Современная электронная библиотека ModernLib.Net

ЗВЕЗДНЫЕ ВРАТА - Перекрестки времени

ModernLib.Net / Нортон Андрэ / Перекрестки времени - Чтение (стр. 3)
Автор: Нортон Андрэ
Жанр:
Серия: ЗВЕЗДНЫЕ ВРАТА

 

 


      В коридор выходили две двери, и на одной стеклянная табличка с надписью. Но когда лифт ушел вниз, Эрскин открыл другую дверь, металлическую, ведущую на крышу. Они поднялись по лестнице и вышли на открытый воздух. Перед ними возникла пропасть между зданиями. Эрскин достал доску, поднес к парапету и положил так, что второй ее конец лег на крышу склада.
      — Если боитесь высоты, — сказал он Блейку, — не смотрите вниз.
      Пройдя по доске на соседнюю крышу, они спустились по лестнице в пыльный коридор. Здесь Эрскин остановился, прижал обе ладони к стене, и под его давлением сдвинулась панель, пропустив их в одну из спален тайного убежища.
      — Добыл? — В дверях стоял Хойт.
      — Да — и еще нить. Бенерис, владелец, купил подвеску у Джеффри Лейка, адвоката по делам, связанным с недвижимостью. Я напустил на него Джи Си.
      — Что за адвокат? — послышался изнутри голос Киттсона. Эрскин доложил.
      — А если он действительно болен? Или это уловка? — спросил Хойт.
      — Прандж знает, что мы здесь. Но я склонен думать, что изделие Минг-Хауна он продал до того, как узнал об этом. Должно быть, ему очень нужны наличные. Поэтому я хочу побольше узнать об этом Лейке — особенно о контактах Лейка, о всех, кто навещал его в больнице. — Киттсон откинулся в кресле и посмотрел в потолок. — Мистер Лейк болен. Пора друзьям мистера Лейка о нем позаботиться.
      Хойт встал.
      — Фрукты, цветы, все такое?
      — Цветы предполагают женщину. Мы недостаточно для этого знаем. Фрукты — как раз то, что нужно. Среднего размера передача, и можно положить в нее карточку мистера Бенериса.
      — А что слышно насчет переселения? Переезжаем? — спросил Эрскин, когда Хойт вышел.
      — Рано или поздно. Подождем, пока Джейс проверит второе место. Нет смысла переселяться туда, чтобы обнаружить, что за ним наблюдают. У нас есть некоторые преимущества, включая неограниченные средства. А те приспешники, которых набирает Прандж, требуют платы. Если он продает добычу с других уровней, значит Сотня сумела перекрыть его ресурсы дома.
      Зазвонил телефон. Киттсон послушал.
      — Хорошо. Вам будет отправлена обычная плата. — Он повесил трубку.
      — Джи Си о Лейке. Средних лет его семья владеет этой юридической фирмой уже четыре поколения консервативен основные дела связаны с недвижимостью и трестами холостяк, ближайший родственник — сестра в Майами две недели назад подвергся операции никаких прямых контактов с людьми Пранджа.
      — Кмоат может быть очень убедителен, — заметил Эрскин.
      — Ну, пусть Хойт узнает, что сможет, в больнице. Я хочу знать, есть ли у Лейка щит. И у меня такое ощущение, что действовать нужно быстро.
      Его прервал сигнал. Вошел Сакстон. Сняв шляпу и хорошо сшитое пальто, он сел.
      — Все готово для переселения. Но наш переулок здесь находится под наблюдением. Пришлось пробираться по крыше.
      — А кто в переулке? — спросил Эрскин.
      — Мускулистый парень, которого мы видели в «Хрустальной птице». Там он поддерживает стену плечами. Один из головорезов Пранджа. Знаете ли, — Сакстон достал из кармана коробку с сигарами и сделал тщательный выбор из ее содержимого, — самое разумное, что может сейчас сделать Прандж, это вызвать какой-нибудь инцидент, который привлек бы к нам внимание местных представителей закона. Это дало бы ему больше времени и заставило бы нас временно уйти с этого уровня.
