Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Семья Деверо - Мой милый ангел

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Грассо Патриция / Мой милый ангел - Чтение (Весь текст)
Автор: Грассо Патриция
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Семья Деверо

 

 


Патриция Грассо

Мой милый ангел

Глава 1

Анджелика прочла подозрение в его чуть пьяных глазах. Он знал, что она мошенничала.

Она была уверена в своем таланте, а потому угроза разоблачения не очень ее беспокоила.

Другое дело – пьянство. Это всегда было опасным. Конечно, если дело не касалось ее отца…

Восемнадцатилетняя Анджелика Дуглас облизала пересохшие от нервного напряжения губы и почувствовала, как крупные капли холодного пота медленно скатились в ложбинку между двумя прелестными полушариями высокой груди. Подняв руку, она откинула упавшую на лоб прядь роскошных густых волос и поправила венок из желтых полевых цветов, венчавший подобно золотой короне ее голову.

Анджелика одарила свою жертву солнечной улыбкой и бросила быстрый взгляд на группу зевак, столпившихся вокруг импровизированного карточного стола, наспех сооруженного из широкой доски и двух деревянных стояков.

– Постойте, – одернул ее партнер. Девушка выжидательно посмотрела на него:

– В чем дело?

– В том, что вы мошенничаете!

– Я? – И Анджелика с готовностью подняла вверх обе ладони, которыми за мгновение до этого закрывала две лежавшие перед ней карты. – С чего вы это взяли?

Партнер густо покраснел, но промолчал. Анджелика же громко рассмеялась:

– Разве я виновата в том, что вам сегодня упорно не везет в карты? Что ж, давайте сыграем в кости!

– Я никогда не играю в кости с женщинами!

Мужчина обиженно повернулся и вышел из зала.

– Испугались? – бросила ему вслед Анджелика. – Может быть, кто-нибудь хочет сыграть со мной в кости?

Она обвела присутствовавших вызывающим взглядом. Из-за склонившихся над столом мужских спин донесся тихий голос:

– Позвольте мне.

Все расступились и пропустили вперед молодого высокого джентльмена. Анджелика посмотрела на него и про себя отметила, что в жизни не встречала такого красивого мужчины. Он выглядел старше ее, по меньшей мере, лет на десять. У него были густые черные волосы, темные глаза английского Адониса, одетого в черные бриджи и короткий камзол поверх белоснежной сорочки. При столь скромном одеянии все же трудно было усомниться в его аристократическом происхождении.

Наклонившись над Анджеликой, неизвестный джентльмен все же оказался на несколько сантиметров выше всех остальных. Девушка внимательно посмотрела в его черные глаза и с улыбкой протянула стаканчик с игральными костями.

Их пальцы на миг соприкоснулись. Невидимая искра пробежала через все тело Анджелики. Она подняла голову и поняла, что незнакомец почувствовал то же самое.

– Меня зовут Роберт, – представился он слегка хрипловатым голосом. – А как ваше имя?

– Анджелика.

– Вы относите себя к добрым ангелам или к злым?

– Позвольте мне задать тот же вопрос вам.

– Сколько вы сегодня выиграли? – улыбнулся Роберт.

– Четыре фунта.

– Тогда давайте назначим следующую ставку тоже в четыре фунта.

Анджелика помедлила с ответом. Только ее нижняя губа едва заметно дрогнула, слегка обнажив белоснежные зубы. Она подумала, что если проиграет весь дневной выигрыш, то вся ее семья останется голодной. Но в случае благоприятного исхода партии она принесет домой аж целых восемь фунтов. Причем выиграть ей не составляло особого труда, ибо Анджелика уже набила руку в подобных баталиях.

Однако что-то в этом человеке вселяло в ее душу непонятный страх. Тем не менее, она решилась:

– Пусть будет так. Ставлю четыре фунта.

– Ваша заявка?

– Семь очков.

– А моя – пять.

Анджелика встряхнула кости в стакане и выбросила их на стол. На одном кубике оказалось четыре, на втором – три.

– Давайте сыграем еще, – предложил Роберт и добавил еще восемь фунтов к уже лежавшим на столе. – Ваша заявка?

– Снова семь! – прошептала Анджелика и выбросила кости.

На этот раз первый кубик показал шесть, а второй – единицу. Вместе снова получилось семь.

Она лучезарно улыбнулась Роберту и пододвинула лежавшие на столе шестнадцать фунтов поближе к себе. Боже, теперь ее семейство сможет почти целый месяц нормально питаться!

– Будете играть дальше? – спросила девушка несколько смущенным тоном.

Роберт некоторое время так внимательно смотрел на нее, что она подумала, не догадался ли партнер о ее плутовстве. Но он спокойно опустил руку в карман и, вынув еще шестнадцать фунтов, бросил их на стол.

Анджелика снова бросила кости. На этот раз на них выпало четыре и три. Итого – снова семь…

Она посмотрела на лежавшие около ее правой руки тридцать шесть фунтов и неуверенно спросила Роберта:

– Еще?

– Да!

К немалому удивлению, ее партнер вынул из кармана еще тридцать два фунта и бросил на кон…

Она довольно долго перетряхивала стакан. Но выигрыш снова остался за ней: два и пять…

– Везет же вам сегодня! – усмехнулся Роберт и небрежным движением руки добавил к солидной кипе ассигнаций еще шестьдесят четыре фунта. – Может быть, рискнете еще разок, мой злой ангел?

Анджелика была по-настоящему шокирована столь крупной игрой и снова нервно облизала высохшие губы, подумав, следует ли ей принять новый вызов.

Почти машинально она выбросила кости на стол. Шесть и один…

– Все! – прошептала девушка, опуская в карман сто двадцать восемь фунтов. – Время остановиться!

Стараясь не смотреть на свою жертву, она встала из-за стола и, не проронив более ни слова, вышла из зала. Но не успела Анджелика пройти и нескольких шагов, как кто-то схватил ее за руку.

– Разрешите вас проводить? – с чарующей улыбкой спросил Роберт.

Анджелика бросила на него подозрительный взгляд. Может быть, этот человек хочет ограбить ее, отобрать все деньги, включая и только что выигранные? Или же его намерения были еще более греховными? Конечно, Роберт был очень красив! Но ее ждала семья, которой не на что было есть. И это было главным…

– Нет, спасибо, не надо меня провожать, – решительно отказалась Анджелика.

– Но вам необходима охрана. Ваш кошелек просто-таки набит деньгами! И очень многие за столом видели это.

– А кто может защитить меня от вас, сэр?

– Вы мне не доверяете? – грустно улыбнулся Роберт.

– Я никому не доверяю, – холодно ответила Анджелика. – Особенно – малознакомым мужчинам.

– Но ведь мы уже друзья, которые еще не успели хорошо друг друга узнать, – возразил Роберт. – Потому-то я и сделал вид, что не заметил плутовства, с помощью которого вы выудили у меня деньги.

– Я никогда не занимаюсь обманом! – возмутилась Анджелика, отступив на шаг.

– Полагаю, что вы также никогда и не лжете, – отозвался Роберт.

Анджелика прибавила шагу, заставляя себя не оглядываться.

Миновав Корам-Филд, она пошла медленнее. Неподалеку проходила Гилдфорд-стрит, где Анджелика надеялась встретиться со своими сестрами, чтобы вместе с ними вернуться домой. Но предварительно надо было отделаться от Роберта – от этого красивого мужчины, неведомо почему, но явно намеренно проигравшего чуть ли не целое состояние. Зачем он это сделал? Ведь они совсем не знали друг друга… Правда, Анджелика признавалась себе, что была бы не прочь познакомиться с Робертом поближе.

Она вдруг почувствовала, как в душе поднимается волна негодования против собственной семьи. Действительно, какого черта она должна ограничивать себя во всем ради поддержки родственников?! Если бы кто-нибудь мог позаботиться о ней самой!

Но, устыдившись подобных греховных мыслей, девушка попыталась подавить в себе раздражение, готовое вырваться наружу. Тут же перед ее мысленным взоров возникла трагическая фигура отца, так и не сумевшего побороть тягу к алкоголю. Она вспомнила больную тетку, которая уже не могла работать по состоянию здоровья, а потому растратила все свои сбережения. Теперь ее содержала Анджелика. Надеяться на какую-то существенную материальную помощь со стороны совсем юных сестер и вовсе не приходилось…

Однако винить себя в бедственном положении семьи Анджелика не могла. Виноваты были те, кто довел до разорения отца. И за это преступление против семьи Дуглас они ей ответят!

Анджелика опустила руку в карман, и в который раз потрогала деньги. На эти сто двадцать восемь фунтов вся ее семья сможет существовать достаточно долго. Может быть, ей даже удастся отложить какую-то часть денег для их возвращения в Шотландию, где у отца был доставшийся по наследству дом в Суитхарт-Прайори – единственная ценность, которая еще осталась в семье. Конечно, если отец не успел пропить и это…

Уже смеркалось. И Анджелика подумала, что напрасно не позволила Роберту сопровождать себя. Темная, глухая ночь могла застигнуть ее еще по дороге домой. А это было отнюдь не безопасно!

Анджелика быстрым шагом прошла через Рассел-сквер, Монтегю-плейс и Бедфорд-сквер. Лица большинства встречных лондонцев светились радостью. Очевидно, столичные жители предвкушали празднество, устроенное на Примроуз-Хилл по случаю летнего солнцестояния. Вдоль всей улицы были развешены красочные фонарики, веселый свет которых призывал смирять воинственный пыл светских денди, собиравшихся в ночной темноте выяснять отношения посредством дуэлей.

Анджелика спустилась на Тотгнем – Жорт-роуд. Толпа здесь значительно поредела, и можно было вздохнуть спокойнее.

– Господи, дай мне благополучно добраться до дома! – прошептала девушка, инстинктивно дотронувшись пальцами до обнимавшего шею бриллиантового ожерелья – подарка тетки, оказавшегося теперь едва ли не единственной ее ценностью. Тетушка чуть ли не насильно всучила ожерелье племяннице, уверяя, что это талисман, оберегающий от всех бед…

Помимо воли в ее воображении снова возник образ красивого молодого человека, у которого она плутовством выманила немалую сумму. Анджелика прикусила нижнюю губу, понимая, что поступила дурно. И подумала, что этот обман зачтется ей за большой грех. Тем более что сегодняшнее плутовство было зеркальным отражением мошенничеств, с помощью которых много лет назад некие мерзавцы разорили ее отца. Может быть, следовало бы вернуть Роберту какую-то часть его проигрыша?

Но тут же осознание нужды заставило Анджелику забыть об этом благородном намерении. К тому же если Роберт мог позволить себе бросить на кон сто двадцать восемь фунтов, то, конечно, предвидел возможность проигрыша. А это означало, что серьезного урона его карману ее плутовство не нанесло.

В глубине души Анджелика не могла не признаться себе, что мелькнувшее в голове намерение вернуть часть денег Роберту на деле было лишь поводом еще раз с ним увидеться. Да, она была одинока и страдала от этого. Но не хотела никакого вмешательства в свои дела. Тем более – связанные с планируемой местью всем виновным в разорении ее семьи…

– Почему вы пошли пешком, мой ангел? – услышала она за спиной голос Роберта. – Мне кажется, что спокойнее, да и безопаснее, было бы ехать верхом.

– Я оставила свою лошадь в конюшне.

– Так воспользуйтесь моей! Право, это седло достаточно широко, чтобы ехать вдвоем.

– Я никогда не езжу верхом вдвоем с незнакомыми мужчинами.

– Разве мы не знакомы? – пожал плечами Роберт. – Вы только что, извиняюсь, выманили у меня весьма приличную сумму. Так позвольте же мне, по меньшей мере, проводить вас до дома!

Анджелике безумно хотелось усесться в седло вместе с Робертом и почувствовать себя вернувшейся к нормальной, привычной с детства жизни.

Но долг пересилил желание.

– Мне было очень приятно с вами познакомиться, Роберт! – сказала она, глядя в сторону.

– Имейте в виду, – напомнил он, – что не я один видел, как вы опускали в карман выигрыш.

И Анджелика подумала, что это предупреждение имело под собой реальную основу. Но одно не давало ей покоя: усесться в одно седло с этим человеком означало круто изменить всю свою жизнь…

Ну и что же? Пусть будет так! Разве она довольна тем существованием, которое вела сейчас?

– Я живу на дальнем склоне Примроуз-Хилл, – сказала она с улыбкой.

Роберт слез с лошади, намереваясь помочь Анджелике вскарабкаться в седло. Но в тот же момент конский топот нарушил тишину. Оба повернулись и увидели всадника, целившегося в них из пистолета.

В какую-то долю секунды Роберт распластался на земле под брюхом лошади, прикрыв собой Анджелику. Раздался выстрел. Пуля просвистела где-то совсем рядом. После чего послышался удалявшийся топот копыт.

Роберт еще некоторое время прижимал Анджелику к земле и смотрел ей в глаза.

– Опасность миновала, – прошептала она, с трепетом ощущая сквозь тонкую ткань своего платья волнующее тепло мужского тела.

Но Роберт, казалось, не собирался вставать. Он посмотрел сначала в одну сторону, потом – в другую, пытаясь что-то разглядеть. Анджелика с некоторым удивлением взирала на него, при этом чувствуя, что густо покраснела. Он же улыбнулся и ласково шепнул ей на ухо:

– Вы потеряли свой венок!

Но Анджелике было не до этого. После того как их чуть не застрелили, самообладание спутника, беспокоившегося о каком-то венке в подобной ситуации, показалось деланным. Она уже открыла рот, чтобы предложить Роберту встать и освободить ее от весьма внушительного веса его тела, но он уже сам быстро поднялся на ноги и протянул ей руку, чтобы помочь встать.

– Я подозревал, что кое-кто непременно постарается отобрать у вас деньги, – улыбнулся Роберт, водружая на голову Анджелике подобранный с земли венок. – Ну, вот вы и опять стали похожей на сказочную фею.

– Почему вы думаете, что убить хотели именно меня? – с некоторым раздражением в голосе проговорила девушка. – Ведь этот мерзавец не остановился, чтобы отобрать деньги, а тут же ускакал. Вы уверены, что это был не один из ваших личных врагов?

Роберт сдвинул брови. Анджелика же улыбнулась и добавила:

– Должна вам сказать, что я – отличный стрелок. И если бы вы сразу не накрыли меня своим телом, я одним выстрелом выбила бы этого типа из седла.

Роберт расхохотался:

– Ангел с пистолетом под крылом! Занятно! В следующий раз я непременно предоставлю вам возможность спасти меня!

Он подсадил девушку в седло. Она не противилась, хотя и буркнула, когда Роберт уселся позади нее:

– Остаток пути я могла бы пройти пешком! Дважды в день подвергнуться нападению чуть ли не в центре города – такое вряд ли может случиться!

– Боже мой, да вы же самый очаровательный игрок, которого я когда-либо встречал! – воскликнул Роберт. – Назовите мне, наконец, вашу фамилию!

– Дуглас… Анджелика Дуглас. А ваша?

– Рой… Роберт Рой.

Он с наслаждением вдыхал исходивший от Анджелики запах духов, напоминавших горную лаванду. И вообще эта девушка казалась ему похожей на солнечный летний день.

– Ваша улыбка заставляет устыдиться даже само солнце, – прошептал Роберт ей на ухо.

– Наверное, потому, что я очень люблю это время года, – отозвалась она. – Каждый день просто переполнен солнечным светом, запахом цветов и ощущением полной свободы.

– Боже мой, да вы к тому же еще и игрок-философ! – выгнув от удивления бровь, воскликнул Роберт.

Анджелика пожала плечами:

– Я философ по призванию. А игрок – по необходимости.

Будучи большим знатоком женской красоты, Роберт получал подлинное наслаждение, обнимая за талию этого очаровательного ангела, пока они спускались по Хэмпстед-роуд. Окутывавшая Анджелику аура чистоты и невинности притягивала Роберта и возбуждала. У этой девушки были совершенные черты лица, белая, как слоновая кость, кожа и пухлые губы, зовущие к поцелуям. Пышные золотистые волосы каскадами спускались по спине к тонкой талии. Венок из полевых цветов, подобно нимбу окружавший затылок, наводил на мысль о божественном происхождении столь неземного создания.

Когда Роберт впервые увидел Анджелику за карточным столом, он не мог отвести от нее восхищенного взгляда. И никак не мог понять, почему эта очаровательная женщина тратит время на игру в карты и кости. Ведь любой из его знакомых джентльменов, наверное, расстался бы с львиной частью своего богатства, чтобы сделать своей любовницей подобное совершенство! Кроме того, эта женщина непременно подарила бы своему обладателю таких же красивых детей!

При мысли о детях Роберт сразу же почувствовал дискомфорт во всем теле. Так бывало всегда, когда он вольно или невольно думал о них. Настроение его тут же портилось, как бывает с природой, когда солнце вдруг скрывается за облаками.

Нет, он не станет более травить себя подобными мыслями! Тем более что вторично жениться не намерен.

– Что-то случилось? – спросила Анджелика, не поворачивая головы.

– Нет, мой ангел. Просто мне в голову пришли неприятные мысли.

– Какие?

– Не важно. Ничего серьезного. Анджелика бросила на него взгляд через плечо:

– Вы хотите сказать, что это не мое дело?

– Примерно так.

Роберт остановил коня недалеко от вершины холма и посмотрел вниз. Там нестройными рядами тянулись черепичные крыши маленьких коттеджей с окрашенными в лимонный или белый цвет фронтонами. Это придавало каждому из них сходство с праздничным тортом.

– Очень даже мило, не правда ли? – с улыбкой проговорил он.

– С такой высоты все выглядит мило и даже красиво, – уныло ответила она.

– А вы, оказывается, еще и циничный ангел!

– Оглянитесь и посмотрите на Лондон.

Роберт повернул коня и обвел взглядом открывавшуюся с холма панораму огромного города. Отсюда были прекрасно видны Тауэр, собор Святого Павла и Вестминстерское аббатство.

– Конечно, грязных трущоб вы не увидите. Тем не менее, они все-таки существуют!

– Но ведь не весь же Лондон состоит из трущоб!

– Согласна. Но не все лондонцы живут и среди прекрасных парков!

– Что за горький цинизм, мой ангел!

– В жизни вообще много горького для тех, кто не принадлежит к высшему обществу.

– И вы серьезно верите, что все члены высшего общества живут счастливо?

– Я только знаю, что никому из них не приходится думать о том, что они будут есть завтра.

Роберт не мог с этим спорить, а потому поспешил сменить тему разговора:

– А что там, за этой деревушкой?

– Сент-Джонс-Вуд.

Он тронул лошадь, и они стали медленно спускаться по склону холма, направляясь к одному из коттеджей.

– Вот здесь! – попросила Анджелика.

Роберт натянул поводья, и они остановились напротив миниатюрного домика, окрашенного в бледно-розовый цвет. Роберт спрыгнул на землю и помог девушке спуститься.

– Анджелика, дорогая! – раздался женский голос из окна коттеджа. – Слава Богу, ты вернулась домой!

В следующий момент дверь распахнулась, и на улицу выбежала женщина лет сорока. Ее карие глаза, фигура, каждый изгиб тела дышали сладострастием. Щеки с двумя очаровательными ямочками горели ярким румянцем. От этого она казалась гораздо моложе своего реального возраста.

– Что случилось, тетушка Рокси? – крикнула ей Анджелика.

– Твой отец валяется на чердаке. Он вдребезги пьян! – Тетушка Рокси бросила мимолетный взгляд на Роберта и добавила: – Он напился моих духов «Лаванда»!

Анджелика бросилась в дом. Роберт последовал за ней. В маленькой комнатушке под самой крышей лежал на койке старый человек и громко стонал.

– Он отравился! – воскликнул Роберт. – Принесите поскорее пустое ведро и кувшин очень соленой воды!

– Что вы собираетесь делать? – побледнев, спросила Анджелика.

– Сейчас увидите. А пока посадите его.

Анджелика вместе с тетушкой Рокси помогли Роберту поднять почти бесчувственное тело и прислонить спиной к стене. Он с трудом открыл глаза и, посмотрев на всех троих мутным взглядом, невнятно прошамкал:

– Магнус, это ты?..

Роберт вздрогнул. Магнусом звали его отца. Соседи говорили, будто бы отец был очень похож на него в молодости. Но откуда этот неисправимый алкоголик знает его отца, которого никогда не видел, будучи трезвым?

– Опомнись, Грэм! – воскликнула тетушка Рокси. – Где ты видишь Магнуса? Это же…

– Роберт, – подсказал Рой.

Грэм снова застонал и чуть слышно повторил:

– Это Магнус, Рокси! Неужели ты его не узнаешь?!

– Не имеет смысла спорить с пьяным, – сказал Роберт. – Если он считает меня каким-то Магнусом, то пусть так и будет. Я стану отвечать за Магнуса. Может быть, это поможет ему протрезветь.

– Какой обаятельный молодой человек, – шепнула Анджелике тетушка Рокси, вернувшаяся из соседней комнаты с кувшином холодной воды и пустым ведром.

Роберт наклонил бесчувственное тело Дугласа над ведром, заставил его открыть рот и вставить туда два пальца. После чего влил в него немного соленой воды, которую Дуглас с трудом проглотил. Повторив эту процедуру несколько раз, Роберт поставил ведро между коленями старика и принялся массировать его живот.

– И что нам теперь с ним делать? – спросила Анджелика.

– Теперь будем ждать.

Они подождали, пока Дугласа не начало рвать. После каждого приступа Роберт передавал ведро Анджелике, а она выливала содержимое в помойный бак и, быстро вымыв, снова ставила его перед отцом.

– Сейчас вам станет легче, – сказал Роберт несчастному, вновь укладывая его на спину.

– Мне уже стало лучше, – с трудом проговорил Дуглас. – Я знал, что ты непременно придешь мне помочь, Магнус!

– Грэм, это не Магнус! – повторила тетушка Рокси.

– Рокси, ты всегда была мне дорогой сестрой и преданным другом. Такой и осталась! – прошамкал старик. – Помнишь, как я упал с лошади рядом с домом? Ведь тогда ты сразу же поспешила мне на помощь!

– Да, действительно было! – тихо ответила тетушка.

– И неразлучно была со мной в день смерти моей жены. Не так ли?

– Это был самый печальный день в моей жизни, – дрожащим голосом ответила Рокси, вытирая глаза.

– И сегодня ты пришла поддержать меня в тяжелый час. Разве не так?

Почтенная дама утвердительно кивнула. Но выражение лица Дугласа вдруг резко изменилось.

– Рокси, а что, если ты – злой ангел, приносящий несчастья?

Роберт от неожиданности закашлялся. Анджелика улыбнулась. Тетушка Рокси вначале с мольбой подняла глаза к небу, а затем опустилась на кровать, заключив ладони брата в свои.

Анджелика слегка коснулась руки Роберта и знаком предложила спуститься вместе с ней вниз. Он утвердительно кивнул.

Гостиная в доме Дугласов одновременно служила кухней. Одна печь, располагавшаяся у дальней стены, использовалась в кулинарных целях, а другая – у противоположной – обогревала в холодные зимние месяцы помещение. На столике стояла клетка, видимо, какой-то певчей птицы. Две двери – одна напротив другой – вели в спальные комнаты. В углу возле длинного дивана стояли пюпитры и арфа, а на стульях лежали скрипка со смычком и флейта.

– Спасибо вам за то, что спасли жизнь моему отцу, – сказала Анджелика.

– Не стоит благодарности, мой ангел.

Она взволнованно схватила Роберта за руку:

– Отец был на грани безумия от постигших семью бед, потому и пристрастился к алкоголю. А сегодня… Мне даже страшно сказать, что я подумала…

– Не думаю, что он пытался покончить с собой, – постарался успокоить ее Роберт.

Ему показалось, что это удалось. Тогда он кивнул в сторону музыкальных инструментов:

– Вы играете?

– На арфе.

– Извините, мне следовало бы знать, что ангелы обязательно играют на арфах.

– Раньше у нас здесь стояла совершенно необыкновенная арфа. Правда, тогда я была еще совсем маленькой, а потому мне она, возможно, просто казалась такой.

– Жаль, что я не могу этого увидеть, – улыбнулся Роберт, подойдя ближе к девушке.

– Неужели вы никогда не видели концертную арфу?

– Я хотел сказать, что желал бы видеть вас маленькой девочкой, играющей на арфе.

Анджелика покраснела от смущения. Роберт посмотрел на нее и подумал, что очень давно не видел такого невинного и прекрасного румянца на девичьих щеках.

– Привет, привет, привет! – раздался чей-то громкий крик, и в комнату влетел огромный попугай с голубыми крыльями, золотистой спиной и зелеными глазами.

– Привет, Джаспер, – приветствовала его Анджелика. – Я по тебе соскучилась!

Она почесала затылок Джаспера, и тот от удовольствия захлопал крыльями.

– Будьте осторожны с этим проказником, – предостерегла она Роберта. – И не держите руку так близко к его клюву, если не хотите лишиться пальца. Он может откусить его напрочь. Ну, а теперь, Джаспер, поприветствуй Роберта.

– Привет! – истошно завопил попугай.

– Привет, Джаспер, – ответил Роберт. Попугай слегка наклонил голову и заорал снова.

– Время пожелать всем доброй ночи, – сказала Анджелика и, подойдя к клетке, распахнула дверцу. – Входи!

Попугай послушно вошел. Потом повернулся и вновь выкрикнул:

– Привет!

– Доброй ночи, Джаспер! – рассмеялась девушка. Она взяла со стола разноцветный шелковый платок и накрыла им клетку. – Я выиграла его в карты.

– А кто такой Магнус, которого упоминал ваш отец?

– Магнус Кэмпбелл – герцог Инверари, – с горечью в голосе ответила Анджелика.

– Ваш отец был знаком с герцогом? – удивленно переспросил Роберт.

– Мой брат носит титул графа Мелроуза, – ответила за племянницу, входя в гостиную, тетушка Рокси.

Это заявление еще больше удивило Роберта. Он обвел взглядом комнату, не веря, что граф может жить в такой бедности.

– Не удивляйтесь, дорогой Роберт, – поспешила объяснить тетушка. – Нам пришлось пережить очень трудные времена.

– Но это не означает, что мы сами разорились, – тут же поправила ее Анджелика. – Нас разорили. И особенно в этом усердствовал герцог Инверари.

– Каким образом ему удалось довести вас до подобного положения? – спросил Роберт, еще раз обводя взглядом гостиную.

– Это очень длинная история, – вздохнула Анджелика, выкладывая на стол свой выигрыш.

– Я никуда не тороплюсь.

– Все же я расскажу вам ее в следующий раз. Когда допишу последнюю страницу преступления.

Роберт нахмурился:

– Вы собираетесь мстить?

Неожиданно дверь резко распахнулась, и в гостиную решительным шагом вошли две девушки. Они выглядели гораздо моложе Анджелики. Одна из них была жгучей брюнеткой и слегка прихрамывала. Другая была рыжей.

Несмотря на внешнюю несхожесть, Роберт сразу понял, что это младшие сестры Анджелики.

– Роберт, разрешите мне представить вам Саманту и Викторию. Сестры, познакомьтесь, пожалуйста, с Робертом Роем.

– Роберт Рой? – прыснула Саманта. – Так зовут известного разбойника на дорогах.

– Ты, верно, шутишь? – усомнилась ее рыженькая сестра.

– Вовсе нет!

– Ведите себя прилично, девочки! – прикрикнула на них тетушка Рокси. – И не оскорбляйте гостя! Вы же как-никак светские дамы!

– Светские дамы не играют в наперсток! – запальчиво ответила Виктория.

– Не лазят по чужим карманам, – добавила Саманта.

– И не занимаются всякого рода темными делишками! – ухмыльнулась Виктория и выложила на стол все, что тем или иным способом заработала за день. – Под темными делишками, дорогая тетушка, я подразумеваю предсказания будущего, вызывание душ умерших или изготовление всякого зелья, выдаваемого за «любовные» напитки.

– Ой, замолчите же, наконец! – взорвалась тетушка Рокси. – Нам нужны деньги. И я стараюсь делать все, чтобы помочь их добыть!

Анджелика сделала знак Роберту и тихо шепнула:

– Давайте пройдемся и подышим свежим воздухом.

Как только дверь коттеджа за ними закрылась, Роберт наклонился к уху Анджелики и спросил:

– Насколько я понял, ваши сестры – карманные воришки?

– Боюсь, что так! – вздохнула она.

– А тетушка – шарлатанка?

– Нет. У нее просто есть дар свыше. Роберт с трудом удержался от смеха.

– И вы в это серьезно верите?

– Верю. Поскольку у меня подобный дар тоже есть. Хотя еще и не развит.

– То-то вы заколдовали меня с первого взгляда!

Роберт подарил Анджелике самую очаровательную улыбку, на которую был способен. Она рассеянно посмотрела вдаль и грустно сказала:

– Саманта хромает, потому что одна ее нога немного короче другой. Она попала под колеса кареты какого-то очень богатого вельможи. Для того чтобы прооперировать сломанную ногу, нужен был опытный хирург. У нас на него не нашлось денег.

– Прискорбно, – грустно покачал головой Роберт.

– Это случилось давно. А у Виктории другие проблемы – с буквами и числами.

– Какие?

– Она не может толком читать и считать. А в остальном Дугласы – вполне нормальная семья.

Роберт рассмеялся.

– Завтра утром я приду проверить, как чувствует себя ваш отец.

– Вы хотите пообщаться с людьми нашего круга? – спросила Анджелика.

Роберт наклонился так, что почти коснулся ее щеки:

– Я хотел бы пообщаться с вами.

Очень осторожно и нежно Роберт заключил Анджелику в объятия. Их губы коснулись друг друга и слились в чистом, невинном поцелуе. Почувствовав, что тело Анджелики расслабилось, а дыхание участилось, он вновь припал к ее губам. На этот раз жадно и страстно.

Но уже в следующий момент Роберт быстро отстранился и стал внимательно всматриваться в выражение лица девушки. И вдруг понял, что это был первый поцелуй в ее жизни. Он ласково провел ладонью по ее щеке и прошептал:

– Можно мне получить назад часы?

Она густо покраснела и ответила, заикаясь:

– Я… не… не понимаю… Что вы имеете в виду?

– Те самые часы, которые вы выудили у меня из кармана, пока мы лежали под лошадью, спасаясь от грабителя.

Анджелика сунула руку в карман, вытащила часы и, возвращая их Роберту, смущенно пробормотала:

– Как похожи на золотые!

– Они и в самом деле золотые.

– Как вы догадались, что я… – начала было Анджелика.

Но Роберт закрыл ей рот поцелуем, оглянулся и свистом позвал свою лошадь, мирно щипавшую траву. Та, услышав зов хозяина, подняла голову, повернулась и подошла.

– Вы хорошо ее вымуштровали, – заметила Анджелика.

– У меня твердая рука, но я могу быть очень даже добрым и великодушным хозяином, – усмехнулся Роберт, многозначительно посмотрев на нее.

– Я никогда не назову ни одного мужчину своим хозяином! – взорвалась Анджелика, отлично понявшая намек.

– Что ж, увидим!

Роберт легким прыжком вскочил в седло, натянул узду и, круто повернув лошадь, понесся вниз по склону холма, насвистывая мелодию непристойной песни. Он знал, что Анджелика непременно станет смотреть ему вслед, но ни разу не обернулся, хотя бы для того, чтобы пожелать ей спокойной ночи.

Анджелика Дуглас была эффектной и соблазнительной женщиной. К тому же храброй и преданной, что не так уж часто встречается среди особ прекрасного пола. Это не мешало ей время от времени плутовать в картах и других азартных играх.

Хотя для отца Анджелики настали тяжелые времена, она все равно аристократка. А разорение делало ее более доступной для Роберта, в душе которого пробудилось желание непременно сделать ее своей любовницей.

Эта мысль заставила его улыбнуться. И он решил снова увидеться с Анджеликой, только после того, как сделает несколько утренних визитов. В первую очередь Роберт хотел выяснить, что именно герцог Инверари сделал с Грэмом Дугласом. Ибо содержание любовницы, вынашивающей планы мести его родному отцу, непременно превратило бы их совместное существование в настоящую пытку. Но как бы там ни было, он постарается загладить вину своего родителя перед отцом Анджелики.

Глава 2

Его внимательно рассматривали…

Медленно прогуливаясь вдоль Парк-лейн по направлению к городскому дому своего отца, Роберт помахал рукой лорду Уилтширу, проезжавшему мимо в карете. Престарелый джентльмен надвинул на лоб шляпу и демонстративно отвернулся.

Практически никто имевший хоть какое-нибудь отношение к лондонской знати никогда не гулял по Парк-лейн. Роберт в этом смысле составлял редкое исключение. И то лишь потому, что его дом находился здесь же, причем совсем недалеко от отцовского. Поэтому не было никакого смысла садиться в экипаж только для того, чтобы проехать пару кварталов.

Роберт невольно улыбнулся. Соседи, включая лорда Уилтшира, давно привыкли видеть его прогуливающимся по этой улице, а потому уже не удивлялись, относя подобные моционы на счет странности характера. Но сегодня они все как один с любопытством провожали его взглядами и, как показалось Роберту, даже шушукались между собой. Наверное, оттого, что Роберт Рой, одетый в черные бриджи и довольно помятую сорочку, в которой ходил еще вчера, без пиджака, галстука и шляпы, тем не менее, позволял себе вышагивать вдоль Парк-лейн с такой торжественной важностью, как будто был королем, вышедшим продемонстрировать подданном свой новый наряд.

– Что это вы так оделись? – строго спросил дворецкий, открывший дверь.

Роберт знал старого слугу с самого детства, а потому позволял ему разговаривать с собой достаточно вольно. Кроме того, дворецкий был в курсе всех перипетий личной жизни молодого хозяина. Вот и сейчас Роберт отлично понял, что слуга угадал причины, заставившие его одеться столь легкомысленно, – Роберт хотел выглядеть в глазах Анджелики, с которой надеялся встретиться чуть позже, молодым человеком из простого сословия. Но все же прозорливость слуги была ему не очень приятна. А потому он строго посмотрел на дворецкого и холодно сказал:

– Мистер Тинкер, я не спрашивал вашего мнения о моем внешнем виде. Лучше скажите, где отец.

– Его светлость работает у себя в кабинете. Роберт хотел было подняться по лестнице на второй этаж, но его остановил женский голос:

– Подождите минутку, Роберт, мне надо с вами поговорить.

Он обернулся и увидел в дверях холла вдову брата. Боже, он всегда чувствовал, что эта женщина старается подкараулить его где только можно. И всегда делал все возможное, чтобы избегать встреч с ней или незаметно проскользнуть мимо. Но сейчас, увы, это было уже невозможно.

– Извините, милорд, – обратился к нему Тинкер, – но я должен доложить его светлости, что приехала маркиза Слоувенли.

Венеция Эмерсон Кэмпбелл – вдова покойного брата Роберта – выглядела очень даже симпатичной дамой с каштановыми волосами и совершенным овалом лица. У нее был миниатюрный носик, сладострастные губки и карие глаза с длинными ресницами. Но глуповатость, злобность и жадность сводили на нет внешнюю привлекательность.

Венеция медленно и грациозно прошла через гостиную. Глядя на ее походку, Роберт узнал всегдашнюю манеру покачивать бедрами, что когда-то действовало на него возбуждающе. Но это было уже давно, когда Венеция, оставшись вдовой, стала предпринимать весьма энергичные попытки соблазнить его, а затем – женить на себе.

– Что это вы так оделись? – эхом повторила Венеция слова мажордома.

– Чем вам не нравится мой наряд? – слегка улыбнулся Роберт.

– Постыдитесь, – мягко упрекнула Венеция. – Маркиз Аргайлл должен всегда быть прилично одетым. Надеюсь, вас здесь еще никто не успел увидеть в таком виде?

– Я не способен жить по вашим стандартам, – буркнул Роберт.

Венеция улыбнулась и подошла к нему поближе.

– Ради вас я могла бы и понизить свои стандарты. Роберт отступил на шаг и сказал, улыбнувшись через силу:

– Разве я от вас этого требую? Да, чуть было не забыл! Вчера я купил пони для Колина. Его вам привели?

– Да. Это было очень мило с вашей стороны* Колин начал думать, что вы – его отец, которого он никогда не видел. А Гэвин прожил слишком недолго и не успел получше узнать своего сына.

– Что ж поделать? Никто не застрахован от несчастных случаев, – ответил Роберт.

Он надеялся, что Венеция не станет упоминать Луизу. Разговор о покойной жене вызывал в его памяти тяжелые воспоминания. Роберт никогда не понимал, как может Венеция спокойно говорить о своем собственном безвременно умершем муже.

– Мы с леди Гриффитс сейчас отправляемся на верховую прогулку по Гайд-парку. Не хотите составить нам компанию?

– В подобном одеянии я только буду смущать вас.

– Разве так долго переодеться? Я могла бы и подождать.

– У меня нет времени.

– Надеюсь, вы вернетесь ко дню рождения Колина? Мы хотим его отпраздновать.

– Мне бы не хотелось пропустить пятилетие своего племянника.

– А позже мы могли бы поехать на бал к Рэндольфам, – с улыбкой сказала Венеция.

– Увы, я уже получил другое приглашение. Улыбка на лице вдовы угасла.

– От своей любовницы? – В голосе прозвучали ревнивые нотки.

– Извините, – сказал Роберт, – но мне нужно поговорить с отцом.

Он повернулся, намереваясь подняться на второй этаж, но Венеция преградила ему дорогу:

– Прошло уже четыре года со дня смерти моей сестры. Когда вы, наконец, перестанете ее оплакивать?

Роберт долго смотрел на родственницу. Потом мрачно сказал:

– Один из нас все же должен отдавать дань умершим!

Не сказав больше ни слова, он поднялся наверх.

Боже праведный! Оставит ли его когда-нибудь в покое эта особа?! Роберт думал об этом, пока не остановился перед дверью кабинета отца, и вошел, не постучавшись. Некоторое время он пристально смотрел на старого джентльмена, сидевшего за огромным столом красного дерева.

Глядя на отца, Роберт заметил, что тот сильно постарел, после смерти Гэвина.

Через высокие окна в комнату проникали лучи заходящего солнца. В стене справа от входной двери располагался камин, облицованный мрамором. Над ним – портрет покойной матери Роберта. Вдоль стен тянулись шкафы и полки с книгами, а чуть выше – длинный ряд портретов всех глав семьи Кэмпбелл, начиная чуть ли не с древнейших времен. Впрочем, некоторые из родственников были запечатлены на холстах совсем недавно. Так приказал отец. За большие деньги он нанял талантливого художника, который восстановил лица предков по хранившимся в архивах семьи описаниям и письмам.

Роберт очень любил этот кабинет. Еще совсем мальчишкой он часто забирался сюда и часами рассматривал портреты давно умерших родственников, стараясь вообразить, что каждый из них сейчас мог бы подумать о нем. Уже тогда он понимал, что после смерти отца вся ответственность, которую накладывала на каждого очередного главу семьи фамилия Кэмпбелл, непременно ляжет на его плечи.

Герцог Инверари, наконец, обернулся и, увидев сына, сухо сказал:

– А, это ты! Заходи. – На его лице появилась вымученная улыбка. – Полагаю, что в таком виде ты стал предметом всеобщего внимания на Парк-лейн.

Роберт пожал плечами и уселся в кресло с противоположной стороны письменного стола. И сразу же вновь почувствовал себя мальчишкой. Так бывало всегда, когда он сидел перед отцом.

– Цены на шерсть и зерно снова упали, – сказал Магнус без всякого вступления. – У меня создается впечатление, что кто-то хочет досадить нам.

– Александр Эмерсон все еще обвиняет меня в смерти Луизы, – сказал Роберт, как бы пропустив мимо ушей брюзжание отца по поводу цен на шерсть и зерно.

– Имей в виду, что все достанется Колину, если ты срочно не женишься и не родишь наследника. А потому Александру незачем урезать прибыли собственного племянника.

Магнус взглядом указал сыну на бутылку виски, стоявшую на столе, но тот отрицательно покачал головой.

– Жажда мщения заслонила в голове Александра все остальное, – сказал он. – Что ж, пусть поступает как считает нужным! Но если он попытается причинить нам реальный вред, я тут же поставлю его на место! А в отношении зерна уверен, что мы сможем разбогатеть на перегонке и продаже шотландского виски.

Магнус с явным интересом посмотрел на сына:

– Продолжай, я слушаю.

– Никто не может производить виски, равное нашему. Только в Шотландии можно найти ключевую воду, которая поднимается из красных гранитных недр и затем отфильтровывается естественным путем, пройдя сквозь мох и болотный торф.

– Но возможно ли организовать перегонку в коммерческих целях?

– У меня уже есть несколько человек, работающих над изобретением машины для продолжительной перегонки.

– Если твои изобретатели до чего-нибудь додумаются, срочно сообщи мне.

Герцог резко переменил тему разговора.

– Ты будешь участвовать в этом году в лондонском первенстве по гольфу? – совершенно неожиданно спросил он.

Роберт откинулся на спинку кресла.

– Я не хотел бы упустить возможность обыграть «Пэлл-Мэлл» и «Сент-Джеймс-стрит».

– Если бы мне скинуть лет двадцать! – усмехнулся отец. И тут же снова заговорил совсем о другом: – Между прочим, Чарлз Эмерсон стал поговаривать о возможности брака между тобой и Венецией.

– Нет, это невозможно! – решительно ответил Роберт.

– Но со времени смерти Луизы прошло уже четыре года, – возразил Магнус.

– Черт побери! Как будто я этого не помню, если думаю о ней каждый день!

– Не забывай, с кем ты разговариваешь!

– Извините, отец!

– Ты не можешь обвинять себя в смерти Луизы.

– Отец, я не хотел бы продолжать, разговор на эту тему.

– Тебе нужна жена и дети!

Перед мысленным взором Роберта неожиданно возник образ Анджелики Дуглас. Ее пышные светлые волосы, голубые глаза, зовущие губы – ну прямо змей-искуситель в женском облике!

– Мне не нужно ни жены, ни детей! – отрицательно замотал головой Роберт. – А наследником станет Колин.

– Если Венеция снова выйдет замуж или же вернется в отцовский дом, наследством Кэмпбеллов будут распоряжаться уже другие.

– Венеция никуда не уедет!

– Почему ты в этом так уверен?

– Ей слишком нравится дом Кэмпбеллов и вес этой семьи в обществе, – цинично ухмыльнулся Роберт. – Не забывайте, что наше семейство – одно из самых богатых в Англии. – Роберт помолчал и вдруг без всякого перехода спросил: – Что вы знаете о графе Мелроузе?

– Ты имеешь в виду Грэма Дугласа? – с удивлением спросил герцог. – Мы с ним были лучшими друзьями. Но не виделись уже более десяти дет. А почему он тебя интересует?

– Почему ваша дружба оборвалась? Что-нибудь случилось?

– Ничего не случилось. Примерно десять лет назад Мелроуз вместе со всей своей семьей куда-то исчез. Эмерсон как-то говорил мне, что Грэм одно время жил в Европе. Я попытался его найти, но…

– Я нашел его, – прервал отца Роберт.

Герцог от неожиданности поднялся из кресла и ошалело уставился на сына:

– Где он?

– Успокойтесь, отец!

– Я хочу все знать!

Герцог снова опустился в кресло. Роберт же не спешил с ответом и спросил:

– Мне хотелось бы знать, каким образом Мелроуз разорился. Или он просто пропил все свое состояние?

– Грэм в жизни не притрагивался к спиртному. Говорил, что алкоголь туманит ему мозги. Я был в Шотландии как раз тогда, когда Грэм переживал свои потери. Позже мне говорили, что несколько знакомых Эмерсона, включая самого Чарлза, мошенничеством вытряхивали из него деньги. Кстати, Эмерсон получил титул графа Винчестера не в последнюю очередь благодаря деньгам Грэма. А позднее купил у него имение за ничтожную сумму.

