Современная электронная библиотека ModernLib.Net

ОСС 117 - Монстры Холи-Лоха

ModernLib.Net / Шпионские детективы / Брюс Жан / Монстры Холи-Лоха - Чтение (стр. 6)
Автор: Брюс Жан
Жанр: Шпионские детективы
Серия: ОСС 117

 

 


Вдруг Лениган услышал сзади типично американский выговор. Он прикурил от зажигалки, заставив себя не оглядываться. Возможно, это были моряки или служащие технического персонала с "Протеуса". Они обсуждали смерть Эверетта Андерсона. Один из них произнес:

– Слушайте, ребята, я не должен этого говорить, но...

Лениган положил зажигалку в карман и слегка повернул голову. Он напряженно вслушивался. Ему казалось, что его ухо того и гляди отклеится и подлетит к губам человека, продолжавшего тем же конфиденциальным тоном:

– Клянетесь, что никому не расскажете?

– Конечно! – хором ответили остальные.

– Так вот, это я возил врача сегодня ночью к Андерсону после телефонного звонка. Было где-то между полуночью и часом, и на месте уже был один человек, сделавший Андерсону трахеотомию. Инженера перевезли на "Протеус" и могу вас заверить, что сейчас его жизнь уже вне опасности...

Лениган перестал дышать. Его трубка могла вот-вот погаснуть.

– Интересно, – удивился один из американцев, – а зачем тогда объявили о его смерти?

– Этого, приятель, я не знаю. Меня и самого попросили не трепаться. Может быть, из-за исчезновения его жены... Может, надеются, она вернется, если будет считать, что он умер. Другого объяснения я не вижу.

– А тот парень, что сделал операцию еще до вашего приезда, – заметил другой, – не проболтается?

– Нет, это наш. Инженер из "Дженерал Электрик", который приехал дня три назад... Как же его фамилия?

– Ла Берн?

– Точно, Ла Верн. Но смотрите, ребята, молчок, а то на меня наорут.

Они отошли к церковной паперти. Сраженный известием, Лениган не шевелился и не обращал внимания на верующих, направлявшихся ко входу. Он был страшно бледен, и у него тряслись колени. Он пытался размышлять, но мозг как будто работал вхолостую. Проходившие мимо женщина и ребенок удивленно взглянули на него. Он повернулся и машинально последовал за ними в храм.

* * *

Юбер вошел в кабинет Эйзена и бросил на стол блокнот, исписанный неловким деформированным почерком.

– Андерсон все выложил, – объявил он. – Дело куда серьезнее, чем мы думали. Перед нами не только шпионская сеть, но и попытка саботажа. Они просили его заменить некоторые детали системы самонаведения ракет "Полярис" другими, не отличимыми на вид. Они их ему уже было дали.

– "...было дали..."? – переспросил Эйзен.

– Да. Детали лежали в коробке в гараже Андерсона. Они забрали коробку в ночь исчезновения Мэриан Андерсон, опасаясь полицейского расследования. Их цель ясна. Наши атомные подлодки, вооруженные ракетами "Полярис" с ядерными боеголовками, – лучшее ударное оружие. Русские только и думают, как бы их нейтрализовать. Если возможно нарушить систему дистанционного управления, то с системой самонаведения ничего нельзя сделать... Ничего, если не разладить ее заранее, чтобы она не могла правильно сработать. Именно это они и пытались сделать. И чуть не добились успеха.

Чарлз Эйзен побледнел. Он встал и повел широкими плечами, как будто форменный китель стал вдруг слишком узким для него.

– Черт возьми! – воскликнул он.

Он дошел до иллюминатора и взглянул на дом Килмуна и маленькое кладбище, расположенное на склонах холма.

– Их надо брать, – сказал он, обернувшись. – Всех сразу. Заявления Андерсона вполне достаточно.

Юбер отрицательно покачал головой.

– Простите меня, Чарлз, но я с вами не согласен. Мы знаем только второстепенных агентов, а нам нужен руководитель...

