Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Конклав теней (№2) - Король-лис

ModernLib.Net / Фэнтези / Фейст Раймонд / Король-лис - Чтение (стр. 13)
Автор: Фейст Раймонд
Жанр: Фэнтези
Серия: Конклав теней

 

 


Из окна был виден северный двор крепости. В поле зрения не попадал хлев для скота, но было слышно хрюканье свиней и блеяние овец. Иногда лаяла собака. Взгляду Кога открывался старый плац, покрытый сейчас белым снегом, на котором выделялись зеленые и бурые пятна.

За последний месяц он полюбил этот маленький мир — кусочек покрытой снегом земли, фрагмент стены и утес за ним. При ясной погоде вдали было видно море. Обычно же за утесом расстилалась серая муть.

Он знал, что похудел — из-за раны и из-за скудной еды, но голода не ощущал. Хлеб, хоть и черствый, давал ощущение сытости, в нем попадались ореховые крошки и цельные зерна. Похлебка была жидким супом, где плавали редкие овощи, но, как Уилл и обещал, иногда попадался кусочек мяса. Каша тоже давала насыщение.

Ког жалел, что не может помыться, и понял, насколько привык быть чистым. В детстве, в землях оросини, всю зиму он жил без купания и даже не задумывался об этом, но теперь, когда стал «культурным» человеком, всегда радовался горячей ванне, массажу, ароматическим маслам.

Он спросил Уилла, нельзя ли раздобыть одежду, и получил ответ, что, если кто-нибудь купит ее в Опардуме или Форпосте, заплатит кругленькую сумму капитану корабля, который привезет следующих узников или припасы, тогда, может, и будет ему одежда, если, конечно, позаботиться о взятке коменданту Зирге.

Поняв, что такое вряд ли может произойти, Ког решил, что придется обходиться тем, что есть, и дожидаться, пока кто-нибудь умрет. Тогда, по словам Зирги, эта одежда может достаться и ему, если не подойдет тому, кто больше по нраву стражникам.

Ког изо всех сил боролся с отчаянием, он знал, что просто так не сдастся и смерть без борьбы его не одолеет. Ему случалось добывать на охоте животных, которые переставали сопротивляться, не препятствуя охотнику отнять у них жизнь. Он не будет таким зверем.

Он выживет.

14

ПОВАР

КОГ ПРОСНУЛСЯ.

На окне сидела птица. Он осторожно приподнялся, чтобы не спугнуть ее, и попытался определить, что это за вид, но не смог. Птица походила на горного зяблика из его родных краев, но клюв был более узкий и длинный, и такой белой полоски на крыльях у горных зябликов не было. Ког попробовал подобраться поближе, но едва подошел к стене, как птичка улетела.

Тогда Ког подпрыгнул, схватился за прут и подтянулся. Посмотрев за окно, он увидел, что последний снег растаял.

Пришла еще одна весна.

Он провел в Крепости Отчаяния больше года и смирился с тем, что ему придется просто ждать, а сколько ждать — неизвестно.

Ког разработал ритуал, который помогал ему удержаться в здравом уме. В основу были положены три принципа: что отчаяние убивает быстрее всего; что его жизненная цель — отомстить за свой народ — не будет выполнена, если он умрет, и что он должен всегда быть настороже, чтобы ни один удобный случай, даже самый призрачный, но могущий привести к освобождению, не остался незамеченным.

Чтобы заполнить время, он делал в уме разные упражнения, которым научился на острове Колдуна. Он вспоминал книги, которые читал, шахматные партии, которые ему приходилось играть, разговоры со студентами, лекции преподавателей. Он вспоминал все это так, словно заново переживал, и часами сидел, смакуя впечатления, которые получал прежде.

Однако он избегал ловушки с головой уйти в прошлое, стараясь не вспоминать руки любивших его женщин, возбуждение от охоты, удовольствие от выигрыша в карты. Такое погружение в прошлое могло стать западней, оно унесло бы его от тягот жизни в крепости и ничем не помогло в подготовке к решительным действиям.

