Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Своенравная пленница

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Финч Кэрол / Своенравная пленница - Чтение (стр. 16)
Автор: Финч Кэрол
Жанр: Исторические любовные романы

 

 


— Это земля волшебных источников, где обитают духи, — промолвил Аракаше. — Там ты встретишься с Ястребом. А мне пора возвращаться к моему народу и готовиться к переселению в те края, где мы каждую весну охотимся. Ты пришлась мне по нраву, дочка. Надеюсь, что и Великий Дух будет к тебе благосклонен.

И, к большому удивлению Розалин, старик повернул коня в обратный путь, оставив девушку одну среди гейзеров.

— Вы и вправду оставляете меня одну в этом логове дьявола? — воскликнула она.

Аракаше обернулся и улыбнулся ей ободряюще:

— Ты сильна и вынослива, дочка, и выдержишь любые испытания. Ты подобна шиповнику — дикой розе, что растет среди камней и не боится холодных ветров. Ястреб скоро придет за тобой, а пока побудь одна в прекрасном, но опасном краю Великого Духа.

Когда Аракаше уже не было видно, Розалин с беспокойством огляделась, спешилась и с наслаждением потянулась. Сколько ей предстоит ждать Ястреба? А если… Не теряя времени, она достала ружье из чехла на случай внезапного нападения дикарей или зверей.

С ружьем в руках она расхаживала по лужайке, слушая журчание ручьев и щебетание птиц. Девушка так устала, что не хотелось ни о чем думать.

Не забывая об осторожности, Розалин опустилась на землю и вновь окинула взглядом окрестности. Их необыкновенная красота напомнила ей, что в последний раз, когда она любовалась дикой природой, на нее внезапно напала медведица. Может быть, хищники, обитающие в этом урочище, уже почуяли ее присутствие и, не ровен час, собираются на нее напасть?

Внезапно раздался странный, ужасный рокот, земля задрожала, послышался громкий и необычный свист, напоминающий змеиное шипение. Розалин содрогнулась, подумав, что началось землетрясение. Шипение усилилось, казалось, уже тысячи змей одновременно исполняют дьявольскую серенаду. Розалин едва не оглохла. В следующий миг из спокойного озера, на берегу которого она сидела, поднялся к небу на высоту более двухсот футов столб кипящей воды. С душераздирающим воплем Розалин вскочила и побежала прочь, чтобы ее не облило кипятком и она не сварилась заживо. Оказавшись на безопасном расстоянии, остановилась и огляделась, вне себя от изумления и страха. О Боже, куда она попала!

Горячие ключи били из земли повсюду. Прежде она не верила рассказам охотников об этих удивительных местах. Теперь же ей представился случай лично убедиться в их правдивости. Она видела и слышала, как извергаются гейзеры, те самые кипящие ручьи, в которых обитают духи индейцев.

Из задумчивости ее вывел уверенный мужской голос:

— Ну-с, будешь еще надо мной смеяться?

Розалин вскочила, удивленная: Ястреб подкрался к ней, как пума, абсолютно бесшумно, и довольно улыбался.

— Разве я не говорил, что существует место, где из земли бьет кипяток, а берега окутывает пар?

Его внезапное появление после долгого отсутствия и самодовольство переполнили чашу терпения Розалин.

Она вскипела, как гейзер, и ошпарила Ястреба взглядом голубых глаз.

— Черт бы тебя побрал, негодяй! Ты совсем потерял совесть! Как ты посмел исчезнуть среди ночи, не сказав еще ни слова? Я не позволю обращаться с собой, как с провизией и пушниной, которые ты припрятываешь в тайниках и достаешь по мере необходимости! Не думай, что тебе все сойдет с рук!

Она уже визжала, распаляясь с каждой минутой от злости.

Ястреб, пытаясь успокоить, схватил ее за руки и привлек к себе.

— Я представлял нашу встречу иначе!

Но Розалин продолжала призывать проклятия на его голову. Как он мог бросить ее одну в форте на забаву тамошним негодяям!

