Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Она танцевала любовь

ModernLib.Net / Короткие любовные романы / Филдинг Нора / Она танцевала любовь - Чтение (стр. 5)
Автор: Филдинг Нора
Жанр: Короткие любовные романы

 

 


— Ты должна отдохнуть с дороги. Раздевайся и ложись в постель, — произнес Майкл не допускающим возражения тоном.

— Мне… Мне… хотелось бы… принять сначала ванну, — запинаясь от смущения проговорила Сьюзен.

— Это ты можешь сделать, когда я уйду. Мне необходимо отлучиться. Я закрою дверь и попрошу тебя не беспокоить.

— А ты не можешь уйти, не дожидаясь, пока я разденусь? — разозлясь на себя за глупые мысли, холодно спросила Сьюзен. Она уже немного оправилась от замешательства.

— Нет! Я должен быть уверен, что я найду тебя здесь, когда вернусь.

— Я не привыкла спать голой. Мне нужна ночная рубашка. — Мысли Сьюзен метались в поисках выхода. Ситуация складывается не так, как она первоначально рассчитывала. Она обязательно что-нибудь придумает, надо только потянуть время. Как истинная авантюристка, Сьюзен считала, что нет безвыходных положений. Всегда найдется какая-нибудь лазейка, и не одна.

— Зачем? Неужто ты ею когда-нибудь пользовалась? — ехидно заметил Майкл и, видимо, устыдившись своих грубых слов, согласился на ее требование. Он поставил перед ней дорожную сумку, которую она брала с собой в Париж и которая теперь оказалась вместе с ней в отеле «Хэзлитс».

Красивое белье было слабостью Сьюзен, и сейчас она держала в руках роскошную рубашку из черного шифона, отделанную белым кружевом. Самообладание полностью вернулось к ней. План дальнейших действий уже вырисовывался в ее сознании. Но она не могла отказать себе в удовольствии немного поиздеваться над Майклом.

Сьюзен принялась демонстративно медленно стягивать с себя джинсы и футболку. Оставшись в лифчике и трусиках, она остановилась. Затем плавным движением завела руки за спину и выгнулась. Застыв в классической позе стриптизерши, она проворковала:

— Желаете видеть стриптиз?

— В другой раз! — Майкл улыбнулся ей словно Чеширский Кот и подобрал сброшенную ею одежду. Спрятав ее в дорожную сумку, он вышел из спальни и унес с собой сумку.

Через некоторое время звук закрываемой двери подсказал ей, что Майкл покинул апартаменты.

Дура! — выругала себя Сьюзен. И чего ты добилась? Кто кого смутил? Почему она всегда совершает идиотские поступки? Она снова предстала перед Майклом особой, которая если о чем и думает, то только о постели. Расстроившись от очередного нелепого деяния, Сьюзен постаралась выкинуть из головы разыгравшуюся между ней и Майклом сцену и сосредоточиться на более актуальном для нее вопросе. У нее совсем нет времени предаваться глупым любовным страданиям. Майкл скоро вернется, а выход из создавшегося положения еще не найден.

Что же ей придумать, чтобы уйти отсюда? Надеть на себя что-нибудь из одежды Майкла? Но об этом не может быть и речи. При их разнице в росте ее остановит первый же служащий отеля, который попадется навстречу, да и как выйти из закрытой комнаты, чтобы найти эту самую одежду? Сьюзен принялась обдумывать, к кому она может обратиться за помощью. Дороти? Мать? Ни одна из них не сможет сориентироваться в обстановке, да и добраться быстро сюда они не смогут.

Дейзи? Сьюзен мысленно представила себе свою секретаршу. Это имя в применении к ее внешности звучит более чем нелепо. «Маргаритка» гренадерского роста, разговаривающая густым басом, всегда удивляет своими нелепыми нарядами окружающих. Рядом с ней даже на абсолютно голую женщину вряд ли кто обратит внимание. Еще давно, когда Сьюзен вступила на путь руководства фирмой, она хотела заменить Дейзи на посту секретаря кем-нибудь более подходящим. Тогда она нашла в себе силы решительно сократить раздутый отцом без всякого к тому основания штат работников. Но с Дейзи она не смогла поступить подобным образом. Потом Сьюзен под внушительными формами Дейзи обнаружила преданное доброе сердце, готовое безоговорочно любить своего миниатюрного шефа. Порадовавшись, что когда-то не поддалась желанию видеть вокруг себя только профессионалов высокого класса, Сьюзен извлекла сотовый телефон, спрятанный у нее в маленькой сумочке, которую Майкл не отобрал, посчитав ее безопасной, и набрала номер секретаря фирмы.

