Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Велисарий (№4) - Удар судьбы

ModernLib.Net / Фэнтези / Дрейк Дэвид, Флинт Эрик / Удар судьбы - Чтение (стр. 2)
Авторы: Дрейк Дэвид,
Флинт Эрик
Жанр: Фэнтези
Серия: Велисарий

 

 


Мгновение спустя они миновали деревья и остановились у фермы.

«М-да, если тут, конечно, можно забаррикадироваться», — подумал он уныло, оценивая строение.

— Дверь только одна, — заметил Маврикий. — Может, есть и черный ход, но сомневаюсь. Если это — типичная персидская ферма.

— Ты называешь это «дверь»? — спросил Валентин. Его выражение лица напоминало гримасу человека, который только что съел корзину лимонов.

Маврикию удалось пожать плечами, когда он спрыгивал с лошади.

— Пойдет. Пойдет. Вероятно, мы сможем ее укрепить балками. — Он посмотрел вверх на полуобвалившуюся крышу. — Думаю, их там валяется достаточно.

Валентин не стал больше ничего комментировать, хотя его постоянное кислое выражение лица делало понятным, что он думает о месте обороны с обвалившейся крышей.

Пятеро римлян спешились, открыли дверь и завели лошадей в дом. Наполовину затемненная внутренняя часть фермы на минуту или около того наполнилась шумом и пылью, поднимаемой лошадьми, которые все еще тяжело дышали и нервно гарцевали. Васудева успокоил лошадей, а затем привязал их, в то время как четверо его товарищей разделились и обследовали место.

Обследовали быстро, но тщательно.

Маврикий подвел итог.

— Могло оказаться хуже. Стены толстые. Камни хорошо подогнаны друг к другу. Крыша будет проблемой, но по крайней мере, когда она падала, то потащила за собой и соседние стены, — он показал на разруху в северной трети фермы. — Один или двое раджпутов смогут там протиснуться, но нет шанса пролезть всем сразу же.

Он положил руки на бедра и в последний раз осмотрел их форт.

— На самом деле не так плохо. После того, как забаррикадируем дверь…

Он улыбнулся, наблюдая, как этим занялся Анастасий. Гигант просто взял в руки балку и подпер ею дверь. Затем, так небрежно, словно это был прутик, взял еще одну и укрепил дверь и ею.

— …мы сможем какое-то время их удерживать, — закончил фразу Маврикий.

Выражение лица Валентина оставалось кислым.

— Великолепно, — рявкнул он. — Вы обратили внимание, что выхода отсюда нет? Вы обратили внимание, что тут нет еды?

Валентин с мрачным видом следил за Велисарием, который снимал крышку с того, что казалось колодцем в юго-восточном углу.

— По крайней мере есть вода, — проворчал Валентин. — Может быть. Если этот колодец не высох.

Тогда заговорил Велисарий, с удивительной веселостью.

— Гораздо лучше, Валентин. Гораздо лучше. Я считаю, что это — путь в кванат. — Он показал вниз в колодец. — Взгляни сам.

Валентин с Маврикием поспешили к нему.

— Давайте быстрее, — приказал Васудева. Кушан смотрел в небольшую щель в западной стене. — Раджпуты уже в рощице.

— То же самое с этой стороны, — добавил Анастасий, глядя сквозь подобную щель в противоположной стене. — Они нас окружают. — Мгновение спустя он сообщил: — Теперь они спешиваются, собираются атаковать нас на своих двоих. — Он заговорил оскорбленным тоном: — Я думал, раджпуты никогда не слезают с коней. Даже ездят на них в туалет.

— Не раджпуты Раны Шанги, — лениво заметил Велисарий, все еще глядя в колодец. — Он такой же твердолобый, как и все раджпуты, когда дело доходит до вопросов чести, но не склонён к глупости, когда дело касается военной тактики.

Внезапно Васудева зашипел.

— У них гранаты! — воскликнул он.

Велисарий резко поднял голову, оторвавшись от обследования колодца.

