Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Пришествие Ночи (№6) - Обнаженный Бог: Финал

ModernLib.Net / Космическая фантастика / Гамильтон Питер Ф. / Обнаженный Бог: Финал - Чтение (стр. 39)
Автор: Гамильтон Питер Ф.
Жанр: Космическая фантастика
Серия: Пришествие Ночи

 

 


Джошуа оставался на противоперегрузочной койке, ведя корабль со своей обычной сверхкомпетенцией. Было не особенно много разговоров после того, как туманность Ориона исчезла позади. Она была меньше на каждом звездном разведывательном экране, убывая до все уменьшающегося светового пятна, последний знакомый астрономический признак, оставленный во вселенной. Все атомные двигатели работали на максимальной мощности, быстро меняя узлы. Именно поэтому Джошуа использовал высокое ускорение между координатами вместо обычной одной десятой. Время. Оно стало основным и самым драгоценным из всего, что у него осталось.

Инстинкт гнал его вперед. Эта загадочная теплая звезда, крепко держащаяся на оси датчика, пела ту же песню сирены, которую он когда-то слышал в Кольце Руин. Столько всего приключилось в этом полете. Так много собственных надежд было теперь вложено сюда. Он не мог верить, не верил, что все это проделано напрасно. Спящий Бог существует. Памятник культуры ксеноков, достаточно могущественный, чтобы заинтересовать киинтов. Они были абсолютно правы, открытия, совершенные во время этого полета, постоянно подчеркивали его важность.

— Узлы готовы, капитан, — доложил Дахиби.

— Благодарю, — ответил Джошуа.

Он механически проверил вектор. Хорошо работает девочка! Еще три часа, еще два прыжка — и они на месте. Полет будет закончен. Это та его часть, которой Джошуа верил с трудом. Так много было причин, которые привели «Леди Макбет» к этой встрече. Келли Тирелл и ртуть там, на Лалонде, Джей Хилтон и Хейл, где бы они ни были сейчас, Транквиллити, освобождающая флот Организации. А еще раньше было единственное послание, переданное через безжизненное пространство величиной в полтысячи световых лет, надежно посылаемое со звезды на звезду существами, которые прежде всего никогда не спаслись бы от экспансии своего солнца. И «Свантик-ЛИ», первоначально нашедший Спящего Бога. Невероятное стечение событий одной цепочки в пятнадцать тысяч лет длиной, связывающее эту единственную невероятную встречу с судьбой целых разумных видов.

До сих пор Джошуа не верил в судьбу. Но это оставляло место только судьбе, божественному вмешательству.

Интересно, чему они вверяются и к чему, предположительно, прилетят.


Луиза проснулась в некотором смятении. На ней лежал молодой человек. Оба они были обнаженными.

Энди, припомнила она. Это его квартира: маленькая, неопрятная, заставленная вещами. И такая теплая, что сам воздух, кажется, сгустился. Сконденсировавшаяся жидкость покрыла каждую поверхность и блестела в темно-розовом освещении рассвета, пробивающегося через затуманенное окно.

— Я не сожалею о том, что произошло ночью, — твердо призналась она себе самой. — У меня нет никаких причин чувствовать себя виноватой. Я сделала то, что хотела. Я имела на это право.

Луиза попыталась перевалить его на бок и выбраться из-под него, но кровать просто не была достаточно велика. Он пошевелился, изумился, сосредоточив на ней взгляд. Затем в шоке отстранился:

— Луиза! О боже! — Он откинулся назад, словно приготовился встать на колени. Его глаза жадно разглядывали ее тело, губы растянулись в блаженной улыбке. — Луиза. Ты настоящая!

— Да, я настоящая.

Его голова устремилась вперед, и он поцеловал Луизу.

— Я люблю тебя, Луиза. Милая, милая моя. Я так тебя люблю. — Он наклонился над ней, покрывая жадными поцелуями ее лицо, его ладони сомкнулись вокруг ее грудей, пальцы дразнили ее соски, в точности тем жестом, которым она наслаждалась ночью. — Я люблю тебя, и мы будем вместе до самого конца.