И чтобы избежать соблазна бессмысленных переживаний, он заставлял себя проводить один час в день в созерцании мрачной действительности — или каменной кладки стен и пола в своей камере, или вида из окна.

Он, как мог, игнорировал грязь, в которой ему пришлось жить. Правда, он все-таки уговорил Уилла приносить ему немного больше воды, когда было можно, и пытался наводить хоть какую-то чистоту, пусть весьма условную. Главной его целью было всеми доступными средствами смягчить унылую тяжесть существования. Однажды Накор сказал ему, что радость в жизни часто приходит с маленькими победами, крошечными триумфами, и, хотя нелегко было получить удовольствие от холодной воды и сырой одежды, Ког все же его получал.

Еще он старался поддерживать себя в форме. Это было не так-то легко при скудной пище и в постоянном холоде. Он знал, что изрядно отощал, но сейчас, когда на улице становилось теплее, ощущал себя обновленным. Он занимался упражнениями в своей камере — ходил, бегал, подтягивался на одной руке, держась за прут в окне. Он нашел способ делать упражнения, которым научился на острове Колдуна у Накора, и приспособил их к своей ситуации.

Ког соблюдал установленный им самим режим и поддерживал ум в работоспособном состоянии. Он старался приучить себя к терпению, он ждал. В конце концов, он был в этом уверен — через месяц, год или десять лет, — что-нибудь произойдет. Что-нибудь изменится. И когда перемены наступят, он будет к ним готов.


В конце второй зимы в крепости Ког научился пользоваться искалеченной рукой. Теперь он был в состоянии не просто поддерживать равновесие во время упражнений, но придумал, как можно толкать, тянуть и даже переносить кое-что. Однажды после обеда он сидел на своем соломенном матрасе, когда дверь в камеру открылась и вошел Уилл.

В руках у него ничего не было, и Ког удивился:

— Ужинать еще не время, и ты ничего не принес. Просто в гости пришел?

— Я пришел сказать, что ужин сегодня запоздает.

— Почему?

— Повар Чарльз умер.

— Что случилось? — спросил Ког, как обычно интересуясь всем, что так или иначе нарушало монотонность существования.

— Да не знаю, — отвечал Уилл, усаживаясь на пол. — Утром я, как всегда, разнес кашу, а когда вернулся в кухню, старый Чарльз лежал на полу лицом вниз. Я перевернул его, глаза у него были широко раскрыты, как будто его что-то сильно испугало. Лицо у него было бледным, а губы посинели. Просто страх.

— И кто будет вместо него?

— Не знаю. Но, думаю, пока Зирга решит, кому готовить, пройдет гораздо больше времени, чем нужно для приготовления ужина. А то и еще больше если тому, кто будет готовить, сначала придется сжигать тело Чарльза.

— Спасибо, что рассказал.

— Да пожалуйста.

Уилл собирался уходить, когда Ког окликнул его.

— Уилл…

— Да, — ответил тот через плечо.

— Если случится, напомни Зирге, что я умею готовить.

Уилл кивнул.

— Если придется — да, — сказал он, выходя. Ког прислонился к стене. Он спрашивал себя — не это ли шанс, которого он ждет. Стараясь сдержать нетерпение, он вернулся к медитациям, но заодно стал вспоминать, чему его учил Лео у Кендрика.

Ужина в тот день так и не было.

Заключенных в замке явно было немного, потому что на следующее утро, когда завтрак тоже не принесли, Ког услышал лишь несколько возмущенных голосов. Он стал ждать.

Где-то ближе к полудню он услышал, как отодвинули запор на его двери. Затем и дверь открылась. Вошел Уилл, за ним — Анатоль, один из двух стражников, встретивших его на причале, а последним шел Зирга.

Ког встал.

— Умеешь стряпать? — спросил Зирга.

— Да, — ответил Ког.

— Тогда пошли.