– И вы, зная все это, позволили мне и Гэвину породниться с той семьей?! – удивленно воскликнул Роберт.

– Гэвин был влюблен, – пожал плечами Магнус. – И я не мог поступить иначе. Ладно, оставим это. Лучше скажи, где сейчас Грэм?

– Вряд ли имеет смысл теперь искать его, отец. Он превратился в законченного алкоголика и живет в нищете.

– Я не могу в это поверить!

– Вчера мне довелось познакомиться с его старшей дочерью. Она играла в карты и кости, причем отъявленно мошенничала. Но после призналась мне, что семья ее только и живет на деньги, добытые таким способом.

– Я могу помочь им! – воскликнул герцог. Роберт покачал головой:

– Я сам постараюсь ей помочь.

Магнус сдвинул брови и подозрительно посмотрел на сына:

– Ей?

Роберт подумал, что напрасно распустил язык. Но молчать было уже нельзя.

– Ее зовут Анджелика Дуглас. Фактически сейчас именно она и осталась за главу семьи.

– Но ей не может быть больше восемнадцати лет!

– Да, видимо, это так. Но ее отец уже не может заботиться о своей семье. Если он когда-нибудь протрезвеет, я тебе сообщу. Может быть, тогда… – Голос Роберта задрожал и сорвался.

Герцог снова внимательно посмотрел на сына.

– Анджелика была очаровательным ребенком, – сказал он, слегка улыбнувшись, вспоминая свои далекие и, видимо, счастливые годы.. – А сейчас она, наверное, тоже очень хорошенькая?

– Более чем хорошенькая, – ответил Роберт и поднялся из кресла. – Я обещал нанести ей сегодня визит. А вчера ее отец чуть было не отдал концы, выпив бутылку одеколона.

Герцог вздрогнул, помолчат несколько секунд и сказал:

– Мне кажется, что ты увлечен этой девушкой. Роберт оставил это замечание без ответа, встал и направился к двери.

– Да, ты очень увлечен ею, если даже не хочешь мне ответить! – бросил ему вслед Магнус.

В его голосе Роберту послышался смешок. Он обернулся:

– Запомните, ваша светлость: свои личные дела я буду устраивать сам!

На расстоянии нескольких миль и целого мира от Парк-лейн Анджелика кормила Джаспера подсолнечными семечками с арахисовыми орешками и поила чистой ключевой водой. Клетка попугая оставалась открытой. Солнечные лучи лились через окна в гостиную, обещая прекрасный летний лень.

– Черт! – громко выругался Джаспер. – Дай выпить! Дай выпить! Дай выпить!..

Анджелика искоса посмотрела на птицу. Всем этим словам ее, несомненно, обучил отец.

– Черт, черт… Дай выпить! Дай выпить! Дай выпить!..

Слова Джаспера неожиданно пробудили в Анджелике ужасное подозрение. Она встала, подошла к столу, где стоял чайник, в котором обычно прятала от отца заработанные деньги, и подняла крышку. Там было пусто…

Итак, сто двадцать восемь фунтов и заработки ее сестер бесследно исчезли…

– Тетя Рокси! – позвала Анджелика.

– Рокси! Рокси! – скрипучим голосом повторил попугай.

– Доброе утро, милая! – приветствовала Анджелику тетушка, появляясь в дверях своей спальни. – Я послала Саманту и Викторию поискать песчанку, шпорник или какую-нибудь другую лечебную траву. Чувствую, что моим клиентам все это сегодня очень может понадобиться.

– Пропали деньги, – объявила ей Анджелика.

– Мне удалось припрятать порядка сотни фунтов у себя в комнате, – сказала тетя, подойдя к столу и наливая себе чашку чая.

– Где мой отец? – спросила Анджелика, не в силах скрыть раздражения от пропажи с таким трудом заработанных денег.

– Он пошел купить себе бутылку приличного вина. Не смотри на меня с таким осуждением! Что я могла сделать? Ведь иначе он налакается еще какой-нибудь дряни, вроде той, от которой чуть было не отправился на тот свет накануне. Ведь так?

Анджелика открыла было рот, чтобы ответить, но ее внимание отвлек раздавшийся под окном конский топот и скрип рессор. Она отдернула занавеску и посмотрела вниз.

– К вам приехала клиентка, тетушка.

– Кто именно?

– Люсиль Дюбуа.

Тетушка недовольно сморщила нос. Потом изобразила на лице приветливую улыбку и пошла открывать дверь.

– Ба! Мадемуазель Дюбуа! Вот так сюрприз! – донеслось из прихожей.

Темноволосая, зеленоглазая и чувственная Люсиль Дюбуа вошла в дом, ведя за руку свою четырехлетнюю дочку Дейзи, и пренебрежительным взглядом обвела довольно скромную гостиную.

– Мадам Роксанна, – сказала гостья, – мне совершенно необходимо послушать вашу очередную лекцию и выпить вон тот замечательный любовный напиток. Это можно организовать?

– Конечно, дорогая. Но имейте в виду, это будет недешево стоить.

– Надо ли жалеть деньги, если они уходят на полезное дело?

– Нам необходимо остаться вдвоем с мадемуазель Дюбуа, – шепнула тетушка Анджелике. – Прошу тебя, возьми с собой Дейзи и погуляй с ней в саду.

Анджелика одной рукой подняла свою арфу, а другую протянула Дейзи:

– Пойдем со мной, милая!

Та весело улыбнулась и, дотянувшись до стоявшей перед клеткой пустой детской корзиночки, попросила:

– Можно я соберу немного зеленых яблок и отнесу Джасперу?

– Конечно. Он их обожает!

– Это к лучшему! Действительно, возьмите с собой и птицу, чтобы не трещала! – приказала Люсиль тоном, не допускающим возражений.

Анджелика с девочкой вышли в сад.

– Давай присядем на эту скамейку под дубом, – предложила девушка и слегка потянула Дейзи за ручку.

– Ой! – вдруг вскрикнула та.

– Что случилось? Я сделала тебе больно?

– Нет, не вы. Просто эта рука у меня болит. Анджелика поставила арфу и клетку с птицей у ног, опустилась на скамью и нежно привлекла к себе Дейзи:

– Покажи.

На правой ручке девочки вверх от локтя тянулась широкая красная полоса. Левая рука тоже была покрыта мелкими царапинами.

– Ты упала?

– Нет.

– Ушиблась обо что-нибудь?

– Нет.

– Тогда как же это случилось? Дейзи пожала худенькими плечиками.

– Не бойся, поделись своим секретом со мной.

– Люсиль называет меня отвратительной девчонкой, – прошептала Дейзи дрожащими губками.

– Люсиль?

– Да. Она считает, что постарела после моего рождения. Когда я назвала ее мамой, она очень рассердилась и избила меня.

У Анджелики потемнело в глазах. Она не могла понять, как женщина может лишать собственного ребенка права называть ее матерью?

Анджелика наклонилась к девочке, поцеловала ее и придвинула к себе арфу.

– Хочешь, я немного поиграю? Или же мы ляжем на траву и будем следить за плывущими по небу облаками?

Дейзи не успела ответить, как из открытой двери тер —, расы донесся голос тетушки Рокси:

– Дейзи! Люсиль собирается уходить.

– Мне хотелось бы остаться здесь навсегда, – прошептала девочка, бросившись Анджелике на шею. – Тогда я каждый день бы смотрела на плывущие по небу облака, а ночью слушала бы, как вы играете на арфе…

– Мне тоже хотелось бы, чтобы ты осталась здесь, – вздохнула Анджелика. – Но Люсиль без тебя будет скучать.

Взяв девочку за ручку, Анджелика подвела ее к экипажу и после некоторого колебания спросила мадемуазель Дюбуа:

– Извините, Люсиль, но не разрешите ли вы Дейзи провести этот день здесь? После ужина вы могли бы прислать за ней экипаж. Или же завтра утром.

Люсиль в крайнем изумлении смерила взглядом Анджелику с головы до ног:

– Отец Дейзи – очень важный джентльмен. И девочка не может ночевать в этой хибаре!

Анджелика вздрогнула как от пощечины. Но тут же почувствовала, как теплая, добрая рука тетушки Рокси успокаивающе легла ей на плечо.

– Влезай в экипаж, – грубо прикрикнула на дочь Люсиль.

– Я хотела бы… – начала та, но не успела докончить фразу.

Люсиль схватила дочь за руку и пинком втолкнула в открытую дверь экипажа.

– Я же не зря говорю, что ты омерзительная девчонка! – продолжала кричать она. – А если будешь плакать, то получишь еще на орехи. Да так, что никаких слез не хватит!

Дейзи опустилась на заднее сиденье и бросила глубоко несчастный взгляд на Анджелику. Та в ответ ласково ей улыбнулась:

– Мы поиграем в следующий раз. Экипаж тронулся и выкатился за ворота.

– Боже, как я ненавижу эту женщину! – прошептала Анджелика, глядя ему вслед.

– Думать о том, что уже невозможно изменить, – пустая трата времени! – сказала тетушка Рокси.

Анджелика печально кивнула в знак согласия. Она знала, что тетушка права. Но уже не могла вернуть себе прежнее хорошее настроение, в котором пребывала все утро. Виной тому были продолжающееся пьянство отца и безобразная грубость госпожи Дюбуа.

– Тетя Рокси, – попросила она, – возьмите с собой в дом Джаспера. Я хотела бы побыть одна.

– Конечно, милая!

Анджелика, до глубины души расстроенная тем, что не может защитить несчастного ребенка, вернулась в сад и села все на ту же скамейку под дубом. Она прислонилась спиной к его мощному стволу и вдруг ощутила неожиданный прилив сил. Как бы ей сейчас хотелось что-нибудь сделать для Дейзи Дюбуа! Но она могла лишь размышлять о той жалкой жизни, которую эта маленькая девчушка вынуждена влачить в доме злобной женщины, к несчастью, ставшей ее матерью. Она думала о том, что никакая роскошь, богатые хоромы и великолепные наряды никогда не смогут заменить ребенку материнскую любовь.

Чтобы хоть как-то успокоиться, Анджелика придвинула к себе арфу и коснулась струн. Волшебные звуки наполнили аллею, понеслись к небу, смешиваясь с теплым весенним ветерком, шелестящим листьями деревьев. И Анджелика почувствовала, что ей становится легче…

– Вы играете на арфе, как ангел на лютне, – раздался голое у нее над головой.

Девушка вздрогнула, посмотрела вверх и увидела Роберта. Он смотрел на нее и ласково улыбался.

Анджелика подвинулась на край скамейки и знаком предложила Роберту присесть рядом. Он тут же воспользовался приглашением. При этом слегка коснулся ее бедра, что заставило Анджелику усомниться, правильно ли она поступила, предложив ему сесть рядом с собой. Но было уже поздно. Анджелика почувствовала, как тепло мускулистого тела передается ей…

– Как себя чувствует ваш отец?

– Ему значительно лучше. Настолько лучше, что он украл мои деньги, дабы купить себе бутылку и в очередной раз напиться.

В голосе Анджелики прозвучала горечь. Роберт взглянул на нее и тихо сказал:

– Простите, мне очень жаль…

– Не стоит извиняться. В том, что мой отец стал алкоголиком, лично вашей вины нет никакой!

– А кто в этом виноват?

Анджелика не сразу ответила, подумав, стоит ли раскрывать свои секреты незнакомому человеку. Но Роберт казался ей джентльменом. Кроме того, он позволил ей выиграть немалую» сумму денег, спас от смерти отца. К тому же, как знать, может быть, Роберт сможет помочь ей осуществить задуманную месть. И она решила испытать его.

– Виновных было пятеро: Магнус Кэмпбелл, Чарлз Эмерсон, Аласдер Тримбл, Генри Дринкуотер и Арчибалд Мейхью.

– Арчибалд Мейхью умер, – заметил Роберт.

Его слова удивили Анджелику. Кто такой этот Роберт Рой, человек в непроглаженной сорочке и простых бриджах, но знакомый с лицами, принадлежащими к сливкам столичного общества? Или он сам родом из какого-нибудь разорившегося знатного семейства? Но если это действительно так, то почему позволил себе без сожаления проиграть сто с лишним фунтов?

– У Арчибалда остался сын Мунго. Мунго Мейхью.

– Вот он-то и заплатит за все грехи своего родителя!

– Мне кажется, это было бы несправедливо. Разве вы платите за грехи своего отца?

– Плачу ежедневно. Причем – всю жизнь!

– И что же вы теперь намерены делать?

– Усадить их всех за игорный стол. Роберт рассмеялся:

– Скажите лучше – надуть их за игорным столом!

– Я намерена отомстить любым способом!

– Но имейте в виду, что женщины не допускаются в легальные игорные дома.

– А я попрошу вас сыграть вместо меня. – Анджелика игриво коснулась руки Роберта, выжидающе посмотрела на него и поспешила добавить, пока он не успел отказаться: – Поскольку вы ведете себя как настоящий джентльмен, я могу поделиться с вами всем, что знаю.

– Чем именно?

– Могу научить вас так мошенничать в игре, что никто этого не заметит. – Она бросила оценивающий взгляд на его одежду. – Я вряд ли ошибусь, если замечу, что вы также переживаете не лучшие времена. И мне очень хотелось бы, чтобы вы запомнили все мои приемы до конца своей жизни. А пока я буду выплачивать вам двадцать процентов от каждого выигрыша, независимо от его величины.

Роберт некоторое время смотрел вдаль, обдумывая предложение. Потом отрывисто сказал:

– Пятьдесят процентов.

– Двадцать пять.

– Идет.

Анджелика встала:

– Мне надо взять карты и кости. Вы, конечно, останетесь ужинать?

– У меня назначена встреча на вечер. Но завтра утром я непременно вернусь.

– Понятно, – упавшим голосом сказала Анджелика, не в силах скрыть разочарования.

– Как вы посмотрите на то, чтобы закрепить нашу сделку печатью поцелуя? – неожиданно спросил Роберт.

Анджелика почувствовала, как ее щеки вспыхнули ярким румянцем, и опасливо оглянулась на окно:

– Но моя тетушка…

– Ваша тетушка нас не видит, – усмехнулся Роберт, сделав шаг к Анджелике.

Та, в свою очередь, отошла также на шаг и почувствовала спиной ствол дуба. Дальше отступать было некуда. Правда, ей и не хотелось этого.

Роберт подошел вплотную и наклонился. Глаза его были закрыты. Губы жадно впились в ее губы. Язык проскользнул между зубами и коснулся внутренней стороны десен. Он обхватил Анджелику и с силой привлек к широкой, мускулистой груди. Она застонала и прижалась к Роберту всем телом, еще не до конца понимая, что происходит. И так же бессознательно обвила обеими руками его шею. А он провел рукой по горлу девушки и тут же опустил ладонь в ложбинку между полушариями молодой, сильной груди. Анджелика снова чуть слышно застонала и прильнула к его губам.

– Обещайте мне, что сами больше не войдете в игорный дом и вообще забудете о всяких азартных играх! – прошептал Роберт.

– Обещаю, – также шепотом отозвалась Анджелика, вновь закрыв глаза в ожидании поцелуя.

– Тогда – до завтра, мой ангел!

Роберт покрыл поцелуями лицо Анджелики, повернулся и, подозвав свистом лошадь, вскочил в седло…

Анджелика долго смотрела ему вслед. Из этого своеобразного транса ее вывел знакомый голос тетушки Рокси, давно наблюдавшей эту сцену из окна:

– Браво, моя милая! Ты все очень хорошо проделала!

Анджелика слегка вскрикнула от неожиданности и густо покраснела от стыда.

О Господи! Этот загадочный человек поцеловал ее! Но что было самым неожиданным и ужасным, так это наслаждение, которое она получила! Более того, Анджелике вдруг безумно захотелось, чтобы Роберт поцеловал ее еще раз! Интересно, испытывали такое же наслаждение и другие женщины, которых он целовал? Или же она оказалась единственной?

Улыбка пробежала по губам Анджелики. Зачем создавать себе ненужную проблему? Когда он вернется, она просто сделает вид, будто между ними ничего не произошло. При этом Анджелика должна была признаться себе, что очень надеется на новый поцелуй…

– Не волнуйся, милая, – снова долетел из окна голосок тетушки Рокси. – Этот человек далеко не равнодушен к тебе!..

Глава 3

Он хотел поцеловать ее еще раз…

Сидя в абонированной семьей Кэмпбелл ложе Королевского оперного театра, Роберт непроизвольно улыбался течению собственных мыслей. Он никак не мог выбросить из головы Анджелику, страстно желая своего ангела с Примроуз-Хилл. Его не покидало воображаемое ощущение тесно прижатых друг к другу обнаженных тел и непреодолимое желание склонить Анджелику к плотской любви, заставив покориться всем его самым горячим желаниям.

Роберт улыбался, предвкушая удовольствие. Ведь многие его знакомые мужчины уже добились успехов в отношениях со своими возлюбленными, заставив их уступить.

– На сцене умирает женщина, – с укором прошептал ему на ухо герцог, – а ты чему-то улыбаешься!

Роберт с досадой посмотрел на отца. Он вообще предпочитал ходить в оперу один, дабы не отвлекаться на неизбежные лишние разговоры, разрушающие создаваемый музыкой душевный настрой. А в этот вечер надоедливость отца и невестки его особенно раздражала.

Не отрывая взгляда от сцены, Венеция наклонилась к Роберту и прошептала:

– Надеюсь, вы все-таки передумаете и поедете с нами к Рэндольфам. Там будут мой отец и брат.

В полутьме театральной ложи ее четко очерченный профиль показался Роберту почти совершенным. Невольно его взгляд опустился ниже, застыв на ложбинке между полуоголенными полушариями груди. Он тут же понял, что столь откровенная демонстрация прелестей предназначалась специально для него.

– У меня другие планы, – холодно сказал Роберт, решив, что по горло сыт сегодняшним посещением оперы.

Он встал, кивком простился с отцом, вышел из ложи и спустился по мраморной лестнице на улицу.

Теплая ночь, казалось, была переполнена странными видениями. Стелившийся по земле туман цеплялся за ноги, оставив в покое звезды, которые яркими огнями рассыпались по черному небу.

– Мак, отвези меня домой, – приказал Роберт своему вознице, садясь на заднее сиденье экипажа и откинувшись на мягкую спинку.

Чтобы доехать до Парк-лейн, потребовалось не более пятнадцати минут. Когда экипаж остановился, Роберт взял у Мака вожжи.

– Что вы собираетесь делать? – удивленно спросил тот.

– Хочу навестить одного из друзей.

– Но если кто-нибудь увидит, что вы сами управляете экипажем, я могу остаться без работы!

– Я предоставляю тебе оплаченный выходной день, – рассмеялся Роберт. – Постарайся получить от этого максимум удовольствий.

– Спасибо, милорд!

Мак выпрыгнул из экипажа и исчез в ближайшем переулке. Роберт же повернул в сторону Примроуз-Хилл. Он отлично понимал, что ведет себя подобно школьнику, но ничего не мог с собой поделать. Ибо впервые в жизни был безумно увлечен женщиной. Боже, как плохо, что ее отец довел семью до банкротства! Иначе Роберт мог бы тотчас же жениться на своем ангеле! Хотя с другой стороны, эта женитьба могла бы лишить Анджелику очарования, которое сейчас так неудержимо влекло к ней Роберта…

Было уже за полночь, когда он остановил экипаж около отделанного розовой штукатуркой коттеджа. Глядя на темные окна, он подумал о том, что в это время могла делать Анджелика. Может быть, мечтала о нем?

Несмотря на некоторую эксцентричность, даже в одном легком движении мизинца Анджелики было, наверное, куда больше аристократичности, чем у любой его великосветской знакомой. В восемнадцатилетнем возрасте ей уже пришлось взвалить на свои плечи тяжелую ношу – содержание семьи. Причем делала она это с удивительным тактом и грацией.

Роберт подумал, что Анджелика была более чем достойна стать его любовницей. Вместе с тем он уже успел понять, что она принадлежала к категории женщин, которые никогда бы не позволили ни одному мужчине сбить себя с праведного пути.

Роберт закрыл глаза и вызвал в своем воображении образ Анджелики: голубые глаза, в которых, казалось, можно было утонуть; чуть пухловатые губы, которые так и хотелось поцеловать; пышные светлые волосы, увенчанные нимбом из полевых цветов…

И вообще она казалась пришелицей из какого-то другого, таинственного и прекрасного мира…

Со стороны темного сада донеслись женские голоса. Роберт тут же узнал Анджелику и тетушку Рокси.

– Дорогая, ни одна женщина никогда не… – пыталась что-то сказать первая.

Но ее прервал рассерженный голос второй:

– Тише!

– Нам нужны деньги! – включился в спор третий голос.

– Саманта права! – добавил четвертый.

«А это ее младшие сестры!» – догадался Роберт.

Он вылез из экипажа и сделал несколько шагов в направлении доносившихся голосов. Но тут же остановился, увидев пробивавшийся сквозь листву деревьев луч фонарика, который держала в руках тетушка Рокси. Присмотревшись внимательно, Роберт увидел и всех четверых женщин, о чем-то горячо споривших друг с другом.

– Как это несправедливо по отношению к бедному мистеру Льюису! – говорила тетушка Рокси, укоризненно качая головой.

– Мне на это в высшей степени наплевать! – раздраженно ответила Анджелика, бросив насмешливый взгляд на младших сестер.

– В чем проблема? – спросил Роберт, выступая из скрывавшей его тени кустов.

Женщины одновременно вскрикнули от неожиданности и удивления.

– Не пугайтесь, это я, Роберт.

– Что вы здесь делаете? – спросила Анджелика, оправившись от удивления.

– Я весь день думал о вас, – признался он. – И дождаться утра, чтобы увидеть вас, оказалось выше моих сил.

– Боже мой, как трогательно! – театрально вздохнула тетушка Рокси под насмешливое хихиканье младших сестер Анджелики.

Роберт протянул руку и приложил ладонь к пылающей щеке Анджелики:

– Могу ли я чем-нибудь помочь вам?

– Мистер Рой, вас нам послало само небо! – воскликнула Саманта.

Роберт обвел всех смущенным взглядом. Затем посмотрел на землю и увидел закутанное в саван человеческое тело.

– Боже праведный! – воскликнул он, поспешно отступив на шаг. – Это что?

– Это мистер Льюис, – спокойно ответила Анджелика.

– Не важно кто! Меня интересует, что все это значит?!

– Девочки, я категорически запрещаю вам продавать тело мистера Льюиса анатомам!

– Кому?! Вы что, разрыли могилу? – переспросил Роберт, в ужасе глядя на Анджелику. – Разве вы не знаете, что за это можно угодить за решетку?

– За тело мистера Льюиса анатомы дадут немалые деньги, – пожала плечами Виктория. – По меньшей мере фунтов десять! Не меньше!

– Но мы недооценили его вес, – вздохнула Саманта. – И теперь я просто не представляю себе, как мы перенесем тело к анатомам.

– Мы бы уже давно сделали это, если бы не твоя чертова хромота! – упрекнула сестру Виктория.

– Если бы не я, – возразила ей Саманта, – то вы бы до сих пор пытались разобрать надписи на тех могильных камнях!

Не обращая внимания на сестру, Виктория повернулась к Роберту:

– Можем мы воспользоваться вашей лошадью? Тот, оставив вопрос без ответа, решил взять контроль над ситуацией в свои руки.

– Прошу всех вас вернуться в дом, – приказал он тоном, не терпящим возражений. – Немедленно!

– А как же мистер Льюис? – спросила тетушка Рокси.

– Мистер Льюис останется здесь.

Тетушка Рокси, Саманта и Виктория, выстроившись гуськом, обошли вокруг коттеджа и остановились у открытой центральной двери. Роберт и Анджелика с фонариком в руках последовали за ними, отстав на несколько шагов.

– Мне очень жаль, что вы стали невольным свидетелем всего этого, – вполголоса сказала Анджелика. – Но уверяю, что лично я не имела никакого отношения к разрытию могилы мистера Льюиса.

– Прошу всех садиться, – вновь скомандовал Роберт, когда процессия вошла в дом.

Тетушка Рокси и младшие сестры Анджелики расселись по мягким креслам, расставленным полукругом перед камином. Анджелика осталась стоять.

– Привет! – донесся из закрытой клетки голос Джаспера.

– Доброй ночи! – ответила птице Анджелика.

– Доброй ночи! – повторил за ней попугай. Роберт растерянно провел ладонью по своим густым черным волосам, еще не до конца понимая, куда он, собственно говоря, попал. Но его уже не удивляло, почему граф Мелроуз разорился. Ибо все его чертово семейство, несомненно, состояло из сумасшедших…

Роберт обернулся к Анджелике и увидел, что та очень внимательно и не без удивления изучает его новый вечерний костюм.

– Ваше мщение требует, чтобы я возобновил некоторые старые знакомства, – поспешил объяснить он свой торжественный вид. И, не давая девушке ни секунды на обдумывание этих слов, спросил: – Где ваш отец?

Анджелика пожала плечами:

– Мой отец возвращается домой только после того, как пропьет все имеющиеся в кармане деньги.

Как это ни было неприятно Роберту, но он все же решил сыграть здесь роль главы семейства. И для начала задал вопрос, который в других случаях показался бы просто неприличным.

– Сколько вам лет? – спросил он Саманту.

– Семнадцать, – ответила та.

Роберт перевел взгляд на рыжеволосую Викторию:

– А вам?

– Шестнадцать.

– Случалось ли кому-нибудь из вас присутствовать при казни через повешение?

Последовало общее молчание.

– Нет? Тогда позвольте мне рассказать вам, что случилось с…

– Умоляю, не надо! – взмолилась тетушка Рокси. – Мои племянницы – слишком нежные создания, чтобы истязать их души страшными рассказами о всяких мерзостях и жестокостях.

Роберт покачал головой и еще раз посмотрел на «нежных созданий», только что своими холеными ручками вырывших из могилы останки мистера Льюиса.

– Уверяю вас, что повешение – очень неприятная вещь!

– Но деньги стоят того, чтобы рисковать, – возразила Саманта.

– Нам еще повезло, что никто раньше не попытался выкрасть тело усопшего, – согласилась с сестрой Виктория. – Наверное, вам известно о существовании целых шаек омерзительных гангстеров, занимающихся разграблением могил и продажей останков мертвецов.

– Эх вы, маленькие глупышки! Неужели не знаете, что медицинские училища и институты работают только с октября по май? А потому в каникулярные месяцы какого-либо спроса на трупы просто нет.

Тетушка Рокси громко расхохоталась. Анджелика прикрыла рот ладонью, чтобы не последовать ее примеру. Роберт же бросил на нее быстрый взгляд, но при этом сумел сохранить серьезное выражение лица.

– Саманта и Виктория! Идите спать и не смейте показываться до утра! – приказал он.

Девушки поднялись со своих мест и направились в свои комнаты. Виктория, проходя за спиной Роберта, воровато показала ему язык.

– Нам же нужно достать лопату и снова похоронить мистера Льюиса, – сказал Роберт Анджелике. – И возьмите фонарь.

– А мне что делать? – спросила тетушка Рокси.

– Следить за этими двумя маленькими плутовками. Тем временем мы с Анджеликой погрузим тело несчастного в мой экипаж, отвезем обратно на кладбище и перезахороним. При этом я не хочу, чтобы кто-нибудь видел, как мы грузим его в экипаж и выгружаем у кладбищенских ворот.

– Я очень благодарна вам за помощь! – тихо сказала Анджелика, тронув Роберта за руку.

– Утешение горюющих девиц всегда было моей специальностью! – хмыкнул он, улыбнувшись ей в темноте.

Роберт помог Анджелике влезть в экипаж, передал фонарь и тронул поводья. Въехав в сад, он остановил экипаж возле лежавшего на траве тела. Анджелика ожидала, что Роберт просто поднимет останки несчастного и положит на заднее сиденье. Но вместо этого он почему-то стал его раздевать.

– Что вы делаете? – в ужасе спросила она шепотом.

– Перевозка тела умершего не считается противозаконным деянием, если оно облачено в саван.

Анджелика вздрогнула. Сейчас она впервые в жизни увидит обнаженное мужское тело. И это будет мертвое тело…

– Тряпки мы зароем в саду на обратном пути, – мрачно сказал Роберт, откладывая в сторону снятую с мертвого тела одежду.

Анджелика решительно отказалась смотреть на останки мистера Льюиса. Роберт насмешливо хмыкнул. А она, почувствовав, как щеки заливает стыдливый румянец, в душе благодарила Бога за царившую кругом непроглядную тьму.

– А теперь мистеру Льюису предстоит вернуться к месту своего вечного успокоения, – усмехнулся Роберт, втаскивая труп на заднее сиденье экипажа.

– Не вижу во всем этом ничего забавного, – фыркнула в ответ Анджелика.

– Когда-нибудь мы вместе с вами над этим очень весело посмеемся, – ответил Роберт и, усевшись рядом с Анджеликой, взял в руки вожжи.

Она любовалась таинственной красотой ночи. Она еще никогда не выезжала из дома так поздно. Единственное, что нарушало ночную тишину, – это фырканье лошадей и топот копыт.

Спустя несколько минут Роберт остановил экипаж у ворот кладбища и помог Анджелике спуститься на землю. Вслед за этим он взял тело мертвого мистера Льюиса и, перекинув через плечо, понес к воротам.

Туман по-прежнему стелился по земле. Вдоль узкой тропы тянулись куда-то вдаль надгробные кресты и памятники. Все это заставляло сердце Анджелики замирать от страха.

– Мне здесь не нравится, – прошептала она. – Давайте оставим тело у входа и уедем.

– Нельзя. Власти непременно начнут расследование. Лучше отнести мистера Льюиса на его законное место, положить в могилу и снова закопать. •

– По ночам воют привидения, – прошептала Анджелика, продолжая дрожать от страха. – Что, если и его дух…

– Отдайте мне фонарь, – прервал ее Роберт. – Я пойду один.

– Оставив меня здесь ночью в одиночестве?

– Извините, но я пока еще не научился одновременно находиться в двух разных местах! – усмехнулся Роберт.

Анджелика подумала, что уж лучше быть рядом с ним, нежели оставаться одной. Собрав все свое мужество, она расправила плечи и произнесла тоном приказа:

– Идите за мной!

– Не забудьте прихватить фонарь, – напомнил Роберт.

Она взяла фонарь и, пересилив чувство ужаса, вошла в кладбищенские ворота. Роберт с телом Льюиса через плечо последовал за ней. От ворот в глубь кладбища уходила узкая тропинка. Анджелика уверенно пошла по ней. Ее спутник не отставал ни на шаг…

Они остановились у разрытой могилы.

– Наверное, это здесь, – прошептала Анджелика, заметив торчавшую из земли лопату своей сестры.

Роберт опустил мертвое тело на землю и облегченно расправил плечи. Потом взял из рук девушки фонарь и, осветив глубокую яму, процедил сквозь зубы:

– Вот черт!

– Что случилось?

– Ваши очаровательные сестренки раскопали всю могилу до самого дна!

– Интересно, а как иначе можно было извлечь из могилы тело Льюиса?

– Очень просто. Профессиональные могильщики снимают только верхний слой земли и крышку гроба. После чего за плечи вытаскивают труп.

– Откуда вы это знаете?

– У меня среди могильщиков есть знакомые.

Игнорируя гроб, в котором первоначально был похоронен Льюис, Роберт просто сбросил тело в яму, взял лопату и принялся закидывать его землей.

– Почему вы не положили его обратно в гроб? – с осуждением спросила Анджелика.

– Уверяю вас, мой ангел, теперь мистеру Льюису абсолютно все равно, как его зароют.

– Простите, мистер Льюис, что мои сестры побеспокоили вас, – вздохнула Анджелика. – Право, мне очень жаль!

Роберт не смог удержаться от смеха. Анджелика же, упершись кулаками в бока, повернулась у нему:

– Чему вы смеетесь? Скорее надо было бы плакать!

– Извините. Просто я никогда не слышал, чтобы кто-нибудь просил извинения у мертвеца. И ваша душевная доброта меня умиляет!

– Благодарю вас!

Анджелика стала молча наблюдать за работой Роберта. И хотя во всем этом было что-то нездоровое, даже патологическое, она не могла при свете фонаря не залюбоваться совершенством его телосложения, чему в значительной мере способствовал идеально сидевший на нем вечерний костюм.

Роберт Рой, как воплощение совершенной мужской особи, ворвался в жизнь Анджелики подобно сказочному рыцарю, посланному для ее спасения. Она подумала, что когда-нибудь, после осуществления планов задуманной мести, они, возможно, и соединятся для совместной жизни.

– Дай-то Бог! – прошептала она вслух.

– Вы что-то сказали? – спросил Роберт, протягивая Анджелике лопату.

– Нет!

Она взяла из его рук лопату, глубоко погрузила ее в оставшийся на краю могилы после раскопки сырой холмик и принялась так энергично кидать землю в яму, что чуть было сама туда не свалилась.

Роберт рассмеялся и удержал ее за руку.

– Похоже, что вы сами не знаете своей силы! Анджелика, улыбнувшись, вернула Роберту лопату.

Тот быстро закончил засыпку могилы. После чего они вместе возложили на холмик цветы, оставшиеся здесь еще со дня похорон.

– Спасибо за помощь, – сказала девушка, усаживаясь в экипаж.

– Мне было очень приятно! – чуть склонил голову Роберт.

Когда они подъехали к дому, на небе уже зарделась полоска рассвета.

В первую очередь Роберт и Анджелика отделались от савана мистера Льюиса, который они привезли с собой. Потом вымыли лошадей.

– А можно ли где-нибудь и нам самим вымыться? – спросил Роберт.

Анджелика долго кусала нижнюю губу, не зная, как поступить. Конечно, можно было отправить Роберта домой. Но она не хотела с ним расставаться.

– Недалеко отсюда есть речушка, – наконец сказала она.

Роберт посмотрел на светлеющее небо:

– Насколько я понимаю, фонарь нам больше не понадобится. Но вот мыло достать было бы неплохо!

В тот же момент, к удивлению обоих, из открытого окна вылетел большой кусок мыла, сопровождаемый смехом тетушки Рокси:

– Дорогие мои, вымойтесь, прежде чем входить в дом!

– Так… Видимо, я нравлюсь вашей тетушке! – усмехнулся Роберт.

Анджелика, уже направлявшаяся к роще, покраснела, но ничего не сказала. Она знала свою тетушку как неисправимую сваху, уже не один год мечтавшую удачно выдать замуж племянниц…

Роберт и Анджелика присели на берегу, чтобы снять обувь и чулки. Первым с этой задачей справился Роберт. После чего встал во весь рост, снял сорочку и спустил бриджи.

Анджелика посмотрела на своего спутника широко распахнутыми от удивления глазами.

Боже, да он же сейчас останется совсем голым!

Она сначала стыдливо отвела глаза, а затем и вовсе закрыла их.

– Вы намерены купаться? – донесся голос Роберта откуда-то снизу.

Анджелика открыла глаза. Роберт действительно стоял посередине речушки в чем мать родила. Впрочем, все интимные части его тела были скрыты под водой.

– Но ведь вы же совершенно голый! – пролепетала Анджелика, задыхаясь от непонятного волнения.

– Да, это действительно так! – рассмеялся Роберт. – А разве вы купаетесь, не снимая одежды? Да не бойтесь же! Холодная вода скорее всего охладит мой излишний пыл! И кроме того, если я немного присяду, вы сможете смотреть на меня не стесняясь! Ну, вот я уже по грудь в воде. Теперь – ваша очередь!

Анджелика постояла еще несколько секунд. Потом медленно, как бы с неохотой, сняла юбку и, расправив, положила на землю.

– Пожалуйста, закройте глаза на время, пока я не войду по шею в воду. Вы на меня так внимательно смотрите, что я стесняюсь…

– Серьезно?

– Совершенно серьезно!

Роберт послушно закрыл глаза. Но тут же услышал растерянный голос Анджелики:

– Боже, здесь так мелко, что вода даже не скрывает мою грудь!

Не сомневаясь, что Анджелика осталась по крайней мере в нижней сорочке, Роберт снова открыл глаза…

Совершенные формы молодой груди девушки возвышались над поверхностью плавно текущей воды. Бордовые соски казались кораллами. Анджелика стыдливо прикрыла их ладонями. Роберт отчаянно замахал руками:

– Не надо, умоляю! Они у вас такие красивые! Позвольте мне полюбоваться!

– И вовсе не красивые! – несмело произнесла девушка, но все же опустила ладони.

– Напротив, они прекрасны, как и вся вы!

Роберт, разгребая руками воду, приблизился к Анджелике и накрыл ее рот долгим поцелуем. Его ладонь скользнула по груди девушки и замерла на сосках, ставших сразу же твердыми как камень.

– Ваши соски говорят о страстности натуры, – прошептал он, отстранившись на мгновение. – Признайтесь, ангел, вам приятно мое прикосновение?

– Да, – прошептала Анджелика.

– Вы – само совершенство! – также шепотом ответил Роберт и, заключив Анджелику в объятия, оторвал ее ноги от дна. – Вы разрешите мне отнести вас на берег?

Роберт осторожно положил свою драгоценную ношу на мягкую траву, нагнулся и сжал губами сосок. Анджелика задрожала. Из ее горла вырвался страстный стон. Она закрыла глаза и, задыхаясь, прошептала:

– Что вы со мной делаете?

– Хочу попробовать вкус вашего тела!

Его ладонь опустилась к бедрам Анджелики, потом – еще ниже… И застыла у нее между ног. Она со стоном повернулась на бок и прижалась к Роберту пылающим телом.

Сопротивляться не было сил… Впервые в жизни Анджелика чувствовала прикосновение затвердевшей от возбуждения мужской плоти.

– Вы сейчас растаете от желания, мой ангел! – снова зашептал Роберт. – Боже, как бы я хотел, чтобы наши тела соединились в одно!

Дыхание Анджелики сделалось прерывистым. Она закрыла глаза и чуть слышно пробормотала:

– Я хочу вас!

– Раздвиньте ноги.

Анджелика без колебаний исполнила просьбу. Роберт страстно поцеловал ее в губы и проник пальцем в сокровенную женскую плоть. Он почувствовал, как рука его увлажнилась, и со стоном прошептал:

– Расслабьтесь, мой ангел! Вы очень напряжены.

С этими словами Роберт проник в тело Анджелики вторым пальцем. Опустив голову, он приник губами к соскам, одновременно шевеля пальцами, еще больше возбуждая.

В следующий момент Роберт почувствовал, как тело ее начинает слабеть, становится послушным и податливым. Он осторожно вынул пальцы и проник в тело Анджелики напряженной от желания плотью. Анджелика вскрикнула от боли. Но Роберт резким движением разорвал естественную преграду.

Их тела конвульсивно задвигались в такт друг другу…

Когда пик страсти миновал, Роберт встал, поднял с травы нижнюю сорочку Анджелики и надел ей через голову. После чего потянулся к лежавшей тут же блузке.

– Не надо! – попыталась она остановить его.

– Я хочу одеть вас. Это доставит мне огромное удовольствие.

Из леса они вышли держась за руки.

– Я вернусь, когда вы отдохнете и выспитесь, – сказал Роберт у входа в коттедж, целуя Анджелику в губы. Потом, внимательно посмотрев ей в глаза, спросил: – Почему вы так грустны? Или жалеете о том, что мы сделали?

Анджелика вспыхнула. Ведь она только что сделала самый серьезный шаг в своей жизни, а он ведет себя так, как будто ничего не произошло.

– Ангел мой, – нежно сказал Роберт, заметив перемену в ее настроении, – я хочу, чтобы у нас не было никаких секретов друг от друга. Так скажите, что случилось?

– Невинность была моим единственным достоинством, – ответила Анджелика, потупив взор. – И теперь…

– Вы решительно переоцениваете роль невинности в своей жизни, – прервал ее Роберт. – Поверьте, что с этого дня я намерен взять на себя всю заботу о вас и вашем семействе.

Анджелика облегченно вздохнула и решилась наконец взглянуть в глаза Роберту.

– Когда мы поженимся? – спросила она.

– У меня нет никакого желания вторично вступать в брак, – ответил он и одновременно крепко прижал Анджелику к груди. – Но очень хотел бы, чтобы вы стали моей любовницей. Ибо могу себе позволить только…

Анджелика сама не заметила, как ее правая рука крепко сжалась в кулак, и лишь в последний момент удержалась, чтобы не ударить Роберта.

– Я дочь графа. Мой род очень древний. И в нем никогда не было любовниц!

– Вы очень устали и должны хорошенько выспаться, – тихо сказал Роберт, поняв, что в следующий момент получит пощечину. – Давайте вернемся к этому разговору чуть позже. Ведь вы не отказались от мысли отомстить за своего отца, не так ли?

– Я больше не хочу вас здесь видеть!

– Вы забыли, что я спас вашего отца от смерти, а сестер, возможно, от веревки!

– Не смейте больше стучаться в мой дом. Я вас не впущу!

И Анджелика исчезла за порогом, громко хлопнув дверью…

Глава 4

Оставшись в доме одна, Анджелика села за стол и принялась тренироваться в перетасовке карт. Ей хотелось, чтобы день был прохладнее. Тогда она могла бы надеть платье по погоде и отрабатывать незаметное для партнеров припрятывание нужных карт в рукаве.

Анджелика бросила взгляд на стоявший у противоположной стены диван и улыбнулась. Косые лучи утреннего солнца заполняли гостиную светлыми струями, чередующимися с тенями, как будто это были струны арфы, перебираемые божественными пальчиками ангелов.

Но улыбка тут же сбежала с лица Анджелики при воспоминании о словах Люсиль Дюбуа, обозвавшей этот коттедж хибарой. Сама она считала свой дом отражением честной бедности, но отнюдь не убогой развалиной.

Мысли о Роберте Анджелика упорно старалась выбросить из головы. Ибо то, что она позволила себе с ним на берегу, было, бесспорно, аморальным и непростительным. Слишком легко и быстро поддалась она на соблазны мужчины. И теперь была уверена, что он думает о ней крайне плохо. Иначе, наверное, не осмелился бы напрямую предложить ей стать его любовницей. Разве не так?

Однако при всей своей теперь уже неоспоримой испорченности и развращенности он все же должен был хорошенько подумать, прежде чем предлагать ей такое! Ведь как-никак она дочь хотя и опустившегося, но все же знатного графа, а не какая-нибудь посудомойка!

Анджелика тяжело вздохнула. Ибо, говоря откровенно, на деле была обнищавшей дочерью обанкротившегося алкоголика, лишь носившего титул графа. А еще – шулершей в низкопробных игорных заведениях! Естественно, Роберт мог вполне решить, что она – особа далеко не строгих правил поведения, а потому легко доступна…

– Привет, привет, привет! – отвлек ее от неприятных мыслей громкий крик попугая.

– Привет, Джаспер! – отозвалась Анджелика, сложив карты в колоду и отодвинув на край стола.

– Бац! Бац! Бай! – защелкал языком Джаспер.

– Есть кто-нибудь дома? – донесся мужской голос через открытое окно. Вслед за этим раздался стук в дверь.

Голос принадлежал Роберту. Анджелика поднялась из-за стола и, подойдя к двери, спросила:

– Кто там?

– Роберт.

– Убирайтесь!

– Извините меня за утреннее Поведение!

Однако особого раскаяния в его голосе не чувствовалось. Девушка прикусила нижнюю губу.

– Ваши извинения приняты. А теперь убирайтесь!

– Я принес вам подарок.

«Плату за оказанные услуги», – усмехнулась про себя Анджелика.

– Уйдите! Это единственный подарок, который я хотела бы от вас получить! Еще раз повторяю: убирайтесь!

– Убирайтесь! Убирайтесь! – тотчас же подхватил незнакомое слово попугай.

– А как быть с местью, которую вы задумали?

– Вы мне для этого не нужны!

