Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Наемник - Обойму монетами не набьешь

ModernLib.Net / Детективы / Зверев Сергей Иванович / Обойму монетами не набьешь - Чтение (Ознакомительный отрывок) (стр. 2)
Автор: Зверев Сергей Иванович
Жанр: Детективы
Серия: Наемник

 

 


      Парень за стойкой приподнялся было им навстречу, но тут же, повинуясь кивку Игоря, вернулся на место. Никаких вопросов задавать никто и не попытался – ни кто он такой, ни откуда, ни зачем. Даже документов показать не попросили. Конечно, он был не один, а с сопровождающим, да еще каким, – но все равно. Мало ли, как могло сложиться – может, он его под прицелом держит через пиджак или дочку захватил в заложницы и оставил где-нибудь под присмотром сообщников. В общем, подобная ситуация – это или полное раздолбайство, или высший пилотаж. Что ж, здесь скорее второе, а не первое.
      Они поднялись на третий этаж, прошли до конца широкого коридора. Несколько человек, попавшиеся им по дороге, дружелюбно, но слегка скованно улыбались и здоровались – классическая реакция на начальника. Впрочем, дружелюбия было больше, чем скованности.
      Игорь миновал массивные двустворчатые двери. Мангуст шагнул за ним и оказался в приемной. Приемная как приемная – сколько он их уже перевидал. Правда, следует отметить, обставлена со вкусом. Даже у секретарши личико не очень глупое – а это уж вовсе редкость.
      Игорь небрежным кивком поприветствовал секретаршу и вошел в расположенную у нее за спиной дверь. Мангуст чуть притормозил – ему показалось странным, что начальник службы безопасности хотя бы из чистой вежливости не попросил о себе доложить. Более того – секретарша приняла это как должное. Странно…
      Игорь обернулся.
      – Ну, чего встал? – спросил он. – Проходи!
      Стоять на месте было глупо, Мангуст шагнул вперед.
      – А ты ногой дверь к шефу открывать никогда не пробовал? – поинтересовался он.
      – Нет, – покачал головой Игорь. – Никогда не испытывал желания двери ногами открывать, даже когда маленький был. Но если бы захотел, то не стал бы себе отказывать.
      С этими слова он вежливо посторонился, пропуская Мангуста в кабинет.
      Кабинет оказался пуст. В здоровенной, роскошно обставленной комнате не было ни души. За спиной хлопнула дверь. Игорь обошел Андрея и преспокойно уселся за стол – поскольку другого в кабинете не было, надо было полагать, что это место хозяина.
      – Как это понимать? – спокойно поинтересовался Мангуст. – Ты меня что, к себе привел? А как же шеф?
      – Я и есть шеф, – усмехнулся Игорь. – Я же и шеф, я же и начальник службы безопасности, так иногда бывает. Так что я тебе не соврал.
      – А зачем такие сложности? – Не дожидаясь приглашения, Андрей опустился в кожаное кресло. Он привык вести себя с клиентами достаточно независимо. Не девку, чай, снимают. Как правило, он им нужен больше, чем они ему.
      – Это не сложности. Просто захотелось с тобой познакомиться в более непринужденной обстановке, чем здесь, – Игорь широким жестом обвел кабинет.
      – По мне так вполне нормальная обстановка, – улыбнулся Мангуст. – Ладно, может, теперь познакомимся по-настоящему?
      Лицо Игоря стало серьезнее – едва уловимо, но для опытного глаза заметно. И еще – Мангуст понял – клиент нервничает. Он не в своей тарелке.
      – Я – Игорь Михайлович Тимохин. Один из совладельцев компании… ну, если точнее, то группы компаний «СПО-Конвист». Слышал про такую?
