Современная электронная библиотека ModernLib.Net

ОСС 117 - Монстры Холи-Лоха

ModernLib.Net / Шпионские детективы / Брюс Жан / Монстры Холи-Лоха - Чтение (стр. 7)
Автор: Брюс Жан
Жанр: Шпионские детективы
Серия: ОСС 117

 

 


Лениган редко заходил так далеко. Пол Финн решил, несмотря на риск, пройти по бульвару в обратную сторону пешком.

Однако он этого не сделал. Ему мешала тревога, почти предчувствие. Теперь он боялся худшего и хотел знать все точно.

Узнать было просто. Выработанный им самим план действий в экстренном случае предусматривал, что при возникновении опасности, требующей немедленной эвакуации, Кэрол, то есть Мойра Бабинс, должна привести "Гоблин" к Бьюту. Туда должен прибыть и Дэвид.

Пол Финн включил "дворники". Равнодушные к частому мелкому дождику парусники продолжали плавать по коротким волнам, гребни которых украшала белая пена.

Когда Пол Финн заметил "Гоблин", пришвартованный у причала, у него сжалось сердце. Подтверждались его худшие опасения. Он остановил автомобиль, выключил "дворники" и мотор. Финн думал о своем доме в Богани-Вуд и о своих картинах. Он любил эту виллу и жалел, что пришлось бросить некоторые полотна.

Оставив ключ в заике зажигания, Финн прошелся по набережной, прежде чем подняться на борт яхты. Надо было убедиться, что вокруг нее нет подозрительных, личностей.

Через несколько минут, успокоившись, насколько возможно, он прошел по мостку, соединявшему "Гоблин" с набережной. Ему в голову пришла мысль, что, как только они выйдут из относительно спокойных вод залива, плавание перестанет казаться развлекательной прогулкой. Если верить газетам и радио, всю Северную Атлантику сотрясали страшные штормы. Первая страница "Санди Мейл" была посвящена гибели рыболовецкого судна, десять членов экипажа которого так и не были найдены, несмотря на масштаб спасательных операций.

Открылась дверь рубки, и карлик Гордон сухо спросил:

– Кто вы? Кто вам позволил подняться на борт?

– Я хотел бы встретиться с Кэрол, – ответил Пол Финн.

Карлик замер. Его большие глаза навыкате полузакрылись. Он странно взглянул на пришедшего, потом обернулся и позвал:

– Мама! Тут кто-то спрашивает Кэрол.

Он отошел. Появилась бледная, с заострившимися чертами Мойра Бабинс.

– Я только что приехал из Глазго, – сказал Пол Финн, – и должен встретиться с Кэрол по просьбе ее отца.

– Кэрол здесь, – ответила Мойра Бабинс. – Она как раз ждет известий от отца.

После обмена условными фразами Мойра Бабинс посторонилась и добавила:

– Проходите. Не стойте под дождем.

Пол Финн нагнулся, чтобы войти в низкую дверь, потом спустился следом за двумя остальными в главную каюту.

– Я Айзобел, – представился он. – Вы знаете, где Дэвид?

– Я встретилась с ним утром в Сандбанке, – ответила Мойра. – Он приказал мне начать осуществление экстренного плана, и больше я его не видела...

Пирл вышла из каюты, где спала.

– Добрый день, – сказала она.

* * *

– Добрый день, – поздоровался инспектор с полицейскими в форме, охранявшими Кеннета Ленигана.

Он осмотрел разложенное на столе содержимое карманов задержанного, пролистал американский паспорт, сосчитал целое состояние в крупных английских, американских и французских купюрах.

– Откуда взялись такие деньги? – удивился он.

– Лежали у него в заднем кармане брюк, – ответил один из полицейских.

Инспектор посмотрел на Ленигана.

– Деньги, естественно, ворованные.

– Я не вор, – с достоинством ответил Лениган. – Это мои деньги. Я честный американский турист.

– Правда? Зачем же вы забрались в квартиру той девицы, взломав замок?