      К своему удивлению, Блейк обнаружил, что все трое смотрят на него. Киттсон заговорил первым.
      — Какое обвинение вы выбрали бы, чтобы устроить нам неприятности с вашей полицией?
      — Учитывая ваше тайное пребывание здесь, — медленно ответил Блейк, — я бы сказал азартные игры — или наркотики. И в том, и в другом случае вас ждет обыск. И еще намек синдикату, что вы завели новое дело на его территории. Это напустит на вас и гангстеров.
      Сакстон поджал губы.
      — Иными словами, теперь, когда он нас обнаружил, он может причинить нам массу неприятностей. Я за немедленное переселение!
      Киттсон кивнул.
      — Хорошо. — Он достал из шкафа маленькую карту. — «Хрустальная птица» размещается в подвале бывшего богатого жилого дома. Вверху есть квартиры?
      — Три. Две заняты работниками клуба, — ответил Эрскин.
      — На крыше есть телеантенны?
      — По меньшей мере одна.
      — Тогда мы будем ее чинить.
      — Когда? — спросил Сакстон.
      — Немедленно. Нужно послать сообщение, чтобы очистили это место.
      — А, нельзя ли сначала поесть? — Голос Сакстона звучал жалобно, и после недолгого колебания Киттсон согласился. Они сидели за столом, когда вернулся Хойт.
      — Приятель в переулке, другой следит за крышей, — объявил он, — или это уже устаревшие новости?
      — Как Лейк?
      — Ну, щита у него нет. Но я адвоката не видел. На четырехчасовом самолете прилетает его сестра из Майами. Киттсон взглянул на Эрскина.
      — Приятная встреча двух леди в аэропорту может привести к большим последствиям, — задумчиво сказал он. Эрскин молча допил кофе.
      — Чего я только не делаю ради Службы! За это дело потребую нашивки с крестом и звездами.
      Улыбка Киттсона была иронической.
      — Всегда необходимо, — он явно цитировал, — подбирать агента, соответствующего заданию, а не задание, подходящее для агента.
      — Прекрасный способ перекладывания ответственности, — заметил Эрскин. — После соответствующих рассуждений найду подходящий ответ. А сегодня нужны не слова, а дела. Надеюсь только, что то, что я узнаю от этой летающей женщины, стоит того, чтобы облачиться в юбки.
      Час спустя модно одетая женщина в сшитом на заказ костюме и норковой накидке покинула дом в сопровождении Сакстона. А через двадцать минут после их ухода настала очередь остальных, в том числе Блейка. Ни Киттсон, ни остальные ничего не упаковывали, и, по-видимому, Блейку тоже полагалось оставить свои вещи. Такое пренебрежение к экономии обеспокоило его.
      В комбинезонах ремонтников все трое на лифте спустились в подвал. Густые волосы Хойта стали каштановыми, линия его челюсти странно изменилась, стала более квадратной, под верхней губой выпятились два зуба.
      При помощи тех же загадочных средств черты лица Киттсона стали грубее. Толще и краснее ястребиный нос. Глаза казались расположенными ближе друг к другу, и ходил он прихрамывая.
      Они не пошли через ломбард, а двинулись в противоположном направлении, прошли по вентиляционному колодцу и через еще одну дверь на стоянку. Тут стоял грузовик с надписью на борту «Братья Рендел, ремонт радио и телевизоров».
      — Умеете вести машину? — спросил Киттсон у Блейка.
      — Да.
      — Садитесь за руль, Хойт будет показывать. — С гибкостью угря высокий мужчина поместился в ограниченном пространстве сзади.
      — Прямо по улице и направо.
      Блейк осторожно повел машину по узкому пути.
      — Этот выход они не обнаружили, — заметил Хойт, когда они влились в уличное движение.
      Но ему ответил голос из фургона:
      — Мозг с защитой в полуквартале за нами… Хойт попытался оглянуться.
      — Ну, на всякий случай двинемся кружным путем. Они идут за нами, Марк?
      — Да. Но не могу засечь их машину: слишком большое движение.
      Блейк удивился, почему не испытывает тревоги. Либо его предчувствие отказывает на этот раз, либо им нечего опасаться.
