Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Стриптиз (№2) - Стриптиз на гонках

ModernLib.Net / Остросюжетные любовные романы / Бартоломью Нэнси / Стриптиз на гонках - Чтение (стр. 14)
Автор: Бартоломью Нэнси
Жанр: Остросюжетные любовные романы
Серия: Стриптиз

 

 


Передав это сообщение, Нейлор бессильно откинулся на подушки.

Но на том конце провода разговор еще не закончили. Мне было слышно, как женский голос надрывался:

— Джон! Джон! Отвечай!

Даже не будучи врачом, я сообразила, что Джону сейчас лучше помолчать. Я взяла трубку.

— Он больше не может говорить.

— Кто это? — властно спросила женщина.

— Кьяра Лаватини. А вы кто такая? После небольшой паузы я услышала:

— О Господи, этого только не хватало! Вы та самая стриптизерша?

После этих слов я окончательно утвердилась в своей неприятной догадке: теперь я точно знала, кому принадлежит этот голос. Я слышала его достаточно часто, когда у моей подруги Дениз возникли неприятности из-за мужа, приторговывавшего наркотиками. Карла Терранс, сотрудница агентства и бывшая жена Джона Нейлора.

— Как мило, что вы меня помните, — ответила я елейным голоском.

— Что с Джоном?

Карла Терранс во мне нуждалась, точнее, ей нужна была информация, которой я владела.

— В него стреляли, он ранен. Она резко втянула воздух.

— Он в порядке?

— Нет, черт возьми, но он не разрешает мне отвезти его в больницу. Насколько я понимаю, это как-то связано с вами?

— Вам что-нибудь нужно? — спросила Карла. — Джон прав, ему нельзя в больницу, если нужна какая-то помощь, просто скажите мне.

Я посмотрела на Джона и сказала:

— Не помешало бы пригласить врача, похоже, в рану попала инфекция, во всяком случае, так считает Рейдин.

— Рейдин? Сумасшедшая, которая живет в трейлере напротив вашего и стреляет по инопланетянам?

— Но-но, полегче, она работала медсестрой, и у нее есть друг, который уже едет сюда с запасом антибиотиков. По-моему, Рейдин делает все правильно.

Карла вздохнула:

— Что ж, если к вам уже едет врач, думаю, вам не нужен второй, так ведь?

— Беда в том, что тот, который едет, ветеринар, вот я и подумала — может, вы могли бы найти кого-то получше, даже если речь идет о вашем бывшем муже.

— Это займет некоторое время, возможно, придется ждать до темноты, я не хочу рисковать.

Карла Терранс говорила вовсе не о том, что нельзя рисковать жизнью Джона, — чтобы это понять, мне было достаточно того единственного случая, когда пришлось иметь с ней дело. Мозг Карлы, как всегда, работал в одном-единственном направлении, ее волновали интересы Агентства по борьбе с наркотиками.

— Ладно, Карла, договорились. А если Джон умрет, может, мне сделать для вас чучело?

Терранс бросила трубку. Оно и к лучшему — если бы наш разговор продлился еще пару минут, я бы пролезла в трубку, прошла по проводам и дала бы ей пинка под зад.

Карла Терранс! Так я и знала! Она единственная, кто может сорвать Джона с работы в любое время и заставить плясать под свою дудку.

Я посмотрела на Джона.

— Видать, крепко она тебя держит, парень, раз ты оказался из-за нее в такой переделке.

Джон застонал во сне.

— Ладно, когда все кончится, можешь всыпать ей как следует, если захочешь.

Телефон снова зазвонил, я схватила трубку, готовая высказать Карле все, что я о ней думаю.

— Ну что, — закричала я, — вам еще мало?

— Кьяра, это ты? — спросил мужской голос.

— А кто это?

— Альберт… то есть Толстяк. Черт возьми, детка, ты бы приехала поскорее, а то Рой Делл схватил Фрэнка и, мне кажется, собирается его убить.

— Послушай, мне сейчас не до того.

Голос Толстяка заглушил нечеловеческий визг, от которого у меня просто волосы встали дыбом.

— Что это? Толстяк, что он там делает? Но собеседник меня не слушал.

