Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Дракон и Джордж (№3) - Дракон на границе

ModernLib.Net / Фэнтези / Диксон Гордон / Дракон на границе - Чтение (стр. 18)
Автор: Диксон Гордон
Жанр: Фэнтези
Серия: Дракон и Джордж

 

 


Дверь в ту же секунду открылась, и в комнату вошел сэр Жиль, снова закрыв за собой дверь.

– Нет нужды искать меня, отец. Я уже давно ожидаю здесь результатов вашего разговора.

– Его высочество, – сказал Геррак своим могучим голосом, – желает, чтобы ты рассказал о мече, которым ты защищал принца Эдварда в прошлом году во Франции.

– Да, отец, – ответил Жиль. Он оглядел сидящих за столом и повысил голос, чтобы все слышали:

– Меч, которым я имел честь защищать юного принца, был получен мною от самого принца Мерлиона. – Он повернулся к Дэффиду: Благородный сэр, угодно ли вам, чтобы я рассказал о том мече?

– Все от начала и до конца. Начиная с того, как он попал в мои руки, и кончая тем, как он оказался у вас.

– Я с большой охотой сделаю это, – кивнул сэр Жиль. Он, вероятно, был самым низкорослым среди присутствующих. Но его усы решительно ощетинились, а огромный нос, которого он обычно стыдился, гордо поднялся подобно бушприту корабля, готового вступить в сражение.

– Это случилось перед битвой при Пуатье. Принц Эдвард оказался без меча.

Он попросил нас, находившихся с ним рыцарей, отдать ему один из своих мечей, поскольку Плантагенету и принцу не подобает быть без меча в день битвы.

Жиль взглянул на Дэффида, и тот сделал ему знак продолжать.

– По правде говоря, никому не хотелось расставаться со своим мечом. Ведь что такое рыцарь без меча?

Послышался одобрительный ропот присутствующих. Джим был немного удивлен, но потом вспомнил, что нортумбрийцы совсем недавно стали подданными английской короны и во всяком случае не стремились расставаться со своими мечами.

– Поэтому мы колебались, – продолжал сэр Жиль. – И тогда его… принц Мерлион сказал принцу Эдварду, который знал его лишь как простого лучника, что, вероятно, сможет помочь ему. Принц Мерлион удалился туда, где находились его вещи, а затем вернулся с великолепным мечом в ножнах, украшенных драгоценными камнями, и протянул его принцу. Принц вынул меч из ножен, немного подержал его в руках и как будто ощутил беспокойство. «Я не могу носить этот меч», – сказал принц. – В комнате наступила мертвая тишина. Сэр Жиль глубоко вздохнул и продолжал:

– И тут меня охватил стыд от того, что я не предложил свой меч. Я вышел вперед, отстегнул от пояса ножны и предложил их вместе с мечом благородному английскому принцу со словами: «Не окажете ли вы мне честь, приняв меч от простого рыцаря?» – и принц милостиво принял его. Я же взял меч, принесенный принцем Мерлионом, и впоследствии именно этим мечом я и защитил юного английского принца от врагов. – Жиль замолчал.

– Благодарю, сэр Жиль, – сказал Дэффид, – однако вы еще не рассказали, как этот меч попал ко мне.

– О, простите. Я должен еще сказать вам, – вновь обратился к присутствующим Жиль, – что Дэ… – Сэр Жиль вовремя спохватился:

– Его высочество принц Мерлион поведал нам о том, как получил тот меч. В то время принц носил костюм лучника, как и теперь, но находился в стране, которая прежде именовалась Уэльсом, а теперь входит в состав Англии. И один из английских наместников любил устраивать турниры, дабы показать доблесть своих рыцарей, в особенности своим валлийским подданным. Однажды он замыслил особое развлечение.

