Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Дракон и Джордж (№3) - Дракон на границе

ModernLib.Net / Фэнтези / Диксон Гордон / Дракон на границе - Чтение (стр. 5)
Автор: Диксон Гордон
Жанр: Фэнтези
Серия: Дракон и Джордж

 

 


– Она будет ждать до конца? – спросил Джим – Теперь ее оттуда на веревке не стащишь, – ответил Жиль. – К тому же ей хочется рассказать отцу обо всем, что тут произойдет. И конечно, она рассчитывает, что мы победим и она спустится к нам.

Прошло добрых двадцать минут, прежде чем показались полые люди. Всадники выехали на открытое место и остановились, увидев маленьких людей, но через несколько минут снова двинулись вперед, и постепенно долину заполнила довольно разношерстная компания.

Передние ехали на невидимых конях и, похоже, имели полный комплект доспехов. Остальные довольствовались чем попало, однако мечи, топоры, булавы или длинные копья были у всех.

Когда весь отряд полых людей въехал в долину, они как будто снова заколебались.

– Что они там мешкают? – забеспокоился Брайен.

Один из маленьких людей, стоявших в заднем ряду, обернулся.

– В таких отрядах у них обычно много претендентов на роль предводителя, пояснил он. Его бас поразительно напоминал бас Ардака; возможно, впрочем, причиной тому был особый тембр голоса, свойственный всему этому народу. – Вот они всегда и останавливаются сначала, чтобы решить, кому быть командиром. Ардак этим воспользуется.

Почти в тот же момент послышался голос Ардака.

– Дэффид ап Хайвел! – выкрикнул он.

Дэффид уже спешился, достал из чехла свой лук и повесил на плечо колчан со стрелами. Услышав крик Ардака, он обошел слева строй маленьких людей и выступил вперед. Брайен последовал за ним, будто приглашение касалось и всех остальных; после небольшой заминки к Брайену присоединились Жиль с Джимом.

Ардак оглянулся на них, когда они появились вместе с Дэффидом, но промолчал. На противоположном конце долины полые люди все еще топтались на месте; как и сказал человек из задней шеренги, они продолжали спорить о том, кого выбрать вожаком или какую избрать тактику. Человек восемь маленьких людей, тоже с луками, вышли вперед.

– Интересно, что получится? – сказал один из них. – Полые люди еще довольно далеко. Стрела, если долетит до них, едва ли причинит им вред.

Голос маленького лучника был достаточно хорошо слышен, но Дэффид не обратил на него ровно никакого внимания. Он уже вытащил из колчана стрелу, которая, как и прочие его стрелы, была около ярда длиной.

Однако древко стрелы заканчивалось не широким наконечником, как у обычных стрел, а металлическим конусом длиной в четыре-пять дюймов, с основанием, не превышавшим в толщину древка, и тонким, словно иголка, кончиком.

Судя по всему, Дэффид выковал этот необычный наконечник из мягкой стали, а затем тщательно отшлифовал. Место соединения наконечника с древком было обмотано куском тетивы.

Дэффид положил стрелу на лук и, как обычно, натянул тетиву так, чтобы оперение оказалось вровень с ухом.

Он спустил тетиву.

Стрела полетела на высоте не более полудюжины футов; достигнув первых рядов, она снизилась до уровня груди всадников на невидимых конях… и исчезла.

– Промахнулся, – пробормотал маленький человек, высказывавший свои сомнения.

– Подождем и посмотрим, – сказал Дэффид.

В следующее мгновение один из полых людей в переднем ряду упал, и тут же повалились на землю двое других, ехавших за его спиной. Соседние всадники в замешательстве отпрянули, и все увидели, что на земле, почти касаясь друг друга, лежат три тела.

– С нами сама Ночь! – воскликнул лучник, который до того высказывался уже дважды: на сей раз в его голосе послышался благоговейный трепет. – Неужели он поразил всех троих?!

– Похоже на то, – заметил Джим. – По-моему, стрела пронзила их друг за другом.