      Мангуст слышал. Не то чтобы очень много и часто – не Газпром все-таки и не Лукойл. Но и не фуфло какое, не «Вован и компания». Вполне серьезная фирма. Один из крупнейших производителей титана в мире, кроме него занимается добычей и переработкой магния, висмута и еще примерно десятка других полезных элементов, на которые русская земля богата. Кроме того, пару лет назад компания создала свой банк, который развивался пусть и не шибко бурно, но стабильно – успел даже размножиться делением, притом дважды, так что теперь у компании три банка. Прочим бизнесом тоже не брезгуют – точно Мангуст не знал, так как не интересовался специально, но что-то вертелось в памяти, что не столь давно «Конвист» влез то ли в игровой бизнес, то ли в туристический – в общем, в какую-то область, крайне далекую от первоначальной сферы деятельности. В общем, ничего удивительного – так почти все делают.
      А сидящий сейчас перед Мангустом человек входил в список ста самых богатых людей России по версии журнала «Форбс» за последние четыре года. Правда, был он куда ближе к концу этого списка, чем к его началу. Но, тем не менее, назвать его олигархом было вполне можно, безо всякой натяжки.
      «Однако! – подумал Мангуст. – Занесло меня. Так высоко я еще, пожалуй, не летал».
      Впрочем, он тут же отбросил эту мысль – в конце концов главное осталось без изменений. Это он понадобился Тимохину, а не наоборот. Послушаем, что он скажет дальше.
      – Слышал, – сказал Андрей вслух. – Не так уж много, но слышал.
      – Не так уж много?! – Тимохин приподнял брови.
      – Ну, не считаете же вы свою компанию пупом Земли или России? – усмехнулся Мангуст. Нужно было сразу поставить клиента на место, чтобы не чувствовал себя купцом первой гильдии, снимающим на ночь смазливую певичку из варьете. Хрена лысого! С профессионалом дело имеет. Причем с таким, каких мало. Он в свое время в отряде был лучшим. А их отряд – лучшим во всем спецназе ГРУ. Это что-то да значит!
      Как-то само собой получилось, что он перешел на «вы». Атмосфера изменилась – теперь имел место не обычный ленивый треп двух почти коллег, а разговор потенциального работника с нанимателем. И пусть работник себя ценит весьма высоко и лебезить не собирается, но дистанцию все же следует соблюдать.
      – Кроме вас много других – не менее крупных и серьезных, – продолжал Андрей. – Да и покруче есть – и не один десяток. Или я не прав?
      Тимохин неожиданно улыбнулся и кивнул – словно что-то для себя решил.
      – Я тоже про вас кое-что слышал. Тоже не так уж много, но, с другой стороны, вполне достаточно. Кроме всего прочего, я узнал, что характер у вас весьма независимый. Да, пожалуй, так и есть.
      Мангуст только молча развел руками – мол, каков есть, таков и есть, не нравится – не ешьте, господин хороший.
      – Это даже хорошо, – продолжил Тимохин. – Мне и нужен человек с головой и с характером, а не обычная пешка. Пешек у меня и так хватает.
      – И для чего же я вам понадобился? – спросил Андрей.
      – Сейчас объясню, не так быстро.
      Тимохин нажал какую-то клавишу на селекторе и негромко сказал:
      – Света, меня час нет ни для кого, кроме Ростовцева.
      И, не дожидаясь ответа, нажал клавишу еще раз. А потом резко поднял голову, посмотрел Андрею в глаза.
      – Для начала я хотел бы сообщить вам размер предлагаемого гонорара, – и молча протянул Мангусту белый лист бумаги. На нем было написано всего одно число. И это число производило сильное впечатление. Настолько сильное, что Мангуст позволил себе один уточняющий вопрос:
      – Доллары?
      Не то чтобы он думал, что ему предлагают оплату в рублях, но уж слишком велика сумма.
      – Разумеется, нет! – отозвался Тимохин. – Евро. Терпеть не могу американских денег – как и самих американцев. Хорошо, что теперь их деньгам есть приличная замена.
      Мангуст изо всех сил старался удержать на лице спокойное выражение. И без того более чем солидная сумма выросла еще в полтора раза. Пожалуй… Да, точно, за все пять лет, истекшие с увольнения из армии, он заработал только самую малость побольше. За пять лет! А ведь он не ларьки охранял.