– Я уже объяснял. Вчера я был у нее и забыл зажигалку. Завтра рано утром я должен уезжать в Лондон и хотел вернуть свою зажигалку.

– Даже если вы говорите правду, вы виновны в незаконном проникновении в жилище путем взлома.

– Мне очень жаль. Я не подумал.

– Где вы живете?

– В "Уэстбери", в Лондоне.

– А здесь? Раз вы приехали вчера, то должны были где-то ночевать?

– Я спал у одной девушки.

– Ее имя, адрес?

Лениган пожал плечами.

– Ее зовут Дейзи, живет за замком. Я не запомнил названия улицы.

– Мы проводим вас туда. И лучше вам вспомнить, где вы были.

Инспектор вышел на несколько минут и позвал одного из полицейских. Лениган остался наедине со вторым. Нужно бежать и как можно скорее! Иначе дело плохо. Он знал, что наиболее легко бежать в первые полчаса после ареста.

– У вас ключи от моих наручников? – спросил он, морщась, как будто ему действительно было больно.

– Да, но я не могу их снять без приказа инспектора.

– Вы могли бы их немного ослабить из простого человеколюбия.

Полицейский кивнул, вынул из кармана ключ и подошел.

– Мне стало очень больно, – сказал Лениган.

Полицейский нагнулся. Лениган подставил ему сцепленные запястья, не очень вытягивая руки, чтобы заставить его подойти поближе. Полицейский вставил маленький ключик в замок первого "браслета", и тут Лениган нанес ему жестокий удар головой. Оглушенный полицейский распрямился с блуждающим взглядом, широко раскрыв рот. Лениган, прижав одну ладонь к другой, концами пальцев ударил полицейского в солнечное сплетение.

Полицейский рухнул без сознания. Однако он выронил ключ от наручников, и Лениган потерял его из вида. На мгновение Ленигана охватила паника, и он беспорядочно стал искать ключ вокруг себя. Потом он взял себя в руки, глубоко вздохнул и начал действовать более методично. Наконец он нашел ключ под столом и сумел его взять.

Через тридцать секунд он освободил руки, взял свои вещи и деньги, рассовал их по карманам. В коридоре послышались шаги. Он решил, что возвращается инспектор или второй охранник, быстро оттащил тело своей жертвы за стол и бросился к двери, готовый к новой схватке.

Человек прошел мимо. Лениган услышал, как затихает шум шагов, и его мускулы расслабились. Он снял очки, тихо открыл дверь. В коридоре никого. Он пошел к выходу.

В нескольких метрах дальше коридор поворачивал. В углу висела одежда. Лениган снял свою кепку, примерил шляпу. Велика. Вторую. Маловата, но подойдет. Он двинулся дальше. Его сердце колотилось в бешеном ритме, но он полностью контролировал себя.

Женщина с двумя детьми вышла из коридора с другой стороны и начала спускаться по лестнице. Лениган догнал их и остался рядом, как будто они были вместе. Он услышал звук открывающейся сзади двери и узнал голос инспектора.

– Идите, – говорил инспектор, – и смотрите, чтобы он не сбежал.

Лениган подумал, что речь идет о нем. Мускулы его спины напряглись, потому что кто-то – вероятно, второй из охранявших его полицейских – прошел по площадке метрах в трех сзади.

Когда Лениган спустился на первый этаж, его лоб был покрыт холодным потом. Он заговорил с шедшей рядом рыжей девочкой с симпатичной мордашкой и даже взял ее за руку, несмотря на враждебный взгляд матери. Так он прошел мимо дежурного у входа.

Теперь следовало действовать быстро. Возможно, именно в этот момент второй полицейский обнаружил своего оглушенного коллегу. Лениган заметил несколько стоящих возле стены велосипедов. С совершенно естественным видом он сел на один из них и помчался вниз по склону. Больше всего ему хотелось добраться до того места, где должен ждать "Гоблин". Но он думал об Айзобеле, который, очевидно, искал его на бульваре. Лениган не мог его бросить.

Быстро доехав до порта, он бросил велосипед в углу и смешался с толпой гуляющих.

