Современная электронная библиотека ModernLib.Net

2-я книга. Сенсетивы Галана

ModernLib.Net / Алекс Карр / 2-я книга. Сенсетивы Галана - Чтение (стр. 15)
Автор: Алекс Карр
Жанр:

 

 


      Она досталась мне со здоровенной трещиной в борту и практически без каких-либо признаков жизни. Трещину я заделал быстро, а затем по крохотной капельке густой, тёмно-красной жидкости сумел восстановить химический состав аквавитола, – жидкого вещества, обладающего целой кучей поразительных свойств. Именно эта жидкость пропитывала мозаичный кристалломозг, заключенный в полутораметровый шар, изготовленный их монокристаллического вольфрама и иридия, защищая его от перегрузок, питая энергией и отводя тепло. Для того, чтобы синтезировать полторы тысячи кубических дециметров аквавитола, у меня ушло шесть с половиной месяцев напряженного труда, ведь делать мне это пришлось методом телекинетической трансформации материи.
      После того, как система жизнеобеспечения была заряжена аквавитолом по самую пробку, я отделил кристалломозг от боевой машины, установил его в самом защищённом отсеке "Жулика" и продолжил свои труды. Каким-то чудом мне удалось совместить порты кристалломозга с компьютерной сетью корабля и я сумел подключиться к мозгу боевой машины. Хотя это у меня и получилось сразу, мне пришлось здорово попотеть, чтобы пробудить это древнее существо к жизни. Поначалу оно походило на спятившего вояку и всё норовило открыть огонь из хилых энергопульсаторов "Жулика" по тому Голубому планетоиду, подле которого я дрейфовал за пределами галактики почти целый год. Именно из-за этого я и вернулся в обитаемый мир.
      На то, чтобы вправить мозгу боевой машины мозги и объяснить ему, что такое Обитаемая Галактика Человечества, у меня ушло лет пять, не меньше. Зато по истечении этого времени я обзавелся самым лучшим во всей галактике пилотом и самыми верными своими друзьями, – Нэксом и Бэкси. Все это произошло потому, что я чисто интуитивно сумел определить то, что в управляющем мозге сидели две личности. Это с моей легкой руки одна из них занялась пилотированием "Жулика", а вторая взяла в руки всё моё холостяцкое хозяйство, ну, а позднее, точнее в день моего отлета с Терилакса, Бэкс осмелился заговорить со мной женским голосом и превратился для меня в добрую мамочку Бэкси.
      То, что я жил преимущественно сначала на борту "Жулика", а потом и "Молнии", частенько использовал навигационную рубку в качестве спальной комнаты и приводил в неё своих подружек, да, ещё после этого и позволял Нэксу и Бэксу обсуждать их, заставило моих друзей вспомнить о том, что некогда они были людьми. Задолго до этого дня я купил на Рибастуме жутко дорогой и навороченный комплект оборудования для изготовления самых шикарных, практически неотличимых от человеческих, андротел и хотя мои друзья не обратили на него никакого внимания, мечтал о том дне, когда они выберутся наружу из своей электронной скорлупы. Наконец, этот счастливый день настал и в двери наших покоев вошли двое, – рослый, под два метра, розовощекий парень с пышной темно-русой шевелюрой и высокая, стройная девушка с изумительными формами, робкой улыбкой на очаровательном лице и волосами цвета спелой пшеницы.
      Рунита радостно засмеялась и со слезами на глазах бросилась к Нэксу, а я подхватил на руки и закружил по огромной прихожей Бэкси, одетую в нарядный голубой костюм с короткой юбкой. Я осыпал её лицо, такое нежное и человечное, горячими поцелуями и из моих глаз тоже брызнули слёзы, так радостно и тепло у меня было на душе. Покружив двух этих красоток мы с Нэксом вбежали в гостиную и хохоча во весь голос брякнулись на здоровенный диван. Старина Нэкс, одетый в черный смокинг, бережно прижимал к своей груди мою возлюбленную и радостно гудел:
      – Рунни, птичка моя, как же я рад.
      – А, уж, как я рад-то, милые мои! – Вторил ему я и крепко сжимал узкую руку Бэкси.
      Мой добрый, нежный и терпеливый ангел-хранитель, моя мамочка Бэкси быстро встала с моих колен, забрала из рук Нэкса Руниту и, обнимая её, сказала нам:
      – Ну, деточки мои, вам нужно ненадолго расстаться. – Глядя на меня с хитрым прищуром своих прекрасных серо-голубых глаз она добавила – Верди, ты оставайся здесь с Нэксом, а я отвезу Руниту во дворец Сорки и вскоре вернусь.
      Рунита тотчас нервно взвизгнула:
      – Ой, мне нужно сделать новую прическу!
      Бэкси погладила её по плечу и сказала:
      – Рунни, милая, не нужно ставить в неудобное положение лучших куафёров двора. Они, как и портные императора, намерены приложить все усилия и сделать так, чтобы ты блистала сегодня вечером во время приёма во дворце Сорквика, устроенного в вашу честь, словно принцесса крови. Поэтому, дорогая моя девочка, я советую тебе взять одни только живые бриллианты. Всё остальное тебя уже ждет во дворце.
      Моя супруга на мгновение нахмурилась, но вскоре радостно заулыбалась. Как и все молодые галанки она тоже любила блистать, а тут ей предлагалось предстать перед двором не современной девушкой, а в лучших традициях Роанта, так что она мечтательно закрыла глаза и Бэкси тотчас взяла её на буксир и быстро вытащила из наших покоев. Мы с Нэксом остались вдвоём и я извлёк из бара бутылку "Старого Роантира". К сожалению он не смог составить мне компанию и потому я осушил пузырь доброго вина самостоятельно. За этим делом мы поговорили с ним о всякой ерунде. Моя добрая мамочка Бэкси вернулась через каких-то полчаса и велела мне надеть новенькую клановую тунику.
 
