Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Империя неудачников (№3) - Королева Семи Палачей

ModernLib.Net / Фэнтези / Брайт Владимир / Королева Семи Палачей - Чтение (стр. 10)
Автор: Брайт Владимир
Жанр: Фэнтези
Серия: Империя неудачников

 

 


После очередного падения она взобралась вверх и вместе с частью крыши обрушила вниз водосточную трубу. Чугунная конструкция разломилась пополам (лопнул соединительный шов), при этом одна половина упала на землю, а вторая, отделившись от прилегающего здания, осталась торчать вверх под углом примерно в тридцать градусов.

Нет ничего странного в том, что импровизированный кол не долго ждал свою жертву. Круплау находилась не в том состоянии, чтобы обращать внимание на подобные мелочи, а если быть до конца точным – вообще ничего не видела и не воспринимала.

Пробив часть крыши, тварь дернулась назад, чтобы освободиться, и в очередной раз, не удержавшись, рухнула вниз с высоты четвертого этажа.

Не долетев до земли, левый бок чудовища встретился с обломком водосточной трубы. Обломок пробил навылет туловище твари, выйдя с правой стороны тела. И без того обезумевшее от боли создание получило еще один мощный болевой импульс. После чего невероятно живучее порождение Хаоса вскочило на ноги (большая половина которых к этому моменту уже была переломана или оторвана) и побежало по улице.

Труба, торчащая у него из туловища, была достаточно длинной, чтобы ее края с обеих сторон задевали стены домов, высекая искры из камня. Если абстрагироваться от реальности и посмотреть на происходящее как бы со стороны, могло бы показаться, что этот забег является частью какого-то большого магического аттракциона со всевозможными спецэффектами. Но никто из находившихся поблизости не мог этого сделать по той простой причине, что все бежали не разбирая дороги. Бежали с одной-единственной мыслью: оказаться как можно дальше от проклятого монстра.

А тысяченогая Круплау с наполовину размолотым черепом мчалась по улице, не только сея ужас и панику, но и сметая все на своем пути. Тот, кто не успел или не смог отбежать в сторону, был раздавлен агонизирующим чудовищем. Счастливчикам, избежавшим этой печальной участи, повезло чуть больше – они попали под разящий удар железной трубы, получив ушибы и повреждения различной степени тяжести.

Этот забег, наверное, мог продолжаться очень долго, так как Круплау была чрезвычайно живучим созданием, но в одном месте расстояние между домами, стоящими на противоположных краях улицы, сократилось и труба застряла. А чудовище, обезумевшее от боли, мощно рванулось вперед и… И фактически располосовало свое тело на две части. Однако если в случае с первой сквозной раной потоки клейкого вещества, вытекающие из огромной туши, смогли заделать пробоину, то сейчас рана была слишком серьезной. Поэтому ни о каком заживлении не могло быть и речи.

Если бы не поврежденный мозг, Круплау уже давно покинула бы это измерение, переместившись в свою страшную пещеру. Но волшебник, превратившийся в огненный протуберанец, фактически убил монстра. И лишенная разума тысяченогая тварь уже не могла выжить в огромном городе, полном магов и других удивительных существ из всевозможных миров…

Чудовище все еще продолжало ползти вперед, оставляя за собой длинный белый след отвратительной жидкости, вытекающей из ее располосованного брюха. Но это были уже непроизвольные судороги.

Два огненных шара, один большой, а второй совсем маленький, ударили в голову чудовища с промежутком в секунду. Старый мастер и его молодой ученик, случайно оказавшиеся неподалеку, произнесли заклинания почти одновременно. Разница заключалась в силе вызванной огненной стихии. Хотя по большому счету Круплау хватило бы и ученической подачи, чтобы окончить страшный забег по улицам ночного города. Но опытный волшебник решил не рисковать (никогда нельзя расслабляться, если имеешь дело с порождениями Хаоса) и поэтому задействовал все свои силы.

Два удара слились в один оглушительный взрыв, и голова монстра разлетелась в разные стороны брызгами огненного дождя.

Лапы еще несколько раз судорожно дернулись вразнобой – и безвольно опали…

– Мы победили? – спросил молодой человек у учителя, слегка разочарованный тем, что все так быстро кончилось. – Неужели вот так просто можно разделаться с тварью, вторгнувшейся в наш мир из темных глубин Хаоса?