— Рой Делл! Перестань! Ты что, рехнулся? Посмотри на него, ты же перекрыл ему кровообращение!

Рой Делл что-то ответил, я не разобрала слов, и тут же послышался новый вопль, перешедший в визг.

— Прошу прощения, что втягиваю тебя в это дело, — сказал Толстяк в трубку, — но в данный момент ты — единственная, кого он может послушать. Рой Делл! — снова завопил он в сторону. — Тебя к телефону!

— Что? К телефону? — переспросил Рой Делл заплетающимся языком. — Передай, что я не буду с ней разговаривать!

— Это не Лулу, это Кьяра, подруга Руби.

“Ну спасибо, Толстяк, — подумала я, — удружил, переключил этого психа на меня! Ловкий ход, ничего не скажешь! ”

В трубке послышались шаркающие шаги, по-видимому, пьяный Рой Делл так шатался, что Толстяк его поддерживал.

— Сюда, вот телефон.

— Привет, радость моя, — проворковал Рой Делл низким и, как он, по-видимому, надеялся, сексуальным голосом. Мне, правда, показалось, что его речь смахивает на рев больного медведя, но я не собиралась тратить время на сочувствие, пусть обращается к мамочке.

— Рой Делл, черт тебя подери, что происходит? — Мэм?..

— Ты что, пьян?

. Рой Делл сменил тон, теперь он отвечал, как нашкодивший мальчишка, которого вызвали к учительнице.

— Да, мэм.

— И ты не послушал меня и все-таки погнался за Фрэнком?

— Да, я это сделал! — прорычал Рой Делл. — И Толстяк меня поддержал.

“Так, вопрос неверный”, — поняла я.

— Но ты бросил меня одну! — жалостно сказала я. — Куда ты пропал?

— Извини, радость моя, так получилось. Я сидел в твоей машине, держал плед, который мы с Лулу отметили своей любовью, и просто думал обо всем понемножку. И вдруг увидел, как мимо проезжает мистер Роудс, медленно так проезжает. Мне давно нужно было с ним поговорить насчет денег, вот я и вышел из машины, подумал, что смогу его перехватить.

— И что было дальше?

Рой Делл вздохнул, по-видимому, разрываясь между двумя желаниями: поговорить со мной и довести до конца месть Фрэнку.

— Он остановился, я подошел. Он вышел из машины и сказал, что у него деловая встреча и некогда со мной разговаривать Я сказал, что мне надоело ждать, когда мне заплатят — прошло уже шесть недель, пора что-то делать. — Паркс умолк, и в трубке послышалось бульканье. Очевидно, он выпил еще. — Этот сукин сын пообещал мне заплатить и велел прийти к нему в офис в тот же день, только попозже. Потом он ушел. И что ты думаешь — теперь я не могу его найти!

Из моей кухни послышались голоса. Вернулась Рейдин, и я поняла, что нужно заканчивать разговор.

— Рой Делл, ты не видел, Микки Роудс не заходил в дом Уоннамейкера Льюиса?

— Не знаю, радость моя, честно. Вообще-то он пошел в ту сторону, но тут сразу начался пожар, с чего бы ему идти в горящий дом?

Итак, Паркс околачивался возле дома достаточно долго для того, чтобы устроить пожар, но исчез к тому времени, когда приехали пожарные.

— Рой Делл, ты где? Я хочу с тобой увидеться.

— Ну нет! То, что тут творится, не для девичьих глаз! Фрэнк совершил ошибку, я ему покажу, как обманывать Роя Делла Паркса!

— Рой Делл, а тебе не приходило в голову, что у меня могут быть с Фрэнком свои счеты?

Услышав шаги в коридоре, я спохватилась: Нейлор лежит в жару, а я тут уговариваю Роя Делла пощадить подонка, которого и впрямь не мешало бы убить. Лишний бриллиант в мою корону. Что ж, надеюсь, когда-нибудь это мне зачтется, может быть, в день Страшного суда.

— Так и быть, — вздохнул Рой Делл. — Если хочешь дать ему разок по морде до того, как я с ним покончу, можешь приехать.

Он бросил трубку на стол и поплелся прочь.

— Рой Делл, — закричала я, — ты где? Куда ехать? Было слышно, как Толстяк о чем-то его спросил.