      — Зеленый доставочный грузовик, но он свернул квартал назад, — добавил Киттсон.
      Внимание Хойта переместилось на Блейка.
      — Что говорит предчувствие? Нас ждут неприятности?
      — Нет, насколько я могу судить.
      — Этот грузовик мог доставить смену наблюдателей — смотреть за пустой мышиной норой, — размышлял Хойт. — Но на всякий случай запутаем след. На следующем углу сверните налево, Уокер, потом прямо пять кварталов до парома.
      — Уже почти три, — предупредил Киттсон.
      — Парому требуется на переправу пять минут. Срежем через грузовой двор и выйдем на хайвей у Пирса и Валната. Вернемся в город по мосту Франклина. Затратим минут сорок, и если это не собьет их со следа, значит ничто не собьет.
      — Хорошо, — недовольно согласился Киттсон.
      На пароме сменили водителя, и своим вдохновенным мастерством у руля и умелым выбором маршрута Хойт привел их назад в город с другого направления на пять минут раньше обещанных сорока.
      Из многолюдного делового района они проехали в жилой, который был очень фешенебельным и богатым лет пятьдесят назад. Вокруг парка с кованой железной решеткой стояли дома. Но теперь многие из них впали в упадок, в нижних окнах видны были таблички «Сдается», а некоторые помещения были преобразованы в магазины. Хойт остановился в конце квартала. Крутые ступени, ведущие в полуподвал, были накрыты навесом, сверкала неоновая надпись, извещая, что это «Хрустальная птица».
      Уже сгустился зимний сумрак, падали крупные хлопья снега, предвещая ухудшение погоды. Насколько мог видеть Блейк, помимо их грузовика, на улице нет ни машин, ни пешеходов. Но, выключив мотор, Хойт не стал выходить он оставался на месте, словно прислушиваясь. А заговорил еле слышным шепотом.
      — Два щита в клубе. Но мне кажется, дом чист.
      — Да, — согласился невидимый Киттсон. Он выбрался из машины, пока Хойт отдавал приказ Блейку.
      — Если мы прибежим, будьте готовы немедленно отъехать. Блейк сел за руль и через ветровое стекло увидел, как двое подходят к двери. Их впустила женщина в тусклой одежде.
      Постепенно загоралось больше огней: тусклые в квартирах, более яркие в магазинах. На улицах появились люди. Мужчина, несмотря на снег, с непокрытой головой, торопливо спустился по лестнице к входу в клуб, словно опаздывал на встречу. Блейк думал, как должно быть трудно читать мысли прохожих.
      Но вдруг появилось нечто такое, что он понимал. Опасность! На него навалилось удушающее ощущение опасности. Он словно на вкус ощутил его! Никогда раньше, до встречи с невидимым присутствием, не был Блейк так потрясен. Сжимая пальцами руль, он заставил себя осмотреться и обнаружить источник предупреждения.
      В доме, в котором располагалась «Хрустальная птица», он ничего не увидел. Сверкала неоновая вывеска, в окнах выше видны были огни. Взгляд Блейка медленно перемещался вдоль квартала, оценивая каждый дом. Ни людей, ни машин. Внимание!
      На противоположной стороне у одного из магазинов остановился доставочный грузовик — зеленый грузовик.
      Хойт приказал ему оставаться на посту. Но он уверен, что это источник опасности. Если он выйдет и пройдет один-два фута…
      Но растущее напряжение удержало его на месте водителя. Блейк, подчиняясь порыву, включил двигатель. Оглянулся на клуб. Высокая тень появилась за углом и направилась к нему рядом с ней другая. Тот, кто шел вторым, задержался у мусорной урны, поднял крышку и порылся в содержимом в это время первый уже подошел к грузовику и забрался сзади. Блейк двинул машину. Второй, пряча что-то на груди, догнал в несколько прыжков. Блейк тут же предупредил Хойта:
      — Зеленый грузовик — справа!..
      Когда они проезжали мимо, Хойт высунулся из кабины.
