце, мне все это очень не нравилось. Бойня в «Радуге», затем непонятные шпионские игры… Создавалось впечатление, что отдельные фрагменты извилистой цепочки неумолимо складываются в зловещую петлю мертвеца.

Предчувствие надвигающейся беды усилилось, когда вместо того, чтобы свернуть налево в коридор, ведущий к его личному кабинету, мы прошли мимо.

Перехватив мой удивленный взгляд, Карп пояснил:

– Сейчас такое время, что ни в чем нельзя быть уверенным наверняка. Нам будет лучше поговорить в другом месте.

Лучше, так лучше. Я предпочел промолчать. С высоты своего положения начальству виднее, что, как и где нужно делать.

Оставшуюся дорогу молчали. Миновав лабиринт запутанных коридоров, спустились в подвальное помещение. Прошли несколько сквозных комнат, в конечном итоге оказавшись в небольшом тупике. Открыв обычным ключом (в эпоху магнитных карточек и цифровых замков это было большой редкостью) ветхую деревянную дверь с облупившейся краской, зашли в неосвещенную подсобку. Прежде чем начать разговор, Карпин вытащил из кармана портативную «глушилку» – сканер исходящих сигналов. Активировав небольшой шар, поставил его на пол.

– Не буду ходить вокруг да около. На это нет времени, – в темпе начал он.

Слабое гудение вкупе с мерцанием прибора придавало происходящему в темном чулане некий налет дешевой таинственности, характерной для старинных приключенческих романов. Я молча кивнул, соглашаясь с тем, что в тайны уже наигрались с лихвой, настала пора для серьезного разговора.

– Кратко обрисую создавшееся положение, после чего отвечу на интересующие тебя вопросы. Итак, самое главное – в течение ближайших суток Москва подвергнется массированной атаке кадавров и, если не произойдет чуда, падет. Лично я в чудеса не верю, поэтому исхожу из того, что через тридцать часов анклав превратится в пылающие руины, доверху забитые трупами.

– А… – начал было я, ожидавший чего угодно, только не этого, но он жестко одернул. – Вопросы позже!

Мои подозрения о надвигающихся неприятностях даже в самых смелых предположениях не заходили столь далеко. Почувствовав изменения в настроении хозяина, Морж напрягся.

«Все в порядке, – я мысленно успокоил була. – Опасности нет».

– Теперь, – как ни в чем не бывало продолжал Карп, – переходим к нашим сугубо личным делам. Как ты уже, наверное, понял, вас не просто так послали в «Радугу».

«Надеюсь, это действительно так», – подумал я, пытаясь собрать воедино хоровод разбегающихся мыслей, сконцентрировавшись на разговоре.

– Это была ставка. В преддверии предстоящих событий мне, кровь из горла, нужно получить два бронетранспортера «Пятерки».

Сам того не заметив, он наступил на свежую рану, воскресив в моей памяти лезвие ножа, пробившего горло. Чтобы отвлечься от неприятного воспоминания, я поднес руку к шее, помассировав ее.

Не обратив внимания на болезненную реакцию, Карпин продолжил:

– После недавних потерь «Пятерке» нужны люди. А твоя укомплектованная мобильная группа, состоящая из профессионалов с двумя бронированными джипами, – лакомый кусок для кого угодно.

Я уже давно привык к подобным метафорам, поэтому не стал акцентировать внимание на том, что мои люди – не пушечное мясо. И уж тем более – не предмет для ставок.

– Полагаю, нет нужды объяснять, какова истинная ценность чрезвычайно редкой бронетехники в наше время? – на всякий случай спросил он.

– Никакой, – ответил я вслух, про же себя подумал о том, что семь обученных бойцов на джипах с турелями намного эффективнее пары неповоротливых железных гробов.

– Условия пари были следующими: сходятся две четверки. У твоей команды в качестве бонуса бул. У противника – возможность устроить засаду. Никакой взрывчатки и автоматического оружия.

– Тогда к какой категории относятся замаскированные огнеметы? – как ни старался, я не смог скрыть горькой иронии.

Нас слишком много связывало. Неудивительно, что в разговорах наедине отношения «подчиненный – начальник» плавно отходили на второй план.

– С точки зрения установленных правил – все в порядке. Честно говоря, не ожидал, что они используют настолько допотопное оружие.

Приемный сын может простить названому отцу все. Остальные вряд ли будут столь же великодушны. «Команду лучше не посвящать в детали», – решил про себя я.

– Остальное ты знаешь. Выстрел Герцогини поставил финальную точку в игре, и теперь…

– У тебя есть два бронетранспортера.

– Да.

Почувствовав мое раздражение, он попытался оправдаться:

– Я сделал ставку на то, что их погубит излишняя самоуверенность. Как видишь, не ошибся.

Карп мог говорить что угодно. Я точно знал – основная ставка была сделана на Герцогиню с Моржом. И если абстрагироваться от цены, заплаченной женщиной за чужую победу, бесчеловечный расчет себя оправдал.