— Пусть поживет еще чуток, — отозвался Рой Делл. — Ох уж эти бабы, вечно им надо во всем верховодить!

Дверь в мою комнату открылась, и появилась мама в сопровождении свиты.

— Не вешай трубку! — крикнула я.

Где-то вдали послышался характерный лязг пневматического гаечного ключа, и Фрэнк снова завизжал.

— Кьяра, ты слушаешь? — запыхавшись, спросил Толстяк.

— Вы где?

— В гараже.

— На треке?

— Да, не волнуйся, тут нас никакая полиция не разыщет, у Роя Делла есть система раннего оповещения. Приезжай поскорее!

— Не давай Рою Деллу убить Фрэнка до моего приезда! Толстяк повесил трубку, и я повернулась к небольшой делегации, которая собралась у меня в спальне. Перед нами стояли куда более серьезные проблемы, чем спасение Фрэнка от расправы. Прибыл ветеринар Арлен.

Он оказался невысоким худощавым человеком с редеющими седыми волосами и часто мигающими голубыми глазами. Судя по фасону костюма-тройки, время для него остановилось где-то в конце тридцатых годов, сейчас ему, вероятно, было лет под девяносто, но Рейдин этого не замечала. Она стояла рядом с ним, сияя, пасхальная корзина на ее голове была надежно закреплена шляпной булавкой, на руках — нарядные белые перчатки, в которых леди ходят в церковь.

— Кьяра, познакомься, это доктор Арлен Феллоуз, — гордо сказала она, — контр-адмирал военно-морского флота США в отставке.

Разумеется, в отставке, причем давным-давно.

— Где мой пациент?

Близоруко сощурившись, Арлен посмотрел мимо меня. Рейдин отодвинула меня в сторону и подвела ветеринара к кровати. И тут в Арлене произошла резкая перемена. Он командным тоном распорядился:

— Сестра, мой чемоданчик.

Рейдин тоже изменилась, вся как-то подтянулась. Она взяла потрескавшийся кожаный саквояж и поставила на кровать рядом с Нейлором.

— Слушаюсь, сэр!

Арлен наклонился над раненым и быстро дотронулся до его носа.

— Нос сухой, — произнес он, — для человека это плохой признак.

Мама покачала головой и переглянулась с Элом. Она подумала о том же, о чем я: этот ветеринар — полный псих.

Арлен достал фонарик в виде авторучки и посветил в глаза Джону.

— М-м-м, — задумчиво произнес он. — Сестра, лошадиные пилюли, вот что нам нужно. Для начала дадим ему антибиотик широкого спектра, ампициллин — вот что ему поможет. Затем ацетаменофен и ибупрофен поочередно каждые два часа в течение первой ночи. Это должно снять жар.

Нейлор проснулся, он приоткрыл глаза и пытался наблюдать за Арленом.

— У тебя, наверное, все болит, сынок, — участливо сказал Арлен, — не только холка, но и бока. Ничего, скоро тебе полегчает.

Арлен повернулся к Рейдин:

— Сестра, промойте и снова перевяжите рану, дайте больному лекарства, а потом сыграем несколько партий в карты.

Рейдин кивнула и стала извлекать из черного саквояжа какие-то пузырьки, флаконы, пластырь и бинт. Потом, подумав немного, достала оттуда же колоду карт в футляре и бросила ее Элу.

— Приказ доктора, — отчеканила она — Отнесите это в кухню! Сдать по пять карт! И вскипятить воду!

— Вскипятить воду? — переспросил Эл.

— Да. А что, вы не знаете, как это делается?

— Знаю как, но не знаю зачем.

Рейдин не спеша натянула резиновые перчатки.

— Для кофе, для чего же еще, болван! Ма рассмеялась.

— Пойдемте, доктор Феллоуз, у меня есть свежие булочки с корицей.

Она увела ветеринара в кухню, оставив нас с Рейдин делать Нейлору перевязку. Осторожно поддерживая, мы приподняли его, он стонал всякий раз, когда мы до него дотрагивались.

— Это из-за лихорадки, — пояснила Рейдин, — ему больно, даже когда кто-то просто касается его кожи. Сейчас сделаю ему холодный компресс на лоб.