       Обитаемая Галактика Человечества, Терилаксийская Звездная Федерация, внутреннее пространство темпорального коллапсора "Галан", звездная система Обелайр, планета Галан, центральная часть континента Мадр, провинция Роанталь, город Роант, Большой императорский дворец, официальная резиденция императора Сорквика.
 

Галактические координаты:

 

М = 98* 39* 21* + 0,34978 СЛ;

 

L = 52877,39437 СЛ;

 

Х = (-) I 724,50003 СЛ;

 

Стандартное галактическое время:

 

785 236 год Эры Галактического Союза

 

20 декабря, 11 часов 28 минут

 

Поясное планетарное время:

 

Месяц иззан, 02 число, 19 часов 15 минут

 
      Белоснежный, весь отделанный полированным золотом, открытый тримобиль-лимузин, за рулём которого гордо восседал Нэкс, быстро долетел до Западной заставы, спустился вниз и поехал по широкому шоссе, ведущему к центру Роанта, к площади Роантидов. Именно там стоял Большой императорский дворец, где нас уже ждали. В том, что так оно и есть, я был уверен хотя бы потому, что прямо возле заставы, представляющей из себя здоровенную мраморную триумфальную арку, украшенную золочёными скульптурами, нас поджидал целый взвод кирасир-гвардейцев. Как только мы подъехали к арке, они отсалютовали нам своими палашами и быстро выстроились вокруг лимузина в каре сопровождения. Зрелище было очень красивым, – белоснежные скакуны, золочёные кирасы, алые плюмажи на шлемах, рослые усачи-гвардейцы и громадный квадратный фиолетовый штандарт с серебряным соколом-чаром в руках знаменосца.
      К тому же вдоль всего шоссе выстроились с обеих сторон сотни и тысячи жителей Роанта, чтобы полюбоваться если не на меня, то уж точно на ослепительную светловолосую красотку, одетую в пышное бальное платье, декольте которого открывало взорам мужчин изумительную, белоснежную грудь Бэкси, – зрелище для Галана с его очаровательными смуглыми красавицами совершенно уникальное. Роскошное золото волос моего ангела и вовсе сражало всех мужиков наповал, а потому Бэкси радостно улыбалась и посылала всем воздушные поцелуи. Так что лишь очень немногие галанцы оценивающе смотрели на мой новый лимузин, хотя и он вполне стоил того, чтобы им восхищались.
      Наш путь к императорскому дворцу пролегал по широкому проспекту, застроенному дворцами городской знати. Проспект этот так и назывался, – Звёздный, хотя большинство роантцев называли его улицей Толстых Кошельков. Видимо, жителей столицы уже предупредили о том, зачем я еду во дворец и потому сотни детей бросали нам под ноги лепестки ролинов, так на Галане принято указывать жениху путь к его невесте. В ответ на это лимузин, имеющий в своей задней части весьма вместительный багажник, с пулемётной частотой отстреливался здоровенными вкусными конфетами для детей, изящными букетами из редких цветов из других миров и золотыми кольцами с роскошными, невиданными на Галане камнями для девушек и женщин, а также пластиковыми кисетами с дюжиной больших серебряных монет в каждом, для парней и мужчин, чтобы они могли выпить за нас с Рунитой. Все мои подарки были оснащены крохотными одноразовыми антигравами и миниатюрными фиолетовыми флажками, а потому не падали на газоны и тротуары.
      Публика была в восторге, наш лимузин ехал не спеша, а я то и дело перезаряжал его багажник и потому он не оскудевал ни на секунду. Гвардейцы Сорквика то и дело салютовали горожанам палашами, знаменосец, стоя на стременах, размахивая штандартом клана Мерков Антальских, выделывал всякие фигуры, да, и я тоже приветствовал всех взмахами руки и выпускал в воздух плазменные разряды в виде варкенских и галанских птиц и зверушек, чтобы отметить свой путь ко дворцу императора. К моей огромной радости на первом же перекрёстке к нашему кортежу пристроился Керкус Мардрон, скакавший верхом на громадном скакуне во главе небольшого каравана, состоящего из здоровенных пассажирских фургонов.