      — «Дениз, одежда», — прочел он вслух. — Прандж, переодевшийся в три ярда шелка и пояс с пряжкой. Возможно…
      Но внимание Блейка разделялось между необходимостью вести машину и подавляющим ощущением опасности.
      — Направо! — рявкнул Хойт.
      Еще одна улица со старыми домами. Свет от фонарей странно дрожал в вихрях снега.
      — Тут налево…
      Блейк автоматически выполнял указания Хойта. Сзади, от Киттсона, не доносилось ни звука. Серия поворотов вывела их на широкое авеню, идущее вдоль парка, который почти разрезает город на две части.
      — Заезжайте в парк и уступите мне руль.
      Блейк пробился через усилившееся движение и привел грузовик под укрытие деревьев, которые заслонили огни города: здесь он поменялся местами с Хойтом.
      Они двинулись дальше, с широких дорог на узкие, пока не оказались на посыпанной золой стоянке рядом с белым летним театром-рестораном, закрытым в это время года.
      — Всем выйти!
      Блейк спрыгнул на землю, увидев, что Киттсон захлопнул заднюю дверцу.
      — Пошли! — Агент повернулся.
      — Куда?
      — Мы выйдем из парка на 114 улице. Пересечете здесь авеню и на противоположном углу подождете 58 автобус. Садитесь в него и поезжайте до Маунт Юнион. Это примерно сорок минут езды в верхний город. Пройдете по Маунт Юнион до первой улицы — Патрун Плейс. Зайдите через служебный вход в третье здание — у него двор обнесен стеной. Постучите дважды. Понятно?
      — Да.
      Идя по парку, они не разговаривали. Снаружи двое, не попрощавшись, оставили Блейка и сразу затерялись в толпе прохожих.
      Блейк пересек улицу и присоединился к ожидающим на остановке. Он обнаружил, что пятьдесят восьмой автобус не очень вместителен, в него пришлось втискиваться. Большие дома даун-тауна сменились частными домиками в глубине дворов.
      На углу Маунт Юнион большая ярко освещенная аптека — настоящий супермаркет своего рода. Но квартал, по которому он пошел, пуст, фонари далеко друг от друга. Один квартал вниз — и Патрун Плейс. Блейк считал дома.
      В третьем доме ряд освещенных окон. Ворота подъездного пути открыты, на снегу видны свежие следы шин. Доносятся приглушенные звуки. Блейк прошел через сугроб у входа, и снежный вихрь ударил ему в лицо. Он постучал, как было сказано. Дверь открылась, и Эрскин впустил его в свет и тепло.

Глава 5

      Согревшись и переодевшись в собственную одежду, которая загадочным образом оказалась в спальне наверху, Блейк вышел в небольшую комнату, уставленную тяжелой мебелью начала столетия. В одном из массивных кресел разлегся Хойт.
      Он с любовью следил за маленьким черным котенком, который деловито поедал нарезанное сырое мясо. Увидев Блейка, Хойт указал на котенка.
      — Познакомься с Миссус. Неплохой аппетит, а? Кончик хвоста котенка дернулся, как бы в подтверждение знакомства, в остальном же продолжалась увлеченная охота за кусочками говядины.
      — Это ее вы взяли из мусорной урны? Улыбка Хойта исчезла.
      — Ее завязали в мешке и оставили замерзать. Котенок, с раздувшимся животом, принялся умываться лапками. Прервав свое занятие, посмотрел на Хойта детскими голубыми глазами. Прыжком приземлился у него на коленях, вцепившись в брюки коготками, свернулся и довольно вздохнул.
      — Она нам поможет. — Хойт провел пальцем по пушистой голове, почесал за ушами и под челюстью. — На этом уровне не понимают возможности природных ресурсов. Если постараться, можно установить мысленный контакт с кошками, собаками и некоторыми птицами. Да, Миссус нам поможет. Тем более что Прандж,
      — улыбка Хойта больше не была приятной, — ненавидит кошек. Я не удивился бы, если Миссус сегодня оставили на смерть по его приказу.
      Кошка уснула, и сонное ощущение довольства заполнило комнату.