И вот Ког вышел из камеры, в которой провел больше года. Он спустился по длинной лестнице, которая вела на первый этаж крепости, вслед за Зиргой и остальными пересек главный зал и вошел в кухню.

Там царил полный хаос и все было в дыму: кто-то пытался сварить кашу и сжег ее. Зирга повернулся к Когу.

— У нас беда.

— Вижу, — отвечал Ког. — У вас нет повара.

— Да, а кормить надо четырнадцать заключенных, трех стражников и меня самого.

— Накормить восемнадцать человек нетрудно, — заявил Ког.

— Может, для тебя это и так, если ты правду говоришь. Но у Анатоля ничего не получилось.

Стражник вроде смутился, но ничего не сказал.

— Он заявил, что помнит, как его матушка варила кашу, и вот результат. Нечего и говорить, что я не хочу поручать ему готовить похлебку для заключенных или ужин для стражи. Ты сможешь все это сделать?

— Могу, но мне нужна помощь, — ответил Ког.

— Почему?

Ког вытянул культю.

— Если бы я готовил только для себя, я бы справился и одной рукой. Но чтобы варить на восемнадцать человек, мне понадобятся подсобники.

Зирга немного подумал и сказал:

— Я нарушаю правила, позволив тебе выйти из камеры. Особых никогда не выпускают.

— Но есть-то надо, — отвечал Ког. — Да и кто об этом узнает?

— Да, это так. Очень хорошо. Пусть эти двое тебе помогают. — Он показал на Уилла и Анатоля. — Что ты сможешь состряпать?

— Минутку, — ответил Ког и поспешил в кладовку. Он быстро проверил запасы и сообщил: — Могу сделать похлебку. Мясо есть?

— В летнем амбаре, — ответил Зирга. — Уилл покажет.

Комендант собрался уходить.

— Но сначала мне надо принять ванну, — сказал ему в спину Ког.

Зирга обернулся.

— Ванну? Это еще зачем?

Ког вытянул левую руку, сунув пальцы с грязными ногтями прямо под нос коменданту.

— Вам такое в миске надо?

Зирга уставился на Кога — как будто впервые увидел. Потом перевел взгляд на Уилла и Анатоля.

— Помойтесь все.

— Нам нужна будет чистая одежда, — сказал Ког.

— В оружейной есть одежда. Анатоль отведет вас.

Меньше чем через два часа оживившийся Ког стоял над двумя большими котлами кипящей похлебки. Ему и остальным пришлось вытерпеть холодную ванну, потому что согреть воду времени не было, но Ког был рад и этому. В детстве ему приходилось купаться в горах, начиная с ранней весны, когда вода еще несла тающий лед. Уилл, в отличие от Кога, кажется, не пришел в восторг от мытья, но после ванны, одетый в чистое, стал не похож сам на себя. Под грязью у него обнаружилось не лишенное привлекательности узкое лицо, постоянно как будто ухмыляющееся — возможно, так казалось из-за сощуренных глаз. Анатоль напоминал большой мяч, к которому приставили руки, ноги и голову. Его мышцы все заплыли жиром, и Ког решил, что легко смог бы победить его в схватке на мечах, даже сражаясь одной левой рукой. Впрочем, Кайл и Бенсон, двое других стражников, явно тоже не отличались боевой выучкой. Здоровенные и, может быть, сильные, но уж никак не проворные. И не очень сообразительные, отметил про себя Ког после пяти минут разговора с Анатолем.

Ког быстренько осмотрел летний амбар — погреб, вырытый под землей позади главной башни, для хранения мяса и сыра. Там по-прежнему было очень холодно, чуть ли не морозно — земля под верхним слоем почвы сохраняла зимний холод почти до середины лета. Потом, когда запасы закончатся, они, по необходимости, смогут забить пару коров или овец из тех, что паслись на небольшом лугу на восточной стороне острова.