– Солнце, не жди… Я иду… – пробормотал старый мастер, размышляя о чем-то своем. И после непродолжительной паузы терпеливо ответил несмышленому подмастерью: – Мы не победили это создание, а всего лишь добили. Его уничтожил безымянный человек, пожертвовавший своей жизнью.

Откровенно говоря, из этого путаного объяснения ученик ничего толком не понял, но не решился переспрашивать – наставник скажет сам, если захочет, а если нет, никакие вопросы здесь не помогут.

– Пойдем, нам пора, – сказал маг.

– А как же…

Вопрос о том, как они обогнут огромную тушу, забрызгавшую улицу белым клейстером, так и не сорвался с губ любознательного юноши: подняв голову, он увидел, что огромная тварь исчезла.

Если бы не разрушенная улица, проломленные крыши, выбитые стекла и несколько десятков жертв, разбросанных по мостовой, можно было бы подумать, что кошмарное порождение Хаоса было не чем иным, как игрой чересчур разыгравшегося воображения.


* * *

– Вставай, дорогая, нужно идти…

Прилепленный к стене старичок повернул к спутнице окровавленное лицо, на котором застыла какая-то сумасшедшая улыбка.

Женщина с вывихнутой рукой и сидящей на голове собакой повернула голову в направлении голоса и, увидев страшную маску, упала в обморок. Она и без того держалась слишком долго, но эта безумная улыбка явилась той самой каплей, что в конечном итоге переполнила чашу терпения. Ноги жрицы любви подкосились, и грузное тело мягко осело на землю.

Вместе со смертью Круплау исчезло и все, что с ней было связано, в том числе клейкая субстанция, прилепившая беглецов к стене здания. Поэтому пребывавшая без сознания женщина просто упала.

– Давно мы так продуктивно не веселились, – обратился хозяин к своему четвероногому питомцу, не обращая внимания на обморок спутницы. – Я вообще не припоминаю, чтобы так отчаянно волновался со времен падения Метлонвийской империи. А здесь вам пожалуйста – полный набор. И отчаянное бегство… – Не прекращая говорить, старик слегка щелкнул пальцами, и его сломанные ребра срослись, а кровь и ссадины исчезли с лица. – И плен. – Он еще раз щелкнул пальцами, вправив руку спутницы. – Затем непредсказуемо волнующее падение с огромной высоты, тревожное ожидание и счастливый финал!

«Да уж… – невесело подумала собачка. – "Продуктивное веселье", пожалуй, самый подходящий термин для описания этого гребаного забега. А насчет счастливого финала – тоже в самую точку. Круплау сдохла, а это значит, что наши гонки наконец прекратятся».

– Вставайте, милочка, – ласково попросил галантный кавалер, протягивая руку своей счастливой избраннице. – Нас ждет удивительная ночь во дворце радушного короля.

«Очередной безумный кошмар, – обреченно подумал файт. – Но хуже, чем это бегство, все равно уже ничего не будет».

Ошеломленная проститутка никак не могла понять, что с ней происходит и почему у нее ничего не болит. Если все происходящее было сном, то с какой стати старик еще здесь? А если нет, то почему с ее рукой и телом все в порядке?

– Пойдемте скорее, я вам все объясню по пути. – Старичок был сама галантность. – Скоро начнется королевский пир, а нам нужно еще провернуть несколько архиважных дел во дворце.

Не способная не только понимать, но даже сопротивляться, женщина покорно встала, позволив увлечь себя к виднеющимся невдалеке шпилям королевского дворца. Ночью этот великолепный архитектурный комплекс выглядел даже лучше, чем днем, потому что подсветка превращала его в нечто совершенно удивительное.

– Тебе ведь тоже жаль, что мы потеряли Круплау? – обратился хозяин к игриво виляющей хвостиком собачке.

Утвердительный кивок дворняги нагляднее всяких слов свидетельствовал о согласии.

– Вне всякого сомнения, это невосполнимая потеря для всех нас, – задумчиво пробормотал старичок, потирая переносицу.

«Верный признак того, что он замыслил недоброе», – с тревогой подумал смышленый пес.

И не ошибся…

После непродолжительных размышлений хозяин выдал коронную фразу, от которой лапы несчастной дворняги подкосились:

– Круплау была последним, сто двадцать четвертым яйцом в кладке великой Сфиллы. Около сотни из них сожрал ее достопочтенный папаша Зульт – мир его праху, чудный был экземпляр. Пять или шесть особей погибли в детстве. Еще несколько отдали концы на стадии юношеского становления, – он даже остановился, чтобы закончить свою мысль, – и, значит…

Лицо старичка, обращенное к псу, озарила счастливая улыбка.