— Ты уверен? — спросил он. Вопрос был риторическим. Васудева — не тот человек, который может так ошибиться.

— Я думал, малва не позволяют никому, кроме своих кшатриев, использовать пороховое оружие, — заметил Валентин.

— И я так думал, — почесывая подбородок, задумчиво произнес Велисарий. — Похоже, Дамодара решил изменить правила.

Он снова принялся за изучение колодца.

— Неудивительно. По слухам, он у них самый лучший полевой командир, а раджпуты — основа его армии. К тому же это раджпуты Раны Шанги.

Пока он продолжал осматривать колодец, его тон стал задумчивым.

— Это объясняет засаду. Я забыл, насколько хорош Шанга. Слишком привык к надменным малва в Месопотамии. И Шанга меня знает. Он, вероятно, просчитал, что я сам буду заниматься рекогносцировкой, и поставил капканы у подножия всех гор.

Закончив обследование, Велисарий поднял голову. Когда заговорил вновь, железный тон показывал, что он принял решение.

— Теперь нет смысла баррикадироваться, — объявил полководец. — Они не станут жертвовать кем-то, пытаясь прорваться сквозь дверь. Они просто взорвут стены фермы.

— Они уже приближаются, — подтвердил Васудева. — С моей стороны — трое, с гранатами. Я даже не могу в них выстрелить. В эту щель едва можно смотреть, стрела не пролезет.

— С моей стороны — двое, — объявил Анастасий. — То же самое.

Велисарий показал пальцем вниз, в колодец.

— Мы уйдем этим путем. Снимайте доспехи. Нам предстоит долгий спуск вниз, по узкой шахте, и я не представляю, сколько места внизу.

— А лошади? — спросил Валентин. Велисарий покачал головой.

— Нет способа спустить их вниз. Мы используем их для отвлекающего маневра. Но вначале… — Он широкими шагами направился к лошадям. — Доставайте наши гранаты. Я хочу установить их вдоль стен. Мы выполним за раджпутов их работу. Взорвем всю ферму. Это скроет наш побег.

Он начал доставать гранаты из седельных вьюков. Мгновение спустя Маврикий с Валентином занялись тем же самым.

— У меня есть запал, — объявил Маврикий. — Мы можем связать вместе все гранаты. И взорвать их одновременно.

Велисарий кивнул. Он отнес несколько гранат к западной стене и стал устанавливать там, в то время как Валентин занялся тем же самым у восточной. Маврикий привязывал запалы к запалу.

— Ложитесь! Быстро! — внезапно крикнул Васудева.

Все пятеро римлян мгновенно рухнули на грязный пол. Мгновение спустя серия взрывов сотрясла здание. На западной стене, недалеко от Васудевы, появилась небольшая дыра. Везде в других местах стены выстояли, хотя заметно дрогнули.

— Благослови, Боже, хорошую работу каменщиков, — пробормотал Анастасий. — Всегда восхищался каменщиками. Святые ребята все они.

Лошади дернулись, заржали в страхе, пытаясь вырваться — они были привязаны к упавшей балке. Маврикий, самый лучший специалист по лошадям среди римлян, бросился к животным, чтобы их успокоить.

— Раджпуты готовятся к атаке? — спросил Велисарий. Васудева вернулся к своей щели и покачал головой.

— Нет. Они очень хитрые. Снова готовят гранаты. Они не пойдут в атаку, пока этот дом не превратится в груду обломков. Хотят, чтобы падающие камни сделали за них работу, — одобрительно проворчал он. — Хорошие солдаты. Умные.

Велисарий кивнул.

— Это дает нам несколько минут. — Он показал на дверь. — Анастасий, снимай балки. Потом готовься выбить дверь. Маврикий, как только дверь откроется, гони в нее лошадей. Они на мгновение остановят раджпутов. Они подумают, что мы пытаемся прорваться, а кроме того, раджпуты любят хороших лошадей. — Полководец весело улыбнулся. — Они не смогут устоять и потратят время на их поимку.