— Тебе наверняка знакомы мерзавцы Черный Орел и Рыжий Теленок! — кричала она, уперев руки в бока, — Надеюсь, ты не считаешь их своими друзьями? Так вот, в твое отсутствие они пробрались в нашу хижину и похитили меня. Впрочем, ты в свое время сам поступил столь же коварно: ведь вы одного поля ягодки! Именно благодаря тебе я очутилась в этой чертовой дыре! И не перебивай меня, я еще не все сказала! Эти негодяи затащили меня в кусты и пытались изнасиловать. Не проезжай случайно мимо Аракаше, они бы меня погубили. Но тебе, похоже, до этого нет дела! Или ты находишь все это забавным?

Ястреб действительно с улыбкой наблюдал, как вздымается от гнева ее прекрасная грудь и сверкают голубые глаза. Но он помрачнел, услышав о попытке двух негодяев ее изнасиловать.

— Ты прекрасно знаешь, что ты мне совсем не безразлична! Я повторял это десятки раз. Или ты все запамятовала?

— Ты говорил, что мы всегда будем вместе, — продолжала Розалин. — Ты бываешь предупредительным и обходительным, когда хочешь затащить меня в постель. Но тебе ничего не стоит вдруг исчезнуть и бросить меня на произвол судьбы!

— Надеюсь, негодяи получили по заслугам? — сказал Ястреб. — Не сомневаюсь, Аракаше приказал зарыть этих мерзавцев в муравейник по самую шею.

— Черта с два! Аракаше сказал, что не признает пыток, и всего лишь запретил этим пьяницам ставить капканы на землях кроу. Будь моя воля, я бы их пристрелила! Но меня не спросили. Аракаше приказал посадить меня на коня и увез в свою деревню, хотя я и сопротивлялась.

Ястреб озабоченно нахмурился: похоже, с годами Аракаше смягчился. Раньше он приказал бы подвесить мерзавцев за ноги на дереве или закопать живьем в землю, оставив на съедение муравьям. Он стал терпимее к «длинным ножам», возможно, потому, что его внук — метис. Чем еще объяснить его снисходительность к Черному Орлу и Рыжему Теленку?

Розалин снова обрушила на Ястреба град упреков:

— Так вот, дорогой! Мне совсем не нравится подобное обхождение! Уже дважды я против своей воли очутилась в лагере индейцев, где и поговорить-то не с кем! Слава Богу, Аракаше говорит по-английски. Хоть и редко, но он со мной беседовал.

Ястреб только улыбался, и это еще больше взбесило Розалин.

— Не смей говорить мне о любви. Если я и правда что-то для тебя значу, объясни, почему ты покинул меня на две педели?

— Ты все сказала? — нахмурился Ястреб.

— Нет! — отрезала она и шагнула к нему, грозя указательным пальцем. — Я все обдумала и решила вернуться одна в форт и дожидаться там прибытия отца. Тебя вполне устраивает одиночество, и я не собираюсь тебе навязываться. Можешь охотиться и ловить бобров в одиночку.

Розалин приняла это решение неожиданно для самой себя. Ей надоело обманываться. Она с самого начала знала, что счастливого конца у их любви не будет. На это намекнул и мудрый Аракаше. Так что ей лучше вернуться в форт, а если по дороге ей встретится гризли, то придет конец всем ее страданиям!

Розалин резко повернулась и пошла к своему коню, но Ястреб крикнул ей вслед:

— Я люблю тебя, Розалин! Я всегда любил тебя!

Его признание прозвучало так искренне и так проникновенно, что сердце Розалин тут же растаяло.

— Да, я не подумал, оставляя тебя одну. Но мне было нужно уединиться, чтобы все обдумать. Ведь я обязан помочь моим друзьям-трапперам и постараться сделать так, чтобы ты осталась со мной. Поверь, я отправился в эту долину один, чтобы никто не мешал мне думать, а не потому, что ты мне надоела. Я мечтаю только об одном: чтобы мы никогда не разлучались. Верь мне!

Он подошел к ней, чтобы она прочитала правду в его глазах и ощутила его любовь и нежность. Ястреб мягко улыбнулся.

— Любовь сделала меня сентиментальным! Было время, когда я не задумывался о будущем, жил одним днем. Но теперь, когда у меня есть ты, Розалин, все изменилось. И я не нахожу себе места, решая, как сдержать слово, данное твоему отцу и своим друзьям, и при этом не потерять тебя, любимая. — Ястреб тяжело вздохнул и погладил ее по щеке. — Здесь я надеялся найти ответы на свои вопросы. Но к сожалению, так и не нашел. Наверное, от любви я поглупел и думаю только о тебе.