Она стала давать Джону таблетки, тот сначала поперхнулся, но в конце концов Рейдин удалось добиться, чтобы он проглотил их и запил водой. Пока Рейдин промывала рану и делала перевязку, Джон не издал ни звука — он снова потерял сознание.

Закончив, Рейдин повернулась ко мне и серьезно сказала:

— Кьяра, я хочу, чтобы ты меня выслушала.

Мне был знаком этот тон: таким ясным, четким голосом говорила разумная Рейдин. Я посмотрела на нее.

— Ты считаешь, что Арлен — чокнутый, да-да, не отрицай, я вижу! — Она вскинула руку, заранее отметая мои возражения. — В некоторых отношениях так и есть, он такой же псих, как я. Но он отличный ветеринар. Мы сумеем позаботиться о твоем мужчине, Кьяра, ты мне веришь?

Я твердо встретила пристальный взгляд соседки.

— Конечно, верю, Рейдин.

— Примерно через полчаса жар начнет спадать, он начнет поправляться. — Рейдин помолчала. — Так что если от тебя зависит еще чья-то жизнь… кажется, ты просила кого-то не убивать до твоего приезда…

— Ах да!

Я посмотрела на Нейлора. Его лицо было почти нормального цвета. Рейдин тронула меня за руку.

— Детка, доверь его мне, я о нем позабочусь. Он не умрет, это я тебе обещаю.

Я обняла ее и подошла к кровати. Присев рядом с Джоном, я осторожно погладила его по волосам и прошептала:

— Мне нужно ненадолго съездить на гоночный трек, я скоро вернусь.

Он широко раскрыл глаза. — Нет! — Джон, это займет не больше часа, обещаю.

— Я сказал — нет! Мышь… она может двинуться в любую минуту…

— Дорогой, ты бредишь, Карла знает про мышь. Ты ей уже сказал. Все в порядке.

Джон здоровой рукой схватил меня за руку.

— Нет!

— Ладно, ладно, я никуда не поеду, просто погуляю. Меня вдруг охватила паника. Вдруг Рой Делл в самом деле убьет Фрэнка? Тогда его смерть будет на моей совести, ведь я могла ее предотвратить. Рейдин подала голос:

— Кьяра, тебе нужно перекусить, — и легонько подтолкнула меня к двери. Потом повернулась к Джону и сказала мягким, умиротворяющим голосом настоящей сиделки: — Сынок, сейчас я сделаю тебе прохладный компресс, а Кьяра пока поест, она скоро вернется.

Я вовсе не собиралась идти в кухню и есть, я собиралась срочно ехать на гоночный трек, чтобы спасти от смерти одного подонка. Во всяком случае, планировала.

Глава 30

Похоже, детектив из меня не получится. Я поняла это уже по дороге в Уевахитчку, на гоночный трек “Дэд лейке”. У меня было полно фактов, но я не могла сделать из них ни одного осмысленного вывода. Руби убили на гоночном треке. Нейлор работает под прикрытием на том же треке по заданию Агентства по борьбе с наркотиками. В доме Уоннамейкера Льюиса хранились наркотики. Уоннамейкер убит, его дочь — тоже. После него осталось наследство, миллионы долларов, и единственный человек, который мог заявить на него права — пропавший родной брат Руби.

— Что сделал бы на моем месте полицейский? — спросила я, ни к кому не обращаясь. — А вот что: стал бы задавать вопросы. Они задают вопросы всем, начиная от Роя Делла, Микки Роудса… — я повернула на подъездную дорогу к треку, — и заканчивая миниатюрной брюнеткой из его конторы.

У ворот я затормозила. Они оказались заперты. Другой дороги не было, поэтому мне, судя по всему, предстояло топать пешком.

— Но коп не пошел бы пешком, — пробормотала я, — он бы помахал ордером на обыск, и ворота сами собой распахнулись бы.

Сердито хлопнув дверью, я вышла из машины и пошла пешком, рассуждая вслух:

— Рой Делл не может быть убийцей, он племянник Рейдин, он не был усыновлен. Кто еще остается в моем списке? Кто еще был и на первом месте преступления, и на втором? — Я понизила голос: мне все стало ясно.