– Анджелика, откройте дверь!

Это была уже не просьба, а приказ, отданный безапелляционным тоном.

– Откройте, или же я…

– Что вы сделаете? Еще раз украдете мою невинность?

– Я… Я разозлюсь и разнесу ваш коттедж!

Анджелика не могла сдержаться и громко расхохоталась. Но дверь все-таки открыла.

Роберт посмотрел на нее с чарующей детской улыбкой и протянул две розы – красную и белую.

– Это что? – спросила Анджелика, принимая цветы. – Символ любви и согласия?

Роберт пожал плечами и вдруг увидел прибитую сверху к дверной раме еловую ветку.

– Это что?

– Талисман для отпугивания волков. Анджелика неожиданно для самой себя лучезарно улыбнулась.

– Этот талисман не работает, – ухмыльнулся он в ответ. – Так вы все-таки разрешите мне войти?

– Входите. – Она чуть посторонилась.

– Привет! – громко приветствовал его попугай.

– Привет, Джаспер! – рассмеялся Роберт.

– Дерьмо вонючее! – ответила птица. – Дай выпить! Дай выпить! Дай выпить!

– Всей этой гадости научил Джаспера мой отец, – объяснила Анджелика, улыбнувшись и почувствовав, как румянец заливает ее щеки. – Присаживайтесь!

– Где отец?

– Еще не вернулся.

– А тетушка Рокси и ваши сестры?

– Они пошли в город узнать, нет ли сегодня каких сплетен о мистере Льюисе.

– Значит, мы одни.

Роберт облегченно вздохнул. Анджелика строго посмотрела на него:

– То, что произошло между нами этим утром, никогда больше не повторится. Надеюсь, вы это понимаете?

– Понимаю.

Роберт взял со стола карточную колоду и стал машинально тасовать ее.

– Что вы намерены делать с выигрышем, который получите в результате «мести»? – спросил он, желая изменить тему разговора.

– Я хочу перевезти все свое семейство в Шотландию.

– В Шотландию?

– Моему отцу там принадлежит замок Суитхарт-Прайори. Это исторический памятник, который по закону Грэм никому не сможет продать.

– А я-то думал, что вы переедете на Парк-лейн и будете там щеголять своим богатством!

Анджелике эта мысль показалась весьма забавной.

– Скажите, сэр, – рассмеялась она, – а что вы делаете со своими деньгами?

– Что вы имеете в виду?

– Меня интересует, чем вы зарабатываете себе на пропитание.

– Когда чем! Я даже толком и не помню!

Роберт вдруг встал и выскочил за дверь. Через несколько минут он вернулся с зеленым яблоком в руке.

– Это для Джаспера.

– Угостите его.

Роберт сел на диван напротив камина и протянул яблоко птице:

– Иди сюда.

Джаспер несмело подошел, вытянул шею и клюнул яблоко. Проглотив один кусок, потянулся за другим.

– Смотрите! – воскликнул Роберт. – Он берет еду прямо из рук! – При этом он бросил на Анджелику взгляд, красноречиво говоривший: «Нам было бы куда удобнее сидеть вместе на этом диване».

Она же отнюдь не хотела садиться рядом. Она отлично понимала, чем это грозит. Но Роберт был до того красив, что она не устояла.

Она поднялась из-за стола и медленно, как на казнь, пошла к дивану. Постояв несколько мгновений рядом, Анджелика села, готовая тут же оказать сопротивление, если он попытается до нее дотронуться. Все ее тело было напряжено до предела.

– Расслабьтесь, мой ангел, – сказал Роберт, откинувшись на спинку дивана и при этом обняв Анджелику за плечи. Она хотела тут же освободиться, но рука Роберта, видимо, была слишком тяжелой…

Тогда она попыталась сосредоточиться на Джаспере. Но птица вдруг напомнила ей памятный инцидент с бедняжкой Дейзи и ее суровой мамашей.

– Мне нужен ваш совет, – подняла она взгляд на Роберта.

– Какой, мой ангел?

– Одна из клиенток тетушки вчера привела с собой маленькую девочку. У бедного ребенка были сильно исцарапаны обе ручки.

– И что же?

– Я уверена, что это сделала ее мать. Что бы вы мне посоветовали сделать?

– Не вмешиваться в чужие дела.

– Но ведь ребенок…

– Ангел мой, у вас предостаточно своих проблем, чтобы заниматься чужими.

– Я не могу равнодушно видеть, как страдают дети!

– У вас очень доброе сердце! Что ж, может быть, месть совратителям отца принесет вам достаточно денег, чтобы забрать несчастное дитя у ее матери. Но до тех пор…

– О чем вы говорите? Ведь и тогда я вряд ли смогу прокормить еще один голодный рот!

Анджелика смотрела на потухающий огонь в камине и невольно мысленно перенеслась в свое детство.

– Вы не поверите, но мой отец до смерти мамы был очень добрым и отзывчивым человеком, – грустно сказала она. – И каждый вечер перед сном рассказывал мне всякие истории. Самой моей любимой была сказка о некоем принце, который должен был на мне непременно жениться. И при этом отец внушал, что сама я должна стремиться стать не принцессой, а герцогиней. Вместе со своим так называемым другом, герцогом Инверари, они решили, что выдадут меня замуж за его старшего сына. Почему вы на меня так странно смотрите?

– Я никогда не мог бы и подумать, что окажусь в столь знатной компании.

– Чем выше взлетишь, тем больнее будет падать! – усмехнулась Анджелика.

– Сочувствую вашей утрате, мой ангел!

– Я не возражаю против того, чтобы сделаться герцогиней, – грустно улыбнулась Анджелика. – Мне просто не хватает отца и ощущения… защищенности.

Роберт наклонился и прильнул к ее губам. Анджелика горестно вздохнула и обвила руками его шею. Желание быть любимой заставило сдаться. И только случайное прикосновение руки Роберта к груди вернуло ее к реальности.

Она резко отстранилась.

– Я же уже сказала, что это не должно больше никогда повториться! – с негодованием сказала она, отодвигаясь от Роберта.

– Прислушайтесь к своему телу, мой ангел!

– Я хотела бы, чтобы вы сейчас же ушли! – с дрожью в голосе ответила Анджелика, стараясь подавить в себе совершенно противоположное желание.

– Мой брак длился очень недолго, – вздохнул Роберт, не обращая внимания на слова Анджелики. – Луиза была беременна. У нас должен был родиться ребенок. Но… – Роберт внезапно умолк. Потом сделал над собой усилие и договорил: – Но она умерла…

Это признание удивило Анджелику. Сердце ее болезненно сжалось. Теперь она поняла, почему этот человек отказывается жениться во второй раз.

– Я сочувствую вашему горю, – прошептала она.

– Благодарю вас, мой ангел.

Роберт грустно улыбнулся.

– Вы все еще настаиваете, чтобы я сейчас же ушел? – тихо спросил он. – Или же продолжите учить меня мошенничеству?

– Давайте пересядем к столу.

Они сели друг против друга. Роберт взял колоду и принялся ее перетасовывать.

– Мошенничать легче при игре в кости, – остановила Роберта Анджелика, положив ладонь на его руку. – Кроме того, в этом случае ставки бывают значительно выше. Особенно в клубах «Крокфорд» и «Уайте».

Анджелика поднялась из-за стола и скрылась за дверьми своей комнаты. Когда же через несколько минут появилась снова, в руках у нее была маленькая деревянная коробочка. Она поставила ее на середину стола и, открыв крышку, высыпала на скатерть две дюжины пар костей.

– В инкрустированных игральных костях в углублениях помещены кусочки металла, и кубик чаще падает на определенную грань. А есть еще кости со скошенными плоскостями. Но я предпочитаю инкрустированные кости.

– А дальше?

– Дальше все зависит от ловкости рук. Я лично уже приобрела достаточный опыт, чтобы не проигрывать. Могу дать вам несколько уроков.

Роберт изумленно посмотрел на Анджелику:

– Ну спасибо! А как в карточной игре?

– В картах все гораздо сложнее. Но и там главную роль играет ловкость рук. Например, если…

Анджелика не договорила, ибо наружная дверь с шумом распахнулась. В следующий момент в гостиную ввалился Грэм Дуглас.

– Три тысячи чертей! – взревел он. – Мне надо выпить! Дайте мне выпить. Выпить! Выпить!..

Анджелика вскочила из-за стола и бросилась навстречу отцу:

– Боже мой, папа! Где ты был?!

– Искал мира и согласия!

– Позволь мне проводить тебя в спальню!

Анджелика схватила отца за руку с намерением утащить его в соседнюю комнату. Но Грэм остановился у стола и с недоумением посмотрел на Роберта. Лицо его слегка прояснилось.

– А, Магнус! – с трудом прошамкал он. – Я вижу, ты не очень постарел за этот день!

– Милорд, вы принимаете меня за кого-то другого, – ответил Роберт.

– Да ну тебя, Магнус! Не морочь мне голову! – Грэм перевел взгляд на дочь: – Я очень устал, малышка!

– Пойдем, я уложу тебя в постель.

Анджелика взяла отца под руку и повела в спальню. На пороге он еще раз остановился и прошептал ей в ухо:

– Я совсем трезв. Есть здесь что-нибудь выпить?

– Вода!

– Три тысячи чертей!

Грэм продолжал твердить это, пока дочь не уложила его в постель. Но прежде чем закрыть глаза и захрапеть, Дуглас крикнул:

– Оставь дверь открытой! Магнус всегда был большим бабником. И я не хочу, чтобы он обесчестил тебя!

Анджелика оставила дверь открытой. Роберт нахмурился и осуждающе посмотрел на нее. Что бы это могло значить? Он чем-то недоволен – это ясно. Но чем? Разве она виновата, что Дуглас вернулся домой в безобразно пьяном виде?

– Что случилось? – спросила она Роберта.

– Думаю, ничего особенного. Наверное, граф стал заботиться о непорочности своей дочери. Но сильно запоздал: он был обязан делать это раньше. Как и вообще охранять вас от опасностей, на каждом шагу подстерегающих молодую девушку. Его пренебрежение отцовским долгом сделало и ваших младших сестер беззащитными в этом жестоком мире.

– Это несправедливо! – горячо бросилась защищать отца Анджелика. – У него было множество серьезных проблем.

– Проблемы есть у всех. В том числе и серьезные. Но надо быть стойким. Ведь я не сделался алкоголиком после смерти жены!

– Возможно, у вас более сильный характер.

– Что ж, может быть, вы и правы. – Роберт с удивлением посмотрел на Анджелику и поднялся из-за стола. – А теперь, думаю, мне лучше уйти.

Она ничего не ответила, а лишь утвердительно кивнула. Но скрыть своего разочарования не смогла. Роберт заметил это.

– Обещаю зайти завтра.

Он вынул из кармана кожаный кошелек и высыпал на стол все его содержимое. Там оказалось двадцать фунтов.

– Мне не надо ваших денег! – запротестовала Анджелика.

– Возьмите их! – приказал Роберт. – Только дайте мне обещание не играть сегодня.

– Обещаю.

Роберт наклонился и запечатлел поцелуй на ее губах.

– До завтра!

Анджелика снова утвердительно кивнула и вышла вместе с ним на улицу. Роберт свистом подозвал лошадь.

– И никаких ограблений могил! – опять-таки приказным тоном сказал он, уже сидя в седле.

Анджелика проводила его до дороги и долго смотрела вслед. Нет, она не должна была позволять ему снова целовать ее! Ибо долг перед семьей – выше желания любить и быть любимой. Но какую же власть приобрел над ней Роберт, если сумел заставить, хоть и на миг, забыть об этом! Как и о данной ею клятве отомстить за отца?

Анджелика вздохнула. Ведь они могли встретиться с Робертом и при иных обстоятельствах. И тогда, возможно, все было бы по-другому…

С тяжелым сердцем она вернулась в коттедж. Решив, что игра на арфе поможет поднять настроение и расслабиться, она вошла в гостиную, где стоял инструмент, и…

– Что ты делаешь?! – закричала Анджелика, увидев, что отец собирает со стола оставленные Робертом двадцать фунтов.

– Мне необходимо выпить! – не терпящим возражений тоном ответил Дуглас.

Дочь встала на пороге, загородив собою дверь.

– Папа, положи назад деньги!

– Я уже сказал, что должен выпить. Это заглушит боль утраты!

– Ты не должен пить! Вино не вернет маму из могилы.

– Отойди!

– Не отойду!

Дуглас подскочил к дочери и так сильно толкнул ее, что та упала на пол. Инстинктивно она схватилась за рукоятку висевшего у нее на поясе кинжала, который всегда носила на случай опасности.

– Неужели ты способна убить родного отца?! – взревел граф, наклоняясь над лежащей дочерью. – Да, внешне ты очень похожа на свою мать. Но в тебе нет ее доброты!

Дуглас исчез за дверьми. Анджелика же еще долго лежала на полу и думала, что, верно, сама жизнь придавила ее своей чудовищной тяжестью и не дает подняться. Это была жалость к опустившемуся отцу, тоска по умершей матери и обида на свою горькую судьбу…

Вернувшиеся домой тетушка Рокси и сестры застали Анджелику в том же положении.

– Боже мой, что случилось? – всполошилась тетушка. – Ты не заболела?

Анджелика повернулась и дрожащим голосом выдавила:

– Роберт…

– Неужели он тебя обесчестил?!

– Да. Но не сейчас. Это случилось утром.

С помощью сестер Анджелика поднялась с пола.

– Да это же просто замечательно! – воскликнула тетушка Рокси, покраснев от возбуждения.

– А что ты при этом чувствовала? – наивно спросила старшую сестру Виктория.

– Не будь дурой, Виктория! – набросилась на нее Саманта, считавшая себя уже совсем взрослой. – Неужели ты не понимаешь, что трудно даже мечтать о самой возможности принадлежать такому мужчине, как Роберт!

– Это не предмет для разговора в вашем возрасте! – одернула обеих тетушка Рокси. – Теперь ты, конечно, выйдешь за него замуж, – улыбнулась она Анджелике. – Прекрасно! Все идет именно так, как я и предполагала!

– Вы это предвидели, тетушка Рокси? – переспросила ее Саманта.

– Тетушка, а не могли бы вы предсказать и мою судьбу? – с широко раскрытыми от восторга глазами спросила Виктория.

Тетушка Рокси строго посмотрела на них, взглядом призывая их угомониться.

– Он вовсе не собирается на мне жениться, – мрачно сказала Анджелика.

– Это как же?! – оторопело воскликнула тетушка Рокси.

. – Вот так! Он всего лишь предложил мне стать его любовницей!

Тетушка Рокси немного помолчала. Потом еще раз посмотрела на племянницу и небрежно махнула рукой:

– Дорогая, не надо придавать большого значения словам мужчины. Главное, что он делает!

Анджелика бросила на тетушку скептический взгляд. Ведь Роберт подчеркнуто заявил ей, что жениться второй раз не намерен.

– Вижу, ты мне не веришь! – сокрушенно вздохнула тетушка, но тут же рассмеялась: – Все же послушай меня, милая! Как-никак, а я похоронила троих супругов.

Но ведь прежде успела выйти за них замуж! А потому отлично знаю все их повадки в период ухаживания.

– И затем потратили все оставленные ими «наследства на поддержку нашей семьи, – со вздохом добавила Анджелика.

– Фи! Эти деньги пошли на дело! А обо мне вы, надеюсь, позаботитесь, когда все трое выйдете замуж! – Тетушка Рокси хитро сощурила глаза. – Скажи мне, Анджелика, если Роберт соблазнил тебя утром, то почему ты дожидалась наступления вечера, чтобы броситься на пол и начать рыдать?

– Я плакала не о нем. На пол меня бросил папа, прикарманивший деньги, которые Роберт оставил нам на жизнь.

– Боже мой, да ведь этот молодой человек просто обожает тебя! – воскликнула тетушка Рокси, молитвенно сложив ладони и устремив взгляд в потолок, заслонявший небо.

– А папа?

– Ну, тут я ничего не могу поделать! Его судьба, наверное, была начертана еще до рождения! Ладно, дорогие мои, хватит об этом. Лучше пойдемте ужинать!..

Двумя часами позже Анджелика сидела перед камином и играла на арфе. Саманта исполняла партию скрипки, а Виктория – флейты. Тетушка Рокси сидела на диване и, закрыв глаза, наслаждалась волшебными звуками музыки.

Внезапно раздался громкий стук в дверь. Тетушка и младшие сестры с удивлением посмотрели друг на друга.

До сих пор никто так поздно не приходил к ним в гости. Роберт же уехал всего пару часов назад и не мог так быстро вернуться.

– Не открывайте дверь! – сказала Анджелика тетушке, уже было поднявшейся с дивана, дабы встретить какого-то нежданного гостя.

– Почему же? – смущенно спросила та.

– Я плохо себя чувствую, видела дурной сон и не хочу никого принимать. Сделаем вид, что нас нет дома.

– Мы не можем изменить того, что должно произойти, – возразила тетушка и открыла дверь. – Боже мой, отец Баттерфилд! Вот так сюрприз! – донесся до сестер ее удивленный голос. – Что случилось?

Анджелика выглянула в прихожую и действительно увидела знакомого проповедника, стоявшего в дверях. Но прежде чем она успела что-нибудь произнести, Баттерфилд сделал знак кому-то, стоявшему за его спиной, и чуть посторонился, освобождая проход в дверях.

Четверо рослых мужчин вошли в прихожую, неся что-то большое и тяжелое, завернутое в черное.

Анджелика бросилась к ним и откинула верхнюю часть покрывала.

– Боже мой, папа! – вскрикнула она. Действительно, это было бесчувственное тело Грэма Дугласа.

– Вставай же, папа! – запричитала Анджелика. – Вставай скорее!

– Он мертв, – мрачно сказал отец Баттерфилд.

– Мертв? – переспросила Анджелика и, закрыв лицо руками, зарыдала.

Лица ее сестер сделались белее снега. И только тетушка Рокси, за свою жизнь уже пережившая потерю многих близких родственников, лишь покачала головой и с грустью сказала:

– Что ж, мой дорогой братец, вот ты и нашел то, что усердно искал со дня смерти своей жены.

Анджелика наклонилась и поцеловала отца в лоб.

– Как это произошло? – спросила она у священника.

– Не знаю, – пожал плечами Баттерфилд. – Грэм шел впереди меня и вдруг рухнул на землю. Я бросился к нему, чтобы помочь подняться, но он был уже мертв.

– Господи, папа! – вновь зарыдала Анджелика. – Это ужасно! Могу лишь обещать, что похороню тебя рядом с матерью в родной земле.

– Я могу чем-нибудь помочь? – спросил Баттерфилд.

Тетушка Рокси несколько мгновений молчала, потом кивнула:

– Да. Я хотела бы просить вас об одном одолжении.

– Просите.

– Не могли бы вы доставить мое письмо одному из самых близких друзей Грэма в Лондоне?

– Как зовут этого друга?

– Герцог Инверари. Он будет вам за это очень благодарен.

– Нет, тетушка, вы не будете писать этому человеку! – горячо заговорила Анджелика.

Рокси посмотрела на нее ледяным взглядом и снова обернулась к священнику:

– Не слушайте ее! Неожиданная кончина отца затмила рассудок моей племянницы!

– Этого можно было ожидать, – согласился Баттерфилд.

– Тогда до завтра! – грустно улыбнулась Рокси.

– Я намерена убить человека, которому вы, тетушка, собираетесь писать, – жестко сказала Анджелика, как только дверь за священником закрылась.

– Я тебе помогу, – прошептала Саманта.

– И я, – добавила Виктория.

Тетушка Рокси сурово посмотрела на племянниц:

– Попридержите языки, дурехи! Пока все беды, которые вы хотите причинить другим, не обратились сторицей против вас самих!..

Глава 5

Анджелика сидела в саду на скамейке и вспоминала мудрые слова тетушки Рокси о том, что содеянное кому-нибудь зло непременно вернется к тому, кто его совершил. Значит, те, кто намеренно разорял отца, попадут в ад и будут гореть в геенне огненной! В первую очередь – Чарлз Эмерсон, сбивший старого графа с праведного пути, и Магнус Кэмпбелл, не захотевший помочь другу в трудный момент.

Было солнечное теплое утро. Тетушка Рокси сидела рядом и наслаждалась хорошей погодой. Младшие сестры Анджелики уже давно убежали в рощу и скорее всего в этот момент купались в чистой прохладной воде.

Отец умер и был похоронен. Но Земля от этого не перестала вертеться. Все осталось таким же, как было и раньше. Небо было голубым. Солнце продолжало все так же ярко сиять. Старый дуб, как всегда, отбрасывал широкую тень, в которой можно было укрыться от летнего зноя.

Анджелика закрыла глаза, чтобы не видеть великолепия летнего дня, которое вовсе не радовало ее. Ведь герцог Инверари по-прежнему жил в своем роскошном особняке на Парк-лейн. Чарлз Эмерсон оставался владельцем земель, украденных у ее отца. Тримбл и Дринкуотер даже не пришли на похороны Грэма. И вообще при этой печальной церемонии из бывших «друзей» был лишь сын Мейхью…

«Где же справедливость? Или для семьи Дуглас она не существует? А закон? Как теперь можно в него верить?» – думала Анджелика.

Ну что ж, если так, то она сама, Анджелика Дуглас, будет вершить правосудие! И горе каждому, кто встанет на ее пути!

Девушка подняла на колени арфу и принялась лениво перебирать струны. Получилась вольная мелодия.

– Какая красивая музыка! – умиленно произнесла тетушка Рокси. – Кстати, спешу тебе сообщить, дорогая, что теперь ты графиня Мелроуз.

– Что вы сказали, тетя? – переспросила Анджелика, удивленно выгнув бровь.

– Сказала, что ты теперь – графиня Мелроуз.

– Неужели?

– Дорогая, история нашей семьи насчитывает несколько веков. По существующей издревле традиции в случае отсутствия прямого наследника по мужской линии его место занимает старшая дочь. Поэтому теперь ты стала преемницей титула – графиней Мелроуз.

– Графиня без гроша в кармане? – усмехнулась Анджелика. – Да это же просто смешно!

Она вновь закрыла глаза и прислонилась спиной к дубу, делая вид, что хочет расслабиться. На самом же деле Анджелика думала о том, что титул графини Мелроуз может открыть ей новые возможности за игорными столами. Надо только накопить побольше денег, чтобы прилично одеться…

Она сможет сказать, что приехала из Европы. А с рекомендательным письмом от тетушки Рокси могла бы спокойно представиться в… Где же и кому?

Анджелика решила, что в первую очередь направится к герцогу Инверари, сделав вид, что не считает его в чем-то виноватым.

Положение герцога в столичном высшем свете и его влияние она использует, чтобы разделаться с первыми четырьмя негодяями. Затем настанет очередь и самого герцога. А потом счет будет предъявлен даже Роберту Рою. Ведь если бы он не оставил те несчастные двадцать фунтов на столе, ее отец, возможно, был бы жив.

Мысли о мщении взволновали Анджелику. Она выпрямилась. На лице появилась недобрая улыбка, которую тут же заметила тетушка Рокси.

– Дорогая, мне не нравится, как ты улыбаешься. Какие планы зреют в твоей маленькой головке?

– Не понимаю, о чем вы говорите, тетушка, – придав своему лицу самое невинное выражение, ответила племянница.

Глаза Рокси превратились в две узенькие щелки.

– Я имею в виду…

– Привет, есть кто-нибудь дома? – услышали они мужской голос из гостиной.

– Привет! Привет! Привет! – откликнулся Джаспер. Роберт Рой на мгновение остановился в дверях террасы, а затем уверенно спустился в сад.

– До моих ушей долетели звуки арфы.

Он подошел к скамейке, вытащил из кармана зеленое яблоко и высоко поднял его над головой. Тут же из клетки в сад слетел Джаспер и глубоко вонзил свой сильный клюв в яблочную мякоть.

– А теперь скажи мне: «Спасибо!»

– Спасибо! – повторил Джаспер.

Роберт улыбнулся и, бросив взгляд на Анджелику, заметил, что она одета с ног до головы в черное.

– Что-то случилось? – нахмурился он.

– Утром мы похоронили отца, – ответила Анджелика, вставая со скамейки.

– Я скорблю вместе с вами по поводу этой утраты.

– Неужели? – ответила она, холодно посмотрев на гостя.

Она, конечно, понимала, что не может обвинить его в смерти отца только потому, что он оставил деньги.

– Уж не думаете ли вы, что я хотел смерти Грэма Дугласа?

– Отец мог бы остаться жив, если бы вы не оставили деньги на столе.

– Анджелика, – с укором посмотрела на нее тетушка Рокси и разрыдалась.

– Я тут ни при чем, Анджелика, – пожал плечами Роберт. – Ваш отец сам сгубил себя беспробудным пьянством. Скорее всего он и хотел умереть… Прощайте!

Роберт круто повернулся и быстрым шагом вышел из сада.

– Извинись перед ним! – приказала Рокси племяннице.

Анджелика посмотрела на тетушку, вздохнула и бросилась вслед за Робертом. Что она наделала!

– Подождите, пожалуйста! – крикнула Анджелика, обежав вокруг коттеджа и догнав Роберта у самого выхода из сада.

Он обернулся.

– Я совсем не это хотела сказать! Ради Бога, простите меня!

Не говоря ни слова, Роберт раскрыл объятия, и Анджелика бросилась ему на шею. Она прижалась лицом к могучей мужской груди и зарыдала. Роберт нежно провел ладонью по ее волосам:

– Ну, полно! Успокойтесь!

– Я так виновата!

– Считайте, что ваши извинения приняты.

– Виновата не перед вами, а перед отцом.„

– Вы окружили его такой заботой, что обидеть никак не могли!

– Вы не понимаете, – проговорила она сквозь слезы. – Ужасно то, что я вдруг почувствовала… облегчение, когда пастор Баттерфилд сказал мне о смерти папы!

Роберт поднял ее подбородок и очень мягко сказал, глядя прямо в глаза:

– Вы очень заботились о своем отце. И то, что почувствовали, когда узнали о его смерти, было не облегчением. Просто с ваших плеч свалилась непосильная ноша. Поверьте мне, дорогая, у вас слишком доброе сердце, чтобы желать кому-нибудь смерти.

– Отец сказал совсем другое. В день смерти он сравнил меня с матерью, на которую я, по его словам, очень похожа внешне. Но при этом у меня нет ее доброты…

– Так говорил не ваш отец, а алкоголь, ставший его второй натурой.

– Думаю, что вы не ошибаетесь!

– Мне хотелось бы, чтобы вы немного отдохнули. А я сегодня ночью попрошу пару своих друзей прийти на кладбище и посторожить могилу вашего отца.

– Я думала, что в это время года спрос на тела умерших сократился, – прошептала Анджелика, с тревогой посмотрев на Роберта.

– Но ведь это не остановило ваших сестер. Могут найтись и другие охотники за мертвецами. Тем более что Грэма Дугласа только что похоронили, а выкопать тело из свежего грунта не составит большого труда.

Анджелика протянула руку и провела своей миниатюрной ладошкой по щеке Роберта.

– Спасибо!

– Вам стало лучше?

– Пока нет. Для этого должно пройти какое-то время. – Анджелика вымученно улыбнулась.

Роберт вскочил в седло и тронул поводья. Она проводила его взглядом. И впервые за все время их знакомства Роберт обернулся и помахал ей рукой…

Анджелика подумала, что Роберт Рой, хотя и соблазнил ее, все же был послан провидением. Ибо для него не было безразличным все случившееся с ней и ее семьей. Пусть он овладел ею до того, как объявил о своем решительном отказе жениться. Но и тогда был предельно честен. А Анджелика показалась сама себе очень даже смешной – шулершей, обманом вытягивавшей деньги у своих партнеров, и при этом превыше всего ценившей в людях… честность.

Когда зашло солнце, она села вместе со своими сестрами около камина и принялась рассказывать им свой план отмщения негодяям, погубившим Грэма Дугласа…

Джаспер уже давно спал на жердочке в своей клетке, покрытой большим шелковым платком. А тетушка Рокси сосредоточенно ходила широким шагом из угла в угол по своей спальной комнате. Право, для женщины, только что похоронившей родного брата, у нее было слишком хорошее настроение.

– Тетушка Рокси, что вы делаете? – наконец крикнула через открытую дверь Анджелика.

– Собираюсь упаковать некоторые из моих новых вещей, – донеслось из спальни.

Ответ несколько смутил Анджелику.

– Собираетесь куда-то ехать? – спросила она.

– Да, собираюсь.

Саманта вопросительно посмотрела на старшую сестру.

– Тебе не кажется, что тетушка немного тронулась умом после смерти папы? – спросила она.

– Рокси всегда была психически неуравновешенной, – хмыкнула Виктория.

Анджелика улыбнулась и, выдержав паузу, сказала:

– А теперь нам неплохо было бы побывать на кладбище.

– Зачем? – удивилась Саманта.

– Я хочу удостовериться, что Роберт не забыл о своем обещании сторожить могилу нашего отца.

– Но ведь он сказал, что в это время года спроса на трупы обычно не бывает, – возразила Виктория.

– Но ведь это вас не остановило, – повторила Анджелика слова, которые слышала от Роберта.

Все трое встали и настороженно посмотрели на закрытую дверь тётушкиной спальни. Потом тихо, на цыпочках, вышли из коттеджа…

Ночь выдалась теплой, безлунной, а потому – очень темной. На кладбище же вообще стоял непроглядный мрак.

– Ничего не вижу! – сказала Анджелика. – Странно. Ведь Роберт, конечно, должен был захватить с собой фонарь. Или он просто забыл прийти?

– Он не мог забыть, – возразила Саманта. – Может быть, еще рано?

– Готова поспорить, что он просто опоздал и вот-вот появится, – предположила Виктория.

– Так или иначе, но мы будем сторожить могилу отца, пока Роберт не придет, – решила Анджелика.

– А нельзя нам подождать его здесь, не входя в эти ворота? – неуверенно спросила Виктория. – Я боюсь темноты. Тем более на кладбище!

– Что-то ты не очень боялась, когда помогала вытаскивать из могилы тело несчастного мистера Льюиса! – напомнила ей Анджелика. – И вообще, хватит болтать глупости! Идем, Саманта. А ты, трусиха, жди нас здесь!

– Нет, я пойду с вами, – решилась Виктория. – Только ты иди впереди.

Анджелика первой вошла в ворота. За ней несмело последовали младшие сестры. Но не успели они пройти и десятка шагов, как из темноты донесся мужской голос:

– Итак, милый ангел, вы не верите моему слову. Анджелика вздрогнула от неожиданности и застыла на месте. Но в ту же секунду Роберт появился из-за большого дерева, держа в руке маленький фонарик.

– Вы пришли один? – спросила Анджелика. – А где же обещанные друзья?

– Вот они. Господа Джеймс Армстронг и Адам Сент-Обин. – И Роберт осветил фонарем две темные фигуры, стоявшие за его спиной. – Познакомьтесь, пожалуйста!

– Очень рада! – улыбнулась Анджелика. – Спасибо за то, что согласились нам помочь. А это мои младшие сестры.

Джентльмены приветливо кивнули девушкам.

– Вам оставить наш фонарик? – спросила Анджелика.

Роберт отрицательно покачал головой:

– Не надо. Как видите, у нас есть свой. Этого вполне достаточно. Пойдемте, я провожу вас.

У ворот Роберт запечатлел нежный поцелуй на губах Анджелики и сказал:

– Пока я буду сторожить могилу вашего отца, мне придется спать днем, а бодрствовать по ночам. Так что мы сможем с вами увидеться не раньше чем через пару суток.

– Мне будет вас не хватать! – вырвалось у девушки.

– А мне вас будет не хватать еще больше! – ответил Роберт.

Прошло два дня. Утром Анджелика проснулась с улыбкой на лице и мыслями о Роберте.

«Мне вас будет не хватать еще больше!» – вспомнила она его слова, сказанные при прощании.

И почувствовала, как они согревают ее сердце.

Несмотря на то что их знакомство продолжалось всего несколько дней, Анджелика уже не могла представить себе жизни без этого человека. Без Роберта Роя…

«Неужели это любовь?» – подумала она.

– Милая, иди к нам! – донесся из гостиной голос тетушки.

– Иду!

Она выбежала из своей спальни и бросилась вниз по лестнице.

Тетушка Рокси, Саманта и Виктория сидели у окна и смотрели в сторону парадного крыльца. Анджелика подбежала к ним:

– Боже мой, что там?

– Очевидно, герцог Инверари откликнулся на мое письмо, – улыбнулась тетушка.

Перед крыльцом стоял четырехместный экипаж с гербом герцога Инверари на дверцах, запряженный четверкой белых лошадей. К экипажу была прицеплена грузовая повозка.

– Подумаешь, герцог! – тихо проворчала Виктория. – Грязная вонючая задница – вот он кто!

Между тем лакей в зеленой ливрее поднялся по ступенькам крыльца и постучал в дверь. Тетушка Рокси пошла открывать.

– Вы – графиня Мелроуз? – спросил лакей.

– Нет. Графиня Мелроуз – это моя племянница. Я сейчас ее позову. Анджелика! Это к тебе.

Девушка вышла в холл и вопросительно посмотрела на слугу. Тот учтиво поклонился:

– Графиня Мелроуз?

– Да.

– Мой хозяин, его светлость герцог Инверари, имеет честь просить все ваше семейство безотлагательно приехать к нему.

«Интересно, за кого почитает себя этот герцог Инверари? – подумала Анджелика. – За короля Англии? Если так, то неужели не понимает, что моей ноги никогда не будет в его доме!»

– Передайте его светлости, – высокомерно ответила Анджелика, – что графиня Мелроуз считает его не вправе отдавать ей приказания!

Слуга посмотрел на нее с выражением крайней растерянности:

– Миледи, я не могу вернуться без…

– Минуточку! – прервала слугу тетушка Рокси. Она схватила Анджелику за руку и, невзирая на сопротивление племянницы, вытащила ее в прихожую.

– Упаковывай свои вещи! – приказала она шепотом. – Похоже, мы имеем шанс расстаться со своей бедностью!

– Я никуда не поеду! – твердо заявила Анджелика.

– А я-то думала, что ты хочешь отомстить мерзавцам, укравшим отцовское состояние! Подумай, может ли представиться для этого более удобная возможность, чем пребывание в качестве гостьи герцога Инверари в его собственном доме?

– Но ведь герцог…

– …не имел никакого отношения к бедам, постигшим твоего отца, – закончила за племянницу тетушка Рокси.

– А как быть с Робертом?

– О нем не беспокойся. Обещаю, что уговорю его сиятельство найти способ разыскать Роберта Роя. Но если ты мне не веришь, то оставь ему записку.

Анджелика колебалась, хотя и могла предположить, что предлагаемый тетушкой шаг может оказаться самым лучшим способом разыскать мерзавцев, погубивших Грэма Дугласа. Но что, если Роберт не захочет встречаться с ней в доме герцога Инверари? Ведь в этом случае она, возможно, никогда его больше не увидит…

– Подумай о будущем своих сестер! – продолжала убеждать Анджелику тетушка, как бы прочитав мысли племянницы. – При материальной поддержке герцога они смогут найти достойных женихов!

Анджелика, конечно, понимала, что слова тетушки не лишены здравого смысла. Действительно, она может оставить Роберту записку с указанием своего адреса, в которой будет умолять его приехать за ней.

– А Джаспер? – задала она последний вопрос, уже готовая сдаться.

– Вот выдумала проблему! Мы просто заберем его с собой!

– Что ж, все это очень неплохо звучит, хотя мне и не нравится!

Двумя часами позже все семейство Дуглас вместе с неизменным Джаспером сидело в роскошном экипаже герцога. А еще через несколько минут они подъехали к подъезду элегантного кирпичного особняка. Слуга спрыгнул с козел и помог женщинам спуститься по ступенькам на землю.

Двери дома распахнулись, и на пороге появился дворецкий герцога. Он пытливо посмотрел на тетушку и галантно поклонился:

– Леди Роксанна, вы стали еще красивее с той поры, как мы виделись в последний раз!

– Старый льстец! – откликнулась тетушка, одарив дворецкого обольстительной улыбкой, и тут же обратилась к племянницам: – Пойдемте, девочки!

Холл особняка было внушительным. По углам стояли мраморные римские статуи, а карнизы украшала затейливая роспись по дереву. Сам же потолок был расписан орнаментами в стиле рококо.

– Прошу вас следовать за мной, – сказал дворецкий с легким поклоном. – Его светлость приказал мне сопровождать вас до самых дверей его рабочего кабинета.

Гости, предводительствуемые дворецким, поднялись по лестнице на второй этаж. Замыкала шествие Виктория, державшая в руках клетку с попугаем.

Они остановились перед кабинетом хозяина дома. Дворецкий осторожно постучал.

– Войдите! – донеслось из-за двери.

При звуке этого голоса у Анджелики вспотели ладони. Тем временем дворецкий пропустил гостей в кабинет герцога.

Несмотря на свой довольно преклонный возраст, герцог Инверари выглядел весьма привлекательным мужчиной. Высокий, хорошо сложенный, с черными волосами, чуть посеребренными на висках, и темными глазами, он показался Анджелике до странности знакомым.

– Мне очень не хватало вас, Роксанна, – сказал хозяин дома, выйдя из-за стола и взяв тетушку за обе руки. Но вместо того, чтобы галантно поцеловать одну из них, как того требовал светский этикет, крепко прижал Рокси к груди и запечатлел поцелуй на ее щеке.

– Дорогой мой, – пропела нежным голосом тетушка. – Если бы вы только знали, как часто я думала о вас! И частенько нуждалась в вашей помощи. Но мой покойный брат Грэм был слишком горд, чтобы разрешить мне обратиться к вам!

– Вам, несомненно, надо было помочь! – с горчинкой в голосе сказала Анджелика. – Согласитесь, что настоящие друзья поддерживают друг друга в беде, не дожидаясь просьб!

– А вот дочери Грэма, – продолжала Рокси, пропустив мимо ушей колкость старшей племянницы. – Самую болтливую из них зовут Анджеликой.

И тетушка бросила на нее предостерегающий взгляд.

– Ах да! – воскликнул герцог, приветливо улыбнувшись Анджелике. – Графиня Мелроуз! А кто в этой клетке?

– Джаспер, мой попугай. Но не трогайте его, если не хотите остаться без пальца!

– Своевременное предупреждение! – рассмеялся герцог.

– Черт! – крикнул Джаспер.

Саманта и Виктория захихикали, прикрыв рты ладошками. Анджелика тоже не удержалась от улыбки.

– Я вижу, у него богатый словарный запас, – снова засмеялся герцог. – А как зовут этих милых девочек?

– Саманта и Виктория, – представила их тетушка Рокси.

– Очень рад с вами познакомиться! Прошу чувствовать себя как дома!

Выдержав паузу, герцог снова улыбнулся и обратился к Рокси:

– Завтра утром меня навестит самый модный столичный портной. Он поможет всем вам несколько подправить гардероб, сделав его максимально современным и модным. А сейчас вы, видимо, устали. И я попрошу Тинкера проводить вас в спальные комнаты.

Как только дворецкий открыл дверь гостиной, Анджелика встала, намереваясь тотчас же последовать за сестрами и тетушкой. Но герцог остановил ее:

– Я хотел бы поговорить с вами тет-а-тет, мисс Анджелика. А Тинкер через несколько минут вернется и проводит вас в приготовленную комнату.

В голосе герцога прозвучали нотки приказа, а отнюдь не просьбы.

– Умоляю, веди себя прилично, – шепнула Анджелике тетушка, направляясь к двери.

Оставшись наедине с хозяином дома, девушка вопросительно посмотрела на него.

– Садитесь, мисс Анджелика, – очень вежливо сказал герцог, пододвинув гостье стул, после чего опустился в большое старинное кресло. – Куда вы хотели бы поселить Джаспера? – спросил он. – Я могу поставить в каждой комнате по отличнейшей клетке.

– Джаспер предпочитал бы жить в моем скромном коттедже, – холодно ответила Анджелика.

– А вы стали еще красивее, чем раньше!

– Я что-то не помню, чтобы мы с вами когда-либо встречались! – с трудом выдавила из себя Анджелика.

– С первого момента вашего появления в моем доме я почувствовал в вас почти откровенную враждебность, – усмехнулся герцог. – Извините, мисс Дуглас, но в чем причина подобного отношения? Тем более что я широко открыл перед вашим семейством двери моего дома! Почему вы меня так не любите?

– Потому что вы предали отца. И я намерена заставить ваше сиятельство пожалеть об этом!

Губы герцога насмешливо скривились.

– Вижу, вы унаследовали непримиримый характер строптивой тетушки. Но я хотел бы устранить некоторое недопонимание между нами. Поверьте, что ваш покойный отец был моим самым лучшим другом. И я его не предавал!

Анджелика открыла было рот, чтобы протестовать. Но герцог жестом остановил ее.

– Мне сказали, что Грэм уехал в Европу. И я стал искать его, чтобы как-то помочь. Но по прошествии нескольких лет самых активных поисков понял, что найти Дугласа уже не удастся.

Анджелика опустила взгляд. Откровенность герцога Инверари ее смутила. Правда, она еще никогда не имела никаких дел с искушенными проходимцами и обманщиками. Поэтому ей было о чем задуматься.

Помолчав с минуту или даже больше, Анджелика снова посмотрела в глаза хозяину дома:

– Я предоставляю вам возможность доказать правдивость ваших слов. И если вы сумеете это сделать, то тем самым поможете мне отомстить настоящим виновникам.

– А вы знаете этих людей?

– Аласдер Тримбл, Генри Дринкуотер, Арчибалд Мейхью и Чарлз Эмерсон.

– Арчибалд Мейхью умер.

– Значит, за преступления отца заплатит его сын!

– Тогда пощадите Чарлза Эмерсона. Его дочь – вдова моего сына и мать единственного внука.

Анджелика промолчала и только с презрением посмотрела на герцога. Но он не отвел взгляда и спокойно спросил:

– Каким же образом вы намерены с ними рассчитаться, дитя мое?

– Прошу вас называть меня «миледи».

– Извините, миледи, каким способом вы хотите отомстить этим людям?

– За карточным столом.

Ответ Анджелики заставил герцога улыбнуться.

– Значит, отец обучил вас азартным, играм?

– В отличие от него я научилась сама приносить себе удачу.

– Что ж, я могу свести вас кое с кем. В том числе даже с Чарлзом Эмерсоном.

Улыбка, заигравшая на лице Анджелики, казалось, осветила весь дом. Герцог тут же отпустил по этому поводу комплимент:

– У вас божественная улыбка, которой можно сразить кого угодно. Жаль, что вы, видимо, редко ею пользуетесь.

Анджелика с таким удивлением посмотрела на него, что тот поспешил извиниться:

– Простите, может быть, я сказал что-то неприятное или нетактичное?

Девушка не успела ответить, как входная дверь распахнулась.

– Ты просил срочно приехать, отец, – услышала Анджелика до боли знакомый голос. – Что-нибудь случилось?

Действительно, в дверях стоял Роберт. Анджелика словно окаменела. «Как, неужели герцог Инверари – отец Роберта?!» – молнией пронеслось в ее голове.

Она стремительно поднялась со стула и подошла к нему. Судя по его удивленному лицу, эта встреча была для Роберта совершеннейшей неожиданностью. Равно как и для нее самой.

– Что вы здесь делаете? – спросил он тоном, которым обычно требуют немедленных объяснений, после чего частенько следует дуэль.

– Я хотела бы задать этот же вопрос вам, – парировала Анджелика.

– Разрешите представить вам моего сына, Роберта Роя Кэмпбелла, – со смехом прервал эту перепалку герцог.

Но тут появился дворецкий Тинкер и с изящным поклоном спросил хозяина:

– Прикажете прямо сейчас проводить миледи в отведенную комнату?