      Позади него к седлу были приторочены две громадные кожаные сумы и этот седовласый усач также принялся осыпать жителей Роанта подарками жениха. Не стоит даже говорить о том, что окна всех фургонов были раскрыты настежь и нарядно одетые караванщики Керкуса также бросали в толпу всяческие сувениры. По большей части произведённые на сотнях миров галактики. Великие Льды Варкена, как же я радовался, когда на следующем перекрёстке увидел Реда Милза с его моряками, неуклюже сидящих на скакунах, а потом к нам присоединились Антор Лоран с какой-то смеющейся дамой и чуть ли не все жители Равела. Не было здесь только Нейза и Марины, отчего мне, на мгновение, сделалось грустно.
      Антора и его спутницу я немедленно пригласил в наш лимузин и вскоре он познакомил меня с Ралейн, своей женой, понявшей, наконец, что её муж выловил-таки в южных морях рыбу-радугу удачи. Эта высокая красавица звонко расцеловала меня и счастье моё сделалось совсем беспредельным от того, что мой друг и она вновь соединились. Нэкс немедленно подал нам бокалы с вином и я произнёс тост за них. Так, хохоча во весь голос и звеня бокалами, одаривая всех свадебными сувенирами, мы и ехали по Звёздному проспекту до самой площади Роантидов, где нас встречала огромная толпа народа, запрудившая всю площадь перед дворцом.
      Всё закончилось тем, что над площадью зависла на высоте в двести метров "Молния Варкена" и из её трюмов посыпались цветы и подарки, но они не упали вниз градом, а стали плавно и величаво опускаться вниз на антигравах. Пока горожане ловили их, мы выбрались из лимузина, а наши друзья из своих экипажей и спешились, построились и зашагали вверх по широченной лестнице голубого, полированного гранита к широко распахнутым дверям дворца, где нас уже поджидал молодой красавец Игги, который стоял с золотым жезлом в руках и придерживал за плечо мальца лет шести. Вот это-то и стало самым настоящим испытанием для моих нервов, так как мальчишка, одетый в костюмчик белого шелка, сосредоточенно сжимал в руках лунную орхидею, явно, предназначенную мне. Поскольку сам я отнюдь не дама, то уж не мне предстояло вручить её Сорквику, а так как император был вдовцом, то я и представить не мог, кому мне следовало всучить сей цветок и потому вопросительно посмотрел на Бэкси. Та шепнула мне:
      – Шкипер, я понятия не имею, зачем Игги притащил сюда лунную орхидею. Поверь, это не было предусмотрено. Мы ведь с ним только и договорились о том, что ты приедешь в его дворец, как всякий порядочный жених, то есть с друзьями.
      Мальчишка, действуя строго по инструкции министра двора, шагнул мне навстречу и громко воскликнул:
      – Принц Веридор, возьмите этот цветок, чтобы вручить его роантидам в честь вашего бракосочетания!
      Час от часу не легче. После этого я уже ни черта не понимал и мы пошли через огромный вестибюль прямиком к наглухо закрытым дверям большого зала приёмов. Сорки, явно, решил провести это мероприятие так, словно оно имело государственное значение. Ну, что же, даже на этот счёт у варкенцев всегда найдётся своя собственная хитрая уловка, чтобы не быть гостеприимным хозяевам слишком обязанными, да, и проделать всё именно так, как это было предписано клановыми традициями. Ну, это в том смысле, что у нас, варкенцев, каждый шаг и каждый жест имеет особое значение, а большой зал приёмов имел в длину добрых сто метров и я просто физически не смог бы подойти к императору от его дверей на приличествующее расстояние, так как был обязан совершить строго отмерянное количество шагов, ровно тридцать шесть, и поклонов, всего двенадцать штук и ни одним больше. Поэтому, скосив взгляд на Нэкса, я чуть слышно прошептал:
      – Нэкс, старина, тебе придётся пройти с Бэкси вперёд и завязать где-то посередине зала домашний узел. Сможешь?
      Вместо моего посаженного отца мне ответила Бэкси, которая насмешливо спросила у меня:
      – Мальчик мой, а ты не забыл о том, как его развязывают?
      Я широко улыбнулся и промолчал. Уж что-что, а то, как развязывается домашний узел клана Мерков я знал с пелёнок и не забуду этого до самой смерти. Пока мы не спеша шли вслед за Игги к парадным дверям зала, мои друзья бегом бросились к боковым, что заставило меня ещё раз радостно заулыбаться, так как это означало, что и в зале я увижу знакомые мне лица, а не одних только придворных Сорквика. Когда мы приблизились к огромным золотым дверям и они распахнулись настежь, граф фрай-Элькаторн зычно представил меня, но я не вошел в зал первым. Что то негромко говоря в кулак, это сделали за меня Нэкс и Бэкси. Из этого я сделал вывод, что мои посаженные родители уже наполнили зал крохотными резонирующими кристаллами и теперь любой человек, находящийся в нём, будет слышать каждое слово.
      За что я более всего люблю Нэкса и Бэкси, так это за то, что у них всегда всё наготове. Мой самый главный учитель достал из внутреннего кармана смокинга два полутораметровых куска шнура, свитого из белых и фиолетовых нитей, шелковый платок, цветов моей туники и вместе с Бэкси важно прошествовал по малиновой ковровой дорожке, расшитой золотом, в сторону императорского трона. За всеми их перемещениями внимательно наблюдали Сорки, Теффи, Ларкид и Рунита, сидящие на одинаковых креслах из кости морского дракона, золота и драгоценных камней, верхние части спинок которых были украшены гербами империи Роантир. Позади них развевались, свисая из-под потолка, два огромных флага, один империи, а другой личный штандарт Сорквика.
      Император был одет в пышные тронные одежды императора, пошитые из золотой парчи иркумийской выделки, а на его плечи была наброшена белоснежная мантия из меха тервира, отороченная длинными изумрудными прядями меха равелнаштарамского барса. На голове у него была надета простенькая семизубая корона с овальными клеймами на зубцах. Та самая, которую изготовил для роантидов ещё Арлан Великий. Кстати, из того золота, что я ему отвалил за то, что он почти полгода был нашим слугой и кашеваром. Поскольку кроме короны на голове у Сорки в руках не было больше никаких атрибутов власти, то я мог смело рассматривать эту встречу, как приватную и особенно не выгибаться перед ним.
      Справа от императора сидел принц Тефалд, одетый в тёмно-зелёный мундир полковника Первого дворянского полка города Роанта, командиром которого он являлся по совместительству. На его груди висело примерно с дюжину орденов и медалей, а голова была украшена точно такой же короной, как у его папаши, только поновее. За Теффи сидел принц Ларкид, одетый в белоснежный, строгий мундир мичмана военно-морского флота империи, но без короны на голове. Зато его левое ухо украшал круглая серьга с грушевидной жемчужиной и миниатюрным якорем, говорящая о том, что он уже совершил своё первое кругосветное плаванье. Император Галана был крутым мужиком и его сыновья тянули лямку наравне со всеми галанскими дворянами не зная никаких послаблений.
