Современная электронная библиотека ModernLib.Net

100 великих географических открытий

ModernLib.Net / Детские энциклопедии / Баландин Рудольф Константинович / 100 великих географических открытий - Чтение (Ознакомительный отрывок) (стр. 3)
Автор: Баландин Рудольф Константинович
Жанр: Детские энциклопедии

 

 


      Можно предположить, что у Пифея шла речь о густых туманах на северных морях. Возможно, он не совсем верно понял рассказы о туманах и морских льдах. Некоторые его сообщения о быте северян счел достоверными даже Страбон: «Люди, живущие там, питаются просом и другими злаками, плодами и кореньями; а где есть хлеб и мед, там из них приготавливается и напиток. Что касается хлеба, говорит он, то, так как у них не бывает ясных солнечных дней, они молотят хлеб в больших амбарах, свозя его туда в колосьях, ибо молотильный ток они не употребляют из-за недостатка солнечных дней и из-за дождей».
      Пифей первым сообщил о «замерзшем море» и мог во время плавания подойти близко к Северному полярному кругу. Поэтому его иногда называют первым полярным исследователем.
      В Балтийское море он, скорее всего, не заходил, но побывал в районе Нидерландов и Ютландского полуострова. Вряд ли он достиг Исландии, которая в то время, по-видимому, была необитаемой. Более вероятно, что он добрался до Норвегии или, во всяком случае, собрал о ней сведения.
      …Путешествие Пифея со всей определенностью свидетельствует об относительности понятия «географическое открытие», когда речь идет о странах обитаемых. Ведь племена, населявшие неведомые для древних греков регионы Европы (а это было около 9/10 ее территории), находились на высоком культурном уровне, вели горные работы и торговлю с южными странами, имели развитые земледелие и скотоводство. Тут, пожалуй, точнее было бы говорить не о географических открытиях, а об открытиях географов — людей, изучающих Землю. К ним, безусловно, относился Пифей.
      Первые известные нам географы были древние греки. Приходится исходить из их сообщений, их понимания устройства земной поверхности и этапах его изучения. Вот почему для истории географии характерен не столько даже «евроцентризм», сколько более узко — «грекоцентризм», тем более что само слово «география» — греческого происхождения.
      Как бы мы ни относились к достижениям Пифея, надо иметь в виду, что он оставил описания не только увиденного и услышанного, но и тех измерений, которые он проводил, стремясь определять географические координаты отдельных пунктов. Это уже вполне научный подход, несмотря на то что многие его измерения были не точны.

ПОКОРЕНИЕ ВЕЛИКОГО ОКЕАНА
(Океания)

      Наиболее удивительные и, пожалуй, величайшие географические открытия останутся навсегда безымянными: не было хроникеров, которые занесли бы эти достижения в анналы истории, не существовало карт, на которые были бы нанесены неведомые ранее земли и моря. Эти открытия совершались или в далекой древности, еще до времен письменности, или племенами, не имевшими своих летописцев.
      Древние люди (кроманьонцы) открыли Новый Свет. Они первыми, судя по всему, пришли сюда из северо-восточной Азии по перешейку, соединявшему в ледниковую эпоху два континента. Но эта была естественная миграция. Люди не стремились достичь определенной цели, не преодолевали трудностей на этом пути. Они даже не имели, по-видимому, представления о том, что переходят с одного континента на другой.
      Иначе были настроены те, которые бросили вызов Великому океану и ушли на своих судах в его неведомые просторы. Эти безымянные мореплаватели были настоящими героями и первооткрывателями. От сравнительно близких к материкам островов они уходили все дальше и дальше в открытый океан, бросая вызов свирепым штормам и бескрайней водяной пустыне, обнаруживая новые острова и архипелаги.
      Некоторые ученые считали, что такие открытия совершались случайно: морские и воздушные течения, мощные циклоны отбрасывали утлые суденышки от родных берегов, уносили в океан, и там некоторым из терпящих бедствие удавалось высадиться на очередном острове. Так, мол, и проходило их заселение.
      В действительности если и случались подобные невольные открытия, то чрезвычайно редко и без каких-либо ощутимых последствий для истории. Заселить и освоить остров такие случайные группы потерпевших кораблекрушение не могли. Для этого у них не было ни культурных растений, ни домашнего скота или птицы. Вряд ли в таких группах оказывались женщины. А добытые учеными факты свидетельствуют о том, что на острова Океании призвали хорошо организованные и заранее подготовленные к колонизации новых земель отряды, племена, которые имели с собой семена растений и сельскохозяйственных животных.