* * *

Закрывшись в телефонной кабине на эспланаде, Юбер заканчивал информировать капитан-лейтенанта Чарлза Эйзена о последних событиях: арест Ленигана, установление личности его шефа, Пола Финна, и отъезд последнего.

– Мы теперь собираемся на Бьют. Я начинаю побаиваться, что "Гоблин" пришел сюда, чтобы забрать всех главных членов группы...

– К сожалению, у меня никого нет на острове, чтобы помочь вам, – ответил Чарлз Эйзен. – Мои ребята и их катер – на континенте, как раз напротив "Гоблина". Они следят за яхтой в подзорную трубу, чтобы начать погоню, если она выйдет в море. Хотите, я пришлю к вам парней из спецотдела Скотленд-Ярда? Их тут трое, приехали из Глазго. Если придется проводить аресты, лучше, чтобы это делали они. Если держать их в стороне, могут быть серьезные неприятности. Точно.

– Присылайте, – согласился Юбер. – Никогда не следует отвергать дружескую помощь.

– О'кей. Местом встречи я назначу "Гейл-бар". Это рядом с портом, но несколько в стороне. Они будут там через час. Чтобы вас узнали, разговаривайте с Энрике по-французски. Они вас спросят: "Вы французы?" Вы ответите: "Нет, американцы, но у обоих предки французы". Тот, кто к вам обратится, скажет: "Занятно. Моя бабушка по материнской линии тоже была француженкой, из Марселя". Запомнили?

– Повторяю, – ответил Юбер.

Он повторил без ошибок.

– О'кей! – одобрил Эйзен. – Желаю вам удачи. Да! Чуть не забыл. Скауты обнаружили тело Мэриан Андерсон в одном из гротов в десяти километрах северо-западнее Сандбанка.

Юбер повесил трубку и подошел к Энрике, ждавшему снаружи под дождем.

– Теперь, – решил Юбер, – берем такси и едем взглянуть на этот "Гоблин".

Они без труда нашли такси – величественный черный "хамбер" старой модели, с разделительным стеклом в салоне, похожий на те, в которых некогда ездила королева-мать.

– Мы получим подкрепление, – сообщил Юбер. – Трех парней из спецотдела Скотленд-Ярда.

– Как будто без них не обошлись бы, – буркнул Энрике.

– Не ворчите. Мы не можем делать все сами: следить за домом Финна, за "Гоблином" и не давать им удрать. Кроме того, вместе с людьми из спецотдела мы сможем зайти в полицейский участок поболтать с Лениганом.

Юбер велел таксисту остановиться на довольно большом расстоянии от порта, и дальше они пошли пешком. Несмотря на дождь, на улицах было много народу. Как всегда в воскресный день в Великобритании, многие бары были закрыты. Юбер спросил себя, работает ли "Гейл".

Вдруг он увидел старый черный "моррис-минор" Пола Финна и безошибочно узнал его по номеру. Еще через несколько шагов он заметил "Гоблин", стоявший у причала среди других парусников.

Они вошли в пивную на первом этаже гостиницы и сели возле застекленной стены, выходящей на улицу. Отсюда они могли одновременно видеть и яхту, и "моррис".

Они заказали пиво. Юбер расплатился, чтобы иметь возможность уйти сразу в случае необходимости. Вокруг них мужчины играли в карты, семьи пили чай. Двое мальчиков лет десяти "стреляли" друг в друга из прекрасно сымитированных пластмассовых "люгеров".

На "Гоблине" не было заметно никаких признаков жизни. Полчаса прошло без каких бы то ни было событий, но вот появился Лениган, уже без очков и в шляпе. Юбер и Энрике не видели, как он подошел, и не узнали бы его, если бы он не поднялся на борт яхты. Только тогда они узнали его по пальто из плотной шерсти и походке.

Лениган тотчас исчез в рубке, и через несколько секунд карлик Гордон поднялся на палубу и стал убирать сходни. Юбер выругался:

– Черт! Они сматываются.

Он посмотрел на Энрике.

– Вы без оружия, как и я?