— Дейзи, срочно приезжай в отель «Хэзлитс». Не трать время на пустые разговоры, — прервала ее Сьюзен, когда та попыталась выяснить, где находится босс. — Потом все узнаешь, а сейчас ничему не удивляйся. Заходи в отель и сразу направляйся к администратору. Смотри не пропусти, когда я появлюсь в вестибюле. — Сьюзен подробно описала, что Дейзи должна делать в отеле.

Кровь в висках Сьюзен пульсировала в бешеном ритме. Проблема, благодаря только появлению здесь ее секретаря, не решится. Проходить сквозь стены она еще не научилась. Наконец, остановившись на одном из возможных вариантов, Сьюзен подняла трубку гостиничного телефона:

— Алло, я хотела бы сделать заказ. Да, да, меня приказано не беспокоить. Но я проснулась и хочу кофе. Да, привезите в номер. Можно добавить к нему все, что посчитаете нужным. Я ужасно проголодалась и готова проглотить все, что вы предложите. О! Увольте меня от перечисления, — весело щебетала Сьюзен, разыгрывая капризную богатую женщину. — От восприятия меню на слух сыт не будешь. Я уже сказала, что съем все, что вы привезете ко мне в номер. Хорошо, вот и умница! Добавьте еще бутылку виски и возьмите с собой ключ. Я не думала, что проснусь так рано и не хотела беспокоиться из-за такой мелочи. Вот и заставила моего друга закрыть меня на ключ.

В ожидании заказа Сьюзен, вспомнив свое путешествие в «Вирасвами» в облитом виски наряде, прорезала в ночной рубашке дырочки для глаз, безжалостно оторвав кружева. Затем примерила новый наряд, стянув на голове оторванной бретелькой вырез рубашки наподобие прически. Получилось нечто вроде накидки, доходящей ей до талии и оставляющей остальную часть тела обнаженной. Превратиться в ортодоксальную мусульманку, одетую в паранджу, не удалось. Немного подумав, Сьюзен решила добавить к туалету белую простыню с кровати. Она еще не до конца соорудила свой импровизированный наряд, как в дверь постучали. Сьюзен метнулась за дверь.

— Войдите! — крикнула она, вся внутренне подобравшись.

То, что она планировала сделать, было ей совсем не по сердцу. Она хотела оглушить бутылкой вошедшую к ней с едой девушку. Как сделать так, чтобы та не очень пострадала? Вдруг удар окажется опасным для ее здоровья или, не дай Бог, для жизни? Идея, которую всего минуту назад Сьюзен считала великолепной, показалась ей нелепой. Нет! Она не сможет так поступить. Лучше попытаться уговорить официантку, сделать ее своей союзницей. Послышался звук открываемой двери. Будь что будет! Запахнув на себе простыню, Сьюзен вышла из засады.

Тележку, нагруженную подносами с едой, которой хватило бы на целый полк королевских гвардейцев, толкал впереди себя высокий стройный черноволосый официант. Сам Бог сжалился над нею! Уж его-то она завлечет в свои сети, подумала Сьюзен и, дождавшись, когда официант ногой захлопнет дверь, спустила простыню с плеч.

Официант застыл в изумлении. Перед ним стояла миниатюрная очаровательная девушка со сверкающими глазами, единственной одеждой которой были распущенные пушистые волосы золотистого цвета.

— Привет, — прошептала Сьюзен и, в мгновение ока оказавшись между дверью и официантом, повисла у него на шее.

Молодой человек растерялся. Ему еще ни разу не доводилось попадать в такую ситуацию. Благодаря смазливой внешности он иногда получал подобные предложения. Но чтобы сразу к нему бросалась обнаженная молодая да еще прекрасная женщина, с таким ему сталкиваться не приходилось.