«Значит, остались еще три или четыре жутчайшие гадины, с которыми можно продуктивно повеселиться», – поняла догадливая собачка.

– Еще не все потеряно! – радостно воскликнул довольный хозяин. – Мы обязательно отыщем оставшихся и продолжим наши увлекательные забеги!

После чего, насвистывая себе под нос незамысловатый мотивчик, колдун весело зашагал по направлению к королевскому дворцу.

«Не-ет!» – в немом отчаянии взвыла про себя несчастная собачонка, но быстро сумела справиться с душевным порывом. И как только успокоилась, сразу же прилепила на морду стандартную фальшивую улыбку и, весело повиливая куцым хвостиком, побежала догонять своего сумасшедшего господина.


* * *

Сайко проснулся так же быстро, как и уснул. Отличительной чертой любого мало-мальски порядочного авантюриста является способность мгновенно отключаться при необходимости и просыпаться при возникновении первых признаков опасности.

Еще мгновение назад молодой человек пребывал в чарующе сладких сетях Морфея, а сейчас он уже лежал с закрытыми глазами, пытаясь определить, почему так неожиданно очнулся. Протекция Утешителей если и не являлась стопроцентной гарантией безопасности, то по крайней мере подразумевала очень высокую степень защиты. Все было именно так, но…

В комнате явно присутствовало нечто опасное, и продолжающий притворяться спящим Сайко пытался понять, откуда именно исходит угроза.

– Я вижу, друг мой, вы уже не спите. – Судя по голосу, незваный гость стоял недалеко от двери. – Поэтому давайте оставим в стороне никому не нужные детские уловки и поговорим как взрослые люди.

Продолжать изображать спящего было глупо, поэтому Сайко открыл глаза, но не сделал попытки подняться, оставшись лежать на кровати. Он не проявлял неуважения к собеседнику, а просто пошел на маленькую хитрость – противник, небрежно развалившийся на кровати, вызывает меньше опасений, чем тот, кто стоит на ногах.

– Вижу, вы быстро соображаете, поэтому уверен: мы сможем договориться. – Голос принадлежал невзрачному упитанному человеку, отдаленно напоминающему потрепанного жизнью кота.

В жизни Сайко сталкивался со множеством разных людей. И в один прекрасный день к нему пришло осознание простой истины: самыми опасными являются не огромные страшные воины, а именно такие вот невзрачные, серые люди, похожие на обычных лавочников или мелких чиновников. Потому что они не выставляют напоказ свою силу, не кичатся мощью и умениями, а просто убивают… Тихо, спокойно, как бы между прочим. Что-то наподобие такой ситуации: пошел утром в молочную лавку, а по дороге сорвал листик с дерева. Мимолетно посмотрел на него – и, за полной ненадобностью, отбросил в сторону, сразу же забыв. Только этот листик был не листиком вовсе, а чьей-то жизнью…

Разумеется, Сайко было ужасно интересно, для чего он понадобился непонятному господину, но еще больше его занимал вопрос – «Где Утешители?» Не в смысле, где они находятся, а в смысле – почему не отрабатывают своих денег? Если миллион наличными не та сумма, ради которой стоит профессионально и грамотно подходить к исполнению своих непосредственных обязанностей, то… То какого, спрашивается, черта создавать себе такой имидж, на деле не стоящий ломаного гроша?

– А где моя охрана? – Вопрос был прямолинейно-глупым, но совершенно уместным.

– Отдыхают где-то там, – небрежно махнул рукой в неопределенном направлении невзрачный человек и продолжил: – О соглядатаях короля я также позаботился. Однако меня интересуют не эти глупые шпионы и охранники, а непосредственно вы.

Сайко уже и сам понял, что именно он является объектом пристального внимания незваного гостя, только никак не мог взять в толк, с чем конкретно связано неожиданное появление незнакомца.

– А чем, простите, обязан? – Этот вопрос уже давно витал в воздухе, и хотя новоявленный миллионер боялся услышать ответ, все же задал его.