Энрике пожал плечами.

– Только струна, и то неподготовленная. Я не мог предположить...

Взгляд Юбера остановился на игрушечных "люгерах", и он подозвал мальчишек:

– Эй, покажите ваши пушки.

Мальчишки гордо показали игрушки. Юбер и Энрике взяли каждый по пистолету и осмотрели их.

– Хорошая работа, – оценил Энрике. – Я уверен, что, если будет не слишком светло, как сейчас, с двух метров не отличишь от настоящих...

– Убежден в этом, – ответил Юбер. – Сколько вы за них заплатили, ребята?

– Фунт за штуку, сэр.

– Я куплю вам другие, по два фунта за штуку, – предложил Юбер. – Мы хотим подшутить над друзьями.

Один из мальчиков быстро отступил, прижимая игрушку к груди.

– Он чокнутый! – крикнул он второму.

Но того предложение заинтересовало.

– Два фунта? – переспросил он.

– Два фунта каждому! – подтвердил Юбер. – Но сейчас. Через две минуты это уже не будет меня интересовать.

– Я не хочу продавать мой "люгер", – запротестовал первый.

Второй посмотрел на него с некоторым высокомерием.

– Подумай, с двумя фунтами мы сможем купить автоматы. Помнишь автоматы? Клевые, а?

Он сделал вид, что держит это оружие у бедра, и полоснул по бару воображаемой очередью:

– Тра-та-та-та-та!

Первый повеселел. Он уже был убежден, но привел последний довод "против":

– Л что скажут наши старики?

Второй с презрением пожал плечами.

– Они даже не заметят.

Юбер достал из кармана четыре фунтовые бумажки.

– Ну, согласны? – спросил он.

– Согласны, – решились ребята.

Они положили свои пистолеты на стол и получили каждый по два фунта. Юбер сунул игрушечный "люгер" в карман плаща, Энрике сделал то же самое, и оба встали.

– Если вы хотите пошутить, – предложил тот паренек, что был побойчее, – мы могли бы пойти с вами. Мы любим шутить, верно?

– Точно, – подтвердил второй.

– Очень жаль, ребята, – возразил Юбер, – но если вы пойдете с нами, ничего не выйдет. Мы вам расскажем.

Они вышли. От ветра и дождя на секунду перехватило дыхание. Гордон уже убрал сходни и теперь снимал швартовочные концы. Юбер бросился вперед, Энрике следовал за ним, ворча насчет несознательности родителей ребят:

– Если разрешать им с такого возраста играть подобными штуками, как можно остановить войны?

Юбер был полностью с ним согласен, но отвечать не было времени. Никем не замеченные, они подбежали к яхте. Работал мотор, и по силе выхлопа Юбер понял, что это не вспомогательный, а форсированный двигатель, способный развить большую скорость.

Гордон, возвращавшийся в рубку, заметил Юбера в тот момент, когда тот прыгнул с берега на борт. Он замер от изумления. Энрике налетел на него, как молния.

– Сваляешь дурака – сразу умрешь! – буркнул он. – Вперед!

Гордон взглянул на "люгер" у бедра Энрике и подчинился. Юбер вошел в рубку. Мойра Бабинс стояла у штурвала. Занятая маневром, она еще ничего не заметила. Юбер заколебался на десятую долю секунды. Внизу находились двое мужчин. Они были наиболее опасны, и осторожность требовала нейтрализовать их в первую очередь. Он спустился по лестнице, ведущей в кормовые помещения, держа в руке "люгер" и прекрасно зная, что его лучшим козырем остается внезапность.

Слишком поздно он заметил ручку метлы, неожиданно упавшую поперек ступенек. Споткнувшись, он упал вперед. Середину каюты занимал стол, и Юбер понял, что разобьет о него голову, если не сможет амортизировать удар. Он бросил свой игрушечный "люгер" и уперся ладонями в стол. Он все-таки ударился головой, но без особого вреда. Поднявшись, он увидел Ленигана и Финна, стоявших по обеим сторонам двери и державших его на мушке своих пистолетов. Их оружие явно не было имитацией.