      На Новой Гвинее обнаружены каменные орудия, которые, по определению некоторых ученых, имеют возраст 25—26 тысячелетий, хотя основательное освоение крупных островов, расположенных сравнительно недалеко от Азии, началось значительно позже. Около пяти тысячелетий назад сюда завезли свиней. Тогда же здесь появилось земледелие.
      «Установлено, — писал австралийский археолог П. Беллвуд, — что примерно в XIII в. до н.э. повсюду от Новой Гвинеи до островов Тонга, между которыми 5 тысяч километров, распространились носители однородной археологической культуры, которая, судя по данным радиоуглеродного анализа, расселялась очень быстро… Можно утверждать, что они были искусными мореходами. Именно эти „викинги Тихого океана“ стали культурными героями полинезийских мифов». По его мнению, сначала открывали острова наиболее инициативные небольшие группы колонистов. Они целенаправленно пускались на поиски новых земель. К середине первого тысячелетия до н.э. этот процесс замедлился или прекратился. Спустя несколько веков группы «поисковиков» снова стали отправляться в открытый океан, добираясь до самых отдаленных необитаемых островов.
      Почему возникла новая волна «морских переселенцев»? Скорее всего, к этому их вынудила перенаселенность освоенных островов, а также истощение на них природных ресурсов (прежде всего почв). Подобные экологические причины и на материках вызывают великие переселения народов.
      Некоторые ученые предполагают, что на дальние морские путешествия людей толкало стремление завязать торговые операции или завоевать и разграбить владения других племен. Но такие предположения основаны на знании мореплавания в эпоху капитализма. А ведь до этой сравнительно скоротечной эпохи многие тысячелетия люди совершали преимущественно обмен товарами. И можно ли заранее знать, какой товарообмен будет выгоден на тех островах, о которых ты даже не имеешь никакого представления? Вдруг там обитают людоеды и ты попадешь к ним в предобеденную пору?
      Разбойные набеги островитяне действительно совершали. Но это были именно военные отряды, которые отправлялись на свой пиратский промысел, заранее выведав, где и чем можно поживиться. Если такой военный отряд попадал на необитаемый остров, пригодный для житья, этим открытием племя вполне могло воспользоваться.
      Вероятно, существовали племена своеобразных морских кочевников по типу бродячих скотоводов и охотников на суше. Они снаряжали не просто отдельные плоты, а целые флотилии; брали с собой женщин и весь небогатый скарб. Они сознательно уходили на поиски новых островов-оазисов среди безбрежной океанской пустыни.
      На что рассчитывали эти люди, пускаясь в столь опасные плавания к неведомым берегам? Вряд ли на «авось». Они знали, что в океане существуют острова, что он вовсе не беспредельное однообразное водное пространство. Они имели представление о периодах штормов и штилей, преобладающих ветрах и течениях океана.
      Океанийцев с полным основанием можно называть людьми океана. Он был для них как дом родной (как пустыня для кочевников). По каким признакам они ориентировались в открытом океане? По Солнцу и звездам. Каким образом они находили направление к островам? По путям перелетов птиц, по облакам, которые нередко скапливаются над островами, по характеру волн… Они умели читать книгу Великого океана, хотя и не всегда рассудком, а чаще — интуитивно, живя в единстве с природой. Между прочим, у кочевников тундр, степей и пустынь тоже обострено чувство пространства, ориентирования на местности; они умеют пользоваться приметами, недоступными «чужакам», и не всегда могут объяснить, на чем основано это умение.
      Странники Океании изобрели уникальные лодки с одним или двумя балансирами. По-видимому, таков был конечный результат эволюции плота, из которого изымали «лишние» бревна. Затем оставшиеся бревна заменили долбленками, скрепили их настилом, а на нем установили мачту с парусом и хижину. Вот и получился настоящий плавучий дом!