Анджелика же, как и Роберт, уже не обращала внимания ни на хозяина, ни на его дворецкого. Она прочитала в глазах Роберта негодование, причину которого не могла понять. Ведь именно он солгал, а никак не она!

– Вы думали заставить меня на вас жениться? – уже со злостью в голосе спросил Роберт…

Глава 6

Да я лучше умру, чем выйду за вас замуж! – презрительно процедила сквозь зубы Анджелика. – Потому что глубоко презираю лжецов!

В следующий момент щека Роберта вспыхнула от увесистой пощечины…

Усилием воли он подавил в себе желание прикрыть ладонью пострадавшую часть лица. Но тут же получил вторую пощечину. На этот раз при свидетелях, ибо в гостиной присутствовали герцог Инверари и его дворецкий.

– Разве мошенники при прохождении в царство небесное пользуются преимуществами перед лжецами? – полным едкого сарказма тоном произнес Роберт.

Анджелика бросила на него уничтожающий взгляд и повернулась к Тинкеру:

– Мистер Тинкер, проводите меня в комнату. Пойдем, Джаспер!

Гордо вскинув голову, она последовала за дворецким. Джаспер летел впереди с гортанным криком «Спокойной ночи!».

Когда дверь за ними закрылась, Магнус холодно посмотрел на сына.

– Какой же ты тупоголовый болван! – сказал он.

– А сам ты соображаешь, что делаешь? – зарычал Роберт в ответ на родительское оскорбление.

– Я ставлю все на места, – ответил герцог, опускаясь в кресло за рабочим столом. – Присаживайся, и давай спокойно поговорим. Но имей в виду: такого безобразного тона, который ты только что позволил себе по отношению к родному отцу, я более не потерплю!

– Они что, как святой дух возникли у дверей твоего дома, даже не зная адреса, или же все-таки ты посылал за всем этим семейством?

– Да, я действительно посылал за ними.

– Посылал? Но ведь ты даже не знал, где они живут! Или просто проследил за мной?

– Когда Грэм Дуглас умер, тетушка Рокси догадалась известить меня об этом грустном событии в письме, на котором был и обратный адрес.

– Но ведь эта тетка – бессовестная и мерзкая шарлатанка! – воскликнул Роберт.

– В память о Грэме Дугласе я не желаю слышать ни одного дурного слова о леди Роксанне или ее племянницах! – Следующие слова отца заставили Роберта привстать со стула. – Будучи значительно моложе, я позволил Роксанне уйти от меня. И не хочу повторять этой ошибки.

– Что ты имеешь в виду? – прошептал Роберт.

– Я имею в виду то, что теперь, когда все дочери Грэма так или иначе обеспечены, я могу позволить себе еще раз жениться.

Роберт не мог поверить своим ушам. Может быть, отец потерял рассудок?

– Ты разрушил все мои планы, – тихо сказал он.

– Какие планы?

– Я хотел сделать Анджелику своей любовницей и взять на себя заботу о ее семье.

– Сын мой, деньги не делают женщину благородной леди из высшего света. Немало богатых великосветских дам постепенно превратились в проституток. И напротив, нищенки без гроша в кармане порой становились королевами, заслуживавшими всеобщего почитания. А эта очаровательная молодая женщина, графиня Мелроуз, на которую ты, как я вижу, положил глаз, – аристократка до мозга костей, как внешне, так и в сердце. Если ты хочешь ею обладать, то должен красиво ухаживать и жениться.

Роберт не позволит отцу навязать нежелательный брак, которого не хотел. Однажды он уже послушался родительского совета. Но тогда был еще очень молод и не посмел воспротивиться отцовской воле. К тому же отец был герцогом и пэром. Результатом стало самоубийство Луизы, которая также не желала этого брака и не хотела детей от Роберта.

– Отец, твоя хитрость не пройдет, – усмехнулся он. – У меня нет никакого желания жениться еще раз!

Герцог пожал плечами, как будто все это было ему совершенно безразлично. И тут же переменил тему разговора.

– Один из наших кораблей захвачен пиратами, – неожиданно заявил он.

– Какой? – не без тревоги спросил Роберт. Было видно, что эта новость его взволновала.

– «Буран».

– Насколько я понимаю, мы лишились очень ценного груза?

– Вовсе нет! Корабль был уже на рейде порта. Весь груз до нападения успели перенести на берег. Но деньги пропали.

– Ты говорил с капитаном Тейлором?

– Говорил. Тейлор доложил властям о краже, как только корабль пришвартовался.

– Я тоже хотел бы задать ему несколько вопросов. В дверь тихо постучали, и вошел Тинкер.

– Леди Роксанна спускается вниз, ваша светлость, – отрапортовал он.

– Спасибо, Тинкер.

– Я оставлю вас, – сказал Роберт, приподнимаясь со стула.

– Не уходи!

Через несколько секунд в кабинет впорхнула тетушка Рокси. Отец и сын встали и галантно поклонились.

– Привет, дорогие мои, – защебетала тетушка, одарив обоих мужчин очаровательной улыбкой и опустившись на свободный стул.

Магнус и Роберт также сели.

– С вами что-то случилось? – спросила тетушка, посмотрев на Роберта.

– Со мной? С чего вы это взяли?!

Вопрос тетушки действительно застал Роберта врасплох.

– Извините? – переспросил он.

– Ваша щека почему-то стала пунцово-красной.

– Это я столкнулся с ладонью Анджелики, – буркнул Роберт.

Подобный ответ сына заставил Магнуса закашляться от сдерживаемого смеха. Тетушка ехидно улыбнулась:

– У моей старшей племянницы всегда была очень тяжелая рука. – Она улыбнулась Роберту, продемонстрировав пикантную ямочку на своей щеке, и добавила: – Я уже знала, кто вы, как только вас увидела.

Губы Роберта скривились в вымученной ответной улыбке.

– Серьезно? Каким образом?

– Было очень легко догадаться, мой милый! Вы так же красивы, как и ваш отец.

– Что ж, мне остается лишь поблагодарить вас за этот комплимент.

– Но имейте в виду, что Анджелика никогда не станет вашей любовницей, – сказала Рокси, понизив голос.

– Если вы желаете заманить меня в ловушку, миледи, то это вам вряд ли удастся. Поверьте, у меня нет никакого желания жениться на Анджелике. Или на ком-либо еще!

Тетушка Рокси безнадежно махнула рукой, давая понять, что не воспринимает слова Роберта сколько-нибудь серьезно, и высокомерно улыбнулась:

– Анджелика выйдет замуж за кого-то другого. Впрочем, все мои очаровательные племянницы непременно найдут себе достойных женихов!

Роберт вздрогнул и выпрямился, почувствовав в груди укол беспричинной ревности.

– Кого же вы предназначаете Анджелике? – натянутым тоном спросил он.

– Никого конкретно, – пожала плечами Рокси. – Я уверена в том, что Анджелика будет иметь огромный успех у противоположного пола. Тогда предложения руки и сердца посыплются на нее как из рога изобилия. – И она перевела взгляд на герцога: – Вы согласны со мной, ваша светлость?

Магнус утвердительно кивнул:

– При их красоте, уме и купленных мною роскошных нарядах я не могу сомневаться, что сохраню для племянниц Рокси лучших женихов английской столицы.

– Ты не можешь брать на себя ответственность за будущее сестер Дуглас, отец! – жестко проговорил Роберт, в душе которого шевельнулось подозрение, уж не хочет ли собственный отец помешать ему сделать Анджелику своей любовницей.

– Я хочу стать их официальным опекуном, – торжественно объявил герцог. – Мой адвокат уже составляет соответствующий документ.

– Это совершенно не обязательно! – воскликнул удивленный Роберт.

– Помогать дочерям Грэма Дугласа – это единственное, что я могу сейчас сделать для своего покойного друга!

Тетушка Рокси обернулась к Роберту:

– Надеюсь, вы не забыли о своем обещании помочь Анджелике в осуществлении кое-каких планов в отношении некоторых людей?

– Сомневаюсь, что ей понадобится моя помощь, – поморщился Роберт, проведя ладонью по своей все еще горевшей огнем щеке.

– Дорогой мой, не мели ерунды! – возмутилась тетушка. – Неужели ты не понимаешь, что нужен Анджелике не меньше, чем она тебе?

Роберт хотел было возразить, но Рокси уже повернулась лицом к его отцу:

– Ваша светлость, как мы объясним обществу наше неожиданное появление в этом доме?

– Зовите меня просто Магнус, – сказал герцог и многозначительно подмигнул гостье.

При этом он бросил такой плотоядный взгляд на ее аппетитную грудь, что тетушка густо покраснела, а Роберт с трудом удержался от смеха.

– Я полагаю, что Грэм, будучи за границей, сумел покрыть свои финансовые потери, а отказался вернуться в Англию только по причине постоянных неудач за игорным столом, – сказал Магнус. – Семейство же Дуглас провело последние десять лет в непрерывных путешествиях между Италией и Францией.

– Магнус, дорогой, но мы вернулись без вечерних платьев, мехов и драгоценностей.

– Я намерен исправить эту ситуацию.

– У меня нет сомнений на сей счет, – улыбнулась Рокси. – Но как мы объясним здесь, в Англии, наше сегодняшнее нищенское положение?

– Тем, что в последний раз вы возвращались на нашем корабле «Буран», подвергшемся нападению пиратов, – предложил Роберт.

– Прекрасная мысль! – воскликнул Магнус.

– Действительно! – согласилась тетушка Рокси. Но тут же на ее лице появилось скорбное выражение. – Приношу вам искренние соболезнования в связи с гибелью корабля, Магнус!

– О, не беспокойтесь об этом!

– Извините, – сказал Роберт, вставая со стула, – но я должен поговорить с капитаном Тейлором.

– Иди, – кивнул герцог, – но возвращайся к чаю. Или по крайней мере к ужину.

– Извини, но у меня другие планы, – солгал Роберт.

Он понимал, что предложение отца означало для него: чай сегодня днем, ужин вечером и алтарь завтра утром. Другими словами, он не успел бы оглянуться, как оказался бы под венцом. А потому спешно покинул кабинет отца.

Но Роберт не успел сбежать с последней ступеньки, как увидел, что Тинкер открывает дверь для Венеции, вернувшейся с верховой прогулки по Гайд-парку.

– Роберт! – воскликнула она. – Что за чудесная ветре…

– У меня нет времени! – прервал он ее, пытаясь проскользнуть в дверь.

Это удалось Роберту, но, даже очутившись за стенами отцовского дома, он не почувствовал облегчения. А потому, вместо того чтобы направиться в док и поговорить с капитаном Тейлором, он решительно повернул коня в сторону Примроуз-Хилл…

Через двадцать минут он остановился у дверей знакомого розового домика. Роберт хотел войти, но тут же вспомнил о Луизе и ее самоубийстве. Как знать, если бы он был более внимательным к своей несчастной супруге, она осталась бы жива… Конечно, оба они не желали этого брачного союза, но его отец настоял. И вот…

Все-таки он подошел к двери, повернул ручку и вошел. В доме было очень тихо. На столе лежала записка. Он развернул ее и прочел:

«Роберт! Я пока живу в доме герцога Инверари на Парк-лейн. Ищи меня там».

Роберт понял, что Анджелика все еще не знала, кто он. И она вовсе не желала женить его на себе. Если бы он не был так взбешен, застав ее в кабинете отца, то непременно понял бы это по удивленному выражению ее лица.

Что же он наделал?! Оскорбил и унизил Анджелику! Зачем? Видно, прав был отец, назвав собственного сына твердолобым! И что теперь делать?

Конечно, он постарается помочь ей отомстить обидчикам Дугласа! Конечно, извинится за свое глупое поведение и объяснит, почему солгал ей. Правда, для этого надо выдумать какую-нибудь серьезную причину. А затем он станет ухаживать за ней и посмотрит, к чему это приведет.

Еще раз обдумав создавшуюся ситуацию, Роберт повернулся и хотел было выйти из дома. Но неожиданно обнаружил, что путь ему отрезан очаровательной черноволосой женщиной.

– Ах, вы все-таки здесь! – воскликнула Люсиль Дюбуа. – Я думала, что любовный напиток не сработает!

– Что вы здесь делаете? – властно спросил Роберт.

Неужели бывшая любовница теперь станет преследовать его по всему Лондону?! Как тогда объяснить все это Анджелике?

– Я хотела бы увидеть мадам Роксанну, чтобы выслушать еще одно предсказание.

– Предсказание? – удивленно переспросил Роберт.

– Да. Ее прошлое предсказание сбылось. А вы тоже пришли за этим?

– Не будьте смешной! – отрезал Роберт.

Он направился к двери, но Люсиль остановила его движением руки.

– Когда вы вернетесь ко мне? – прошептала она. – Ни одна женщина в мире, кроме меня, не доставит вам столько удовольствия!

Роберт опустил взгляд на ее грудь. Какое наслаждение он в свое время испытал, сжимая ее ладонями и дотрагиваясь пальцами до бордовых, окаменевших от страстного желания сосков!

Да, грудь у его давнишней возлюбленной была поистине совершенной! Сколько раз он зарывался лицом в эту пикантную ложбинку!

Роберт протянул руку и провел по ней пальцем, еще больше обнажив верхнюю часть груди Люсиль, вспоминая темные налитые соски, когда она только начинала носить в себе его ребенка. Сейчас Люсиль чуть слышно застонала и тяжело вздохнула.

– Люсиль, у меня нет желания продолжать наши отношения, – сурово сказал он, опустив руку.

– Ты не сможешь совсем забыть мою постель, Роберт! – прошептала она. – Боже, как я жажду снова почувствовать тебя в себе…

– Ты все еще влажнеешь при виде меня? – грубо спросил Роберт.

Она игриво улыбнулась:

– Приподними подол моего платья и убедись сам.

– Нет уж, спасибо! – буркнул он.

– Дейзи уже четыре года, и она хочет увидеть наконец своего отца, – сказала Люсиль с ноткой раздражения в голосе.

– Будь благодарна за то, что я признаю ответственность за свои грехи и достаточно богат, чтобы оставаться щедрым.

– Но ты даже ни разу ее не видел!

– У меня нет никакого желания видеть ребенка, ставшего причиной самоубийства Луизы.

– Неужели в смерти своей жены ты обвиняешь Дейзи?

– Нет. Я обвиняю только себя самого!

С этими словами Роберт резко перешагнул порог и, выйдя из дома, захлопнул за собой дверь.

Но Люсиль тут же снова приоткрыла ее и крикнула ему вслед:

– Я должна поговорить об этом с мадам Роксанной!

– Мадам Роксанна больше здесь не живет! – прокричал он в ответ и поскакал в сторону Лондона…


Анджелика проспала чай, но была готова к своему первому ужину в доме герцога Инверари. Правда, открыв глаза, она долго, не могла понять, где находится и как сюда попала. Но скоро мысли прояснились и события предыдущего дня выстроились в памяти в четкой последовательности. Она приподнялась на кровати, которая была шире и длиннее, чем у нее дома, спустила ноги и отбросила с лица пышные волосы. После чего с любопытством осмотрела комнату, оклеенную очень дорогими обоями белого, золотого и голубого цвета.

Анджелика встала и подошла к окну, откуда можно было любоваться роскошным садом и наблюдать за происходившим во дворе дома.

– Привет! – донесся из клетки голос Джаспера.

– Привет, Джаспер! – откликнулась его молодая хозяйка. – Ты уже хочешь есть?

– Есть! – подтвердил попугай.

Она выпустила птицу из клетки, подошла к умывальнику и освежила лицо прохладной водой. Надев то же платье, что и накануне, она посмотрелась в зеркало и осталась довольна.

Но чего-то здесь все же не хватало. Она еще раз осмотрелась по сторонам. И вдруг поняла: не хватало девочек, ее милых сестричек. Без них комната казалась пустой. Хотя оставался занятный и готовый всегда поднять настроение Джаспер.

В дверь осторожно постучали.

– Войдите!

В комнату заглянули сестры.

– Привет! – весело прокричал Джаспер.

– Привет, Джаспер! – в унисон откликнулись Саманта с Викторией и весело рассмеялись.

– Я как раз думала о том, как мне вас не хватает! – призналась Анджелика.

– Нам тебя также не хватало за чаем, – ответила Саманта.

– Но разве это не восхитительно? – воскликнула Виктория. – Я просто никогда не могла себе представить, в какой роскоши могут жить люди!

– Моя кровать здесь больше, чем вся спальная комната дома! – улыбнулась Анджелика. – Так что, если вам вдруг станет одиноко, приходите и ложитесь спать вместе со мной!

– Какими тяжелыми были последние десять лет для тетушки Рокси! – с грустью заметила Саманта. – Ведь она жила в такой роскоши, пока не потратила все свои деньги для поддержки нашей семьи!

Анджелика покачала головой и добавила:

– Не забывайте отца и мать.

– Странно, но я очень туманно помню, как выглядела наша мама, – грустно произнесла Саманта.

– Я тебя понимаю, – ответила Анджелика, дотронувшись до руки сестры.

– Комната тетушки Рокси расположена в самом конце коридора, рядом с комнатой герцога, – сказала Виктория. – Ты не думаешь, что она и герцог…

– Рокси уже очень давно живет без мужа, – перебила сестру Анджелика. – Вполне возможно, что она тоже чувствует себя одинокой.

– Даже герцоги подчас должны переживать одиночество, – заметила Саманта. И, помолчав немного, добавила: – Предполагается, что мы должны делать вид, будто бы совсем недавно приехали из Европы, а последние десять лет провели в постоянных путешествиях между Италией и Францией.

– И мы стали снова очень богатыми, поскольку отцу удалось покрыть свои финансовые потери, – сказала Виктория.

– Но к несчастью, на наш корабль напали пираты, – подсказала ей Саманта, – в результате чего мы остались без одежды и драгоценностей.

– Какая удивительная история! – рассмеялась старшая сестра. И уже совершенно серьезно добавила: – А Роберт Рой на самом деле сын герцога.

– Да, – утвердительно кивнула Виктория. – Тетушка Рокси нам уже об этом сказала. А теперь мы должны спуститься вниз.

– Мы все встретимся перед ужином в маленькой гостиной, – сказала Саманта и сделала шаг к двери.

– Пойдем, Джаспер! – сказала Анджелика, загоняя попугая обратно в клетку.

– Ты хочешь и его взять с собой? – удивленно спросила Саманта.

– Конечно. Ведь дома он всегда ужинает вместе с нами.

– Мне не терпится увидеть выражение лица тетушки, когда Джаспер займет свое место в высшем обществе!

Первое, что увидела Анджелика в маленькой гостиной, была огромная клетка, посредине которой возвышалась целая гора всяких экзотических фруктов. А сама комната просто-таки поразила Анджелику своим богатым убранством. И хотя ее называли «маленькой гостиной», она была куда больше и просторнее всего коттеджа Дугласов.

Джаспер приветствовал всех громким «Привет!».

– Боже мой, вы и его притащили с собой! – всполошилась тетушка.

– Не беспокойтесь, Роксанна! – поспешил вступиться за птицу герцог. – Попугаи очень любят общество. А для Джаспера уже куплена вот эта просторная клетка. Надеюсь, она ему понравится.

– Спасибо, ваша светлость! – поблагодарила хозяина дома Анджелика. – Вы очень добры!

– Я хотел бы познакомить вас со своей невесткой. Надеюсь, вы станете друзьями. Венеция, позволь представить тебе леди Анджелику, графиню Мелроуз, и ее сестер – мисс Саманту и мисс Викторию.

Только теперь Анджелика обратила внимание на молодую женщину, стоявшую рядом с герцогом. Венеция Эмерсон Кэмпбелл была красивой брюнеткой с пикантными округлыми формами.

– Нам очень приятно с вами познакомиться, – улыбнулась ей Анджелика, заметив, однако, некоторую неприязнь к себе, промелькнувшую в глазах новой знакомой.

– Я очень сочувствую вашему горю, – сказала Венеция.

– Спасибо, леди Венеция, – сухо ответила Анджелика, от которой не ускользнуло, что молодая особа не назвала ее «миледи», как приличествовало бы обращаться к графине. – Смерть отца поразила всех нас своей неожиданностью.

– Граф скончался скоропостижно? – спросила Венеция.

– Несчастные случаи при верховой езде всегда бывают неожиданными, – ответил Магнус, многозначительно посмотрев на Анджелику.

На щеках Венеции вспыхнул румянец.

– Боже, я совсем забыла то, о чем вы мне рассказали! – Она посмотрела на Анджелику и спросила: – А потом на ваш корабль напали пираты?

Анджелика утвердительно кивнула. Хотя эта женщина ей не нравилась, но она пока еще не могла решить, исходит ли эта не совсем понятная враждебность лишь от принадлежности Венеции к семье Эмерсон. Вместе с тем ее вопрос, возможно, имел целью уличить Анджелику во лжи.

Венеция поежилась как бы от страха:

– Я даже представить себе не могу тот ужас, который, конечно, охватил вас всех при нападении пиратов!

– Насколько мне известно, – постаралась резко переменить тему разговора Анджелика, – у вас есть еще маленький сын.

Венеция утвердительно кивнула.

– Я очень люблю детей, – продолжала Анджелика, – и буду с нетерпением ждать случая, чтобы познакомиться с вашим мальчиком.

– Привет! – как бы выразил свое отношение к разговору Джаспер.

Венеция улыбнулась:

– Уверена, что Колина заинтригует возможность увидеть говорящую птицу.

– Ой, только уберите вашу руку подальше от его клюва! – предупредила Анджелика. – Попугаи могут откусить палец!

– Неужели находиться с ним рядом настолько опасно?! – испугалась Венеция и отступила на шаг от клетки.

– Лучше не рисковать.

– Откуда он у вас?

«Я выиграла его в карты», – усмехнулась в душе Анджелика, но вслух сказала совершенно другое:

– Джаспера купил мне принц Рудольф, когда мы были на карнавале близ озера Комо.

Имя принца она несколько раз встречала в «Тайме», хотя знакома с ним, естественно, никогда не была.

– Принц Рудольф? – с круглыми от изумления глазами переспросила Венеция, на которую подобное «откровение» произвело нешуточное впечатление.

– Да, он самый, – подтвердила Анджелика свою чудовищную ложь, прямо глядя в глаза собеседницы. – Руди был таким очаровательным мужчиной. Но я понимала, что никогда не смогу быть счастливой в России.

Анджелика украдкой взглянула на тетушку Рокси и с удовлетворением поняла, что та относится к ее поведению очень даже одобрительно.

– Этот русский принц не предлагал вам выйти за него замуж? – продолжала допрос Венеция.

Анджелика не успела открыть рта, дабы исторгнуть очередную ложь, как Джаспер громко выкрикнул:

– Привет!

Приветствие, очевидно, относилось к Роберту, который появился в гостиной в вечернем костюме и, улыбаясь, подошел к женщинам. При этом Анджелика вдруг почувствовала, как учащенно и громко забилось ее сердце.

– Признаться, я удивлен тем, что вижу тебя в таком роскошном виде, – сказал герцог, обращаясь к сыну.

– Видишь ли, отец, я очень хотел бы присутствовать на первом ужине графини в Англии.

Внимательно посмотрев на Анджелику, он многозначительно прижал палец к губам.

Анджелика была ошеломлена. И не только тем, что Роберт вел себя прямо противоположно тому, чего она ожидала, но и тем, что он лгал от ее имени.

– Вы уже встречались? – спросила Венеция.

– Мы встречались этим утром в кабинете моего отца. Роберт поцеловал руку тетушке Рокси и кивнул девушкам.

– Посмотрите, какую прекрасную птицу принц Рудольф подарил Анджелике, – сказала Венеция.

Роберт бросил на Анджелику взгляд, в котором заплясали веселые чертики:

– Принц Рудольф, верно, действительно очень щедрый и добрый человек!

Анджелика пожала плечами:

– В отличие от других мужчин своего круга, принц Рудольф не преследовал никаких тайных целей по отношению ко мне.

– Что вы имеете в виду? – спросил Роберт.

– Принц Рудольф хотел, чтобы Анджелика вышла за него замуж, – хмыкнула Венеция. – И вообразите себе: она упустила возможность сделаться принцессой.

– Видите ли, – вздохнула Анджелика, – в России очень холодно зимой:

Роберт внимательно посмотрел на нее, как бы оценивая с ног до головы и стараясь не упустить ни одного изгиба тела.

– Да, но холодные ночи заставляют теплее закутываться в меха.

Анджелика покраснела, посмотрела на Венецию и с удивлением увидела, что та также, внимательно изучает ее, причем с почти нескрываемой злобой в глазах.

Итак, значило ли это, что Венеция тоже имеет виды на Роберта?

Жестокая волна ревности захлестнула Анджелику… Тем временем герцог прокашлялся и объявил:

– Думаю, наступило время ужина. Роберт схватил Анджелику за руку:

– Позвольте мне сопровождать вас к столу, графиня!

– Спасибо, милорд, – с обворожительной улыбкой ответила она, продолжая тем не менее думать о Венеции. – Пойдем, Джаспер!

Проходя через холл, Анджелика увидела еще одну большую клетку и удивленно посмотрела на Роберта:

– Как, еще клетка?

– Как видите.

– Тоже для Джаспера?

– А для кого еще?

– Так ведь уже есть одна в гостиной!

– Если вы обойдете весь дом, то увидите подобные клетки буквально в каждой комнате. Отец хотел, чтобы вашему любимцу было здесь хорошо.

– Мы будем ужинать вместе с попугаем? – недовольно проворчала Венеция, вошедшая в столовую сразу же вслед за Анджеликой.

– Мы хотели бы, чтобы графиня чувствовала себя здесь как у себя дома, – пояснил герцог.

Венеция ничего не ответила.

Столовая в доме герцога была совсем не похожа ни на одну из комнат подобного назначения, которые Анджелике довелось когда-либо видеть. Посредине стоял стол длиной больше десяти метров и шириной почти в четыре, сделанный из красного дерева. Над ним, высоко под потолком, висели три больших хрустальных канделябра, в каждом из которых горело по двадцать свечей. На белоснежной скатерти блестели аккуратно разложенные ложки, вилки, ножи и прочие столовые приборы из чистого серебра с ручками из слоновой кости. На отдельном столике красного дерева стоял большой серебряный чайник.

– Итак, стол сервирован на семь персон, – улыбнулась Анджелика. – Это число всегда приносит мне удачу!

– Надеюсь, что попугай все же не будет сидеть вместе с нами? – съехидничала Венеция.

– Конечно, нет! – успокоила ее девушка.

Она открыла клетку и посадила туда Джаспера. Там его ждали дорогие хрустальные вазы, доверху наполненные яблоками, апельсинами, мандаринами, бананами и всякого рода экзотическими фруктами едва ли не со всех континентов.

– А разве ваш сын не будет с нами ужинать? – спросила Анджелика у Венеции.

– Колин всегда ужинает с миссис Хони, гувернанткой, живущей у нас уже много лет. Она заботилась о мальчике и воспитывала его еще тогда, когда пришла к нам совсем юной девушкой. – Венеция помолчала немного и добавила: – Колин в последнее время стал думать, что Роберт – его отец.

Анджелика искоса бросила взгляд на Роберта, усаживавшегося у дальнего конца стола.

– Я не сомневаюсь, что он станет прекрасным отцом Колину, – сказала она Венеции.

Герцог поспешил придать разговору другое направление.

– Дорогая Роксанна, – обратился он к тетушке. – Я хотел бы устроить совсем неофициальный ужин. Не согласились бы вы мне в этом помочь?

– В чем конкретно? По-моему, все здесь уже сделано, причем наилучшим образом! – И тетушка Рокси одарила хозяина дома очаровательной улыбкой.

Тем временем Венеция снова обратилась к Анджелике:

– Скажите, вы уверены, что принц Рудольф приедет за вами в Англию? Это было бы замечательно!

– Принц Рудольф никогда не приедет за ней! – вмешалась в разговор Саманта.

– Принц с разбитым сердцем уже уехал в Италию! – добавила Виктория, подмигнув Анджелике.

– Это очень плохо! – вздохнула Венеция. – Роберт, вы намерены сегодня сопровождать меня и мое семейство на бал к лорду Мюррею?

– Нет, спасибо! Я должен сегодня встретиться с друзьями в «Уайтсе».

– С Адамом Сент-Обином и Джеймсом Армстронгом?

Роберт утвердительно кивнул.

– Адам Сент-Обин – это маркиз Стоунхерст, – объяснила Венеция, внимательно глядя на Анджелику. – А Джеймс Армстронг – герцог Кинросс.

Анджелика чуть было не подавилась лимонадом, который в этот момент поднесла ко рту. Итак, в прошлую ночь могилу ее отца охраняли два маркиза, включая Роберта, и один герцог!

– Вы не будете возражать, если я покину вас на остаток этого вечера? – шепнула Венеция на ухо Анджелике. – Сюда вот-вот придут мой отец и брат. Мне бы не хотелось с ними сейчас встречаться. А вам было бы очень даже интересно.

Анджелика вежливо улыбнулась, но ничего не ответила. Ибо с трудом могла поверить, что сейчас встретится с Чарлзом Эмерсоном – человеком, который разорил ее отца. Она бросила взгляд на Роберта, который весь вечер не спускал с нее глаз, но тут же поспешила отвернуться, испугавшись, что он заметит ее волнение.

После ужина все перешли в маленькую гостиную. Венеция же поднялась к себе в спальню, чтобы приготовиться к балу.

– Я попрошу слуг перенести сюда ваш инструмент, – обратился герцог к Анджелике. – Надеюсь, вы не откажетесь немного поиграть для меня?

– Мы все трое с удовольствием для вас поиграем, – улыбнулась она.

Арфа тут же появилась в гостиной. Анджелика села перед ней, а Саманта со скрипкой и Виктория с флейтой заняли свои привычные места по бокам. Гостиная наполнилась нежными звуками старинной музыки…

По окончании произведения Магнус и Роберт громко захлопали в ладоши, а тетушка Рокси даже крикнула «Браво!».

Но в тот же момент в дверях вырос дворецкий Тинкер и объявил:

– Ваша светлость! Приехали граф Винчестер и его сын.

Анджелика вздрогнула и повернулась в сторону двери. К ее горлу подкатил комок, сердце, учащенно забилось, а пальцы рук задрожали.

– Спокойно, мой ангел, – услышала она над самым ухом шепот Роберта.

Дворецкий отступил на шаг, и в гостиную вошел Чарлз Эмерсон…

Глава 7

Он оказался совсем не таким, каким его ожидала увидеть Анджелика. Внешне вежливый и мягкий, Чарлз Эмерсон был невысокого роста и крайне худым. Что запоминалось в его наружности, так это маленькие карие глазки, лишенные какого-либо выражения, и подобострастная улыбка, с которой он прошел по комнате и остановился в почтительном поклоне перед Магнусом.

Анджелика перевела взгляд на его сына. Александр Эмерсон неожиданно оказался хорошо сложенным блондином высокого роста в отличие от отца.

Эмерсон пожал руку герцогу и обвел рассеянным взглядом гостиную. Но на его лице появилось выражение немалого удивления, когда он узнал тетушку Рокси, которая протянула ему руку с выражением королевы, оказывающей милость курьеру.

– Я удивлен, встретив вас здесь, леди Роксанна! – сказал Эмерсон, наклоняясь к руке Рокси.

Тетушка ответила ему любезной улыбкой:

– Ни минуты в этом не сомневаюсь, Чак!

– Извините, Роксанна, – улыбнулся Эмерсон одними губами, – но теперь мне перестало нравиться это прозвище. Так что прошу вас впредь не называть меня Чаком.

– Я это знаю, – ехидно ответила Рокси.

– А Грэм тоже здесь? – спросил Эмерсон.

– Увы, Грэм не так давно покинул этот мир.

– Примите мои самые глубокие соболезнования! – сказал Эмерсон, изобразив на лице глубочайшую скорбь.

«Ты не знаешь, что такое соболезнование, – подумала Анджелика при этих словах. – Но я преподам тебе жестокий урок!»

Она украдкой бросила взгляд на сына Эмерсона и с удивлением обнаружила, что молодой человек подчеркнуто холодно смотрит на Роберта. За что Александр Эмерсон мог возненавидеть Роберта Кэмпбелла?

– Чарлз, позвольте вам представить новую графиню Мелроуз, – сказал герцог Магнус, указывая гостю на Анджелику. – Ее зовут мисс Анджелика Дуглас. А это две ее очаровательные сестрички – Саманта и Виктория.

– Я был хорошо знаком с вашим отцом, – сказал Эмерсон, повернувшись к Анджелике. – Разве Грэм никогда вам обо мне не рассказывал?

– Извините, но он предпочитал не говорить об Англии после смерти моей матери.

– Я понимаю почему. У нас с Грэмом был один и тот же горький опыт. Нас обоих постигла деловая неудача, и мы почти одновременно лишились всего состояния. Правда, и я, и ваш отец сумели покрыть убытки.

– Состояние папы перешло ко мне, – сказала Анджелика. – Я никогда не спекулировала, занявшись бизнесом, хотя и позволяла себе иногда играть в карты и кости. Мне нравится азарт игры.

– Что ж, мы постараемся придумать побольше разных игр и развлечений, пока вы в Англии!

Анджелика лучезарно улыбнулась, хотя мысли ее были самыми мрачными. Она понимала, что Эмерсону не терпится сесть с ней за карточный стол или взять в руки кости.

– Как долго вы намерены оставаться в Англии? – спросил Эмерсон, повернувшись к тетушке Рокси.

– Пока не решила.

– Я предложил семье Дуглас пожить у меня, – сказал герцог. – И хотел бы дождаться того счастливого времени, когда все эти очаровательные девушки удачно выйдут замуж.

– У вас всегда была очень добрая и отзывчивая душа, Магнус! – с легким поклоном сказал Эмерсон.

Молчавший до этой минуты Джаспер важно вышел из клетки и провозгласил, видимо, обращаясь сразу ко всем:

– Привет!

– Это еще что такое? – удивленно воззрился на него Эмерсон.

– Джаспер, мой попугай, – пояснила Анджелика. – Подарок от принца Рудольфа.

– Какая необычная и красивая птица! Он добродушен?

– Вполне, – солгала Анджелика, несмотря на то что сидевший рядом Роберт неестественно покашливал, явно предостерегая Эмерсона.

Чарлз протянул руку, намереваясь погладить попугая.

– Не трогайте! – крикнул Роберт.

Но тот не успел отдернуть руку, и Джаспер ухватил его за палец.

– Он укусил меня! – воскликнул пострадавший гость, на пальце которого и впрямь выступила большая капля крови.

– Гадкая птица! – укорила попугая Анджелика, с трудом удерживаясь от смеха. – Иди на место, Джаспер.

Тот посмотрел на хозяйку и так же важно направился к клетке.

– Опасная птица! – сморщился Эмерсон, обертывая укушенный палец белоснежным носовым платком.

– Не унижайте моего любимца, – строго сказала Анджелика, бросив на Эмерсона взгляд, полный ненависти.

– Детка, я граф Винчестер, – злобно прошипел тот. – И прошу вас не разговаривать со мной в подобном тоне!

– А я – графиня Мелроуз, – парировала Анджелика, высокомерно вскинув брови. – И буду обращаться к вам так, как посчитаю нужным.

– Вам следовало бы с уважением относиться к старшим!

– Ваш преклонный возраст означает лишь то, что вы умрете раньше меня!

Роберт разразился громким хохотом:

– Хорошо сказано, ангел мой!

Анджелика улыбнулась. Одновременно она поняла, что Эмерсон никогда не простит ей подобного оскорбления. И, выдержав паузу, сказала:

– Извините, я не предупредила вас, что Джаспер дружелюбен только с теми, кого хорошо знает.

– Принимаю ваше извинение, – смилостивился Эмерсон. – Вы не откажетесь присутствовать сегодня вечером на балу, который дает моя семья?

Приглашение удивило Анджелику. Как может человек, разоривший и погубивший ее отца, даже думать о возможности дружеских отношений между ними?! Или он хочет сгладить впечатление от только что сказанных грубых слов?

На выручку Анджелике, как это часто бывало, пришла тетушка Рокси:

– Мои племянницы и я сама будем вынуждены в ближайшие дни оставаться дома.

– Дело в том, – объяснил Роберт, обращаясь к сыну Эмерсона, – что в результате нападения пиратов на корабль наши гости лишились вечерних платьев и драгоценностей. Поэтому Анджелика сегодня не сможет принять любезное приглашение вашего отца.

– Я об этом ничего не слышал, – сухо ответил Александр, недовольный вмешательством в разговор Роберта.

В этот момент в Гостиной появилась Венеция. Одетая в шелковое вечернее платье розового цвета, она выглядела очаровательно.

Чарлз Эмерсон церемонно склонился над рукой Анджелики:

– Мне было в высшей степени приятно познакомиться с вами, миледи!

– Спасибо, – просто ответила она, не желая отвечать комплиментом на комплимент.

– Вы сегодня выглядите гораздо лучше, чем во время нашей последней встречи, леди Роксанна, – со льстивой улыбкой сказал Эмерсон тетушке Рокси, также целуя ей руку.

– Я знаю, – ответила тетушка. – Рада вас видеть, Чак!

– Всего хорошего, ваша светлость, – Поклонился он герцогу.

– Всего хорошего, Чарлз! – ответил Магнус.

Когда Эмерсоны ушли, Анджелика бессильно опустилась на стул рядом со своими сестрами. На протяжении уже нескольких лет она ждала этой встречи. Тем не менее Чарлз Эмерсон не показался ей чудовищем. И это делало его еще более опасным.

– Что ж, ты прекрасно держалась, – шепнула на ухо старшей племяннице тетушка Рокси.

– Аплодирую вашей выдержке, – добавил Роберт.

– Я никак не думала, что ты позволишь Джасперу укусить этого мерзавца, – захихикала Виктория. – Извини, я хотела сказать – этого плута.

– Мне действительно надо было бы его предупредить, – задумчиво проговорила Анджелика. – Теперь он будет постоянно настороже!

– Сомневаюсь, – покачал головой герцог. – Несмотря на свою хитрость, Эмерсон, в сущности, очень глупый человек, всегда недооценивающий других.

Роберт облокотился о спинку стула Анджелики и прошептал ей на ухо:

– Почти не сомневаюсь, что Эмерсон станет раздумывать над тем, каким способом прибрать к рукам ваше состояние – за карточным столом или женив на вас своего сына.

– От кого сын Эмерсона унаследовал свои светлые волосы? – спросила Саманта у герцога.

– Предполагаю, что его мать была блондинкой, – ответил Магнус.

– Предполагаете?

– Только предполагаю. Жена Эмерсона уже была тяжело больна, когда я с ним познакомился. И ей я не был представлен. А вы что-нибудь знаете об этой женщине, Роксанна?

– Я никогда с ней не встречалась, – ответила тетушка Рокси. – Скажу только, что надо было быть абсолютно слепой, чтобы выйти замуж за этого типа!

Разговор прервал темноволосый мальчик, ворвавшийся в гостиную и бросившийся на шею Магнусу. За ним в комнату быстрым шагом вошла седеющая женщина средних лет. Сделав несколько шагов, она остановилась и с виноватым видом посмотрела на смеющегося от радости герцога:

– Извините, ваша светлость, я очень спешила, но все-таки опоздала!

– Не волнуйтесь, миссис Хони. Все в порядке. А теперь я хотел бы представить Колину своих гостей. Так вот, Колин. Эта красивая дама – леди Роксанна, а три девушки – ее племянницы. Их зовут Анджелика, Саманта и Виктория.

Колин поклонился тетушке Рокси и лишь после этого удостоил такой же чести Анджелику и ее сестер.

Анджелика внимательно посмотрела на мальчика и с удовольствием отметила, что внешне в нем не было ничего от Эмерсонов.

– Я рада познакомиться с тобой, Колин, – ласково улыбнулась она мальчугану.

Тот пытливо посмотрел на нее и без всякого вступления объявил:

– Мне пять лет. А вы очень красивая! – И протянул руку, чтобы дотронуться до волос Анджелики. Но Роберт тут же остановил его:

– Колин, ты еще слишком мал, чтобы трогать руками женщин.

– Привет! – донесся из клетки скрипучий голос Джаспера.

Мальчик обернулся и некоторое время рассматривал птицу.

– Это мой воспитанник, – объяснила ему Анджелика – Попугай по имени Джаспер. Ты хочешь с ним познакомиться?

Колин утвердительно кивнул. Не отрывая взгляда от птицы, он протянул руку Анджелике. Она подвела его к клетке.

– Привет! – повторил Джаспер.

– Птица говорит! – прошептал пораженный Колин, сжимая руку Анджелики.

Она наклонилась к нему и тихо сказала:

– Никогда не трогай его. Джаспер может очень больно тебя укусить. Обещаешь не делать этого?

– Обещаю.

– Пить, пить, пить… – затараторил попугай. Колин поднял голову и посмотрел в лицо Анджелике:

– Джаспер хочет пить.

– Нет. Это слово просто очень часто повторял мой папа.

– А где твой папа?

– Он отправился на небо.

Колин провел ладошкой по щеке Анджелики и прошептал:

– Мой папа тоже туда ушел.

Прислушивавшийся к их разговору Магнус знаком подозвал к себе гувернантку:

– Миссис Хони, мне кажется, что Колину пора спать.

– Я не хочу спать! – энергично запротестовал мальчик. Анджелика сделала вид, что зевает.

– А я так устала, что хочу лечь в постель, – ласково сказала она, погладив Колина по головке. – Пойдем вместе наверх. И возьмем с собой Джаспера. Хочешь?

Колин кивнул и протянул ручку Анджелике.

– Вот и прекрасно, – сказала она. – И ты, Джаспер, тоже пойдешь с нами!

В сопровождении миссис Хони они поднялись на второй этаж. Анджелика ни разу не оглянулась, чтобы посмотреть на Роберта. Но чувствовала, что он не сводит с нее взгляда…

Позже, сидя в своей спальне перед горящим камином, Анджелика думала о той разительной перемене, которая произошла в поведении Роберта. Единственное, что она пока смогла понять, так это причину его лжи относительно своего происхождения и сегодняшнего положения в обществе. Жизнь их обоих была гораздо легче, пока она не узнала, что Роберт – сын герцога Инверари. Анджелика успела полюбить безвестного Роберта Роя и была бы счастлива жить с ним даже в бедности. Фамилия же Кэмпбелл, положение в свете и богатство значительно усложнили ситуацию.

Чувство вины наполнило душу девушки при виде окружавшей ее роскоши. Ей стало мучительно стыдно за то облегчение, которое она почувствовала в связи со смертью отца. Ведь Грэм и ее мать провели большую часть жизни в такой же роскоши! Но ее родителей обокрали, обрекли на нищету. Это и убило их обоих!

Анджелика подумала о тетушке Рокси. И сердце ее переполнилось нежной любовью к этой доброй, самоотверженной женщине. Тетушка также привыкла жить в богатстве и считать себя принадлежащей к привилегированному кругу. Но она пожертвовала тем и другим ради спасения семьи. И теперь Анджелика вместе с сестрами в неоплатном долгу перед ней. Хотя этот долг она все же надеялась в какой-то степени выплатить, осуществив свой план отмщения.

Тихий стук в дверь вернул Анджелику к действительности.

– Кто там?

– Милая, ты не спишь?

– Войдите! – отозвалась Анджелика, узнав голос тетушки Рокси.

Она вскочила с постели и бросилась ей навстречу.

– Ты что? – удивилась Рокси неожиданному порыву племянницы.

– Я очень люблю вас, тетушка Рокси!

– Разве для меня это секрет, милая?

– Когда мой план отмщения осуществится, я обязательно выйду замуж за богатого человека и до конца дней своих буду о вас заботиться!

– Наверное, трудно найти на этом свете человека, который был бы богаче Кэмпбеллов. И однажды ты станешь обладательницей всего их богатства.

– Я на это не рассчитываю.