      Рунита сидела слева от Сорквика и была одета в пышное платье, лиф которого был пошит из сверкающей серебряной парчи, а юбка являла собой целое облако белых кружев, всё усыпанное тёмно-синими королевскими сапфирами и её живые бриллианты лезли из кожи вон, лишь бы посрамить их густотой своей синевы и яркими сполохами. На головке моей возлюбленной, украшенной совершенно фантастической причёской, красовалась бриллиантовая корона, изящная и умопомрачительно красивая. В тот момент я ошибочно полагал, что это была обыкновенная свадебная корона.
      Нэкс не спеша дошел до нужной точки и точными, уверенными движениями связал два куска шнура домашним узлом клана Мерков Антальских. Бэкси в это время вполголоса объясняла всем присутствующим в зале, а это было примерно тысяч пять человек, что всё это значит. Пока они это делали, я успел немного рассмотреть публику, которая сидела и стояла на двух ступенчатых подиумах, поставленных по обе стороны от малиновой дорожки. Это были отнюдь не одни только придворные, так как среди них я узнал королей Фейднира и Бастиана с супругами, герцога Болдрика Иркумийского, а также многих губернаторов.
      Все дамы сидели в креслах, а их кавалеры стояли подле них независимо от чина. Меня особенно порадовало то, что в этом зале присутствовала не одна только Ралейн, но и жены всех моих галанских друзей и знакомых, как и то, что простые матросы, караванщики и охотники стояли вперемешку с важными вельможами и те шепотом расспрашивали их обо мне. В глазах сильных мира сего я легко читал если не восхищение, то искреннее уважение к себе, Нэксу и Бэкси. Правда, стоит отметить то, что на мою мамочку Бэкси все галанцы смотрели ещё и с вожделением во взгляде, уж очень она была хороша собой. Их даже не смущало то, что она была представлена здесь в виде существа искусственной расы. Впрочем, тело Бэкси было столь совершенным и так точно повторяло анатомию человека, что с ней запросто можно было переспать, но я в жизни никогда не слышал ни о чём таком.
      Как только узел был завязан, Нэкс подал Бэкси один конец шнура и они встали друг перед другом, натянув его поперёк ковровой дорожки. С этой минуты всё, что находилось с моей стороны я мог считать территорией своего клана, а вот за домашним узлом находилась вотчина Сорквика, поэтому я пошел к этой разграничительной линии совершенно спокойно и даже беспечно. Я улыбался направо и налево, махал рукой знакомым парням и вежливо кланялся женщинам. Все подбадривали меня весёлыми криками и желали мне удачи и чем ближе подходил я к домашнему узлу клана, тем сильнее охватывало меня волнение. Разумеется, это нельзя было назвать испугом. Просто только сейчас я понял, что мне посчастливилось совершить на Галане.
      Подойдя к Нэксу и Бэкси, я опустился на одно колено и сцепил пальцы в замок сыновней любви и преданности своим посаженным родителям и клану, родившему и вырастившему меня, после чего поцеловал плоскую, узорную розетку домашнего узла Мерков из Горного Антала. Узел я развязал тремя точными, заученными на всю жизнь, движениями. Как только это было сделано, Нэкс и Бэкси повернулись лицом к императору Галана и моя мамочка тотчас принялась объяснять ему и всем присутствующим, что я делаю. А я, тем временем, сделал три первых, широких и решительных шага к своему счастью, чтобы снова встать на одно колено и сцепить пальцы рук в замок своей покорности Великой Матери Льдов и склонить голову перед её величием. Затем я поклонился и сотворил ритуальный замок в знак своего почтения каждому из Трёх Небесных Лордов, потом отвесил поклон Варкену и его Великим Льдам.