– Если вы предупредите вашего коллегу, – мягко проговорил Пол Финн, – вам конец.

Суровый взгляд и холодная уверенность Финна не слишком испугали Юбера. Раз они до сих пор не выстрелили, значит, не собираются его убивать, по крайней мере сразу. Однако Энрике со своим игрушечным "люгером" все равно ничего не мог сделать.

Лениган подобрал пистолет Юбера и затрясся от хохота.

– И с этим вы хотели нас взять?! – воскликнул он.

Он бросил игрушку Полу Финну, который поймал ее левой рукой.

– Мои средства не позволяют мне купить настоящий, – сказал Юбер. – Но он производит впечатление...

Он потер лоб.

Пол Финн бросил игрушку на скамейку и велел Ленигану:

– Сходите за вторым.

Лениган поднялся. Пол Финн объяснил:

– Мы увидели вас в иллюминатор.

Юбер пожал плечами.

– У нас не было выбора. Вы собирались бежать, и нам надо было действовать быстро.

– Понимаю, – кивнул Пол Финн.

Энрике Сагарра вышел, держа руки поднятыми. Пол Финн велел им встать лицом к перегородке. Кораблик отчалил. Юбер подумал, что люди Чарлза Эйзена увидят отход "Гоблина" и начнут его преследование. Как будто прочитав его мысли, Пол Финн проговорил:

– Чтобы лишить вас последней надежды, сообщаю: нам известно, что быстроходный катер американских Военно-Морских Сил следовал за "Гоблином" от Холи-Лох. Теперь его экипаж следит за нами с другой стороны пролива. Но сейчас к Иннеллану подходит пароход "Куин Мэри II". Мы спрячемся за ним, и пока ваши друзья заметят, что нас нет, будет уже поздно. При такой плохой видимости они не будут знать, поднялись ли мы к Дунуну или, наоборот, направились в открытое море. Могу вам сказать, что мы выберем второй маршрут. Предлагаем вам круиз-сюрприз, господа.

Юбер и Энрике почувствовали, что их моральный дух тает, как кусок льда под струей горячей воды. Однако Юбер заметил:

– Не знаю, удачно ли вы выбрали время. Если верить газетам, море сейчас довольно бурное.

11

Командующий Четырнадцатой эскадрой капитан первого ранга Дин Л. Бесвик по прозвищу Паша, задумчиво смотрел на капитан-лейтенанта Чарлза Эйзена, начальника службы безопасности базы, только что закончившего отчет о последних событиях.

– Если я правильно понял, – произнес Паша, – полковник Юбер Бониссор де Ла Бат и его помощник Энрике Сагарра были похищены членами советской шпионской сети, собравшейся, возможно, в полном составе, на борту "Гоблина", а "Гоблин" смог уйти от наблюдения ваших людей, спрятавшись за одним из пароходов в устье Клайда. "Гоблин" не вернулся на место своей стоянки в Холи-Лох и не был обнаружен в ходе поисков. Таким образом, можно сделать вывод, что яхта вышла в отрытое море, несмотря на шторм, и в настоящее время встретилась с одним из советских "траулеров", следящих за нашими подлодками.

– Совершенно верно, – подтвердил Эйзен. – При содействии инспекторов спецотдела Скотленд-Ярда мы провели обыск в домах Бабинсов, Ленигана и Пола Финна, который, возможно, был руководителем сети. Безрезультатно. Они уничтожили или взяли с собой все, что могло их скомпрометировать.

Паша медленно закурил сигарету.

– В общем, – заключил он, – можно сказать, мы потерпели полное поражение?

– Я бы с этим не торопился, – возразил Эйзен.

Паша бросил на него острый взгляд.

– Почему?

– Потому, господин капитан первого ранга, что в Северном проливе найти яхту или траулер не так уж сложно.

– Вы хотите, чтобы мы попросили помощи у Британского флота?

– Не вижу в этом необходимости. За пределами британских территориальных вод мы имеем право делать все, что хотим, без оглядки на наших союзников.