Он обнял девушку и прижал к своей груди. Их тела тесно сплелись. Наконец Ястреб прошептал:

— Не уходи от меня, Розалин! Я хочу быть с тобой вечно. Эти две педели я думал и мечтал только о тебе.

— Прости меня, — со слезами сказала Розалин. — Я невесть что тебе сгоряча наговорила. Послушай, Ястреб! Давай проведем оставшийся месяц так, чтобы он запомнился нам на всю жизнь. Ведь скоро придет пора мне вернуться к отцу.

Она обняла его мускулистые плечи и прижалась к гранитной груди, ласково улыбаясь. Он сжал ее в объятиях и хрипло сказал:

— Как я мечтал о нашей встрече!

Они стояли обнявшись и целовались, забыв обо всем на свете.

Вдруг в нескольких шагах от них в небо взмыла струя гейзера. Розалин изумленно смотрела на столб воды, окутанной паром.

Склонив голову на плечо Ястребу, она любовалась игрой природных фонтанов.

— У индейцев кроу есть поверье, что гейзеры — это послания духов подземных рек людям, — прошептал Ястреб.

— И что же хотят нам сказать духи? — спросила Розалин, наблюдая, как поверхность озера опять забурлила, выпуская вверх очередную горячую струю.

Ястреб улыбнулся и с легкой грустью сказал:

— Я покинул тебя на две недели, надеясь решить, как жить в будущем. Но сейчас, когда я тебя обнимаю, мне не хочется думать даже о завтрашнем дне.

Их губы слились в поцелуе, а дыхание смешалось. Розалин показалось, что земля у них под ногами задрожала, когда их тела прижались друг к другу. Поцелуи воспламенили в их жилах страсть, которая требовала немедленного удовлетворения. Они забыли о красоте этого неземного уголка и воспарили над землей в волшебном полете…

После неописуемого блаженства Розалин прижалась к Ястребу и разрыдалась от счастья. Потом с мокрым от слез лицом она замерла, наслаждаясь беззаботностью и покоем.

Ястреб, приятно расслабившись, думал о вспышке страсти, которую они только что пережили. Ему достаточно лишь взглянуть на Розалин, чтобы воспламениться. Но сколько времени пройдет, прежде чем Обри Дюбуа сменит гнев на милость и позволит им соединиться? Лет тридцать? Неужели придется ждать, пока Обри не состарится и не станет ко всему безразличен? Или он не простит их до самой могилы?

Ястреб попытался отогнать тягостные мысли. Две недели он старался найти выход из тупика, но тщетно. И теперь, когда Розалин вновь была с ним, Ястреб не хотел терять ни минуты. Он вскочил и, протянув Розалин руку, помог ей встать. Оглядевшись по сторонам, он повел ее мимо гейзеров к озерцу с чистой и теплой водой.

— Раньше я не верила в существование живых источников, — погружаясь в теплую воду, прошептала Розалин и, раскинув руки, легла на спину и поплыла по круговому течению. — Это место называют адом, — звонко рассмеялась она. — А здесь настоящий рай!

Ястреб нырнул вслед за девушкой. Словно шаловливые дети, они плескались в озерце, не замечая, что солнце клонятся к закату. Они целовались, взявшись за руки и опустившись на дно, и задорно хохотали, вынырнув, чтобы набрать в легкие воздуха.

— Как думаешь, мои друзья в Сент-Луисе не примут за бред сумасшедшей историю о горячих фонтанах и кипящих ручьях?

Задав Ястребу этот вопрос, Розалин погрустнела и выбралась на берег. Она думала об их мрачном будущем. Он понуро побрел следом — собирать с земли разбросанную одежду.

— Аракаше рассказал тебе легенду о Шепчущихся Водопадах? — спросил он, помогая Розалин сесть на лошадь.

Она молча кивнула и, когда он ловко вспрыгнул в седло, нерешительно спросила:

— Я так и не поняла, зачем он притащил меня в это урочище? Эта легенда как-то связана с моим отцом?