– И вы считаете, что Лениган выведет нас на него.

– Считаю, – ответил Юбер. – Достаточно дать ему достаточно серьезную информацию, чтобы побудить встретиться с руководителем сети. Я займусь этим.

– А если он насторожится?

– Он должен уже получить подтверждение о смерти Андерсона. У него нет никаких причин для беспокойства...

* * *

Служба закончилась, и верующие медленно выходили из церкви. Лениган заметил Мойру Бабинс и подошел к ней. Снаружи многие люди здоровались друг с другом, заводили разговоры. Лениган и Мойра сделали то же самое с самым естественным видом, следя, однако, за тем, чтобы никто не смог услышать, о чем они говорят.

– Каррик приходил этой ночью, – сообщила она.

"Каррик" было кодовым именем, присвоенным ими Юберу.

– Несмотря на мой запрет, – продолжала она, – Гордон продал ему фотографию, всего одну. Тот, кажется, заплатил без возражений...

Лениган почти грубо перебил ее:

– Каррик провокатор, а Андерсон не умер. Мы все в опасности.

Мойра Бабинс грязно выругалась. Лениган добавил:

– Надо начинать осуществление экстренного плана. Вы знаете, что должны делать?

– Знаю, – ответила женщина искаженным голосом.

– Тогда до встречи. Удачи.

Они расстались, и Кеннет Лениган вернулся в свою машину. Хотя он не заметил ничего необычного, но был теперь уверен, что за ним следят. Однако ему обязательно было нужно приехать в Ротсей во второй половине дня, чтобы предупредить Айзобела. Значит, сначала надо оторваться от "хвоста"...

* * *

После обеда на борту "Протеуса" Юбер и Чарлз Эйзен ознакомились с последними отчетами о различных действующих лицах дела.

Они узнали о коротком контакте между Мойрой Бабинс и Кеннетом Лениганом при выходе из протестантской церкви Сандбанка. Мойра Бабинс вернулась к себе домой, откуда выехала спустя три четверти часа за рулем красно-черного "остина" в сопровождении Гордона и Пирл. Все были одеты в желтые непромокаемые плащи и рыбацкие шляпы. Они направились в морской клуб на Арднадам-Бей за верфью, и их проводили на борт яхты "Гоблин", видимо, принадлежавшей им. Они погрузили на борт две туго набитые сумки, затем подняли якорь, и яхта, пройдя мимо "Протеуса" к выходу из Холи-Лох, спустилась к устью. Группа на машине обеспечивала наблюдение до тех пор, пока не подошел катер.

– Не думаю, что есть основание для тревоги, – сказал Чарлз Эйзен, когда Юбер в свою очередь ознакомился с отчетами. – Холи-Лох – крупный центр яхтсменов, как вы могли заметить. Почти все они выходят в море по субботам и воскресеньям. В любом случае им не удастся от нас уйти.

Юбер позвонил в отель "Мак-Коллс" и попросил Энрике приехать за ним на пристань Сандбанка. Едва он положил трубку, как секретарь принес начальнику службы безопасности новые отчеты наружного наблюдения. "Гоблин" вошел в Кейлз-Бей и бросил якорь в трех километрах к северу от Ротсея, у острова Бьют. Трое пассажиров остались на борту, как будто ожидая кого-то. Кеннет Лениган пребывал в своем доме в Дунуне.

– Я возвращаюсь на сушу, – решил Юбер.

Чарлз Эйзен казался озабоченным.

– Думаю, будет лучше, если мы предупредим МИ-пять[4], – сказал он, – или, по крайней мере, спецотдел Скотленд-Ярда. Нельзя забывать, что мы не дома и не имеем права кого-либо арестовывать... С другой стороны, если мы выйдем на неожиданные ответвления сети и масштаб операции расширится даже в чисто географическом плане, помощь наших британских коллег будет очень ценной...

– Это ваше дело, – ответил Юбер. – А вообще-то, я с вами согласен.