Ког, получивший помощников, почувствовал себя так, словно у него снова выросла вторая рука. Он обнаружил, что воришка — человек проворный и сообразительный, и они быстро привыкли к тому, что каждый из них составляет половину одной пары рук. Анатоль оказался хорош для несложных поручений — например, помыть овощи или почистить котлы.

В кладовке Ког обнаружил коробку, в которой хранились банки со специями, старыми, но еще годными к употреблению. Он знал, что никто их ни разу не использовал по назначению с тех пор, как он прибыл в крепость, значит, даже залежалым приправам все будут рады.

Он поставил воду на огонь, бросил туда говяжьи кости, чтобы сварить бульон, а потом добавил овощи и куски нарезанной говядины. Еще он поставил вариться репу — те корнеплоды, которые еще не слишком испортились, и поделил на порции сыр и фрукты. Он показал Уиллу и Анатолю, как, по его мнению, должен быть накрыт стол для Зирги, где тот обедал вместе со стражниками, и начал готовить еду для четырнадцати пленников.

Еда готовилась в спешке, но все же Ког был уверен, что это самая лучшая еда, которую в крепости видели на протяжении многих лет. Пока Зирга и стражники наслаждались трапезой, Ког с помощью Уилла начал раздавать похлебку заключенным. Он следил, чтобы в каждой миске был хороший кусок мяса, а также щедрая порция картофеля, лука, морковки и репы. Чуть ли не час потребовался, чтобы разнести тарелки двенадцати заключенным. В результате Когу удалось посетить все занятые камеры в крепости.

Теперь он имел представление о том, каковы истинные размеры крепости, как по ней передвигаться и где можно найти предметы, которые пригодятся для побега.

Зирга вошел в кухню, когда Ког и Уилл ужинали за маленьким столиком.

— Вкусно было, — признал комендант. — Думаю, надо оставить тебя поваром, пока мне не пришлют кого-нибудь взамен Чарльза. Ну, хватит тут сидеть, иди в свою камеру.

Подошел Анатоль — он собирался проводить Кога, но тот ответил:

— Не могу.

— Почему же? — спросил Зирга, с подозрением глядя на Кога. — Утром вернешься.

— Сегодня надо ставить хлеб. Это займет почти всю ночь. — Молодой человек указал на пол перед печами. — Я могу поспать здесь, пока хлеб поднимается, а потом поставить его в печь, чтобы к утру он был готов.

Зирга подумал и пожал плечами.

— Ну, бежать-то тебе все равно некуда, а? Ког кивнул, сохраняя непроницаемое лицо. Зирга повернулся, чтобы уходить, и Ког сказал ему вслед:

— Мне нужен Уилл, он будет помогать.

— Хорошо, пусть остается.

— И Анатоль — утром.

Придет.

Если у стражника и было что сказать на это, он оставил свое мнение при себе. Зирга и Анатоль ушли, и Уилл в изумлении спросил:

— Как это тебе удалось?

Ког пожал плечами и указал на котлы, которые надо было вычистить прежде, чем ставить тесто.

— Зирга забыл вкус хорошей еды.

— Да и я тоже, — заметил Уилл. — В жизни не ел похлебки вкуснее.

Ког улыбнулся.

— Ты, наверное, просто не помнишь. Если бы Зирга заказал свежих приправ и еще кое-каких продуктов, я мог бы держать нас при кухне столько, сколько нам надо.

— Надо? — спросил Уилл, понижая голос — Что ты задумал?

— Много всего, друг мой.

Они взялись за мытье — Уилл скоблил котел, который держал одной рукой Ког. Потом Ког показывал Уиллу, что надо делать, чтобы помочь ему поставить тесто. Труднее всего было вымешивать, но после нескольких неудачных попыток они наконец приладились друг к другу. Ког развел огонь под печами, дал ему прогореть и сгреб угли в кучу. Потом убрал кочергу и вытащил потрепанный узел с постелью — достаточно большой, чтобы улечься двоим.

— А теперь поспим, пока хлеб поднимается. На рассвете поставим его в печь и начнем варить кашу.