Теперь я знала, у кого был и мотив, и возможность, мне нужно было только получить подтверждение своей догадки. У меня засосало под ложечкой: я должна была действовать очень хитро и осторожно, иначе дело могло кончиться моей смертью. Тот же, кто убил Руби, ослабил гайки на переднем колесе “камаро”; это он пытался столкнуть меня с дороги, он напал на меня на стоянке возле клуба. Всякий раз, когда случалось что-нибудь плохое, этот негодяй присутствовал на месте происшествия.

Я пересекла трек и зашагала к зоне боксов. Рев моторов стал громче. Не знаю, где у Роя Делла его хваленая система раннего оповещения, но до сих пор при моем появлении не прозвучало никаких сигналов тревоги. Можно сказать, я добралась до гаража никем не замеченной — один-два случайных свистка не в счет.

Хорошо знакомая мне желтая “вега” была поднята на домкратах, железная пасть широко распахнута, задние колеса сняты. Я огляделась никого. Тогда я обошла “вегу” и направилась к металлическому гаражу, который по совместительству служил Рою Деллу мастерской.

Слишком уж легко все получалось, даже подозрительно, меня это насторожило.

Металлические ворота гаража были закрыты почти до конца, между створками оставалась только узкая щель, внутри было темно и оттуда не доносилось ни звука. Я оглянулась, проверяя, не видит ли меня кто, и открыла ворота пошире — настолько, чтобы можно было пройти внутрь.

Это была большая ошибка.

Я остановилась, дожидаясь, пока глаза привыкнут к темноте, и внезапно почувствовала, что я не одна. Где-то там, в полумраке, слышалось еще чье-то дыхание.

— Рой Делл? — Тишина. Я сделала несколько шагов. — Рой Делл, это ты?

Никакого ответа.

Я стала различать отдельные предметы, какое-то оборудование, но было все-таки слишком темно. Тогда я вернулась к воротам и раздвинула их чуть шире, в щель хлынул поток солнечного света, и я разглядела в дальнем конце гаража парочку распростертых на полу тел. Обнаженных.

Худший из моих кошмаров-снов воплотился наяву. Рой Делл Паркс и его супруга Лулу лежали рядом, держась за вполне определенные части тела друг друга, и блаженно улыбались во сне. Рядом на полу валялась пустая бутылка из-под текилы.

Я невольно вскрикнула:

— О Господи!

Лулу приподнялась, приоткрыла один опухший глаз и окинула меня оценивающим взглядом. Тихо, чтобы не разбудить Роя Делла, я спросила:

— Где Фрэнк?

Толстуха, казалось, на мгновение смешалась, но потом покосилась на мужа и расплылась в улыбке.

— Рой Делл вступился за мою честь, — сообщила она с самодовольным видом. — Он схватил Фрэнка и стал обрабатывать его мужское достоинство гаечным ключом. Я только так и смогла уговорить его отпустить беднягу. — Лулу покачала головой. — Позже, когда спадет опухоль, Фрэнк еще сможет пользоваться своим орудием, но сейчас его пришлось увезти в больницу. Нужно было сделать обезболивание.

Лулу привалилась к мужу и снова заснула, что, с моей точки зрения, было только к лучшему, если учесть, что при нашей последней встрече она смотрела на меня через прицел дробовика.

Я вышла наружу, щурясь от яркого солнечного света. Боюсь, мне не скоро удастся забыть не слишком эстетичное зрелище, которое являла собой эта пара. Я снова стала рассуждать вслух:

— Что сделал бы на моем месте полицейский? Стал бы рассуждать логично. Он сказал бы: “Не думай об этой уродливой наготе, наш мир вообще не слишком красив, в нем полным-полно всякой гадости. Лучше сосредоточься на деле”.

Я стала обходить боксы других команд. Время ленча давно наступило, и в воздухе висел стойкий запах жареного мяса и лука. Местная закусочная вовсю обслуживала своих прожорливых клиентов. У меня с утра крошки во рту не было, но этот запах напомнил мне о гамбургере, который я съела в этой самой закусочной в ночь, когда была убита Руби, и у меня резко пропал аппетит.