Сьюзен с быстротой молнии срывала с него одежду. Внезапная утрата дара речи и возможности двигаться у стоящего столбом мужчины была ей на руку. Только когда она дошла до трусов, официант вдруг ожил. Его руки сжали девушку и притянули к себе. Любовные ласки, не говоря уж о большем, совсем не входили в намерения Сьюзен.

— Подожди, — голосом, еле звучащим из-за страха, что Майкл может вернуться и помешать ей осуществить задуманное, прошептала Сьюзен. — Подожди, — снова повторила она и высвободилась из объятий официанта.

Он безропотно подчинился колдовскому обаянию странной обитательницы отеля. Вознаграждением для него стали крепкие объятия прелестницы, которым он с радостью отдался. Удар в пах был нанесен так молниеносно и неожиданно, что бедняга ничего не понял. В глазах у него потемнело, от боли его тело сложилось вдвое, с губ сорвался стон раненого животного.

Сьюзен не стала дожидаться, когда он придет в себя. Подхватив свою импровизированную паранджу с простыней и одежду официанта, она выскользнула в коридор. Лифт еще был на этаже, когда Сьюзен влетела в неге и нажала кнопку. Когда же она вышла из лифта в холл, то являла собой некое подобие существа, одетого в национальную одежду неизвестно какой страны.

Тело Сьюзен было закутано в простыню, как это делали арабские женщины на юге Туниса. Но они оставляли лицо открытым. Сьюзен же напялила на голову чадру из ночной рубашки, которая спускалась с ее головы как фата черного цвета.

Появление столь экстравагантно одетой женщины, к тому же еще и босой, не произвело на находящихся в вестибюле гостиницы людей никакого впечатления. Все они были заняты разыгрываемой на их глазах другой сценой. У стойки администратора вопила Дейзи. За время пребывания Сьюзен в Париже манера одеваться ее секретаря ничуть не изменилась. Одежда высокой, громадных размеров женщины, как и всегда, бросалась в глаза. На Дейзи была надета широкая юбка алого цвета, топорщившаяся пышными складками вокруг ее необъятной талии. Блузка — по необъяснимому пристрастию Дейзи к не сочетаемым между собой цветам — была ядовито-зеленой. Венчала удивительный, на взгляд любого человека, ансамбль шляпа устрашающих размеров, напоминавшая цветник садовода, помешанного на выращивании гигантских сортов роз. Одна из них, больше похожая на подсолнух, угрожающе свешивалась с полей головного убора, обещая при падении разнести все, что попадется ей на пути. Густым басом, не слушая, что ей говорят, Дейзи требовала назвать номер, в котором скрывается ее муж. При такой сцене появление маленькой женщины, закутанной в белое и черное, уже не могло никого поразить. На это и рассчитывала некая мисс Смит.

Сьюзен быстро устремилась к выходу. Еще секунда, и она будет на свободе! Но швейцар открыл дверь и появился… мистер Майкл Ричардсон. Сердце Сьюзен так громко заколотилось, что ей показалось, что его стук слышен всем вокруг.

О Боже! Сьюзен упала духом. Взгляд Майкла скользнул по ней, в его глазах появился вопрос, который он то ли задавал самому себе, то ли хотел обратиться с ним к Сьюзен. Но в это время увидевшая своего шефа Дейзи ринулась навстречу мистеру Ричардсону. Естественно, ему сразу же стало не до странного существа, закутанного в бело-черное одеяние. Разве будешь раздумывать, где встречал одетую в паранджу женщину и почему она тебе кажется знакомой, если огромный авианосец несется на всех парах на тебя, готовый смести на своем пути все живое? Встреча с Дейзи могла закончиться для него физическим увечьем. Майкл отшатнулся, но фантастическая женщина, продолжая грозить адским пламенем всем служащим отеля и призывая кары Господни на их головы, словно мощный таран врезалась в него. Майкл, о котором нельзя сказать, что он субтильного телосложения, еле устоял на ногах. Его сто девяносто сантиметров роста и девяносто килограммов веса произвели на женщину-богатыря не большее впечатление, чем если бы она столкнулась с мирно ползущей по своим делам букашкой. Сьюзен же, пользуясь суматохой и всеобщим замешательством, выскользнула из отеля.