Когда они оба улеглись, Ког попросил:

— Расскажи мне про других заключенных.

— А что ты хочешь знать?

— Кто они, что совершили. Что умеют делать.

— Ты планируешь побег! — прошептал Уилл.

— Даже больше, — отвечал Ког.

— Что же?

— Я собираю армию.


* * *

Недели шли одна за другой, и, когда привезли очередного заключенного, Зирга с лодкой, возвращавшейся на корабль, отправил список заказов, составленный Когом, а также просьбу прислать нового повара. Ког был уверен, что заказанное пришлют, но надеялся, что повар не приедет. В конце концов, Зирга уже просил прислать стражника, когда, как рассказывал Уилл Когу, некто Джаспер умер, но прошло четыре года, а на замену так никто и не прибыл.

Для Кога кухня была просто раем. Он сумел так сорганизовать помощников, что работа по приготовлению еды стала нетрудной. Тогда он начал вносить в меню разнообразие и однажды утром поразил Зиргу, подав горку оладий с медом и ветчиной вместо обычной каши. В похлебку, которую он готовил по-разному, Ког добавлял то говядину, то свинину, а то и жареного цыпленка; потом стал готовить и рыбу — после того как уговорил Зиргу и стражников потратить денек и попробовать половить на удочку с причала.

Потихоньку он взял в свои руки управление крепостью, а Зирга, сам того не осознавая, постепенно вернулся к прежней роли сержанта, человека, который умеет давать указания, как только ему объяснят задачу. Часто идея от Кога поступала в виде вопроса, сформулированного так, что ответ был очевиден; Ког ни на минуту не давал старому служаке заподозрить, что тот выполняет чьи-то поручения. Зирга охотно соглашался с тем, что именно благодаря ему улучшился быт арестантов, а Ког ничуть не возражал.

Ког незаметно перевел двух узников из подземелья в камеры получше. Один из них был убийца, такой здоровый, что легко мог бы поднять Анатоля и бросить его через весь двор, если бы это пришло ему в голову. Его звали Мастерсон. Ког навещал его несколько раз и пришел к выводу, что этот человек не совсем нормален — примитивное создание, склонное к насилию.. Но когда Ког пообещал ему другую камеру и еды побольше, Мастерсон согласился делать все, что велит новый повар.

Другой человек, бывший барон Висней, оказался политическим заключенным и быстро согласился на любые условия, которые мог предложить ему Ког, — только бы получить шанс вырваться на свободу и отомстить герцогу Каспару.

Ког не надеялся, что эти люди будут верны ему до конца, но, когда придет время побега, понадобятся все, кто не служил Каспару. У него был план, но Ког держал его при себе, не посвящая в подробности даже Уилла.

Бывший вор стал верным, как пес. Уилл был благодарен Когу за то, что тот изменил его жизнь в лучшую сторону, и, кроме того, преисполнился уверенности в том, что Ког может добиться всего, чего пожелает. Но Ког на это только улыбался и отвечал:

— Думай о насущных делах, Уилл.

Через несколько недель пришел еще один корабль, который привез заказанную провизию… и нового повара. Зирга вышел на причал и, поняв, что Ког в кухне больше не нужен, заметно расстроился.

Ког хлопотал на кухне, когда новый повар вошел туда, огляделся и объявил:

— Ну что ж, пойдет.

Ког посмотрел на Уилла и направился к выходу.

— Куда ты? — спросил Зирга.

— Назад, в камеру, комендант.

— Погоди-ка. — Зирга повернулся к новому повару. — Как тебя зовут?

— Ройс.

Это был плотный мужчина средних лет, похоже, пьяница. Лицо у него обрюзгло, щеки обвисли, под глазами залегли темные круги.

— Почему ты сюда приехал?

Повар заморгал, как сова, на которую внезапно упал свет фонаря.

— Что?

— Почему ты сюда приехал? Что ты такого натворил, что тебя уволили с предыдущего места?

Ройс помолчал. Ну… я…

— Не лги мне! — заорал Зирга. — Пил на работе? Повар опустил взгляд и кивнул.