— Энди, — она повернулась, вздрагивая от боли, которую он ей причинял. Для такого костлявого юноши он был на удивление силен.

— О боже, какая ты красивая, — его язык начал облизывать ее губы, отчаянно стараясь проникнуть ей в рот.

— Энди, перестань.

— Я люблю тебя, Луиза.

— Не надо! — она рывком поднялась. — Выслушай меня. Ты не любишь меня, Энди, и я не люблю тебя. Это был просто секс. — Ее губы раскрылись в легкой улыбке, она пыталась, насколько было в ее силах, смягчить удар. — Прекрасно, это был очень хороший секс. Но и только.

— Ты сама пришла ко мне, — его умоляющий голос перешел почти в хрип, в его словах было столько боли.

Луизу охватило ужасное чувство вины.

— Я сказала тебе, что все, кого я знаю, или покинули купол, или были захвачены одержимыми. Вот почему я оказалась здесь. А остальное… ну, мы ведь оба этого хотели. Теперь нет причин не хотеть.

— Неужели я для тебя ничего не значу? — спросил он с отчаянием.

— Конечно, значишь, Энди, — она похлопала его по руке и придвинулась ближе. — Ты ведь не думаешь, что я пошла бы на это с кем угодно, правда?

— Не думаю.

— Вспомни, что мы делали, — шепнула она ему на ухо. — Какие мы были скверные!

Энди покраснел, он не мог смотреть ей в глаза.

— Да.

— Вот и хорошо, — она слегка поцеловала его. — Это та единственная ночь, которая останется с нами навсегда. Никто не может ее у нас отобрать, что бы теперь с нами ни случилось.

— Я все еще люблю тебя. И всегда любил, с тех пор, как тебя увидел. Это никогда не переменится.

— Ох, Энди, — она прижала его к груди, ласково укачивая. — Я не хотела сделать тебе больно. Пожалуйста, поверь мне.

— Ты не сделала мне больно. Ты этого не могла. Только не ты.

Луиза вздохнула:

— Забавно, как может меняться жизнь, так много обстоятельств заставляют человека выбирать одну дорогу вместо другой. Если бы мы только могли прожить все эти жизни.

— Я бы все их прожил вместе с тобой.

Она крепче прижала его к себе.

— Кажется, я завидую той девушке, которая свяжет свою судьбу с твоей. Она будет такая счастливая.

— Неужели это не случится сейчас? Нет?

— Нет. Полагаю, что нет, — она бросила на светонепроницаемое окно сердитый взгляд, ненавидя день, наступающий снаружи, то, как надвигается время, и что оно непременно принесет. Сквозь стекло приближалось еще кое-что другое вместе с пурпурным светом, а именно — ощущение злобы. Оно заставляло Луизу тревожиться, почти бояться. И это красное освещение было слишком уж глубоким для рассветного солнца, он напоминал ей о Герцогине.

Она оторвалась от Энди и обратилась к высокому окну. Встала на один из ящиков, и ее лицо поднялось на уровень окна. Луиза стерла с него конденсированную жидкость.

— О, Боже правый!

— Что такое? — спросил Энди.

Он поспешил к ней и взглянул через ее плечо.

Это не был рассвет, рассвело два часа тому назад. Большое вращающееся облако нависло над центром Вестминстерского купола, за несколько ярдов от земли. Его недобрый отблеск отражался от геодезического кристалла наверху, превращая подпорки в решетки из пылающей меди. Нижняя сторона облака разливала кроваво-красный свет по крышам и стенам города, окрашивая их в нездоровый пурпур. Его ведущий конец теперь находился не более чем в миле от квартиры Энди и мягко колебался в воздухе.

— Вот черт, — прошипел Энди. — Нам надо отсюда уходить.

— Идти некуда, Энди. Одержимые повсюду вокруг нас.

— Но… Ох, дьявольщина. Почему же никто ничего не делает? Нью-Йорк все еще держит их на расстоянии. Надо организоваться и бороться с одержимыми, как это делают они.