Велисарий повернулся. Увидел, что Валентин за это время уже связал все гранаты. Велисарий удовлетворенно кивнул.

— Значит, так. Васудева, ты идешь первым. Потом Валентин. Маврикий с Анастасией, как только выгоните лошадей, сразу же спускаетесь. Я пойду последним.

Велисарий взялся за тяжелую крышку, закрывающую колодец, и поставил ее на низкую каменную стену, окружающую проем. Затем взял короткую балку и поддел ею крышку. Когда придет время, Велисарий сможет закрыть проем крышкой, просто выбив из-под нее балку.

Он начал снимать доспехи. Прежде чем он снял их наполовину, Васудева уже избавился от своих и забирался в колодец. Кушан схватился за деревянный колышек, укрепленный в камне внутри шахты — первый из многих, служивших лестницей — и стал спускаться вниз.

— По крайней мере я избавился от этого ужасного глупого шлема необразованных варваров и этих… — Следующие слова потерялись, когда он исчез в темноте.

Валентин протянул Велисарию конец запала и сам начал спускаться в колодец. Ему было нечего сказать. По крайней мере, ничего конкретного. Он яростно что-то бормотал.

Велисарий поднял голову. Маврикий с Анастасией заняли свои места. Они тоже уже избавились от доспехов.

— Начали, — приказал он, затем вспомнил о невыполненной задаче и прокричал: — Подождите! Мне нужен кремень!

Маврикий нахмурился и быстро запустил руку в один из седельных вьюков. Мгновение спустя достал оттуда кремень и бросил Велисарию. Как только Анастасий увидел, что Велисарий его поймал, огромный фракиец сдвинул с места одну из балок. Мгновение спустя за ней последовала вторая. А затем, еще через мгновение, Анастасий одним сильным ударом выбил дверь. Одного сильного удара оказалось достаточно, чтобы разбитая в щепки дверь полетела во двор.

После этого Анастасий бросился к колодцу, в то время как Маврикий, крича и ругаясь, погнал лошадей через проем.

Анастасий с трудом пролез в колодец, но отнесся к проблеме философски.

— О школе киников можно сказать многое, — заговорил он, когда стал неуклюже спускать свое огромное тело вниз по узкой каменной шахте. — Они были несправедливо оклеветаны…5

Мгновение спустя Маврикий фактически впрыгнул в колодец.

— Давай быстро, парень, — прошипел он. — Не надо этой твоей чуши с идеальным расчетом времени. Раджпуты уже идут. — Он стал спускаться вниз. — Просто взрывай. Сейчас!

«Хорошо сказано», — согласился Эйд.

Велисарий не собирался спорить. Он только подождал какое-то время, желая удостовериться, что Маврикий спустился достаточно глубоко, и он сам не наступит ему на голову. Тогда он высек искру и поджег шнур. Велисарий подождал еще секунду, теперь желая удостовериться, что шнур хорошо горит, потом бросил его на пол. Затем забрался в колодец, немного спустился вниз, поднял руку и выбил балку. Тяжелая деревянная крышка закрыла проем. Велисарий едва успел опустить голову и убрать руку, чтобы ему не придавило пальцы.

Теперь внутри колодца стояла кромешная тьма. Велисарий стал быстро спускаться вниз, на ощупь находя деревянные колышки.

Он спустился на двадцать футов вниз, когда наверху громыхнуло. Сила взрыва сотрясла стены шахты. На мгновение Велисарий застыл на месте, напряженно прислушиваясь. Он слышал, как сверху на крышку колодца с грохотом падают камни и тяжелые балки, и боялся, что она может сломаться. Лавина камней и мусора сметет его с лестницы. Он не представлял, как далеко вниз придется падать.

«Достаточно, — мрачно подумал Эйд. — Очень далеко».


Падать пришлось бы сорок футов.

Когда он наконец добрался до дна колодезной шахты, его нога какое-то время рассекала воздух в поисках очередного колышка. Затем чья-то рука схватила его за лодыжку.

— Все, полководец, — послышался из темноты голос Валентина. — Анастасий, спускай его.