— Есть не обязательно, тебе нужно только задать пару вопросов, — напомнила я себе.

И я бы так и поступила, если бы не посмотрела в сторону ворот. Но я туда посмотрела, и взору предстала зло-вещая картина: детектив Уилинг и с ним пятеро копов в форме спецназа. У меня не было никакой возможности вернуться и предупредить Роя Делла. А после того как я увидела выражение лица Уилинга, встречаться с ним мне тоже как-то расхотелось. Поэтому, спрятавшись за угол закусочной, я вспомнила о другой своей цели: поболтать с некой брюнеткой.

— Это тебе должно понравиться, — подбодрила я себя и стала подниматься по металлической лестнице.

В крошечной приемной в лицо мне ударил холодный воздух, ноги по щиколотку погрузились в густой ворс роскошного ковра. Я словно попала в другой мир, тот, где гонки проходили не на грунтовом треке, а на дорогом высококачественном бетоне.

Из кабинета, где сидела брюнетка, донесся крик.

— А мне плевать! — надрывался мужчина. — Я тебе говорю, как обстоит дело и как оно должно обстоять. Делай то, что я говорю!

Похоже, учтивый Микки Роудс потерял свое хваленое самообладание.

— А я вам говорю, что у меня есть диплом бухгалтера, я в этом деле разбираюсь, это неправильно!

Моя соперница защищала свой интеллект — вот уж чего я от нее никак не ожидала! Выходит, она заняла принципиальную позицию.

— Я плачу тебе за то, чтобы ты выполняла мои указания! — кипятился Микки.

— Вот что я вам скажу, — голос брюнетки был не намного тише, — если бы я не установила, что сумма подсчитана неверно, ваша бухгалтерия показала бы еще большие убытки, чем они есть на самом деле! Сказали бы спасибо, что я нашла деньги!

— Чушь собачья, — заверещал Микки. — Эта цифра неправильная!

— Кажется, один из нас рехнулся, и это не я! — возразила брюнетка. — Нас осаждают кредиторы, людям не платят по нескольку месяцев, я обнаруживаю средства, а вы мне заявляете, что их на самом деле там нет! И что вы за бизнесмен после этого, скажите на милость?

На этот вопрос я могла ответить: бизнесмен, который занимается отмыванием денег. Подпольный бизнесмен, один из тех, кем бы мог заинтересоваться Нейлор. Я прошла дальше по коридору и проскользнула в кабинет Микки. Теперь голоса звучали громче, я слушала спор и одновременно осматривалась. Если у Микки были финансовые проблемы, то на обстановке кабинета это никак не сказывалось. Кожаный диван, письменный стол вишневого дерева, восточный палас на полу. Хотя Роудс и содержал всего лишь жалкий грунтовой трек, вкус у него определенно был.

— Так с начальником не разговаривают! — прогремел Микки.

Но брюнетка не спасовала:

— Что ж, моя сестра работает в полиции, она вам растолкует, что я могу подать на вас в суд за словесное оскорбление!

Микки сразу сменил тон:

— Я не хотел тебя оскорбить. Послушай, мы просто не поняли друг друга, давай оставим пока эту тему, сейчас поздно, твой рабочий день закончился.

— Завтра ничего не изменится, — пробурчала брюнетка.

— Возможно, — согласился Микки. — Чем твоя сестра занимается в полиции?

Голоса приблизились, как будто Микки и брюнетка вышли в коридор и направились в мою сторону. Я лихорадочно оглядывалась, думая, где можно спрятаться, сердце забилось так громко, что почти заглушило голоса. Одну стену комнаты целиком занимали раздвижные двери.

— Господи, прошу тебя, пусть это будет шкаф! — шепотом взмолилась я, бросаясь к дверям.

За ними и правда оказался шкаф. Я спряталась и стала слушать дальше.

— Она работает в патрульной службе, — говорила брюнетка, — в третью смену. Не самый удобный вариант, но пришлось его выбрать, чтобы ее не обвинили в семейственности.

— В семейственности? — с тревогой переспросил Микки.

— Ну да, наш отец — заместитель начальника управления.