      Лодка с балансиром двигалась преимущественно на парусе, имея рулевое весло. Форма паруса — треугольная (острием вниз). Изготавливали его из листьев пандануса или циновок. Скорость лодки достигала 20 узлов. Наиболее маневренные из подобных судов служили для «морской разведки», а крупные — для перевозки грузов, переселения семей. С приходом европейцев мореплавание у океанийцев пришло в упадок: судостроение заглохло, а навыки навигации были утрачены. Правда, в Меланезии еще в XIX веке была широко распространена лодка «урумбай» — похожая на древнеегипетскую ладью с вместительной надстройкой в центре и с двумя мачтами. Урумбай был хорошо приспособлен для дальних плаваний.
      Наиболее знамениты крупные лодки — моны — воинственных жителей Соломоновых островов. Для изготовления монов использовались строительные стволы деревьев тима, почти без сучьев. Такое судно имело высоко вздыбленные нос и корму и вмещало до 100 человек. Борта украшались перламутровыми инкрустациями, на форштевень насаживали крупные панцири улиток овула и устанавливали талисман — деревянную фигуру обожествленного предка. Бывало и так, что здесь же красовались отрубленные головы врагов — пиратские трофеи.
      Однако при всем относительном совершенстве урумбаев и монов трудно поверить, что на подобных судах океанийцы взад и вперед бороздили Великий океан. Скорее всего, морские переселенцы вынуждены были отправляться в дальние плавания без надежды на возвращение к родным берегам, отдаваясь во власть течениям и ветрам и лишь временами корректируя свой маршрут по признакам сравнительно близкой земли или по сообщениям разведчиков о существовании вновь открытого острова.
      Остается только догадываться, сколько сотен или тысяч этих отважных мореходов-кочевников поглотила океанская пучина. Однако факт остается фактом: они смогли открыть и заселить все более или менее крупные и пригодные для постоянного обитания острова Тихого океана. Хотя до сих пор трудно объяснить, каким образом им это удалось.
      «Многие особенности плаваний океанийцев убеждают, — писал П. Беллвуд, — что их мореходное искусство достигло высокого уровня и что они были бесстрашными людьми… Можно утверждать, что заселение Полинезии не было связано с экипажами случайно занесенных сюда лодок. В Полинезии течения, проходящие к северу и югу от экватора, движутся с востока на запад со скоростью до 40 км в день, а течение, идущее в обратном направлении, существует только в узкой полосе между 4° и 10° с.ш. Пассаты дуют также с востока на запад, и только летом их иногда сменяют прерывистые западные ветры. Естественно, что большинство плаваний, зафиксированных в Полинезии, имело направление с востока на запад…»
      По той же причине норвежский путешественник Тур Хейердал предположил, что в Океанию могли приплыть древние жители Южной Америки. Однако по всем имеющимся в распоряжении современных ученых сведениям эта гипотеза не находит своего подтверждения (об этой проблеме у нас еще пойдет речь в связи с открытием острова Пасхи). Сейчас кажется почти невероятным, что в те давние времена мореходы могли преодолевать огромные пространства на плотах (древние обитатели Южной Америки не умели строить надежные и быстроходные суда). Тем более что речь идет об освоении гигантской центральной акватории Тихого океана Например, для того чтобы попасть от берега Южной Америки на Гавайи, требуется пересечь попутное экваториальное течение, направленное с востока на запад, а также преодолеть течение, идущее в противоположном направлении, затем пересечь северное пассатное течение, идущее на запад. Ни преднамеренно, ни тем более случайно проделать такой путь на плоту совершенно невозможно.
      А вот возможность дальних морских экспедиций полинезийцев была подтверждена в эксперименте, проведенном в 1977—1978 годах. С этой целью была построена двойная лодка (катамаран) по традиционному полинезийскому образцу с двумя мачтами и палубой площадью 8 кв. м. Общие размеры судна 18x4, 5 м, грузоподъемность 11, 3 т. Экипаж состоял из 15 человек; груз — местные продукты питания, свинья, собака, две курицы и семена растений.
      Эта лодка под названием «Хокулеа» преодолела путь в 5 тысяч километров за 35 дней, выйдя с острова Мауи на Гавайях и достигнув Таити. Затем она проделала путь в обратном направлении. Временами приходилось идти против ветра, пересекая течения, тем не менее экспедиция завершилась успешно.