      Так, приближаясь к резному золоченому подиуму, на котором стояли четыре одинаковых трона, я поклонился Обелайру, прося его беречь всех галанцев, Галану, за его щедрость, и Трём Небесным Сёстрам по очереди, – этим красавицам за то, что они делали ночи божественно красивыми, потом всему дому Роантидов и, наконец, императору Сорквику лично, всякий раз по новому переплетая пальцы. Если до этого я преклонял колено лишь секунд на пять, то перед правителем Галана я встал коленопреклонённо и замер на целую минуту, чтобы этот тип вволю насладился моим смиренным видом, гордость моя от этого нисколько не пострадала и будь в это время рядом со мной даже все архо моего клана, они встали бы перед ним точно так же. Как Сорквик, так и все собравшиеся в этом зале по достоинству оценили мои ухищрения и они были встречены благожелательным шепотом. Когда же он стих, я выпрямил спину и не разжимая замка величайшей просьбы, громко и отчётливо сказал императору:
      – Ваше императорское величество, здесь стою я, Веридор Мерк из клана Мерков Антальских, младший сын Даймонда и Ларины Мерк, внук отца-хранителя клана и лорда-хранителя чести Варкена Баллианта Мерка. Стоя на коленях и сцепив пальцы в замок величайшей просьбы о милости, я прошу у вашего императорского величества разрешить мне сделать официальное варкенское предложение находящейся здесь девушке Руните Лиант и дать мне разрешение совершить с ней брачный полёт в небесах Галана, благословенных Великой Матерью Льдов, как только золотой Обелайр осветит его густые леса, благодатные поля и луга, щедрые озёра и реки.
      С этими словами я снова склонил голову и замер, навострив уши и ожидая разрешения подняться и поцеловать руки своей возлюбленной. Сорквик не стал наслаждаться этим зрелищем слишком долго и сказал своим красивым баритоном:
      – Встаньте, принц Веридор Антальский, внук благородного правителя Горного Антала. – То, что меня вот уже невесть сколько времени называли принцем все, кому не лень, я считал до этой поры лишь формальностью, но Сорквик, похоже, так не считал, зато он счел возможным взять, да, и огорошить меня следующим заявлением – Однако, принц Веридор, здесь нет той, о ком вы говорите. Здесь нет девицы по имени Рунита Лиант.
      Вот тут-то я и остолбенел, открыв рот и вытаращив глаза на этого типа. Меня даже не навела на правильную мысль ехидная ухмылка, мелькнувшая на роже Сорквика и то, что он заботливо накрыл своей лапищей руку Руниты, а та вся так и зарделась от его слов. Взгляд мой упёрся в бесстрастную физиономию этого типа и я похолодел от ужаса, думая о том, что его императорское величество решил всё переиграть. Кровь отхлынула от моего лица и люди впервые увидели меня бледным. Наконец, губы Сорквика снова дрогнули в улыбке и он поинтересовался у меня:
      – Принц, здесь, подле меня, находится моя приёмная дочь, принцесса Рунита, графиня фрай-Роантир, может быть вы имеете в виду её? Насколько мне это известно, она испытывает к вам очень глубокие чувства и собирается совершить с вами какой-то там брачный полёт. Право же, хотя это и внове для Галана, я не вижу в том ничего плохого и, пожалуй, отдам свою дочь вам в жены, принц Веридор Антальский.