      – Так что вы скажете? – спросил Тимохин. Несмотря на усилия Андрея, он явно заметил произведенное впечатление и был доволен, как кот, придушивший жирную мышь.
      – Я?! – с показным удивлением переспросил Мангуст. – Простите, мне нужно знать, что скажете вы. Что именно я должен буду сделать за эту сумму?
      – А что, есть разница? – надменно поинтересовался Тимохин.
      – Еще какая. – Улыбка Мангуста стала жесткой, больше похожей на оскал. – Вы, господин Тимохин, не шлюху снимаете, которая вам за бабки что угодно сделает. Если вы наводили обо мне справки, то должны знать – у меня есть определенные принципы. За дела некоторого рода я не берусь никогда. Так что если ваше задание окажется именно такого рода, то можете хоть вдвое больше обещать – я не соглашусь.
      – А если впятеро больше? – с интересом спросил Тимохин. – Вы же знаете, у меня есть такая возможность.
      – Все равно, – отозвался Мангуст, спокойно, но твердо. – Знаете ли, Игорь Михайлович, я уже давно понял, что всех денег в мире не заработаешь. А потребности у меня не такие уж и большие, мне и того, что есть, хватает.
      – Так зачем вы вообще работаете?
      – Я не говорю, что меня вообще не интересуют деньги. Просто мне не нужны деньги слишком грязные, – слово «слишком» Мангуст выделил голосом.
      – А какие именно деньги для вас слишком грязные? – спросил Тимохин. Теперь в его голосе звучал искренний интерес. – За какие дела вы не беретесь? Это не секрет, надеюсь?
      – Нет, – покачал головой Мангуст. – Все просто и ясно. Я не берусь убивать невинных людей. То есть тех, кто ни в чем не замешан, ни к чему не причастен.
      – Таких людей обычно никому и не надо убивать, – пожал плечами Тимохин.
      – Всякое бывает. Иногда именно такие становятся, например, неудобными свидетелями. Или еще что-нибудь в этом роде.
      – Ясно. Какие у вас еще правила?
      – Не связываюсь с торговлей наркотиками и людьми.
      – А оружием?
      – Это – сколько угодно. И последнее – я не работаю против России как государства.
      – А это как понять?
      – Очень просто. Если вам, скажем, нужно помочь против какого-нибудь конкурента – я в принципе могу это сделать. Но если бы ко мне обратилась иностранная фирма, я бы послал ее по известному адресу. Я, знаете ли, люблю свою родину. Какая-никакая, а моя, другой не будет.
      Пару секунд Тимохин молча сидел за столом, уперевшись руками в подбородок. А потом так же молча встал, обогнул стол, подошел к Мангусту и протянул ему руку.
      Мангуст с легким недоумением пожал ее.
      – Просто удивительно, – чуть хриплым голосом сказал Тимохин, – остались еще в стране приличные люди, не все скурвились.
      Он вернулся на свое место.
      – В общем, ни один из ваших принципов при работе на меня не пострадает, – заявил он.
      – Очень хорошо, – кивнул Мангуст. – И все-таки, нельзя ли уже перейти к конкретике? В чем конкретно работа будет заключаться?
      – Вот в чем. Слушай. Короче говоря, я получил наследство.
      Сказав это, Тимохин замолчал.
      – Поздравляю, – с легкой иронией в голосе сказал Мангуст. – Хотя и подозреваю, что по сравнению с вашими капиталами любое наследство выглядит просто смешно.
      – А вот тут-то ты и не прав! – заявил Тимохин, снова неожиданно вскидывая опущенную голову. Видимо, у него привычка такая была. – В том-то все и дело, что не пустяки! Общая стоимость наследства всего на двадцать процентов меньше цены моей доли в компании.
      Мангуст невольно присвистнул. Это ни фига ж себе! Это же получается счет не на миллионы, даже не на десятки миллионов баксов – на сотни.
      – Вы что, внебрачный сын английской королевы, что ли? – спросил Мангуст, немного придя в себя.