В рядах маленьких людей послышался удивленный ропот. Стоящий рядом с Джимом Ардак покачал головой:

– Это просто непостижимо. – Он покосился на Джима. – Если только его стрела не обладала какой-то магической силой.

– Нет, – возразил Джим, – всеми своими достоинствами эта стрела обязана Дэффиду ап Хайвелу. – Он взглянул на Дэффида:

– Вероятно, тут дело в особой форме наконечника?

– Конечно, – ответил Дэффид. Прикрыв глаза рукой от солнца, он наблюдал за полыми людьми, которым, похоже, никак не удавалось оправиться от потрясения. Признаться, я и сам не думал, что получится так удачно. Но во всяком случае эта стрела оправдала мои надежды.

– Не понимаю, – сказал Ардак.

Дэффид взглянул на него:

– Как тебе известно, у полых людей, пока они живы, под их одеянием, будь то простая одежда или доспехи, есть вполне осязаемые тела, хотя и невидимые. Но стоит пронзить их облачение каким-нибудь оружием, и оно не встречает никакого сопротивления, словно проходя сквозь воздух. Зная об этом, я сделал такую стрелу, которая способна, пробив доспехи, сохранить скорость движения Ардак не страдал недостатком сообразительности.

– Ты уже встречался с полыми людьми? – спросил он.

Дэффид посмотрел на Джима, переадресовав вопрос ему.

– Когда мы ехали в замок де Мер, – ответил Джим, – на нас троих напали пятеро полых людей, судя по всему, на конях. Дэффид выпустил в них четыре стрелы с обычными широкими наконечниками; один из них упал, и от него осталась только куча одежды и доспехов, а остальные скрылись в тумане. Это было уже вечером. – Он пристально посмотрел на предводителя маленьких людей:

– Почему вы спросили?

– Потому что в последнее время они ведут себя как-то странно. – Он немного помолчал и снова взглянул на полых людей, которые, по-видимому, продолжали пререкаться на другом конце долины. – Ничего удивительного в том, что они впятером напали на троих, к тому же нездешних по виду. Но удивительно, что все-таки отступили. Если только все четверо не были на самом деле убиты стрелами Дэффида ап Хайвела, или, может быть, трое лишь получили ранения…

– Сомневаюсь, – сухо сказал Дэффид. – Стрелы вонзались им прямо в грудь туда же, куда и тому, который упал с коня.

– В таком случае, – продолжал Ардак, – возможно, они решили скрыться, столкнувшись с оружием, которого они, так же как и мы, никогда прежде не видели. Иначе они продолжали бы наступать. Страх смерти им неведом, потому что для них она временна. Пока хотя бы один из полых людей остается в живых, остальные будут воскресать. Но как бы там ни было, вторгшись в нашу землю, они совершили неслыханную дерзость. Им известно, что мы, не в пример другим народам, никогда не отступим и будем с ними сражаться. Знают они и то, что мы скорее умрем, чем уступим хотя бы пядь своей земли. Эти долины по-прежнему принадлежат нам. Здесь наши жены и дети, здесь все, что осталось от нашего народа. Врагу придется истребить нас всех, чтобы завладеть нашей землей. Неожиданно он указал на дальний конец долины:

– Смотрите: как я и говорил, они опять готовы к наступлению, несмотря на стрелы, которые могут убить сразу троих, и на то, что мы ждем их с целым шилтроном. У них нет никакой надежды победить. Не могу понять, почему они все-таки так упорны?

До этого момента Джим не задумывался над смыслом слова «шилтрон». Когда он впервые увидел маленьких людей с их копьями, ему пришла на ум греческая фаланга. Но и в другие времена существовало нечто подобное. А шилтроном называлось построение шотландских копьеносцев в пору войны Шотландии против Англии.