Луиза вернулась к постели и осторожно присела. После прошлой ночи некоторые движения были для нее затруднительны. Она воспользовалась своей нейросетью, чтобы сделать общий медицинский осмотр и убедиться, что с ребенком все в порядке. Оно так и было, а сама Луиза получила незначительные повреждения. Медицинские пакеты нейросети добавили ей в кровь некоторые лекарства, которые должны были помочь.

— Мы пытались кое-что сделать, — сказала Луиза. — Но сегодня ночью из этого ничего не вышло.

— И ты? — Энди стоял перед ней, пот стекал с его кожи. Он потер лоб и откинул влажные волосы с глаз. — Ты хочешь сказать — ты в этом замешана?

— Я прибыла на Землю, чтобы предупредить власти об одержимом по имени Квинн Декстер. Мне не следовало трудиться, они уже и так это знали. Он и есть тот, кто стоит за всем этим. Я помогала обнаружить его, потому что прежде его видела.

— Я думал, что нас профильтровала Организация Капоне.

— Нет, это просто Терцентрал объявил по средствам массовой информации. Они не хотели, чтобы люди знали, с чем они в действительности имеют дело.

— Силы ада! — простонал вконец расстроенный Энди. — Славное извинение для мастера по сетям. Не мог я сам даже обнаружить это.

— Об этом не волнуйся, разведка флота куда умнее и искуснее, чем люди думают. — Она снова встала, ее заставили встревожиться остатки Би-7. — Мне нужна ванная. Ты говорил — она в конце коридора?

— Да. Слушай, Луиза.

— Что?

— Наверное, тебе нужна какая-то одежда?

Луиза посмотрела на себя и улыбнулась. Она совершенно бессознательно стояла обнаженная перед мальчиком — нет, больше не мальчиком, случайным партнером по сексу.

— Наверное, я утратила кое-что из моего норфолкского прошлого. Думаю, ты прав.

Ее одежда была свалена в кучу там, куда она ее бросила, все еще мокрая и до ужаса измятая. Энди одолжил ей джинсы и чистый голубой свитер Джуды, вытащив их из ящика, где они были частично защищены от сырости.

Когда она вернулась, он только что закончил прилаживать две батарейки в вентилятор. Гальванизированный ящик начал вздрагивать, когда включился мотор, затем послал в комнату липкую струю холодного воздуха. Луиза встала перед ним, пытаясь высушить волосы.

— У меня припасена кое-какая еда, — сказал Энди. — Хочешь позавтракать?

— Да, пожалуйста.

Он вытащил из ящика заранее приготовленные подносы с едой и сунул их в печь. Луиза начала подробнее осматривать квартиру. Энди в самом деле был фанатиком электроники. Он совершенно не тратил ничего из своего жалованья на мебель или даже на одежду, что было ясно при первом взгляде на нее. Повсюду лежала техника: инструменты, блоки, мотки проволоки и нитей, микроскопические линзы, тонкие приборы и агрегаты.

Когда она заглянула в соседнюю комнату, оказалось, что там все забито старыми домашними приборами. Энди объяснил, что он их собирает для деталей. Ремонтные работы приносили неплохой доход. Она улыбнулась при виде знакомой ресторанной куртки, которая висела за дверью в отдельном пластиковом футляре, так очевидно она выглядела неуместной.

Печь выбросила их подносы с едой. Энди поместил плоский картонный пакет апельсинового сока под носик водяного распределителя, в большой стеклянной бутылке сразу стали подниматься пузыри. Картонка раздулась, когда сок получил нужное количество воды.

— Энди, — Луиза пристально посмотрела на скопление электроники, внезапно начиная ругать себя. — У тебя тут есть работающий коммуникационный блок, что-нибудь такое, что может связаться со спутником?

— Конечно. А зачем?


— Луиза, боже мой! Я уж думал, мы вас потеряли, — передал ей Чарли. — Датчик спутника сообщает, что вы в какой-то квартире на Хэлтон-роуд. А-а, понимаю, это адрес Энди Беху. У вас все в порядке?