      – Нет. Не английской королевы и не внебрачный сын, – отозвался Тимохин. – Всего лишь родственник одного недавно умершего латиноамериканского плантатора. Или как это у них там называется-то? В общем, помещика по сути. Причем родственник довольно дальний. Но более близких не оказалось, вот ведь в чем дело. Прямо как в известной песне – богатый родственник за границей, о котором я даже и не знал.
      – Не понимаю, – сказал Мангуст. – То есть как не знали? И вообще, откуда у вас родственник в Латинской Америке? Вы же, насколько я понимаю, русский.
      – Чистокровный, – кивнул Тимохин. – Причем из глубинки, с Урала. Но вот так уж получилось. Понимаешь ли, оказывается, у моего прадеда было не два брата, а три. И третий, тот, про которого я не знал, воевал в Гражданскую не за красных, а за белых. Поэтому, кстати, я про него и не знал – в советские времена такого родственника лишний раз вспоминать было не слишком умно, сам понимаешь. Так вот, оказывается, он не погиб, а эмигрировал. И докатился до Бразилии. А он был дворянин, кадровый офицер с опытом Русско-японской и Первой мировой. В общем, в армии у латиносов такой человек оказался очень даже нужен. Он там участвовал в какой-то их войне, даже не в одной, если не ошибаюсь. Отличился, вышел в большие чины, потом еще женился удачно, землю получил – часть в награду за боевые подвиги, а часть в приданое. Невеста была, я так понимаю, из хорошей семьи. Потом он еще в их политических играх участие принимал и тоже успешно. В общем, стал на новой родине большим человеком.
      Мангуст слушал Тимохина со все растущим удивлением – прямо мексиканский сериал какой-то! Невероятно! Хотя, с другой стороны… Не так уж и невероятно, если подумать. В те годы из России люди эмигрировали миллионами. Почему кому-то из них не могло повезти? Тем более, что эмигрировали далеко не самые бестолковые – дворяне, офицеры, ученые, чиновники. Не только они, конечно, но таких было много. Правда, не совсем понятно было, для чего Тимохин ему все это рассказывает. Хотя… Может быть, и понятно. Кое-что уже вырисовывается. То-то его генерал про испанский спрашивал!
      – Так вы, значит, из дворян? – спросил Мангуст вслух.
      – Получается, что да, – ответил Тимохин с какой-то странной улыбкой на лице – наполовину гордой, наполовину иронической. – Как узнал про этого родственника, поехал к деду, стал его трясти. Он и раскололся. Говорит, в советские времена молчал, не хотел себе и отцу моему карьеру портить. А потом уж поздно стало. Но все точно. Он мне даже фотографию показал дореволюционную всего их семейства. Четыре брата, все офицеры, и их отец, полковник в отставке. Смотреть приятно. Ладно, это неважно. Короче говоря, слушай, как я про все это узнал. Ко мне приехал человек из Америки. Помощник какого-то тамошнего нотариуса из солидной конторы. Не позвонили, не написали – именно человека прислали. Умеют дела вести, буржуи, ничего не скажешь. Так вот, этот человек, Родригес, мне и рассказал про родственников. Оказывается, у моего прадеда были сын и дочь. Мигель и Анхелита. А у Мигеля – свой сын, причем единственный, который мне, получается, двоюродным дядей приходится. Или троюродным? В общем, не разбираюсь я в таких тонкостях, да и неважно это. Родственник, одним словом. Звали его Пабло. Пабло Тимольяррес. Так вот, отец его давно умер, еще году в шестидесятом. А сам Пабло дотянул до нашего времени. Меньше недели назад умер, было ему под восемьдесят. И умер бездетным. А в завещании указал, что наследником назначает ближайшего родственника из России. Уж не знаю, почему. Хотя, с другой стороны, там у него особо близких родичей не было, не считая тетки. А у них отношения мало ли какие были. Да и вообще, каких только причуд с завещаниями у буржуев не бывает. Собакам и кошкам миллионные состояния, во всяком случае, завещали. И не один раз. А с выполнением последней воли покойного у них там строго. Вот и послал его душеприказчик ко мне этого Родригеса, он мне это и рассказал. Я, кстати сказать, не сразу поверил. Думал, мало ли, может, обман какой. Но нет, сейчас все уже проверено на семь кругов. Все точно. Я уже и заверенную копию завещания видел, и фотокопию оригинала, и с самим нотариусом по телефону говорил. Да и по кое-каким своим каналам информацию проверил. Все правда, никакого обмана.