Вооружив первые ряды воинов особо длинными копьями, шотландцы встречали английских всадников, закованных в латы, целым лесом стальных наконечников. С такими копьеносцами могли справиться лишь лучники, которых англичане набирали в Уэльсе и южной Англии. Однако у маленьких людей слово «шилтрон», по-видимому, означало нечто большее. Оно относилось к Определенному боевому отряду, вроде римского легиона; в самом деле, большие прямоугольные щиты и короткие обоюдоострые мечи маленьких людей походили скорее на римские, чем на греческие или средневековые.

– У тебя есть еще такие стрелы? – спросил Ардак Дэффида.

– Нет. – Дэффид покачал головой. – Я сделал пока одну для пробы. Я, конечно, сделаю еще, если только останусь сегодня в живых. Но у меня еще целый колчан стрел с широкими наконечниками, и пользы от них будет тем больше, чем ближе подъедут эти всадники. Да и ваши лучники скоро смогут взяться за дело.

Позвольте мне сделать еще одну пробу.

Он достал из своего колчана стрелу с широким наконечником, положил ее на лук и выстрелил в передний ряд приближавшихся теперь полых людей. На этот раз стрела полетела низко и упала между ног одного из всадников; тот тут же повалился на землю, не убитый, но, похоже, лишившийся коня.

– По крайней мере, я могу их спешить, – сказал Дэффид. – Может быть, вы предпочтете это – или лучше просто убить столько, сколько хватит стрел?

– Убить, – коротко ответил Ардак. – А теперь, если вы, сэр Джеймс и сэр Брайен, а также сэр Жиль, переместитесь вместе с нашими лучниками на фланг, мы приготовим гостям достойную встречу.

Джим, Брайен, Жиль и Дэффид вместе с лучниками маленьких людей поспешили выполнить приказ. Тем временем первые три ряда копьеносцев перевели свои копья в горизонтальное положение; воины первого ряда опустились на одно колено, воины второго ряда положили им на плечи свои копья, а воины третьего ряда положили копья на плечи воинов второго. И как раз вовремя. Полые люди, по крайней мере те из них, которые имели коней, уже мчались галопом; трое рыцарей вместе с лучниками едва успели занять позицию, когда произошло столкновение.

Полые люди – всадники в доспехах, ехавшие по десять в ряд, – уже были готовы к смерти. В последний миг их кони попытались было увернуться от направленных на них стальных копий, но всадники бросались вперед, вылетали из седел через головы своих лошадей, падали на копья и старались придавить копьеносцев своим весом или поразить их оружием.

Но всадники не смогли нанести особого урона, даже валясь на маленьких людей, поскольку им противостояла целая стена щитов; они гибли как мухи. Однако за ними следовали другие, с новой силой обрушиваясь на первые ряды шилтрона. В конце концов им удалось пробиться в середину.

Джим, Брайен, Жиль и Дэффид стояли на некотором возвышении у подножия той скалы, на вершину которой вскарабкались Лизет и Снорл; в первый момент они могли наблюдать за ходом битвы совсем как простые зрители. Джим заметил, что маленькие люди несомненно хорошо знакомы с тактикой полых людей и приготовились к их атаке.

Они позволили противнику разбить свой боевой порядок, однако тут же перестроились, разделившись на небольшие группки, которые почти со всех сторон были прикрыты щитами и напоминали, благодаря торчавшим во все стороны копьям, ежей. Полые люди оказались зажатыми между группами по десять – пятнадцать маленьких людей.

Внезапно Джим понял, что не может и дальше оставаться зрителем. За полыми людьми в полном вооружении появились те, кто был закован в латы лишь частично, – это зрелище могло бы показаться забавным, если бы не было таким жутким. Они походили на облако, состоящее из различных частей доспехов – от целого панциря со шлемом до единственной стальной перчатки, сжимавшей меч. Полые люди обрушились на маленьких людей, да и Джима, Брайена, Жиля и Дэффида не обошли стороной.

Лучники маленьких людей отбросили луки, выхватили мечи и присоединились к своим соплеменникам. Тем временем целая груда металлолома окружила Джима, Брайена и Дэффида, пытавшихся держаться как можно ближе друг к другу. Джим, Жиль и Брайен прикрывали Дэффида своими закованными в латы телами. К удивлению Джима, Дэффид подобрал длинный двуручный меч одного из убитых полых людей и размахивал им, словно берсеркер

.