— Да, сэр. Я работал в таверне и уснул, пока жарил ягненка на вертеле. Жир загорелся, и… и все сгорело.

— Ха! — воскликнул Зирга. — Я так и думал. — Он похлопал Ройса по плечу. — Четыре года назад я просил прислать мне стражника. Значит, будешь теперь стражником! — И он повернулся к Когу. — А ты будешь поваром до тех пор, пока они не пришлют мне человека, который не спалит крепость.

Ройс, кажется, хотел протестовать, но передумал. Он только пожал плечами и посмотрел на Зиргу.

— Что мне делать?

— Пока будешь помогать на кухне. Анатоль, идем со мной.

Ког указал Ройсу на дверь комнаты, которую занимал раньше Чарльз:

— Спать будешь здесь. Положи свои вещи, а потом приходи обратно — надо помыть овощи.

— Ладно, — ответил Ройс, поднял свой мешок и пошел в комнату.

Уилл сказал:

— Ну, вряд ли он будет хуже, чем Анатоль.

— Не говори так, — поморщился Ког. — Рутия нас слышит.

Уилл кивнул и изобразил знак удачи, как всегда при упоминании имени богини.


Появление Ройса во многом облегчило жизнь Когу. Хоть новый стражник и был пьяницей, но кухонную работу знал и быстро привык к заведенному порядку; благодаря этому у Кога появилось много свободного времени.

Молодой человек использовал любую свободную минуту для изучения острова, постепенно расширяя исследуемую территорию. Сначала он попадался на глаза Зирге на старом плацу, проверяя, как живут цыплята, а также свиньи, а месяц спустя, когда Зирга обнаружил Кога на крохотном лугу на подветренной стороне острова, наблюдающим за коровами и овцами на выпасе, комендант не стал возражать.

К началу третьей зимы Ког уже знал весь остров так же хорошо, как и родные горы. Он разведал кратчайший путь к северному берегу, где в рощице стоял пчелиный улей. Он выкуривал пчел и забирал у них мед так, как его научил дед, а Зирга не возражал, поскольку еда была все такой же вкусной.

Кажется, никто из стражников не заметил, что Ког перевел двух узников из темницы наверх, в башню, — они решили, что это Зирга приказал, а Зирга никогда не интересовался, как поживают арестанты.

Ког познакомился со всеми узниками. Он устраивал так, что время от времени ему самому приходилось разносить еду по камерам. Собрав то, что рассказывал Уилл, и то, что сам он узнал из разговоров с арестантами, Ког смог составить мнение — на что годился каждый из этих людей.

Узники представляли собой пеструю смесь разных сословий, но преобладали политические заключенные. Среди них Ког выделял пятерых бывших дворян, которые, подобно барону Виснею, знали двор Каспара и правительство герцогства Оласко. Этих людей Ког очень хотел бы доставить в Опардум. Они стали бы ценными союзниками, потому что их родственники и друзья все еще находились на свободе.

Остальные тринадцать арестантов были обычными убийцами, насильниками, ворами-рецидивистами, грабителями, которых отправили в Крепость Отчаяния по какой-то случайности или потому, что судья хотел причинить им больше страданий, чем могло бы доставить быстрое повешение. Этими преступниками Ког не дорожил, но на начальном этапе для осуществления плана ему нужны были сильные и безжалостные люди.

И Ког старался, чтобы все были живы и здоровы. Он придумывал поводы вывести заключенных из камер — то за медом, то затем, чтобы очистить пастбище от нападавших веток или заготовить дров перед наступлением зимы. У всех появились физические нагрузки и столь необходимые свежий воздух и солнечный свет. Он даже уговорил Зиргу позволить арестантам собраться во дворе для празднования летнего солнцестояния, дня Банаписа. Некоторые узники плакали от радости — они провели целый день на свежем воздухе и получили вкусную еду.