Я услышала вздох, но он прозвучал неправдоподобно близко, почти над самым моим плечом, это явно не мог быть вздох Роудса. Чья-то большая ладонь зажала мне рот, огромная рука обхватила меня за талию, одновременно прижав мои руки к бокам.

— Не двигайся! — прошептал мужской голос. — Молчи, иначе мне придется сделать тебе больно.

Толстяк. От него пахло жареным луком. Здоровяк прижал меня к стене встроенного шкафа, и мы вместе стали медленно опускаться вниз, пока не сели на металлический чемодан или ящик. Должно быть, я вздрогнула, когда мои бедра соприкоснулись с холодным металлом, а может, просто испугалась до полусмерти, но Толстяку это не понравилось. Он вдруг зажал мне нос пальцами, в то время как ладонь по-прежнему закрывала рот. Стало нечем дышать.

— Если будешь трепыхаться, только быстрее потеряешь сознание, — прошипел он. — Не двигайся, тогда я дам тебе вздохнуть.

Я замерла. У меня звенело в ушах, легкие распирало. Он убрал пальцы с моего носа, и я жадно втянула затхлый воздух.

Микки вошел в кабинет и, судя по звуку, стал набирать номер.

— Алло, это я. Нет! Нет! Денег пока нет, но мы все равно продолжаем, как было намечено. — Микки помолчал, слушая собеседника. — Да мне плевать! Я вот-вот получу кучу денег. — Микки снова замолчал. Толстяк напряженно прислушивался и, наверное, не заметил, что сжал меня еще крепче. — Но чтоб это было в последний раз, понял? — продолжал Микки. — Слышать ничего не хочу! У меня своих забот хватает. Просто привезите товар, я обо всем позабочусь. Деньги меня любят, это я вам точно говорю.

Микки бросил трубку и вздохнул.

— Черт! “Папочка — заместитель начальника”, — передразнил он. — Надо же, только подумаешь, что настал твой черед прокатиться, как обязательно кто-то появится и уведет пони!

В шкафу было невыносимо душно и с каждой секундой становилось все хуже, сильно пахло жареным луком и застарелым табачным дымом. Я пыталась сдержаться, честное слово, пыталась, но волосы на ручище Толстяка щекотали мне нос, а тут еще этот запах… словом, я чихнула. Звук получился короткий и не очень громкий, но этого оказалось достаточно. Микки перестал разговаривать сам с собой и открыл выдвижной ящик стола. Из-за толстого паласа на полу его шагов не было слышно, но мой тюремщик и без того понял, что последует дальше. Он выпрямился и встал, прикрывшись мной, как живым щитом. Дверь шкафа распахнулась, и я оказалась чем-то вроде бронежилета Толстяка под дулом пистолета Микки.

— Ах, мне очень жаль, что приходится это делать, — сказал Микки, прицелившись прямо мне в сердце.

Толстяк оттолкнул меня в сторону с такой силой, что закружилась голова, а в следующее мгновение на том месте, где только что находилась моя голова, прогремел взрыв. Огромная туша Толстяка пронеслась мимо меня, вылетая из шкафа. Я попятилась, Толстяк и Микки сцепились и повалились на пол. Сверху поочередно оказывался то черный атлас, то голубые джинсы, со стороны это напоминало турнир по реслингу.

Я не поняла, куда девался пистолет Микки — судя по тому, как двое мужчин катались по полу, он мог оказаться где угодно. У Толстяка голова была в крови, он, по-видимому, проигрывал схватку, что казалось странным: он был чуть ли не на фут выше босса и фунтов на восемьдесят тяжелее. Я наблюдала за дракой. Пистолет появился в руке Роудса.

— Нет!

Поняв, что Микки вот-вот выстрелит в Толстяка, я закричала, выхватила из кармана складной нож и раскрыла его. Ни один из дерущихся меня не услышал, зато Микки почувствовал — я прыгнула ему на спину и схватила его за волосы. Я действовала быстро, поэтому, когда у меня в руке остался парик Микки, в первое мгновение даже решила, что случайно сняла с негодяя скальп. Потом я поняла, что это не так, и прижала острое стальное лезвие к шее Роудса, одновременно схватив его за ворот рубашки.