— Боюсь, что да, — признался Ястреб. — Я вынудил Медвежьего Когтя рассказать мне о том, что произошло здесь много лет назад.

У Розалин комок подступил к горлу. Суровое выражение лица Ястреба не предвещало ничего хорошего. Но она приготовилась услышать долгожданную правду.

Держа курс на север, Ястреб повел Розалин извилистыми горными тропами, скрашивая их нелегкое и опасное путешествие неторопливым повествованием.

— Когда-то давно два смельчака — Линдон Бодлер и Обри Дюбуа задались целью составить подробную карту этой местности. Моего отца, романтика, манила нетронутая красота этого дикого края. Практичный Обри решил, что здесь можно быстро разбогатеть на торговле пушниной. За годы скитаний Обри и Линдон подружились. Однажды твой отец встретил на землях индейцев кроу девушку по имени Бичипе, единственную дочь моего деда.

Розалин побледнела: неужели красавица Бичипе, погибшая в водопаде, — дочь Аракаше? Она предчувствовала, что истина превзойдет ее худшие ожидания.

— Индейцы радушно приняли Обри и Линдона в своем лагере и дали им индейские имена — в знак дружбы краснокожих и бледнолицых. Обри полюбил Бичипе, однако не расстался с заветной мечтой разбогатеть, торгуя мехами. Весной он отправился в Сент-Луис. Бичипе он оставил на попечение Линдона и взял с него обещание защищать девушку и пресекать поползновения других мужчин.

— Бичипе тоже нравился Обри со своими честолюбивыми замыслами стать богачом. Но постепенно она привязалась к тому, кто был рядом, и полюбила его всем сердцем…

Ястреб испытующе покосился на Розалин: похоже, она уже кое о чем догадалась.

— Значит, они оба любили одну женщину — твою мать? — спросила она.

— Линдон, получивший индейское имя Вапике, не отходил от своей подопечной пи на шаг. И хотя он и пообещал Обри оберегать девушку от посягательств других мужчин, он сам испытывал к ней сильное влечение. Минул год, но вопреки обещанию Обри не вернулся из города и даже не дал о себе знать. Они стали волноваться, заподозрив, что с ним случилась беда. Ведь он отправился в долгое путешествие по диким местам в одиночку, захватив с собой только ценные шкурки. Прождав все лето, мой отец и Бичипе решили, что Обри погиб, и поженились. Вернись Обри вовремя, они бы ему все объяснили, но этого, увы, не произошло.

Ястреб улыбнулся и, посмотрев в сторону хребта над Долиной Лося, махнул рукой на восток, туда, где шумели водопады.

— Целый год мои родители прожили душа в душу, радуясь каждому восходу солнца: им казалось, что оно светит лишь для них двоих. Отец уже настроился обосноваться среди кроу, пустить корни в их прекрасной и богатой дичью земле. Возвращаться в Сент-Луис он не собирался, а когда Бичипе родила ему сына, он решил, что его жизнь удалась. Весной Бичипе уговорила его совершить путешествие в Долину Лося и получить там благословение Великого Духа: ей казалось, что в этом волшебном урочище и находится земной рай — обитель Великого Духа.

Внезапно в лагерь кроу вернулся Обри. Не найдя там Бичипе и верного друга, ом бросился к Аракаше. Вождь ему сообщил, что его давно считают мертвым, и поэтому Бичипе и Baникс поженились, и у них родился ребенок. Обри пришел в ярость. Бичипе он не винил ни в чем, но моего отца назвал предателем. И как ни пытался Аракаше его урезонить, Обри последовал за моими родителями в Долину Лося. Увидев их на уступе скалы, Обри, потерял разум.

Ястреб умолк, давая Розалин возможность представить трагедию, разыгравшуюся среди скал над Шепчущимися Водопадами.

— Ты знаешь, чем завершился спор двух бывших друзей, — продолжал он. — Женщина, которую они оба любили, погибла по их вине. В пылу драки Обри оттолкнул Бичипе, она пошатнулась и сорвалась в бездну. Случившееся так потрясло Обри, что он возненавидел и себя, и моего отца. Оставаться в лагере кроу он не мог, поэтому вернулся в Сент-Луис и посвятил жизнь пушной торговле. Многие годы его сердце исподволь отравляла ненависть к индейцам, охотникам и особенно к Бодлерам. А душа томилась печалью по утраченной любви: он не мог забыть Цветок Дикой Розы. Не случайно он назвал тебя Розалин… Ты напоминаешь ему о его несчастной любви.