– Сэр Жиль остановился, чтобы перевести дыхание. – Прослышав о необычайном искусстве лучника, который на самом деле был принцем Мерлионом, наместник велел ему сразиться с пятью рыцарями в доспехax и с копьями. Эти пятеро сидели в седлах своих коней, принц же оставался пешим со своим луком. Они поскакали на него, но он пронзил их всех стрелами, прежде чем они достигли его, даже прежде, чем они успели приблизиться к нему. – Жиль снова сделал паузу, на сей раз для того, чтобы переждать, пока уляжется ропот. – Предварительно он поставил условие, что в случае своей победы должен получить – как любой победитель на турнире – оружие и доспехи своих противников; наместник со смехом согласился. В результате принц стал обладателем всех доспехов и оружия убитых им рыцарей; однако он отказался от награды и взял лишь меч, который он захватил с собой и позднее предложил принцу Эдварду. Тем мечом я защищал его высочество английского принца.

– Благодарю, Жиль, – кивнул Дэффид. Он повернулся к сидевшим за столом: Я хотел, чтобы история, которую вы услышали, и стрелы, которые вы видите, помогли вам понять: это оружие не пользуется уважением среди джентльменов, и ни один джентльмен не носит его, кромe как на охоте. Тем не менее оно может быть весьма грозным; и я, по крайней мере, не думаю, что уронил свое достоинство, приняв вид обычного лучника. – Он сделал паузу. – Я хотел бы, господа, чтобы вы обратили внимание на следующее: наши воины никогда не объединяются в шилтроны, дабы встретить врагов в пешем строю с копьями. Однако маленькие люди поступают именно так, и довольно успешно. Позвольте напомнить вам, что они на протяжении многих столетий защищали свои владения от полых людей, а это не пустяк. Вы сами встречались с разрозненными бандами полых людей и знаете, что сражаться с ними нелегко. Я хочу, чтобы вы поняли: они имеют такое же право участвовать в полном уничтожении полых людей, как и вы. Они заслужили это на полях бесчисленных сражений, в которых потеряли многих своих сородичей. Я горжусь, что меня избрали их предводителем, хотя для меня не меньшая честь сражаться под началом сэра Геррака, нашего главнокомандующего. Но, зная, что многие из вас с подозрением относятся к маленьким людям, я просил их сократить число своих представителей на нашем совете накануне сражения с восемнадцати до пяти. Они согласились. И я, как их командир, объявляю это вам не как просьбу, но как требование.

Никто не произнес ни звука.

Глава 27

Пауза затянулась. Между тем напряжение нарастало, словно кто-то туго заводил невидимую часовую пружину. И тогда застывшую тишину прорезал могучий бас Геррака, подобно носу корабля, дробящему ледяной панцирь застывшего моря.

– Как признанный вами предводитель приграничных жителей в предстоящем сражении, – заявил Геррак категоричным тоном, – я принимаю условия принца Мерлона, согласно которому не более пяти маленьких людей встретятся с нами вечером накануне сражения на военном совете. Всякий, кто не хочет следовать за мной, пусть объявит об этом и покинет нас. Я не хочу, чтобы кто-нибудь подчинялся моим приказам неохотно и шел против своей чести.

Некоторое время ничего не происходило. Потом лица людей начали проясняться, словно пружина расслаблялась, так и не достигнув точки максимального напряжения.

Ни один из присутствующих не сделал даже движения, чтобы покинуть собрание.

– Я рад, что с нами будет так много рыцарей, – вновь зазвучал голос Геррака, наполняя комнату, – потому что потребуются все наши силы, а также силы маленьких людей, чтобы покончить с полыми людьми. Это будет нелегко. – Он немного помолчал, чтобы все почувствовали важность его последних слов. – Я уже обдумывал кое-какие планы, – продолжал он. – Буду обдумывать их и дальше. И пусть каждый из вас также подумает над тем, как нам вернее добиться победы в этом сражении с наименьшими потерями среди наших людей. Если у кого-нибудь появятся мысли, пусть он изложит их нам всем на последнем совете накануне сражения. Сегодня же, если важных дел, требующих обсуждения, больше нет, я объявляю собрание закрытым.

Снова наступила тишина, на сей раз недолгая.