Капитан первого ранга Бесвик нахмурился и вынул изо рта сигарету.

– Надо знать, какими единицами мы можем располагать в Ирландском море. К тому же потребуется согласие Вашингтона, по крайней мере в отношении "траулера". Яхта зарегистрирована в британском порту, и с ней все может пройти нормально...

– Разве "Джордж Вашингтон" не готовится к выходу в море? – мягко спросил Эйзен.

Паша подскочил.

– Вы сошли с ума, старина! Мы не можем рисковать атомной подлодкой в подобной акции.

– Это можно будет считать несчастным случаем, – вкрадчиво начал Эйзен. – Послушайте...

* * *

Юберу снилось, что он, балансируя, идет по перилам виадука. Справа блестели мокрые от дождя железнодорожные рельсы, слева была черная бездна. Вдруг из темноты с жутким грохотом выскочил поезд. Вздрогнув, Юбер оступился и упал в пустоту. Похолодев от страха, он подумал, что сейчас умрет. Потом был удар.

Он лежал в темноте, и голову его разрывал адский грохот. Он почувствовал, что куда-то катится, и наткнулся на что-то твердое. Это окончательно разбудило Юбера. Он понял, что жив, но не мог осознать, где находится и что это за непонятные толчки и оглушительный шум.

Затем он вспомнил, как их захватили на "Гоблине". Кеннет Лениган предложил сделку: или Энрике и он примут снотворное, или для их нейтрализации будут приняты крайние меры. Лениган и Пол Финн казались не расположенными к снисходительности. Наоборот, они были готовы скорее убить своих пленных, чем подвергнуться из-за них малейшему риску. Энрике стал насвистывать: "Пока жив, остается надежда". Юбер тоже был убежден, что непоправима только смерть. Они выбрали снотворное.

Сколько времени они проспали? Где Энрике? По-прежнему ли они на "Гоблине"? Юбер перевернулся на спину и поискал во внутреннем кармане пиджака фонарик. Тот был на месте, как и бумажник. Достав фонарик, Юбер включил его.

Он находился в узкой каюте корабля. Две койки – одна над другой; шкаф у противоположной стены; между ними – узкий проход, заканчивающийся иллюминатором с одной стороны и дверью – с другой.

Юбер сел и передвинулся к двери. Ему пришлось упереться ногами, чтобы не упасть. Корабль, который явно не был "Гоблином", качался, нырял вниз, трещал всеми переборками и вибрировал, сотрясаемый штормовым морем. Время от времени винты оказывались над водой, и тогда на короткое мгновение все судно превращалось в гигантский вибратор.

Левой рукой Юбер крепко вцепился в лесенку, позволявшую подниматься на верхнюю койку, затем поджал под себя ноги и встал. Корабль вздыбился и ринулся вниз с громким звуком, похожим на пушечный выстрел. Юбер почувствовав, что может вывихнуть руку, отпустил лесенку. Тут же он отлетел к шкафу и, ударившись, упал на колени, наполовину оглушенный.

Фонарик упал. Юбер попытался поднять его, но тот катался из стороны в сторону. Ему все-таки удалось поймать фонарик и подняться, держась за лесенку.

Он увидел Энрике, лежавшего ничком на верхней койке. Ее край был достаточно высоким и не давал Энрике упасть.

Юбер направил луч прямо в лицо Энрике. Тот с трудом раскрыл глаза. Его губы пошевелились, но Юбер не расслышал его слова. Из-за адского шума приходилось орать.

Юбер быстро приходил в себя. Его мозг работал свободнее, и он быстро восстанавливал контроль над мускулами. Опустив лесенку, Юбер попытался открыть дверь, но она была заперта снаружи. Тогда он добрался до иллюминатора и отодвинул черную занавеску. Именно в этот момент судно рухнуло с волны, переваливаясь с одного борта на другой. Юбер увидел новую надвигающуюся волну высотой с шестиэтажный дом. Он непроизвольно загородил лицо рукой. Гора воды обрушилась на корабль. Некоторое время, показавшееся Юберу бесконечным, он видел только воду и думал, что они идут ко дну. Затем корабль, скрипя всем корпусом, вынырнул.