Розалин поняла, что Обри женился на ее матери и родил дочь без любви, только чтобы иметь наследницу, которой он оставит свое дело. Он взял Жаклин в супруги, но так и не смог ее полюбить: его сердце унесла девушка-индианка. Пытаясь забыть любимую, погибшую по его вине, он с головой ушел в дела. Но ничто не могло вытравить из его сердца память о Цветке Дикой Розы и лютую ненависть к Бодлерам. Обри мог дать Розалин огромное богатство, но не горячую искреннюю любовь. Когда-то он надеялся обрести дружбу Бодлера, богатство, любовь Бичипе. Но она влюбилась в другого, и это едва не лишило Обри рассудка.

Розалин стало жаль отца, но ему не следовало винить во всем друга. Была ли ненависть Обри ко всем Бодлерам попыткой переложить собственную вину на другого, чтобы оправдаться перед самим собой? Или же задетая гордость так его ослепила, что он не смог беспристрастно оценить эту трагедию? Ведь признай Обри свою вину, со временем его жизнь пошла бы по-другому.

Чем больше размышляла Розалин над этой запутанной историей, тем сильнее становилось ее смятение. Аракаше сказал, что заклятие, наложенное шаманом на Долину Лося, падет только после воссоединения душ Цветка Дикой Розы и ее возлюбленного. Однако пока оно остается в силе. Выходит, Линдой Бодлер жив и бродит по Скалистым горам, преследуемый теми же страшными воспоминаниями.

Ястреб терпеливо ждал, когда Розалин задаст главный вопрос.

— Что сталось с твоим отцом? — наконец спросила она.

— Пока мне не исполнилось тринадцать, он промышлял зверя в этих горах, — ответил Ястреб. — Потом отец забрал меня от кроу к себе, и, неведомо почему, мы стали охотиться вместе. Поскольку в моих жилах течет кровь и белых, и краснокожих, он отправил меня учиться в город. Я этому противился, но отец настоял на своем. Так я оказался в Сент-Луисе, в доме его родителей, и стал познавать новый для себя мир. Отец взял с меня слово, что я вернусь в горы, только когда стану настоящим городским человеком.

Ястреб вздохнул и, прищурившись, взглянул на величественные, низвергающиеся с гор водопады.

— За все годы нашей с отцом совместной жизни он так и не решился мне рассказать правду о моей матери. Он лишь сказал, что она умерла, когда я был ребенком. О вражде с Обри он и не заикнулся — вот почему я так поразился странному поведению Обри в тот памятный день. Мой отец стал отшельником. За последние тридцать лет он покинул горы только однажды,

— И вы с ним совсем не встречаетесь? Неужели ему не тоскливо одному в безмолвной местности? Он не скучает даже по своему сыну? — удивилась Розалин. — Он тоже возненавидел весь мир, как и мой отец?

Ястреб неожиданно рассмеялся:

— Дорогая! Представь, что вы знакомы! Любопытно узнать, каким он тебе показался?

Розалин с подозрением посмотрела на Ястреба; уж не перегрелся ли он на солнце? Когда это она могла познакомиться с его отцом?

— Но ты пока не представлял ему меня, — нахмурилась она.

— А кто заботился о тебе в мое отсутствие? — улыбнулся Ястреб. — Кого мы с трудом выпроводили из зимовья, чтобы остаться вдвоем?

— Медвежий Коготь? — недоверчиво воскликнула Розалии.

— Да, моя прелесть! Медвежий Коготь и есть Линдон Бодлер. Он просил меня молчать об этом, не желая ворошить прошлое. Время избавило его от тоски, но рана в сердце еще не затянулась. Он предостерегал меня от увлечения тобой, опасаясь, что наша любовь добром не кончится. Ведь Обри ничего не забыл и не простил.