– Я думаю, наш командир прав, – сказал сэр Джон Грейм. – Я не вижу особых причин продолжать собрание. Давайте перейдем в большой зал, где, как я полагаю, наш хозяин приготовил еду и питье. Разумеется, я прощаюсь с теми, кого ждут неотложные дела, и надеюсь встретиться перед сражением.

Все заговорили разом, и собрание закончилось. Сидевшие встали и смешались с теми, кто стоял за ними. Открыли дверь, и Геррак первым шагнул к выходу; за ним последовали Джим и Дэффид, а также сэр Джон Грейм. Остальные потянулись следом неровной шумной процессией, которая миновала короткий коридор и вступила в большой зал замка, где происходил этот совет.

Собрание, как чаще всего случалось в средние века, закончилось попойкой.

Джим сослался на важные дела и покинул компанию, чтобы не одурманивать себя излишним количеством вина. К нему пожелал присоединиться Дэффид и, как ни странно, Геррак.

– Я думал, вы сочтете себя обязанным остаться, сэр Геррак, – сказал Джим, когда они снова сидели в седлах, направляясь к замку де Мер; их сопровождали сэр Жиль и несколько латников сэра Геррака, ведь в те времена и в тех краях охрана никогда не мешала.

– Они не будут скучать без меня, – ответил Геррак. – К тому же, если бы я остался, кое-кто попытался бы добиться от меня каких-то особых привилегий; другие, пожалуй, собрались бы вокруг кого-нибудь вроде сэра Джона Грейма, который еще, может быть, предпочтет действовать самостоятельно.

– Вы поступили мудро, – пробормотал Дэффид.

– Я считаю, что командир должен держаться на некотором расстоянии от тех, кем он командует, – продолжал Геррак. – Поскольку вы, благородные господа, мои гости, я едва ли могу держаться на расстоянии от вас. Но я намерен либо командовать, либо не командовать и полагаю, что первый шаг в этом направлении состоит в том, чтобы установить дистанцию.

– Я согласен с Дэффидом, – сказал Джим достаточно громко, чтобы его могли услышать сквозь скрип седел и стук копыт по твердой земле. Стояла холодная безоблачная ночь, у коней шел пар из ноздрей; луна достигла третьей четверти.

Дорога была достаточно широкая, и потому не требовалось, чтобы кто-то впереди вез факелы. Джим думал о нынешнем положении Геррака.

Этот рыцарь несомненно обладал качествами прирожденного лидера. До сих пор им мешали проявиться другие обязанности. Джиму хотелось бы знать, доволен ли Геррак тем, что его избрали предводителем. Это напомнило Джиму о том, чего он еще не сказал.

– Сэр Геррак, вы заговорили в самый ответственный момент, после того как Дэффид сообщил о желании маленьких людей присутствовать на нашем совете. Никто из нас не предполагал, что вы возьмете всю ответственность на себя…

– Это мой долг, – перебил Геррак. – Разве вы не сочли бы это своим долгом, если бы сами командовали, сэр Джеймс?

Джим на минутку задумался, немного удивленный словами Геррака.

– Возможно. Да, наверное, я бы поступил так же. Но сегодня все решилось лишь благодаря вашему присутствию и вашему голосу; сомневаюсь, что мои слова оказались бы столь же убедительными для приграничных жителей.

– Они знают меня, – коротко ответил Геррак.

Несомненно, знали. Благодаря своему могучему сложению, богатырской силе и крови силки, Геррак, вероятно, был среди приграничных жителей живой легендой.

Однако вряд ли об этом следовало упоминать в данный момент.

Так что Джим ничего не сказал.

Они благополучно добрались до замка и разошлись по своим спальням. Джим лишь зашел вместе с Дэффидом навестить сэра Брайена. Тот лежал в постели, потому что слишком утомился и был не в силах стоять на ногах. Однако он проклинал свою неподвижность и горько сетовал на то, что не смог принять участие в собрании.