— Сьюзен! — заорала Дейзи ей вслед.

Не услышать громоподобного баса было невозможно, но дверь отеля по счастливой случайности уже закрылась, и Майкл оказался отгороженным от звуков улицы. Сопровождаемая криками Дейзи Сьюзен не оглядываясь продолжала нестись вниз по улице. Завернув за угол, она остановилась и быстро проговорила догнавшей ее секретарше.

— Останови такси и пока ни о чем не спрашивай!

Дейзи подчинилась, но не перестала повторять зычным шепотом, от которого шарахались в сторону прохожие:

— Сью! О Боже мой, Сью, моя маленькая Сью. — В такси Дейзи дала волю своим чувствам. Она сжала Сьюзен в нежных — похожих на медвежьи — объятиях и чуть не выколола ей глаз одной из шляпных роз, чей шип был величиной с вязальную спицу. — Сью, маленькая моя, я так испугалась. Я боялась не справиться с ролью. Но, по-моему, мой дебют прошел отлично. Рассказывай, что случилось? Тебя украли? Похитили? Откуда у тебя этот нелепый наряд? Неужели нашелся человек… — Дейзи сделала выдох, ибо все вопросы задавались ею на одном дыхании, и окончание риторического вопроса осталось для Сьюзен тайной. — Интересно, что он от тебя хотел? — после небольшой паузы продолжила Дейзи. — Выкуп? Он кто, сумасшедший или преступник?

— Нет, сексуальный маньяк. — Сьюзен решила, что шокированная ответом Дейзи, которая скорее всего была старой девой, перестанет терзать ее вопросами и даст ей возможность немного сосредоточиться.

— Он тебя изнасиловал? — ахнула Дейзи и запричитала: — Бедная малышка! Это так ужасно, но не переживай. Все уладится. Ты со временем успокоишься и обо всем забудешь. Бедная моя девочка, как я тебя понимаю!

Сьюзен удивилась. Дейзи так ее успокаивала, словно подобные происшествия случались с ней самой регулярно.

— Надо сообщить в полицию. Там сделают фоторобот и поймают преступника. Ты можешь дать его словесное описание? — продолжала вопрошать секретарша.

Но Сьюзен уже не слушала ее. У нее возникло странное ощущение. Сидя в безопасности в такси рядом с верной Дейзи, она должна была бы ощущать себя довольной и радостной, что ей удалось, не раскрывая инкогнито, вырваться от Майкла! Но этих эмоций она не испытывала. Из вороха переживаний в душе Сьюзен доминировало одиночество. Ей вдруг страстно захотелось перенестись в тот парижский отель и повернуть события вспять. Вместо того чтобы таять в объятиях Майкла, она могла бы членораздельно объяснить, кто она такая и почему кинулась в эту гостиницу. Можно было бы сделать это и сегодня в апартаментах «Хэзлитса». А если она посчитала его недостойным своих объяснений, то почему сейчас ей так остро его не хватает, не хватает человека, от которого, приложив мыслимые и немыслимые усилия, она сбежала? Что она хотела доказать Майклу своим поступком? Сьюзен была достаточно искренна сама с собой, чтобы признать, что все ее действия в Париже, а затем в Лондоне предопределил взгляд Майкла, которым он окинул ее в полицейском участке. Кроме удивления и последовавших за ним злости и презрения в его глазах промелькнуло облегчение. Это длилось всего лишь мгновение, но Сьюзен заметила, и душа ее тут же возмутилась. Тот, другой человек, за которым приехал Майкл, значил для него больше! Скорее всего, это была другая женщина! А Сьюзен же, по его мнению, было не привыкать проводить время в обществе полицейских. Что могла предпринять Сьюзен, особенно учитывая странную идею Майкла не отпускать ее от себя?