— Осталась жива, — передала она в ответ. — Где вы?

— Наверху, на Ореоле. Была хорошая сумасшедшая гонка, но я решил, что это стоит того после ночной катастрофы. Вы не знаете, Флетчер выбрался?

— Понятия не имею. Я никого больше не видела с тех пор, как побежала. А что слышно об Иванове?

— Мне очень жаль, Луиза. Он не справился.

— Значит, осталась одна я.

— Похоже на то, что я опять вас недооценил, Луиза. Моя постоянная ошибка.

— Чарли, над куполом красное облако.

— Да. Я знаю. Умный ход со стороны Декстера. Это значит, что электронные лучи СО не могут по нему ударить, пока не взорвут купол. Это также означает, что практически у меня теперь нет прикрытия датчиков снизу. Я пытался посылать моих связных птиц и крыс, чтобы посмотреть, не могут ли они найти его для меня, но всякий раз теряю с ними контакт. А ведь мы все считали, что его энергетическая мощь не действует на биотехов.

— Флетчер говорит, они знают все, что происходит под их облаком. Возможно, Декстер убивает этих животных.

— Похоже на то. Это не оставляет нам особенно много, правда?

— Красное облако иное, — передала она. — Я думала, вы должны это знать. В самом деле, я поэтому и позвонила.

— Что вы хотите этим сказать?

— Я была под облаком на Норфолке, когда оно собиралось, тогда не было ничего похожего на то, что сейчас. Это я ощущаю, оно похоже на низкую вибрацию, такую, какую вы можете слышать. Оно здесь не просто для того, чтобы закрывать небо, это действительно зло, Чарли.

— Это Декстер. Теперь ему нужно собрать вместе совсем немного одержимых. Что бы он ни намеревался делать, это связано с этим облаком.

— Я боюсь, Чарли. Он хочет победить, да?

— Можете ли вы с Энди перебраться во внешний купол? Там у меня на месте есть оперативные агенты. Я смогу вас вытащить.

— Облако растет, Чарли. Не думаю, что нам это удастся.

— Луиза, я хочу, чтобы вы попытались. Пожалуйста.

— Чувствуете себя виноватым, Чарли?

— Наверное. Я переправил Женевьеву на Транквиллити. Капитан черноястреба клянется, что никогда больше не возьмет пассажира из моей компании.

— Это же моя сестра, — улыбнулась Луиза.

— Вы теперь уйдете из этой квартиры?

— Не думаю. Мы с Энди счастливы там, где находимся. И кто его знает, что случится, когда Землю уберут из нашей вселенной. Может, не так-то и скверно будет.

— Этого не произойдет, Луиза. Не об этом заботится Декстер. Он хочет уничтожить вселенную, а не покинуть ее. А на Земле есть люди, которые могут его остановить, чтобы он вообще ничего не сделал.

— Это вы о чем? Вы же так и не смогли остановить его.

— Появление красного облака наконец пробрало нашего потрясающего президента до мозга костей. Он обеспокоен, не означает ли это, что одержимые готовы убрать Землю из вселенной. Сенат дал ему одобрение на использование оружия СО против куполов и уничтожать одержимых. Это новый фатализм, Луиза. Конфедерация отвернулась от Арнштадта и Новой Калифорнии, чтобы им возможно было избавиться от Капоне. Президент пожертвует меньшинством граждан республики, чтобы спасти большинство. История не будет за это поминать его добрым словом, хотя, я думаю, что выживут в других куполах, останутся ему благодарны.

— Вы должны это остановить, Чарли. В Лондоне больше народу, чем на всем Норфолке. Вы же можете это остановить, разве не так? Би-7 не имеет права допустить, чтобы все они погибли. Вы же управляете всей Землей. Вы так говорили.

— Самое большее, что мы можем, — это издать приказ действием на несколько часов. Сокрушить командные коммуникации, заставить офицеров СО отказываться выполнять приказы. Но в конечном счете, прямой приказ президента пройдет, и его будут выполнять. Платформы будут стрелять в купола лазерами гамма-лучей. Все жилые клетки в куполах будут уничтожены.