9

Кеннет Лениган положил бритву и нагнулся к зеркалу, чтобы лучше увидеть результат. Он только что сбрил усы.

Он вымыл лицо и вытерся. Затем надел очки в толстой черепаховой оправе и покрыл голову кепкой из серого твида. Он стал неузнаваем.

Лениган вернулся в гостиную и, разрезав перочинным ножом кожаную обложку бювара, вынул оттуда паспорт гражданина США на имя Фрэнка Джона Осборна, проживающего в Уикенберге, штат Аризона. На фотографии он был изображен как раз в очках в толстой оправе и без усов.

Все документы на имя Ленигана он оставил в ящике письменного стола, а поддельный американский паспорт засунул в карман. Затем, надев пальто из толстой серой шерсти, вышел из дома через заднюю дверь.

Свою машину он оставил перед передней дверью, как приманку для следящих за ним. Он перелез через забор, отделявший его сад от сада соседнего дома, пустовавшего уже несколько месяцев, и оказался на каменистой дорожке, выходящей на улицу в ста метрах дальше.

Ветер продолжал дуть с прежней силой. По низкому небу неслись серые и черные тучи. Они окутывали вершины холмов, окрашивая их то в черное, то в темно-синее. Лениган поглубже надвинул кепку с двумя козырьками, потом по привычке провел рукой по голому лицу. Исчезновение усов оставляло у него странное чувство неприличия, как будто он вышел на улицу голым.

Он обернулся и бросил взгляд на крышу дома, в котором жил в последние месяцы. Он знал, что уже не вернется сюда, и это наполняло его грустью. Несмотря на полную приключений жизнь секретного агента, а может быть, благодаря ей, он очень привязывался к вещам.

Он так погрузился в грустные мысли, что с некоторым опозданием заметил черный "шевроле", стоящий в конце дороги, капотом в сторону улицы.

Первой реакцией Ленигана было повернуться и уходить, поскольку он сразу понял, кому принадлежит эта машина. Но тут он обнаружил, что на него смотрит человек, справлявший на забор естественную надобность.

Лениган инстинктивно изменил походку. Он сгорбился, опустил одно плечо и стал слегка прихрамывать. Его сердце сильно билось, и в горле встал комок, но у него хватило хладнокровия не показать этого. Он прошел мимо машины и повернул по улице направо, к центру города. Метров через двести он намеренно уронил свой платок и, поднимая его, сумел взглянуть назад. Улица была пустынной. Он понял, что провел противника, и засмеялся...

* * *

Юбер и Энрике миновали Кирн и приближались к Дунуну. Энрике Сагарра рассказывал забавную историю о молодой женщине, с которой был знаком в Мехико:

– У нее были стеклянный глаз и сопляк лет трех. Никогда не видел более противного мальца!.. Пока я занимался с его матерью в спальне, он не переставал колотить в дверь и реветь, как осел: "Мама, что с тобой делает этот сеньор? Что он с тобой делает, скажи, ма..." Я готов был его придушить! Был только один способ его успокоить – дать поиграть стеклянным глазом матери. Тогда он молчал целый час, да вот только мне это не особо нравилось. Отсутствие глаза ее не красило. Наконец я купил ему другой глаз. Так вот, хотите – верьте, хотите – нет, но паршивец заметил, что этот глаз – не его матери, наверно, из-за цвета, и ничего не вышло. Я чуть не пришиб его!

Юбер слушал, но не слышал. Не видел он и поднимавшегося к Глазго большого парохода, тяжело разрезавшего темные воды реки. Юбер размышлял. Инстинкт охотника на людей подсказывал ему, что дело принимает новый оборот. Возможно, он уже потерял инициативу. Его беспокоила неожиданная поездка Бабинсов на остров Бьют. Он не мог понять причину своего беспокойства и улыбался при мысли, что это, может быть, предупреждение "Протеуса"[5].

Энрике решил, что улыбка Юбера вызвана его историей, и раздулся от гордости.