Огромные руки схватили Велисария за бедра. Полководец отпустил колышки и Анастасий легко поставил его на пол. Велисарию показалось, что под ногами гравий.

Он попытался встать прямо, затем резко замедлил движение. Он не видел потолка и боялся стукнуться головой.

Это заставило задуматься о новой проблеме.

— Черт побери, — проворчал он. — Я забыл, что тут будет так темно.

— Я не забыл, — послышался самодовольный ответ Маврикия. — И Васудева не забыл. Но надеюсь, у тебя хватило ума захватить с собой кремень. Он у нас единственный.

Велисарий опустил руку в тунику и достал кремень. Его рука в темноте встретилась с рукой Маврикия. Фракийский хилиарх взял кремень и высек искру. Мгновение спустя Маврикий зажег вощеный фитиль. Это был короткий кусок пропитанной воском веревки, один из полевых факелов, которые римские солдаты берут с собой во время кампании.

Чадящего, мерцающего света было достаточно, чтобы озарить окружающее их пространство. Велисарий начал быстрый осмотр, Маврикий зажег второй вощеный фитиль, который держал Васудева.

Оглядевшись вокруг, Валентин тихо присвистнул.

— Черт побери! Я впечатлен.

На Велисария увиденное тоже произвело сильное впечатление. Подземный акведук, в котором они оказались, был прекрасно сконструирован — он легко подходил под лучшие стандарты римских инженеров. Акведук — кванат, как его называли персы, используя арабский термин — был квадратным в поперечном разрезе, грубо говоря — восемь футов в ширину на восемь футов в высоту. Центральная часть туннеля, примерно четыре фута в ширину, опускалась вниз на два фута. Центральную часть, где обычно текла вода, за исключением паводков в середине весны, покрывал гравий. Бока оказались грубо вымощенными каменными блоками и достаточно широкими, чтобы по ним мог идти человек6.

За исключением небольшой струйки воды, которая струилась по самому центру, кванат оставался сухим. Сезон только начинался, и большая часть снега еще не растаяла.

— Какой тут угол наклона, как думаешь, Маврикий? — спросил Велисарий.

— Я похож на инженера? — проворчал хилиарх. — Не имею ни малейшего…

— Градусов двадцать, — перебил Васудева. — Может, и тридцать. — Кушан нежно улыбнулся. В мерцающем свете факела он казался ухмыляющейся горгульей. — Это горная местность, как и моя родина. Здесь нет никаких пологих римских склонов. — Он показал факелом. — Туда. Благодаря наклону легко определить направление. Но нам далеко идти.

Он пошел первым, следуя по выступу справа.

— Нам предстоит долгий путь, — весело бросил он через плечо. — Изматывающий. В особенности для римлян, привыкших к философским склонам и поэтическим холмам. — Он хрипло рассмеялся. — Ха!


Час спустя Валентин начал жаловаться.

— Хватило бы места лошадям, — стонал он. — Здесь достаточно места.

— А как бы ты спускал их вниз? — спросил Анастасий. — И в любом случае какая бы от этого была польза?

Гигант посмотрел на каменный потолок. В отличие от других, Анастасий решил идти по центральному желобу кваната. С краю ему пришлось бы сутулиться.

— Самое большее, восемь футов, — объявил он. — Ты не смог бы тут ехать на лошади. Ты все равно шел бы пешком и вел бы недовольных животных под уздцы.

В ответ послышалось бормотание.

— Поэтому хватит стонать, Валентин. В жизни есть худшие вещи, чем долгий путь пешком вверх по склону.

— Что, например? — рявкнул Валентин.

— Например, смерть, — последовал спокойный ответ.


По пути они миновали множество вертикальных шахт, идентичных той, по которой спустились вниз. Но Велисарий их проигнорировал. Он хотел удостовериться, что они добрались до гор, перед тем как выходить на поверхность.