Никто из этих людей не будет готов к сражению, когда придет время, а кто-то умрет в дороге. Но Ког пообещал себе, что постарается сделать все, чтобы они прожили как можно дольше.

Однажды вечером, в конце лета, Уилл сидел вместе с Когом за маленьким столом в кухне.

— Я говорил сегодня с Доналдом, — сказал он.

— И как он?

— Кашель прекратился. Он благодарит тебя за чай, который ты для него сделал.

— Старый семейный рецепт, — отвечал Ког.

— Ког, ты же знаешь, эти люди готовы за тебя умереть.

Молодой Ястринс кивнул.

— Ты дал им надежду. Помолчав, Ког сказал:

— Я молю богов, чтобы это не обернулось жестокостью.

— И я тоже. — Уилл жевал мясо. Проглотив, он продолжал: — Помнишь, как мы познакомились?

Ког кивнул.

— Ты тогда сказал, что я слишком весел для человека, которому суждено оставаться тут всю жизнь. Помнишь?

Ког опять кивнул.

Тогда мне нечего было терять. Теперь мне кажется, что я не так счастлив, если ты понимаешь, о чем я.

— Понимаю, — отвечал Ког. — Теперь тебе кажется, что у тебя есть что терять.

— Да, — согласился Уилл. — Мне кажется, есть.

— Надежду.

— Надежду, — подтвердил Уилл. — Так что позволь прямо к делу. Когда мы бежим?

Ког ответил не сразу.

— Весной. Не знаю, когда точно, но это будет на следующий день после того, как придет корабль.

— Мы захватим корабль?

— Нет, — ответил Ког. — Узники чувствуют себя гораздо лучше, чем раньше, но им не справиться с четырьмя стражниками Зирги и командой здоровых матросов с корабля. Но есть причина, по которой я хочу бежать после того, как придет корабль. Я расскажу тебе обо всем потом, когда придет время.

— А когда это будет? Ког усмехнулся.

— В тот день, когда весной придет корабль. Уилл вздохнул и решил, что подождет. В конце концов, он прождал уже двенадцать лет. Что такое еще полгода по сравнению с этим?

15

ПОБЕГ

КОГ СМОТРЕЛ В ОКНО. Корабль лежал в дрейфе, а Зирга с двумя стражниками — как всегда, это были Анатоль и Кайл — вышли посмотреть, не привезли ли нового узника.

Баркас подошел к причалу, и Ког увидел, что в середине лодки сидит арестант. Как и в тот день, когда привезли Кога, матросы быстро вытолкнули прибывшего из лодки на лестницу. Как и тогда, Зирга не стал читать сопроводительную бумагу, а сделал арестанту знак следовать за ним в крепость.

Ког ощутил, как поднялись волоски на шее и руках. Что-то знакомое было в облике вновь прибывшего, в его походке. Прежде чем человек приблизился к башне, Ког отошел и поманил за собой Уилла.

Вернувшись на кухню, в сопровождении торопливо шагавшего Уилла, Ког обнаружил там спящего Ройса — он сидел на стуле, положив голову на стол; рядом валялась пустая бутылка из-под бренди. Ког обнаружил, что в винном подвале, принадлежавшем давно забытому всеми дворянину — основателю крепости, сохранилось все содержимое; большая часть вина давно уже никуда не годилась, однако оставалось немало напитков, которые ничуть не испортились. Еще Ког обнаружил, что с Ройсом было очень легко справиться, если позволять ему напиваться разок-другой в неделю.

Ког оглянулся, а Уилл тихо спросил:

— Что случилось?

— Новый узник. Я его знаю, — шепотом отвечал Ког.

— Кто он? Ког задумался.

— Я ожидал повстречать этого человека только тогда, когда смогу проткнуть его своим мечом. Это Квентин Хавревулен, капитан особых поручений у герцога Каспара.

— То есть он был капитаном у герцога Каспара.

— Похоже на то. — И Ког опять задумался. — Не разговаривай с ним, когда первый раз принесешь ему еду. Просто посмотри, в каком он настроении. Мне надо знать — правда ли он в заключении или это очередной хитрый план Каспара.