– Остановитесь у касс, – велел Юбер, – и спросите, в котором часу отходит ближайший пароход на остров Бьют. Мне хочется туда съездить...

– Почему бы нет? – весело отозвался Энрике. – В конце концов, сегодня воскресенье, и каким-то чудом даже дождь прекратился...

Юбер посмотрел на него.

– Я вам предлагаю не увеселительную прогулку.

– Да? – переспросил сильно разочарованный Энрике. – А я-то думал...

Он остановил машину перед билетными кассами и вышел. Юбер продолжал размышлять. Он не любил долгие дела, вроде этого. Его природный динамизм требовал атак, активных действий. Он спрашивал себя, не пора ли устроить панику в рядах противника, чтобы заставить раскрыться руководителя. Юбер не догадывался, что этот процесс уже начался...

Энрике вернулся бегом.

– Пароход отходит сейчас, – сообщил он, – в три двадцать. Его уже видно...

Юбер повернулся и заметил пароход менее чем в пятистах метрах.

– Я не могу оставить машину здесь, – сказал Энрике. – Придется поставить ее с другой стороны. Берите билеты, я вас догоню.

Юбер купил билеты и отправился на пристань. Дежурный у турникета потребовал три пенса за проход. Юбер заплатил и поспешил к зданию станции в конце дамбы.

Человек пятьдесят образовали очередь у первого причала. По громкоговорителю объявили о прибытии из Гурока парохода, направляющегося в Ротсей. Юбер встал в конец очереди.

Энрике прибежал, когда корабль уже пришвартовался. Пришлось ждать, пока перебросят сходни и сойдет последний пассажир, прибывший в Дунун. Наконец, очередь тронулась.

Юбер и Энрике спустились на нижнюю палубу, надеясь найти сидячие места. Они подходили к переднему салону, когда внимание Юбера привлек раскуривавший трубку человек в кепке и очках.

Юбер видел его со спины, но особая манера держать трубку, несколько раз поджигать табак, уминая его короткими толчками пальца, не оставила у него никаких сомнений.

– Здесь Лениган, – шепнул он Энрике, неподвижно стоявшему рядом с ним. – Вот он, раскуривает трубку у окна...

Энрике кивнул, но в этот момент человек повернулся к ним в профиль, и уверенность испарилась. Гладко выбритое лицо, толстые очки... Нет, это не Лениган.

– Вот это да! – воскликнул Энрике. – Я готов был поклясться...

– Я тоже, – отозвался Юбер.

Он повел Энрике в другой салон. Сомнения оставались.

– Будем осторожны, – сказал Юбер. – Допустим, что, заметив слежку, он сбрил усы и надел очки...

– Вполне возможно, – согласился Энрике. – Во всяком случае, я в аналогичных обстоятельствах поступил бы так же.

Они сели так, чтобы наблюдать за лестницей между двумя салонами. Несколько человек сошли с корабля в Иннеллане и на других остановках. Встревоженный Энрике заглянул в передний салон.

– Сидит на месте, – сообщил он, вернувшись. – Если смотреть со спины, нет никаких сомнений, что это он.

Мальчишка с наглым взглядом, желая выбраться со своего места, постарался наступить им на ноги.

– Ты бы мог по крайней мере извиниться, – буркнул Энрике.

Мальчишка стал густо-красным и повернулся к своей матери – упитанной даме, сидевшей у окна и наблюдавшей всю сцену.

– Ма! – крикнул он. – Этот господин сказал мне гадкую вещь!

Пассажиры синхронно обернулись, и пятьдесят пар глаз уставились на несчастного Энрике.

– Что он тебе сказал? – завопила мать.

– Я не могу повторить, – крикнул мальчишка и быстро отскочил, испуганный угрозой, которую прочитал во взгляде своей жертвы.

Юбер добродушно улыбнулся и, наклонившись к возмущенной матроне, ответил достаточно громко, чтобы это могли услышать все:

– Я слышал, мадам. Он сказал мальчику, что у него очаровательная мама. Но пусть ваш милый сынок успокоится. В этих словах не было ни оскорбления, ни даже насмешки.