— Нет. Вы должны их остановить.

— Луиза, доберитесь до одного из внешних куполов. У вас есть антипамять. Вы можете ее использовать против любого, кто попытается вас остановить.

— Нет! — громко выкрикнула она. Ее ладонь стукнула по столу, заставив подносы и стаканы подскочить. — Нет. Нет. И нет. — Она схватила коммуникационный блок и швырнула его о стену. Футляр его сломался, а пластмассовые осколки раскатились по всему полу. — Не буду!

Энди застыл на стуле, испуганно уставившись на нее. Она повернулась к нему лицом.

— Они собираются всех уничтожить. Президент хочет расстреливать жителей из оружия СО.

Энди встал и обнял ее, пытаясь унять ее гневную дрожь. Даже босиком она была на полголовы выше, ему приходилось смотреть снизу вверх, чтобы увидеть судьбу в ее глазах.

— Мы должны его остановить, — сказала Луиза.

— Президента?

— Нет, Декстера.

— Этого одержимого? Маньяка?

— Да.

— Как?

— Не знаю. Сказать ему. Предостеречь его! Заставить его убрать красное облако. Должен же он понять, что, раз у него нет больше сторонников, он — ничто.

— А потом что?

— Не знаю! — заорала она. — Но это помешает тому, чтобы все погибли, разве тебе это безразлично?

— Да, — пробормотал он.

Луиза подошла к куче своей одежды и выкопала оттуда оружие антипамяти.

— Где мои туфли?

Энди взглянул на аккуратную черную трубочку, которую она держала с такой решимостью, и осознал, насколько Луиза серьезна. Первая его мысль была запереть дверь так, чтобы помешать ей выйти. Он слишком перепугался даже для того, чтобы это сделать.

— Не выходи туда.

— Я должна, — рявкнула она в ответ. — Никто из этих чудовищ не беспокоится о людях.

Энди бросился на колени:

— Луиза, я тебя умоляю. Они тебя схватят. Будут пытать.

— Но недолго. В конце концов нас же убьют всех. — Она рывком засунула ногу в туфель и застегнула боковые застежки.

— Луиза! Пожалуйста!

— Ты собираешься пойти со мной?

— Там же Лондон, — напомнил он, махая рукой в сторону окна. — У тебя всего часа два, чтобы найти одного человека. Это же невозможно. Оставайся здесь. Мы никогда не узнаем, когда это случится. Особенно с оружием СО, оно такое мощное.

Луиза посмотрела на него сверху вниз:

— Энди, ты что, за новостями не следишь? У тебя же есть душа. Ты точно узнаешь, когда это произойдет. У тебя будет хороший шанс улететь в потусторонье.

— Не могу я туда выйти, — простонал Энди. — Только не туда, где они.

Луиза надела второй туфель.

— Ну а я не могу остаться здесь.

Энди посмотрел на нее снизу, она стояла, возвышаясь над ним. Высокая, красивая и решительная. И совершенно великолепная. Он всю ночь провел, занимаясь с ней любовью, изнуряя свое тело опасным уровнем стимулирующих программ, чтобы она оказалась просто потрясена. А для нее это, оказывается, ровно ничего не значит. Никогда она не будет принадлежать ему, потому что она разглядела его настоящего. Теперь они разделены еще больше, чем тогда, когда он еще не знал, что она живет на свете.

Он прикрыл рукой нос, чтобы скрыть свое сопение.

— Я люблю тебя, Луиза.

Он слышал, как жалкие слова срываются с его губ. Он презирал себя за свою сущность, за то, что никогда не смог бы стать другим.

Раздражение смешалось со смущением. Луиза не знала, хочется ли ей оттолкнуть его или поцеловать.

— Я все-таки так наслаждалась минувшей ночью, Энди. Я не хотела бы, чтобы было иначе.

Если бы он потрепал ее сейчас своей дрожащей рукой, это было бы слишком ужасно. Она отвернулась от него и вышла за дверь, спокойно затворив ее за собой.