Они справились с окружавшим их роем, но тут же снова оказались в окружении. Брайен весело кричал, получая от происходящего немалое удовольствие.

У Жиля тоже поднялось настроение; они с Брайеном обменивались репликами, сообщая друг другу о тех противниках, с которыми вступали в схватку.

Даже Джимом овладел энтузиазм – правда, не такой, как во время его смертельного поединка с сэром Хьюго де Маленконтри, сподвижником Темных Сил и рыцарем, чей замок перешел теперь к Джиму; но что-то подобное он испытал прошлой весной, когда участвовал вместе с Брайеном в небольшом, зато яростном сражении с явившимися с моря разбойниками у стен принадлежавшего Брайену замка Смит.

Как и во всех рукопашных битвах, все вокруг смешалось, по крайней мере для Джима, в бесформенную массу; каждый убивал или старался убить, чтобы остаться в живых; хаос продолжался до тех пор, пока вдруг не обнаружилось, что убивать больше некого.

Обессиленный, Джим остановился, опершись на свой меч. Брайен и Жиль, тяжело переводя дыхание, стояли рядом, Дэффид тоже был тут, но казался не таким утомленным.

Джим огляделся: не только вокруг них, но и повсюду, на сколько хватал глаз, не было видно ни одного полого человека; лишь кучи одежды и доспехов валялись по всей долине.

Переведя дух, Джим подошел к Ардаку; тот вложил в ножны меч, отбросил щит и устало приветствовал Джима. Дэффид и остальные лучники отправились собирать, свои стрелы.

– Ну вот, – вздохнул предводитель маленьких людей, снимая шлем, – все кончено. И все-таки странная атака.

– Почему? – спросил Джим. Он почувствовал, что Брайен, Жиль и Дэффид приближаются к нему.

– Кое-кто, хотя их и немного, мог бы уйти в последний момент, – ответил Ардак. – Но кажется, мы перебили всех. Они сражались до конца, а это очень не похоже на них.

Он взъерошил волосы, чтобы освежить голову. Волосы взмокли от пота и казались черными, как деготь, образуя странное сочетание с рыжеватой бородой и ясными голубыми глазами.

– Они обычно не дерутся до последнего воина? – спросил Джим.

Ардак отрицательно покачал головой.

– Но ты, кажется, говорил, что их не пугает смерть, потому что, пока живы другие полые люди, убитыe будут возвращаться к жизни через сорок восемь часов.

– Так оно и есть. – Ардак почесал в голове. – Они умирают охотнее, чем живые люди. Но смерть им все-таки не безразлична. Когда видят, что не могут убить достаточно людей, чтобы оправдать свою смерть, они обычно отступают. На сей раз они поступили иначе. Это не менее странно, чем их смелое вторжение на нашу территорию, которую мы всегда защищали от них. – Он немного помолчал и еще раз провел ладонью по своим мокрым волосам. – К тому же они нанесли нам больший урон, чем обычно, потому что ринулись в битву вообще очертя голову. У нас шестеро погибших, и еще четверо нуждаются в уходе и лечении. Как я говорил, мы способны восстановить потери, но только если это не будет повторяться слишком часто. Конечно, мы не сложим оружия ни в коем случае, но если наших людей погибнет больше, чем мы сможем возместить, то мы попросту вымрем. Мне это не нравится. Ни с какого боку не нравится.

Откуда-то издалека донеслись какие-то пронзительные звуки. Джим и Брайен в недоумении оглянулись по сторонам, а Жиль и Ардак посмотрели на вершину скалы где стояли Лизет и Снорл. Джим и Брайен тоже задрали головы. Лизет энергично махала им рукой.