      Правда, тремя десятилетиями раньше Тур Хейердал с тремя друзьями проплыл на бальсовом плоту (которыми пользовались и древние жители Южной Америки) по ветру и течению от берега континента до атолла в архипелаге Туамоту в центральной части Тихого океана. Это путешествие вызнало волну энтузиазма у сторонников заселения островов Океании с востока. Однако следовало бы учесть, что эта экспедиция, длившаяся 101 день (!), была заранее спланирована и хорошо подготовлена, а ее участники использовали современные данные об океанических течениях и преобладающих ветрах в этой части Тихого океана. Ничего подобного не знали и не могли нигде узнать древние обитатели Южной Америки. А без такой информации уйти на ненадежном плоту в открытый океан невесть куда и неизвестно на какой срок могли только безумцы.
      Современные эксперименты, типа плавания «Хокулеа» или хейердаловского «Кон-Тики», имеют более туристическое, чем научное значение. В подобных экспедициях необходимо учитывать не только технические возможности, но и иметь соответствующую информацию, которой не было у первооткрывателей. Вот почему их географические подвиги восхищают и озадачивают нас.
      Преимущество информационного обеспечения особенно наглядно проявляется на примерах тех людей, которые после кораблекрушений на лодках или плотах много дней оставались в открытом море. Подавляющее большинство из них умирало значительно раньше, чем это должно было бы случиться по чисто физиологическим причинам. Их губила безысходность, потеря надежды на спасение, отчаяние…
      Первооткрыватели островов Океании затмили славу тех европейцев, которые стали заново открывать эти обжитые «оазисы в океане» в XVI и последующих веках. После того как в 1520 году экспедиция Магеллана пересекла Тихий океан, просвещенные европейцы получили более или менее верное представление о размерах земного шара и распределении на нем суши и океанов. Имея навигационные приборы, достаточно надежные суда и постоянно уточнявшиеся карты, опытные и искусные европейские мореходы получили возможность пересекать Тихий океан в разных направлениях.
      В XIX веке исследователи островов Тихого океана попытались ответить на вопрос: кто же были те люди, которые первыми заселили острова Океании? Антропологи находили сходство представителей местных племен (включая аборигенов Австралии и Новой Гвинеи) с разными расами, в том числе африканской, европейской и восточно-азиатской. Как это могло произойти? Были выдвинуты разные предположения. В числе их — гипотеза существования в Тихом океане затонувшего континента (Пацифика, Му) с высочайшей культурой. Или другое предположение — освоение Океании выходцами из Европы. Ранее нами уже упоминалась гипотеза об освоении Тихого океана с востока, от берегов Южной Америки. Наконец, была разработана идея последовательных волн пришельцев в Океанию из разных регионов.
      Ситуация оказалась очень запутанной потому, что сторонники каждой из гипотез приводили определенные, порой достаточно убедительные доводы в пользу их варианта и против всех других. Однако в науке принято отдавать предпочтение тем фактам, которые опровергают выдвинутую гипотезу. На этом основании в настоящее время наибольшей популярностью пользуется идея о происхождении полинезийцев от племен, обитавших в юго-восточной Азии, а также о возможных волнах переселенцев из Южной Азии или из Северо-Восточной Африки.
      Но одно существенное обстоятельство ученые не учитывают: первые покорители Тихого океана могли обладать своеобразными расовыми признаками, сочетающими черты, характерные для нескольких современных рас. Скажем, кроманьонцы, поселившиеся в Австралии, Меланезии, на Тасмании, а затем начавшие освоение Океании, вовсе не обязательно были ярко выраженными представителями одной из ныне существующих рас. Они могли обладать собственными особенностями и более широким разнообразием признаков.
      В последующем эти племена, обитая долгое время в относительной изоляции и в определенных природных условиях, стали приобретать более узкую «биологическую специализацию». Вообще создается впечатление, что наши давние предки были замечательными людьми с более высокими интеллектуальными способностями, чем их потомки. Об этом, в частности, косвенно свидетельствует более значительный (в среднем) объем мозга кроманьонцев по сравнению с современными людьми (при значительном внешнем сходстве). Другое свидетельство: замечательная изобретательность кроманьонцев и стремительное их распространение на огромнейших, прежде необитаемых территориях как на суше, так и в акваториях Мирового океана.
      Конечно, в нашем распоряжении имеется гигантский объем информации, накопленной в предыдущие века нашими предками. У нас больше запас знаний (не нами добытых!). Но ведь многознающий человек вовсе не обязательно мудр или просто умен. По-настоящему проявляется интеллект не в запоминании или использовании чего-то, а в творчестве, незаурядных открытиях, дерзаниях разума.