Через три часа после начала пути они увидели первое ответвление к какому-то выходу — из тех, которые обеспечивали более легкий доступ в кванат. Теперь не требовалось карабкаться вверх по шахте, можно было просто идти пешком по наклонной поверхности. Велисарий поборол искушение. Он хотел подальше зайти в горы перед тем, как выходить на поверхность, подальше от места возможного обнаружения.

Дальше. Валентин снова стал ворчать.

Через два часа — склон теперь стал значительно круче — они добрались до еще одного выхода. Этот был почти ровным, что показывало, как высоко в горы они зашли.

Снова Велисарий испытал искушение. И снова поборол его.

Дальше. Вперед.

Теперь Валентин ворчал безостановочно.


Через час или около того они добрались до еще одного ответвления, и Велисарий наконец решил, что этот выход безопасен. Когда они вышли на поверхность, то оказались на том же горном перевале, с которого отправились вниз на плато. Спустилась ночь, и местность освещала полная луна.

Было очень холодно. И они очень сильно проголодались.

— Мы встанем лагерем здесь, — объявил Велисарий. — Как только завтра рассветет, тронемся в путь. Надеюсь, часть конницы Кутзеса вскоре найдет нас. Я велел ему постоянно отправлять подразделения на рекогносцировку.

— Которые могли бы сделать то, что только что сделали мы, — проворчал Маврикий. — Главнокомандующий не должен заниматься этой работой.

«Абсолютно верно», — пришел решительный ментальный импульс от Эйда.

— Абсолютно верно, — эхом отозвались Валентин, Анастасий и Васудева.

Увидев, как четверо мужчин гневно смотрят на него в лунном свете, и чувствуя, как кристалл посылает гневные ментальные импульсы ему в сознание, Велисарий вздохнул.

«Это будет долгая ночь. А завтра — еще более долгий день — если мне повезет, а Кутзес выполнит свою работу. Если же нет…»

Он вздохнул.

«Дни! Дни пути! Придется тащиться через горы, и это плохо само по себе, даже когда каждый шаг не сопровождается укоризненными „Я же тебе говорил"».

— Я же тебе говорил, — последовали неизбежные слова Маврикия.

Глава 3

— Я предупреждал вас, — пробормотал Рана Шанга. Царь раджпутов широкими шагами прошел к колодцу и заглянул в шахту.

Пратап, командующий кавалерийским подразделением, сдержал вздох облегчения. Временами Шанга демонстрировал ужасные вспышки гнева, впадал в дикую ярость. Но на этот раз слова укора звучали скорее философски, чем обвиняющие.

Пратап присоединился к царю у колодца.

— Вы последовали за ними? — спросил Шанга. Пратап колебался, затем расправил плечи.

— Я отправил несколько человек на разведку. Но там внизу — непроглядная тьма, а у нас не было с собой хороших факелов. Ничего, что горело бы дольше нескольких минут. К тому времени, как мы наконец разобрали завал и догадались, что произошло, у римлян был по крайней мере час, за который они могли уйти далеко. Мне показалось бессмысленным…

Шанга отмахнулся от дальнейших объяснений.

— Тебе не нужно оправдываться, Пратап. На самом деле я согласен с тобой. Вы почти наверняка не догнали бы их, даже если бы вы…

Он распрямился, закончил осмотр колодца. На самом деле он практически ничего не увидел. Только выложенную камнями шахту, спускающуюся во тьму.

— Судя по твоему описанию гиганта-римлянина, я уверен: это был один из двух личных телохранителей Велисария. Я забыл, как его зовут. Но второго зовут Валентин и…

Уголком глаза Рана Шанга заметил, как Удай поморщился. Удай был одним из непосредственных подчиненных Шанги и следующим за ним по рангу. Как и сам Шанга, Удай находился в шатре императора малва после захвата Ранапура. Император решил проверить, на самом ли деле Велисарий планирует предательство, и приказал ему казнить губернатора Ранапура и его семью. Римский полководец не колебался ни минуты и приказал Валентину выполнить работу7.