Юбер отвернулся, чтобы не видеть новой волны. Он решил, что это зрелище не способствует поднятию морального духа.

Он осмотрел содержимое своих карманов. Все, за исключением ножа, было на месте. Затем он стал разглядывать их тюрьму. Шкаф заперт на ключ, под нижней койкой ничего нет. Юбер поднял одеяло. Простыни не было, а на матраце и одеяле имелись метки с надписями на русском языке. Юбер, долгое время изучавший русский в спецшколе ЦРУ, без труда прочел их. Он выяснил, что их корабль называется "Никольск". По всей вероятности, они попали на один из таинственных русских "траулеров", снабженных радарами и мощными рациями, которые регулярно "ловят рыбу" в таких стратегически важных местах, как устье Клайда или районы ежегодных маневров Военно-Морских Сил НАТО.

Юбер выпрямился. Энрике, опираясь на локоть, смотрел на него.

– Что происходит? – крикнул он. – Где мы?

– На русском "траулере", – ответил Юбер так же громко. – Если этот шторм не отправит нас на дно, мы вполне можем очутиться в Ленинграде или где-то поблизости от него...

Энрике запустил пальцы в свою темную шевелюру. Рывок корабля отбросил его к перегородке. Она покопался во внутреннем кармане и достал брошюрку.

– Одолжите мне ваш фонарик, – попросил он.

Юбер нашел возле двери выключатель, нажал на него, и каюта осветилась.

– Да здравствует свет! – крикнул Энрике.

Он раскрыл брошюрку и прочитал:

– "Где найти помощь, когда вы... встревожены... нуждаетесь в божественном покровительстве... отступаете или побеждены..." Как по-вашему, что лучше всего подходит к нашему положению?

Юбер выключил фонарик и убрал его в карман. Он потерял равновесие и сильно ударился плечом о шкаф.

– Куда же вы? Не уходите! – крикнул Энрике, казалось, находившийся в прекрасном настроении.

Юбер подождал, пока нос корабля поднимется и его толкнет в сторону коек. В спину ему что-то стукнуло: от удара открылась дверца шкафа.

Шкаф был пуст. Его фанерная стенка показалась Юберу не очень прочной. Он уперся обеими руками в койку Энрике, отступил, понял правую ногу, прижал подошву ботинка к дальней стенке шкафа и нажал изо всех сил.

Послышался зловещий хруст, слившийся с окружающим грохотом. Перегородка подалась, но что-то удерживало ее с другой стороны. Юбер несколько раз ударил по ней ногой, потом стал давить. Хорошо натренированный физически, он обладал большой силой. В тот момент, когда Энрике предложил ему свою помощь, все закончилось.

Юбер повернулся посмотреть на результат. С другой стороны стоял точно такой же шкаф. Пришлось снова преодолеть сопротивление дверей и горизонтальных полок. Наконец Юбер расчистил путь и прошел в каюту, совершенно не отличимую от той, куда их поместили. Он нажал на ручку и убедился, что дверь не заперта.

– Погасите свет, – крикнул он Энрике.

Стало темно. Юбер осторожно открыл дверь. Перед ним был коридор, скупо освещенный синими лампами. Коридор был пуст. Весь экипаж, очевидно, боролся со штормом.

Юбер закрыл дверь и включил свет в каюте. Энрике уселся на койку.

– Вы имеете представление о том, сколько человек может быть на этом чертовом корабле? – спросил Юбер.

– Ни малейшего. От пятнадцати до тридцати. А что? Считаете, что мы вдвоем сможем его захватить?

– Ничего я не считаю, – ответил Юбер, – но было бы неплохо сообщить Эйзену о том, что с нами произошло...

– Можно послать ему открытку.

– Не говорите глупостей! Достаточно продержаться в радиорубке минуты две-три, чтобы послать сообщение.

Энрике заметил:

– Вы думаете, Эйзен сидит на приеме?