      Именно такие качества проявили те безымянные герои, которым, первым из людей, покорился величайший океан планеты.

КРУПНЕЙШИЙ ОСТРОВ ПЛАНЕТЫ
(Гренландия)

      Странное имя. Земля эта вовсе не зеленая, какой она называется. Она белая, или, верней, ледяная. Ей вполне подошло бы название — Исландия. Но оно закрепилось за несравненно более зеленым островом. Такой получился географический парадокс. Но, подобно всякому подлинному парадоксу, он имеет логичное объяснение.
      Северо-Западная Европа в начале новой эры все плотнее заселялась предприимчивыми сильными и смелыми людьми. Они пасли скот, занимались земледелием, охотились, ловили рыбу. Однако, несмотря на сравнительно мягкий климат Скандинавии, пригодных для ведения сельского хозяйства земель было не очень много. Да и почвы быстро истощались.
      Увеличение плотности населения при невозможности вести более интенсивное земледелие и скотоводство вызывало внутренние конфликты. Все больше молодых сильных людей стало уходить на разбойный морской промысел — в викинг, как это у них называлось.
      Сначала, пожалуй, они просто старались найти и заселить новые территории. Но путь на запад и юго-запад через море вел к хорошо обжитым землям Британии, Ирландии. То же было на западной окраине Европы. В этих краях викинги совершали грабительские набеги и завоевания.
      Крупнейшие географические открытия выпали на долю тех скандинавов (норманнов, норвежцев), которые искали не богатства, а достойную мирную жизнь.
      Жители Британских островов страдали от набегов викингов. По этой ли причине или просто от желания избежать мирской суеты, группы ирландских монахов стали уходить в море, поселяясь на пустынных островах.
      По словам средневекового ирландского летописца Дикуила, в конце VIII века одна из подобных групп провела весну и лето на крупном необитаемом острове к северо-западу от Ирландии. Это была Исландия. Часть людей вернулась на родину, но некоторые остались.
      В 867 году один из предводителей викингов, Наддод, с дружиной возвращался из Норвегии в свои владения на Фарерских островах. Шторм отбросил его дракар далеко на северо-запад. Он увидел гористую землю с заснеженными горами и назвал ее Исландией. Возможно, ему не хотелось, чтобы она привлекла к себе людей.
      Вскоре другая группа викингов во главе с Гардаром обнаружила эту землю, обошла ее и убедилась, что это остров, к тому же достаточно привлекательный. Норвежский хроникер Ари Торгильссон Фроде оставил такое описание: «В те времена Исландия от гор до берега была покрыта лесами, и жили там христиане, которых норвежцы называли папарами. Но позже эти люди, не желая общаться с язычниками, ушли оттуда, оставив после себя ирландские книги, колокольчики и посохи; из этого видно, что они были ирландцами».
      Такому острову вполне подошло бы имя Гренландия. Но почему-то норвежцы предпочли назвать его «ледяной землей». По одной из версий, на выбор названия повлияло впечатление от зимовки, которую провел на острове один из князей, викинг Флоки, приплывший из Норвегии. Эти переселенцы не запаслись в достаточном количестве кормом для скота. Зима оказалась долгой и многоснежной, скот погиб. Люди не могли покинуть землю, потому что море было покрыто льдом. С немалыми лишениями они дотянули до лета и вернулись на родину.
      Со временем на острове наладилась жизнь не только хозяйственная, но и государственная. В 930 году жители на общем сборе постановили учредить верховный совет — альтинг. Это был первый парламент в мире. Впрочем, примерно на столетие раньше возникла Новгородская республика со своим избираемым гражданами правительством Но она просуществовала сравнительно недолго из-за внутренних распрей и сменилась монархией,
      Альтинг позволил жителям острова наводить порядок и согласовывать свои действия, бороться с преступностью. Это обстоятельство сыграло свою роль в открытии новой земли.
      Владелец одного из поместий, Эйрик, по прозвищу Рыжий, в ссоре, перешедшей в схватку, убил двух человек. Его осудили на три года ссылки. Обстоятельства этого дела неясны. По-видимому, были какие-то спорные вопросы по владению землей или давние распри; и произошла не просто драка, а целое побоище, в котором участвовали представители двух кланов. Вряд ли убийство было подлым и беспричинным, иначе наказание не было бы сравнительно мягким: три года ссылки. Кстати, отец Эйрика с семьей был выслан из Норвегии в Исландию тоже за убийство. Видно, мужчины в этой семье вообще отличались крутым нравом.