На мгновение, вспомнив, что тогда произошло, Шанга чуть сам не поморщился. Валентин выхватил меч и обезглавил шестерых человек за более короткое время, чем потребовалось бы большинству солдат, чтобы собраться с мыслями. Шанга сам считался одним из величайших мастеров меча в Индии. Валентин был одним из немногих людей, которых встречал Шанга — очень немногих, — кого он считал себе ровней. А встретиться с таким человеком там, внизу…

— Я все понял, — твердо сказал он. — В кванате, не имея возможности их окружить, преимущество было бы полностью на стороне римлян.

Рана Шанга отвернулся от колодца и стал пробираться назад среди обломков и прочего мусора.

— Засада провалилась — и все. Такое случается — в особенности, если тебе противостоит такой быстрый и хитрый соперник, как Велисарий.

Шанга увидел впереди Аджатасутру. Наемный убийца стоял у края груды камней, которая недавно была фермой. Шанга остановился и расправил плечи.

— Я не позволю критиковать своих людей, — твердо сказал раджпут ровным тоном. Он неотрывно смотрел на Аджатасутру, брови сомкнулись над гневно горящими глазами.

Аджатасутра улыбнулся и развел руки в успокаивающем жесте.

— Я не произнес ни слова. — Наемный убийца сухо усмехнулся. — На самом деле я с тобой согласен. Единственное, что меня удивило, — это то, что вы подошли так близко, как подошли. По правде говоря, я не воспринимал твой план серьезно. Полководцы, насколько я могу судить по опыту, не проводят рекогносцировку лично.

— Я провожу, — рявкнул Рана Шанга.

— Проводишь, — задумчиво произнес Аджатасутра. Наемный убийца внимательно посмотрел на царя раджпутов. На губах мелькнула улыбка. — Ты был прав, а Нарсес ошибся, — объявил он. — Ты лучше оценил Велисария, чем он.

Аджатасутра снова развел руками.

— Я просто сообщаю о фактах, Шанга, и все. Засада была хорошо подготовлена, и вы почти добились успеха. Но план провалился, как и часто случается в случае засад. Это не вменяется вину тебе или твоим людям.

Шанга кивнул. Мгновение он изучал стоявшего перед ним человека. Несмотря на то что Шанга обычно очень не любил шпионов малва, в этом случае он не мог не находиться под впечатлением от Аджатасутры. Аджатасутра являлся одним из самых известных успешных наемных убийц в империи малва. Год назад он был вторым человеком в группе малва, отправленных в Рим, которая организовала восстание против Римской империи. Главным союзником малва из предателей-римлян в этом заговоре считался Нарсес. Восстание — римляне назвали его «Ника» — в итоге провалилось благодаря Велисарию. Но заговорщики были близки к успеху и империя малва не обвиняла ни Аджатасутру, ни Нарсеса в провале. Эти двое предупреждали Балбана, главу миссии малва, что Велисарий и его жена Антонина ведут двойную игру. По крайней мере, так заявляли и Аджатасутра, и Нарсес — и доказательства казалось, подтверждали их слова8.

Поэтому после того, как Нарсеса признали невиновным в поражении, император Шандагупта назначил старого евнуха советником господина Дамодары. Евнух много лет являлся одним из главных чиновников Римской империи и имел большой опыт и обширные знания о хитросплетениях политики, а также степных варварах, полуварварах и их царьках, которые правили в самых восточных провинциях Персии. Он очень помог во время кампании, когда Дамодара и Шанга с боем прорывались на эти территории. Аджатасутра сопровождал Нарсеса. Он служил римскому предателю в роли первого заместителя или главного помощника, и также был его ногами и глазами. Несмотря на возраст, старый евнух все еще оставался бодрым и энергичным. Но если требовалось проехать верхом двадцать миль, чтобы проверить, почему провалилась засада, как в данном случае, вместо Нарсеса отправлялся Аджатасутра. Наемный убийца осмотрит место, оценит ситуацию, потом доложит.