– Ну, а я постоянно вижу это в своих вещих снах. Кстати, вечером ты отлично вела себя с Робертом. Лучше просто и представить себе трудно! Он выглядел совершенно удрученным. Имей в виду, что мужчины любят решать сложные проблемы. Продолжай в том же духе.

– Постараюсь!

– И остерегайся Венеции. Она – Эмерсон. А потому доверять ей нельзя ни в коем случае.

– Спасибо, тетушка, за предупреждение! – улыбнулась Анджелика.

– А теперь – спокойной ночи! – И тетушка поцеловала свою старшую племянницу в щеку.

– Спокойной ночи! – прокричал в ответ попугай.

– Спокойной ночи и тебе, Джаспер!

После ухода Рокси Анджелика закрыла клетку большим платком и вновь легла в постель…

На следующее утро она проснулась отдохнувшей и ужасно голодной. Накануне нервное напряжение отбило у Анджелики всякий аппетит. Она чувствовала себя очень неуютно и за ужином. Может быть, причиной тому были сидевшие рядом Роберт и Венеция. Та весь вечер пожирала ее ненавидящим взглядом.

После утреннего туалета Анджелика сняла покрывало с клетки попугая и улыбнулась ему:

– Привет, Джаспер!

– Привет!

– Хочешь поесть?

– Поесть.

Она открыла дверцу и выпустила птицу.

В сопровождении Джаспера, летевшего следом, Анджелика спустилась в столовую. Там еще никого не было, кроме дворецкого.

– Доброе утро, Тинкер!

– Доброе утро, миледи! Я уже поставил мистеру Джасперу в клетку его завтрак.

– Зовите его просто Джаспер, без всяких «мистер». Так обращаются в нему все наши друзья.

Анджелика закрыла за попугаем дверцу клетки, а сама села за стол перед чашкой дымящегося кофе. Тинкер тут же положил рядом свежую газету:

– «Тайме», миледи.

– Спасибо.

Анджелика развернула газету и принялась просматривать страницу за страницей. Она даже не заметила, как в столовой появился Роберт.

– Доброе утро, ангел мой! – улыбнулся он. – Я так и знал, что застану вас здесь.

Сердце Анджелики тревожно забилось. Но тем не менее она ответила на приветствие:

– Доброе утро, милорд!

– Зачем так официально? Зовите меня просто Робертом! Разве что-нибудь изменилось?

«Изменилось, и очень многое!» – подумала Анджелика.

Роберт сел рядом. Анджелика пытливо посмотрела на него:

– Весь стол свободен. Зачем надо непременно садиться рядом?

– Я хотел бы поговорить с вами приватно, а не кричать на всю комнату.

– О чем?

– Хочу пригласить вас совершить верховую прогулку по Гайд-парку.

– Нет, спасибо. На утро у меня назначена встреча с портным.

Анджелика вновь уткнулась в газету.

– Посмотрите на меня, ангел мой!

Она неохотно повернула голову и посмотрела в темные глаза Роберта.

– Прошу извинить меня за вчерашнее поведение, ангел мой! Но для меня было полнейшей неожиданностью увидеть вас в кабинете отца.

– Но вы все же не желаете извиниться за свою ложь! А также объяснить, чем она была вызвана.

– Я хотел познакомиться с вами, не открывая своего титула и положения в обществе.

Брови Анджелики удивленно поползли вверх. Роберт заметил это и улыбнулся:

– Я хотел понравиться вам независимо от титула и богатства.

– Вы мне вовсе не нравитесь!

– Не лукавьте, ангел мой!

– Я вовсе не лукавлю. Просто давно поняла, что для Кэмпбеллов в жизни очень многое значат деньги и почти ничего – скромность.

– Единственное, чего я хотел, так это не забывать об осторожности, столь необходимой при моем положении.

Анджелика не знала, простить ли ей Роберта, ведь ее влекло к нему.

– Я подумаю, – пообещала она.

Роберт склонил голову и убрал со стола газету.

– Вы скажете мне о своем решении, каким бы оно ни было, – сказал он. – Кстати, советую вам прочесть эту газету.

– Я уже прочла. Хотите услышать что?

– Да.

Анджелика взяла газету и прочла вслух коротенькую заметку:

– «Недавно вернувшийся с континента русский принц Рудольф присутствовал вчера на балу у лорда Мюррея и завоевал сердца присутствовавших там дам. Вполне возможно, что отличающийся редкой мужской красотой принц выберет себе английскую невесту».

– Что вы теперь скажете по поводу лжи?

– Ничего нового. Это просто смешно.

– Я могу только добавить, что ваши дороги никогда не пересекались и не пересекутся.

– Возможно.

– Ну, а теперь поднимемся в кабинет моего отца и обсудим нашу стратегию. Ведь вы, насколько я понимаю, не оставили мысли о мести?

– Нет. Я только возьму кости. Ждите меня там.

– Хорошо.

Войдя через несколько минут в кабинет Магнуса, Анджелика увидела Роберта сидевшим за столом в отцовском кресле. Рядом пристроился Джаспер. Роберт сделал Анджелике приглашающий жест:

– Прошу вас!

– Я бы хотела сидеть за столом.

– Но, как видите, здесь уже сижу я!

– Передо мной маркиз Аргайлл. А я хотела бы видеть Роберта Роя.

– Видите ли, ведь и вы мне нравились куда больше, пока не стали графиней..

– Давайте устроим перемирие и сядем вместе около камина.

– Неплохая идея!

Они сдвинули кресла и уселись перед весело плясавшим огнем. Над камином висел женский портрет.

– Кто это? – спросил Анджелика.

– Моя матушка.

– Она была очень красивой!

– Спасибо!

– Жаль, что вы больше похожи на отца, чем на нее.

– Вы хотите сказать, что мой отец не отличается красотой?

– Ничего подобного я и в мыслях не имела!

– Впрочем, я отлично понял, что вы имели в виду! – рассмеялся Роберт.

– А кто эти люди? – спросила Анджелика, указывая взглядом на длинный ряд мужских портретов, висевших на стене.

– Все Кэмпбеллы, начиная с родоначальников.

– Галерея плутов и мошенников?

– Похоже на то! – рассмеялся Роберт. – Ну, Бог с ними! Давайте продолжим занятия по мошенничеству при игре в карты и кости. Начнем с последних. И лучше – не инкрустированных свинцом. Идет?

– Идет! Разрешите мне бросить первой?

– Бросайте!

Анджелика поболтала костями в стакане и выбросила их на стол.

– Семь! – воскликнула она. – Мое самое счастливое число! Попробуйте-ка меня побить!

– И попробую! – Он выкинул на стол содержимое своего стакана. – Девять!

Анджелика прикусила нижнюю губу. Роберт придвинулся к ней вплотную:

– Ну, что скажете?

Но Анджелика лишь смотрела ему в глаза, не в силах вымолвить ни слова. Страстное желание охватило все ее тело. А губы Роберта были совсем рядом. Еще мгновение – и они впились в ее…

– Ах вот вы где! – донесся голос из коридора, дверь в который по недосмотру Анджелики осталась открытой.

На пороге стояла Венеция. Застигнутые врасплох любовники растерянно посмотрели друг на друга, потом – на нее. Но Венеция, казалось, не смутилась.

– Анджелика, портной уже пришел, – как ни в чем не бывало сказала она.

Роберт покраснел и выскочил за дверь. Анджелика хотела последовать за ним, но Венеция крепко схватила ее за руку:

– Кстати, вчера на балу я встретила вашего друга.

– Кого?

– Принца Рудольфа.

Анджелика поняла, что ее уличили во лжи. А потому нагло, без тени смущения посмотрела в глаза Венеции. Это был единственный выход из создавшейся ситуации.

– А разве принц Рудольф в Англии? – спросила она, силясь улыбнуться.

– Да. И не может дождаться дня, когда снова вас увидит!

– Нам вовсе незачем снова встречаться. Мне не хотелось бы разбивать его сердце!

– Вы должны были выйти за него замуж. Тем более что в Англии вам делать абсолютно нечего!

– Не понимаю вас.

– У Роберта уже есть любовница. Что же касается брачного союза, то герцог Инверари хотел бы видеть таковой между мною и своим сыном. Понятно?

Анджелика почувствовала себя так, как будто ее ударили кулаком в солнечное сплетение. Но через силу продолжала улыбаться. Итак, у Роберта уже есть любовница, а жениться он намерен на Венеции!

– Желаю вам всяческого благополучия, леди Венеция, – процедила сквозь зубы Анджелика. – Джаспер, пойдем отсюда!

И она вышла из кабинета герцога.

Глава 8

Я могу обладать Анджеликой когда и где хочу!

Сидя в собственном кабинете, Роберт пристально рассматривал своих друзей, сидевших напротив. Это были Джеймс Армстронг и Адам Сент-Обин. Заметив, как они сально переглянулись между собой, он спросил:

– А что вы, собственно, находите в этом забавного?

– В принципе ничего, – пожал плечами Джеймс. – Просто мне казалось, что вы предпочли бы уложить эту женщину к себе в постель.

– Вы же сами сказали, что хотите сделать ее своей любовницей, – добавил Адам.

– Я хотел этого, пока в наши отношения не вмешался мой отец. Сейчас она живет под его охраной как под зонтиком.

– А вы уверены, что Анджелика Дуглас, в свою очередь, не получит уже вас где и когда захочет? – задал следующий вопрос Джеймс.

Эта ремарка Роберту явно не понравилась. Еще ни одна женщина никогда не могла заставить его делать то, чего бы он не хотел. Это касалось и Анджелики Дуглас.

– Я имел в виду то, что мы с Анджеликой заключили своеобразное перемирие, сконцентрировав общие усилия на отмщении.

– Вы ее любите?

– Я хочу ее.

– Но ведь вы уже обладали ею, – возразил Джеймс. – Почему бы теперь вам не перенести внимание на какую-нибудь новую женщину?

– Если я это сделаю, то отец немедленно выдаст Анджелику замуж за кого-нибудь еще. И при том она необычная женщина. Должен сказать откровенно, никто из моих друзей ее не стоит.

– Кроме вас самого.

– Я стою гораздо дороже, чем она, – засмеялся Роберт.

– И как вы расцениваете чувства этой женщины к себе?

– Она меня просто обожает! Сегодня утром просто-таки таяла в моих объятиях. Но тут совсем не во время в кабинет отца, где все это происходило, вошла Венеция.

Друзья Роберта закатились от хохота.

– Я бы хотел это видеть! – отсмеявшись, сказал Джеймс.

– Видеть, как объект ее вожделения обнимает другую женщину, вряд ли было приятно Венеции!

– Думаю, она это переживет, – фыркнул Роберт. – Я решительно отказываюсь пожертвовать собой только для того, чтобы эта дамочка сделалась герцогиней!

– Что стало с Венецией, когда она увидела вас с Анджеликой в объятиях друг друга? – спросил Джеймс.

– Она просто сказала ей, что пришел портной.

– Скажите, Роберт, а удалось найти человека, который стрелял в вас? – задал новый вопрос Адам, чтобы переменить тему разговора.

– Пока нет. Я уверен, что этот бандит следил за Анджеликой, которая за полчаса до этого выиграла крупную сумму денег.

– Я уверен, что он стрелял в вас, а не в нее, – не согласился Адам.

– На свете нет никого, кто бы так сильно ненавидел меня, чтобы попытаться убить.

– А Александр Эмерсон?

– Александр достаточно труслив для этого.

– Пусть так. Но он мог просто нанять убийцу.

– Александр Эмерсон – честный человек и никогда не пойдет на это! – убежденно ответил Роберт.

– Ты говоришь так, будто этот молодой человек тебе очень нравится, – усмехнулся Джеймс.

– И очень жаль, что Александр не говорит так же тепло о тебе! – буркнул Адам.

– А как ваш отец относится к подобным планам?

– Он о них еще не знает.

– Думаю, что его светлость давно составил себе образ женщины, которая станет вашей женой.

– И, наверное, уже придумал, как вам уберечь себя от всякого рода неприятностей.

– Об этом можете не беспокоиться. Он наймет для меня целый батальон охранников. – И Роберт резко переменил тему разговора: – А что вы могли бы предложить для того, чтобы свести вместе Анджелику с ее предполагаемыми жертвами?

– Пригласить их на ужин, – высказался Джеймс. – Уверен, что ни один из них не осмелится отказаться от приглашения герцога Инверари.

– Неплохая идея, – кивнул Роберт. – Предлагаю сейчас пойти к моему отцу на чай, который он ежедневно устраивает для женщин. Там мы сможем обо всем поговорить. И в первую очередь посоветоваться.

– Я согласен, – сказал Адам, вставая со стула. – Тем более что мне очень хочется посмотреть, как Анджелика Дуглас растает при одном твоем взгляде…

Анджелика к чаю не вышла. Она сидела в своей комнате, готовая лопнуть от злости на Венецию. Правда, обещала герцогу спуститься в столовую к ужину.

Она думала и о том, как смел Роберт соблазнять ее, когда уже завел себе любовницу. Анджелика с трудом сдерживалась, чтобы сейчас же не собрать свои вещи и не уехать немедленно из этого дома. Ибо не могла себе представить, как будет смотреть на Роберта, расточающего любезности Венеции.

Как это плохо, что Роберт нужен ей для осуществления задуманной мести! Но когда месть свершится, она непременно тут же уедет из Лондона! И постарается навсегда выкинуть из головы все воспоминания о своем пребывании здесь. А ее сестры могут хорошо выйти замуж за обеспеченных мужчин и позаботиться о тетушке Рокси.

Кто-то осторожно постучал в дверь.

– Да? – откликнулась Анджелика. – Войдите!

– Миледи? – донесся из коридора голос Тинкера. – Леди Роксанна просила вас спуститься в гостиную. Она хочет сказать что-то очень важное.

– Спасибо, Тинкер! Я сейчас спущусь.

Важное? Что хочет сообщить ей тетушка? Странно!

Анджелика спустилась вниз, но на мгновение задержалась у двери в гостиную. Сердце у нее почему-то сильно забилось, а душа, казалось, ушла в пятки от непонятного страха. Наконец Анджелика снова взяла себя в руки и вошла…

Посреди комнаты стоял Роберт с двумя своими друзьями. Увидев Анджелику, он тут же подошел к ней и участливо спросил:

– Надеюсь, вам лучше? Головная боль прошла? Анджелика удивленно посмотрела на него:

– Головная боль? С чего вы это взяли?

– Леди Роксанна сказала, что у вас так разболелась голова, что вы не выйдете к чаю.

– Ах вот оно что! – Не отвечая на вопрос Роберта, Анджелика повернулась к нему спиной и с чарующей улыбкой подошла к Джеймсу и Адаму: – Милорды, я хочу поблагодарить вас за помощь.

– К вашим услугам, миледи! – с легким поклоном ответил Джеймс.

– Мы рады служить вам, – присоединился к нему Адам.

– О какой помощи вы говорите? – удивленно спросила тетушка Рокси.

– Они помогали Роберту сторожить могилу нашего отца, – объяснила Анджелика.

– Ах, это было так великодушно поддержать нас в таком ужасном горе! – всплеснула руками Рокси.

– Вы хотели сказать мне что-то очень важное, тетушка? – обратилась к ней Анджелика.

На ее вопрос ответил герцог:

– Роберт предложил, чтобы я устроил у себя дружеский ужин и пригласил всех, кого бы вы хотели видеть.

– Замечательная идея! – воскликнула Анджелика.

Наконец-то после столь долгого ожидания первый шаг на пути отмщения будет сделан. Уж она-то не ошибется в выборе, кого надо будет пригласить на ужин! Роберт подошел к Анджелике и негромко сказал:

– Я со своими двумя друзьями смогу разорить троих. Останется только Эмерсон.

– Вы рассказали им о моем плане?! – с ужасом вытаращила на него глаза Анджелика.

Ей было мало разорить тех мерзавцев. Каждый из них заслуживал смерти! Таково было ее бесповоротное решение.

– Как вы смели все рассказать этим людям?! – набросилась Анджелика на Роберта.

– Они пожелали помочь вам наказать негодяев.

– Этого совершенно не требуется!

– Почему же?

– Во-первых, вы не имели права никому раскрывать мои планы. А во-вторых, я хочу разделаться с каждым по очереди, чтобы полностью насладиться своей местью!

– Хорошо сказано, Анджелика! – тихо проговорил герцог. – Но сейчас нам надо обсудить еще одну проблему. Ваша тетя и я считаем, что Виктория не должна принимать во всем этом участие. Ей еще только шестнадцать лет. А ее совершеннолетие мы отпразднуем через год. Тогда я обещаю устроить специальный бал для нее.

– Это несправедливо! – со слезами на глазах воскликнула Виктория. – Саманта всего лишь на год старше меня, и ее посвящают во все семейные дела! Почему же…

Анджелика посмотрела сначала на Викторию, потом на герцога и твердо сказала:

– Виктория уже взрослая. И должна принимать участие во всем, что касается нашей семьи.

– Это в высшей степени неправильно, – покачал головой Магнус.

– При всем моем глубочайшем уважении к вашей светлости, все же я являюсь главой нашей семьи. А по тому имею право принимать решения! Но простите меня, я чувствую, что моя голова действительно начинает раскалываться пополам.

Анджелика повернулась и вышла в коридор. Она была потрясена предательством Роберта. Какое право он имел рассказывать о ее тайных планах?

Роберт тут же выскочил из гостиной, догнал Анджелику и схватил за руку:

– Что, черт побери, с вами случилось?

Она резко обернулась и попыталась вырвать руку:

– Оставьте меня! Вы самый мерзкий из всех бандитов, о которых я когда-либо слышала!

– Что такое?

– Мне известно о ваших планах жениться на Венеции!

– Вы ревнуете?

– Не говорите глупостей!

Роберт устало улыбнулся:

– У меня нет любовницы, и жениться на Венеции я также не собираюсь.

– Ложь родилась прежде вас самого!

– А я думал, что вы уже простили меня за это.

– Прощение не означает забвения!

– А как в отношении ваших планов отмщения?

– Что именно?

– Вам нужна моя помощь?

– Идите домой и попрактикуйтесь. Когда почувствуете, что можете участвовать во всем этом, тогда приходите!

– Но ведь я уже однажды обманул вас, мой ангел!

Роберт тут же понял, что сделал ошибку, сказав это. Анджелика вспыхнула от негодования:

– Я позволила вам себя обмануть. Постарайтесь добиться того же, когда уже я буду вас обманывать! И если преуспеете, то получите право мне помогать!

– Это нелогично!

Анджелика больше не могла сдерживаться и тут же отвесила Роберту весьма увесистую пощечину. После чего повернулась и быстрым шагом пошла по коридору к лестнице, ведущей на второй этаж. Но у самой первой ступеньки до ее ушей донесся голос Джеймса Армстронга:

– Итак, Роберт, вы можете обладать этой женщиной когда и где хотите?

Тут же последовал громкий смех Адама:

– Мне показалось, будто я слышу свадебный перезвон!

– Нет, ты ошибся. Скорее это звук бьющейся посуды!

Анджелика улыбнулась и взбежала по лестнице на второй этаж. Войдя в свою комнату, села на край кровати и вдруг забеспокоилась о том, что Роберт может потребовать расплаты за полученную пощечину. Но главное, она вдруг поняла, что действительно ревнует его к Венеции. Да, она любила Роберта! Любила, несмотря на его ложь! Но он никогда не узнает об этом! Как только месть свершится, она тут же покинет Лондон. И больше они никогда не увидятся. Как знать, может быть, ей удастся встретить другого мужчину, которого она могла бы полюбить…

В этом отношении у Анджелики был хороший пример – тетушка Рокси. Она успела сменить трех мужей, каждого из которых любила. Не значит ли это, что в жизни женщина далеко не обязательно должна испытать только одну настоящую любовь?

На протяжении следующей недели Анджелика упорно отказывалась о чем-либо говорить с Робертом, хотя это было довольно трудно. Тем более что он был максимально настойчив и явно искал примирения. Так, на следующее утро за завтраком он пригласил Анджелику на верховую прогулку по Гайд-парку. Она ничего не ответила, но тут же покинула столовую и поднялась к себе.

Чтобы не встречаться с Робертом, она не вышла ни к традиционному чаю, ни к ужину, сославшись на сильную головную боль. Однако, проснувшись утром на пятый день, Анджелика уже твердо знала, что: первое – очень голодна и второе – очень одинока. Ее роскошная спальня стала казаться комфортабельно обставленной тюремной камерой.

Раздался стук в дверь.

. – Милая, вы не спите? – донесся из коридора голосок тетушки Рокси.

Анджелика отозвалась и бросилась открывать дверь.

– Входите, тетушка Рокси!

В руках у тетушки был огромный букет.

– Что это? – удивленно вскинула брови Анджелика.

– Это просил тебе передать маркиз Аргайлл.

– Роберт?!

– Да. Он крайне расстроен вашей размолвкой.

– Размолвка у нас действительно была. Но я никогда не поверю, чтобы Роберт по этому поводу ходил сам не свой. И явно сильно переживал.

Тетушка лукаво улыбнулась:

– Умоляю тебя, не заставляй его мучиться слишком долго!

С этими словами Рокси повернулась и вышла. Но когда стрелка часов приблизилась ко времени традиционного чаепития, она вернулась. На этот раз у нее в руках был букет свежих амарантов с кисточками малинового цвета, обернутыми зелеными лапами папоротника…

– Вот тебе еще один подарок от Роберта.

Анджелика неохотно приняла от тетушки преподношение Роберта. Что бы все это могло значить? Желание загладить свою вину? Или просто он демонстрировал свою гордость и благородство? Если бы она могла знать правду!

– На языке цветов амаранты означают безнадежность и бессердечность, – лукаво улыбнулась Рокси.

– Спасибо, тетя!

– Я никогда не думала, что ты настолько упряма, Анджелика! Только не обижайся!

– Не буду.

– Имей в виду, милая, если ты все так же упорно будешь отказываться с ним разговаривать, то можешь навсегда потерять надежду получить всю эту роскошь.

– Я никогда не получу ее, тетушка!

– Это мы еще посмотрим!

– Тетушка, дорогая, о чем вы говорите? У Роберта есть любовница. Кроме того, он намерен жениться на Венеции.

– Кто тебе это сказал?

– Сама Венеция.

– Я же предупреждала тебя, что этой женщине ни в чем нельзя доверять. Она лжива насквозь! А ты слушаешь ее. Дорогая, теперь, когда мы стали членами великосветского общества, опасности подстерегают нас на каждом шагу! Поэтому никогда не снимай кулон, который я тебе подарила. Этот талисман предохранит тебя от всяких бед. В том числе и от людей, которые захотят причинить тебе зло.

– Что вы имеете в виду, тетушка? – спросила Анджелика, когда та направилась к двери.

– Понимание здесь вовсе не обязательно, дорогая. Надо просто верить. В этом весь секрет!

Тетушка исчезла в коридоре.

Оставшись одна, Анджелика вновь села перед ярко горевшим камином и принялась обдумывать слова, сказанные мудрой тетушкой. Не ошибается ли она в отношении Венеции? Действительно ли эта женщина намеренно лгала, чтобы травмировать и обескуражить ее?

Роберт был внимателен и добр по отношению к ее семье. Может быть, имеет смысл послать ему утром записку с просьбой зайти к ней? Тогда она могла бы заставить его смутиться и извиниться, чтобы затем простить.

Анджелика понимала, что не может до конца дней своих прятаться в этой комнате.

Снова раздался осторожный стук в дверь.

– Входите, тетушка Рокси! – откликнулась Анджелика.

Рокси вошла в комнату, неся какую-то коробку.

– Как ты догадалась, что это я?

– Мне было видение! – засмеялась Анджелика.

– Сколько же в тебе ехидства! – проворчала тетушка и поставила на стол свою ношу. – Это тебе прислал маркиз.

Анджелика подошла к столу и открыла коробку. На дне ее лежали две розы – красная и белая.

– Символ союза? – снова рассмеялась Анджелика.

– Маркиз тебя обожает!

– Маркиз обожает абсолютно всех женщин!

– Подари этому человеку еще один шанс.

– Я уже подарила ему шанс. И не один! – Анджелика вздохнула и добавила: – Но ради вас я подумаю об этом…

На следующее утро Анджелика спустилась к завтраку. Было очень рано, и в комнате никого не было. Только Тинкер, увидев ее еще на лестнице, тут же принес пару яиц, ветчину и булочку. Анджелика поблагодарила его и села за стол. В одиночестве она могла спокойно позавтракать, одновременно просмотрев свежий номер «Тайме». Слава Богу, что можно было обойтись без бесед и всякого рода лишних разговоров.

Однако уже в следующий момент на пороге появился слуга с конвертом, который передал дворецкому. Тот, в свою очередь, вручил его Анджелике. Слуга между тем не уходил, сказав, что ему приказано дождаться ответа.

Анджелика, еще не вскрывая конверта, догадалась, от кого это письмо. Когда же вынула записку, то прочла:

«Не согласились бы вы встретиться со мной в кабинете моего отца? Будем играть в кости. Если выиграете вы, то я не стану больше искать встреч. Если же счастье улыбнется мне, то у нас состоится разговор. Возможно, и не один».

– Передайте маркизу, что я согласна, – сказала Анджелика слуге.

– Хорошо, миледи!

Анджелика выпила вторую чашку кофе, думая о Роберте. Его план был очевиден. Несомненно, Роберт был уверен, что она не сможет сопротивляться, очутившись с ним за игорным столом. И намеревался пользоваться костями, инкрустированными свинцом, в чем был очень силен. Это давало ему возможность выиграть. И Анджелика решила пойти ему навстречу.

Когда в полдень она вошла в кабинет герцога, Роберт был уже там.

– Добрый день, миледи! – приветствовал он ее, вставая из-за стола.

В белой шелковой рубашке, аккуратно причесанный, выбритый, он выглядел великолепно.

– Добрый день, милорд! – ответила Анджелика, закрывая за собой дверь кабинета. – Благодарю вас за цветы!

– Рад, что угодил! А где же Джаспер?

– Я оставила его в комнате.

Анджелика стояла перед столом и чувствовала себя очень неуютно. У нее было ощущение, что не только мебель разделяла сейчас их с Робертом.

– Где бы вы хотели сесть? – спросил он.

– Вот здесь. У этого края стола.

– Хорошо. – Роберт встал и подвинул стул. – Прошу вас!

Анджелика села.

– У вас ничего нет под рукавами?

– Извините, но ваше недоверие меня оскорбляет!

– Значит, вы понимаете мое состояние. Но как бы то ни было, я вас прощаю.

– Прощаете?! – воскликнула Анджелика, не веря своим ушам. – Вы прощаете меня?! Я не ослышалась?

– Я прощаю вас за то, что поверили лжи Венеции. Но я отлично понимаю, что моя прошлая ложь способствовала потере вашего доверия ко мне.

Анджелика посмотрела на Роберта долгим взглядом и сказала:

– Что ж, с вашей стороны это очень великодушно! Роберт прикусил нижнюю губу, помолчал и предложил:

– Давайте начнем?

– Давайте!

– Вы бросаете кости первой.

– Спасибо.

Анджелика взяла из рук Роберта кости и внимательно осмотрела каждый кубик.

– Вы мне не доверяете?

Она посмотрела на него из-под своих золотых ресниц и отрицательно покачала головой:

– Нет, не доверяю.

– Это меня очень огорчает! – Роберт выдержал паузу и предложил: – Победителем будет тот, кто выиграет два кона из трех?

Анджелика утвердительно кивнула. Поболтав кости в стакане, она выбросила их на стол. На каждом было число «три». Это давало ей возможность сыграть еще раз.

Она вновь выбросила кости. Теперь на одном кубике оказалось четыре, а на втором – три. Итого – семь. Счастливое число Анджелики!

Наступила очередь Роберта. Он бросил, и так же, как в первый раз у Анджелики, кости показали равное число очков. Во второй раз Роберту повезло больше. На костях оказалось четыре и пять. Итого – девять. Это был выигрыш.

– Что ж, мой ангел, – рассмеялся Роберт, – не удостоите ли вы меня поцелуем за победу?

– Вы же получили право поговорить со мной. Этого вполне достаточно.

Роберт окинул взглядом комнату.

– Вы наслаждаетесь, живя в такой роскоши? – спросил он.

– Я уехала бы отсюда сегодня же, если бы не поклялась отомстить убийцам отца.

– Почему? – удивился Роберт.

– Моя жизнь до того, как мы переехали в особняк Кэмпбеллов, была куда более содержательной и интересной. А от всей этой обстановки я устала до слез.

– Благодарите Бога, что не до смерти! – рассмеялся Роберт.

– Ужин вы намерены устроить завтра вечером? – напрямую спросила Анджелика.

– Думаю, что легче всего будет положить на лопатки Тримбла.

– Пусть будет так, – улыбнулась Анджелика.

– Кроме того, в конце недели я постараюсь поймать Генри Дринкуотера на балу у Эмерсонов. А в «Уайтсе» – тоже на той неделе – Мейхью.

– К сожалению, я не смогу этого увидеть. Хотя очень бы хотела наблюдать, как они будут корчиться за игорными столами.

– А вы кровожадны, не так ли? – сказал Роберт, вставая из-за стола. – Извините, но я должен идти. Ждет срочная работа.

Разочарованная Анджелика неохотно встала со стула. Роберт вопросительно посмотрел на нее:

– Не угодно ли вам пойти со мной и познакомиться с домом, где я живу?

«Я бы очень хотела пойти», – подумала девушка. Но сказала совершенно противоположное:

– Нет, благодарю вас. Графиня Мелроуз должна беречь свою репутацию.

– Но проводить меня до холла вы, наверное, можете?

– Конечно!

Анджелика и Роберт покинули кабинет герцога и спустились по лестнице. Причем все это время держались за руки. Можно было подумать, что ни он, ни она не желали расставаться.

– Почему вы не пользовались инкрустированными костями во время игры?

– Я забыла их в спальне.

– Случайно или намеренно?

– Намеренно.

– Другими словами, вы хотели, чтобы я выиграл?

– Нет, я думала, что сумею воспользоваться вашими костями. Но, как видите, это не помогло.

Роберт рассмеялся. Анджелика посмотрела на него и вдруг сказала:

– Знаете, я передумала относительно поцелуя победителю.

Она круто повернулась, бросилась на шею Роберту и прильнула к его губам.

– Вы уверены, что не хотите проводить меня до дома? – прошептал Роберт.

– Я, пожалуй, согласна.

– Увидимся позже, – вдруг произнес Роберт. Роберт отступил на шаг и, неловко поцеловав ей руку, сбежал по лестнице в холл. Анджелика, ничего не понимая, стояла посередине лестницы и растерянно озиралась. Посмотрев в сторону входной двери, за которой скрылся Роберт, она вдруг увидела… Венецию. Поняв все, Анджелика спокойно спустилась в холл, остановилась в двух шагах от Венеции и улыбнулась ей как ни в чем не бывало.

– Я бы посоветовала вам немного обождать с рассылкой свадебных приглашений, – с сарказмом произнесла она, после чего повернулась и вспорхнула по лестнице на второй этаж.

– Браво! – громко одобрила поведение племянницы тетушка Рокси, как раз входившая в гостиную и слышавшая весь разговор.

– Всем своим трюкам я научилась у своего опытнейшего эксперта, – рассмеялась Анджелика, целуя тетушку в щеку.

– Спасибо, дорогая, за столь лестную оценку. – Рокси с любовью посмотрела на свою старшую племянницу.

Глава 9

Она чувствовала себя принцессой…

Оставшись одна в комнате, Анджелика долго рассматривала себя в большом овальном зеркале, висевшем на стене. И никак не могла поверить, что отражение – это она сама… Еще никогда в жизни на ней не было столь роскошного платья!

Сшитое из серебристого шелка, Плотно облегающее фигуру, с короткими рукавами в испанском стиле, с полуобнаженной спиной и глубоким декольте, оно и впрямь превратило хозяйку если не в королеву, то, во всяком случае, в принцессу. К волосам была прикреплена алая роза, ибо тетушка Рокси ответственно заявила, что сейчас в высшем свете это очень даже модно.

«Интересно, – думала Анджелика, – если я, предположим, действительно принцесса, то кем должен быть Роберт? Моим принцем, которому предопределено убить страшного дракона по имени Эмерсон?»

Анджелика улыбнулась этой глупой мысли, но все же еще раз посмотрела на себя в зеркало. И осталась довольна…

Что же касается Роберта, то он совсем никакой не принц, а просто-напросто обыкновенный маркиз, каких не только на континенте, но и в Англии – тысячи…

Но она же любит его!..

Эта мысль поразила Анджелику. Она любила Роберта! Но он об этом даже не догадывался! И не должен догадаться! Ибо в противном случае тут же получит просто-таки смертоносное оружие против нее!

Анджелика постаралась прогнать эти небезопасные мысли и заставила себя думать о той миссии, которую на себя возложила. При этом она не желала позволить Роберту взять на себя наказание всех троих разорителей отца. Планировалось, что он будет заниматься Тримблом. А тем временем Анджелика постарается разделаться с остальными и выберет, кто из них станет ее первой жертвой за игорным столом.

Течение ее мыслей прервал стук в дверь.

– Войдите!

Появились Саманта и Виктория. Первая одобрительно посмотрела на старшую сестру:

– Ты просто великолепна!

– Ты тоже! – ответила ей Анджелика. – Кстати, нам неплохо было бы поблагодарить тетушку Рокси за напоминание о моде. Ведь в последнее время мы одевались только в черный цвет.

– Но мы носили траур по отцу, – возразила Виктория.

– Правильно! И должны были так поступить, – откликнулась Саманта. – Но ведь никакой траур не может возвратить нам папу! Теперь же нам надо отомстить за него!

– Ты готова к этой встрече, Анджелика? – спросила Виктория.

– Буду готова через несколько минут. Дайте только еще чуть-чуть подумать. И ждите меня внизу. Я очень скоро спущусь к вам.

Когда сестры ушли, Анджелика вынула из ящика стола острый кинжал и опустила его в карман платья на правом бедре. Она подумала, что во время предстоящей встречи может произойти все, что угодно. А потому оружие ей не помешает.

Анджелика снова встала перед зеркалом и придирчиво посмотрела на себя. Да, младшие сестры действительно не лукавили: она выглядела настоящей графиней, за которой скрывалась… мошенница!

Она тяжело вздохнула, стараясь успокоиться. Потом положила ладонь на клетку с попугаем.

– Пожелай мне удачи, Джаспер! – прошептала она.

– Удачи! – отозвалась птица.

Она открыла дверь, вышла в коридор и неожиданно увидела стоявшего там Роберта.

– Что вы здесь делаете? – спросила она.

– Поджидаю вас. Я начал беспокоиться, что вы спрячетесь у себя в спальне после всего того, что мы замыслили вечером.

– Я слишком долго ждала этого дня, чтобы в последний момент отступить.

– Вы само совершенство! – прошептал Роберт, внимательно посмотрев на Анджелику и, несомненно, отметив при этом почти вызывающее декольте.

– Околпачивание Тримбла поможет нашему делу, – сказала Анджелика, как бы оправдываясь за свой слишком вольный наряд.

– Я не хотел бы играть роль всего лишь второстепенного участника, – прошептал Роберт. – Позвольте мне пойти с вами!

Анджелика улыбнулась и взяла под руку своего спутника:

– Жертвы, верно, заждались нас, милорд!

Гости действительно уже собрались в маленькой гостиной, где их принимал герцог.

Войдя в помещение, Анджелика лучезарно улыбнулась всем и уселась в кресло напротив ярко горевшего камина.

– А, вот и вы! – улыбнулась в ответ тетушка Рокси.

И хотя все головы тут же повернулись к Анджелике, она продолжала улыбаться как ни в чем не бывало. Казалось, в ней не дрогнул ни один нерв. Она вела себя совершенно хладнокровно, хотя в душе чувствовала некоторое волнение, как обычно бывало за игорным столом.

– Леди Анджелика, – с легким поклоном обратился к ней хозяин дома, – разрешите представить вам барона Аласдера Тримбла и его жену Марию.

Девушка повернула голову и посмотрела сначала на барона, а затем – на его супругу. Оба они были средних лет и сильно поседевшими. Барон к тому же в отличие от своей жены страдал излишней полнотой.

Взяв Анджелику за руку, Магнус представил ее всем остальным гостям. Она с любопытством оглядела каждого с ног до головы. Генри Дринкуотер был худ, чуть ли не на грани полного истощения. А его пышнотелая жена, наоборот, пылала здоровьем и, казалось, нацепила на себя все драгоценности, которые нашлись в доме. Мунго Мейхью, стоявший тут же и разговаривавший с Венецией, поражал своим огромным носом. А его маленькие блестящие глазки не отрывались от декольте Анджелики.

Не обращая никакого внимания на приветственные жесты Венеции, Анджелика поздоровалась с Джеймсом Армстронгом и Адамом Сент-Обином.

– Не приступить ли всем нам к ужину? – предложил герцог.

Предоставив хозяину дома возможность сопровождать Венецию, Роберт подошел к Анджелике:

– Позвольте предложить вам руку и проводить в столовую.

– Только не сажайте меня рядом с Мейхью. Он ужасно сопит!

– Вы не представляете, какие у него носовые платки, – сказал Роберт, давясь от смеха. – Мейхью делает их из простыней!

Анджелика не могла сдержаться и тоже рассмеялась.

Герцог сел во главе стола, а тетушка, Рокси, одетая в красное вечернее платье, опустилась на стул по его правую руку. Роберт предложил Анджелике сесть слева от хозяина дома. Напротив расположились Тримбл с женой. Дринкуотер с супругой оказались справа от Роберта. А Мунго Мейхью занял место у противоположного конца стола вместе с младшими сестрами Дуглас и двумя друзьями маркиза.

Мадам Тримбл весь вечер больше говорила, чем ела. Очутившись за столом, она почти сразу же спросила Анджелику:

– Сколько лет вашим милым сестричкам?

– По восемнадцать, – солгала та, не желая ставить в неудобное положение Викторию.

– Обеим? – переспросила миссис Тримбл. – Извините, а не будет с моей стороны нетактичным узнать, сколько лет вам?

– Мне тоже восемнадцать, как и им.

– То есть, выходит, что вы трое – близнецы?

– Не совсем так. Близнецы – Саманта и Виктория. Им только что исполнилось восемнадцать. А я вот-вот отпраздную свое девятнадцатилетие.

– Но они совсем не похожи друг на друга! – не унималась миссис Тримбл. – Даже цвет волос разный.

– Стопроцентные близнецы рождаются очень редко, – вмешалась в разговор тетушка Рокси. – Чем-то двойняшки все же должны отличаться друг от друга. У Саманты и Виктории это различие в цвете волос. Ведь так, ваша светлость?

– Вы совершенно правы, Роксанна, – согласился герцог.

– Барон Тримбл, – задала вопрос Анджелика, – а как вы развлекаетесь в свободное время?

Тримбл смутился, поскольку не мог оторвать взгляда от груди Анджелики, как будто это и было то вкуснейшее блюдо, которое обещал хозяин дома перед началом ужина. Но, чуть было не уронив вилку от смущения, он все-таки ответил:

– Я люблю поиграть в карты.

– А в кости?

– Тоже.

– Мне нравится наблюдать, как кости катятся через стол, – рассмеялась Анджелика. И тут же добавила: – Может быть, мы сыграем сегодня, мистер Тримбл?

Герцог закашлялся, а тетушка Рокси улыбнулась. На Роберта Анджелика даже не взглянула, зная, что он наверняка осудит ее поведение.

Миссис Тримбл предостерегающе посмотрела на Анджелику и с осуждением в голосе произнесла:

– Женщины в кости не играют!

– Я и мои сестры, проведшие большую часть жизни на континенте, так не считаем, – возразила Анджелика.

– Но все мы можем понаблюдать за тем, как мужчины бросают кости, – сдалась почтенная леди. – Как насчет этого, дорогой супруг?

– Я не против. Но сам буду играть!

– Ради Бога! Только, умоляю, не проигрывай слишком уж много!

– Я предпочитаю случайные выигрыши. Ибо считаю, что они продиктованы провидением. Но если леди Анджелика будет следить за игрой, то уверен, что мне сегодня непременно повезет!

Принесли десерт, состоявший из фруктов, сыра, лимонов, бисквитов с кремом и взбитых сливок с вином. Дождавшись, пока гости полностью расправятся с угощением, Магнус поднялся из-за стола и торжественно объявил:

– Любители фортепиано могут пройти в музыкальную гостиную. Там Венеция с радостью поиграет вам. А тех, кто предпочитает азартные игры, приглашаю в мой кабинет.

Магнус и тетушка Рокси проводили Дринкуотеров, леди Тримбл, Венецию и Мейхью в музыкальную гостиную. Саманта и Виктория с явной неохотой последовали за ними.

– А я пойду в кабинет наблюдать игру, – заявила Анджелика, беря под руку барона Тримбла.

Она села за стол рядом с ним, чтобы легче было им управлять в случае необходимости.

– Откровенно говоря, – объявила Анджелика, – я хотела бы и сама сыграть.

– В Англии женщины не играют в азартные игры, – еще раз повторил Тримбл фразу, сказанную ранее его женой.

– А вот на континенте играют, и очень даже часто! – запальчиво возразила Анджелика.

При этом она подвинулась как можно ближе к Тримблу, давая ему возможность поглубже заглянуть в ее декольте.

– А что делают женщины на континенте? – спросил Тримбл, задыхаясь от волнения при виде молодой и твердой женской груди, открытой почти до сосков.

– Что делают женщины? – прошептала Анджелика, кокетливо глядя на барона. – Да самые омерзительные вещи!

Анджелика поймала взгляд Адама Сент-Обина и выразительно посмотрела в сторону камина.

– Игра в кости меня утомляет, – сказал Адам, поняв ее бессловесный намек.

– Может быть, сыграем в карты? – предложил ему Джеймс Армстронг. – Как насчет партии в фараон?

– А мы сыграем в кости! – заявил Тримбл. – Только, прошу вас, Анджелика, продолжайте сидеть рядом. Ваше присутствие принесет мне успех!

И барон слегка коснулся ее руки. Она вздрогнула, как от прикосновения чего-то скользкого и очень противного. Но нашла в себе силы сохранить на лице чарующую улыбку.

Тем временем Роберт вынул из отцовского стола коробочку с инкрустированными свинцом костями и вручил барону.

– Давайте делать ставки, – сказал он. – Предлагаю сто фунтов.

– Это слишком много, – заметила Анджелика.

– Сто фунтов? – выгнул дугой брови Тримбл. – Да это же почти ничего! – Он посмотрел на Роберта и сказал: – Я называю число… – Тут он обернулся к Анджелике: – Назовите мне счастливое число от пяти до девяти!

Она улыбнулась и назвала девять – самое несчастливое из чисел, которое может назвать для начала игрок в кости.

– Девять! – эхом повторил Тримбл и, поболтав кости в стакане, выбросил их на стол.

На одном кубике было четыре, на другом – столько же.

Тримбл бросил снова. На этот раз на каждом кубике оказалось по числу один. Теперь наступила очередь Роберта.

– Мое число семь, – объявил маркиз и выбросил кости на сукно.

На одном кубике оказалось четыре, на другом – два. Роберт бросил снова. Один кубик показал два, другой – три.

Это означало, что Роберт тоже терял право на очередной бросок.

Анджелика с удивлением посмотрела на него. Как же так получилось? Роберт назвал ее самое счастливое число и обязательно должен был выиграть. Но проиграл… А как же его инкрустированные свинцом кости?

– Предлагаю удвоить ставки, – неожиданно сказал Роберт.

Тримбл посмотрел на Анджелику, задержав жадный взгляд на ее груди. Видимо, это придало ему смелости.

– А я предлагаю утроить! Роберт кивнул в знак согласия.

Кости перекатывались то в одну, то в другую сторону между игроками. И каждый раз, когда кубики возвращались к барону, Роберт удваивал или утраивал ставки, с чем его тучный партнер неизменно соглашался.