– Вы запланировали построить чудо-зоопарк. – В интонациях собеседника начали проскакивать какие-то тягучие нотки, еще больше усиливавшие сходство с котом. – Лично я заинтересован в том, чтобы контракт на возведение этого культурно-оздоровительного комплекса достался мне.

Называть зоопарк культурно-оздоровительным комплексом было то же самое, что тюрьму – зоной свободного волеизъявления, но сейчас Сайко не интересовали подобные мелочи. Котоподобный незнакомец мог называть зоопарк, как ему было угодно, главное, чтобы он как можно скорее убрался.

– Значит, вы желаете получить средства на возведение… зоо… комплекса?

– Совершенно верно, – умиротворенно кивнул собеседник, а когда он поднял голову, из его шеи вышло узкое лезвие длинного стилета…

Причем самое поразительное было даже не это, а то, что, во-первых, описанное действие не сопровождалось фонтаном крови, а во-вторых, любитель животного мира как ни в чем не бывало продолжил:

– Я желаю получить средства на возведение зоокомплекса.

Затем этот удивительный человек не торопясь развернулся и, коротко размахнувшись, ударил стоявшего рядом Утешителя в лицо. Несмотря на видимую легкость, удар был достаточно мощным, чтобы сломать нос, послав в глубокий нокаут несчастного телохранителя.

– Не всякий осмелился бы на вторую попытку после того, что с ним сделали. – В интонациях незнакомца слышалось явное уважение. – Неплохих ребят ты набрал себе в помощники.

– Это… Это Утешители. – Ошеломленный Сайко понимал, что сейчас его жизнь напоминает тот самый листик, который можно легко и не напрягаясь сорвать и выбросить на обочину.

И надеялся, что название серьезной организации если не возымеет положительного эффекта, то хотя бы заставит посетителя серьезно задуматься.

– Никогда не слышал. – Короткий ответ незнакомца расставил все точки над «i». – Хотя это не имеет никакого значения. – Странный господин вытащил стилет из горла и небрежно отбросил его в сторону. – Главное сейчас – подписать бумаги.

«Он не только не человек, но еще и не местный, – лихорадочно размышлял удачливый авантюрист, пару часов назад уснувший абсолютно счастливым и богатым, а проснувшийся если не бедным, то уж точно – несчастным. – Ничего не знает про Утешителей, и его невозможно убить».

– Давайте же скорее подпишем все необходимые бумаги и расстанемся друзьями, – предложил до смерти перепуганный Сайко.

Судя по довольному виду неуязвимого человека-кота, именно это он и хотел услышать. Два внушительных пергамента легли на кровать рядом с лицом богатого мецената, обожающего зоопарки.

– Будете читать? – вежливо поинтересовался незнакомец, обратив внимание на то, что Сайко не спешит ставить подписи под двумя объемными текстами, написанными от руки мелким красивым почерком.

«Буду я читать или не буду, – вполне логично рассудил молодой человек, – все равно это ничего не изменит. Сейчас нужно подписать все, что угодно. Главное, чтобы хладнокровный убийца как можно скорее убрался».

– Нет-нет, что вы. Я вам полностью доверяю. Тем более когда речь идет о такой животрепещущей теме, как зоопарк.

С этими словами Сайко торопливо поставил две жирные подписи в указанном месте.

– И дату, пожалуйста, – попросил незваный гость.

– Разумеется… Как же без даты…

Еще пара быстрых росчерков пера – и все формальности были окончательно улажены.

– Приятно иметь дело с понимающим тебя с полуслова человеком, – позволил себе скупую улыбку загадочный незнакомец.

– Взаимно.

– Прощайте. – Не тратя времени на долгое расставание, странный посетитель коротко махнул рукой и вышел из спальни.

Сайко не слишком понравилось это «прощайте», так как в нем послышался некий намек на то, что деловые партнеры никогда не увидятся. Намного лучше звучало бы стандартно-безликое «до свидания».

«Хотя увидимся или не увидимся – дело десятое. Главное, что ходячий кошмар наконец-то убрался», – с облегчением подумал молодой человек.

Если бы Сайко мог знать, что ходячий кошмар оставил на теле своего делового партнера проклятие Сантибарры – крошечную черную метку, убивающую жертву в течение пары часов, то не стал бы радоваться благополучному расставанию.

Но он пребывал в счастливом неведении относительно своего ближайшего будущего и поэтому был полон оптимизма.