В какой-то момент, когда они ехали в ее гостиницу в Париже, у нее шевельнулось желание рассказать ему всю правду о себе. Но его высокомерие и воспоминание о разговоре с комиссаром остановили ее. Майкл мог отнестись к ее рассказу с таким же предубеждением, как и полицейский. Ведь тот тоже поверил, что она говорит правду, но тем не менее в его сознании руководство фирмой вполне сочеталось с занятием проституцией, особенно за границей. А у Майкла, не только дважды видевшего ее фривольные танцы, но и… Сьюзен покраснела. Она не смогла закончить даже мысленно начатую цепочку рассуждений. Ей стало стыдно за те страстные ласки, которые она щедро дарила Майклу и жадно принимала от него. А если бы она попыталась объяснить ему, что у той гостиницы поджидала человека, похожего на покойного мужа сестры?.. Все это не выдерживало бы никакой критики! Щеки Сьюзен, и так алевшие словно розы, стали совсем пунцовыми. Если учесть, что нескольких мгновений, проведенных ею с Майклом Ричардсоном в постели, хватило, чтобы ее сердце оказалось им плененным, то что говорить о целой ночи любви, которая была бы у нее с ним сегодня? Она растеклась бы перед ним, словно масло по поджаренному хлебу, и еще благодарила бы, что он соизволил ее мимоходом приласкать. Она стала бы его рабыней!

Быть у кого-то в рабстве никогда не входило в жизненные планы Сьюзен. Нет! Ей надо вопить от восторга, что удалось избежать столь ужасных цепей. Потом у нее есть наглядный пример. Терзания старшей сестры о покойном муже нельзя объяснить только неудачным выбором объекта любви. Кто может дать Сьюзен гарантию, что Майкл не поступит с ней подобным же образом, если он сразу начал ее презирать?

— Сью, почему ты плачешь? — послышался бас Дейзи. — Тебе до сих пор больно? Забудь его, забудь этого монстра! Я понимаю, когда какой-то орангутанг касается тебя своими лапами…

— Он не орангутанг, и он меня не насиловал. Любая женщина почувствовала бы себя польщенной, если бы он только обратил на нее внимание…

Дейзи растерянно захлопала глазами.

— Но я не понимаю тогда…

Сьюзен ее прервала:

— Я не любая… Я Сьюзен Смит и клянусь всеми своими потрохами, что мистеру Ричардсону придется немало потрудиться, если ему захочется меня вернуть. — Произнеся в пылу гнева столь странную клятву, Сьюзен рассмеялась. Хорошее настроение постепенно возвращалось к ней.

— Мистер Ричардсон? Тот самый? — еще сильнее удивилась Дейзи. — Тогда почему ты бежала от него в столь фантастическом одеянии и босой?

— А что, я должна была продефилировать по холлу отеля голой? Он спрятал мою одежду. И хватит расспросов, Дейзи.

Но секретарша не могла остановиться. Ее любопытство было сильнее приказов.

— Он тебя раздел? Сам? — впадая в ужас, спросила Дейзи.

— Нет! Разделась я сама, — произнесла Сьюзен и подумала, что представать перед мистером Ричардсоном в обнаженном виде уже стало для нее обыденным делом. Он будет более удивлен, увидев ее полностью одетой.

Чтобы как-то успокоить умирающую от любопытства Дейзи, Сьюзен пришлось немного рассказать о том, что произошло с ней в Париже. Она опустила не только повод, приведший ее к гостинице «Бенедиктин», но и свою встречу на приеме с Майклом Ричардсоном и более чем любопытное ее продолжение.

— Он явился спасти тебя! — мечтательно про шептала сипящим басом Дейзи. — Он появился как рыцарь в сияющих доспехах, как Лоэнгрин!

Дейзи когда-то в ранней юности совершила путешествие в Германию. Ее, по-видимому, на всю оставшуюся жизнь потрясли рассказы гида о Лоэнгрине. Все сотрудники фирмы знали об этой нежной привязанности Дейзи и о том, что сравнение с Лоэнгрином является высшей похвалой в ее устах.

Такси подъехало к дому Сьюзен, и она не стала ничего отвечать на этот панегирик мистеру Высокомерие.