Анджелика всячески пыталась привлечь к себе внимание Роберта. Но он упорно не смотрел в ее сторону. Она перевела взгляд на барона. У того по лбу градом катился пот, который он постоянно вытирал носовым платком.

Наконец Роберт посмотрел на Анджелику и сказал:

– Пожелайте мне удачи, миледи!

– Желаю, милорд!

Роберт снова выбросил кости. На одном кубике было четыре, на другом – три. Вместе это составляло заветную семерку и приносило Роберту выигрыш в сто тысяч фунтов.

Барон был на грани обморока.

– Это всего лишь деньги на карманные расходы, – пропыхтел он, пытаясь улыбнуться. – Дорогая, не могли бы вы оказать мне услугу и…

– Нет! – отрезала она, поднялась из-за стола и с выражением глубочайшего презрения на лице вышла из кабинета, оставив Роберта собирать выигранные деньги.

Анджелика вернулась в свою комнату.

– Привет! – приветствовал ее Джаспер.

Она подошла к клетке и закрыла птицу большим зеленым платком:

– Спокойной ночи, Джаспер!

Потом раздвинула на окне шторы и некоторое время смотрела в темноту ночи. В душе она все же надеялась, что у барона хоть что-нибудь осталось после потери этих ста тысяч фунтов!

Неожиданно Анджелика призналась себе, что не хотела бы заставлять этого, возможно, совсем невиновного перед ней человека страдать так, как страдали Грэм Дуглас и его семья.

Тяжело вздохнув, она вышла из комнаты. После того как Тримбл оказался на грани полного разорения, она не желала возбуждать какие-либо подозрения у других гостей дома своим упорным нежеланием присутствовать на общем ужине.

Анджелика спустилась вниз. Еще на лестнице она услышала звуки музыки, доносившиеся из гостиной. Это играли на своих инструментах Саманта и Виктория. Анджелика подумала, что взбудораженные нервы помешают ей играть на арфе.

В холл спустился Роберт, и Анджелика поспешила ему навстречу.

– Куда вы направлялись? – спросил он.

– Мне просто необходимо сейчас же отсюда уйти. Куда угодно…

– Тримблы уже уехали. Давайте вернемся в кабинет моего отца.

Анджелика улыбнулась и вложила свою дрожащую ладонь в руку Роберта.

– Я никогда не думала, что осуществление задуманной мести так сильно на меня подействует.

В кабинете Магнуса они уселись в мягких креслах напротив камина. Комнату освещал единственный канделябр, стоявший на письменном столе.

Анджелика понимала, что не должна в этот поздний час сидеть вдвоем с маркизом в кабинете его отца. Но ведь именно он привел сюда одного из врагов ее отца.

– Мы составили неплохую команду, мой ангел! – усмехнулся Роберт.

– Возможно, но ваше промедление стоило мне нескольких неприятных минут. Кстати, случайно подслушав ваш разговор с отцом о перспективности инвестирования средств в производство соли и разведение лука-порея, я решила вложить часть выигранных сегодня денег именно в это.

Роберт рассмеялся:

– Ангел мой, неужели вы и впрямь верите в доходность подобных вложений?

– Наверное, вы правы: это вряд ли принесет мне прибыль. – Анджелика тоже рассмеялась и, выдержав паузу, спросила: – А что, семью Тримбл теперь ожидает нищета? Я бы не хотела, чтобы от моей мести пострадали невиновные люди.

– Ни минуты не сомневался, что вы станете переживать! Видите ли, у меня есть друзья в банковских сферах, которым хорошо известно, чего стоил Тримбл десять лет назад. Будьте уверены, что он с лихвой покроет и те потери, которые понес сегодня. Я вас успокоил?

Анджелика утвердительно кивнула.

– А что мне делать с выигранными деньгами? – спросил Роберт.

– Держите их у себя.

– Держать у себя? – удивился маркиз. – Это как же понимать?

– А так, что я задумывала свою месть врагам отца не для того, чтобы получить от этого прибыль. Мне нужно было восстановить справедливость. И только!

– Как это благородно с вашей стороны! Но я настаиваю, чтобы все деньги пошли на поддержку вашей семьи.

– Хорошо. Но только прошу вас инвестировать одну половину всей суммы в ваше с отцом предприятие. Другую же разделите на четыре равные части и положите в банк на имена моей тети, обеих младших сестер и мое. К концу года я надеюсь также получить кое-какие проценты от вложений в одну из ваших компаний.

– А что конкретно станется с вашей собственной долей выигрыша?

– Половину я пущу на игры в карты и кости. А оставшиеся деньги раздам бедным и нищим.

Роберт с изумлением посмотрел на собеседницу:

– Как?! По сути дела, вы хотите растранжирить эти деньги?!

– Разве есть что-то нехорошее в желании помочь малоимущим и больным? – с вызовом в голосе спросила Анджелика.

– Ваши щедрость и великодушие достойны самых высоких похвал! – прошептал Роберт.

– Спасибо! – также шепотом ответила девушка. Роберт взял ее ладонь и прижал к губам.

– Поцелуйте меня! – тихо попросила Анджелика.

Он заключил ее в объятия и припал к губам. Девушка застонала, дыхание ее сделалось лихорадочным. Она почувствовала, что тает…

Шорох открываемой двери вернул обоих к реальности.

– Лорд Роберт, вы здесь? – раздался голос Тинкера.

Анджелика бросилась в глубину комнаты. Роберт же, не обращая внимания на умоляющее выражение ее лица, откликнулся:

– Я здесь, Тинкер!

– Ваши гости расходятся. Насколько я понимаю, леди Анджелика уже отдыхает?

– Леди Анджелика тоже здесь, – ухмыльнулся Роберт.

Ответом было продолжительное молчание Тинкера. Затем дворецкий торжественно объявил:

– Его светлость полагает, что вы и леди Анджелика хотели бы пожелать гостям спокойной ночи.

– Я сейчас спущусь, – кивнул слуге Роберт. – Что же касается леди, то она так покраснела от смущения, что, боюсь, не захочет в подобном виде показаться гостям.

Анджелике вдруг безумно захотелось, чтобы в этот миг кто-нибудь из них умер – либо она, либо Роберт. Тем более что дворецкий не без ехидства и достаточно громко произнес:

– Могло случиться и похуже!

– Надеюсь, вы будете молчать?

– Не сомневайтесь, милорд! Дверь с тихим шорохом закрылась.

– Он ушел! – поспешил успокоить Анджелику Роберт.

– Как вы посмели?! – прошипела она. – Ведь теперь моя репутация вконец загублена! Имейте в виду, что такое больше никогда не повторится…

– Вы сказали то же самое в прошлый раз!

Анджелика фыркнула и вышла из кабинета.

Спустившись в холл, она не посмела даже поднять взгляд на дворецкого.

Герцог и тетушка Рокси стояли вместе с Джеймсом Армстронгом и Адамом Сент-Обином, о чем-то разговаривая. Остальные гости уже разошлись. Венеция же вместе с сестрами Дуглас поднялась наверх.

– Анджелика, дорогая, почему ты так раскраснелась? – озабоченно спросила тетушка. – Уж не заболела ли?

– Нет. Просто немного разволновалась. Нервы… Но вы ведь все понимаете, тетушка Рокси!

– Мы с Адамом сейчас поедем в «Уайте», – объявил Джеймс.

– Я присоединяюсь, – сказал Роберт.

Он протянул руку и, взяв ладонь Анджелики, поднес к губам:

– До завтра, миледи!

– Спокойной ночи, милорд! – улыбнулась она и повернулась, намереваясь направиться к лестнице.

Тинкер едва успел закрыть дверь за Робертом и его друзьями, как снаружи донесся какой-то резкий звук, напоминавший треск ломающегося дерева.

Анджелика вздрогнула. Только в следующий момент она поняла, что это был выстрел.

Тинкер распахнул дверь. Герцог и тетушка Рокси выскочили на улицу.

– Его застрелили! – дрожащими губами произнес Джеймс, указывая на лежавшего у самого крыльца Роберта.

Адам пытался снять с него белый жилет, забрызганный кровью.

– Боже мой! – воскликнула Анджелика и бросилась на колени перед раненым.

– Это выглядит хуже, чем может показаться, – прошептал он ей на ухо и перевел взгляд на своих друзей: – Помогите мне встать.

– Внесите его в дом, – распорядился герцог. – Тинкер, пошлите за моим врачом.

– Врач не нужен, – с трудом проговорил Роберт.

– Но вы же ранены! – воскликнула Анджелика. Роберт посмотрел на нее с доброй улыбкой.

Тем временем Адам и Джеймс усадили его на стул и внесли в дом.

– Стрелок попал мне в правое плечо, – сказал Роберт, пока с него снимали рубашку. – Тинкер, распорядись, чтобы сюда принесли теплую воду, бинты и виски.

Дворецкий исчез, чтобы вернуться через несколько минут. Анджелика же снова опустилась на колени перед сидящим на стуле раненым.

– Это уже второе покушение на его жизнь, – сказал герцогу Джеймс.

– Второе?

– Да. Первая попытка была предпринята две недели назад.

– Почему мне об этом не сказали? – с упреком посмотрел на сына герцог.

– Потому что вы, отец, тут же наняли бы половину Лондона для моей охраны, – ответил Роберт, сделав пару глотков виски.

– Черт побери, ты прав, – согласился Магнус.

– Магнус, дорогой, к чему все эти пререкания? – проворчала тетушка Рокси. – Вы только еще больше портите всем настроение. Честное слово, от этого никому здесь лучше не станет! Почему бы действительно не нанять нескольких телохранителей для Роберта, но сделать это не сегодня, а завтра утром?

– Мне не нужны никакие телохранители!

Анджелика протянула руку и нежно провела ладонью по щеке Роберта. Потом посмотрела в его темные глаза и тихо сказала:

– Кто-то очень хочет, чтобы ты умер…

Глава 10

«Кто желает гибели Роберта?» – гадала Анджелика, все еще лежа в постели. Почти всю ночь она провела без сна, беспокоясь за него, а потому проснулась значительно позже обычного. Ночь триумфа и торжества, как ожидала Анджелика, стала ночью ужасного кошмара!

Кто же так люто ненавидел Роберта, что попытался его убить? Что толкнуло этого человека на столь ужасное преступление? По каким-то неизвестным причинам Роберта презирал Александр Эмерсон. Тримбл, возможно, не возражал бы увидеть его мертвым, но никогда не решился бы сам пойти на убийство. А нанять убийцу у него просто не было времени. Конечно, у Роберта могли быть и другие враги. Но Анджелика так мало знала о нем, как и о том, чем он, в сущности, занимался в этой жизни…

Она подумала, что при столь сложных и опасных обстоятельствах Роберту не помешал бы амулет, защищающий от всяких неприятностей. И решила при первой же возможности поговорить об этом с тетушкой Рокси.

В этот момент дверь комнаты неожиданно открылась и на пороге возникла тетушка собственной персоной. Можно было подумать, что мысли Анджелики передались ей на расстоянии.

– Добрый день, милая! – приветствовала она племянницу. – Ты, верно, поздно заснула, что никак не хочешь встать.

– Добрый день! Вы не знаете, куда подевался Джаспер?

– В настоящий момент он наносит визит его светлости. Они о чем-то болтают в кабинете. – Рокси рассмеялась своей шутке и присела на край кровати. – Милая, я хотела бы попросить тебя о небольшом одолжении.

– Ради Бога, тетушка! Вы же знаете, как я вас люблю, а потому буду просто счастлива исполнить любую вашу просьбу!

– Я всего-навсего твоя родная тетка, и никто больше! А просьба заключается вот в чем: не могла бы ты передать Роберту амулет и целебную мазь? Я их купила.

Анджелика тут же вспомнила их последнюю встречу в кабинете герцога. Нет, она больше не будет видеться с ним наедине!

– А почему бы не передать амулет и мазь через слугу? – спросила она.

– Конечно, можно и так. Но я подумала, что Роберту было бы приятно получить это именно из твоих рук.

– Как вы думаете, не пострадает ли моя репутация, если кто-нибудь увидит меня, входящей в его дом?

– Тебя здесь почти никто не знает. А кроме того, несчастного юношу плотным кольцом окружает целый батальон нанятых его отцом телохранителей. И в этой толпе на тебя вряд ли кто-нибудь обратит внимание.

Анджелика молчала. Ей очень хотелось увидеть Роберта, но остаться с ним наедине она боялась.

– Не забывай также, что графиня пользуется куда большей свободой, нежели никому не известная девушка. И может спокойно навещать кого угодно. Тем более – раненого!

Анджелике было трудно в это поверить. Ибо правила высшего света относились в равной степени ко всем принадлежащим к этому кругу.

– Я даю тебе плохой совет? – спросила тетушка Рокси, заметив нерешительность племянницы.

– Извините, тетушка. Я немного задумалась. Вы хотите, чтобы я это сделала сейчас?

Рокси улыбнулась:

– Чем скорее, тем лучше. Милая, вставай, одевайся и спускайся вниз. Я буду ждать в холле.

– Где он живет?

– Второй дом вниз по улице.

– Хорошо.

Спустившись в фойе, Анджелика взяла у тетушки амулет и баночки с целебной мазью, после чего вышла на улицу.

Перед домом Роберта толпилась дюжина рослых молодых людей атлетического телосложения. Анджелика сразу же поняла, что это телохранители, нанятые герцогом, и приветливо им улыбнулась:

– Добрый день!

Молодые люди расступились, давая ей пройти. Но когда Анджелика собиралась подняться на крыльцо, один из них тронул ее за руку:

– Извините, мисс, но я попросил бы вас представиться и сказать о цели вашего визита.

– Надо ее обыскать, нет ли оружия, – добавил другой.

Анджелика густо покраснела:

– Я графиня Мелроуз. И пришла сюда по просьбе его светлости герцога Инверари. Если не верите, спросите у него. Его светлость живет через два дома.

Телохранитель, задержавший Анджелику, смутился. Остальные тут же подняли его на смех.

– Извините, миледи, – стал оправдываться провинившийся. – Но его светлость строго приказал нам бдительно охранять маркиза.

– Принимаю ваши извинения, – сухо ответила Анджелика. – Однако должна заметить, что надо уметь себя достойно вести!

Высокий дворецкий с седым висками открыл ей дверь. Лицо его показалось ей знакомым. Осмотрев девушку с ног до головы и, видимо, решив, что доверять ей можно, он пропустил гостью в дом.

Холл в доме Роберта был не столь внушительным, как у его отца. Несколько мраморных скульптур стояло вдоль стены. Карнизы под потолком были украшены затейливой резьбой, а сам потолок – орнаментами в стиле рококо. В углу приютилась искусственная пальма.

– Как о вас прикажете доложить, миледи? – спросил дворецкий.

– Графиня Мелроуз.

Услужливая улыбка тотчас же исчезла с лица слуги.

– Графиня Мелроуз серьезно больна, – ледяным тоном сказал он. – И уже давно никуда не выходит. Вы – самозванка!

– Простите, что вы сказали?

– Сказал, что вы самозванка. Я раньше служил у графа Мелроуза и знаю, что его жена безнадежно больна. Мне неизвестно, кто вы такая и чего хотите. Попрошу вас сию же минуту отсюда уйти!

Анджелика долго смотрела на него, не произнося ни слова.

– Уэбстер? – наконец произнесла она.

– Откуда вы знаете мое имя?

– Неужели вы не узнаете Анджелику?

Уэбстер отступил на шаг, совершенно ошеломленный.

– Леди Анджелика?! – воскликнул он, окончательно смутившись. – Неужели это действительно вы?!

– Да, это действительно я.

И она крепко обняла за плечи бывшего дворецкого своего отца.

– А где миссис Суитинг? – спросила Анджелика.

– Герцог Инверари купил ей коттедж на окраине Лондона. А его светлость маркиз уговорил забыть про пенсию и занять солидное положение в одной из фирм своего приятеля. Скажите, а ваш батюшка…

– …недавно умер, – тихо докончила фразу Анджелика.

– Извините, миледи! Примите мое соболезнование! Его сиятельство был очень добрым и прекрасным человеком.

Последовало непродолжительное молчание.

– Вы хотели бы видеть маркиза? – спросил Уэбстер.

– Да. Я принесла ему кое-что от тетушки Рокси.

– А как поживает сама миледи Роксанна?

– Она прекрасно себя чувствует и все так же красива. Сейчас мы гостим у герцога Инверари.

– Пойдемте со мной, миледи. Я проведу вас в кабинет маркиза. Он сейчас там.

Анджелика поднялась вслед за дворецким на второй этаж. Дойдя до двери кабинета, Уэбстер осторожно постучал и, дождавшись ответа, доложил:

– К вам графиня Мелроуз.

– Просите! – раздалось из-за двери.

Анджелика вошла в кабинет. Роберт поднялся ей навстречу. По его радостной улыбке нетрудно было догадаться, что маркиз был просто счастлив видеть гостью.

– Прошу вас ко мне в дом! Если бы я мог предвидеть, что из-за полученной раны удостоюсь вашего посещения, то сам бы нанял для себя убийцу!

– А если бы я знала, что пуля сделает вас столь гостеприимным и добрым, то сама нажала бы на спусковой крючок пистолета. Как вы себя чувствуете?

– Право, ничего! Рана чуть побаливает.

– Я принесла вам кое-какие медикаменты от тетушки Рокси и амулет, который непременно убережет вас от дальнейших неприятностей подобного рода.

– И не испугались за свою репутацию? – спросил Роберт, понизив голос и лукаво улыбнувшись.

Анджелика небрежно махнула рукой:

– Тетушка Рокси уверила меня, что графиня обладает большей свободой передвижения, чем никому не известная дама или девушка. А потому может смело появляться где угодно.

– Очень рад, что ваша тетя так обрисовала ситуацию! – рассмеялся Роберт. – Покажите теперь, что она мне прислала?

Анджелика развернула сверток. Там оказались небольшие баночки с мазями и то, что Рокси назвала амулетом. Это был большой крест с голубым топазом посредине. К нему прилагалась тяжелая золотая цепь.

– Ничего себе кулончик! – воскликнул Роберт, с восхищением глядя на амулет.

– Топаз с золотом считается надежной защитой от зависти, интриг, болезней, ран, скоропостижной смерти и даже лунатизма, – объяснила Анджелика, прицепив крест к золотой цепи и надевая все это Роберту на шею.

– Передайте мою самую искреннюю благодарность вашей тете!

– Передам. Кстати, топаз имеет также свойство пробуждать любовь к тому, кто его носит…

– Я на это очень даже надеюсь! – улыбнулся Роберт.

Анджелика присела на диванчик рядом с Робертом и осторожно сняла бинт с его плеча. Рана продолжала немного кровоточить, но выглядела значительно лучше, чем накануне.

Открыв одну из баночек, Анджелика обмакнула в нее палец и очень осторожно, даже нежно, обмазала целебным средством края раны.

– Какие же у вас нежные, мягкие руки, – прошептал Роберт.

Девушка помолчала немного, потом внимательно посмотрела ему в глаза:

– Кто же все-таки так упорно желает вашей смерти?

– Ей-богу, не знаю! У меня никогда не было и нет врагов.

– Я заметила, что вас очень недолюбливает Александр Эмерсон.

– Откуда вам это известно? – удивленно поднял брови Роберт.

– Я прочитала ненависть в глазах младшего Эмерсона, когда он смотрел на вас.

– Мне известно, что Александр обвиняет меня в смерти своей сестры – моей бывшей жены. Но уверен, что на убийство он не способен.

– Большая ошибка – недооценивать других, Роберт. Ведь ваша супруга погибла в результате несчастного случая, не так ли? Тогда почему же Александр Эмерсон в ее смерти обвиняет именно вас?

Роберт задумался. Потом с болью в голосе сказал:

– Как знать, может быть, Луиза осталась бы жива, если бы в свое время не вышла за меня замуж…

Это невольное признание эхом отозвалось в сердце Анджелики. Маркиз, несомненно, очень любил свою покойную супругу и до сих пор тяжело переживал ее утрату.

«А где же мое место в его душе?» – с горечью подумала Анджелика.

– Думаю, что теперь мы можем добавить и Тримбла к списку своих потенциальных врагов, – улыбнулась Анджелика.

– Наверное, вы правы! – рассмеялся в ответ Роберт. Вытащив из свертка, врученного ей тетушкой Рокси, чистый бинт, Анджелика заботливо перевязала плечо Роберта. Сделав небольшую паузу, она вопросительно посмотрела на маркиза:

– Как вы думаете, не стоит ли мне теперь сыграть в кости с Мейхью и Дринкуотером?

– Этого делать не стоит, мой ангел. Женщины в Англии обычно играют в вист, а не в кости. Тем более при высоких ставках. И, пытаясь разорить известных нам мужчин, вы рискуете разорить и себя. Уж не говоря о том, что в подобном случае обе ваши сестры будут иметь проблемы с замужеством. Право, будет лучше, если вы предоставите разорение ваших недругов мне. Более того, я бы не хотел, чтобы, присутствуя при моей с ними игре, вы были одеты в платье со столь вызывающим декольте, которое было на вас во время моего поединка за игорным столом с Тримблом.

– Тогда я просто хотела помочь вам, отвлекая этого простофилю. Кроме того, у меня гораздо больше опыта в мошенничестве, чем у вас. И я знаю, как лучше воздействовать на партнера. При этом все средства хороши.

– Я очень высоко ценю вашу непреклонную решимость довести дело до задуманного конца. Но имейте в виду, если вас, графиню Мелроуз, поймают на мошенничестве, произойдет грандиозный скандал. Не погубите собственного родного очага, мой ангел! Лучше позвольте мне использовать кое-каких знакомых.

Анджелика слегка наклонила голову в знак согласия. Роберт обнял ее за плечи, привлек к себе и прильнул к ее губам. Она закрыла глаза, подчиняясь охватившему ее непреодолимому желанию, чувствуя, что не только слабеет, но и не хочет сопротивляться страстному мужскому напору.

А Роберт тем временем стал еще более настойчивым. Не прерывая поцелуя, он левой рукой спустил лиф ее платья, высвободил молодую, упругую грудь и сжал ладонями ее очаровательные полушария. Он целовал глаза, виски, нос, шею Анджелики. Потом поочередно прижал зубами коралловые соски.

. – Да, да! – стонала Анджелика. – Еще раз! Еще! Еще!..

Она изнемогала от пожиравшей все тело и душу страсти, прижимая голову Роберта к груди. А он не мог от нее оторваться.

– Я так люблю вашу грудь, мой ангел! – шептал Роберт. – Обожаю эти чудесные, неповторимые соски… – Он опустил ладонь между ее ног и простонал: – Вы влажнеете для меня, моя любовь!

– Да! Только для вас! А для кого же еще?..

…Пик страсти миновал. Роберт приподнялся и долго смотрел ей в глаза. Анджелика же не отводила взгляда от окна. Роберт с некоторым беспокойством тоже посмотрел в ту сторону, но ничего и никого не увидел.

– В чем дело? – спросил он.

– Ни в чем. Я просто хочу сказать вам, что такого больше никогда не будет.

Роберт ухмыльнулся и театрально вздохнул:

– Вы повторяетесь, мой ангел.

Не говоря ни слова, Анджелика размахнулась и отвесила ему звонкую пощечину.

– За что? – воскликнул он, хватаясь за щеку.

– Терпеть не могу самодовольных мужчин! Более того, глубоко презираю!

– Но я же…

– Лучше помолчите!

Роберт взял руку Анджелики и прижал к груди.

– Я передумал, – прошептал он.

– Что вы имеете в виду?

– Меня чуть было не убили. И это говорит о том, что я смертен. А потому намерен срочно на вас жениться и успеть родить дюжину детей.

«А как же насчет любви?» – снова подумала Анджелика и почувствовала, как тревожно забилось ее сердце.

– Я тоже передумала, – холодно произнесла она. – Нет, замуж за вас только для того, чтобы избежать вечного проклятия, я не пойду…

Глава 11

Вы отвергаете меня?

Роберт толком не понял того, что услышал. Или, во всяком случае, не воспринял всерьез. Наверное, это какая-то ошибка или же неудачная шутка. До сих пор ни одна женщина не отказывала ему.

– Не притворяйтесь удивленным! – буркнула Анджелика. – У меня выработался иммунитет на ваши чары, милорд.

Роберт не поверил своим ушам. Он долго смотрел на Анджелику, пытаясь понять, не играет ли она с ним. Нет, похоже, все это было совершенно серьезно.

– Вы сравниваете меня с какой-то детской болезнью, от которой отделаться ничего не стоит.

Анджелика хмыкнула, но ничего не ответила.

– Но ведь несколько минут назад вы просто-таки извивались в моих объятиях!

Щеки ее порозовели.

– А две недели назад вы спрашивали, не намерен ли я на вас жениться.

Лицо ее сделалось совсем бордовым.

– Это было две недели назад, – буркнула она. – А за это время я успела узнать вас гораздо лучше! И передумала.

– Любая женщина Англии согласилась бы стать моей при первой же просьбе или даже без нее.

– Кроме меня.

Анджелика встала, быстро оделась и пошла к двери. Но Роберт преградил ей дорогу.

– Дайте мне пройти!

– Не дам! А если вы еще раз попробуете ударить меня по лицу, то я из вас дух вышибу!

– Уж не собираетесь ли вы держать меня здесь как заложницу?

– Прекрасная мысль! Ведь я разорил Тримбла, но не вижу, чтобы вы мне были за это хоть чуточку благодарны!

– Неправда! Я вам очень даже благодарна! И, по-моему, только что это доказала. Хотя, если говорить откровенно, я сумела бы разорить этого простака и без вашей помощи. – На лице Анджелики появилось гадливое выражение. – Тримбл такой идиот, что его мог бы обыграть шестилетний ребенок! Сами посудите, какой нормальный мужчина, начиная игру в кости, объявит число, счастливое для партнера? Честное слово, я просто удивляюсь, как мой покойный отец умудрился проиграть ему половину своего состояния!

– Боже мой, до чего же вы красивы в гневе! – воскликнул Роберт, восхищенно глядя на Анджелику. – Разве я никогда не говорил вам об этом? Какой бездонно-небесной голубизной сияют сейчас ваши глаза! А разве можно забыть выражение лица в минуты страсти! Этот стон, полный жгучего желания! Господи, за одно это можно отдать жизнь!

– Так, значит, вы наблюдаете за мной даже в такие моменты? – Анджелика густо покраснела.

А Роберт продолжал свои вдохновенные излияния:

– Анджелика! В минуты нашей близости, этого непередаваемого счастья, для меня нет ничего дороже и прекраснее, чем наблюдать за вами!

– Больше этого никогда не будет! – сухо сказала она. Однако Роберт сделал вид, что не слышал этого замечания, и переменил тему разговора:

– Вы позволите мне сопровождать вас на бал к Эмерсонам?

– Нет.

– Но я вас очень прошу!

Анджелику несколько удивило, что Роберт обращается к ней с просьбой, а не пытается, как всегда, приказывать. Она выдержала паузу и уклончиво ответила:

– Я подумаю.

Роберт отступил на шаг, давая гостье возможность выйти из комнаты. Она тут же воспользовалась этим.

– Скажите моему отцу, чтобы он убрал отсюда своих сторожевых собак, – бросил он ей вслед.

Анджелика на мгновение обернулась:

– Скажите ему это сами!

Дверь закрылась. Роберт опустился на край кровати, налил полстакана виски и залпом выпил.

Едва ли не самыми замечательными чертами характера его возлюбленной были вспыльчивость и полная непредсказуемость поведения. Но чего, в сущности, она от него хочет? Чтобы он стал ее вечным любовником, с которым легко играть как вздумается? Это же просто смешно! Однако…

«Но я люблю ее!» – неожиданно для себя самого подумал Роберт. До встречи с Анджеликой у него, естественно, были женщины. И он всегда получал от них то, чего хотел. Но ни одну из них никогда не любил. А сейчас…

Как могло получиться, что Анджелика отвергла его предложение руки и сердца? Разве женщины не мечтают выйти замуж за богатых аристократов?

«Луиза не хотела выходить за меня замуж, – твердил себе Роберт. – Если бы было иначе, то она и наш нерожденный младенец не оказались бы безвременно погребенными в могиле!..»

Прошло еще несколько дней. Роберт, собираясь на бал к Эмерсонам, так и не понял, чего от него добивается Анджелика. С тех пор как она навестила его, принеся амулет и лекарственные мази, они ни разу не виделись. Поначалу у него еще теплилась надежда, что их невольная разлука заставит «ангела» немного соскучиться. Но день проходил за днем, а никаких вестей от Анджелики не поступало.

Одно было ясно: Роберт не станет ухаживать за Анджеликой и не поедет сопровождать ее на бал к Эмерсонам на глазах у нанятых отцом «сторожевых псов»!

Роберт спустился в холл.

– Телохранители все еще дежурят у наших дверей? – спросил он дворецкого.

– Нет, милорд, – ответил Уэбстер, – я им сказал, что вы еще некоторое время посидите дома, до полного выздоровления.

– Понятно. Я сейчас поеду к отцу.

– Только будьте очень осторожны, милорд, – напутствовал его дворецкий.

Роберт сел в свой экипаж и через несколько минут уже стучал в двери отцовского дома.

– Добрый вечер, господин маркиз! – приветствовал его Тинкер. – Его светлость и леди Роксанна ждут вас в гостиной.

– А где же молодые леди?

– Наряжаются и прихорашиваются.

Роберт прошел в маленькую гостиную, чувствуя, как сильно и часто бьется его сердце. Да, после шестидневной разлуки время до желанного свидания тянулось очень медленно.

Войдя в помещение, Роберт подошел к тетушке Рокси, взял ее руку и поднес к губам. На ней было голубое платье, а в волосах блестел усыпанный бриллиантами гребень.

– Итак, ночная тьма теперь озаряется блеском драгоценных звезд, – галантно расшаркался Роберт перед леди Роксанной.

– Спасибо, дорогой! – ухмыльнулась тетушка. – Ваш отец всегда заваливал меня подарками. Должна признаться, что он меня совсем избаловал!

– Разве вы не заслуживаете самого лучшего, Роксанна? – отозвался герцог, после чего повернулся к сыну: – Скажи, Роберт, ты действительно уверен, что нам необходимо сегодня ехать на этот бал?

– Отец, мне чертовски надоели твои охранники, от которых я просто не знаю, куда деться!

– Надеюсь, они все-таки сопровождали тебя сюда?

В голосе Магнуса отчетливо прозвучали тревожные нотки, что не осталось незамеченным тетушкой Рокси. Она подняла голову и с очевидным неудовольствием произнесла:

– Магнус, дорогой! Перестань же наконец себя терзать! Честное слово, Роберт уже взрослый мужчина и, насколько я понимаю, отнюдь не стремится преждевременно отправиться в мир иной. Умоляю тебя, позволь ему распоряжаться собой по своему усмотрению!

– Леди Роксанна дает мудрый совет, отец, – подал голос Роберт. – Советую тебе им воспользоваться.

– Очень рада это слышать, Роберт! – благодарно улыбнулась тетушка Рокси. – Тем более, дорогой, что у меня есть кое-какие советы и для тебя.

– Например? – с тревогой в голосе спросил маркиз, испугавшись, что тетушке каким-то образом стало известно, что он уже успел соблазнить ее старшую племянницу.

– Я наслушалась всяких россказней о твоем умении очаровывать женщин. Но нельзя же всю жизнь слепо идти на поводу у желаний, особенно плотских! Неудивительно, что Анджелика столь прохладно отнеслась к твоему предложению выйти за тебя замуж!

– Разве ты делал ей предложение? – удивленно поднял брови Магнус и с некоторым беспокойством посмотрел на сына.

– Делал. Но Анджелика мне отказала.

– Что ж, видимо, тебе действительно имеет смысл прислушаться к совету Роксанны и перестать быть ветреным.

– Дорогой ты мой! – вздохнула тетушка Рокси. – Имей в виду, чтобы соблазнить ангела, надо сначала очень тщательно обдумать не только каждый свой шаг или поступок, но и сказанное слово. К тому же – что самое главное – ты должен выработать для себя очень разумную и четкую стратегию. А в этом отношении тебе повезло, ибо твоя родная тетушка имеет немалый опыт в амурных делах и желает тебе помочь.

Роберт с нескрываемой обидой посмотрел на Рокси:

– Мне не нужна ничья помощь, когда дело касается женщин!

– Но мы говорим не о женщинах вообще, а конкретно о моей старшей племяннице Анджелике! И если ты передумаешь и… Ах, вот и они, мои очаровательные девочки, все вместе!

Роберт быстро обернулся и увидел трех сестер Дуглас, входивших в гостиную. Каждая из них была одета в полном соответствии со своей внешностью, с учетом требований бытовавшей в то время светской моды, но без излишней броскости и безвкусной роскоши.

– Никогда еще не встречал столь красивых и очаровательных молодых женщин, – улыбнулся он, не в силах удержаться от комплимента всем троим.

– Спасибо, милорд, за столь приятные слова! – столь же приветливо улыбнулась Анджелика.

– Так вы позволите все же мне сопровождать вас на этот бал? – спросил Роберт. – Уверяю, что все остальные тут же последуют за нами!

Анджелика величаво наклонила голову в знак согласия:

– Да, милорд. Я разрешаю вам сопровождать меня.

– Что же касается меня, – включился в светский диалог Магнус, – то я могу считать себя самым счастливым мужчиной на земле. Ведь мне выпало совершенно несравненное счастье появиться на балу в окружении сразу трех красавиц! Ну что, едем?

– Едем! – ответил за всех Роберт.

– Милые девочки! – напутствовала сестер тетушка Рокси. – Имейте в виду, что среди гостей на балу всегда бывают не только ваши почитатели, но и недоброжелатели, уж не считая завистников и завистниц, которые будут следить за каждым вашим шагом и пережевывать даже мельчайший промах. Поэтому будьте очень осторожны, сдержанны и осмотрительны. В первую очередь прошу вас не танцевать более двух раз с одним и тем же кавалером моложе пятидесяти лет. Кстати, лорд Инверари, к таковым относитесь и вы!

– Роксанна, мне уже стукнуло пятьдесят пять! – ухмыльнулся герцог. – И это вам, дорогая моя, очень даже хорошо известно!

– Неужели? – воскликнула тетушка Рокси, театрально всплеснув руками. – При вашей совершенно юношеской энергии и поистине сногсшибательной внешности в это просто нельзя поверить!..

На улице Роберт галантно помог Анджелике подняться на заднее сиденье экипажа и сам тут же устроился рядом.

– Как ваше плечо? – поинтересовалась Анджелика.

– Значительно лучше. И вообще я прекрасно себя чувствую! Не сомневаюсь, что сумею легко расправиться с Дринкуотсром или Мейхью, оставив их без гроша в кармане.

– А где ваши телохранители?

– Я их прогнал.

– И уверены, что поступили правильно?

– Черт побери, не могу же я провести ближайшие сорок лет дома дрожа от страха! И при этом находиться лишь в скучнейшем обществе собственного родителя и нанятых им сторожевых псов. – Роберт улыбнулся и нежно посмотрел на Анджелику: – Я так счастлив вас снова видеть!

– А что вы делали в последние дни?

– Да так… Ничего особенного… Старался отвлечься от грустных мыслей. Занимался то тем, то другим…

Экипаж остановился. Роберт соскочил на землю и подал руку Анджелике, которая печально смотрела на дом, в который предстояло войти.

– Что случилось? – спросил Роберт.

– Ничего. Просто этот дом когда-то принадлежал моим родителям. Я прожила в нем до восьми лет.

– Извините, мой ангел, я этого не знал. Вы все еще хотели бы туда войти?

– Почему бы и нет? Мне просто досадно, что теперь здесь живут другие люди. Тем более Эмерсоны!

– Доверьтесь мне, милая! Уверен, что придет день, когда семья Дуглас вновь поселится здесь.

Тем временем к ним подошли Саманта, Виктория, герцог и тетушка Рокси.

– Посмотрите, девочки, – обратилась Анджелика к сестрам, – мы жили в этом доме, пока наш отец не разорился.

– Боже, с каким наслаждением я перерезала бы горло этому грязному ублюдку Эмерсону! – злобно процедила сквозь зубы Виктория..

Тетушка Рокси с осуждением посмотрела на нее:

– Следи за собой, Виктория! Светские леди не должны употреблять подобных выражений. Это неприлично!

Магнус демонстративно прокашлялся и сделал приглашающий жест:

– Прошу!

Он первым поднялся на крыльцо. Тетушка Рокси с племянницами и Робертом последовали за ним. Перед самой дверью Анджелика прислонилась к плечу маркиза и шепнула ему на ухо:

– Ради Бога, успокойтесь, Роберт. У вас руки дрожат от волнения. Обещаю, что сегодня вечером Эмерсонам абсолютно ничто не угрожает.

Они вошли в дом и поднялись по парадной лестнице на второй этаж. Чарлз Эмерсон и его сын Александр встречали гостей на верхних ступеньках. За ними выстроилась длинная шеренга родственников. Из открытых дверей танцевального зала доносились звуки музыки. Там играл специально приглашенный оркестр.

– Герцог Инверари, маркиз Аргайлл и графиня Мелроуз! – торжественно объявил дворецкий.

Пока герцог и тетушка Рокси здоровались с Эмерсонами и их родственниками, Роберт тихо сказал Анджелике:

– Вы тоже держитесь спокойно. Улыбайтесь всем как можно приветливее. И помните, что первый танец танцуете со мной.

Как только оркестр заиграл вальс, Роберт склонил перед Анджеликой голову, приглашая на танец. А тетушка Рокси вновь стала давать своим младшим племянницам наставления о том, как себя вести, как танцевать и как кокетничать с кавалерами.

Танцевать с Робертом Анджелике было так же легко и свободно, как дышать. Сам же Рой Кэмпбелл представлялся ей чуть ли не Люцифером, бесшумно и изящно скользившим по дорогому паркетному полу, почти не касаясь его. Как будто это был действительно дух, а не существо из плоти и крови. Его загадочная улыбка заставляла задуматься о том, что стоит за ней – душевное тепло, сердечное благородство или же адская злоба, готовая испепелить всех и вся вокруг.

Как раз в этот момент они поравнялись с тетушкой Рокси и ее двумя младшими племянницами.

– Не сомневаюсь, что ваши юные сестренки сразу же получат на этом балу не одну дюжину приглашений на танец от самых блестящих кавалеров, – проговорил Роберт, прижимая Анджелику к груди. – Кстати, Саманта по красоте и очарованию почти не уступает вам. Впрочем, удивляться тут нечему, ведь вы с ней родные сестры! Надеюсь, она танцует?

– Саманта застенчива и после ушиба ноги немного прихрамывает. Все же вы думаете, что у нее есть сегодня шансы потанцевать?

– Конечно! Ее непременно кто-нибудь пригласит. Но, извините, очередь гостей, желающих поприветствовать хозяев дома, значительно сократилась. Может быть, и нам надлежит исполнить этот ритуал?

– Ритуал уважения к Эмерсонам? Что ж, можно. Но я не в силах заставить себя уважать в. се это семейство. Особенно – его главу!

– И тем не менее пойдемте!

– Пойдемте.

Когда они, выстояв несколько минут в очереди гостей, подошли к Чарлзу Эмерсону, тот немедленно отпустил комплимент Анджелике:

– Леди, вы сегодня просто неотразимы!

– Я всегда такая, милорд, – ответила она, вовсе не смутившись и изобразив на лице лучезарную улыбку. – Но все же благодарю за теплые слова. И за то, что были так добры пригласить меня на бал.

– Мне приятно видеть вас у себя! – ответил Эмерсон с легким поклоном.

– Не возражаете, если чуть позже мы встретимся за игорным столом? – с почти открытым вызовом спросила Анджелика.

По сузившимся глазам Эмерсона она поняла, что до того уже дошли слухи о неудаче Тримбла при игре в кости.

– Извините, миледи, но сегодня я исполняю обязанности гостеприимного хозяина. Когда-нибудь в другой раз.

– С нетерпением буду ждать! – улыбнулась Анджелика.

Когда они снова вошли в танцевальный зал, Роберт нагнулся к уху спутницы и прошептал:

– Вы не встретитесь с Эмерсоном за игорным столом! Слова, сказанные шепотом, прозвучали приказом.

Этого Анджелика не могла вытерпеть. В ее глазах зажглись злые огоньки.

– Знаете, займитесь-ка лучше Тримблом, Дринкуотером и Мейхью, – фыркнула она. – А Эмерсона я возьму на себя!

– Я вам запрещаю!

– Ваших приказов я исполнять не намерена!

– Это мы еще увидим!

– Черт побери, увидим!

Роберт, казалось, пропустил мимо ушей последнюю реплику и тут же подошел к Саманте.

– Смею ли я пригласить вас на следующий танец? – Он склонил голову перед залившейся румянцем девушкой.

Ощущение какого-то непонятного страха, охватившее Саманту с того момента, когда она переступила порог дома Эмерсонов, сразу же исчезло. Девушка посмотрела на Роберта и счастливо улыбнулась:

– Конечно, смеете! Но нельзя ли сделать это чуточку позже? Я еще не пришла в себя от всей этой обстановки.

– Я вас отлично понимаю!

– Тогда с вами буду танцевать я! – воскликнула Виктория и выжидающе посмотрела на Роберта.

Но тут же услышала за своей спиной назидательный голос тетушки Рокси:

– Женщины не приглашают мужчин на танец.

– Но я сам только что хотел пригласить мисс Викторию на следующий тур вальса.

Он взял девушку за руку и вывел на середину зала.

После Роберта с Викторией танцевал Александр Эмерсон. Анджелика же в это время вальсировала с Джеймсом Армстронгом, а затем – с Адамом Сент-Обином, который и вернул ее Роберту после окончания танца.

– Почему с вами отказалась танцевать Саманта? – спросила Анджелика.

– Саманта должна немного успокоиться. И когда придет в себя, то станет танцевать со мной.

В эту минуту в зал вошла Венеция в сопровождении высокого, смуглого и очень красивого джентльмена. Подойдя к Анджелике, она сказала:

– Я привела с собой принца Рудольфа. Ведь вы с ним старые друзья и, конечно, будете рады этой встрече!

Анджелика в первый момент была просто шокирована столь неожиданным нападением. Но тут же взяла себя в руки, поняв, что единственным выходом из столь пикантной и опасной ситуации может быть продолжение начатой игры. Поэтому она приветливо улыбнулась принцу:

– Ваше высочество, вот мы и снова встретились!

– Боже мой, какое формальное приветствие для старых друзей! – ответил принц, моментально угадавший, что Анджелика ведет какую-то интригу и предлагает ему в ней участвовать.

– Ну что вы, Руди! – продолжала щебетать Анджелика. – О какой формальности может идти речь?! Ведь я действительно очень счастлива снова вас увидеть! Вы, конечно, помните моих милых сестер – Саманту и Викторию?

– Вы же отлично понимаете, что забыть таких очаровательных девушек просто невозможно! – продолжал подыгрывать принц. При этом Рудольф посмотрел на Саманту с таким восхищением, что та покраснела.

Венеция же явно чувствовала себя не в своей тарелке. Помолчав, она повернулась к Роберту:

– Разве у вас нет желания пригласить меня на танец?

– Боже мой, конечно! Танцевать с вами – одно удовольствие!

Анджелика подождала, пока Роберт и Венеция не закружились в очередном туре вальса, после чего обратилась к принцу Рудольфу:

– Спасибо, ваше высочество, за то, что поддержали мою легенду.

– А чем была вызвана эта маленькая ложь? – с хитрой улыбкой спросил принц.

Анджелика густо покраснела и смущенно ответила:

– Видите ли, я солгала Венеции, будто бы еще на континенте отклонила ваше предложение руки и сердца.

Принц, вместо того чтобы рассердиться, неожиданно громко рассмеялся:

– И тем самым, конечно, навсегда разбили мое сердце и сделали несчастнейшим человеком на земле?