Поэтому он с интересом слушал рассказы Джима, Дэффида и сэра Жиля, который тоже зашел к раненому. Брайен пришел в восторг, услышав, как сэр Геррак приказал допустить маленьких людей на совет, и одобрил слова Геррака, сказанные им позднее, – о том, что командир должен держать на некотором расстоянии тех, кем командует.

– Этот достойный рыцарь совершенно прав! – воскликнул Брайен. – Я не видел ни одного хорошего предводителя, который не умел бы сохранять дистанцию. Того, кто смешивается со своими подчиненными и не выделяется среди них, как правило, любят, но не всегда достаточно слушаются. Лучше для всех быть порознь, и даже да! – пусть тебя не любят твои подчиненные; хуже, если ты слишком близок к ним и тебя недооценивают.

– Так я ему и сказал… примерно, – сказал Дэффид.

– Да, Дэффид первый сказал это, – подтвердил Джим. – Я согласен с ним и с тобой, Брайен. Сэр Геррак – прирожденный командир.

– И мы, его сыновья, имели возможность убедиться в этом, – добавил Жиль. Вы не можете себе представить, как отец заботился о своей семье. И не в последнюю очередь о нашей матери, которую он так любил.

Последние слова прозвучали совсем печально, и разговор мог на некоторое время прерваться, если бы Брайен внезапно не сменил тему:

– Послушай-ка, Джеймс! Тебе нужно как можно скорее начать упражняться; это должно происходить подальше от замка, иначе кто-нибудь может подумать, что ты не совсем в форме и потому недостаточно хорошо владеешь оружием.

– Ты очень деликатен, Брайен, – ответил Джим. – Однако все присутствующие и так знают, что я никудышный боец. Мне удалось победить огра только благодаря телу дракона. Если бы не Горбаш, огр расправился бы со мной в два счета.

– Ты еще научишься, Джеймс, ты обязательно научишься! Особенно если будешь заниматься под моим руководством. Тебе нужно поупражняться где-нибудь подальше от замка. Пожалуй, лучше, если даже сэр Геррак – прошу прощения, сэр Жиль, – не узнает, что ты не слишком поднаторел в обращении с мечом или другими подобными игрушками.

– Ты прав, – задумчиво проговорил Джим. – Мы должны завтра выйти из замка, – продолжал Брайен. – Все присутствующие, за исключением тебя, Дэффид, если только ты сам не захочешь вдруг сопровождать нас. Когда мы удалимся на достаточное расстояние от замка, чтобы нас никто не видел и не слышал, вы с сэром Жилем начнете упражняться с разными видами оружия, а я буду стоять в стороне и давать указания, потому что еще денек-другой никак не смогу практиковаться вместе с тобой.

Едва ли он сможет даже через неделю, но Джим знал, что об этом лучше не упоминать в присутствии Брайена, и сменил тему разговора:

– Наверное, такой необходимости нет, Брайен. Ведь я говорил тебе, в чем состоит наш план. Мы с Дэффидом будем стоять на выступе у подножия скалы.

Скорее всего, мне не придется сражаться.

– А как ты собираешься покинуть этот выступ? – поинтересовался Брайен. Сможешь ли ты пройти между уцелевшими полыми людьми и нападающими целым и невредимым? Ты до сих пор еще плохо представляешь себе, что такое битва, Джеймс. Прости, что говорю это тебе. В пылу сражения даже друг может нанести тебе удар – по ошибке или в ярости. Чтобы хотя бы пройти сквозь ряды приграничных жителей, тебе, вероятно, без щита не обойтись. Нет и нет. Ты должен поупражняться, и мы сделаем, как я сказал!

С тех пор Джим каждое утро покидал замок вместе с Брайеном и Жилем; часто к ним присоединялся Дэффид. Они ехали с полчаса или больше, пока не оказывался на какой-нибудь достаточно просторной для их занятий поляне, окруженной густым лесом. Там Джим и Жиль под чутким оком Брайена упражнялись с различными видами оружия, от кинжала до булавы.

– Но у меня не будет булавы! – говорил Джим.