      Тимохин снова сделал небольшую паузу.
      – Все это хорошо, – осторожно сказал Мангуст, видя, что от него ожидают какой-то реакции. – Но зачем вам я понадобился? Езжайте себе и получайте свое наследство.
      Тимохин желчно усмехнулся.
      – Все не так просто. Это же не загородный домик с садом и не магазин какой. Это даже не счет в банке, вернее, не только счет. Большая часть наследства – земля. Она же у них там частная собственность. Вот и у родственничка моего была куча плантаций, общей площадью примерно с Францию!
      – С Францию?!! – с легким недоверием в голосе переспросил Мангуст.
      – Ну, не с Францию, конечно, это я лишку загнул. Но с Швейцарию какую-нибудь или с Голландию – это точно. И это ведь не просто земля – там и каучуковые плантации, и сахарные, и банановые, и еще хрен знает какие. Годовой доход – семизначное число. И это только земля. А еще у него было несколько заводов, в том числе судоремонтный. И еще бизнес в столице – магазины, еще что-то, точно уже не помню. И плюс к тому куча акций самых разных местных фирм. В том числе и очень солидных. А пакеты акций крупные. В общем, это не просто лакомый кусок. Это уже как-то по-другому называется. Понимаешь, вся эта собственность – она была их, – Тимохин сделал сильное ударение на последнее слово. – Местная, так сказать. Все это было в их системе обращения, не уходило далеко. И тут – нате вам. Уходит в руки какому-то русскому, которого никто из местных не то что в глаза не видел, а даже и не представлял, что такой вообще на свете есть. Как ты думаешь, при таком раскладе на меня никто из тамошних деловых людей не обидится?
      Мангуст промолчал – ответ был слишком очевиден.
      – А ведь кое-какие родственники у него там были, – продолжал Тимохин. – Сестра его отца, Анхелита, вышла замуж, у нее, как я понял, целый выводок детей. И там как раз семья не из самых богатых. Представляешь, насколько они разочарованы? – На этот раз Тимохин сделал ударение на слове «насколько». Что ж, в самом деле, чувства, обуревающие людьми, мимо которых прошел такой кусок, даже представить себе трудно. А ведь это темпераментные латиноамериканцы.
      – То есть, проще говоря, вам нужен телохранитель, – медленно проговорил Мангуст. – Извините, но…
      Он хотел честно объяснить, что работа телохранителем – совершенно не его профиль. Но Тимохин решительно перебил его.
      – Нет! Еще чего! Телохранителей у меня и без тебя хватает. И, поверь, вполне профессиональных. Я в бизнес не из комсомола попал, а из КГБ, разбираюсь кое в чем. Мне нужен… Как бы это сказать точнее… Вот так, пожалуй, – боевик широкого профиля. То есть тот, кто может и атаковать, и защищаться, и наладить охрану, и организовать похищение, и устранить кого-то, если надо, а если надо, то и наоборот, освободить. В общем, человек, который умеет делать все, связанное с силовыми действиями. И не просто умеет, а делает это на высшем уровне. Именно так мне тебя и отрекомендовал… Ну ты понял, кто.
      Мангуст кивнул. Все было ясно. Видимо, Тимохин вышел на генерала по старым связям, тем, которые остались со времен службы в госбезопасности. И попросил навести на подходящего специалиста. Что Столетов и сделал. Что ж, ничего не скажешь, он нашел подходящую кандидатуру.
      – В чем конкретно будут состоять мои обязанности? – спросил Мангуст.