– Опустошила вашу душу.

Теперь они оба расхохотались, после чего Рудольф, подмигнув Анджелике, пообещал:

– Я буду свято хранить ваш секрет. Будьте уверены! – И вдруг совершенно неожиданно повернулся к Саманте: – Миледи, не согласились бы вы оказать мне честь и подарить один танец?

Саманта вспыхнула, с удивлением посмотрела на принца и смущенно пробормотала:

– Ваше высочество! Я… я… недавно сильно ушибла коленку и до сих пор немного прихрамываю.

– Нога болит?

– Нет.

– Тогда пойдемте танцевать! – И Рудольф подал девушке руку. Саманта вложила свою ладонь в его, и они включились в общий танец…

– Я пока немного отдохну в зале, – крикнула Анджелика вслед Саманте и направилась к выходу.

– А я останусь здесь, – подхватила Виктория. – Вдруг Александр пригласит меня!

– Но не танцуй более двух раз с одним и тем же кавалером, – напомнила сестра наставления тетушки Рокси. – Особенно опасайся Эмерсона!

Оставшись одна в уютном холле, Анджелика задумалась о своих младших сестрах. То, что Саманта оказалась способной ученицей старшей сестры и сейчас танцевала, не было большим чудом. Но все же Анджелика испытывала за это чувство благодарности к принцу Рудольфу. Теперь оставалось только обучить Викторию математике! И тогда Анджелика могла бы считать свой долг перед младшими сестренками почти исполненным…

– Вы расстроены тем, что принц вальсирует с Самантой? – неожиданно раздался у нее над ухом знакомый женский голос.

Анджелика подняла голову и увидела перед собой Венецию.

– Вовсе нет!

– Отец обещал мне, что вы никогда не станете матерью наследника состояния Кэмпбеллов. А он всегда держит данное слово!

Анджелика не верила своим ушам.

– Ваш отец не может воздействовать на меня или Роберта, а тем более решать, кому с кем вступать в брак, – ледяным тоном ответила она.

– Так или иначе, но Роберт никогда не женится на вас! – убежденно настаивала та.

Анджелике было трудно противостоять столь наглому напору. Но все же она нашла в себе силы ответить:

– Он уже сделал мне предложение.

Венеция побелела. Выдержав паузу, она прошипела, дрожа от злобы:

– Вы не знаете Роберта. А я многое могла бы рассказать вам об этом человеке. Ведь его первая жена приходилась мне родной сестрой. Луиза покончила с собой, узнав, что Роберт содержит любовницу, которая от него беременна.

Анджелику как будто ударили кулаком в солнечное сплетение. Она отступила на два шага и в ужасе посмотрела в лицо Венеции. Нет, такого просто не могло быть! Роберт, конечно, не мог довести женщину до самоубийства! Тем более ждавшую от него ребенка!

– Я не верю вам! – прошептала она.

– Тогда спросите у него самого. Его любовницей была Люсиль Дюбуа. И она родила ему дочь…

Глава 12

«Отец Дейзи – очень важный человек. И он вряд ли смог бы проспать даже одну ночь в этой хибаре! И уж конечно, не разрешил бы остаться здесь своей жене и дочери!»

Анджелика вспомнила эти слова Люсиль Дюбуа и бессильно опустилась на стул. Оказывается, Люсиль имела непосредственное отношение к Роберту Кэмпбеллу – маркизу Аргайллу!

Посмотрев на себя в зеркало, висевшее на противоположной стене, Анджелика с удивлением увидела, что ее лицо стало бледным, как свежий снег, а руки дрожали.

– Я извиняюсь за то, что так расстроила вас, – сказала ей Венеция. – Конечно, вы отлично знаете, что каждый светский человек, джентльмен, непременно содержит любовницу. И что следствием подобных незаконных связей являются рожденные вне брака дети. В обществе их называют ублюдками.

Анджелика вздрогнула. Дейзи Дюбуа была очаровательным ребенком, а не каким-то ублюдком, как презрительно отозвалась о ней Венеция Эмерсон.

– Прошу вас, уйдите! – сказала Анджелика, едва сдерживаясь, чтобы не наговорить чего-нибудь очень оскорбительного.

– Я только хотела предупредить вас о том, что…

– Говорю вам, убирайтесь отсюда! – в негодовании выкрикнула Анджелика, теряя терпение.

Венеция замолкла и поспешно ретировалась обратно в танцевальный зал.

Анджелика вспомнила красные рубцы на руках девочки и подумала, каким же равнодушным отцом был Роберт Рой Кэмпбелл! Неужели он одобрял столь варварское отношение Люсиль к своему единственному ребенку? Даже если он не намеревался когда-нибудь ввести незаконную дочь в светское общество.

«Опасайся Венеции! – вспомнила она предупреждение тетушки Рокси. – Помни, что она принадлежит к семейству Эмерсон, а потому не достойна доверия».

Действительно, эта женщина была из клана Эмерсонов, а потому всегда поступала и говорила так, как хотела. Возможно, сегодня она и солгала, чтобы вбить клин между Анджеликой и Робертом.

Анджелика поднялась со стула, пощипала щеки, чтобы они зарумянились, и пошла искать маркиза. Ей не терпелось услышать от него правду. Вернувшись в зал, она увидела, что Виктория танцует с Александром Эмерсоном, а Саманта – с принцем Рудольфом. Тут же около Анджелики возник Роберт.

– Я вас искал.

Анджелика посмотрела на него настороженным взглядом:

– Сколько раз мои сестры танцевали с этими молодыми людьми?

– Право, я не считал!

– Но светское общество, наверное, уже сосчитало!

– Да будь оно проклято, это светское общество! Пусть развлекаются как умеют!

Анджелика вскинула бровь и насмешливо произнесла:

– Вы говорите как человек, которому всегда обеспечено место в высшем свете независимо от того, как он себя ведет.

– Я только что хотел последовать за Дринкуотером и Мейхью в игорный зал, когда…

– Забудьте про игорный зал. Я хотела бы поговорить с вами наедине об одном деле исключительной важности.

– Тогда выйдем в сад. Там уже прогуливается несколько пар, но они нам, надеюсь, не помешают.

Прогуливаясь по длинной, обсаженной по бокам фруктовыми деревьями аллее на некотором расстоянии от гуляющих, спутники остановились около огромной клумбы душистых алых роз.

– Итак, о чем вы хотели со мной поговорить? Я надеюсь, у вас не случилось чего-либо более важного и неотложного, нежели месть обидчикам отца?

– Скажите, Роберт, это правда, что ваша жена покончила жизнь самоубийством?

Маркиз побледнел:

– Кто вам об этом сказал?

– Не важно. Итак, ваша покойная жена…

– Это не ваше дело, – грубо прервал Анджелику Роберт.

– Но мне очень нужно знать!

– Зачем?

Анджелика не могла объяснить зачем. Прямо спросить, не бросил ли он свою беременную жену, для того чтобы сойтись с другой женщиной, она не решалась.

– Скажите мне, действительно ли Люсиль Дюбуа – ваша любовница или была таковой? – наконец вымолвила она.

– Кто вам это нашептал?

– Господи, да ответьте же на мой вопрос! Какое имеет значение, нашептал мне кто-то все это или нет? Скажите, правда ли, что Люсиль – ваша любовница?

Роберт долго смотрел Анджелике в глаза, потом процедил сквозь зубы:

– Не сомневаюсь, что все это наговорила вам Венеция.

– Черт побери, ответите вы наконец на мой вопрос или нет? Люсиль Дюбуа – ваша любовница?

– Ну, хватит! Я уже довольно наслушался всякого бреда! Скажите лучше, собираетесь ли вы вернуться в танцевальный зал?

– Только после того, как получу от вас ответ на свой вопрос!

Роберт снова долго молчал, потом подошел к Анджелике вплотную и тихо сказал:

– Люсиль Дюбуа действительно была моей любовницей. Но с тех пор прошло уже несколько лет. Сейчас нас ничто не связывает. Вы удовлетворены?

– Дейзи – ваша дочь?

– Кто?!

Этот вопрос донельзя удивил Анджелику. Роберт задал его таким тоном, будто впервые слышал имя девочки.

– Вы спрашиваете, кто это? Дейзи – дочь Люсиль.

Роберт облегченно вздохнул. А его следующие слова сразили Анджелику наповал:

– Да, этот ребенок родился от меня. Но больше я не имею к девочке никакого отношения. Даже никогда ее не видел!

– Что?! Никогда не видели свою родную дочь?! – в ужасе воскликнула Анджелика, на шаг отступив от Роберта.

– Конечно, я несу ответственность за свои неразумные поступки и помогаю этому ребенку.

Анджелика кипела гневом. Значит, это несчастное дитя не только терпит оскорбления и побои от матери, но и фактически отвергнуто родным отцом!

– Дейзи Дюбуа – не плод вашего неразумного поведения, Роберт! – проговорила, задыхаясь от возмущения, Анджелика. – Это очаровательное, доверчивое и любящее создание!

Глаза Роберта превратились в две узенькие щелки.

– Откуда вы знаете о дочери Люсиль Дюбуа? – с усилием выдавил он.

«Он называет девочку «дочерью Люсиль», – отметила Анджелика. – Сам же пытается откреститься от собственного ребенка! От живого существа, являющегося плотью от плоти его!»

– Люсиль Дюбуа – одна из клиенток моей тети, – объяснила Анджелика. – И как-то раз она привела с собой девочку. Тогда я ее и увидела.

Роберт, видимо, посчитал это объяснение правдоподобным и поспешил закончить столь неприятный для себя разговор:

– Что ж, вроде бы мы все выяснили и можем вернуться в танцевальный зал. Не так ли?

– Мы ничего не выяснили! – холодно сказала Анджелика. – Люсиль издевается над Дейзи. Бедная девчушка вся покрыта царапинами и синяками.

Она заметила, как при этих словах Роберт сжал губы, что всегда было у него признаком крайней степени раздражения. Но отступать она не собиралась.

– Хорошо! Что вы теперь намерены предпринять? – спросила она, бросив на маркиза негодующий взгляд.

– Что я намерен предпринять? Со следующим чеком пошлю Люсиль записку.

– Боже мой! Я спрашиваю о том, как вы собираетесь оградить свою дочь от побоев и оскорблений. И что слышу в ответ? То, что вы соизволите вместе с очередным чеком послать записку своей бывшей, а может быть, и реально существующей любовнице! И это все?! Какой же вы отец! Еще хотите, чтобы я вышла за вас замуж? Да ни за какие деньги я не стану вашей женой!

Роберт стиснул челюсти и прошипел: – Перестаньте кричать! Иначе все, кто прогуливается по соседней аллее, обратят на нас внимание и разнесут по всему дому сплетню о колоссальном скандале, который мы с вами устроили в саду! Тогда уж, будьте уверены, вы будете просто вынуждены выйти за меня!

– Мне наплевать на сплетни и скандалы! – запальчиво отреагировала Анджелика, но все же перешла на шепот: – Коль скоро вы отказываетесь помочь собственной маленькой дочери, я постараюсь сама сделать все возможное, чтобы избавить Дейзи от этой ужасной женщины.

– Лучше не вмешивайтесь, Анджелика! – предупредил Роберт.

– Я уже говорила, что никаких приказов от вас не признаю. Я – графиня Мелроуз и поступаю так, как считаю нужным!

Роберт схватил ее за руку и твердым тоном сказал:

– Пойдемте!

– Неужели вы серьезно думаете, что я с вами куда-нибудь пойду? – воскликнула Анджелика, вырывая руку. – Я хочу домой! И не смейте меня удерживать!

Она повернулась и быстрым шагом направилась к выходу из сада. Но Роберт тут же догнал ее:

– Будьте же благоразумной!

Она не отвечала и только ускорила шаг.

– Поймите же, что ваше поведение просто предосудительно!

Анджелика на мгновение остановилась перед калиткой, за которой начиналась дорожка к главному входу в дом Эмерсонов, открыла ее и побежала дальше, туда, где стояли экипажи.

Вдруг она увидела всадника, подъезжавшего к дому Эмерсонов с противоположной стороны. В следующий момент он поравнялся с горевшим у подъезда фонарем. Бледный луч упал на него и высветил блестевший в руке пистолет. Неизвестный в кого-то целился. И этот «кто-то» должен был находиться за спиной Анджелики.

«Роберт! – пронеслось в ее мозгу. – Он хочет убить Роберта!»

Реакция Анджелики была мгновенной. Она выхватила кинжал, который теперь всегда носила в кармашке платья, и изо всей силы метнула его в незнакомца. Тот громко вскрикнул, пистолет в его руке дрогнул и выстрелил. Сам же всадник медленно сполз с седла и упал на дорогу.

Отдыхавшие поблизости возницы экипажей с тревожными криками бросились к месту происшествия. Через несколько минут все гости Эмерсонов выбежали из дома и окружили лежавший на дороге труп, из груди которого торчала рукоятка кинжала.

– Какой потрясающий бросок кинжала! – прошептал Адам.

– И какая точность! – добавил Джеймс. – Право, Роберт, я и не мог себе представить, что вы столь искусно владеете этим приемом!

– Роберт тут ни при чем, – призналась Анджелика. – Кинжал метнула я.

– К сожалению, теперь мы не можем ничего узнать от несостоявшегося убийцы, – со злобой проговорил маркиз.

Анджелика резко повернула к нему голову:

– И это вся благодарность за спасение?

– Не женское дело уби…

– Замолчите! – с презрением прервала его Анджелика.

– Я же говорил тебе, что нельзя выходить из дома без телохранителей, – упрекнул сына Магнус.

– Могу я воспользоваться платком вашей светлости? – попросила Анджелика герцога.

Магнус молча протянул ей шелковый носовой платок. Анджелика выдернула кинжал из груди убитого и, обтерев лезвие, бросила платок на траву.

Подняв голову, она прочитала на лицах гостей Эмерсонов, окруживших тело убитого, выражение шока. Она встала и, не глядя на Роберта, направилась к стоявшим неподалеку экипажам, возле которых сгрудились, тесно прижавшись друг к другу, сестры, тетушка Рокси и другие женщины.

Когда Анджелика проходила мимо принца Рудольфа, тот тихо произнес:

– Здорово сработано, графиня!

Она сделала вид, что не расслышала этих слов, и остановилась перед Александром Эмерсоном.

– В следующий раз, когда задумаете кого-то убивать, найдите более искусного исполнителя, – процедила она сквозь зубы.

– О чем вы говорите? – всполошился Александр. – Я думал, что этот человек пытался убить как раз меня!

– То есть вы не имели никакого отношения к этой попытке убийства?

– Что вы! Конечно, нет!

По выражению его глаз Анджелика поняла, что Александр говорит правду. С другой стороны, Александр принадлежал к семейству Эмерсон, у которых ложь была в крови…

– Разве вас когда-нибудь пытались убить? – спросила она.

– По меньшей мере дважды, – утвердительно кивнул Александр.

– Сомневаюсь! – пожала плечами Анджелика и пошла к экипажу, размышляя над тем, кому могла понадобиться смерть Роберта и Александра. – Тетушка Рокси, – прошептала она, подойдя к своим, – мне плохо после всего происшедшего. Поедемте скорее домой!

– Конечно, конечно, милая! – засуетилась тетушка. – Надеюсь, нам удастся погасить все сплетни, которые теперь непременно поползут по городу!

Анджелика с удивлением посмотрела на нее:

– Почему вы в этом так уверены?

– Неужели ты сама не понимаешь? Часто ли женщины носят у себя в карманах кинжалы и убивают мужчин, как бы те перед ними ни провинились?

– Вы говорите примерно так же, как тот безумный маркиз!

– Я не более безумен, чем вы! – раздался голос Роберта из-за спины Анджелики. – Я хочу поблагода…

– Не приближайтесь ко мне, гнусная свинья! Анджелика поднялась в экипаж и уселась на заднем сиденье. И когда карета тронулась, чуть слышно сказала Магнусу:

– Кто-то пытался убить Александра Эмерсона.

– Это меня не касается! – ответил тот.

– А должно бы касаться! Покушения, в том числе и на вашего сына, могут оказаться не случайными!

– Пожалуй, вы правы! Я проведу тщательное расследование обоих случаев…

Наутро Анджелика сидела в своей спальне и перебирала струны арфы.

Кто же все-гаки заинтересован в смерти Александра и Роберта? Эта мысль не выходила у нее из головы. А внутренний голос твердил другое: «Ты же знаешь, что любишь Роберта!»

Анджелика попыталась заглушить этот голос, но тщетно.

В дверь постучали.

– Войдите! – нехотя ответила она.

– Войдите! – повторил Джаспер.

Дверь открылась, и в комнате появились сестры.

– Как ты думаешь, кто пытался убить Роберта? – спросила Саманта.

– И Александра Эмерсона? – добавила Виктория.

– Не знаю, – раздраженно ответила Анджелика. – Кстати, Виктория, почему вчера ты несколько раз танцевала с Александром? Или ты забыла, что он из семейства Эмерсон?

– Мне он совсем не показался бандитом! – надула губки Виктория. – Кроме того, почему ты не заметила, что Саманта танцевала с принцем Рудольфом?

– Ты права. Саманта тоже не должна была так часто принимать приглашения принца. Боюсь, что тетушка Рокси будет очень недовольна нашим поведением.

– Откровенно говоря, – вздохнула Саманта, – мне уже стало скучно в доме герцога Инверари.

– Но вчерашний вечер тебе, видимо, не показался очень уж скучным! – съехидничала Виктория.

– Мы потеряли свободу, радости и развлечения, – грустно сказала Саманта, пропустив мимо ушей выпад младшей сестры.

– Вам не хватает развлечений? – улыбнулась Анджелика. – Что ж, должна признаться, что тоже все время скучаю. – Она сделала паузу, после чего, пересилив себя, промолвила: – Вы, верно, знаете, что Люсиль Дюбуа постоянно обижает свою маленькую дочку Дейзи. Должна открыть вам секрет: эта девчушка – дочка Роберта.

– Что?! – в один голос воскликнули сестры.

– Да. Меня это тоже удивило. Причем Роберт ни разу не видел Дейзи. И даже не желает ее видеть. Поэтому я хочу выкрасть девочку, чтобы она стала жить с нами.

– Герцог разрешит тебе это сделать?

– Я заставлю его это сделать. Ведь его светлость, считая себя близким другом нашего отца, так и не помог ему в трудные дни жизни. Вот я и хочу воспользоваться этим, для того чтобы позволить себе поступать так, как считаю нужным.

– Но мы же не знаем, где живет Люсиль, – вздохнула Виктория.

– С добрым утром, мои красотки! – раздался с порога голос тетушки Рокси.

Она вошла в комнату и плотно закрыла за собой дверь.

– Красотки! – повторил за ней Джаспер.

– Привет, наша прекрасная, милая птичка! – поприветствовала тетушка попугая, после чего повернулась к племянницам: – Я же говорила вам, Саманта и Виктория, чтобы вы не танцевали больше двух танцев с одним и тем же кавалером! И все напрасно! А ты, Анджелика, что себе позволила? Разве дело женщины казнить кого-то, даже если он и заслуживал смерти за попытку убить нашего дорогого маркиза? Сегодня у нас, видимо, будет немало желающих узнать подробности твоей вчерашней выходки. Но я уже приказала Тинкеру никого не принимать!

– Почему? – Виктория вытаращила глаза.

– Недостижимое всегда особенно желаемо. Впрочем, я совсем забыла, что ты еще совсем ребенок и тебе многому надо учиться!

– Дейзи Дюбуа – дочь Роберта, – неожиданно выпалила Анджелика.

– Боже мой, да я это уже давно знаю! – пожала плечами тетушка Рокси.

– А почему ничего мне не сказали?

– Но ты же никогда не спрашивала!

– Я уже говорила Роберту о том, что Люсиль издевается над дочерью. Но он никак на это не отреагировал. Поэтому я решила выкрасть Дейзи у Люсиль и оставить жить с нами. Но никто не знает, где живет Дюбуа!

– Я знаю. И уже составила план. Анджелика удивленно взглянула на тетю:

– Вы не думаете, что Роберт очень разозлится?

– Разозлится? Да он будет в бешенстве! – И тетушка Рокси подарила племяннице одну из своих самых очаровательных улыбок…

Когда стрелки часов подошли к трем, Анджелика заперла попугая в клетке и поспешила вниз, где ее ждали сестры и тетушка Рокси.

– Посмотри, какой мы стали пользоваться популярностью! – ухмыльнулась Рокси, показывая взглядом на обеденный стол.

Анджелика не могла скрыть удивления. По всей окружности стола были разложены визитные карточки известнейших лиц города. А сервирован он был хрустальными вазами, большими блюдами, дорогими бокалами, рюмками и кувшинами из китайского фарфора. Ножи, ложки и вилки блестели серебром.

– Насколько я понимаю, наше близкое знакомство с его светлостью заставило светское общество принять нас в свои ряды! – воскликнула Анджелика.

– Не только это! – хитро улыбнулась тетушка. – Не забывай себя и твоих очаровательных сестричек. Вы трое тоже немало способствовали признанию нашей семьи светом. Тинкер, – обернулась она к дворецкому, – скажите его светлости…

– Лучше скажите ему сами! – раздался голос герцога откуда-то сверху.

Все посмотрели в сторону лестницы и увидели спускавшихся по ней в фойе Магнуса, Роберта, Джеймса Армстронга и Адама Сент-Обина.

– Я с девочками собираюсь прокатиться в экипаже, – сказала Рокси герцогу.

– Куда? – поинтересовался Роберт.

– Куда-нибудь. Это не имеет никакого значения! К чаю мы обязательно вернемся. Или даже раньше.

– Приятной прогулки, – напутствовал герцог. – Но только не забудьте оставить Тинкеру свои визитные карточки.

– Ангел мой, – шепнул Роберт Анджелике, – мне очень нужно с вами поговорить!

Она ничего не ответила и повернулась к нему спиной.

Выйдя во двор и подозвав экипаж, тетушка Рокси дождалась, пока племянницы усядутся, и приказала вознице:

– На Портленд-плейс!

– Что вы все-таки задумали, тетушка Рокси? – спросила Анджелика.

– Когда мы подъедем к дому Люсиль, ты вместе с сестрами пойдешь как бы прогуляться по парку в сторону центра города. После того как я войду в дом, вы все вернетесь и спрячетесь в саду недалеко от калитки. Я скажу Люсиль, что сегодня звезды настаивают, чтобы Дейзи подождала на улице, пока мы не закончим один очень важный разговор.

– А что, если Люсиль просто отошлет Дейзи в другую комнату? – поинтересовалась Виктория.

– Поверь мне, милая, что Люсиль в точности исполнит то, что приказывают ей звезды.

– Очень важный разговор между вами действительно должен оказаться таковым, тетушка Рокси. О чем вы хотите с ней говорить?

– Ну, скажем, о том, что некто попытался убить Роберта. Ведь если он умрет, то денежная помощь, которую Люсиль получает на содержание дочери, тут же прекратится.

– Я не могу себе представить ничего более серьезного, чем прекращение денежной помощи! – сказала Саманта.

Слова тетушки Рокси напомнили Анджелике о том, что кто-то уже дважды пытался убить человека, которого она любила. До этой минуты она считала Александра Эмерсона наиболее вероятным организатором покушений на Роберта. Но сейчас, когда выяснилось, что и на жизнь самого Александра покушались, ей пришлось подумать о том, чтобы пересмотреть создавшуюся ситуацию. Более того, намерение разорить Дринкуотера и Мейхью теперь оказалось под вопросом.

– Анджелика, ты себя нормально чувствуешь? – спросила тетушка Рокси, заметив, как помрачнело лицо старшей племянницы.

– Все вроде бы в порядке. Просто нервы… Тетушка Рокси положила ладонь на лоб Анджелики:

– Э-э, да у тебя жар! Правда, не очень сильный. Думаю, что это от волнения. Так бывает!

Через пятнадцать минут экипаж остановился у дверей дома Дюбуа. Сестры спрыгнули на землю и помогли спуститься тетушке Рокси.

– Знаете, не надо гулять по парку, – сказала она. – Лучше сразу же спрячьтесь в саду. А пока – быстро за угол дома. Скорее, пока вас никто не видел!

Рокси поднялась по ступенькам и постучалась в дверь. Она тотчас же открылась, и на пороге возникла Люсиль Дюбуа.

– Ах, мадам Роксанна! – всплеснула она руками. – А я только что собиралась ехать к вам!

– Как видите, я сама к вам пожаловала. Нам надо поговорить о крайне важном деле.

– Прошу вас, входите!

Дверь за Рокси закрылась. Анджелика подождала несколько секунд и повернулась к сестрам:

– Она вошла.

Девушки стайкой выпорхнули в сад и притаились за кустами. Вскоре на крыльце появилась Дейзи в сопровождении пожилой женщины.

– Вместе с ней – няня! – прошептала Саманта. – Как нам быть?

– Мы возьмем няню с собой, – также шепотом ответила Анджелика.

– А если она закричит? – чуть слышно произнесла Виктория.

– Я пригрожу ей кинжалом.

– А Дейзи не испугается?

Анджелика задумалась. Потом опустила кинжал в кармашек и шепнула сестрам:

– Ждите здесь, а я подойду к ним. Девочка меня знает, любит и с радостью бросится навстречу. А няня, увидев это, кричать не станет.

Анджелика вышла из-за кустов и ласково позвала:

– Дейзи, здравствуй! Вот я и приехала поиграть с тобой!

– Леди Анджелика! – радостно воскликнула малышка и бросилась ей навстречу. – А вы привезли с собой Джаспера?

– Нет, дорогая, Джаспер остался дома. Но зато к тебе приехали мои сестренки – Саманта и Виктория.

И она сделала знак сестрам, которые тут же выскочили из-за угла и подбежали к Дейзи.

– Почему вы спрятались? – с подозрением спросила их няня.

– Мы не хотели вас пугать подобным нашествием, – улыбнулась Анджелика. – А наша тетушка Рокси уже разговаривает с Люсиль в гостиной.

– Это леди Аллегра, – сказала Дейзи, показывая Анджелике большую куклу, которую держала в руках. – Папа прислал ее мне. Но я хотела бы, чтобы он привез ее сам…

– Леди Аллегра очень даже красива, – одобрила куклу Анджелика. – А твой папа тебя безумно любит.

– Да, любит, – вздохнула Дейзи и, прижавшись к Анджелике, прошептала: – Но я никогда его не видела. Он очень важный человек и занят с утра до вечера. А потому не имеет времени навещать меня!..

Анджелика почувствовала, как жалость к брошенному ребенку больно кольнула сердце.

– Сядь ко мне на колени, – сказала она, обняв девочку.

Та тут же взобралась к ней на колени и прижалась личиком к ее груди.

Анджелика обернулась к сестрам и тихо сказала:

– Пора!

Виктория осторожно вынула из кармашка юбки миниатюрный кинжал и приставила его к шее няни.

– Не двигайтесь, и тогда ничего дурного с вами не случится, – тихо сказала она.

Анджелика ободряюще улыбнулась няне, подтверждая слова Виктории, и спросила:

– Как ваше имя?

– Этел Суитинг.

– Миссис Суитинг?

– Да.

– Ая – Анджелика Дуглас. Вы меня помните?

– Боже мой, я никогда не думала, что мы снова встретимся! – воскликнула няня. – Вы стали взрослой женщиной, и, конечно, я вас не узнала! Догадываюсь, что эти две девочки – ваши младшие сестры. Кажется, их зовут. Саманта и Виктория. А как себя чувствуют граф и графиня?

– Они умерли. Скажите, миссис Суитинг, вы, конечно, видели царапины и синяки на ручонках Дейзи?

– Да. И всегда старалась по возможности защитить девочку от жестокости матери.

– Миссис Суитинг, мы приехали, чтобы забрать Дейзи из этого дома, где ее бьют и оскорбляют. Мы хотели бы, чтобы девочка жила у нас и стала полноправным членом семьи. Вы готовы переехать к нам вместе с ней?

– Анджелика, вы всегда были доброй и отзывчивой. Помогали и защищали других детей, как могли. Боролись за правду. За это я навсегда полюбила вас. Но вы понимаете, что похищение ребенка карается чуть ли не высшей мерой наказания?

– Об этом не беспокойтесь, миссис Суитинг. Мы будем жить в доме герцога Инверари. Не сомневаюсь, что его светлость сумеет защитить вас от карающей руки закона!

– А как быть с одеждой девочки?

– Мы сегодня же отправимся в магазин и оденем ее с ног до головы.

– Тогда я согласна.

– А ты хотела бы переехать к нам, Дейзи? – с волнением спросила у девочки Анджелика.

Та утвердительно кивнула.

Все пятеро завернули за угол и быстрым шагом направились к стоявшему у ворот экипажу. Краем глаза Анджелика увидела тетушку Рокси, спускавшуюся по ступенькам крыльца.

Через несколько секунд все уже сидели в экипаже.

– Да благословит вас Бог, миледи! – сказала миссис Суитинг тетушке, низко склонив перед ней голову.

В ответ Рокси крепко обняла няню за плечи.

– А как же Люсиль? – спросила Дейзи.

– Не думай о ней, милая! Теперь ты будешь жить с нами и твоим родным дедушкой.

– Разве у меня есть дедушка? – удивилась Дейзи.

– Не только дедушка, но и крестная мама, добрее которой нет никого на свете! – ответила тетушка Рокси.

– А как ее зовут?

– Леди Анджелика.

– Она же настоящий ангел! – счастливо рассмеялась Дейзи и игриво посмотрела на Анджелику: – А вы разрешите мне любоваться облаками и иногда играть на вашей арфе?

– Конечно. Мы с тобой будем также заниматься многими другими интересными и приятными делами.

Вскоре они подъехали к особняку герцога. Дворецкий отворил дверь.

– Тинкер, – приказала ему тетушка Рокси, – приготовьте комнату для наших гостей. Девочки, проводите няню в комнату и помогите разместиться поудобнее. А Дейзи и Анджелику я попрошу сейчас пойти со мной.

Тетушка Рокси поднялась на второй этаж и, осторожно постучав в дверь кабинета герцога, шепнула:

– Подождите здесь. Я вас очень скоро позову! Анджелика взяла Дейзи за руку. Через дверь можно было расслышать каждое громко сказанное в кабинете слово.

– Здравствуйте, дорогой! – приветствовала хозяина дома тетушка Рокси.

– Здравствуйте и вы, Роксанна! Уверен, что пришли не просто так!

Они перешли на шепот. Потом из-за двери раздался громкий голос Магнуса:

– Анджелика? Что еще натворила эта непослушная девчонка?

– А что, мой дедушка – кровожадный дракон? – спросила Дейзи и, дрожа, прижалась к Анджелике.

– Вовсе нет! Он очень добрый. Тебе совершенно нечего бояться!

В кабинете еще несколько минут шел разговор шепотом. Потом дверь открылась.

– Леди Аллегра очень испугалась! – плачущим голосом сказала Дейзи, прижимая к себе куклу. – Она не хочет встречаться с драконом.

– Я все время буду держать тебя за руку! – поспешила успокоить девочку Анджелика.

Герцог сидел за своим рабочим столом.

– Итак, леди Анджелика, – суровым голосом сказал он, – я вижу, что вы решили взять на себя ответственность за жизнь каждого обитателя нашей планеты!

– Я действительно хотела бы помогать там, где это необходимо! – ответила Анджелика, подарив герцогу свою лучезарную улыбку.

– Значит, – обратился Магнус к девочке, – я имею честь видеть у себя леди Дейзи Дюбуа, не так ли?

Испуганная девочка молча смотрела на герцога. Магнус улыбнулся:

– Подойди-ка ближе. Я хочу тебя получше рассмотреть.

Анджелика осторожно подтолкнула Дейзи к столу.

– Ты знаешь, кто я? – спросил герцог, обращаясь к девочке.

Дейзи утвердительно кивнула.

– Ты не умеешь говорить?

Девочка вновь кивнула. Магнус откинулся на спинку кресла и громко рассмеялся:

– Так ты все-таки знаешь, кто я?

– Мой дедушка! – ответила Дейзи полушепотом.

– Я – папа твоего папы, – объяснил Магнус, продолжая смеяться. – Кстати, ты унаследовала глаза своего отца.

– Разве?

На этот раз утвердительно кивнул Магнус и, выдержав короткую паузу, спросил:

– Ты считаешь, что будешь здесь счастлива?

В ответ последовал очередной утвердительный кивок.

– Ну что ж, – ласково посмотрел на девочку Магнус, – я очень рад видеть тебя в своем доме.

Магнус взглянул на Анджелику, давая понять, что дальнейший разговор временно откладывается.

– Мы продолжим за чаем, – пообещал он. Анджелика вместе с Дейзи вышла в коридор и лукаво посмотрела на девочку:

– Я хочу пойти в сад и нарвать зеленых яблок. Ты не поможешь мне покормить Джаспера?

Дейзи снова утвердительно кивнула, а затем спросила:

– А я увижу здесь своего папу?

– Уверена, что увидишь! – ответила Анджелика.

– Он тоже дракон?

– Нет, дорогая! Твой папа просто не всегда бывает достаточно умным.

Глава 13

«Анджелика Дуглас упрямее любого осла! – думал Роберт, сидя за рабочим столом и чувствуя, как в нем неудержимо растет раздражение. – Если ей в голову взбрела какая-то сумасшедшая идея, заставить эту женщину образумиться не может никто! И все же я люблю ее!»

Эта обескураживающая мысль не выходила у него из головы. И самым ужасным было то, что он действительно влюбился! Причем именно тогда, когда это меньше всего было нужно…

Конечно, Анджелику Дуглас отличали редкая красота, острый ум и просто-таки безбрежная доброта. И это еще более усложняло ситуацию. Тем более что в своих отношениях с Анджеликой он совсем запутался. Сначала она хотела выйти за него замуж. Потом оказалось, что за это надо заплатить участием в осуществлении плана мести Анджелики врагам Грэма Дугласа. Роберт согласился на подобное условие. Но девушка продолжала держать его на расстоянии.

До встречи с ней Роберт просто не представлял себе, насколько трудными могут оказаться отношения с женщиной. Прежние возлюбленные бросались ему на шею, расталкивая друг друга локтями. Ибо он был богат, титулован и очень хорош собой. Таких мужчин обычно не отвергают.

Анджелика в отличие от большинства женщин своего круга заботилась больше о других, чем о себе. Это было у нее в крови. А потому Роберт отлично понимал, что не сможет заставить ее прекратить заботу о благополучии брошенного им и страдающего от издевательств родной матери ребенка.

Он понимал, что накануне вечером вел себя не лучшим образом. Анджелика всего лишь пыталась защитить малютку. Уж не говоря о том, что спасла жизнь ему, Роберту!

Он не сомневался, что Анджелика может сделать что-нибудь из ряда вон выходящее, чтобы помочь маленькой Дейзи Дюбуа. И надеялся лишь на то, что все ее шаги не будут выходить за рамки закона.

Одновременно Роберт не мог не думать и о самой девочке, его родной дочери, отвергнутой им за то, что та невольно стала причиной самоубийства жены. И со стыдом признавался себе, что при разговоре с Анджеликой даже не смог сразу вспомнить имя брошенной малютки.

Волна стыда и раскаяния захлестнула Роберта. Ведь несчастная девочка переносила ужасные страдания только потому, что он бросил ее! Конечно, Люсиль не смела оскорблять и бить его родную дочь! Но как он мог ей это позволить?

Впрочем, может быть, Анджелика многое преувеличивает? Может быть, на самом деле все обстоит совершенно по-иному?

Роберт налил стакан виски и залпом выпил. Затем встал со стула, решив тотчас же ехать к Люсиль. Он сам должен увидеть царапины и синяки на руках дочери, чтобы решить, солгали ему или нет. Спустившись в холл, Роберт приказал дворецкому найти Мака и сказать, чтобы тот срочно подал к подъезду экипаж.

Через десять минут он уже сидел в своей двуколке.

– На Портленд-плейс! – крикнул он вознице.

– А я-то думал, что вы уже перестали там бывать! – усмехнулся Мак, трогая лошадей.

Роберт посмотрел на возницу сузившимися от негодования глазами и ледяным тоном сказал:

– Занимайтесь своим делом! И прекратите комментировать то, что вас не касается!

Прошло не более получаса, и экипаж остановился перед крыльцом дома Люсиль Дюбуа. Роберт спрыгнул на землю, взбежал по ступенькам и постучал в дверь. Служанка, открывшая ему, выпучила глаза:

– Ваша светлость, но мы вас сегодня не ждали!

– Позовите ко мне Люсиль! – резко приказал Роберт.

– Сейчас, ваша светлость.

Через несколько минут Люсиль появилась на верхней площадке лестницы, ведущей в холл.

– Вы вернулись! – радостно воскликнула она и сбежала по ступенькам вниз. – Слава Богу, с вами ничего не случилось! Вы живы!

– Я хочу видеть дочь! – ответил Роберт, не обращая внимания на ее горевшие восторгом глаза.

Люсиль сделала знак служанке, и та поспешила наверх, где располагалась комната Дейзи. Но не прошло и трех минут, как она вновь появилась на лестнице:

– В комнате девочки нет!

– Поищите в саду! – раздраженно приказала Люсиль.

Служанка бросилась в сад.

– Итак, – несколько насмешливым тоном начала Люсиль, – вы наконец все же решили повидать свою дочь!

Роберт ничего не ответил, отошел к окну и, скрестив руки на груди, стал смотреть в сад.

Через несколько минут вернулась служанка.

– В саду нет ни Дейзи, ни миссис Суитинг, – задыхаясь доложила она. – И никто не видел их с тех пор, как вы отослали девочку с няней погулять перед домом. Назад они не возвращались!

– Боже мой! – в панике закричала Люсиль. – Эта женщина украла мою дочь!

Роберт покачал головой, хотя на его губах заиграла усмешка. Он сразу же понял, что здесь побывала Анджелика, выкрала девочку и уговорила няню уехать вместе с ней.

– Что вы стоите? – продолжала кричать Люсиль. – Сделайте же что-нибудь! Хотя бы пошлите возницу в полицию!

– Вы, конечно, уже подсчитали, на сколько похудеет ваш семейный бюджет после исчезновения дочери? – съехидничал Роберт.

– Как у вас язык повернулся сказать такое? – зарыдала Люсиль. – Я люблю свою дочь больше всего на свете!

– Вы любите дочь, но себя вы любите больше, – усмехнулся Роберт. – Ну хватит! Я, пожалуй, знаю, где сейчас находится Дейзи.

– Я поеду с вами!

Смерив ее долгим взглядом, Роберт кивнул в знак согласия и открыл дверь.

Когда экипаж тронулся, Люсиль снова попыталась покорить Роберта своими чарами.

– Обожаю вашу коляску! – промурлыкала она, нагнувшись немного вперед, чтобы Роберт мог лицезреть ее прекрасную грудь. Если, конечно, он захочет этого. Но маркиз сохранял спокойствие.

Люсиль предприняла еще одну попытку очаровать бывшего любовника.

– А помните, как мы ездили в этой коляске ужинать в загородный ресторан? – прощебетала она, прижимаясь к нему плечом.

– Сидите спокойно! – прорычал он в ответ. – А то я вышвырну вас на дорогу!

Пока Роберт ехал в коляске со своей бывшей любовницей, Анджелика и Дейзи лежали на траве в саду герцога Магнуса, любуясь проплывавшими над ними пышными облаками. Миссис Суитинг сидела чуть поодаль на скамейке. Рядом с ней стояла клетка с попугаем.

Неожиданно со стороны калитки раздался веселый мальчишеский голос:

– Ага! Вы развлекаетесь!

Анджелика обернулась и увидела бегущего к ним Колина Кэмпбелла. За ним, значительно отстав, торопилась миссис Хони.

– Миссис Суитинг, разрешите представить вам миссис Хони, а вам, миссис Хони, – миссис Суитинг, – с улыбкой познакомила Анджелика двух пожилых нянек. – А ты, Колин, поздоровайся, пожалуйста, с Дейзи Дюбуа. Это твоя кузина. Именно поэтому у вас обоих такие большие черные глаза.

Мальчик низко поклонился кузине и важно произнес:

– Вы мне нравитесь!

– А вы – мне!

Объяснение состоялось одновременно со знакомством. После чего Колин протянул Дейзи загорелую ручонку и предложил:

– Давай побегаем наперегонки?

– Давай! – согласилась Дейзи и радостно улыбнулась.

Но тут дверь террасы открылась и по ступенькам лестницы быстро сбежал дворецкий Тинкер.

– Извините меня, леди Анджелика, – проговорил он, запыхавшись, – но его светлость просит вас и мисс Дейзи подняться к нему в кабинет. Он очень хочет вас видеть.

– Спасибо, Тинкер, – сказала Анджелика поднимаясь и беря за руку Дейзи. – Мы сейчас придем. Дейзи, твой дедушка желает нас видеть.

Поднявшись вместе с девочкой на второй этаж, Анджелика робко постучала в дверь кабинета.

– Войдите! – раздалось оттуда.

Она открыла дверь, пропустила вперед Дейзи и вошла сама. Но тут же остановилась как вкопанная. Ибо увидела в кабинете не только Магнуса, но также Роберта, тетушку Рокси и Люсиль Дюбуа.

Бросив быстрый взгляд на взволнованное лицо Роберта, Анджелика посмотрела на тетушку Рокси, выгнувшую дугой брови и недоуменно пожимавшую плечами. Но при этом в уголках губ Роксанны пряталась насмешливая улыбка.

– Анджелика Дуглас выкрала мою малолетнюю дочь! – жаловалась Люсиль, переводя взгляд с одного лица на другое. – Я не собираюсь так оставлять это дело и намерена обратиться к местным властям. А кроме того, написать обо всем случившемся в газету «Тайме». – Она вдруг замолчала, как будто новая мысль пришла ей в голову, и вызывающе посмотрела на Магнуса: – Извините, ваша светлость, а что здесь делает эта простолюдинка? – Люсиль указала рукой на Анджелику.

– Леди Анджелика никакая не простолюдинка, а графиня Мелроуз, – холодно ответил Магнус.

– Но она гораздо беднее меня!

– Ее материальное положение ни в коей мере не влияет на титул, который леди Анджелика имеет честь носить.

– Меня вовсе не интересует ее титул, – фыркнула Люсиль. – Я хочу и требую, чтобы мне вернули похищенную дочь. Иди ко мне, Дейзи!

Казалось, что огромные черные глаза девочки сделались еще больше. Она с такой силой вцепилась в руку Анджелики, что той стало больно. Малышка в ужасе смотрела на разъяренное лицо матери, но не двигалась с места.

– Я что тебе сказала?! – раздраженно выкрикнула Люсиль. – Сейчас же иди ко мне! – Повернувшись к Роберту, она злобно процедила сквозь зубы: – Вы видите, какой это упрямый и непослушный ребенок?

Анджелика загородила собой Дейзи и жестко сказала, глядя прямо в глаза ее матери:

– Дейзи будет жить со мной!

– Нет, не будет! – воскликнула Люсиль. – Не будет, потому что ребенок должен жить с матерью. А у Дейзи одна мать – это я!

– Теперь ее мамой стала я! – объявила Анджелика. Люсиль повернулась к Роберту и закричала в истерике:

– Сделайте же наконец что-нибудь!

Роберт некоторое время молчал. Потом встал и, отстранив рукой пытавшуюся помешать ему Люсиль, жестко сказал ей:

– Отойдите! Мне нужно осмотреть дочь!

Роберт подошел к девочке, взял ее руку и долго изучал каждую царапину и синяк.

– Откуда у нее это? – угрожающим тоном спросил он у Люсиль.

– Вы же сами видели, какой непослушной она может быть! – пыталась защищаться Люсиль.

– Если вы еще раз позволите себе хотя бы пальцем дотронуться до Дейзи, – все так же грозно продолжал Роберт, – я вытряхну из вас все внутренности! Понятно?