«От убийцы отделались, Утешители явно стоят своих заоблачных гонораров, если вызывают уважение даже у неуязвимого киллера, скоро начнется пир, где не будет отбоя от потрясающих красавиц, и…»

Неясная тень в углу комнаты наконец трансформировалась в нечто определенное, и это нечто выглядело достаточно жутко, чтобы испугать даже человека с очень крепкими нервами.

– Т-ты… галлюцинация и… и… или н-на самом деле? – слегка заикаясь от волнения, спросил несчастный Сайко.

– Я слуга королевы, – глухо простонал призрак.

– К-какой к-королевы? – В голову молодого человека пришла неожиданная мысль, что все происходящее может быть обыкновенным кошмаром. Он просто спит и видит череду диких снов о неуязвимых убийцах и ужасных призраках.

– КОРОЛЕВЫ СЕМИ ПАЛАЧЕЙ, – последовал лаконичный ответ.

Сайко ни разу не слышал о такой королеве, но присутствие в титуле семи палачей наводило на мысль, что вышеупомянутая особа явно не боится запачкать свои руки кровью.

– И чего она хочет? – попытавшись отбросить в сторону страшные мысли, перешел к делу несчастный миллионер.

– Подписать договор.

– Кровью? – Это был очередной глупый вопрос, связанный с ассоциациями, родившимися в голове после упоминания палачей.

– Кровью будет даже лучше, – глухо прошелестел призрак.

– А не кровью можно? – Сайко почувствовал себя ужасно по-дурацки – сначала сам себя загнал в ловушку, а теперь пытается выбраться из нее.

– Кровью будет лучше. – В интонациях духа почувствовалась явная угроза.

– Лучше – значит лучше, – обреченно согласился молодой человек. – А о чем будем договариваться?

– О загонах для животных…

– Простите?!

– Загоны для животных, – зловеще прошипел призрак.

Сайко не сразу понял, о чем, собственно, идет речь. Но после непродолжительной паузы пришел к выводу: загоны для животных – не что иное, как проклятый зоопарк.

– Мне очень жаль, но если вы имеете в виду зоопарк, то я уже отдал права котообразному джентльмену.

– Это был один из семи палачей. – Воздух рядом с призраком сгустился в некое подобие мутного зеркала, в глубине которого можно было увидеть зловещего монстра. – Самый молодой и нетерпеливый – способен освежевать тушу за пару недель. Но ты ему не достанешься. Даже не надейся.

Перспектива освежевания туши за пару недель не вселяла радужных надежд на будущее. Тем более что под тушей подразумевалось тело, принадлежащее Сайко.

«Бесцветный человек с повадками кота по крайней мере не пугал меня двухнедельными пытками, – затравленно подумал любитель зоопарков. – А здесь налицо ничем не прикрытая угроза, которую наверняка осуществят, несмотря на всех Утешителей, вместе взятых».

– Полагаю, ваши загоны для животных будут выгодно отличаться от зоопарка котообразного джентльмена, – с фальшиво-наигранной радостью воскликнул Сайко. – Давайте скорее подпишем бумаги – и вы отправитесь к королеве с моими самыми наилучшими пожеланиями. А также выражением искреннего восхищения по поводу ее великолепных палачей.

Очередная пара пергаментов трансформировалась прямо из воздуха перед лицом делового партнера.

– Подпись и число? – Это был не вопрос, а скорее утверждение.

– Да.

– Могу я воспользоваться кровью своего телохранителя? – Рука молодого человека указала в сторону распластанного на полу тела.

– Нет.

– Очень жаль, – совершенно искренне вздохнул Сайко, после чего не раздумывая проткнул острым пером свой палец и, выдавив пару капель крови, быстро расписался в указанном месте.

– Это все? Или будут еще какие-нибудь пожелания?

– Последний вопрос – что за человек приходил сюда?

«Путать он прекрасно умеет, а выражает свои мысли, словно тупоголовый фермер», – недовольно подумал Сайко, однако счел за лучшее не злить очередного гостя и ответил правду:

– Первый раз в жизни его видел. Он не представился, но после того, как мой телохранитель проткнул его шею стилетом, продолжал отлично себя чувствовать. Мило поддерживал беседу и даже вежливо попрощался напоследок. Вот, кажется, и все. Ах да, он чем-то походил на большого кота. Хотя, может быть, мне просто померещилось с пьяных глаз. Это все или будут еще вопросы?