      – Я, кажется, объяснил! Не знаю, в чем! В том-то и проблема. Зависит от того, как дела пойдут. Может статься, что вообще ни в чем. Никаких проблем не будет, и придется тебе просто поскучать пару неделек. Но на такое я не очень рассчитывал бы. Вкусный кусок даже у котенка отнимать опасно – оцарапает. А мы не с котятами дело иметь будем. А ведь есть еще и такой нюанс – вряд ли местные власти будут в восторге от того, что такое имущество отходит совершенно постороннему для них человеку. Нет, я заранее предчувствую, драчка будет серьезная. Но вот что конкретно случится, а значит, и что конкретно делать надо будет – не знаю. Не умею я будущее предсказывать. Но могу сказать одно. Поскольку я – совершенно законный наследник, то все те, кто будет пытаться мне помешать, – люди сволочные и нечестные. Значит, работать против них твои принципы позволяют. Правильно?
      Мангуст кивнул. В таких условиях никакие угрызения совести ему, в самом деле, не грозили.
      – К тому же России это тоже пойдет исключительно на пользу, – продолжил Тимохин. – Я, как-никак, российский гражданин. И то, что на пользу мне, то на пользу и России.
      С этим утверждением, конечно, можно было поспорить. Но Мангуст делать этого не стал. Ведь не у соотечественников клиент оттягать вкусный кусок хочет. Да и основания к тому же вполне законные – не подкопаешься. В конце концов свою собственность владелец может завещать кому угодно, это вполне справедливо.
      – А вы уверены, что все будет настолько серьезно? – спросил Мангуст. – Может быть, вам нужен будет не профессиональный боевик, а десяток хороших юристов? Лишить вас права на наследство наверняка можно попытаться какими-нибудь законными способами.
      – А с чего ты взял, что я юристов не беру? Не наших, конечно, не российских, от них там толку будет немного. Но пара человек из серьезных международных юридических корпораций со мной будет. Да и кое с кем из местных я уже договорился – с начальником того же Родригеса, к примеру. Он по долгу службы должен стоять за мои интересы, поскольку такова воля умершего. А этот нотариус к работе относится очень серьезно, насколько я понял. Это тебе не кто-нибудь из наших пройдох, которые законы выучили, а психология осталась на пещерном уровне – лишь бы кусок побольше ухватить, а больше можно и не думать ни о чем. Но проблема в том, что как раз с юридической точки зрения все безупречно. Подкопаться трудно, почти невозможно. Так что наверняка будут какие-то незаконные варианты. Здесь ведь что самое неприятное, – Тимохин тяжело вздохнул, – то, что это здесь я фигура. Есть связи, есть знакомства, есть друзья. В общем, целая система взаимоотношений, так просто не тронешь. А там… Там я иностранец, пусть и богатый. Многие вещи за деньги не купишь.
      – Это в деловом-то мире? – ехидно спросил Мангуст. Но Тимохин этого тона не принял.
      – Да. Именно в нем. В нем особенно. Поверь мне – любовь проще купить, чем кое-какие связи, кое-какие прямые телефонные номера, кое-каких знакомых. Здесь у меня все это есть. А там… Там все это будет как раз на стороне противника. Они местные, а я пришелец, хоть и со всеми правами.
      – Так стоит ли вообще связываться? – спросил Мангуст. – Если все так плохо…
      – Вообще-то я твоего совета не спрашивал. – Взгляд бизнесмена стал колючим, жестким. Но только на мгновение, тут же снова смягчился. – Но я отвечу. Понимаешь, на такие возможности нельзя просто взять и рукой махнуть. Я себя уважать перестану просто, если так поступлю. За свое нужно драться. А если драться нелегко… Что ж, все равно нужно драться. И тем хуже противнику. Тем более что шансы у меня есть, и неплохие. Если бы я был простым, средним российским гражданином, то шансов не было бы. Но я не простой! Чего-то да стою, раз в это кресло сесть сумел! – Тимохин шумно хлопнул обеими ладонями по подлокотникам. – Поборемся!
      Мангуст молча кивнул – такая философия, может, и не была самой передовой, но уважение вызывала.
      – В общем, согласен ты ехать туда со мной и работать на меня? – спросил Тимохин, глядя Мангусту в глаза.
      – На какое время? – спросил Андрей.