      А вот такого развития событий не ожидали ни Бэкси, ни Нэкс, ни, уж, тем более, я и слова Сорквика прозвучали в моих ушах громовым набатом. Бэкси, помолчав секунды три, вдруг, заверещала в моём ухе, приказывая мне немедленно принести Сорквику клятву верности, но тут она просчиталась. Уж о том, как нужно было поступать в тех случаях, когда кто-то очень благородный, мудрый и смелый хочет породниться с его кланом, отдавая ему свою дочь в жены, каждый варкенец знал смолоду. Первым делом я достал из складок своей туники клятвенный кинжал с темляком в виде сокола-чара и ножнами черного лака, украшенными серебряными иероглифами. Обнажив тридцатисантиметровой длины фиолетовый клинок, я сцепил вокруг него пальцы в замке клятвы верности и вечной преданности союзному клану, поднял руки на уровень груди и произнёс громко, отчётливо и торжественно:
      – Ваше императорское величество, стоя здесь, в этом зале, на глазах у всех этих людей я, Веридор Мерк, трао из клана Мерков Антальских, клянусь в вечной преданности и верности дому Роантидов и вам лично. Своими устами я клянусь за каждого круда, трао и архо клана Мерков Антальских, клана из Большой Семёрки, а также за каждого круда, трао и архо всех тридцати двух союзных кланов Мерков из Горного Антала и заявляю о том, что отныне дом Роантидов и планета Галан, им возглавляемая, будет хранима всеми нами, как самая большая наша святыня. Да, будет эта клятва услышана Великой Материю Льдов и постигнет смерть каждого члена клана Мерков Антальских и каждого отца-хранителя наших союзных кланов, если хоть один из Мерков Антальских или кто-либо из наших союзных кланов предаст тебя, Сорквик Роантид или дом Роантидов. Нет силы, способной разорвать связь между Мерками и домом Роантидов, как и нет силы, способной растопить ледяные чертоги Матидейнахш. Аймо!
      Произнеся клятву до конца, я встал, полоснул лезвием по правой ладони, сжал её в кулак, а затем стиснул окровавленными пальцами фиолетовый клинок и вложил его в ножны. В варкенский клятвенный кинжал помимо того, что его лезвие способно хранить на себе кровавый отпечаток, встроены ещё и две крохотные панорамные видеокамеры, так что в любой момент Сорквик сможет теперь предъявить доказательство того, что клан Мерков Антальских принёс ему клятву верности и теперь будет сражаться на его стороне до последней капли крови. Не знаю, рассказали ему об этом Нэкс и Бэкси или нет, но вид у него после моей клятвы был жутко довольный, а когда я встал и вручил ему кинжал, он обнажил клинок, посмотрел на алый след на его лезвии и такие же отпечатки моих пальцев, удовлетворенно кивнул головой, встал и ответил мне:
      – Принц Веридор Антальский, я принимаю клятву верности клана Мерков из Горного Антала и их союзников. Отныне Галан является для всех вас родным домом и пусть между нами будут нерушимы узы братства и вечной дружбы.
      Сказав это, он жестом попросил Руниту встать, а меня подняться к ним на подиум, где и вложил её руку в мою. Первыми нас поздравили Теффи и Ларкид, причем сделали это самым скабрезным образом. Старшенький принц тотчас отпустил шуточку на счёт ракетного топлива, посоветовал мне залить его не в глотку, а ещё кое-куда для увеличения скорости, а младшенький, покраснев от смущения, предложил Руните взять в полёт свой крохотный голографический проектор-брелок, который не раз выручал его в сражениях с игрушечными солдатами, показывая им его копии, чтобы я тоже поломал себе голову, выбирая из дюжины невест настоящую. Ну, это были пока ещё только цветочки, так как, благодаря Нэксу и Бэкси, уже буквально все в этом зале знали то, как им нужно напутствовать варкенского-трао, решившего сделать своей жене настоящее варкенское предложение, а именно, замучить его до полусмерти всяческими непристойностями.