– Не имеет значения. Упражнение есть упражнение, – возражал Брайен.

И Джим упражнялся с булавой, пока руки его не уставали так, что, казалось, готовы были отвалиться.

На этот раз во время занятий Джим сделал передышку, снял шлем и вытер свой взмокший лоб.

– Дэффид, – сказал он лучнику, который на этот раз тоже сопровождал их. Не хотелось бы и тебе немного потренироваться?

– По правде говоря, за вами интересно наблюдать, – ответил Дэффид. – Но не могу же я просить рыцаря, чтобы он обучал меня рыцарскому бою, ведь вы и сами знаете, что я всего лишь лучник.

– Ну и что, черт возьми! – возразил Брайен, который все больше входил в роль учителя. – Я буду учить тебя каждый день. Хочешь?

– Хочу. Но даже если я достану оружие, мне нужны доспехи.

– Думаю, подойдут мои, – сказал Джим. – Мы с тобой примерно одного роста; правда, у тебя плечи пошире, но доспехи должны подойти. Попробуешь?

– Не откажусь, – кивнул Дэффид.

В результате Брайен, к своему удовольствию, получил нового ученика, который во многих отношениях оказался куда способнее сэра Жиля или Джима.

Впрочем, Джим – и все это знали – был почти безнадежен. Слишком многое из того, чему обучал его Брайен. следовало узнать в самом раннем детстве. Удивительно, что техника обращения с луком, которой Дэффид овладел, по-видимому, с юных лет, не помешала ему быстро усвоить еще и уроки Брайена. К тому же Дэффид, как и Брайен, был прирожденным атлетом.

Джиму пришло в голову, что валлийца можно сравнить с опытным профессиональным футболистом, который, заинтересовавшись игрой в гольф, даже если прежде никогда в нее не играл, способен через две-три недели показать приличный результат.

Между тем в замке де Мер и в замках других приграничных жителей полным ходом шли приготовления битве. Из каждого замка отправлялись отряды за новым оружием и доспехами.

Это поразило Джима, но потом он вспомнил, что оружие, ни доспехи, как правило, не выдерживают нескольких стычек. Даже средневековые мечи, выкованные из мягкой стали, не говоря уже о таком оружии, как булава или «утренняя звезда» – последняя представляла собой палку, к которой прикреплялась стальная цепь с шаром на конце, снабженным стальными шипами, – быстро превращали доспехи в бесполезную груду металла, а само оружие зазубривалось, ломалось и ремонту никак не подлежало. Джим видел все это собственными глазами битве при Пуатье.

Помимо своих уроков Джим счел необходимым нанести по крайней мере по одному визиту полым и маленьким людям – хотя бы затем, чтобы уточнить детали предстоящей встречи с теми и другими.

Воспользовавшись случаем, он еще раз постарался внушить предводителям полых людей, особенно Эшану, как важно всем им явиться в условленное место вовремя, поскольку опоздавшие не получат золота.

Отправляясь же к маленьким людям, Джим взял с собой Геррака, и они вместе рассказали о том, как Геррак добился у приграничных жителей согласия принять на свой совет пятерых маленьких людей; еще Джим дипломатично сообщил новость: приграничных жителей будет не восемнадцать, а никак не меньше двадцати, а то и больше.

Он, впрочем, намекнул, что маленьким людям это даже выгодно, ведь при таком представительстве приграничные жители обязаны привести около восемнадцати сотен воинов, а это значительно облегчало задачу шилтронов.

Однако Ардак заявил, что маленькие люди все равно будут там в полном составе – по двум причинам. Во-первыx, приграничные жители могут привести меньше воинов, чем обещали. Во-вторых, маленькие люди не хотели оказаться на поле боя в меньшинстве.

Помимо этого, Ардак охотно согласился, чтобы маленькие люди атаковали первыми, а затем расступились, открыв дорогу приграничным жителям, которые занялись бы главным образом всадниками на конях-призраках.