Шанга расслабился. На самом деле он обнаружил, что Аджатасутра не грешит «отчетами» в свою пользу, которыми шпионы малва славились среди вассалов-раджпутов. Шанга никогда не станет испытывать искреннюю симпатию к Аджатасутре, поскольку любил наемных убийц не больше, чем предателей, даже переметнувшихся на его сторону, но, если быть честным с самим собой, Шанга не мог найти в Аджатасутре других пороков.

— На самом деле тебе повезло, — заметил Аджатасутра. — Ты не понес больших потерь.

— Убили четверых моих людей! — рявкнул Пратап. — Еще двоих ранили, а еще одного наполовину задавило, когда ферма взлетела на воздух. Он лишится обеих ног.

Аджатастура пожал плечами. В этом движении не было жестокости или безжалостности, он просто философски принимал жизненные факты.

— Могло быть гораздо хуже. Когда Велисарий взорвал стены, большая часть камней осыпалась внутрь. К счастью, он только пытался скрыть свой побег. Если бы его вынудили бороться за свою жизнь, гарантирую: погибла бы половина ваших людей. И очень немногие из выживших остались бы не ранены.

Глаза Пратапа горели от возмущения.

— Я не знал, что ты знаком с Велисарием. — Затем добавил с ухмылкой: — Если не считать поражения в Константинополе.

Аджатасутра внимательно осмотрел разозленного Пратапа. Сам он стоял расслабленно, лицо ничего не выражало.

— На самом деле я с ним не знаком. Я общался с Велисарием только на расстоянии. Но я очень хорошо знаком с его женой Антониной. Знаете, Балбан устраивал ей ловушку в Константинополе, как раз в самом конце восстания.

Злость на лице Пратапа сменилась любопытством.

— Я никогда об этом не слышал, — заявил он.

— И я не слышал! — рявкнул Шанга. Царь раджпутов гневно посмотрел на наемного убийцу из малва. — Вы попытались отомстить Велисарию, убив его жену?!

Теперь знаменитый характер Шанги выступал на поверхность. Аджатасутра снова сделал успокаивающее движение, разведя руками.

— Пожалуйста, Рана Шанга! Это была идея Балбана, не моя. И ты не можешь обвинять и его — приказ пришел прямо от Нанды Лала.

Упоминание Нанды Лала не только не успокоило Шангу, наоборот, ярость прорвалась наружу. Но по крайней мере, как видел Аджатасутра, ярость высокого и наводящего ужас раджпута теперь больше не направлялась на него самого. Как знал Аджатасутра, Рана Шанга и начальник шпионской сети всей империи малва друг друга терпеть не могут.

Наемный убийца широко развел руками.

— Я сам считал эту идею бредовой. Я предупреждал Балбана, что он недооценил женщину.

Яростный огонь в глазах Шанги потух, но он понял, на что намекает Аджатасутра.

— Засада провалилась, — сказал Шанга. — И жена Велисария выжила.

Аджатасутра резко рассмеялся.

— Выжила? Ну, можно сказать и так. Но точнее будет сказать: она сама устроила засаду и прикончила большую часть головорезов Балбана.

К этому времени все находившиеся поблизости раджпуты сгрудились вокруг них — как и личное окружение Раны Шанги, так и кавалерийское подразделение Пратапа. Как и все воины во всех странах, они любили послушать занимательные истории. Увидев, что собравшиеся слушают его с интересом, а ярость Шанги сходит на нет, Аджатасутра расслабился. Он вытянул вперед руку, примерно в пяти футах над землей.

— Знаете ли, она — невысокая женщина. Примерно такая, не выше. Но с пышными формами. Красивая, хорошо сложена… — он сделал многозначительную паузу. — Но… — он улыбнулся. — Ее отец был возничим на колеснице. Говорят, он научил ее пользоваться ножом. Но я почти не сомневаюсь, что и муж ее кое-чему обучил. Вероятно, он приказал одному из своих людей — да хотя бы тому же убийце Валентину — отточить ее мастерство.