– Служба безопасности Четырнадцатой эскадры постоянно прослушивает частоту, используемую советскими "траулерами". Все записывается на пленку.

– Вы сообщаете мне столько нового...

– Людей надо нейтрализовать, – продолжал Юбер, – но не убивать. Пока не прольется кровь, у нас останется шанс выпутаться. Не забывайте об этом.

Энрике принял оскорбленный вид.

– Зачем вы мне это говорите? Можно подумать, у меня есть привычка убивать людей направо и налево....

– Оставьте вашу струну, – настаивал Юбер.

Энрике постоянно носил на шее зашитую в воротник пиджака струну от пианино. Чтобы привести ее в "боевую готовность", достаточно было найти две импровизированные рукоятки и закрепить их на ее концах.

– Пошли? – спросил Энрике.

– Пошли, – решил Юбер.

Они выбрались из второй каюты и закрыли дверь.

* * *

Удобно сидя во вращающемся кресле в рулевой рубке, капитан "Никольска" наблюдал за огромными волнами. Они накатывались на его корабль через равные промежутки времени и разбивались о него с громким шумом. На несколько бесконечных секунд у него возникало чувство, будто он оказался в гигантском аквариуме. Потом судно выныривало, отовсюду выливалась вода, и в замутненные стекла можно было различить следующую волну.

Капитан взглянул на рулевого, чье напряженное лицо окрашивалось в зеленоватый цвет светящимся компасом. Склонившись над экраном радара, рядом стоял помощник капитана.

Новая волна обрушилась на "Никольск". Корабль затрещал так, будто разваливался. Капитан встал. В полумраке слабо поблескивал машинный телеграф. Капитан посмотрел на электронный зонд. Прежде чем делать поворот, придется замерять глубину.

В Северном проливе они были в ловушке, как рыба в сети. Ветер баллов девять-десять дул с запада, и "Никольск" не мог долго держаться к нему боком, рискуя перевернуться. В нормальной ситуации следовало бы вернуться назад и укрыться в одном из портов устья Клайда. Но "Никольск" был необычным кораблем, и естественные решения были не для него. Капитан мог только идти носом против ветра до границы ирландских территориальных вод, а потом возвращаться к шотландским берегам, всякий раз делая поворот у границы территориальных вод Великобритании.

Капитан подумал о "Гоблине", который они бросили после того, как взяли на борт его пассажиров. Он прошел в радиорубку, расположенную за машинным телеграфом. Ему пришлось цепляться за все, что можно, качаясь на полусогнутых ногах, чтобы сохранить равновесие. Удерживаемый в кресле ремнем, дежурный радист слушал едва различимое в гуле попискивание морзянки. Он снял наушники и, глядя на капитана, отрицательно покачал головой, показывая, что нет ничего интересного. Капитан секунду смотрел на приемники, передатчики, магнитофоны, потом воспользовался движением корабля, чтобы подойти к столу и взять журнал учета радиоперехватов.

Как и всегда во время шторма, передавали в основном сигналы бедствия и просьбы о помощи. В Северном и Ирландском морях, а также в Северной Атлантике оставалось немало судов, попавших в более или менее трудное положение. Сигналов СОС было полно, но "Никольск" это не интересовало. "Никольск" не был спасательным кораблем, и приказы четко запрещали капитану оказывать помощь терпящим бедствие. Ни один посторонний не должен был видеть необычное оборудование "траулеров"-шпионов.

Капитан положил журнал, дружески хлопнул радиста по плечу и возвратился в рулевую рубку. Корабль нырнул в яму, винты крутились в воздухе. Потом он ударился в стену воды, несшуюся со скоростью скорого поезда. Капитану показалось, что его корабль столкнулся с каким-то другим. От сильного толчка капитан полетел вперед, наткнулся на рулевого, и оба повалились на пол...

* * *

Юбер и Энрике, промокшие до костей, ослепленные водой, с подкатившим к горлу желудком, поднялись на верхнюю палубу за надстройкой. Им было страшно, но ни тот, ни другой не признавались в этом и не предлагали вернуться.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8