      Проснувшись утром, Блейк услышал шелест снега об оконное стекло. Сугробы снаружи поднялись высоко. Четверг. Блейк пересчитал дни, прошедшие с начала этого дикого приключения. Кажется, что прошло очень много времени.
      Гараж был открыт. Из дома вышли две низкорослые фигуры — Эрскин и Сакстон, — прошли по прочищенной в снегу дорожке, сели в машину и уехали.
      Блейк не торопился. Спускаясь по лестнице, он думал, кто хозяева этого дома. В нем оказались двое слуг, повариха и уборщица все они держались обособленно. Кто принял здесь агентов и почему?
      Киттсон был один в небольшой столовой, он смотрел в окно на снежные вихри. На подоконнике сидела кошка, трогая стекло лапой она была так же поглощена, как и человек. Работало радио, диктор объявил, что уровень снега поднимается, город пытается расчистить главные улицы. Последовало зловещее сравнение с большой снежной бурей пять лет назад, когда на два дня отказали все городские службы.
      — Становится хуже, — заметил Блейк.
      Киттсон только хмыкнул, и Блейк понял, что агент очень сосредоточен. Неужели все эти незнакомцы настроены на одну волну и только они могут общаться мысленно друг с другом?
      Вошел Хойт, плечи его были покрыты снегом.
      — Так плохо, словно идешь по клею, — сообщил он, беря на руки котенка. — От расчистки боковых улиц уже отказались.
      — Если нас удерживает непогода, — Киттсон беспокойно отошел от окна и снова вернулся, — то Пранджа тоже.
      Хойт пожал плечами и сел, занявшись котенком. Если бы Блейк своими глазами не видел дальнейшего, он не поверил бы. Он слышал, что кошки не поддаются обучению, что внутренняя независимость не дает им повиноваться чужим приказам. Но каким-то образом рослый человек установил контакт с крошечным комком черной шерсти. Круглыми глазами кошка смотрела в глаза Хойту, и ее крошечное тело повиновалось, поднималось, бегало, челюсти сжимали листки бумаги, проносили по всей комнате и опускали в протянутую руку. Но котенок быстро устал, и вскоре Хойт дал своей ученице возможность отдохнуть.
      Была середина дня, когда Блейк решил выйти. Оба его товарища находились в состоянии транса возможно, поддерживали контакт с кем-то снаружи. Он не только волновался, но и негодовал, чувствуя, что его отстранили от действий.
      У задней двери его встретила повариха.
      — Не заглянете ли в аптеку? — неожиданно спросила она. — У Агнес болит голова, и если она не получит свои капли, до конца дня ни на что не будет годна. Глупая девчонка слишком долго не обращалась за рецептом. — В руке она держала листок бумаги.
      — С удовольствием, — ответил Блейк и шагнул в наметенный снегом сугроб.
      В магазине чувствовалось настроение выходного дня. Рабочие с хайвея пили кофе, обменивались хорошими и дурными новостями с немногими посетителями. Ожидая, пока изготовят лекарство, Блейк прислушивался к разговорам. Это реальная жизнь. А фантастический мир, в котором он обитает последние три дня, превратился в сон.
      Как можно поверить в миры других уровней, в преступников, перескакивающих с одного уровня на другой и способных у вас на глазах вывернуть жизнь наизнанку? Если у него есть хоть капля здравого смысла, он просто уйдет отсюда — подальше от дома на Патрун Плейс, подальше от Киттсона. Он мог бы это сделать, но Блейка преследовала мысль, что ничего хорошего это ему не даст, побег от этих сил невозможен. Что бы это ни было: реальный мир или сон, — он в нем застрял.
      Но Блейк по-прежнему, с самого утра, испытывал возмущение. Он подозревал, что является для них таким же орудием, как котенок, которого обучает Хойт, Они используют его или отбросят, как сочтут нужным. Это взаимоотношения взрослых с ребенком, и они вызывают негодование.
      Возможно, его возмущение уловили и сознательно поддерживают? Может, сознательно к чему-то готовят? Впоследствии Блейк не раз думал, что его просто готовили к убийству.