      – Первоначально ориентируйся на три недели. Если за это время не справимся – тогда контракт продолжается, и ты получаешь за следующие три недели еще такую же сумму.
      «Ого! – мысленно воскликнул Мангуст. – Хотя по сравнению с тем, что получит он, это просто мелочишка».
      – Согласен, – сказал он негромко. – Но прошу вас помнить о моих принципах. Валить посторонних не стану.
      – Никто и не попросит. – В глазах Тимохина ясно читалась радость. – Отлично! Значит, договорились. Кстати, мне генерал сказал, что ты по-испански хорошо говоришь.
      – Грех себя хвалить, но да, – ответил Мангуст. – Даже не просто хорошо, а почти идеально.
      – Совсем здорово! Заодно, в случае необходимости, переводчиком будешь.
      – Не стоит. Пусть лучше окружающие как можно позже узнают о том, что я языком владею.
      – Думаешь? – нахмурил лоб Тимохин. – Хм… Да, ты прав.
      Он даже не спросил, зачем – приятно все-таки иметь дело с профессионалом, даже с таким, который ушел со службы много лет назад. Все равно – заложенная ГБ или армией основа остается, никуда от нее не денешься. А трюк был простой, даже примитивный, но от этого не менее действенный. Местные жители в присутствии не афиширующего свое знание языка иностранца вполне могут сказать что-то полезное, чего иначе бы ни за что не сказали. Такие случаи на памяти Мангуста бывали – и не так уж мало.
      – Там, возможно, будет необходимость прогуляться по джунглям, – сказал Тимохин. – Это тебя не пугает?
      – Не очень, – ответил Мангуст. – Курсы выживания проходил, в том числе и для тех мест. А зачем в джунгли соваться? Я так понял, что все дела будут вертеться в местах более-менее обитаемых. Или не так?
      – Так. Но есть одна загвоздка. Там в завещании есть какой-то особый пункт, мне про него Родригес толком ничего не рассказал – сам не знает. Но вроде бы там нужно будет что-то из джунглей доставать. Точнее скажет его шеф на месте.
      – Понятно, – сказал Мангуст. – На месте так на месте. Но вот еще что – хотелось бы все-таки побольше узнать про страну. Я в Америке уже давно не был. Кое-какие старые знания есть, но их может оказаться мало.
      – Подробнее – сегодня вечером, – заявил Тимохин. – Я уже договорился с несколькими хорошими специалистами… Да не морщись ты! Не с учеными, а с настоящими специалистами, нашими!
      Андрей и правда слегка поморщился, услышав про специалистов. Он прекрасно знал, что от всяких географов, этнографов и политологов толку обычно бывает крайне мало. Они могут рассказать про форму правления, численность населения, основные сельхозкультуры, национальности, денежные единицы. В общем, много про что. Но вот, например, как отличить приличный кабак от опасного, как правильно обратиться к полицейскому, сколько стоит еда в кафе, а сколько проститутка, и как отличить последнюю от приличной девушки – всех этих совершенно необходимых мелочей от них не дождешься. И именно это хорошо знают армейские спецлекторы – или их коллеги, работающие на другие, не менее серьезные ведомства. Хорошо, что Тимохин, бывший чекист, это понимает. Интересно только, где он соответствующих людей нашел? Видимо, опять старые связи напряг. Те самые, о которых он тут сейчас соловьем разливался.
      – Это хорошо, – кивнул Мангуст. – А когда вылетаем?
      – Послезавтра утром. За сегодня и завтра я тебя познакомлю с остальными участниками нашего рейса. Ну и еще кое-какие вопросы решу. Так… А сейчас я вызову человека, он тебя отведет в нашу комнату для гостей. Когда приедет лектор, тебя позовут. Есть, пить, курить – все к тому, кто тебя поведет. Да, и еще – подумай, какая тебе экипировка нужна. Я могу достать что угодно, причем быстро, так что не стесняйся.
      – Ясно.
      Тимохин снова нажал кнопку на селекторе.
      – Света, Степана ко мне.