Аджатасутра замолчал, чтобы удостовериться: окружающие его люди слушают с повышенным вниманием. Потом заговорил вновь:

— Поняв, что Балбан отправил за ней группу уличных головорезов, Антонина забаррикадировалась в кухне небольшого магазинчика, торгующего пирожками и прочими сладостями. Сам я внутрь не заходил — я следил снаружи, но она, очевидно, полила нападавших мясным бульоном, а потом начала рубить их мясницким ножом. Лично убила нескольких перед тем, как ей на помощь прибыл один из катафрактов Велисария. После этого… — Аджатасутра пожал плечами. — Один катафракт против горстки уличных головорезов. — Все кавалеристы-раджпуты, которые окружали Аджатастуру, были ветеранами. Они удовлетворенно заворчали. Да, римские катафракты считались их врагами, но…

Уличные головорезы — против солдата!

— И все это сделала женщина? — спросил один из раджпутов. Теперь довольное выражение исчезло с его лица. Он выглядел почти оскорбленным. — Женщина!

Аджатасутра улыбнулся. Кивнул. Снова вытянул вперед руку.

— Маленькая симпатичная женщина, — сказал он весело. — Не выше вот этого.

Наемный убийца бросил взгляд на Рану Шангу. Увидел, что ярость с лица царя раджпутов полностью ушла. Ее заменило выражение, которое, как подумал Аджатасутра, казалось почти грустью.

Странно.

Шанга резко развернулся и широкими шагами направился к лошади.

— Поехали, — приказал он. — Здесь больше нечего делать. Я хочу вернуться к армии до наступления темноты.

Сев в седло, он в последний раз быстро осмотрел место.

— Засада провалилась, — объявил он. — И все.


Этой же ночью, стоя перед своим шатром в огромном лагере, разбитом армией Дамодары, Рана Шанга изучал горы, маячившие на западе. Полная луна освещала их серебряным светом, и в нем они выглядели очень красивыми. Но в бледном мерцании было что-то зловещее. Эти горы почти казались прозрачными. Их было также трудно разглядеть в деталях, а не только в общих чертах, как трудно прижать к стене человека, который прячется где-то среди них.

— Как жаль, что мы не убили тебя, — прошептал Шанга. — Тогда нам стало бы гораздо легче. Но опять же…

Он вздохнул, отвернулся, откинул кусок ткани, закрывающий вход в шатер. В последний раз взглянул на луну, висевшую высоко в небе и светившую серебряным светом, затем вступил во тьму. Он вспомнил еще одну ночь, когда точно так же смотрел во тьму, после разграбления покоренного Ранапура. Вспомнил свои мысли той ночью. Те же мысли вертелись у него в голове и сейчас.

«Как жаль, что ты мой враг. Но… Я дал клятву».


В это же самое время Велисарий смотрел вниз на плато с горного перевала и изучал мерцающие огни костров в далеко расположенном армейском лагере малва. Наступил следующий день после засады, и прибыла его собственная армия. Римские войска стояли лагерем примерно в полумиле ниже гребня гор.

Велисарий больше не оценивал размеры вражеской армии. С этим он покончил. Он просто раздумывал об одном человеке, который, как он знал, находился среди этого огромного воинства.

«Все было очень хорошо подготовлено, Шанга. Прости, что разочаровал тебя».

Эта мысль не была злобной. На месте Шанги он сделал бы то же самое. Велисарий снова задумался об ироничности ситуации. В мире мало людей, которых он бы боялся так, как Рану Шангу. Тигр в человеческом облике.

Но тем не менее…

Он вздохнул и отвернулся. Они снова встретятся с Шангой.

Велисарий стал в полутьме пробираться вниз по тропе и вспомнил о послании, которое Великие передали Эйду и расе кристаллов. О секрете, по крайней мере его части, который эти вызывающие благоговение сущности передали созданным ими же самими кристаллам, когда кристаллам стали угрожать «новые боги».

Руководствуясь этим посланием, кристаллы послали Эйда назад во времени, чтобы найти «полководца, но не просто воина». Великие понимали целостность человеческой души. Они произошли от человеческой плоти — хотя в них не осталось и следа этой плоти — и понимали все секреты человеческой души и ее противоречия.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28