— Зачем герцогу отправлять сюда своего офицера?

— Это я и хочу выяснить, — отвечал Ког, — но только тогда, когда буду готов.

— Мы уходим завтра?

Когу надо было принимать решение немедленно.

— Да, завтра, но никому не говори. Я твердо знаю, что мне надо, и не хочу, чтобы кто-нибудь мне помешал.

Уилл кивнул.

— Сделаю все, что скажешь.

— Тогда давай займемся ужином.

— Будем надеяться, последним на этом острове, — отвечал Уилл.


* * *

Ройс закончил ужин и зевнул.

— Пора на боковую.

Ког молча кивнул. Когда за стражником закрылась дверь, Ког взял свою миску и деревянную ложку, положил их в тарелку и отнес все к большой раковине в углу. Уилл последовал за ним со своей посудой. Отойдя подальше от двери Ройса, Ког спросил:

— Что скажешь про нового арестанта?

— Если он работает на Каспара, значит, он зарыл свои таланты в землю. Тогда ему надо было стать актером. Он не шпион, я готов жизнь поставить. Взгляд у него, какой и должен быть.

Ког понял, что хотел сказать Уилл. Вид у Хавревулена был потрясенный, в глазах застыло недоумение — ему казалось, что произошла чудовищная ошибка. И подделать этот взгляд было невозможно. Только закоренелые преступники глядели по-другому. После Кога привезли еще семерых человек, но четверо умерли, несмотря на все усилия им помочь. Трое просто не хотели жить и не сопротивлялись смерти, а у четвертого на ноге была глубокая рана, которая загноилась прежде, чем ее успели обработать.

Зиргу это нисколько не заботило, но для Кога с потерей каждого человека уменьшались шансы выжить. Однако с тех пор, как он придумал свой план, к его группе прибавилось еще три человека, а те, которые умерли, скорее всего, и не протянули бы дальше берега.

Сейчас Ког решал, что делать с Хавревуленом. Ему очень бы хотелось увидеть этого человека мертвым, и ничто не могло бы доставить большего удовольствия, чем бросить Квинта здесь, с Зиргой и стражниками, но он опасался, что бывший капитан сможет как-нибудь обратить побег заключенных себе на пользу и снова войти в фавор у герцога Каспара.

Даже самая малая вероятность того, что Хавревулен может остаться в живых, вынуждала Кога выбрать одно из двух: убить Квинта до того, как они сбегут с острова, или взять его с собой. Без разговора с новым узником было не обойтись.

Ког дождался, когда Зирга и стражники уснут, и разбудил Уилла.

— По одному человеку отводи всех в оружейную. Вели им сидеть тихо, пока я не приду.

— Куда ты?

— Поговорю с нашим новичком.

Уилл и Ког расстались на первой площадке лестницы — Уилл отправился наверх, а Ког свернул к камере Квинта. Кухонный нож, прихваченный с кухни, он спрятал под курткой и прежде, чем отодвинуть засов на двери камеры бывшего капитана, проверил, сможет ли быстро достать свое оружие.

Молодой человек вошел, разбудив Квинта.

— Кто это?

Ког стоял в темноте, и его лица было не видно.

— Ког Ястринс, — тихо ответил он.

Квинт повернулся и сел на своем соломенном матрасе, прислонившись спиной к стене.

— Как ты меня нашел?

— Порядки тут не очень строгие, и можно добиться некоторых привилегий, если знать как.

— Вот как, — равнодушно произнес Квинт.

— Что случилось? — спросил Ког.

Квинт не то застонал, не то горько усмехнулся.

— Неудача. Ты же знаешь, каков бывает Каспар, когда вдруг у кого-то что-то не получается.

Ког опустился на колени, но руку по-прежнему держал на рукоятке ножа.

— Расскажи.

— Зачем?

— Потому что мне интересно, а потом, может быть, я смогу помочь.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19