Тон был очень светским, и матрона застыла от этих слов, разинув рот. Глядя на нее, люди начали фыркать, а потом последовал взрыв всеобщего смеха. Обескураженный мальчишка искал ответ. Энрике, предугадывая опасность, шепнул:

– Если скажешь еще хоть слово, паршивец, я сверну тебе шею.

Мальчишка секунду смотрел на сжимавшиеся и разжимавшиеся кулаки Энрике, позеленел и, заплакав, убежал в туалет.

Через несколько минут они заметили, что Лениган вышел на верхнюю палубу. Возможно, он собирался сойти с корабля одним из первых.

– Это точно он, – сказал Юбер. – Мы проследим за ним. Боюсь, что парни Эйзена потеряли его. Они, видимо, наблюдали за его машиной, а его самого упустили.

* * *

Кеннет Лениган сошел на берег первым и поспешил к выходу. Он был недоволен. Давая ему инструкции, Айзобел велел выехать из Дунуна трехчасовым пароходом. Айзобел явно не знал, что по воскресеньям этот пароход отходит из Дунуна только в три двадцать. Лениган боялся, что двадцатиминутная задержка все погубит.

Он быстро вошел в одну из многочисленных телефонных кабин на эспланаде и закрылся в ней.

Лениган снял трубку, сунул в прорезь четыре пенни и набрал номер. Ждать пришлось долго. На гудки никто не отвечал. Занервничав, он повесил трубку, забрал свои четыре пенни и открыл телефонную книгу. Искать адрес по номеру телефона непросто, но, к счастью, Ротсей – не Лондон и в нем не очень много абонентов.

Лениган нашел то, что искал, выписал адрес и быстро вышел из кабины.

Он спросил дорогу у старика, гулявшего с маленькой девочкой. Старик пустился в пространные объяснения. Когда Лениган понял, что нужный дом находится возле замка, он поблагодарил и направился к центру города. У старого замка, окруженного широким рвом и садами, он снова спросил дорогу.

Нужная ему улочка огибала подножие холма. Она была узкой, со старыми потемневшими домами. Мальчишки, громко крича, играли в войну. Лениган глядел на номера домов и не обращал внимания на шум.

Наконец он увидел узкий вход с совершенно стершимися тремя ступеньками, ведущими к двери. Надпись на почтовом ящике сообщила Ленигану, что Лилиан живет на четвертом этаже слева.

Он поднялся. Лестница была темной и находилась в плохом состоянии. На четвертом этаже работал телевизор или радио.

Лениган позвонил в дверь квартиры Лилиан, тревожно спрашивая себя, что делать, если девица занята с клиентом. Он снова позвонил, потом стал стучать кулаками.

Сзади него открылась дверь, и он резко обернулся. Худая молодая брюнетка с белой кожей, одетая в плохо застегнутый халат, иронично улыбалась ему. Это именно в ее квартире работал телевизор.

– Вы хотите видеть Лилиан? – спросила она.

– Да. Ее нет дома?

– По воскресеньям ее никогда не бывает, дорогуша. Она навещает своего ребенка. Он живет у ее родителей.

У Ленигана перехватило дыхание. Казалось, все ополчилось против него. Но он должен предупредить Айзобела!.. Задержка на двадцать четыре часа могла стать роковой.

У него был такой расстроенный вид, что девица подошла, виляя бедрами.

– Если это так срочно, – сказала она многообещающим тоном, – я могу вас выручить. Моя религия не запрещает мне работать по воскресеньям.

Он провел кончиками пальцев потому месту, где еще недавно находились усы.

– Хм, – ответил он, – не в этом дело. Я вчера забыл у Лилиан одну вещь и хотел ее вернуть. Она вам, случайно, не оставила ключей?

Девушка достала сигарету из кармана халата.

– А что вы забыли?

Вид сигареты подал Ленигану мысль.

– Зажигалку.

– Однако! Это что, так важно? Купите спички.