Джей разбудили громкие голоса и хлопанье дверей. Она села в постели и широко, во весь рот, зевнула, изо всех сил потягиваясь. Снаружи стояла ночь, она могла слышать только мягкий звук волн, перекатывающихся на пляже под легким ветерком, но этот звук перекрывал шум, стоявший в шале. По всем комнатам передвигались люди, разговаривая взволнованными голосами. Деревянные ступеньки веранды заскрипели под чьими-то шагами, и снова хлопнула парадная дверь.

Она нашла Принца Делла и на цыпочках направилась в короткий коридорчик, ведущий в холл. Никогда раньше в шале не бывало такого волнения, даже когда старожилы строили планы насчет новой колонии. Что бы там ни происходило теперь, это должно было быть очень значительным и представляло крайний интерес.

Голоса умолкли.

— Входи, Джей, — позвала Трэйси из гостиной.

Джей сделала так, как ей сказали. Невозможно ничего разузнать, если Трэйси рядом. Сейчас с ней были семеро пожилых людей, они сидели и стояли по всей гостиной. Джей низко опустила голову, пробираясь к большому креслу, в котором сидела Трэйси, девочка слишком робела, чтобы что-нибудь сказать.

— Извини, малышка, — сказала Трэйси, когда Джей проскользнула на подушки рядом с ней. — Эта шумная возня тебя разбудила?

— В чем дело? — спросила Джей. — Почему все здесь?

— Вот пытаемся решить, не обратиться ли с петицией о вторжении к Корпусу, — сказала Трэйси. — Опять!

— Кое-что на Земле случилось, — сказал Арни. — Сначала мы этого и не поняли, но Квинн Декстер, кажется, замышляет сотворить нечто опасное.

— Корпус не станет вмешиваться, — решительно заявил Гэйли. — Причин все еще нет. Вы же знаете правила — только если это какой-то чужой, неизвестный вид представляет опасность. Квинн Декстер, согласно учебникам, квалифицируется как гуманоид. Значит, следует разрешить конфликт самим.

— Значит, учебники надо переписать, — буркнул Арни. — Я бы его не определил в качестве даже близкого к роду человеческому.

— Корпус не станет вмешиваться, потому что президент применит оружие СО, такое вот варварство.

— Но не в такое время, когда требуется остановить Декстера, он не станет, — сказала Трэйси.

Джей уютно свернулась клубочком поближе к Трэйси:

— А что Декстер собирается сделать?

— Мы не уверены абсолютно. Может быть, и ничего.

— Ха, — буркнул Арни. — Вот поглядим и увидим.

— Вы что, за этим наблюдаете? — девочке вдруг совсем расхотелось спать.

Трэйси взглянула на Арни. У них был ментальный обмен. Джей это почувствовала, хотя и не могла разобрать отдельные слова каждого из них. В последнее время она научилась делать это хорошо.

— Пожалуйста! — взмолилась Джей. — Это же мой мир!

— Все в порядке, — ответила Трэйси. — Ты можешь не ложиться и еще немного понаблюдать. Но не думай, что услышишь какие-то кровавые новости.

Джей метнула на нее взгляд.

Взрослые устроились на других стульях, составляя их вместе по три штуки. Телевизор Трэйси был включен; показывали опустевшую улицу, застроенную старинными домами. Над головой сверкали красные облака. Джей вздрогнула при виде всего этого. Облака были так похожи на те, на Лалонде.

— Это Лондон, — определила Трэйси, и вручила Джей чашку с горячим шоколадом.

Джей устроила Принца Делла у себя на животе, чтобы ему было хорошо видно, и с довольной физиономией отхлебнула напитка кремового цвета. Кто-то шагал по середине улицы.


«Леди Макбет» вынырнула за сто миллионов километров от звезды класса F, на пять градусов к ее эклиптике. Так как эта система не была нанесена на карту, Джошуа приказал привести в готовность боевые датчики и произвести быструю предварительную проверку. Время для получения ответа было очень кратким, короче, чем вразумительный стандарт; если там окажется что-то, грозящее столкновением, они надеялись обнаружить это достаточно быстро, чтобы сделать прыжок и удалиться.