      Итак, Эйрик со своими людьми в 981 или 982 году погрузились на дракары — остроносые длинные ладьи — и покинули Исландию. Они знали, что на востоке, в Норвегии, и на юге, в Ирландии и Британии, места нет. На север до неведомых пределов простирался холодный океан. На западе, как рассказывали некоторые моряки, находится какая-то неизвестная земля. Возможно, сам Эйрик прежде во время плаваний подходил к ней.
      На этот раз им пришлось осваиваться на неприветливых пустынных берегах, за которыми громоздились ледники. Мореплаватели двинулись на юг вдоль берега, выбирая подходящую гавань с зелеными лугами, пригодными для скотоводства. Они прошли более 600 км до южной окраины острова и устроили поселение. Вот как описал это событие Ари Торгильссон Фроде:
      «Страна, называемая Гренландией, была открыта и заселена из Исландии. Оттуда направился в Гренландию Эйрик Рыжий из Беиди-Фьорда. Он дал стране имя, назвав ее Гренландией; он сказал, что люди захотят туда отправиться, если у страны будет хорошее название. Они нашли на востоке и на западе страны следы жилья, а также остатки лодок и каменных орудий. Так рассказал Торкелю, сыну Геллира, в Гренландии человек, который сам был в этом путешествии с Эйриком Рыжим».
      После первой зимовки переселенцы обследовали западные берега острова тоже примерно на 600 км. Местами попадались участки, где можно было организовать поселения. Эйрик из несчастного изгоя превратился в хозяина обширной страны. Одна беда — природа была сурова. И другая — не было населения. Как привлечь сюда людей?
      К тому времени, по-видимому, в Исландии не осталось территорий, более или менее пригодных для обитания. Когда, отбыв срок наказания, Эйрик вернулся на родной остров, ему удалось уговорить немало людей отправиться в Гренландию — зеленую страну. Тем более что она находилась (в своей обследованной Эйриком части) на тех же широтах, что Исландия, даже еще южнее.
      Эйрик не слишком преувеличивал, называя открытую им землю «зеленой». Он не мог знать ни истинных размеров острова — самого крупного в мире, ни того, что он почти целиком находится под ледяным покровом. Исследователи не заходили в глубь острова, а его побережье почти везде, особенно на юго-западе, действительно было зеленым. Возможно, кое-где в долинах встречались даже небольшие рощицы. Прибитые к берегу стволы деревьев служили строительным и отопительным материалом.
      В 985 году Эйрик повел к новой земле целую флотилию — 25 судов с семьями, пожитками, домашним скотом. В пути их застиг шторм. Несколько дракаров затонуло, немногие повернули назад, но большая часть достигла Гренландии. Всего прибыло, как предполагается, 400—500 человек. Они расселились на южной окраине великого острова в местах, заранее выбранных Эйриком.
      Вскоре жизнь на новом месте наладилась. Население Гренландии росло. В XIII веке здесь уже было около сотни небольших поселков и до пяти тысяч жителей. С континентом существовала налаженная регулярная связь: оттуда колонистам доставляли хлеб, железные изделия, строительные лесоматериалы. А на большую землю гренландцы отправляли продукты охоты на птиц, морского зверя: гагачий пух, китовый ус, моржовые клыки, шкуры морских животных.
      Однако в XIV веке ситуация на острове стала все более ухудшаться, поселения приходили в упадок, люди все чаще болели и умирали. Через двести лет норманнское население Гренландии почти полностью вымерло.
      Многие географы полагают, что виной тому — полоса похолоданий, так называемый «малый ледниковый период». Однако нет никаких причин для подобного глобального изменения климата. Было ли оно? В любом случае самое существенное другое: изменилась политическая ситуация в Северо-Западной Европе.
      Исландия в 1281 году потеряла независимость и была присоединена к Норвегии. Теперь торговые связи гренландцев с Исландией нарушились, перестали быть регулярными.