– Она золотая, а я сегодня вечером уезжаю в Лондон.

– Ничем помочь не могу, дорогуша. Ключа у меня нет.

– Жаль. А вы не знаете, кому она могла его оставить?

– Нет.

Она ответила холодно, почти враждебно.

– Извините.

Он начал спускаться, но как только услышал, что она закрыла дверь, прокрался на цыпочках и прислушался. Она напевала песенку, потом прибавила звук телевизора, что сняло с души Ленигана большой груз.

Он стал изучать дверной замок квартиры Лилиан. Старая стандартная модель без всяких секретов. Лениган достал из кармана нож с несколькими лезвиями и взялся за работу...

* * *

Присев на корточки, девушка следила за Лениганом в замочную скважину. Она думала, что Лилиан часто смеялась над ней, считая слишком подозрительной. Теперь-то Лилиан признает свою ошибку и согласится, что осторожность не повредит.

Она встала и подошла к телефону, стоявшему в другом конце комнаты. Из-за шума телевизора человек на лестничной площадке не мог ее услышать. Она позвонила в полицию, глядя на экран, где шел фильм "Французская линия".

* * *

Энрике присоединился к Юберу, стоявшему на углу улицы.

– Поднялся на верхний этаж, – сообщил он. – Я слышал его разговор с девушкой. Он хочет увидеть некую Лилиан, живущую на том же этаже, но та уехала повидать своего сопляка. Он что-то говорил о забытой накануне зажигалке. Потом сделал вид, что спускается, но тихо вернулся и сейчас возится с замком.

Юбер нахмурился. Судя по отчетам наружного наблюдения, Лениган приезжал в Ротсей накануне около полудня. Но он только прошелся по прибрежному бульвару, где встретился с тем, кто, по их предположениям, был руководителем сети.

Юбер поднял голову, задумчиво глядя на четвертый, последний, этаж дома, в котором находился Лениган. Происходило что-то непонятное.

Вдруг Юбер отшатнулся и быстро затащил Энрике за угол дома. Наверху открылось окно с матовым стеклом, и из него высунулся Лениган, пытавшийся повесить снаружи красное полотенце. Ему это удалось, и он закрыл окно. В этот момент примчалась полицейская машина, испугавшая мальчишек, все еще игравших в войну.

Машина резко затормозила перед домом. Из нее выскочили с полдюжины полицейских в форме и ворвались в дом. Мальчишки, на секунду разбежавшиеся, собрались вокруг фургона, а скоро к ним присоединились их матери, сгоравшие от любопытства.

– Надеюсь, они не утащут его у нас из-под носа, – заметил Юбер. – Он нам еще нужен.

Они пребывали в неизвестности очень недолго. Вскоре появился Лениган в наручниках, ведомый двумя полицейскими, которые втолкнули его в машину. Прошло еще несколько минут, и вышли остальные блюстители порядка в сопровождении высокой худой девушки, кутавшейся в непромокаемый плащ.

Девушка начала что-то возбужденно объяснять остальным женщинам, которые не могли подойти ближе из-за ребятишек. Один из полицейских взял ее за руку и красноречиво показал на часы. Она ответила утвердительным кивком и села в кабину рядом с шофером с галантной помощью полицейского.

– Наверное, это она вызвала полицию, – прошептал Энрике.

Машина тронулась с места и с трудом проложила себе путь сквозь толпу мальчишек, громко гудя клаксоном. Затем она скрылась за углом улицы.

– Не будем здесь оставаться, – сказал Юбер.

Они направились в сторону замка. Юбер размышлял, а Энрике не нарушал его раздумья. Юбер думал, что арест Ленигана стал катастрофой, потому что, очевидно, он один мог вывести их на руководителя сети.

Было очевидно: Лениган не остановился перед взломом замка, чтобы проникнуть к этой таинственной Лилиан с единственной, на первый взгляд, целью: вывесить из окна красное полотенце. Это красное полотенце, вне всяких сомнений, было сигналом. Но кому предназначался этот сигнал? Прохожему? Маловероятно... Настоятельная необходимость вывесить его именно из этого окна доказывала, что иначе сигнал не был бы замечен тем, кому предназначался.