10

Оказавшись у себя в квартире, Сьюзен сразу же позвонила Роберту и договорилась о завтрашней встрече, затем обратилась к Дейзи:

— Вызови Пола и Ника. Пусть они захватят с собой все наработки об игре и немедленно приезжают сюда, ко мне. А потом отправляйся в магазин и купи для меня черный парик и очки. Дейзи, тебе что-нибудь непонятно? — спросила Сьюзен, заметив, с каким недоумением смотрит на нее та.

— Нет-нет! Только вот очки. Что ты подразумеваешь под этим словом, Сью?

— Ничего постыдного. Только очки. То сооружение, что торчит у тебя на носу. Ты можешь подойти к зеркалу и посмотреть на себя. Именно то, что ты увидишь, я и прошу купить.

Пока Сьюзен принимала душ и переодевалась, Дейзи еще долго пребывала в шоке. Затем она наконец позвонила и отправилась за покупками.

Вскоре приехали Пол и Ник. Договоренность Сьюзен с Робертом Гроувом их очень обрадовала. Сообщение о том, что известный актер согласился принять участие в съемках, было встречены криками «ура!». Правда, некоторые разногласия вызвала эпоха, в которой развивается сюжет игры. Роберт в телефонном разговоре сказал Сьюзен, что его приятель — известный сценарист Голливуда — сейчас очень занят и единственное, на что можно рассчитывать, это просмотр уже готового материала.

— Франция. Замок герцога — собирательный образ Версаля и Фонтенбло. Там будут храниться сокровища и тайны, — отстаивал свою идею Ник, прикипевший навечно к Парижу и никогда в нем еще не бывавший.

Сьюзен всегда удивлялась, как удается Нику сохранять столь трогательную привязанность не только к одному городу мира, но и к одной эпохе — времени царствования короля Людовика XIV. В этом он был схож с Дейзи, любившей Лоэнгрина. Нику всегда хотелось делать игры, сюжет которых разворачивается в Париже.

— Ник, — прервала Сьюзен его восторженную оду Парижу и Королю-солнцу, — на твоем примере все безусловно поверят, что человек живет несколько жизней и у некоторых сохраняется генная память о них. Я думаю, — пошутила она, — что ты когда-то жил во Франции семнадцатого столетия. Был сыном кого-нибудь вельможи, например герцога Лотарингского…

— Незаконнорожденным, — не упустил случая подколоть Ника Пол. — Вырос в бедности у матери прачки, поубивал всех законных сыновей герцога и до сих пор ищет спрятанные в замке сокровища.

Сьюзен захлопала в ладоши.

— Прекрасный сюжет! — воскликнула она.

— Чем хуже моя идея? — возмутился Пол реакцией Сьюзен. — Тринадцатый век. Восток. Рыцари. Они бредут по сирийской пустыне, добираются до Иерусалима, попадают к жесткой и загадочной секте, сделавшей убийство своей религией. Предводитель рыцарей, человек без страха и упрека, сражается с сарацинами, выводит на чистую воду шарлатана, распознает негодяя…

— Остановись! — взмолился Ник. Это уже было. Может быть, возьмем за основу произведение Паоло Козло, который прошел путь древних пилигримов до самого Сантьяго и написал об этом книжку?

— Проехали… Уже сделано! — бросил в Ника шар Пол, но немного поумерил свой пыл, помолчал и вдруг сказал: — Новый Орлеан. История и современность. Ритуальные убийства, негритянские легенды, колдовство вуду, тайны семейных склепов… — Пол умолк, задумчиво глядя в потолок, как будто в его ровной белой поверхности скрывался уже готовый, хорошо скомпонованный и выверенный во всех исторических деталях сюжет.

Сьюзен тоже на какое-то время превратилась в статую роденовского «Мыслителя». Дать бой Майклу Ричардсону на его же собственной территории? Его мать родом из Нового Орлеана. Жил ли он в этом городе? Как бы то ни было, он много должен знать о том, на что замахивается Пол. Париж был ближе Сьюзен, чем Восток, Сирия и пилигримы, о которых она знала очень мало. Она была уже готова согласиться с планом Ника, но Новый Орлеан вкрался ей в душу.