Что же касается печальной участи «Ветра-два», то у них изначально не было шансов. Лишние три человека не вписывались в условия спора. Мешающие фигуры убрали с шахматной доски, небрежно смахнув в сторону. Вот почему атака кадавров была столь неожиданной и эффективной.

– Это все? Или я должен узнать еще что-нибудь? – неприятно осознавать себя разменной монетой в чьей-то большой игре, даже если речь идет о войне, где ты – обычный солдат.

Прежде чем ответить, Карп выдержал паузу и лишь затем произнес:

– Осталось самое неприятное.

После того как на тебя выливают ушат концентрированного дерьма, услышать о «неприятностях» – почти то же самое, что получить удар под дых, когда этого ждешь меньше всего.

– Задание для двух человек. Ты знаешь своих людей лучше. Не хочу вмешиваться или советовать, хотя… Лично мне кажется, Магадан подойдет лучше всего.

После того как мне во всех подробностях объяснили суть предстоящей операции (заключавшейся в том, чтобы показательно зарезать как можно больше людей), я согласился с его выбором.

Кандидатура маньяка с топором, получившего пожизненный срок за бойню в госучреждении, действительно идеально подходила для предстоящего дела.

Глава 11

Магадан

С одной стороны, правда – одна на всех. С другой – у каждого своя, личная, шкурная правдочка. Ради которой можно пойти не то что на откровенную подлость, а кое на что пострашней. За примерами далеко ходить не надо. Достаточно вспомнить, как обошлись зажравшиеся толстомордые чиновники небольшого провинциального города с подведомственной им постройкой по адресу: улица Рахметьевская, дом 26 Б.

Ведь сколько раз жильцы говорили, писали, просили, умоляли, обращались и жаловались во всевозможные инстанции, указывая на аварийное состояние ветхого полувекового деревянного барака. Все бесполезно, как о стенку горох. Официальный ответ не менялся: «У города нет средств на выделение новой жилплощади».

Значит, на оплату учебы любимых отпрысков за границей средства есть. На роскошные усадьбы для себя и умопомрачительные меха для любовниц – тоже имеются. Элитные спортивные машины с трудно запоминаемыми названиями и космическим ценником? Всегда пожалуйста! Заплатите и распишитесь. Большое вам человеческое спасибо лично от радостных дилеров и их заморских партнеров! А на переселение семей работяг из разваливающейся конуры в более-менее приемлемые условия – даже не просите. Нет на это денег ни сегодня, ни завтра и вообще никогда в обозримом будущем. Так что забейтесь, уважаемые сограждане, в свой старый крысятник под номером двадцать шесть «Б» и молитесь, чтобы он не сгорел от замыкания сгнившей проводки. А если плохо молились или не верили в помощь извне… Простите великодушно, в этом вины администрации нет. И вот еще что, правдолюбцы вы наши. Добрый совет напоследок. Вместо того чтобы ныть и жаловаться, обвивая пороги высоких инстанций, займитесь-ка лучше полезным делом. В конце-то концов, руки, ноги, голова у вас есть? Вот и зарабатывайте себе на жилье!

Руки, ноги, голова у здорового двадцатишестилетнего парня были. И он не жаловался чиновникам, понимая, что толку не будет. Вместо этого ушел с завода, подавшись в дальнобойщики. Полтора года как проклятый мотался по всей стране, чтобы на честно заработанные деньги купить однокомнатную квартиру в панельной «хрущевке» на окраине, наконец-то завести ребенка и зажить, как человек, а не беженец неизвестно какой войны, прозябающий в ветхих трущобах.

Оставалось совсем немного. Каких-то жалких полгода. Только терпение неба иссякло чуть раньше, и все кончилось…

Приехал из рейса уставший водила к любимой жене, а ее уже нет. Два дня назад, аккурат под утро, когда самый сон, проводку замкнуло. Трухлявая лачуга вспыхнула, как спичка. С первого этажа полусонные жильцы еще кое-как сумели спастись, а второй задохнулся в дыму. Погибло шесть человек. И среди них его Люба, Любонька, Любаша…

Вот такая история вышла. С печальным концом и злым эпилогом. Прямо как в лучших традициях индустриально-бесправного посткиберпанка.

Не поехал убитый горем муж на опознание в морг. Не нашел в себе сил и мужества посмотреть, во что человеческая алчность и равнодушие превратили его молодую супругу. Вместо этого «закатился на шопинг». Кажется, так сие радостное мероприятие называется у жен высоких начальников, чьи дети и любовницы по заграницам разъезжают, спуская на ветер за раз столько денег, сколько нормальному человеку за всю жизнь не заработать, как ни старайся?

А чтобы продавцов и покупателей глазами своими почерневшими от горя и бешенства не испугать, надел очки солнцезащитные. И сжал зубы так крепко, что скулы свело, превратив лицо в застывшую маску, в точности как у манекена бездушного. Куклы бесправной, пластмассовой, у которой из груди сердце живое выдрали, на помойку грязную за полной ненадобностью вышвырнув. После чего в витрину магазина засунули, мол, «Каждый сверчок знай свой шесток».