Розан и» приуныла, осознав, что нечего надеяться на счастливый исход. Если ее отец до сих пор ненавидит Лии-дона Бодлера, он не отдаст ее в жены Ястребу. Обри снизит цены на свои товары лишь при условии, что Ястреб вернет ему дочь. Только ненависть к Бодлерам способна заставить его пойти на уступки трапперам. Но лотом, когда Розалин окажется дома, позаботится, чтобы она никогда больше не встретилась с любимым.

Прежде Розалин еще надеялась убедить отца сменить гнев на милость, смягчить его сердце признанием, что она искренне любит Ястреба. Теперь она поняла, что из этого ничего не выйдет. Узнав, что дочь всерьез увлечена сыном Линдона, Обри разъярится того пуще.

Видя, что разлука неизбежна, Розалин решила наслаждаться каждым мгновением, проведенным с любимым. Пусть он промышляет зверя, ставит капканы на реке, она всегда будет с ним рядом!

Все дни теперь она не отходила от Ястреба, охотилась и ставила западни. Они облазили Долину Лося, этот рай среди гор, смело преодолевая препятствия и любуясь дикой природой. Они знали, что их любовь недолговечна, как весна. Но пока еще влюбленные были вместе среди заснеженных гор и ревущих водопадов.

Глава 28

С той памятной ночи, когда Обри узнал, что Ястреб похитил его дочь, хмурое выражение не сходило с его лица. Некоторое время он еще надеялся, что нанятый им бандит догонит Ястреба и отберет у него Розалин. Не дождавшись весточки ни от Полголовы, ни от Розалин, Обри приступил к снаряжению каравана. Но и эти хлопоты не вытеснили мысль об отмщении: Ястреб-Бодлер использовал его дочь, и он этого так не оставит. Иногда Обри казалось, что он вот-вот сойдет с ума от злости, и он утешался лишь тем, что сынок Линдона пошел в отца: он такой же подлец и предатель, как все Бодлеры!

Как ни бесило Обри неблагоприятное развитие событий, он понимал, что вряд ли сможет что-либо изменить. Затея с погоней за беглецами провалилась, а пока горные перевалы закрыты из-за снежных заносов и облачности, бессмысленно пытаться их разыскать. Обри смирился с явной неудачей и отложил поиски Ястреба до лета. Этот негодяй обещал вернуть Розалин на очередной ярмарке, и ему не поздоровится, если он не сдержит слова.

Ну а если с головы Розалин упадет хоть волосок, думал Обри, обидчик лишится скальпа. О том, что его дочь и молодой Бодлер могли полюбить друг друга и жить вместе, Обри не хотел и думать: от одной только мысли об этом кровь бешено стучала у него в голове.

Стоя на носу лодки, скользящей по залитой лунным светом реке, торговец пушниной задумчиво смотрел на проплывающий мимо лесистый берег и размышлял о превратностях судьбы. Его прошлое оказалось связано с настоящим. Что его ожидает? Караван с товарами довольно ходко продвигался по реке, хотя на мелководье и приходилось порой тащить лодки волоком. Они останавливались у лагерей промысловиков и у каждого форта, созданного Обри дли торговли с индейцами. Груженный пушниной и припасами, караван наконец достиг Форт-Уильяма.

Обри предполагал утром предстоящего дня перегрузить товары с судов в фургоны, которые и доставят их на ярмарку на берегах Грин-Ривер. Торговец с нетерпением ждал завершения долгого путешествия и встречи с мерзавцем, осмелившимся похитить его дочь. Скрежеща от злости зубами, Обри нервно расхаживал по каюте, гадая, узнала ли дочь тайну, хранимую им вот уже тридцать лет. Ему не хотелось, чтобы Розалин ведала о его несчастном прошлом и о женщине, которую он все еще любил. Обри мог лишь утешаться надеждой, что дочь возненавидела Ястреба за грубое обращение с ней. Вряд ли ей поправилось прозябать в глуши после роскоши их дома в Сент-Луисе.

Ястреб же скоро поймет, что потревожил кровожадного льва, не прощающего обид. Пусть этим летом болван и радуется, что ему удалось вынудить всемогущего Обри Дюбуа пойти на уступки. Зато через год Обри вес вернет сторицей: взвинтит до небес цепы на свои товары, а шкурки будет скупать за гроши. Ястреб не сумеет никому продать свою пушнину, об этом позаботятся люди Обри.