– Я хотел бы добавить, сэр Геррак, – сказал в заключение Ардак, – что рад видеть именно вас предводителем приграничных жителей. Я ожидаю от вас справедливого отношения к нашим людям, которые будут участвовать в этом сражении.

– Залогом тому мое слово, – отозвался Геррак. Я не упоминал об этом прежде, поскольку еще не был командиром, но, хотя мне, кажется, уже известен ответ, я должен спросить, будете ли вы претендовать на долю шотландского золота после окончания битвы?

– Нам не нужно золота. Я знаю, у вас оно ценится высоко; но мы не пользуемся деньгами и не делаем украшений, подобно вашим. Золото не годится для изготовления инструментов и орудий. К тому же мы видели, как оно действует на ваш народ, и нам бы не хотелось, чтобы оно оказало подобное действие на нас.

Поэтому, если там есть какое-то золото, пусть приграничные люди заберут его себе – никто из нас не будет возражать.

– Благодарю вас, Ардак, – кивнул Геррак, – я не сомневался в вас. Но как командир я должен был задать этот вопрос. Вы понимаете?

– Понимаю. А теперь поговорим о другом. Вы намерены собрать приграничных жителей на некотором расстоянии от места сбора полых людей, да?

– Да. Я бы хотел привести их к тому месту пораньше, но оставаться хотя бы в миле от него, чтобы наше присутствие не вспугнуло полых людей. А каким образом вы намерены собрать шилтроны?

– Как только соберутся ваши люди, мы присоединимся к ним. Вам нет нужды знать, как мы соберемся, где сойдемся и каким образом присоединимся к вам.

Достаточно того, что вам известно, сколь опытен наш древний род. К тому же мы знаем эти леса и скалы так, как никогда не узнаете их вы, если не проживете среди них столько веков, сколько прожили мы. Мы способны рассеяться и скрыться из виду, а затем снова построиться, готовые к маршу, в шилтроны, прежде чем вы успеете сделать сотню вздохов. Остальное пусть вас не заботит.

Геррак кивнул.

– Когда вы хотите, чтобы наши войска соединились и двинулись вперед? спросил Ардак.

– Я назначил полым людям время вскоре после полудня, – ответил ему Джим. Значит, обоим отрядам лучше встретиться не позднее третьего часа, тогда около шестого часа мы сможем занять позицию в лесу недалеко от места их встречи. К этому времени сэр Геррак и принц Мерлион…

Аррдак слегка усмехнулся и погладил свою бороду, услышав исковерканное древнее имя Дэффида.

– Как вам известно, мы не пользуемся христианским исчислением времени, холодно проговорил он. – Но мы знаем, что час третий означает позднее утро, а полдень вы зовете часом шестым. Вы можете сколько угодно пользоваться такими словами, но мы не будем употреблять их. Хорошо, время нам подходит; мы придем, как вы хотите. Я предлагаю в это время встретиться вам, сэру Джеймсу, принцу Мерлиону, – он произнес имя Дэффида правильно, – и еще кому-нибудь, если понадобится, со мной и другими предводителями шилтронов прежде, чем мы подойдем к месту сбора полых людей.

– Согласен, – ответил Геррак. – Так и сделаем. Со мной будут сэр Джеймс, принц Мерлион и еще один добрый рыцарь, сэр Брайен, который имеет большой опыт в сражениях. Возможно, еще один или два человека, но не больше. Я полагаю, вы встречались с сэром Брайеном Невилл-Смитом.

– Да, мы его помним. Он был с нами в бою с полыми людьми. Мы рады его видеть.

– Хорошо, – сказал Геррак. Он взглянул на солнце:

– Нам пора покинуть вас.

Больше до нашей встречи в лесу перед битвой мы не увидимся.

– Именно так, – подтвердил Ардак.

Они повернулись и направились в противоположные стороны. Джим, Дэффид и Геррак сели на коней и поехали в замок де Мер. По возвращении Геррак занялся своими делами, а Дэффид и Джим поднялись в комнату сгоравшего от нетерпения Брайена, чтобы рассказать ему, как прошла встреча.