– Приятный подъем, нечего сказать, – недовольно пробормотал Жиль. – Но без особой причины Лизет не позвала бы нас. – Он повернулся к Джиму, Брайену и Дэффиду, который уже вернулся к своим друзьям:

– Джентльмены, не угодно ли вам составить мне компанию и прогуляться вверх по этому склону? – Жиль отер пот с лица; в руке он держал шлем, который снял, как и все остальные, чтобы освежиться.

– Если ты считаешь, что это необходимо, – сказал Брайен, а Джим кивнул.

Как обычно, когда требовалось конкретное действие, Брайен возвращался к своей естественной роли лидера.

Подъем был долог и утомителен. Когда они наконец достигли вершины, им потребовалось еще некоторое время посидеть, восстанавливая дыхание, прежде чем они смогли говорить с Лизет. На ее кожаной перчатке, обернутой чем-то вроде легкого шарфа, сидел сокол.

Несмотря на сильную усталость, Джим принялся с интересом рассматривать птицу. К тому времени он уже кое-что знал о соколиной охоте и теперь сразу понял, что на руке Лизет сидит превосходный сапсан. Обычно женщины предпочитали держать более мелких птиц – кречетов, чеглоков или же молодых самцов длиннокрылых соколов вроде сапсана, но только молодых.

– Вам не обязательно говорить, – сказала Лизет. – Я сама вам все скажу.

Отец послал сюда Серокрылку, зная, что она разыщет меня. К ноге у нее была привязана бумажка, на которой нарисованы меч и плащ. Значит, в замке появился или вот-вот появится какой-то важный гость. Нам всем нужно возвращаться как можно скорее. – Она с сочувствием посмотрела на них:

– Так что вам придется спуститься к вашим лошадям. Возьмите и мою, а мы со Снорлом встретим вас там, у подножия гор.

Глава 8

Почему бы тебе просто не спуститься вместе с нами? – проворчал Жиль.

– Не могу, я с Серокрылкой. – Она примирительно коснулась руки Жиля. Если хотите взять с собой Снорла…

– Снорл не намерен идти! – перебил волк. – Я здесь для того, чтобы охранять Лизет и указывать ей путь, и все тут!

– Ладно, – вздохнул Жиль.

Он повернулся к своим друзьям:

– Похоже, у нас все равно нет выбора.

И они полезли вниз по склону. Когда они снова оказались в долине, то смогли утешиться разве что тем, что теперь можно сесть на коней и обратный путь проделать верхом, а не пешком. Маленькие люди уже исчезли.

Даже тела убитых исчезли из долины; а кроме того, маленькие люди совершили то же, что инстинктивно сделал давеча Джим: они унесли с собой все доспехи, одежду и оружие, оставшиеся от полых людей. Ручей, тростник, небольшой пятачок каменистой земли – все выглядело как прежде, словно никакой битвы и не было.

Четверо всадников возвращались в замок.

– Мы случайно не заблудимся на обратном пути? – спросил Джим Жиля. Жиль отрицательно покачал головой:

– Нет. Я, конечно, знаю эти места похуже, чем Лизет, и тем более чем волк, который всюду бродит и все видит, но обратный путь сумею найти. Еще минут пятнадцать езды шагом – и мы встретимся с Лизет и Снорлом.

Его расчет оказался удивительно точным. Джим только никак не ожидал, что, когда они доберутся до условленного места, там их уже будут ждать Лизет и Снорл, ведь путь по гребням гор кажется куда более длинным и трудным Сокола на кожаной перчатке Лизет уже не было.

Жиль тоже заметил это.

– Где Серокрылка? – спросил он, подъехав к сестре. – Ты послала ее обратно в замок? Там ей не с кем разговаривать, никто ее не поймет. Они даже не узнают, нашла она нас или…

Лизет покачала головой:

– Серокрылка мне кое-что рассказала, пока мы шли сюда. Онa парила высоко над лесом – ты знаешь, как летают сапсаны…

Джим припомнил, что когда-то читал о сапсанах; они и в самом деле летают очень высоко. Серокрылка, возможно, кружила на высоте двух тысяч футов, а то и больше, разыскивая Лизет.