Но призрак узнал и получил все, что хотел, поэтому счел свою миссию выполненной. Он даже не потрудился попрощаться, растаяв в воздухе так же неожиданно, как и появился.

– Уф… – с облегчением вздохнул Сайко, вытирая пот с лица шелковым покрывалом. – Кажется, от всех сумасшедших благополучно отбился, теперь можно наконец-то расслабиться и подумать о предстоящем банкете.

Но ни расслабиться, ни тем более подумать о банкете ему не удалось. Потому что первые двое посетителей были только началом вереницы гостей-бизнесменов, заинтересованных в том, чтобы подписать контракт на постройку удивительного зоопарка.

Глава 8

Мио считал свою крепость практически неприступной и волновался из-за одного-единственного слабого места – ворот. Именно поэтому термин «неприступная крепость» был дипломатично заменен сумасшедшим хозяином на менее благозвучное – «практически неприступная». Но какие бы термины ни употреблялись в отношении этой массивной конструкции, ворота оставались самым слабым звеном, способным в конечном итоге привести к сдаче родового гнезда Мио.

Похитив Ранвельтильскую девственницу, безумный колдун отдавал себе отчет в том, что счастливые обладатели (точнее будет сказать – могущественные покровители) «невинного создания» так просто это дело не оставят. Начнутся угрозы и провокации, целью которых будет очернить светлый облик возвышенного и прекрасного волшебника (Мио Четвертого) в глазах прогрессивной общественности.

И что характерно – хозяин «практически неприступной крепости» как в воду глядел. Начались открытые провокации, явное подстрекательство, бессовестное очернение и прочие грязные методы, свойственные нечистоплотным правителям, одурманивающим народ патокой сладкой лжи, льющейся из грязных уст.

Вообще-то простому трудовому народу было совершенно безразлично, у кого именно находится «невинное создание». Темные массы не понимали, в чем, собственно, заключается уникальность этой девственницы, когда кругом полным-полно юных красавиц, в силу возраста или каких-то иных причин не познавших радостей секса. Причем подавляющее большинство этих девиц (за исключением старых дев) выглядели намного свежее и привлекательнее, чем изрядно потрепанная жизнью ранвельтильская барышня.

Но неустанная пропаганда истинной церкви (в каждом измерении была своя «истинная церковь») плюс грамотный пиар, помноженный на грязные слухи, в конечном итоге сделали свое черное дело. В общественном сознании окрепла и пустила глубокие корни мысль, что нельзя вот так за здорово живешь отдавать чистое создание в лапы отвратительного извращенца.

Что интересно, в результате этих манипуляций не только преобразился образ ранвельтильской красавицы (она стала чуть ли не белоснежным ангелом во плоти), но и существенно снизился рейтинг мракобеса-колдуна, посягнувшего на святая святых – олицетворение чистоты и невинности.

До поры до времени Мио не обращал внимания на подлые происки мелких завистливых злопыхателей. Сосредоточенная дева бродила в темпансцессе, ища ключ к мировому господству. Мио же оставался могущественным колдуном, укрепившимся в родовом замке с мощным гарнизоном. А наемники прелты были готовы сражаться за кого угодно и где угодно, главное, чтобы платили деньги. Дикие создания обожали только две вещи в мире – золото и кровь. Первым их в избытке снабжал Мио, не скупящийся на оплату верных соратников, а второе… Войны так и так было не избежать, поэтому не возникало сомнений – за кровью дело не станет.

Все это было, конечно, замечательно, но только до тех пор, пока шесть королевств не объединили свои армии в Священный союз, задавшись благородной целью освободить юную деву из плена ненавистного колдуна.

Каждый из шести участников альянса руководствовался своими корыстными интересами (девственница здесь была совершенно ни при чем), связанными в основном с экономикой, политикой, религией… и т. д. и т. п. Но какие бы тайные цели ни преследовали правители объединившихся королевств, главное – им удалось собрать под знаменами Священного союза внушительную армию и отправить ее в поход за славой, богатством (Мио был богат) и, разумеется, пресловутой девственницей.