Во время беседы Джиму показалось, что предстоящее сражение необычайно волнует Брайена. Это несколько озадачило Джима, но потом он понял, в чем тут дело: только сражение могло отвлечь мысли Брайена от его трагической любви к Лизет и ее постоянного общения с Ивеном Мак-Дугалом. Брайен, верный своему слову, предоставил их самим себе.

Мак-Дугал, несомненно, потерял голову от Лизет – верный признак того, что они, по несредневековому выражению, не были близки. Иначе такой придворный кавалер, как Мак-Дугал, привыкший к короткому флирту, неизменно заканчивавшемуся в постели, давно охладел бы и утратил всякий интерес к девушке.

Что же до самой Лизет, то Джим никак не мог понять, нравится ей Мак-Дугал или нет. Если он ей не нравился, значит, она была очень хорошей актрисой удивительно хорошей для девушки, выросшей в уединенном замке на берегу моря, рядом с шотландской границей, в столь пустынном краю, как Нортумберленд.

Однако, поскольку тут Джиму оставалось только гадать, он отбросил свои размышления и занялся более насущными делами, то есть подготовкой к сражению.

Он упорно продолжал упражняться в воинском искусстве. Брайен уже окреп настолько, что, к удивлению Джима, мог сам активно участвовать в их занятиях.

Брайен по-прежнему настаивал на своем участии в уничтожении полых людей, и Джим понял, что его друга не удержит ничто.

Еше несколько дней назад ему казалось, что времени у них уйма, но теперь дни летели все стремительней.

И вдруг настал последний вечер перед сражением – вечер, на который был назначен военный совет.

Глава 28

Джима оставалось еще немного времени до собрания, которое устраивалось внизу, в большом зале замка де Мер, поскольку Геррак стал командиром. Для собрания выбрали большой зал – в замке не нашлось другого помещения, где с удобством могли бы разместиться все участники совета.

Косые лучи вечернего солнца падали сквозь стрельчатое окно на каменную стену маленькой комнаты Джима, когда он в последний раз попытался встретиться в сновидении с Каролинусом. В предыдущие дни Джим уже несколько раз пытался повидаться со своим наставником, но почему-то ничего не получалось.

Джим решил, что он скорее встретится во сне с Каролинусом, если, засыпая, мысленно напишет на внутренней стороне своей лобной кости соответствующее заклинание.

Он улегся на матрас, закрыл глаза и мысленно написал:

МНЕ УСНУТЬ/СНОВИДЕНИЕ -> КАРОЛИНУС Сон пришел мгновенно. На сей раз Джим сразу оказался лицом к лицу с магом в его домике.

– Вероятно, ты был занят, – сказал Джим. – Я никак не мог к тебе попасть.

Так что извини, если помешал. Но у нас здесь наступает решающий момент.

– Ничего, мой мальчик, не беспокойся, – ответил Каролинус. – Мне хотелось поговорить с тобой, да и тебе, вижу, не терпится побеседовать.

Худощавый старик с белой бородой и кустистыми бровями, который обычно имел почти свирепый вид, теперь смотрел на Джима дружелюбно и ласково.

Джим обмер. Добродушное выражение лица Каролинуса всегда было дурным предзнаменованием. Маг оставлял свою обычную раздражительность только тогда, когда хотел смягчить суровую весть.

– Я… – начал Джим, но Каролинус перебил его:

– Прежде всего я должен предупредить тебя: ты вступаешь в весьма опасный и трудный период. Но поскольку его невозможно отвратить, поговорим о том, как действовать лучше всего.

– Я только хотел сказать, что мне удалось убедить маленьких людей и людей, живущих на английской стороне, попытаться уничтожить всех полых людей разом, чтобы ни один из них не остался в живых и не дал остальным возможности воскреснуть. Теперь, похоже, все зависит от того, сумеем ли мы выиграть сражение Но я хотел спросить тебя, удалось ли тебе узнать что-нибудь про червя и участие Темных Сил.