– Возвращаемся, – решил Юбер.

Они повернули назад.

– Я хочу войти в ту квартиру, – объяснил Юбер. – Мы выдадим себя за журналистов.

Жизнь на улице еще не вернулась в нормальное русло. Мальчишки возобновили свою игру в войну, но их матери продолжали стоять посреди проезжей части, оживленно обсуждая происшествие и мешая маневрам своих отпрысков, круживших вокруг, как осы вокруг корзины с грушами.

Юбер и Энрике с трудом проложили себе путь.

– Простите, – обратился Юбер к кумушкам, – мы журналисты и только что узнали, что здесь что-то случилось.

Все женщины заговорили одновременно, раздувая историю до невероятных размеров. Послушать их, так бандит оглушил девушку, которая потом вызвала полицию, взломал дверь в квартиру милой Лилиан и уже собрался все из нее вынести, но тут приехали полицейские...

– Кто-нибудь может проводить нас наверх, чтобы мы посмотрели на место происшествия? – спросил Юбер.

Вызвались сразу десять. Двое мужчин вошли в дом и поднялись по лестнице едва ли не на руках женщин. Дверь осталась незапертой, только прикрытой. Все вошли в квартиру. Кумушки громко жалели бедняжку Лилиан, которая с таким достоинством занималась своим, увы, недостойным ремеслом, чтобы прокормить сына и стариков родителей.

– Если они не прекратят, – буркнул Энрике, – я разрыдаюсь.

Юбер направился прямиком в ванную комнату, оборудованную, наверняка, из-за профессиональной необходимости – совсем недавно, и открыл окно.

Над крышами домов, занимавших противоположную сторону улицы, вздымался заросший деревьями холм Богани-Вуд. В просвете между деревьями Юбер увидел верхнюю часть белой виллы с телевизионной антенной на крыше. Он поискал другие дома, откуда можно было увидеть вывешенное Лениганом полотенце, но ничего не обнаружил. Юбер отметил несколько особенностей постройки, чтобы узнать виллу.

10

Пол Финн, он же Айзобел, отступил, чтобы лучше рассмотреть только что завершенную картину. Почти довольный, он отложил кисточки и закурил сигарету, потом подошел к окну и окинул взглядом город и залив, лежавшие у его ног.

Небо оставалось затянутым тучами с редкими просветами, но в целом день был хорошим. В заливе виднелись белые паруса, без конца сновали моторные лодки, не особо удалявшиеся от порта.

Взгляд Пола Финна машинально скользнул по крышам домов у подножия холма и остановился. Ему показалось, что в окне Лилиан висит красное полотенце. Он сходил за биноклем и проверил. Точно, полотенце.

Финн посмотрел на часы: без двух минут пять. Он быстро подсчитал и решил, что если Лениган выполнил его указание точно, то должен уже быть на эспланаде. О том, что по воскресеньям пароход, на котором должен был приехать Дэвид, приходит на двадцать минут позже, Айзобел не знал.

Он попытался разглядеть Ленигана в бинокль, но из-за толпы это было так же сложно, как найти иголку в стоге сена.

Пол Финн задумался. Факт, что Дэвид использовал экстренный способ связи, означал срочную необходимость, может быть, даже опасность. Значит, к делу следовало отнестись серьезно.

Он вымыл руки, переоделся и спустился в гараж.

* * *

Юбер и Энрике поднялись на холм по узкой улочке, настолько крутой, что вдоль единственного тротуара тянулся металлический поручень. Улица начиналась у рыбацкого порта, а затем тянулась, изгибаясь вокруг красивых вилл Богани-Вуд.

Оба поднимались легко, не задыхаясь. Юбер, рассматривавший каждый дом, вдруг остановился.

– Кажется, этот...