Знать-то все знают, но даже у самых покорных сверчков иногда «затмения» случаются. Коротит мозг жаркая искра, превращая букашек никчемных в убийц равнодушных, и тогда на их пути лучше не вставать. Ни правым, ни виноватым.

Вообще никому…

Перво-наперво супруг безутешный приоделся, купив солидный костюм. Взял галстук под стать, рубашку белоснежную и ботинки лакированные. Затем приобрел кожаную сумку, добротную и вместительную. Затарился двумя бутылками самой дорогой водки. Напоследок зашел в магазин промышленных товаров, укомплектовавшись топором, пилой и садовыми ножницами. Инструмент дополнительный (пилу и ножницы) на всякий случай взял, чтобы подозрений не вызывать. Мало ли что. Как говорится: «Береженого – Бог бережет».

Принарядившись и закупившись, стал ни дать ни взять джентльменом, собравшимся на пикник, чтобы в культурно расслабленной обстановке досуг на природе провести. Жаль, не доехал. Вспомнив о деле, свернул к красивому зданию, где городские начальники высокие заседают, о благоденствии народа заботясь, и…

Понеслась душа в ад.

С важным видом квелого охранника миновал, не вызвав подозрений. Правду народ говорит, что встречают у нас по одежке, а на ум в последнюю очередь внимание обращают. Зашел в чистый пустой туалет. Полбутылки водки залпом выпил, оставшееся аккуратно поставил на подоконник – не пропадать же добру. Может, кому еще пригодится? Промокнул бумажной салфеткой выступившую на лбу испарину, снял ненужные больше очки. Не торопясь вытащил из сумки топор, придирчиво осмотрел лезвие – хорошо ли заточено? И убедившись, что с ним все в порядке, отправился справедливость искать безвозвратно утерянную, да за Любу, Любоньку, Любашу мстить беспощадно…

Подробности «забоя» нормальному человеку знать не надобно, ненормальному – тем более. В общих чертах все прошло как по маслу. Без сучка и задоринки. Аккурат шестерых голубчиков зарубил, как планировал. По одному за каждого погибшего жильца из злосчастного барака с улицы Рахметьевской, 26 Б.

Для начала разделался с главным боровом, затем порешил недостающую пятерку толстомордых, раскормленных хряков. Свиноматок подстилочных не тронул – не воюют нормальные мужики с бабами. Когда все закончилось, не обращая внимания на визги и панику, вытащил из сумки бутылку непочатой водки, бросил орудие убийства рядом с последним трупом и беспрепятственно вышел на улицу…

Седой двадцатишестилетний джентльмен в забрызганном кровью костюме сидел на ступеньках солидного учреждения и, словно последний алкаш, глушил из горла водку, совсем не пьянея. Ему было некуда торопиться. Впереди «светил» громкий судебный процесс, пожизненный срок («вышку» снова введут лишь через три года в 2019-м), восемнадцать лет зоны с ее волчьими законами, прозвище Магадан, крушение привычного мира, нашествие диких тварей и год работы водителем-механиком в мобильном подразделении Флинта.

Много воды утекло с тех памятных пор. Так много, что не сосчитать. Жизнь кромсала, ломала и кидала его из стороны в сторону. Но ни тогда, на крыльце, ни – тем более – после ни о чем не жалел сухопарый сорокашестилетний зек с лицом и глазами древнего старика.

Ни о чем кроме одного.

Что они с Любой, Любонькой, Любашей так и не успели сына родить…

Глава 12

Два разговора. Первый

21.45 по восточноевропейскому времени

Шахматные фигуры спокойно лежат в коробке лишь до тех пор, пока их не вытащат, чтобы расставить на доске. После чего начинается битва не на жизнь, а на смерть. Где есть лишь две стороны – своя и чужая, и ни о каких компромиссах речь уже не идет. Все предельно ясно: не убиваешь ты – убивают тебя.

Примечания

1

От ит. transformare – преобразовывать, превращать. Здесь и далее – прим. авт.

2

Вегетативное размножение осуществляется путем отделения от организма его части, состоящей из большего или меньшего числа клеток. Характерно для группы многоклеточных беспозвоночных животных и части растений.

3

Сокращенно-обиходное название кадавров.

4

Сокращенно от «носитель имплантатов» – человек, добровольно вжививший себе имплантаты, чтобы улучшить физические параметры.

5

Юбицумэ (yubitsume), или отрезание пальцев: согласно этой традиции, совершивший проступок якудза отрезает мизинец левой руки, вручая палец своему боссу. Происхождение обычая сводится к японской манере держать меч. Три нижних пальца каждой руки используются, чтобы крепко держать меч, при этом указательный и большой пальцы слегка расслаблены. Удаление фаланг или пальцев целиком, начиная с мизинца, ослабляет хватку на рукояти меча. Идея наказания заключается в том, что человек со слабой хваткой способен только на оборону.

6

Труп моряка по имени Аллардайс с вытянутыми руками капитан Флинт оставил в качестве компаса, указывающего на место, где он спрятал сокровища.

7

Принято ООН в 1980 году.

Конец бесплатного ознакомительного фрагмента.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4