— Брось ствол, или я перережу тебе артерию. Пистолет упал на пол, им тут же завладел Толстяк.

— Не вздумай шутить, — предупредила я, — а то прирежу этого ублюдка и возьмусь за тебя.

Откуда-то послышался механический звук, от которого задрожал весь дом. Дверь кабинета распахнулась, ударившись о стену, и оказалось, что коридор полон людей в форме полицейского спецназа. Пол задрожал от топота тяжелых ботинок, прямо передо мной вырос Уилинг. Рев пропеллера стал громче, почти заглушив его крик:

— Всем оставаться на местах! Бросить оружие! Толстяк и я уставились на детектива и почти дуэтом спросили:

— Это вы мне?

Возникла короткая пауза, стало относительно тихо, а еще через секунду с крыши донеся топот бегущих ног.

— Это ты их вызвал? — спросил Уилинг Толстяка.

— Нет, а разве не вы? — ответил тот, опуская руку.

Я все еще держала нож у горла Микки. Теперь мне все было ясно, кусочки головоломки встали на свои места. Только чтобы подтвердить свою догадку, я еще разок посмотрела на шкаф.

— Проклятие, — пробормотал Уилинг, — наверняка это Терранс.

Топот уже доносился из коридора. В кабинет вбежала женщина в темно-синих брюках и такой же ветровке с огромной эмблемой агентства. В руке у нее был пистолет, а на лице — хорошо знакомая мне зловещая ухмылка.

— Я принимаю командование, — заявила она.

— Черта с два! — возразил Уилинг, все еще держа под прицелом Микки Роудса.

— Только через мой труп, — добавила я.

— С удовольствием, — сказала Терранс.

Лишь Толстяку, казалось, было безразлично, кому достанется Микки Роудс. Он отошел в сторону и встал рядом с Уилингом.

— Этот подонок находится под юрисдикцией Управления по борьбе с наркотиками, он замешан в деле, которое мы расследуем. Торговля наркотиками и отмывание денег.

Уилинг промолчал, тогда вмешалась я.

— Что ж, а мы вот с ним, — я кивнула на Уилинга, — разыскивали его за убийство.

Одна бровь детектива чуть заметно приподнялась, губы под усами дрогнули. Он думал, что я пытаюсь словчить!

— Видите вон там в шкафу обгоревший сейф? — спросила я Уилинга. — Я уверена, это сейф из дома Уоннамейкера Льюиса. В нем должно быть завещание. — Микки застонал. — Этот подонок убил Уоннамейкера и Руби, Руби была его сестрой, не так ли, мерзавец, или следует называть тебя Майклом?

Нож в моей руке чуть-чуть дрогнул и уколол Роудса в шею. Никто не двинулся с места.

— Уоннамейкер был твоим отцом, так ведь? — продолжала я, передвигая нож выше и оставляя на коже Микки тонкий кровавый след.

— Кто-нибудь, прикажите ей прекратить! — заорал мерзавец.

— Думаю, парень, тебе лучше сначала ответить на ее вопрос, — заметил Уилинг, — а уж потом мы можем заняться твоей проблемой.

— Да, это сделал я! — простонал Микки.

Это был миг, когда я почувствовала, что значит держать в своих руках чью-то жизнь, однако католическое воспитание взяло верх. Сестра Мария Магдалина не была бы мной разочарована.

— Босс, мне надеть на него наручники? — спросил Толстяк.

Уилинг улыбнулся:

— Конечно.

— Постойте! — закричала я. — Как вы можете доверить ему это дело? Откуда вы знаете, что они не сообщники? Да у Толстяка список судимостей — в руку длиной!

Переглянувшись с Уилингом, Толстяк усмехнулся:

— Великая вещь — компьютеры!

— Кьяра, — тихо пояснил детектив, — он работает на нас… можно сказать, на полставки. Он наш осведомитель.

Толстяк с опаской подошел ко мне — я все еще держала нож возле щеки Микки — и улыбнулся.

— Кьяра, можно мне его забрать?

Чтобы сбежать, Роудсу пришлось бы сначала прорваться через двойной кордон — полицейского спецназа и Агентства по борьбе с наркотиками, но мне все равно было как-то боязно отпускать его просто так. Я спросила:


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15