Распалив себя мыслями о мщении, Обри натянул сюртук и вышел из каюты встречать рассвет. Скоро он разобьет лагерь на берегу Грин-Ривер и начнет обменивать свои товары на ценные шкурки.

Обри чувствовал нарастающее волнение. Почти каждую ночь ему снился ухмыляющийся Ястреб. Ну, ничего, подумал Обри, этот проходимец живо захлопнет пасть, уз-пав, что никто не покупает у него товары в обмен на шкурки. Если же этот мерзавец осмелился обесчестить Розалин, ему придется иметь дело с целой армией бандитов: Обри за ценой не постоит! Он всем докажет, что его дочь не продажная девка, а наследница огромного состояния, Ястреб совершил большую ошибку, осмелившись шантажировать его — короля меховой империи.

Крепко стиснув зубы, Ястреб спускался с плато на берег Грин-Ривер, откуда уже доносились шум и гам ярмарки, настоящего праздника для жителей здешних мест. В это время здесь устраивались конные скачки, шумные забавы и буйные игры, и Ястреб был их непременным участником. Но этим летом ему было не до развлечений: его ожидала неприятная встреча с торговцем пушниной, которая закончится разлукой с Розалин. Приближался конец их райской жизни.

Ястреб оставил Розалин на попечение индейцев кроу и, забрав из укромного места свои шкурки, один отправился на встречу с Обри. Уже издалека он заметил багрового от злости папашу Розалин, который проталкивался через толпу к месту их встречи. Заметив, что рядом с Ястребом нет его дочери, Обри без обиняков прорычал:

— Где она? Что с ней?

Остановив лошадь, Ястреб натянуто улыбнулся:

— Розалин жива и здорова, но вопреки тебе. Если бы ты действительно беспокоился о ее благополучии, то не послал бы Полголовы за нами в погоню. Теперь твой наемник в аду, где ему и положено быть.

— А Розалин?

Ястреб неторопливо спешился, достал из сумки связку шкурок и обернулся к сгорающему от нетерпения Обри:

— Она сейчас у кроу: вряд ли ты осмелишься сунуться в юс лагерь. Индейцы тебя не очень жалуют. Впрочем, если надеешься выйти из их лагеря живым, можешь попытаться забрать ее сам!

— Чтоб ты провалился! — прошипел Обри, не ожидавший такого поворота.

— Кстати, Аракаше просил кое-что тебе передать, — продолжал издеваться Ястреб. — Он рад, что дочь не унаследовала худших черт твоего характера.

Он перекинул через плечо связку шкурок и невозмутимо проследовал мимо Обри туда, где с молотка продавались меха.

Обри сжал кулаки и крикнул ему вслед:

— Торги не начнутся, пока я не увижу Розалин! Ястреб остановился и, обернувшись, заглянул в ненавидящие глаза торговца.

— Я это предвидел! Аракаше со своими людьми сейчас на том берегу. Они готовы продать тебе свои шкурки по разумной цене. Как только торги состоятся, Розалин вернется к тебе.

Ястреб свистнул, и на противоположном берегу реки появились индейцы во главе с вождем. Рядом с ним верхом на коне сидела Розалин в костюме индейской скво.

— Тебя следовало бы разрубить на кусочки за то, что ты так вырядил мою дочь! — закричал Обри. — Она же не индианка!

— Но ведь ты сам когда-то жил среди кроу, — возразил Ястреб. — И, как я слышал, даже увлекся одной из девушек этого племени.

Обри с трудом поборол желание броситься на обидчика с кулаками: слова Ястреба ножом полоснули его по сердцу.

— Твой отец нашел в себе мужество признаться, что когда-то он предал лучшего друга? — прохрипел Обри.

— Да, он рассказал мне, почему ты на него зол, — кивнул Ястреб. — И мне стало любопытно, как ты поведешь себя, влюбись твоя дочь в какого-нибудь индейца. Вот будет потеха!

Вне себя от злости, Обри пошел к своей палатке, бормоча проклятия. Негодяй Ястреб все продумал и просчитал до мелочей! Хорошо еще, что он не сделал Розалин своей любовницей! А кроу, у которых она жила, вряд ли осмелились посягнуть на белую женщину — дочь богача-торговца.