Низкая стена с коваными железными воротами окружала парк, сквозь деревья которого виднелась расположенная метрах в пятидесяти от улицы белая вилла, немного обветшавшая, но очень романтичная.

Вниз по улице быстро шла девушка. Ветер высоко поднимал ее юбку. Из-за поворота появилась скромно одетая пожилая пара. Юбер подождал, пока они подойдут поближе.

– Простите, – сказал он, – мы хотели бы снять дом в этом квартале...

– О, сэр! – ответила женщина. – В этом сезоне уже поздно. Особенно в Богани-Вуд. Это жилой квартал, понимаете? Виллы сдают одним и тем же клиентам из года в год. Да, сэр, это так.

– Жаль, – ответил Юбер с подходящим для случая огорченным видом. – Мы бы хотели что-нибудь в этом стиле...

Он показал на дом перед ними. Мужчина и женщина обернулись.

– А! – ответила женщина. – Здесь живет художник. Мистер Пол Финн, так его зовут. Кажется, он очень извет стен. Его картины даже выставляли весной в галерее возле порта. Я слышала, они хорошо продавались.

Мужчина, непрерывно кивая, подтверждал слова жены.

– Как, вы сказали, его зовут? – спросил Юбер.

– Пол Финн, сэр. Ф, И, два Н.

– Да, – соврал Юбер. – Я о нем слышал.

– Смотрите, – сказал мужчина, – вот и он.

Юбер увидел у ворот маленькую черную машину. По Финн вышел из нее, открыл ворота, вывел автомобиль на улицу и закрыл ворота. С расстояния менее двадцати метров Юбер легко узнал в нем человека, сидевшего на скамейке рядом с Лениганом на фотографии, сделанной накануне людьми Чарлза Эйзена.

Юбер запомнил номер старого черного "моррис-минора". Потом ему пришлось сосредоточить все внимание на своих собеседниках, чтобы Пол Финн не заметил, какой интерес вызывает. Когда машина уехала, Юбер поблагодарил чету, и те продолжили свой путь в нижний город.

В душе Юбер бесился: отъезд Пола Финна, несомненно, связан с сигналом Ленигана, а они не могут проследить за ним, потому что нет машины. Разумеется, Пол Финн не найдет Ленигана в условленном месте, поскольку тот арестован, и, возможно, вернется. А вдруг красное полотенце означает опасность и призыв к немедленной эвакуации?..

Тут Юбер вспомнил, что Бабинсы находятся на борту "Гоблина", бросившего сразу после полудня якорь менее чем в трех километрах от Ротсея. Возможно, в том месте должны собраться все...

– Спустимся и попробуем найти такси, – решил Юбер.

– Кстати насчет такси, – сказал Энрике. – Сегодня утром я прочитал интервью с Хичкоком о женщинах. Он утверждает, что американки, например, думают о сексе, говорят о сексе, сексуально одеваются, но действуют не сексуально. С ними всегда испытываешь разочарование, потому что они не выполняют то, что обещают. А вот англичанки!

Он замолчал с выражением восторга на лице. Юбер шел быстро, и Энрике, у которого ноги были короче, приходилось почти бежать за ним.

– Ну, так что англичанки?

Энрике продолжал:

– Англичанки, по словам Хичкока, выглядят строгими учительницами, но, если по неосторожности сядешь с одной из них в такси, она буквально срывает с тебя брюки. Это говорит Хичкок!

– Он явно преувеличивает, – ответил Юбер.

– Неважно, – отозвался Энрике мечтательным тоном. – Когда вся эта история закончится, я постараюсь сесть в такси с англичаночкой...

– Будьте осторожны, – предупредил Юбер, – здесь в основном шотландки, а это не одно и то же.

– В любом случае, – возразил Энрике, – я ничем не рискую. Со мной библейские советы...

И он с довольным видом похлопал себя по карману.

* * *

Пол Финн медленно ехал вдоль залива, стараясь разглядеть Ленигана в двойном ряду гуляющих. Погода снова испортилась, и капли дождя замутили лобовое стекло.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8