– …и увидела отвратительного червя. Этих тварей здесь еще никогда не было. Мы слышали только старинные истории про них. Я послала ее, чтобы она рассмотрела его получше и потом рассказала мне, где он.

Пока Лизет говорила, они ехали рядом. Внезапно Джим натянул поводья и остановил своего коня; остальные тоже машинально остановились.

– Подождите, – сказал Джим, отвечая на их вопросительные взгляды. – Нам лучше оставаться здесь, не так ли? Чтобы она могла нас найти?

Лизет хихикнула:

– Серокрылка разыщет нас где угодно. Не думайте об этом, милорд. Она летает очень высоко и видит на много миль вокруг; даже если внизу пробежит заяц, она может ринуться на него, хотя, конечно, сапсаны, тем более обученные, предпочитают ловить добычу в воздухе. Даже если мы вернемся в замок, прежде чем она найдет нас, она последует за нами, влетит в окно и сядет на свой насест.

– Ты уверена? – с сомнением проговорил Джим, когда они снова тронулись в путь.

– Я? Конечно, уверена. Сокольничие могут потерять свою птицу где-нибудь в лесу. Но Серокрылка и другие птицы и звери, которых я знаю, мне как братья и сестры. Она вернется в замок, если мы приедем туда раньше. В любом случае я смогу поговорить с ней.

– Она права, Джеймс, – сказал Жиль. – Она действительно умеет с ними как-то разговаривать.

– Тогда все в порядке, – кивнул Джим.

– Нам лучше ехать побыстрее, – заметила Лизет. – Камни уже позади, и лошади теперь не собьют копыта.

Они прибавили ходу и поскакали к замку рысью. Обратный путь занял меньше времени, чем предполагал Джим. Возможно, они поехали короткой дорогой. Прошло всего минут пятнадцать, и они остановили коней во внутреннем дворе замка.

Слезая с седла, Джим заметил некоторую странность в поведении Брайена.

Спешившись, Брайен слегка покачнулся и ухватился за луку седла. Лицо его побелело как полотно.

Джим открыл было рот, собираясь спросить Брайена, что с ним, однако Лизет оказалась проворней. Соскочив с коня, она подбежала к Брайену и взяла его под руку.

– Сэр Брайен! Вам плохо? Вас ранили в этой битве?

– Да, похоже, немного задело, – слабым голосом проговорил Брайен и рухнул наземь.

– Помогите! – закричала Лизет, безуспешно пытаясь поднять с земли закованного в латы Брайена. – Надо перенести его в постель и скорее отворить кровь!

– Нет, – решительно возразил Джим. – Никаких кровопусканий! Бережно несите его в нашу комнату! – Он уже отвязывал от седла сверток, который всегда возил с собой.

Жиль и Дэффид подошли к Брайену и подняли его. На помощь им тут же подоспели конюхи, которые должны были позаботиться о лошадях. Шесть человек понесли Брайена в замок. Джим, задержавшись, обернулся к Лизет:

– Извини, но я сам позабочусь о его лечении.

– Конечно, с помощью вашей магии! Только, милорд… поспешите! Боюсь, ему стало еще хуже после подъема на скалу и всей этой дороги!

– Меня беспокоит то же самое! – мрачно проговорил Джим и поспешил в замок.

Они уложили Брайена на кровать в выделенной им комнате и стали снимать с него доспехи; вся одежда рыцаря до ниточки промокла от крови.

– Поднимите его! – рявкнул Джим. Он и сам не ожидал, что его голос прозвучит столь властно; но причиной тому было беспокойство за Брайена, и, к несчастью, все восприняли командный тон Джима как само собой разумеющееся.

Жиль и Дэффид с помощью двух конюхов приподняли Брайена над кроватью, один человек поддерживал его голову. Джим сорвал с кровати покрывала и буквально швырнул их в руки Лизет:

– Отнеси это на кухню и прокипяти; потом как можно скорее высуши.

– Сию минутку, милорд! – кивнула Лизет и выбежала из комнаты с покрывалами в руках.