      Снаружи серость сгустилась в ранний вечер. Блейк на ходу увязал в сугробах. Но тут он увидел впереди какую-то фигуру. Он подумал, что невозможно ошибиться. Стройная фигура, быстрая походка — Эрскин!
      По расчищенной дороге медленно шла машина. И тут Блейк ощутил удар предчувствия. Опасность — опасность для Эрскина. Блейк крикнул и побежал. Но тот, сгибаясь на ветру, не видел и не слышал.
      Машина остановилась рядом, оттуда выскочили двое и схватили Эрскина. Блейк поскользнулся на льду. Он пытался сохранить равновесие, но в этот момент в голове вспыхнула оглушительная боль, и он потерял сознание.
      Голова болит, в ней стучит пульс. Блейк попытался вспомнить, что произошло. Рот у него заткнут, забит какой-то тряпкой, губы заклеены липкой лентой. Темно, руки и ноги связаны. Дернув путы, он понял, что люди, которые их сделали, знают свое дело. Он попытался перевернуться и обнаружил, что находится в тесном помещении, колени его прижаты к груди.
      Эрскин! Неужели его тоже захватили в плен? Несмотря на всю свою силу, люди с пси-способностями тоже имел ограничения. Киттсон не смог уйти от головореза с защитой в «Шелбурнс». Блейк хотел бы обладать способностями одного из агентов. Если бы он только смог установить связь с Эрскином! Он по-прежнему ощущал предупреждение своей личной сигнальной системы, но в последнее время испытывал его так часто, что привык.
      Если его не убили, значит похитителям он для чего-то нужен. Как они сумели так быстро выйти на след? Или они охотились за Эрскином, и Блейк для них — лишь дополнительная добыча? Сколько времени пройдет, прежде чем Киттсон и Хойт обнаружат их отсутствие и явятся на выручку? (То, что они могут о нем забыть, не приходило Блейку в голову). Может, это загадочное «прислушивание» предупредило их о катастрофе?
      Нет смысла задавать себе вопросы, на которые нет ответа. Необходимо сосредоточиться на том, что он может сделать.., пока ничего.
      Блейк не мог сказать, долго ли продолжалась поездка, но почувствовал толчок. Машина остановилась. Послышались негромкие голоса. Ящик, в котором он находился, понесли и уронили. Блейк больно ударился.
      Тепло и больше голосов. И что-то еще. Он уловил запах духов. С толчком ящик окончательно поставили на пол, послышались удаляющиеся шаги. Тепло. Духи. Блейк пытался сопоставить эти факты. Зеленый фургон.., магазин одежды напротив «Хрустальной птицы»?
      Его тело онемело, он мог только поворачивать голову. Видна светлая щелка, и время от времени слышны приглушенные голоса.
      Когда его извлекут отсюда, он не сможет сопротивляться. Но — Прандж обладает пси. А тот, кто вырос в среде, где пси норма, сознательно или бессознательно будет опираться на эти способности, а тех, кто ими не обладает, считать существами низшего сорта.
      Блейк чувствовал оттенок такого отношения и у агентов, хотя те привыкли жить среди обычных людей, в мирах, не обладающих пси. В процессе обучения они утрачивают ощущение своего превосходства. Но у Пранджа нет причины скрывать свои способности. Возможно, его зависимость от этих способностей ослепит его, приведет к недооценке противников, кроме тех, кто из его собственного мира?
      Несмотря на боль в голове, Блейк заставил себя спокойно обдумать положение. Чем он располагает? Латентной пси-способностью предчувствовать опасность и мощной мозговой защитой. Не очень много против невидимого арсенала Пранджа. Но защита — она выдержала при первой встрече с преступником. Предположим, на него обрушится новое нападение? Нельзя ли создать барьер из ложных воспоминаний, которые прочтет враг?
      Тело Блейка оставалось неподвижным, но мозг напряженно работал, исследуя новые возможности. Если бы только он знал больше! Нельзя ли заставить Пранджа поверить, что он всего лишь случайный свидетель? Он может сообщить правду с некоторыми изменениями, и она выдержит любую проверку.