— Космос свободен, — доложила Болью.

Впервые за последние тридцать часов Джошуа Калверту удалось расслабиться, откинувшись на подушки. Он и не понимал, как напряглись мышцы шеи и плеч, они казались выложенными из горячего камня у него под кожей.

— Мы с этим справились! — возопил Лайол.

Под шумные самопоздравления Джошуа приказал бортовому компьютеру вытянуть стандартные датчики. Их держатели выскользнули из фюзеляжа вместе с терморегулирующими панелями.

— Алкад, — передал ей Джошуа, — вытащи, пожалуйста, Кемпстера из ноль-тау камеры. Скажи ему, что мы прибыли.

— Есть, капитан, — ответила она.

— Болью, Эшли, будьте любезны, активизируйте поверхностные датчики. Остальные приводите «Леди Макбет» в стандартное положение для нахождения на орбите. Дахиби, я все еще хочу, чтобы мы были готовы к прыжку, так что будешь держать узлы наготове.

— Есть, капитан.

— Состояние горючего? — спросил Джошуа.

— Удовлетворительное, — доложила Сара. — У нас осталось сорок процентов наших запасов горючего и пятьдесят пять процентов антиматерии. Учитывая, что мы сожгли пятнадцать процентов для того чтобы сдвинуть Лаларин-МГ, у нас осталось достаточно, чтобы вернуться в Конфедерацию. Мы даже можем перепрыгнуть через эту систему, чтобы наверняка не взорвать никакой спутник.

— Будем надеяться, что нам не придется, — сказал Джошуа.

— Послание «Свантика-ЛИ» не упоминало, где именно в этой системе находится на орбите Спящий Бог; и вращается ли он по орбите или обладает собственной орбитой по отношению к звезде.

Экипаж был свободен, пока «Леди Макбет» изменяла положение полета к менее востребованному статусу нахождения на орбите. Люди слонялись вокруг мостика, пользовались умывальной. Эшли спустился в камбуз и принес еды. Продолжительное нахождение при высоком ускорении было до ужаса утомительным. А есть что-то существенное во время ускорения было крайне неумно. Масса создавала громадное давление на внутренние органы, даже при искусственно усиленных мембранах. Все они с жадностью поедали губчатые кексы из пасты, разливая большое количество сырного соуса по всему мостику.

— Так что, если он видит целую вселенную, — спросил Лайол, набивая полный рот едой, — как вы думаете, он знает, что мы здесь?

— В каждый телескоп видно всю вселенную, — ответил Эшли. — И это вовсе не значит, что все они могут видеть нас.

— О'кей, он все-таки определил каждый наш гравитон отклонения, когда мы совершали прыжок сюда, — невозмутимо сделал вывод Лайол.

— А как ты это докажешь?

— Если он о нас и знает, он себе помалкивает, — сказала Болью. — Датчики не определили никаких магнитных колебаний снаружи.

— Тогда как их нашли тиратка?

— Я бы посчитал, что легко, — вставил Дахиби.

Под руководством Кемпстера и Ренато Болью посадила поверхностные спутники. Шестнадцать из них вспыхнули, удаляясь от «Леди Макбет» при 7 g. Они образовали шарообразное построение, окружая космический корабль как центр. Через две минуты заработало горючее их твердых ракет, позволяя им осуществлять свободный полет. Основной частью был строй многофазовых датчиков с визуальным спектром, гигантский летящий технический глаз, смотрящий сразу во всех направлениях. Они образовали между собой все усиливающуюся телескопическую линию, способную на крупные решения. Единственное настоящее ограничение для них заключалось в количестве достижимой энергии, чтобы коррелировать и анализировать поступающие фотонные сведения.

Разведка производилась при помощи регистрации любой световой точки с отрицательной величиной (в стандартной звездной классификации самые яркие из видимых звезд отмечаются как звезды первой величины, а самые туманные — шестой, любые тела, более ярко светящиеся, чем номер один, должны быть планетами, и им приписывается отрицательное значение). Затем их положение оценивалось пять раз в секунду, чтобы определить, двигаются ли они.