— Ха-ха! — раздался, нарушая тишину, смех Ника. — Ты создал куклу «Мистер Ричардсон» и пронзил ее иглой? Признавайся, Пол! Откуда тебе известна история верований вуду?

— Дейзи пишет роман…

— Что-о?! — в один голос воскликнули Сьюзен и Ник.

— Да. Только не надо смеяться…

— А мы и не смеемся. Это будет роман о приключениях Лоэнгрина в Новом Орлеане? — спросил Ник.

— Нет. Нечто среднее между готическим триллером и приключенческой повестью для юношества. Я читал отрывки. По этому произведению можно создать первоклассный квест.

— Кстати, а где она сама? — спросила Сьюзен.

Внезапно открывшийся талант Дейзи заставил Сьюзен задуматься о том, где может пропадать ее секретарь. Купить черный парик и очки — не Бог весть какое трудное задание. Прошло уже более трех часов, а Дейзи все нет.

Телефонный звонок прервал мысли Сьюзен. Голос Дейзи, которая не могла пренебречь долгом секретаря и возвратилась на фирму, торжественно произнес:

— Завтра к тебе прибудет Лоэнгрин! Он договорился о встрече на десять часов.

Сьюзен, у которой в голове крутились многочисленные сюжеты игры, сначала никак не могла понять, о ком так поэтично говорит Дейзи, и переспросила:

— Роберт Гроув поменял билет и прибудет раньше?

— Нет! Я не знаю, когда нас осчастливит своим присутствием мистер Гроув, но мистер Ричардсон будет у нас завтра в десять часов.

11

Майкл, успешно выдержав столкновение с женщиной, которая напоминала космических пришельцев в одной из созданных его фирмой игр, устремился к себе в апартаменты. Дверь в спальню, где отдыхала Сьюзен, была закрыта, но из нее неслись громкие ругательства. Голос, произносивший их, явно был мужской. Майкл рванул дверь, но она оказалась закрытой. Порывшись в ключах, Ричардсон нашел нужный и открыл дверь спальни. Его взору предстала фантастическая картина.

По комнате метался голый мужчина и извергал потоки отборной брани. Столик с едой и напитками был перевернут. По ковру расползлись кушанья. Майкл, не обращая внимания на учиненный погром и ругань, обрушившуюся на его голову с новой силой, рысью рванул в ванную. Сьюзен там не было.

— Где она? — закричал Майкл в ярости, ни капельки не уступавшей по силе гневу официанта.

— Кто? Та сумасшедшая нимфоманка? Не знаю и не желаю знать! Вы за это ответите! Я нахожусь на службе! Требую возмещения нанесенного мне оскорбления!

— Заткнись! Отвечай на мои вопросы и только попробуй соврать! Как ты здесь оказался и почему голый?

Официант, увидев, в какой ярости пребывает клиент, немного поостыл, но не смог отказать себе в удовольствии поиздеваться над мужчиной, чья жена или любовница сбежала таким эксцентрическим способом.

— Меня раздела ваша дама! — ядовито заметил официант, компенсируя нанесенный ему Сьюзен моральный ущерб.

— Не городите чепухи! Лучше признайтесь, что вы делаете у меня в номере?

— Принес заказ, сделанный по телефону вашей сожительницей или женой. Не знаю, кем она вам приходится. Получив от нее соблазнительное предложение, не устоял и уступил. Каюсь! Но малютка была так очаровательно хороша и так изобретательна… — Официант увидел, как исказилось лицо постояльца, и продолжил пытку: — Надеюсь, вы меня поймете. Не пойти ей навстречу было бы преступлением. Мы хорошо развлеклись. Я жду, когда малышка вернется, чтобы забрать у нее мою одежду, которую она зачем-то прихватила. Наверное, вы долго держали ее на голодном пайке: она набросилась на меня, лишь я появился на пороге… — Официант гордо выпрямился, забыв на секунду, что на нем ничего нет, кроме обмотанного вокруг бедер махрового полотенца.

— Проваливай! — заорал Майкл. Его лицо стало чернее тучи. Увидев, что официант не трогается с места, он закричал еще громче: — Проваливай! Чтобы ноги твоей не было здесь, мерзавец! Проваливай немедленно, если не хочешь получить пару хороших затрещин!