– Нет и еще раз нет. Особенно в отношении червя. Я понятия не имею, в чем заключается его роль и почему вообще он здесь появился, вопреки обычаю Темных Сил держать таких тварей близ своих силовых центров. Но я решительно советую тебе остерегаться его. Рано или поздно тебе придется с ним столкнуться, иначе он бы не появился. – Каролинус глубоко вздохнул:

– Больше я не смог выяснить ничего. И значит, ничего не могу тебе сказать. О Темных Силах у меня также нет новых сведений, кроме того, что они по-прежнему поощряют как шотландское, так и французское вторжение; французы должны пересечь канал и высадиться на юге.

– Не густо, – заметил Джим.

– Я бы с удовольствием помог тебе, мой мальчик. Как у тебя с магическим кредитом?

– Я собираюсь воспользоваться магией, чтобы стать двойником Мак-Дугала и раздать завтра золото полым людям. Помимо этого я боюсь даже обращаться в Департамент Аудиторства. Ты уверен, что не можешь предоставить мне немного…

– Нисколько! Департамент Аудиторства заявил категорически: никаких займов учителя ученику. Я предлагаю тебе самому обратиться к ним и выяснить, каков твой кредит на сегодняшний день. Ты ведь не хочешь вдруг утратить внешность Мак-Дугала на глазах у изумленных полых людей, да?

– Да, этого я бы хотел меньше всего. Но возможно, мне придется пойти на риск.

– Хорошо, – кивнул Каролинус, и его усы ощетинились. – Если ты хочешь моего совета – рискуй! Никто и никогда не добивался успеха без риска. Нам часто приходится полагаться на волю случая.

– Я так и сделаю. Но… у меня есть одна идея. Маленькие люди говорят, будто они обладают кое-какими магическими способностями, и я им верю. Как ты думаешь, нельзя ли мне воспользоваться их магией? Я не говорил им об этом, потому что сначала хотел посоветоваться с тобой.

– Не проси их! Во-первых, никакая группа не может передать тебе свою магию, хотя формально Департамент Аудиторства не запрещает такого рода займы.

Но процедур для этого – магических процедур – просто не существует. Во-вторых, они очень высоко ценят те принципы магии, которыми обладают, и твоя просьба была бы нетактичной.

– Ладно, – смирился Джим. – Это была только мысль. У нас скоро будет последнее собрание, прямо в замке. Завтра мы встретимся в лесу на некотором расстоянии от места, где соберутся полые люди; там мы с Дэффидом и с Брайеном, если он решится, покинем остальных и поедем раздавать золото полым людям. А потом уже маленькие люди и приграничные жители нападут на полых людей и будут сражаться с ними до полного их уничтожения. – Джим немного помолчал и задумчиво добавил:

– Если бы я мог как-нибудь связаться с тобой в трудный момент!

– Хорошо! – неожиданно сказал Каролинус. – Я не собираюсь нарушать правила, я просто их немного обойду. Если тебе действительно понадобится моя помощь или ты ощутишь покалывание в правом локте, закрой глаза – и сразу увидишь меня. Вслух не говори; только думай, что хочешь мне сказать. Сможешь?

– Конечно! – обрадовался Джим.

– Я делаю это не потому, что я буду нужен тебе, а потому, что ты можешь мне понадобиться, – пояснил Каролинус. – Учитель имеет право вызвать ученика или задать ему какой-нибудь вопрос, не так ли? Если Департаменту Аудиторства это не понравится, пусть обращаются ко мне.

– Спасибо.

– Вельзевул и Вельшазар! – выкликнул Каролинус, снова превращаясь в сварливого старика. – Перестань меня благодарить! Тебе нужно исполнять долг ученика, только и всего! А теперь уходи. У меня еще много дел.

– Да, конечно. До свидания.

– До… – ответил Каролинус, – свидания!

Он исчез в мгновение ока. Джим лежал на спине с открытыми глазами, глядя на высокий неровный каменный потолок.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23