      Сорквик турнул Ларкида с постамента, похлопал меня по плечу и все наши гости возбуждённо загудели, дамы, радостно улыбаясь, встали с кресел и к нам направилась первая супружеская пара, король Бастиан вместе с королевой Сиринеллой и принцем Гарендиром, который смотрел на меня с какой-то непонятной улыбкой. Вот от этого кряжистого, могучего кируфца я и выслушал первую порцию настоящей галанской похабени, но самое главное то, что император благосклонно кивал ему головой, полностью развязало языки этой нарядно одетой публики. Уверен, в этом зале со времён строительство дворца ещё ни разу не было произнесено столько непристойностей, сколько её высказали в мой адрес в следующие три с лишним часа. Хорошо было хотя бы то, что Игнес, регулировавший движение, давал каждому острослову не более тридцати секунд и вот что удивительно, с каждой новой шуточкой, с каждым солёным словцом я чувствовал себя всё лучше, раскованнее и веселее и меня охватывал невероятный азарт.
      Хотя все остроты и направлялись исключительно в мой адрес, а Руните гости давали всё больше практические советы по части управления мною, моя жена испытывала вместе со мной точно такой же подъём. Она радостно улыбалась, протягивала руки мужчинам для поцелуев и целовалась со всеми женщинами и девушками, подходящими к ней. Моя рука также одеревенела от крепких рукопожатий, а левое плечо грозило развалиться на куски от похлопываний. Наконец, все наши друзья вышли из зала в сад дворца и Теффи увёл Руниту от меня. Глядя ей вслед, я обессилено опустился на резной подиум и с облегчением вздохнул. Сорквик присел рядом и улыбнулся мне широкой, открытой и очень дружелюбной улыбкой, показывая мне этим, что он будет отличным тестем. Толкнув его в хрустящий парчовый бок я спросил:
      – Сорки, с чего это вы все решили, что я принц? У нас, на Варкене отродясь не было ни королей, ни вообще каких-либо правителей. У нас ведь даже нет государства и вместо власти полная анархия, а отец-хранитель клана это кто-то вроде няньки пополам со счетоводом. Если ты попросишь какого-нибудь архо сказать тебе честно, хочет ли он занять место деда Баллианта, то он точно пошлёт тебя куда подальше.
      Сорквик широко осклабился и спросил:
      – А тебе что, совсем не нравится быть принцем, Верди?
      Пожав плечами, я ответил:
      – Ну, в общем-то работёнка не пыльная, не то что та, которая у меня сейчас, да, и люди встречаются очень интересные. Только знаешь, старина, я как-то не привык к тому, что люди смотрят на меня снизу вверх.
      Он рассмеялся, хлопнул меня по плечу и сказал:
      – Ничего, парень, привыкай. Теперь ты не только граф, но ещё и принц в придачу, я ведь усыновил Руниту полностью, со всеми правами наследования и заодно Великий князь. – Хитро улыбнувшись, Сорки добавил – Сам понимаешь, Верди, я ведь не мог после всего этого сказать людям, что выдаю дочь замуж за какого-то там клансмена. К тому же из "Хроник Варкена" я узнал, что твой клан один из самых больших на планете и контролирует едва ли не одну пятую её часть, так что твоего деда Баллианта можно смело называть королём.
      Я недовольно поцокал языком и проворчал:
      – Сорки, я тебе не какой-то там клансмен, а трао из клана Мерков Антальских и мой клан не только хранит покой двух с половиной миллиардов варкенцев, но и является военной опорой почти ста сорока триллионов галактических круда на нескольких сотнях планет. Мерки ведь не зря входят в Большую Семёрку, это право даровано нам древними легендами моего мира, ведь мы ведём свой род от самого Антала, шестого мужа Матидейнахш.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26