Когда было обнаружено местонахождение планет, телескоп смог сфокусироваться на каждую в отдельности, чтобы увидеть, имеется ли у них на орбите то экстенсивное пространственное движение, о котором упоминал экипаж «Свантика-ЛИ». Так как у тиратка отсутствовала техника гравитонного определителя, экипаж «Леди Макбет» принял за исходные данные, что это движение должно быть видимым. Если ничего так и не будет найдено, следует провести более внимательное обследование системы.

— Это в высшей степени необычно, — передал Кемпстер после того, как была закончена первая разведка.

Он и Ренато использовали главное помещение в капсуле С вместе с Алкад и Питером, там была установлена их специальная электроника, превращая комнату во временную астрофизическую лабораторию. Джошуа с Лайолом обменялись взглядами, выражающими что-то между удивлением и весельем.

— В каком отношении? — спросил Джошуа.

— Мы можем определить только один источник отрицательной величины, находящейся на орбите этой звезды, — ответил астроном. — Здесь просто ничего больше нет. Никаких планет, никаких астероидов. Датчики «Леди Макбет» не могут даже обнаружить обычные облака межпланетной пыли. Вся материя отсюда вычищена и практически превращена в молекулы. Единственное нормальное явление — солнечный ветер.

— Вычищена или просто всосалась в разрушающее пространство, — буркнула Сара.

— Так что же представляет собой этот излучатель? — передал им Джошуа.

— Какой-то предмет величиной с Луну вращается по орбите вокруг звезды на расстоянии трехсот миллионов километров.

Джошуа и остальные члены экипажа обратились к датчикам. Перед ними предстала очень яркая светящаяся точка. Совершенно неопределенная.

— У нас нет ничего для спектрального прочтения, — сказал Кемпстер. — Она отражает солнечный свет на все сто процентов. Она должна быть покрыта своего рода зеркалом.

— А ты говорил — легко, — упрекнул Эшли, обращаясь к Дахиби.

— Это не легко, — поправил Джошуа. — Это очевидно. — Он отметил положение этого предмета в бортовом компьютере и составил вектор для координационного прыжка, который унесет их за миллион километров от загадочного объекта. — Все по местам. Через минуту — ускорение.


Импульсивный гнев, вытолкнувший Луизу из квартиры Энди, испарился к тому времени, как она добралась до Ислингтон-Хай-стрит. Пока она шла пешком по опустевшим улицам, у нее было достаточно времени на раздумья. Главным образом, она думала о том, как глупа и до тупости упряма ее идея. И в то же самое время ее первоначальный замысел не ослабевал. Должен же кто-то что-то сделать, как бы бесплодно это ни оказалось. Мысль о том, что она будет схвачена и окажется перед шайкой Декстера, делала ее походку шаткой и неверной.

Ее нейросеть сломалась, когда Луиза шла по Сент-Джеймс-стрит. Вообще-то ей больше не был нужен файл с картой. Декстер не может быть далеко от центра красного облака, все, что ей оставалось сделать, — это дойти до Темзы, а это всего мили две. Она знала, что ей в действительности и не пройти такое расстояние.

Край облака, потертый кусок его, все еще медленно выползал по направлению к небоскребам позади Луизы. Он добрался уже до Финсбери, едва ли дальше, чем за четверть мили от нее. Резкий звучный гром отражался от трещащей нижней стороны облака, эхом раскатываясь по опустевшим улицам. На высоких вечнозеленых деревьях листья трепетали в дисгармонии от того, что колеблющиеся порывы теплого воздуха дули из его центра. Птицы держались на этих потоках высоко в небе, Луиза видела крошечные черные пятнышки, летящие большими стаями, и все они держались одного и того же направления: прочь от облака.

Они оказались умнее людей. Луиза была поражена, что не встретила никого, кто бежал бы при приближении этого явления. Все жители города забаррикадировались у себя за дверями. Был ли кто-то из них парализован страхом настолько же, насколько Энди?


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 40, 41, 42, 43, 44