Конечно, чтобы уладить все формальности, устроить встречу на высшем уровне, обсудить сроки и задачи предстоящей кампании, договориться по основным пунктам, разделить сферы влияния и подготовить армии к походу, необходимо время. Даже если активно не вмешиваться во все эти процессы (а Мио при помощи своих капиталов вмешивался более чем активно), нужно не меньше года, чтобы собрать и привести армии чуть ли не на край света – под стены неприступной цитадели. Но год растянулся на два с небольшим, что и позволило волшебнику подготовиться к штурму. И даже не просто подготовиться, а еще и заручиться поддержкой великого героя (меня), способного коренным образом изменить ход всего противостояния.

На самом деле Мио свято верил в то, что напыщенные болваны в конечном итоге не договорятся между собой. Но несмотря на свои собственные умозаключения, он решил не рисковать. Загодя просчитал все возможные варианты и во всеоружии подошел к решающей битве.

За колдуном давно и заслуженно укрепилась слава малого с приветом. И на этот раз отвратительный эгоцентрик оправдал свое прозвище на все сто. Он додумался повесить на ворота крепости в качестве живого щита юношу, в организме которого присутствовал «Растворитель миров» – чрезвычайно редкая и безумно ценная субстанция, чье зловещее название говорит само за себя.

И если темные народные массы не догадывались о тайной подоплеке подобного демарша, то их командиры отдавали себе отчет в том, что ни одна девственница в мире не стоит таких жертв, как конец света в отдельно взятом измерении.

Представители «истинной церкви» уверяли, что это в принципе невозможно. Но все прекрасно знали: священники говорят только то, что им выгодно в данный момент. Им не терпелось заполучить в свои руки Ранвельтильскую деву, поэтому они были готовы на все ради осуществления заветной мечты…

– Они знают, кто ты, – на ходу давал мне последние инструкции Мио, с трудом поспевая за слугами, тащившими меня вместе с креслом к проклятым воротам. – И значит, не посмеют тронуть, оставив попытки ворваться в цитадель через ворота.

– А что мешает им проникнуть в крепость с воздуха?

Не то чтобы меня сильно интересовали подробности предстоящей кампании, но поддерживать хотя бы видимость разговора было гораздо веселее, чем отмалчиваться, погрузившись в пучину черных дум.

– Крепость ни разу не пала, так как стоит на пересечении нескольких энергетических линий. Это нечто наподобие узла, который, в отличие от веревки, трудно разрезать или разрубить. Я переполнен силой и энергией…

«Так же как и безумием», – мимоходом подумал я.

– И в состоянии защитить свою крепость от вторжения с воздуха.

– А с земли? Если все так просто, зачем вообще нужно столько войск, такие высокие стены и остальное?

– Даже самая могущественная магия не всесильна. Можно собрать армию в полмиллиона, но никому не найти больше двадцати-тридцати драконов и пяти-шести по-настоящему сильных магов. Потому что и те и другие – огромная редкость. Я уверен, моих сил хватит для нейтрализации кучки драконов. И готов прозакладывать собственную репутацию, что, находясь в центре сосредоточения силы, отобьюсь от нескольких магов, испытывающих трудности с восстановлением энергетических сил, необходимых для заклинаний.

– Именно поэтому все упирается в ворота, а точнее – в меня?

– Совершенно верно. – Было очевидно, что безумного колдуна обрадовала моя блестящая догадка.

– А как долго я буду висеть?

– Хороший вопрос. По моим приблизительным подсчетам, враг привел под стены крепости около трехсот тысяч воинов. Половина из них – неопытные новички. У меня двадцать пять тысяч наемников прелтов, каждый из которых стоит нескольких людей. А если учесть, что потери штурмующих всегда в несколько раз выше, чем обороняющихся, то получается – у противника нет ни единого шанса. Просто так генералы не смогут отступить. Раз пришли – надо идти на штурм. Пара дней и сто – сто пятьдесят тысяч убитых – таков будет итог этой блестящей кампании. Если я и ошибаюсь, то ненамного. Потеря половины армии, вне всякого сомнения, заставит альянс свернуть походные шатры и уйти.

Из всего сказанного я уяснил только одно: даже при самом благоприятном раскладе мне придется провисеть на воротах дня два, изображая самого пылкого защитника девственниц, какого только можно найти.

– А если какой-нибудь не в меру горячий воин попадет в меня стрелой? – осторожно спросил я, отчаянно боясь услышать ответ в стиле «шрамы украшают мужчину».

К счастью, Мио в кои-то веки решил проявить благоразумие, успокоив меня сообщением, что он обо всем позаботился. Герой будет защищен сферой, непробиваемой для стрел противника.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19