      Еще примерно через столетие Дания установила свою власть над Норвегией. В Гренландию и вовсе почти совсем перестали ходить суда. Поселенцам приходилось все чаще вступать в вооруженные стычки с эскимосами, теснившими их с севера, куда они вынуждены были ранее отступить. О спокойной и сытной жизни теперь оставалось только мечтать. Ведь сельское хозяйство, и без того требовавшее больших трудов, пришло в упадок: на севере почвы быстро теряют плодородие, а растительный покров плохо возобновляется.
      Датчане отправляли в Гренландию лишь один корабль в год (всем другим запрещалось иметь торговые связи с северными островами). Лишенные полноценного питания, хорошей древесины и металлических инструментов, орудий охоты, нормандцы попали в критическое положение. Те из них, кто не умер и не переселился на материк, порушили церквушки и смешались с эскимосами.
      Выходит, как процветание, так и гибель европейцев в Гренландии определялись не географическими причинами, более или менее стабильными, а экологическими и социально-политическими. Жить в изоляции на острове, где природа сурова и скудна, можно, лишь приобщившись к первобытной системе хозяйствования, которая вполне соответствует местной природе.
      Главным образом по той же причине потерпела неудачу первая попытка европейцев основать колонии в Новом Свете — в Северной Америке. Но это уже другая история и другое великое географическое открытие.

ВЕСТЬ О НОВОМ СВЕТЕ
(путешествие Бьярни к Северной Америке)

      Если взглянуть на карту Северной Атлантики, то нетрудно убедиться, насколько просто сюда попасть с юго-западной окраины Гренландии. Мореходы, которые отважно пускались в открытое море, могли, безусловно, преодолеть расстояние в 500 км (если считать вдоль полярного круга) или 800—1000 км (от южной оконечности острова).
      Почему-то уходить в открытый океан на далекие расстояния осмеливались немногие народы. Это были жители Юго-Восточной Азии и Северо-Западной Европы. Первые преодолели Атлантический океан, а вторые — Тихий.
      Многие другие приморские народы, даже находящиеся на высоком культурном уровне и имевшие неплохие плавательные средства, не смогли в те далекие времена совершать столь славные подвиги первооткрывателей. Почему? Ответ дать трудно. Отважные мореходы умели трезво оценивать окружающий мир, не увлекаясь фантазиями и не пугаясь неведомых далей. Кроме того, они вряд ли сильно боялись смерти, памятуя: двум смертям не бывать, а одной не миновать.
      Викинги отвечали этим двум критериям. Они были бесстрашными воинами и моряками, а «страшилки» о крае света и ужасных обитателях дальних стран не имели над ними власти. Об этом свидетельствует уже сам стиль их преданий — четкий и деловой, как запись в корабельном журнале.
      По сути, это и были отчеты о плаваниях, передававшиеся из поколения в поколение и помогавшие хранить десятки, а то и сотни лет сведения об особо важных экспедициях. Можно только удивляться, как удавалось им документально, без искажений и домыслов пересказывать свои устные «корабельные журналы». Вот один из таких рассказов:
      "Бьярни прибыл на своем корабле в Эйрад летом. И его дружина обратилась к нему, спрашивая, что он собирается предпринять, и он ответил… «Я намерен отправиться в Гренландию, если вы захотите плыть вместе со мной». Все сказали, что отправятся с ним… Они вышли в море, как только закончили все приготовления, и плыли трое суток, пока земля не исчезла за волнами… Тут попутный ветер улегся, подул северный ветер и лег туман, так что они не знали, где находятся, и длилось это много дней. Потом они вновь увидели солнце. Они подняли паруса и плыли весь этот день и еще ночь, а затем увидели землю… Они прошли мимо этой земли, оставив ее слева. Затем плыли еще двое суток и вновь увидели землю. Они спросили Бьярни, не думает ли он, что это Гренландия. Он сказал, что эта земля вряд ли Гренландия, «ибо в Гренландии, как рассказывают, много больших ледников». Вскоре они приблизились к земле и увидели, что она ровная и покрыта лесом.
      Попутный ветер прекратился, и мореплаватели решили, что разумнее всего будет пристать здесь к берегу (возможно, речь шла об устройстве стоянки?), однако Бьярни не захотел этого. Они заявили, что им необходимы дрова и питьевая вода. «У вас всего достаточно», — сказал Бьярни. Хотя люди его возражали ему, он велел поднять паруса, и приказ этот был выполнен. Они повернули в открытое море, шли трое суток при юго-западном ветре…

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7