      Что если он по-прежнему верит, что они агенты из ФБР, следят за обычными преступниками этого мира? Рассказ будет соответствовать его действиям и может удовлетворить Пранджа, заставит поверить, что он, Блейк, относительно неопасен.
      И вот, обдумав эту не очень ясную мысль, Блейк принялся за работу. Он вспоминал подробности своей жизни дома. Он приехал, чтобы поступить в Хейверс. Это правда, это легко проверить. В своем номере в отеле он услышал какой-то звук. Он заставил себя вспомнить этот звук. Помог Киттсону спастись от бандита. Киттсон показал ему свое удостоверение. Агенты ФБР заставили его присоединиться к ним. Он старательно пытался подавить истинные воспоминания. Посещение Бенериса, нападение во вторник, то, что рассказали ему агенты все это он должен забыть. Ведя эту внутреннюю битву, Блейк поражался. Словно его усилия, пусть неумелые, пробуждают новые умения, новые и обостренные способности.
      Снаружи потух свет. На мгновение сосредоточенность Блей-ка была нарушена страхом. Неужели его оставят здесь? Стало трудно дышать, теснота подавляла. Может ли он выдержать часы такого заключения?
      Начинающаяся паника испугала, но другая часть его мозга, та часть, что наблюдает и оценивает, подсказала, как использовать эту истерию с выгодой для себя. Страх — это правильная реакция. Страх телепатичен, враг может уловить его. Страх усилит его маскировку.
      Блейк прошел большой путь с тех пор, как его взяли в плен, прошел по тропе, о существовании которой даже не подозревал. Шок стимулировал рост, и больше он не тот Блейк Уокер, которого захватили на заснеженной улице. И никогда не будет прежним.
      Снова загорелся свет послышались тяжелые шаги. Сняли крышку, и Блейк замигал от яркого света. Он беспомощно лежал на полу. Его пинком перевернули, и он увидел двух человек. Ни один из них, даже замаскированный, не может быть Пранджем. Блейк быстро изобразил замешательство и страх.
      — Да, это один из них. Он пришел в себя.
      — Я тебе говорил. — Человек меньшего роста сплюнул табак. — Что ты собираешься с ним делать?
      — Отведу к боссу. Перережь ему веревки на ногах. Неохота его тащить.
      Меньший извлек складной нож и перерезал веревки на лодыжках Блейка. Увидев, что пленник смотрит на него, он обнажил в улыбке гнилые зубы и угрожающе взмахнул ножом. Блейк позволил себе отшатнуться оба засмеялись.
      — Веди себя хорошо, сынок, иначе Кратц перережет не только веревки.
      — Конечно, — подтвердил второй. — Я хорошо работаю ножом. Могу тебя разрезать аккуратно и не очень. Не напрашивайся!
      Блейка поставили на ноги, прислонили к стене и продолжали прочно держать. Оцепенелость в ногах сменилась покалываньем возобновляющегося кровообращения. В это время появился третий. У него из-под губы торчали кончики верхних клыков.
      — Отведите его нижним путем. — Он бегло взглянул на Блейка.
      — Конечно, Скаппа.
      Двое повели Блейка вслед за Скаппой по темному коридору и пролету лестницы. Показался люк в полу, Скаппа спустился в него, за ним последовал Кратц. Блейка подняли и небрежно уронили. От силы толчка он едва снова не потерял сознание, но ему не позволили спокойно лежать. Спустился большой, поднял его и понес.
      Через отверстие в стене они прошли во второй подвал. Блейка посадили на стул, вернее бросили с такой силой, что у него вырвался сдавленный крик боли. Большой обвязал его веревкой, прочно прикрепив к стулу.
      Скаппа пальцем ткнул в своих подчиненных.
      — Убирайтесь!
      Блейку показалось, что эти двое с радостью поднимаются по деревянной лестнице и исчезают в люке. Как только они ушли, Скаппа расстелил на ступеньке носовой платок, сел и закурил сигарету. У него было выражение человека, ожидающего начала интересного представления.
      Когда началось нападение, оно не было ударом мысленного зонда, которое испытал Блейк раньше. Нет, на этот раз на него обрушилось медленное безжалостное давление. Сила его показала Блейку, что на этот раз противник намерен одержать победу.