Официант не на шутку струхнул. Выражение, появившееся на лице у мужчины, не предвещало ничего хорошего, и он, подпрыгнув как горный козел, стремглав вылетел из спальни.

Майкл опустился на кровать, простыня на которой тоже куда-то испарилась. Его плечи поникли, спина ссутулилась. Упорхнувшая райская бабочка, оказавшаяся на самом деле обычной шлюхой, которая не смогла удержаться даже здесь, в его апартаментах, значила для него больше, чем он был готов признать. Ярость с новой силой вскипела в его груди. Пусть катится на все четыре стороны, дешевая потаскуха! Оскорбленное самолюбие требовало покарать зарвавшееся создание. Он, Майкл Ричардсон, спасает ее из лап полиции, выслушивает глупейшие сентенции и позорящие его честь намеки полицейского! И ради чего? Чтобы она переспала с официантом, пользуясь коротким его, Майкла, отсутствием? Он едва не пригрел на своей груди опаснейшую гадюку. Надо же было такое придумать: дать Сью шанс! Он собрался увезти ее с собой в Штаты, оплатить учебу, взять к себе на работу! Майкл поклялся самому себе, что не дотронется до нее и пальцем, если она не захочет. Увезя ее насильно в Англию, он собирался ей все объяснить. Он только хотел немного ее помучить, оставляя в неведении относительно своих планов, чтобы наказать за ту бесстыдную ложь, которую она сочинила комиссару. Он вознамерился наставить ее на путь истинный. Если об этой истории узнают мои мать и брат, они поднимут меня на смех и будут правы. Он как дурак увлекся стриптизершей настолько, что приписал ей необыкновенные душевные качества и интеллект. Он добивался согласия этой девки быть ее защитником и благотворителем до такой степени, что закрыл ее голой в номере, боясь, что она убежит. Что она с успехом и осуществила. Продувная бестия! Неожиданно перед ним возник образ Сью. Проклятую стриптизершу можно было назвать одним словом — изысканная. Изысканна была ее грациозная фигурка, изыскан каскад рассыпающихся по плечам золотистых пышных волос. А глаза… Огромные, бездонные, серебристо-серые, они смотрели прямо в душу Майкла. Он вспомнил, как она стояла, прижав к груди руки, когда он потребовал от нее раздеться. Какая же талантливая артистка эта бессовестная тварь! Как робко смотрела она на него, разыгрывая стыдливую невинность. Несмотря на продажность, в девушке есть что-то особенное, загадочное. Майкл с силой стукнул себя кулаком по лбу. Это надо же быть таким идиотом, чтобы даже сейчас мечтать об этой продажной девке.

— Нет! Ненавистная тварь, я вырву тебя из своего сердца! — неожиданно для себя вслух произнес Майкл.

Дед Майкла по материнской линии был ирландец. Если внешностью он ничем его не напоминал, разве что синими глазами, то некоторые черты характера были поистине ирландскими. Именно от деда О'Хари к нему перешло удивительное упрямство. Майкл стремился бороться с этой чертой своего характера, и в значительной степени это ему удавалось. В бизнесе его упрямство превратилось в настойчивость, что только положительно сказывалось на делах. Но иногда наследственность давала о себе знать и в Майкла вселялся его дед. Тогда приобретенная гибкость мгновенно улетучивалась, и он несся на всех парах напропалую, словно его гнал какой-то рок. Это упрямство требовало устремиться в погоню за Сью, найти ее и растоптать!

Не в состоянии трезво размышлять, зачем ему Сью и что он сделает с нею, Майкл позвонил управляющему службой безопасности отеля и попросил его подняться к нему в номер.

— Я хочу разыскать свою знакомую, которая исчезла.

— А что с ней случилось? Она потерялась в Лондоне? Не волнуйтесь, ей помогут найти «Хэзлитс». Любой полицейский объяснит, где он находится.

— Нет, вы меня не поняли. Она не заблудилась. Она специально покинула отель, чтобы сюда не возвращаться.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10