      – Еще один вопрос, – сказал Мангуст, когда Тимохин выключил селектор.
      – Что за вопрос?
      – Как насчет денег?
      – Уже на твоем счету.
      – Да ну? – приподнял брови Мангуст. – А откуда… – Он не стал договаривать. В самом деле, спрашивать, откуда Тимохин узнал его счет, было глупо. Невелика тайна. Это снять с него деньги трудно, а положить – другое дело. Вместо этого он задал другой вопрос:
      – Ты был настолько уверен, что я соглашусь? – на этот раз он умышленно назвал собеседника на «ты».
      – Не я, – с легкой усмешкой ответил Тимохин. – В этом был уверен генерал. А он на моей памяти еще ни разу не ошибался.
      Мангуст промолчал. Просто потому, что на это нечего было ответить. На его памяти такого тоже не случалось.

Глава 3

      – На снижение идем, – ни к кому конкретно не обращаясь, сказал Степан.
      Эти слова остались без ответа – все и так понимали, что самолет снижается, садится. Долгий путь через океан был почти закончен. Впрочем, снижение, скорее всего, будет довольно долгим – пилот шел по пологой траектории. Они летели в «Фальконе» – маленьком, но надежном самолетике, рассчитанном на двенадцать человек. Самолет был частным, принадлежал лично Игорю Михайловичу Тимохину – как он мимоходом обронил, друзья на пятидесятилетие подарили.
      Удобные кожаные кресла располагались четверками вокруг столиков. Пустовало только одно – летело одиннадцать человек, не считая экипажа. За первым из столиков сидели сам Тимохин, Мангуст, Степан – заместитель Тимохина по безопасности, и Родригес, представитель американской нотариальной конторы, которой покойный Пабло Тимольяррес доверил проследить за исполнением своей последней воли. Это был высокий, нескладный парень в очках, чем-то похожий на кузнечика. Он Мангусту сразу понравился – видно было, что свое дело знает и относится к нему добросовестно, а в чужие не лезет. Редкое сочетание. Вот от Степана впечатления были куда сложнее. Он тоже был выходцем из КГБ. И, в отличие от своего шефа, явно считал, что можно было бы и без Мангуста прекрасно обойтись. Вышколен он был на совесть, ни малейших признаков неприязни явно не демонстрировал. Но все равно отношение чувствовалось – будь Степан котом, у него сейчас наверняка подергивался бы кончик хвоста.
      За вторым столиком сидели четыре очень похожих друг на друга парня – подчиненные Степана. По заверениям Тимохина, дело свое они знали отлично. Пожалуй, в это можно было поверить, вряд ли один из ста самых богатых людей в России станет держать у себя дилетантов. Тем более, если сам когда-то служил в КГБ, а значит, понимает, насколько важно обеспечение безопасности.
      За третьим столиком был еще один охранник. А напротив него долговязый тип по имени Влад, исполнявший обязанности переводчика. И девушка Света. Высокая блондинка с идеальной фигурой – хоть сейчас на обложку журнала. Звали ее Света Тимохина, и была она дочерью владельца самолета. На нее Мангуст посматривал крайне неодобрительно. О том, что она полетит в Америку вместе с отцом, он узнал только за пару минут до отправления, когда она подошла к самолету. Не было даже возможности спросить Тимохина, с какой стати он решил прихватить дочку с собой. А судя по тем нескольким часам, которые Мангуст имел удовольствие провести с ней в небольшом салоне, он успел убедиться – проблем с этой девицей будет море. Избалованная, капризная и, похоже, не слишком умная. Хорошо еще, что в основном связанные с девушкой проблемы лягут не на него, а на Степана. Сейчас Света наконец заснула – перестала дергаться под звучащую у нее в наушниках музыку и подпевать, а также колотить по клавишам ноутбука. Жаль, что произошло это счастливое событие только в самом конце перелета – постоянный стук клавиш раздражал.
      – Вы уверены, что это было разумно – взять ее с собой? – вполголоса спросил Мангуст у Тимохина, кивнув на девушку. Та ничего не слышала, спала.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4