      Блейк придерживался подготовленных мыслей и воспоминаний. Легко было примешать и жалость к самому себе. Зачем ему участвовать в этом бою? Медленно, под действием зонда, он мысленно рассказывал о своей встрече с Киттсоном и о последующих событиях.
      Он больше не видел ни подвал, ни сидящего на лестнице Скаппу. Каким-то странным образом взгляд его обратился внутрь. Даже страх нужно строго рационировать, он не должен стать слишком сильным и пробить стену отшлифованных воспоминаний. Враг не должен подозревать, что эта стена существует!
      Блейк не мог знать, выдерживает он испытание или проигрывает. Удары становились сильнее, глубже, словно посылающий их мозг испытывает нетерпение. Блейк устало придерживался своей истории, и странный допрос продолжался в полной тишине.
      Но вот ищущий зонд отступил. Блейк содрогнулся. Снова испытал он ощущение грязи, осквернения. Но одновременно вспыхнула и надежда. Нападение произошло не с такой силой, какой он опасался. Неужели Прандж поверил в его невиновность, в то, что он только ничего не подозревающее орудие агентов из другого мира? Его привела в себя пощечина, от которой качнулась голова. Садистское лицо Скаппы выступало из красного тумана.
      — Вставай и забери этого ублюдка!
      Рослый человек спустился по ступенькам, Кратц шел за ним.
      — Что нам с ним делать? — спросил он.
      — А как ты думаешь? Поместим вместе с хулиганом. И забудем о нем.
      — Конечно. — Большой занялся веревкой. — Босс получил, что хотел?
      Улыбка Скаппы поблекла.
      — Ты слишком много болтаешь. Убирай его отсюда!
      — Конечно, конечно! — сразу согласился рослый. Он втащил Блейка в отверстие в стене. На полпути в коридоре он остановился, и Кранц осветил фонариком металлическую дверь. Отвернул болты, слегка приоткрыл дверь и втолкнул в нее Блейка.
      — Попроси хулигана развязать тебя, ублюдок!
      Блейк споткнулся и упал, лицо его от царапин уберегла только липкая лента на губах. Когда он смог повернуть голову, дверь уже закрылась.
      На него единой тяжестью обрушились темнота и тишина. Может, он сумеет доползти до стены и прислониться к ней. Но сейчас он слишком устал, чтобы попытаться. Холод от каменного пола охватил вспотевшее тело.
      «Вместе с хулиганом». Он в каком-то частном склепе. Ноги ему не завязали снова, но руки оставались связаны. Надо двигаться! Но он так устал, все тело ноет от усталости.
      Блейк застыл. В темноте послышался звук. Вот он снова доносится с другой стороны невидимого помещения. Хулиган. Блейк пытался успокоиться. Что-то движется.
      — Кто.., кто здесь?
      Блейк пожевал кляп, который мешает ему ответить на этого вопрос.
      — Почему.., почему ты мне не отвечаешь? — В голосе звучал страх. — Отвечай мне! Отвечай!..
      Снова движение — в его направлении.
      Эрскин? Блейк сразу отказался от этой мысли. Каким бы ни было испытание, невозможно представить себе, чтобы в голосе Эрскина звучали такие ноты. Он услышал шаги, прерываемые паузами. Потом нога споткнулась о его колено. С криком человек упал на Блейка, от удара у Блейка весь воздух вырвался из легких. Мелькнул свет, вслед за ним восклицание. Пальцы ощупали его лицо, потянули ленту.
      Человек с резкостью, рожденной страхом, сорвал ленту. Тряпка вылетела изо рта, и Блейк смог пошевелить языком. Больше всего в жизни ему теперь нужна вода.
      — Кто ты? — раздраженно спросил его товарищ по заключению. — Почему они поместили тебя сюда?
      — Чтобы избавиться от меня, — хрипло ответил Блейк. — Можешь развязать мне руки?
      Его бесцеремонно повернули лицом вниз. Что-то навалилось на него сзади, и он в свою очередь спросил:

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10