Тем временем Джим скинул доспехи, которые стесняли его движения. Затем он взял прихваченный с собой сверток, развернул грубую холстину, пропитанную воском, и, достав свой плащ, расстелил его на досках кровати.

– Кладите его на плащ, – скомандовал Джим. – Так, хорошо. Давайте снимем с него всю одежду: ее тоже надо отнести на кухню и прокипятить… Нет, подождите, – сказал он, когда Дэффид начал собирать снятую с Брайена одежду. Брайену вряд ли понравится, если его костюм сядет настолько, что он не сможет втиснуться в него. Ткани в четырнадцатом веке были совсем не те, что в двадцатом, и плохо переносили стирку. – Лучше развесьте на чем-нибудь перед кухонным камином.

Посмотрите, чтобы в швах не осталось блох или вшей. – Джим перевел взгляд на Дэффида и Жиля:

– Кто из вас позаботится об этом?

– Я! – поспешно вызвался Жиль. – Я знаю, кому на кухне можно доверить сушить вещи, чтобы не испортить их.

Он собрал одежду Брайена и покинул комнату бегом, так же как и его сестра.

Поручение старшего по рангу немедленно исполнялось младшим; последний, даже если он был графом, получив приказ от короля, не шел, а бежал его выполнять.

Джеймса прежде несколько раздражал этот обычай, но тут он впервые смог оценить его преимущества.

Брайен, почти обнаженный, лежал на плаще. Джим знал, что его плащ совершенно чист и в нем нет ни блох, на вшей – его под руководством Энджи приготовили Джиму для поездки в замке Маленконтри.

Однако плащ не мог смягчить твердости ложа. Правда, Брайен еще не пришел в сознание и ничего не чувствовал.

Разумеется, он потерял очень много крови. Джим обернулся, чтобы отдать какое-то распоряжение Дэффиду, и заметил, что в комнате появились Геррак и два его старших сына.

– Нужно сделать еще кое-что, – сказал он. – Я был бы вам весьма обязан, милорд Геррак, если бы вы сделали это лично или хотя бы приказали кому-нибудь.

Нужно сходить на кухню и найти по крайней мере дюжину заплесневевших хлебных корок. Хлеб не должен быть ржаной, но любой другой годится, лишь бы на нем была плесень, голубоватая и немного пушистая. Мне нужна плесень, а не хлеб, но принесите мне корки на самой чистой ткани, какая только найдется на кухне. На самой чистой – это очень важно!

– Алан! – произнес Геррак, даже не взглянув на своего старшего сына.

Алан исчез в дверях с той же поспешностью, какую уже выказывали другие члены семьи.

Тем временем Джим нашел и осмотрел рану. К счастью, несмотря на сильное кровотечение, она оказалась не опасной – если только в нее не попала грязь.

Какое-то острое оружие пробило доспехи и оставило на боку Брайена длинный, хотя и не глубокий разрез – от нижних ребер почти до подмышки. Рана еще кровоточила, и Джим достал из своего свертка плотный прямоугольный предмет, будто слепленный из воска.

Но восковой была только его оболочка. Разломав ее, Джим извлек на свет Божий кусок толстой и мягкой, похожей на шерсть ткани, размером примерно два на три фута. Эту ткань Энджи дала Джиму на случай, если его ранят. Энджи сама стерилизовала ее и высушила в условиях, полностью исключавших возможность инфекции, а потом залила воском.

Сложив материю в одну длинную толстую полосу, Джим осторожно приложил ее ко все еще кровоточащей ране. Придерживая полосу рукой, он обернулся к Дэффиду.

– Подержи здесь, покрепче, – велел он лучнику, и Дэффид молча повиновался.