Ястреб вывалил шкурки на стол, наспех сколоченный из досок и бочек, за которым сидел оценщик мехов, и, оглянувшись, увидел своего закадычного друга по прозвищу Два Пса. Тот весело поинтересовался:

— Ты уже сказал Дюбуа, что поладил с его дочкой?

Ястреб сообразил, что Два Пса знает все об их отношениях с Розалин. Наверняка этот хитрец умудрился вызвать Розалин на откровенность.

— Пусть старик пока об этом не ведает, так лучше, — ответил Ястреб. — Обри непредсказуем в гневе, и неизвестно, чем это обернется для Розалин.

— Не волнуйся, он ничего не узнает, — заверил его Два Пса. — Но ты и в самом деле собираешься вернуть ему дочь? Меня не проведешь, я вижу, ты от нее без ума!

— А что делать? — понурился Ястреб.

Два Пса тяжело вздохнул:

— Да, положение хуже некуда! Раз дал слово Дюбуа, держи его. Не завидую тебе, дружок. И как ты будешь дальше жить? Влюбиться в красавицу и по своей воле с ней расстаться! Не хотел бы я оказаться на твоем месте.

Ястреб замер: он тоже себе не представлял, как перенесет разлуку с любимой. Лучше бы ему отрезали руку!

Он поморщился, представив, как Обри усаживает Розалин в крытый фургон и увозит с собой. А он, всю жизнь предпочитавший одиночество, проводит любимую тоскливым взглядом и опять будет жить бирюком.

Ему вдруг представилась Розалин, выходящая на берег из теплого озера. Она радостно улыбается, а на ее теле сверкают, как бриллианты, капли воды. Она ложится с ним рядом, и он сгорает от желания обладать ею… А вот она уже на вершине холма, смотрит вдаль своими голубыми глазами. Как прекрасен ее силуэт на фоне гор, освещенных заходящим солнцем. Впрочем, она радовала его взор всегда; и у костра на привале, и а седле, и когда бежала к нему навстречу, светясь любовью…

Ястреб улыбнулся, вспомнив одну из многих ночей, проведенных ими вместе. Утолив голод плоти, они еще долго лежали обнявшись, прислушивались к перешептыванию струй водопада и нежились под долетающими до них теплыми брызгами…

— Ты пришел продавать шкурки или любоваться ими? — потеряв терпение, спросил оценщик мехов.

Ястреб вздрогнул и, вернувшись на землю, назвал самую высокую начальную цену:

— Девять долларов за фунт шкурок! По-моему, они того стоят.

— Девять долларов? — выкатил глаза оценщик. — Но я вижу не золото, а шкурки бобра! Ты что, спятил? Спрос на пушнину упал. Сейчас в моде шелковые шляпы, а не меховые шапки. — Оценщик покосился на Обри Дюбуа, следящего за ходом торгов с дальнего конца прилавка.

— Заплати ему, сколько просит, — кивнул хозяин. Ястреб схватил за локоть своего дружка и, подмигнув ему, нахально воскликнул:

— И моему напарнику тоже! У него шкурки не хуже. Ну же, приятель! Раскошеливайся! Или ты не слышал, что сказал хозяин? Сегодня цена бобровых шкурок — девять долларов за фунт. И ни на цент меньше!

— Но только за мех высшего качества! — уточнил Обри, поймав недоуменный взгляд своего служащего, и поспешно отошел от стола.

Ястреб заметил, как недобро сверкнули глаза торговца.

Тем временем к прилавку устремились и другие трапперы, слышавшие их разговор. Все они получили за свой товар значительно больше, чем рассчитывали. На радостях друзья потащили Ястреба пировать. Они угощали его отменным виски и славили, как победителя. Ведь впервые упрямый и жадный Обри скулил у них шкурки по приемлемой цене!

С наступлением темноты пьяные голоса разносились по всему плато. Начались обычные в таких случаях охотничьи рассказы о невиданных чудесах: долинах, кишащих бобрами, ручьях, в которых этих зверушек столько, что их можно глушить с берега палкой, о свирепых гризли и таинственных существах, помогающих или мешающих охотникам.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19