Освободив руки, Джим достал из своего свертка еще несколько кусков материи, уже разрезанных на длинные жгуты. Этими лоскутами он обмотал туловище Брайена, плотно привязав к нему тампон, который держал Дэффид. И хотя ткань намокла от крови, кровотечение все же как будто приостановилось. К несчастью, Джим израсходовал весь свой запас чистой материи, прежде чем рана была промыта и обработана плесенью с хлеба. Кровь продолжала сочиться, а Джим был недостаточно сведущ в медицине, чтобы знать, как остановить кровотечение в такой большой ране.

Внезапно Джиму пришло в голову, что в комнате не слишком тепло, а Брайен лежит голый, и если не заражение крови, то уж воспаление легких рыцарю гарантировано.

На миг Джиму показалось, что все его усилия напрасны. У него просто не было больше чистой ткани, но потом в голове прояснилось и мысль заработала.

Конечно, у него осталась чистая ткань. По крайней мере, более чистая, чем любая тряпка, которую можно найти в этом замке. Он начал снимать собственную одежду, накрывая ею бесчувственное тело друга.

Оставшись в своих средневековых подштанниках и рубахе и убедившись, что Брайен наконец неплохо укрыт, Джим обернулся: кроме него в комнате находились лишь Геррак де Мер и Дэффид.

– Я не был уверен, милорд, – сказал Геррак, – но подумал, что вам будет удобнее заниматься вашей целебной магией при наименьшем количестве свидетелей.

Не можем ли я или мои люди и члены семьи быть вам еще чем-нибудь полезны?

– Нельзя ли как-нибудь согреть эту комнату? – пробормотал Джим.

– Разумеется, – ответил Геррак. – Можно принести жаровню. А если зажечь факел на стене, то он будет давать вам не только свет, но и тепло.

Распорядиться?

– Да, – кивнул Джим и тут же подумал о дыме, который сразу заполнит небольшое помещение. – Или нет, пожалуй, не стоит. Тут будет слишком дымно и трудно… э-э… заниматься магией.

Геррак, который уже шагнул к двери, обернулся.

– Здесь была спальня моей дорогой супруги, и я велел застеклить окна, хотя это оказалось дорогим и сложным делом. Но часто, особенно зимними утрами, здесь горели жаровня и факел, поэтому я велел также проделать наверху в стене отдушину, чтобы дым выходил наружу.

Он подошел к застекленным окнам, над которыми, как теперь заметил Джим, находилось нечто вроде небольшой железной дверки с висевшей на ее ручке цепочкой. Геррак потянул за цепочку, и дверца, державшаяся, похоже, на петлях внизу, открылась, отклонившись от стены градусов на сорок пять.

– Но, наверное, ни к чему ее открывать, пока не зажгут жаровню и факел, заметил Геррак, взглянув на Джима.

– Вы правы, милорд, – ответил Джим, чувствуя, что у него гора с плеч свалилась. – Вы превосходно все устроили. Лучших условий для раненого и быть не может. Будьте любезны приказать, чтобы принесли жаровню и лучин для факела.

Геррак кивнул, прикрыл маленькую железную дверку и снова повернулся к выходу.

– Алан! – позвал он, почти не повышая голоса, однако благодаря особым вокальным способностям, свойственным всем де Мерам, этот зов мог пробить даже каменную стену.

Ответа не последовало. Геррак пробормотал что-то весьма похожее на ругательство.

– Хо! – крикнул он уже во всю мощь своего чудовищного голоса. – Кто-нибудь – сюда!

Он подождал несколько секунд, но в ответ не раздалось ни звука.

– Пойду распоряжусь сам! – проворчал он. – Подождите меня. Я сейчас вернусь.

Он исчез за дверью.

– Милорд, – почти официально обратился к Джиму Дэффид. – Не мое дело давать советы магу. Но у Брайена уже дважды дрогнули веки. Он скоро придет в сознание, а моя бабушка говорила, что человек, потерявший много крови, должен как можно больше пить. Не принести ли мне вина для Брайена?

– Нет, не вина, – поспешно сказал Джим. – Воды… Нет, местная вода тоже не годится. Слабого пива, и побольше.

– Сдается мне, – неуверенно заметил Дэффид, – что Брайен предпочел бы вино.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23