– Понятно! – ответила Люсиль, трясясь от злости. – Идем домой, Дейзи!

Анджелика заслонила собой девочку.

– Только через мой труп! – сказала она, сжав кулаки.

Люсиль снова обернулась к Роберту, ожидая помощи.

Тот выдержал короткую паузу и сделал шаг вперед. Не спуская с него глаз, Анджелика опустила руку в кармашек платья и быстрым движением выхватила кинжал.

– Вчера я спасла вам жизнь, – прошипела она в лицо Роберту. – Но сегодня, если будет необходимо, отниму ее у вас. И сделаю это без малейшего сожаления!

Герцог громко расхохотался и подмигнул тетушке Рокси:

– Роксанна, а ведь у нее ваш темперамент!

– Это действительно так! – подтвердила она.

Роберт же, не отрывая взгляда от Анджелики, подошел к ней вплотную и тихо, миролюбиво сказал:

– Графиня, могу ли я поговорить с вами тет-а-тет в коридоре?

Голос его прозвучал очень мягко, а на лице появилась улыбка. Анджелика посмотрела на него и по-настоящему испугалась. Роберт выглядел слишком учтивым и даже добрым. А это означало, что от него можно было ожидать чего угодно. Уж лучше бы он негодовал, кричал, грозил…

И все же она решилась.

– Пусть так! Давайте поговорим наедине.

Но при этих словах Анджелика еще крепче сжала крохотную ладошку Дейзи. Заметив это, Роберт посмотрел сначала на Анджелику, потом на Дейзи и жестко сказал:

– Девочка останется здесь!

– Я не отпущу ее!

– Вы мне не доверяете?

– Нет.

– Я присмотрю за Дейзи, – объявила тетушка Рокси, взяв девочку за руку.

– Ни на секунду не отходи от тети Рокси! – предупредила девочку Анджелика. – Я вернусь через несколько минут.

Она вышла к коридор. Роберт последовал за ней и плотно прикрыл за собой дверь.

– Мне импонирует ваша забота о чужом ребенке, – мрачно сказал он. – Но все же красть девочку из дома не следовало.

– Я не выкрала Дейзи, а освободила! – фыркнула в ответ Анджелика.

– Ну, и как вы намерены обращаться с моей дочерью?

– Что вы имеете в виду?

– Я опасаюсь за будущее своей дочери. Сможете ли вы стать для Дейзи настоящей мамой? Осмотрев ручку Дейзи, я готов усомниться в наличии у Люсиль не только материнского чувства, но даже инстинкта. Она рассматривала собственную дочь лишь как статью дохода в свой семейный бюджет. – Роберт выдержал паузу, после чего добавил: – Я намерен предложить Люсиль денежное содержание, которое сделает ее счастливой и богатой до конца дней. Но только в том случае, если вы…

Анджелика не дала ему договорить:

– Почему вы так настойчиво хотите жениться на женщине, которая вас не любит?

– Разве я предлагаю вам брак? – ухмыльнулся Роберт. – Вы просто меня не дослушали. Я хотел сказать, что условием моего откупа от Люсиль могла бы стать всего одна ночь, которую мы проведем с вами в одной постели.

Анджелика вспыхнула, как от пощечины:

– Я не торгую собой!

– О какой торговле вы говорите? Вам предлагается провести всего одну ночь со мной и взамен получить возможность воспитывать Дейзи. Если вы не согласны, то девочка останется у своей матери. Надеюсь, вы этого не хотите?

Анджелика долго молчала. Потом сказала, глядя в сторону:

– Всего одну ночь?

Роберт утвердительно кивнул.

– Но я же не могу на глазах у всех войти поздно вечером в ваш дом!

– Можно дождаться дождливой погоды, закутаться в плащ с капюшоном, и никто вас не узнает.

Анджелика молчала, думая о том, что предложение Роберта ставило ее в положение обыкновенной проститутки.

Роберт заметил ее колебания и тут же выложил главный козырь:

– В противном случае Дейзи придется вернуться на Портленд-плейс. А после всего происшедшего вряд ли можно ручаться за то, что Люсиль не станет относиться к дочери еще более омерзительно.

– Хорошо, черт побери! – прошипела Анджелика.

– Извините?

– Я хочу сказать, что приду к вам в первый же дождливый вечер.

– В таком случае я буду с нетерпением ждать дождя! – рассмеялся Роберт.

Вернувшись в кабинет, Анджелика тут же подошла к испуганной Дейзи и вновь взяла ее за руку. Роберт же обратился к Люсиль:

– Теперь я хотел бы приватно поговорить с вами. Выйдем в коридор!

Оба вышли. Анджелика же, решив, что в отсутствие Роберта и Люсиль девочке ничто не угрожает, оставила ее сидеть на стуле напротив герцога, а сама пристроилась у двери, надеясь подслушать разговор двух бывших любовников. Однако до нее долетали лишь голоса, но не слова.

Прошло несколько минут. Дверь распахнулась, и в кабинет быстрым шагом вошел Роберт. На лице его было написано волнение. Несколько секунд он стоял молча, стараясь успокоиться, а затем торжественно объявил:

– Люсиль уехала и больше не вернется!

– Ну и в какую сумму это вам обошлось, сын мой? – насмешливо спросил у него Магнус.

– Сто тысяч фунтов, – ответил Роберт, внимательно глядя на Анджелику. – Но она грозит все же вернуться, как только растранжирит деньги.

– А не лучше было бы, вместо того чтобы сразу отдать Люсиль такую громадную сумму, отчислять ей раз в квартал какой-то процент с дохода одной из ваших фирм, Роберт? – сказала Анджелика, вставая и беря за руку Дейзи. – Это лишило бы ее возможности шантажировать вас, после того как полученные сто тысяч окажутся растраченными. Что, я не сомневаюсь, произойдет очень скоро!

По ошарашенному выражению лица Роберта Анджелика поняла, что ему просто в голову не пришла подобная мысль.

Дейзи переводила взгляд с одной на другого. Наконец, схватившись за юбку новой мамы, спросила:

– О чем вы спорите?

Анджелика положила ладонь на головку девочки:

– Твой отец, милая, любит тебя так сильно, что заплатил Люсиль огромные деньги только за то, чтобы ты жила с нами.

Дейзи с обожанием посмотрела на отца. Но Роберт не обратил на этот взгляд никакого внимания.

Дверь в кабинет неожиданно открылась, и в комнату ворвалась запыхавшаяся Венеция.

– Кто была та женщина, которая только что вышла из вашего дома, Магнус? – с вызовом спросила она.

– Не волнуйтесь, милая, – ответила ей тетушка Рокси. – Это была Люсиль Дюбуа.

– Как вы осмелились привести свою любовницу в этот дом? – воскликнула Венеция, с уничтожающим презрением глядя на Роберта.

– Люсиль – моя бывшая любовница! – возразил Роберт.

– Какая разница?! – продолжала скандалить Венеция, но тут ее взгляд упал на Дейзи. – Это кто?

– Дейзи Дюбуа, – холодно ответила Анджелика. – Она будет жить здесь, со мной.

– Я решительно отказываюсь находиться под одной крышей с ублюдком Роберта, – надменно заявила Венеция, повернувшись к герцогу. – Что скажет свет, если…

– Тогда я посоветовал бы вам, Венеция, собрать все свои вещи и уехать из этого дома.

– Имейте в виду, что если мне придется уехать отсюда, то я возьму с собой сына.

– Не смейте угрожать! – сурово ответил герцог. – В настоящий момент Колин является наследником всего состояния Кэмпбеллов. И он отсюда никуда не уедет. В том числе – и с вами! Я сделаю все, чтобы мой внук оставался жить в этом доме! А Дейзи может спокойно жить у своего отца, если захочет.

– Действительно, для Венеции нет никакой необходимости уезжать отсюда. Просто Дейзи вместе с миссис Суитинг станет жить у меня в доме, – предложил Роберт.

Анджелика открыла рот, чтобы протестовать, но герцог опередил ее.

– Моя внучка также останется здесь, – сказал он сыну. – А вам, Венеция, наверное, лучше всего на несколько дней вернуться к своему отцу. За это время вы успеете успокоиться, не действуя никому на нервы. Вы и так достаточно преуспели в последнем!

– А почему никто не думает о моих нервах? – запальчиво ответила Венеция. – Почему никто ничего не сказал о том, что вот эта женщина, – и она указала рукой на Анджелику, – разрушила мою жизнь?!

С этими словами Венеция повернулась и выбежала из кабинета, громко хлопнув дверью.

Анджелика почувствовала, что ей стало не хватать воздуха. Поняв, что вот-вот упадет в обморок, она встала со стула, взяла за ручку Дейзи и спросила ее:

– Может быть, нам немного поспать?

– Я не хочу спать!

– А мне это очень даже нужно! Пойдем?

– Пойдем. Я спою тебе колыбельную.

Когда они вышли из комнаты, тетушка Рокси сказала с доброй улыбкой:

– Она будет прекрасной матерью!

– Леди Роксанна, – обратился к ней Роберт, – я хотел бы чуть позже поговорить о плане нашего поведения, который вы намерены предложить.

– Конечно, дорогой!

Глава 14

Весь следующий день шел дождь.

Анджелика проснулась утром от звуков крупных капель, барабанивших по оконному стеклу. Чтобы не слышать их, она попыталась спрятать голову под подушку. Не помогло…

Не помогло, потому что им на смену пришли тяжкие мысли о том, что ей предстоит провести ночь с Робертом.

Анджелика повернулась на спину и стала анализировать ситуацию, в которой очутилась.

«В конце концов, мое аморальное поведение в данном случае служит доброму делу, – убеждала она себя. – Разве Дейзи не стоит подобной жертвы?»

«Но какая же это жертва? – твердил ей внутренний голос. – Не надо лицемерить! Ты хочешь этого не меньше, чем он!»

Часы показывали восемь утра, когда Анджелика, умывшись и одевшись, спустилась в столовую и села завтракать. Слуга положил перед ней свежий номер «Тайме». Она взяла газету и принялась внимательно ее просматривать. Подсознательно она искала упоминание о похищении малолетней дочери маркизом Аргайллом у его бывшей любовницы. Но ничего подобного в сегодняшнем номере не оказалось. Скорее всего Люсиль пока выжидала, надеясь на безотлагательное получение обещанных ста тысяч фунтов.

В столовую вошел посыльный и вручил Тинкеру какой-то конверт. Дворецкий повертел его в руках и положил перед Анджеликой. Она взломала печать, открыла конверт и вытащила оттуда небольшой листок бумаги. На нем было написано одно слово: «Полдень?»

Подписи не было. Но Анджелика тут же догадалась, кто прислал эту записку. Она положила листок в кармашек платья и приступила к завтраку, но не могла отделаться от какого-то необъяснимого, крайне неприятного ощущения. Анджелика даже покраснела и долго не смела поднять взгляд на Тинкера. Как будто дворецкий мог знать о содержании записки!

Тинкер заметил необычное состояние Анджелики и, подойдя к ней, спросил:

– Вы хорошо себя чувствуете, леди Анджелика? Извините за смелость, но ваше лицо горит, как при высокой температуре.

– Серьезно? Вроде бы со мной все в порядке! Спасибо за внимание!

Анджелика отдала должное завтраку и поднялась к себе. Усевшись у камина, она вновь и вновь вспоминала свой разговор с Робертом, не зная, как теперь поступить.

Если маркиз Аргайлл принимает ее за обыкновенную дешевую проститутку, то он сильно ошибается. В его постель она ляжет либо бесчувственным трупом, либо после ожесточенной борьбы!

Да нет же! Она не станет с ним драться! А преподаст этому светскому денди такой урок, какого он даже и представить себе не может. И не забудет до конца своих дней!

Итак, на улице идет дождь? Это замечательно!

Без пяти двенадцать Анджелика, закутанная в плащ с накинутым на голову капюшоном, вышла из дома герцога Инверари и быстрым шагом направилась на Парк-лейн, где располагался дом маркиза Аргайлла. Дверь открыл дворецкий Уэбстер.

– Добрый день, леди Анджелика! Его светлость ждет вас. Разрешите ваш плащ.

– Нет, не надо.

Анджелика посмотрела по сторонам и с ироничной улыбкой спросила:

– А куда подевались все телохранители?

– Они сидят в экипажах на противоположной стороне улицы. Миссис Суитинг прислала мне записку. Вы были так добры, приютив у себя в доме ее вместе с маленькой Дейзи!

– Это все благодаря исключительной доброте герцога Инверари.

– Вы правы! – согласился дворецкий, пропуская гостью в дом. – Прошу вас, леди Анджелика.

Они поднялись на второй этаж. Подойдя к двери кабинета маркиза, Уэбстер осторожно постучал:

– Милорд?

– Да, – донесся голос Роберта.

– К вам графиня Мелроуз.

– Просите.

Анджелика надеялась, что маркиз встретит ее, не лежа в постели. Иначе какими глазами она бы потом смотрела на дворецкого!

Повернув ручку двери, она вошла в кабинет. Замок за ней громко и неприятно щелкнул.

Роберт стоял спиной и смотрел в окно. И даже не повернулся.

– Небо услышало ваши молитвы, – насмешливо сказала Анджелика. – Дождь зарядил с самого утра!

Роберт повернулся:

– Не хотите ли виски?

– Глоток.

Он налил из стоявшей на столе бутылки четверть бокала и протянул Анджелике. Она отпила и сразу почувствовала, как огненная струя насквозь пронизала все ее тело.

Анджелика тоже подошла к окну и выглянула в сад, тянувшийся от дома Магнуса и включавший в себя жилище его сына. Чуть поодаль виднелась небольшая беседка. На скамейке у входа в нее кто-то сидел, невзирая на сильный дождь. Анджелика удивленно присмотрелась и убедилась, что это женщина.

– Что это за дама? – спросила она, на мгновение отвернувшись от окна и посмотрев на Роберта. – И почему она сидит под проливным дождем?

Роберт удивленно выгнул брови, тоже посмотрел вниз и недоуменно пожал плечами:

– Дама? Где вы ее увидели? Там нет никого!

– Никого?

Анджелика вновь выглянула из окна и посмотрела в сторону беседки. Там действительно никого не было. Женщина словно испарилась.

– Наверное, она побежала куда-то по делам, – предположила Анджелика и выжидающе посмотрела на Роберта.

Тот понял этот взгляд по-своему и тихо сказал:

– Вам вовсе не обязательно выполнять мое условие. Я и без этого готов отдать вам девочку.

«Девочку? Почему он никогда не называет ее дочерью? Надо будет как-нибудь поговорить с ним об этом!»

Анджелика понимала, что Роберт дает ей возможность немедленно уйти.

– Уговор дороже денег! – улыбнулась она. Потом взяла со стола свой бокал и допила его до конца, расстегнула плащ, свободно соскользнувший к ее ногам. Роберт как зачарованный смотрел на стройную фигурку Анджелики в утреннем светлом платье. Затем сделал шаг вперед.

– Не так скоро! – остановила его Анджелика. – Сегодня я командую парадом!

Роберт послушно наклонил голову. Анджелика повернулась к нему спиной и сказала через плечо:

– Пуговицы, милорд!

Роберт озорно улыбнулся, подошел к ней вплотную и быстро расстегнул пуговицы. По ловкости, с которой он это проделал, было видно, что на своем веку маркиз Аргайлл раздел немало женщин.

Анджелика повернулась, спустила длинные рукава платья, и оно само сползло к ее ногам. Теперь она стояла перед маркизом почти обнаженной. Только прозрачный лиф скрывал полушария ее груди, легкая ткань держалась на шелковом пояске, защищая от нескромных взоров соблазнительные прелести.

Анджелика насмешливо спросила:

– Ну, как вам нравится то, что вы видите?

– Разве можно против этого устоять? – задыхаясь, прошептал Роберт, делая попытку приблизиться к Анджелике вплотную. Но она вновь его остановила:

– Терпение, дорогой! Теперь вам надо немного подождать!

– Черт побери! – вскричал Роберт. – Что вы делаете?! Хотите замучить меня до смерти? Но тогда уж лучше…

– Спокойно, мой милый! Я просто хочу раздеть и вас!

Глядя в темные глаза Роберта, ставшие почти безумными от нестерпимого желания, она расстегнула и сняла с него шелковую сорочку. Затем на пол упали бриджи. Анджелика прижалась к груди Роберта и несколько раз провела по ней своими сразу затвердевшими бордовыми сосками.

Роберт задрожал. Из его груди вырвался страстный стон. Он был готов броситься на Анджелику, но и тут она сумела его удержать.

– Стойте спокойно и не двигайтесь!

Анджелика принялась кружить вокруг Роберта, время от времени прижимаясь сосками то к груди, то к спине. Наконец остановилась позади него, протянула руку и сжала в ладони затвердевшую и готовую взорваться мужскую плоть.

Этого Роберт выдержать не мог. С почти животным криком «Я хочу обладать вами!» он схватил Анджелику и кинул на софу. В следующую секунду он овладел ею. Она застонала, чувствуя, что вот-вот потеряет контроль над собой. А Роберт продолжал продвигаться все дальше и дальше в глубь содрогавшейся женской плоти, одновременно жадно прильнув к губам Анджелики… На секунду прервав поцелуй, она прошептала:

– Я люблю вас!

– Вы возбуждаете и волнуете меня, леди! – проговорил Роберт, гладя ладонями грудь, плечи, спину и ягодицы Анджелики. – Вам нравится? – прошептал он.

– Да, – ответила она, выгибаясь всем телом.

– Откройте глаза!

Роберт опустил голову ниже и тронул губами соски.

– Скажите, чего бы вы сейчас хотели? – спросил он.

– Хочу, чтобы вы наполнили своей любовью всю меня без остатка!!

Роберт приподнялся и снова проник в женскую плоть. Анджелика громко застонала и теснее прижалась к Роберту.

Она почувствовала, что готова вновь продолжать любовные игры. Тело ее горело. Дыхание стало лихорадочным. Роберт же, не покидая ее плоти, приподнялся на локтях и долго смотрел в глаза Анджелики. Затем улыбнулся и тихо сказал:

– Мой сладкий ангел! Теперь вам нужно расслабиться и немного поспать.

Анджелика послушно закрыла глаза…

Через два часа она, закутавшись в плащ и надвинув на голову капюшон, добежала под проливным дождем до парадной двери дома герцога и осторожно постучала. Ей открыла тетушка Рокси.

– Вот и ты наконец! – проворчала она. – А я искала тебя все утро! Где изволила пропадать?

– У маркиза.

– У маркиза?!

– Я… Мне надо было поговорить с ним о Дейзи, – солгала Анджелика.

– И долго ты с ним обсуждала эту тему? – с ехидством в голосе спросила ее тетушка.

– Роберт предложил мне сыграть в шахматы. А я никогда в них не играла. Так что уйма времени ушла на обучение!

Анджелика удивилась, как легко и свободно она научилась лгать. Впрочем, по лицу тетушки было понятно, что та ей не поверила.

– А почему ты так покраснела? – спросила Рокси племянницу, как бы подтверждая это.

– Потому что очень торопилась домой и всю дорогу бежала, – вновь солгала Анджелика и поняла, что этот разговор надо поскорее закончить. – Тетушка, я очень устала и хочу отдохнуть. Мы договорим за чаем или за ужином. Ладно?

Анджелика побежала по лестнице на второй этаж. Но у верхней площадки остановилась и посмотрела вниз.

Тетушка стояла посреди холла, провожая племянницу добрым и все понимающим взглядом.

Глава 15

После пикантного визита, нанесенного Анджеликой маркизу Аргайллу, прошло пять дней. За это время она не одну сотню раз повторяла себе, что совершила огромную ошибку, сказав Роберту, что любит его.

Каждый раз, вспоминая о том, что она почти целый день провела в постели маркиза, Анджелика краснела от стыда. Что ж, приходилось платить за невоздержанность плоти!

Ежечасно она ждала появления Роберта в доме герцога. Ей казалось, что ему непременно захочется увидеть ее и Дейзи. Особенно Дейзи.

А вообще, если бы не отсутствие Роберта, жизнь в доме герцога показалась бы Анджелике настоящим раем. С отъездом Венеции нервное напряжение, постоянно витавшее в доме, рассеялось. На сердце каждого его обитателя стало легко и радостно.

Анджелика с сестрами проводили дни в обществе Дейзи и Колина. Жизнь превратилась для них в бесконечную веселую игру, прерываемую только завтраками, обедами, ужинами и сном. Ничего подобного они не знали после разорения отца.

Интересно, заговорит ли с ней Роберт на балу, который устраивает вечером герцог Инверари? Анджелика спрашивала себя об этом, надевая белые перчатки и поправляя прическу, перед тем как спуститься вниз. На ней сегодня было роскошное белое платье. Оно делало ее похожей на греческую богиню. Она специально надела его в надежде поразить Роберта. Хотя и намеревалась его игнорировать до конца своих дней.

– Леди Анджелика, вы просто потрясающе красивы! – раздался детский голосок со стороны двери.

Анджелика повернулась и увидела на пороге Дейзи, из-за плеча которой выглядывала головка Колина.

– Привет! – приветствовал их Джаспер из клетки.

Анджелика бросилась навстречу детям и заключила обоих в объятия.

– Я вам нравлюсь?

– Очень! – ответили они в один голос.

– Тогда поцелуйте меня!

– А мы не испортим вам прическу и не сомнем платье? – не без опаски спросила Дейзи. – Люсиль никогда не разрешала мне ни целовать ее, ни обнимать, когда она одевается.

– А кто такая Люсиль? – поинтересовался Колин.

– Моя мама.

– Моя мама говорит то же самое, – грустно вздохнул Колин.

– А почему вы разрешаете? – спросила Дейзи.

– Потому что ты и Колин мне гораздо дороже любых нарядов! – прошептала Анджелика и поцеловала обоих. – Ну, а теперь мне пора идти!

Анджелика открыла дверь, выпустила в коридор детей и увидела обеих нянек, поднимавшихся по лестнице.

– Как хорошо, что вы пришли! – обрадовано сказала она миссис Суитинг и миссис Хони. – Я попросила бы вас побыть у меня в комнате вместе с детьми, пока для них не наступит время ложиться спать.

Няни закивали головами. Анджелика же направилась к лестнице, откуда уже доносились громкие и очень слаженные звуки музыки. Она посмотрела вниз и убедилась, что Роберта среди гостей нет. Это очень удивило Анджелику, хотя она и старалась себя убедить, что ей все равно. Но ведь Роберт мог бы прийти по меньшей мере для того, чтобы повидаться с собственной дочерью! Разве Дейзи виновата в том, что Луиза покончила жизнь самоубийством? Почему же он наказывает ребенка?

Прежде чем спуститься в холл, Анджелика решила заглянуть в кабинет герцога.

Там уже собрались ее сестры, тетушка Рокси и сам хозяин дома.

– Закройте за собой дверь, – строго сказал Магнус, как только Анджелика переступила порог кабинета.

Послушно исполнив эту нехитрую просьбу, она подошла к тетушке Рокси и встала за спинкой ее стула.

– Мои племянницы сегодня выглядят просто великолепно! – с удовлетворением констатировала Роксанна.

– Надеюсь, сегодня Чарлз Эмерсон лишится своего состояния, – со злостью в голосе проговорила Анджелика, вызвав этим торжествующую улыбку сестер.

Однако тетушка Рокси отнюдь не поддержала старшую племянницу. Напротив, она с осуждением посмотрела на нее и довольно жестко сказала:

– Мне кажется, что наступило время подумать кое о чем более важном, чем месть!

– Лично для меня ничего более важного не существует, – возразила Анджелика.

– Мой адвокат завершил составление документа, по которому я становлюсь официальным опекуном своей малолетней внучки, – сказал, прокашлявшись, герцог. – Вот он. – Теперь осталось исполнить чистую формальность – скрепить эту бумагу нашими подписями.

Первой расписалась тетушка Рокси, за ней – племянницы. После чего все направились в бальный зал.

Там к ним присоединилась Венеция.

– Я специально пришла пораньше, чтобы взять на себя обязанности хозяйки дома, – объяснила она Магнусу свое достаточно неожиданное появление.

– Вы напрасно беспокоились, дорогая, – ответила за Магнуса тетушка Рокси. – Хозяйкой дома его светлости сегодня буду я.

Венеция покраснела и уже собиралась вспылить, когда герцог спокойно сказал:

– Зачем устраивать сцены? Ведь никто не запрещает вам здесь навещать Колина.

– Конечно, я не рассчитывала, что мне будут рады в этом доме, – с обидой пробормотала Венеция.

– Как раз наоборот, здесь вам всегда рады, – возразил герцог.

Появление новых гостей лишило Венецию возможности продолжить скандальный спор. Но она осталась рядом с герцогом, мило улыбалась каждому входящему и вообще разыгрывала из себя хозяйку.

Спрятав улыбку, Анджелика отвернулась от Венеции и тут же увидела входящего в зал Роберта. Она незамедлительно стала к нему спиной и шепнула сестрам:

– Помните, вы не должны танцевать более двух раз с одним и тем же кавалером!

Саманта и Виктория сделали друг другу большие круглые глаза и недовольно фыркнули.

– Я вас предупреждаю, – строго повторила Анджелика.

Украдкой она бросила взгляд на тетушку Рокси. Великий Боже! Если бы та только знала, что проделывали Анджелика и Роберт пять дней назад! Куда смотрела добрая и высоконравственная тетушка?!

– Добрый вечер, графиня! – раздался до боли знакомый голос.

Анджелика тут же повернулась и увидела Роберта.

– Добрый вечер, милорд!

– Надеюсь, вы оставили пару танцев для меня в вашем списке?

– Я с удовольствием сделаю это сейчас! Извините… Анджелика хотела было повернуться и ускользнуть от Роберта, но он схватил ее за руку:

– Куда же вы? Уж не собираетесь ли из-за меня покинуть бал?

– Вы напрасно воображаете, что ваше присутствие как-то меня трогает! Я просто кое-что забыла!

Она незаметно проскользнула в женскую комнату отдыха и села на диван напротив окна. Ей вдруг стало нехорошо. Если бы можно было сейчас подняться к себе в спальню, раздеться и лечь!

Впрочем, Анджелика всегда чувствовала себя лучше в окружении детей, чем в жеманном высшем обществе. Она не принадлежала к кругу этих людей, которые никогда не знали бедности и нужды. Да и как они могли понять её? Ведь Анджелика решительно не умела вести светские беседы или участвовать в аристократических играх.

Но сегодня она отлично понимала, что отнюдь не светское общество стало причиной ее скверного настроения. Анджелика никак не могла забыть день, проведенный в постели Роберта. И вспоминала о нем с румянцем стыда на щеках. Особенно о том, как использовала искусство плотской любви, которое сама знала только понаслышке. Так или иначе, но в тот день Анджелика создала себе серьезную проблему. Права была тетушка Рокси, когда говорила, что мужчины любят вызов. Надо было прислушаться к ее совету! А она, если говорить откровенно, сдалась…

Вернувшись в зал, Анджелика увидела, что Роберт о чем-то, видимо, очень серьезном и явно приватном, разговаривает с отцом и тетушкой Рокси. Ее сестры танцевали. Венеция – тоже…

Анджелика почувствовала себя одинокой, покинутой и не знала, что ей теперь делать.

Так и не решив, как быть, она направилась к тетушке Рокси. Когда она была уже совсем рядом, Роберт вдруг резко повернулся и сделал шаг навстречу.

– Надеюсь, следующий танец наш? – с улыбкой спросил он.

Анджелика утвердительно наклонила голову, и они вышли на середину зала.

Оркестр заиграл вальс, и Анджелика с Робертом легко закружились под волшебные звуки, глядя друг другу в глаза.

«О чем мне с ним говорить? – думала между тем Анджелика. – Что делать, если он захочет назначить новое свидание?»

Роберт держал партнершу гораздо ближе к себе, чем этого требовали правила. Поначалу Анджелика пыталась соблюдать допустимую дистанцию. Но постепенно снова сдалась и прижалась к Роберту.

– Во время танцев принято вести вежливые беседы, – сказал он. – Если, конечно, нет намерения демонстрировать окружающим ссору.

– Вы божественно танцуете! – подхватила Анджелика, прижавшись к груди Роберта. – Надеюсь, такого рода комплименты вписываются в рамки вежливых бесед?

– Да. Но я уже слышал это от вас! Анджелика подняла на Роберта голубые глаза.

– Где вы были последние пять дней? – спросила она, начиная терять над собой контроль.

– Неужели вы скучали по мне?

– Не очень!

– Счастлив видеть вас в добром здравии после нашей недавней встречи!

– Никогда впредь не смейте мне о ней напоминать!

– А мне это так приятно!

«Конечно, это ему приятно! – размышляла про себя Анджелика. – Ведь я отдала ему все. А что получила взамен? Да ровным счетом ничего!» «Нет уж! – возражал ей внутренний голос. – Не забывай о Дейзи! Ведь теперь ты можешь ее воспитывать. Разве этого мало?»

– А вам не кажется, что иногда нужно провести часок-другой с маленькой дочкой? Проявить чуть-чуть доброты к своему ребенку?

– Я не могу этого сделать!

– Но ведь она совсем ребенок!

– Мой денежный подарок ее матери дал возможность девочке остаться с вами. И она должна быть мне благодарна за это!

«Какое же он грубое животное!» – подумала Анджелика.

Но спорить сейчас не имело никакого смысла. Это только окончательно расстроило бы ее нервы, а также могло сильно навредить отношениям между Дейзи и Робертом. Поэтому Анджелика сделала, вид, будто бы удовлетворена объяснением, и промолчала. Хотя все в ней кипело от негодования и презрения к этому человеку.

– Что вы теперь намерены делать? – неожиданно спросил Роберт.

– Вы это о чем?

– Я не верю в вашу способность так легко капитулировать!

Прозвучал последний аккорд, и вальс закончился. Анджелика хотела отойти к стене, где продолжали о чем-то разговаривать тетушка Рокси и герцог, но Роберт удержал ее:

– Я полагаю, что следующий танец тоже принадлежит мне. Разве нет?

– Мне хотелось бы пропустить его, – заявила Анджелика.

– Вы плохо себя чувствуете или просто устали?

– Нет, я прекрасно себя чувствую.

Анджелика не сомневалась, что маркиза ничуть не интересует ее самочувствие, раз она ему фактически безразлична.

– Сегодня я попытаюсь разорить Дринкуотера или Мейхью, – тихо сказал Роберт. – Поэтому оставлю вас на время, чтобы внутренне собраться и подготовиться к игре.

– Не беспокойтесь, – покачала головой Анджелика. – Ведь и того и другого взяла на себя я.

– Но тогда это не может произойти сегодня.

– Почему?

– Потому что на вашем платье нет ни длинных рукавов, ни карманов.

Анджелика недоуменно выгнула бровь. Но очень скоро до нее дошел смысл сказанного.

– Что ж, тогда я сегодня проиграю им в кости несколько монет, дабы они уверовали в легкость победы. А в следующий раз надену платье с карманами и рукавами. И тогда покажу все, на что способна!

– Я запрещаю вам играть в том платье! – сказал Роберт, сурово нахмурившись.

– Но я, кажется, пока не состою на вашем содержании, – бросила в ответ Анджелика. – Кроме того, чем нехорошо то платье?

– Оно слишком открытое.

«Так! Значит, он все-таки заметил то платье», – с удовлетворением подумала Анджелика.

– Наиболее пикантные места тела оно все же закрывает, дорогой мой! – сказала она вслух, растягивая слова в духе тетушки Рокси.

– Не называйте меня «дорогой», – вспылил Роберт. – Кругом полно народа, и все на вас смотрят!

Анджелика оглянулась по сторонам и не заметила ни одного направленного на нее заинтересованного взгляда.

Оркестр неожиданно прекратил играть на середине очередного танца. Роберт и Анджелика непроизвольно посмотрели в сторону музыкантов.

Там стоял герцог и держал за руку тетушку Рокси. Он окинул зал ликующим взглядом и сделал шаг вперед.

– Уважаемые дамы и господа! – обратился Магнус ко всем гостям. – Прошу уделить мне несколько минут! Ибо у меня есть прекрасные и радостные новости.

Все обратились в слух. Анджелика и Роберт переглянулись, не понимая, в чем дело. А герцог торжественно объявил:

– Только что леди Роксанна оказала мне огромную честь. Она приняла мое предложение выйти за меня замуж и стать герцогиней Инверари!

Гости дружно захлопали. Зал наполнился восторженными криками. Анджелика же широко открыла рот от изумления. Она посмотрела на Роберта и поняла, что для него заявление отца тоже стало сюрпризом. Герцог же склонился перед тетушкой Рокси и нежно поцеловал ей руку, получив в ответ лучезарную улыбку.

– Черт меня побери! – негромко воскликнул Роберт, все же не сумевший сдержать улыбки. – После стольких лет этот старый лис все-таки добился своего!

Анджелика в отличие от маркиза не была столь довольна этой новостью. Хотя и одобряла шаг тетушки Рокси, обретшей наконец свое счастье. Анджелика понимала, что с этого дня она и ее младшие сестры будут навсегда связаны с семейством Кэмпбелл. И перспектива постоянно лицезреть Роберта и его будущую избранницу, каковая, несомненно, в конце концов появится, ей не очень улыбалась.

– Извините, Роберт! – сказала она, собираясь незаметно покинуть бал.

– Разве вы не хотите поздравить их? – удивился Роберт.

– Я сделаю это позже.

И, не сказав более ни слова, Анджелика выскользнула из танцевального зала. Но вместо того чтобы пойти, как обычно, посидеть в женской комнате для отдыха, очутилась в соседней, где стоял большой, покрытый зеленым сукном овальный стол для игры в карты и кости.

За столом сидели Генри Дринкуотер, Мунго Мейхью и Джеймс Армстронг. Адам Сент-Обин стоял рядом и внимательно следил за игрой. За небольшими столиками, выстроившимися вдоль стен и тоже покрытыми зеленым сукном, расположились женщины и мужчины из числа уставших от танцев гостей, которые решили отвести душу за игрой в карты или кости.

– Леди Анджелика, – с улыбкой приветствовал ее Чарлз Эмерсон, сидевший за тем же столом, что и Дринкуотер с компанией. – Не удостоите ли меня чести сыграть с вами в кости?

– Я люблю играть в кости и с удовольствием составлю вам партию, если остальные не станут возражать, – улыбнулась в ответ Анджелика.

Она пытливо посмотрела на остальных игроков, сидевших за столом. Кроме Дринкуотера, все ответили ей жадными, плотоядными взглядами. Не совсем ясно было только, считали ли они Анджелику несерьезной партнершей или причиной тому было вызывающе открытое декольте ее платья.

– Присаживайтесь, графиня, и присоединяйтесь к нам, – наконец сказал Армстронг. – Право, на вас куда приятнее смотреть, нежели на этих парней!

Джеймс встал, принес еще один стул и предложил его Анджелике.

– Ставка? – спросила она.

– Десять фунтов за один бросок.

Это показалось Анджелике приемлемым, несмотря на то что в платье без длинных рукавов и карманов она не могла плутовать. Немаловажным было и то, что здесь пришлось бы поочередно мошенничать против четверых мужчин, чего она никогда себе раньше не позволяла. Но даже если она сейчас проиграет какую-то мелочь, все сидевшие здесь завсегдатаи игорных домов, расценив это как неопытность партнерши, непременно захотят уже в ближайшие дни сыграть с ней снова. Ну и тогда…

Адам положил перед Анджеликой двадцать фишек:

– Вы мне вернете потом.

– Спасибо, милорд!

– Какое ваше начальное число?

– Семь.

Анджелика закрыла глаза, взяла кости, потрясла их в ладонях и выбросила на стол: четыре и три.

Пожалуй, никто не удивился более самой Анджелики. Она несколько мгновений тупо смотрела на костяные кубики, потом захлопала в ладоши и воскликнула:

– Выиграла!

Каждый из партнеров тут же вручил ей фишку стоимостью в десять фунтов.

Анджелика бросила кости во второй раз и снова выиграла. Третий бросок также оказался удачным.

Она с улыбкой смотрела на партнеров, вручавших ей все новые и новые фишки, все еще не решаясь поверить в свое неожиданное везение. Боже, как жаль, что подобное счастье не улыбалось отцу! Тогда, возможно, и жизнь всей семьи стала бы совсем другой…

Через полчаса Анджелике уже удалось выиграть у каждого партнера по двести фунтов. Она обвела всех торжествующим взглядом и вдруг почувствовала, что за ее спиной кто-то стоит. Это был Тинкер.

– Извините, миледи, – тихо сказал дворецкий, осторожно передавая ей сложенный вчетверо листок бумаги. – Это велено передать вам.

Она развернула листок и прочла:

«Нам необходимо приватно поговорить. Жду в садовой, беседке».

Подписи не было, но Анджелика сразу же узнала почерк. Некоторое время она перечитывала записку, гадая, что могло произойти за последние полчаса. Но что-то явно случилось. Иначе зачем была бы нужна подобная таинственность и срочность?

С другой стороны, она продолжала выигрывать у своих партнеров все броски подряд, причем без всякого мошенничества! Анджелика не знала, что делать. Но в конце концов все же поднялась из-за стола и извинилась перед партнерами.

– Простите меня, джентльмены, – сказала она, с сожалением бросив взгляд на гору выигранных фишек, – но я должна срочно вас покинуть.

– Надеюсь, что в ближайшем будущем вы дадите нам возможность отыграться? – учтиво спросил Чарлз Эмерсон.

Анджелика отлично понимала, что все эти мужчины никогда более не сядут играть с ней в кости, если она не обнадежит их возможностью скорого реванша.

Она повернулась к Адаму:

– Милорд, вы не согласились бы занять это место за столом и продолжить игру вместо меня?

– Боже, для меня будет огромной честью заменить вас, – поклонился Адам.

– Тогда доброй ночи всем вам, джентльмены! В ближайшее время мы снова встретимся за игорным столом.

Анджелика поклонилась каждому в отдельности и вышла из игорного зала, гордо подняв голову.

Она спустилась на первый этаж, прошла через длинный коридор и вышла через маленькую дверь в сад.

По окутанным ночным сумраком дорожкам все еще прогуливались пары. Ночь выдалась теплой, тихой, наполненной голосами певчих птиц и напоенной запахами экзотических цветов.

После недолгого колебания Анджелика сказала себе: «Эти гуляющие пары слишком заняты собой, чтобы обратить внимание на меня. Медлить нельзя, ведь Роберт ждет и хочет сказать что-то очень важное!»

Она решилась, спустилась по ступенькам на дорожку и быстрым шагом направилась к видневшейся неподалеку впереди беседке.

Подойдя совсем близко, Анджелика остановилась. Ей показалось, что в беседке кто-то есть.

– Роберт? – негромко окликнула она.

И тут же поняла, что ошиблась. Ибо на пороге беседки появилась женская фигура.

– Добрый вечер! – смущенно приветствовала ее Анджелика, решив, что в беседке отдыхала одна из гулявших по саду дам. Женщина обернулась. Лицо ее показалось Анджелике несколько знакомым. Она пригляделась внимательнее и в ужасе застыла на месте. Ибо на пороге беседки стояло… привидение!

Анджелика быстро повернулась, чтобы бежать в дом и рассказать об этой необычной и ужасной встрече тетушке Рокси. Но в тот же момент кто-то сзади схватил ее за плечи и ладонью закрыл рот.

– Это я! – узнала Анджелика голос Роберта. – Что случилось? У вас такой вид, будто вы только что увидели привидение!

– Так оно и было!

Роберт наклонился и поцеловал Анджелику в затылок.

– Привидений не существует!

– Вам легко так говорить! Потому что не видели своими глазами.

– Чего не видел?

– Привидений!

– Боже мой! Ну хватит! Я позвал вас сюда не для того, чтобы сказки слушать, а чтобы объяснить свое поведение по отношению к маленькой девочке. Мне представляется, что это сейчас становится очень важным.

Роберт взял Анджелику двумя пальцами за подбородок и поцеловал в губы. Она почувствовала, как поцелуй одновременно волнует и успокаивает.

– Как хорошо, что мы за ними пошли! – раздался из-за кустов мужской голос.

Роберт и Анджелика одновременно обернулись и увидели герцога Инверари и тетушку Рокси. От неожиданности и удивления Анджелика не могла произнести ни слова. Роберт же стоял как проштрафившийся школьник.

– Твое поведение уже перешло все границы дозволенного, Анджелика! – начала выговаривать племяннице Рокси.

– А ты, Роберт, – вторил ей герцог, обращаясь к сыну, – поставил женщину в крайне неловкое положение. Поэтому должен срочно на ней жениться!

– Но ведь никто не знает, что я здесь! – растерянно пробормотала Анджелика.

– Никто?! – воскликнула Рокси. – Да все видели, как ты убежала с бала! Остальное домыслить не составляет никакого труда!

– Меня интересует, что ты об этом думаешь, сын мой? – очень сурово спросил Магнус.

– Я предложил Анджелике выйти за меня замуж, – смущенно ответил Роберт. – Но она отказалась…

– Отказалась? – переспросил Магнус.

– Да, отказалась!

– Ну так вот, – продолжал герцог не терпящим возражений тоном. – Сегодня вечером я объявлю всем о вашей помолвке!

– Но я не… – растерянно пробормотала Анджелика.

– Помолчи! – приказала ей тетушка Рокси.

– Да. Сейчас Роксанна все объяснит, если вы сами не можете понять! – с раздражением повысил голос Магнус. – Говорите, Роксанна!

– Дорогая моя, – начала тетушка, обращаясь к племяннице. – Ты, наверное, и сама замечаешь, что стала очень быстро уставать, сделалась нервной, постоянно о чем-то грустишь. Днями сидишь в комнате, не выходя ни к ленчу, ни к ужину. Ведь это так?

– Так, тетушка Рокси! Но зачем вы мне все это говорите?

– Затем, что все это – безошибочные признаки беременности.

Анджелика отстранилась от тетушки с выражением крайнего испуга на лице. Ей показалось, что она вот-вот упадет на землю. Роберт, заметивший ее состояние, сделал шаг вперед и поддержал Анджелику за талию.

– Это невозможно! – пробормотала она.

– У вас были близкие отношения с моим сыном? – спросил Магнус.

Анджелика смотрела на герцога, не в силах вымолвить ни слова.

– Были, – ответил за нее Роберт. – И неоднократно. В последний раз это произошло пять дней назад у меня дома.

Анджелика снова чуть не упала в обморок.

– Что ж, тогда все становится ясным! – заключил герцог. – Очень скоро после помолвки вы поженитесь. Я не допущу скандала в своем семействе!

– Вы не имеете никакого права мной командовать, – возразила Анджелика. – Я как-никак графиня!

– А я – ваш официальный опекун! – напомнил ей Магнус.

– Сейчас я бы желала поговорить с маркизом, – упавшим голосом проговорила Анджелика.

– Да ради Бога, говорите о чем угодно! – усмехнулся Магнус. – Только ваша помолвка должна состояться немедленно!

Роберт повернулся к Анджелике:

– Вы этого хотели?

Она гордо подняла голову:

– Я выйду за вас замуж только после того, как вы пообещаете изменить свое отношение к Дейзи!

Роберт долго смотрел в глаза Анджелике, а затем медленно произнес, чеканя каждое слово:

– Я обещаю наладить свои отношения с ребенком, если…

– Ребенка зовут Дейзи! – оборвала его Анджелика. – Прошу вас называть свою дочь по имени.

– Хорошо, пусть будет так. Но вы должны дать мне обещание оставить все мысли о мести врагам отца.

«Мерзкий ублюдок! – подумала Анджелика. – Он же отлично знает, что я не могу отказаться от мести, от клятвы, которую дала своим покойным родителям!»

– Нет, милорд! – жестко ответила она. – Так что лучше постарайтесь привыкнуть к мысли о том, что у вас скоро будет уже два внебрачных ребенка!

– Роберт! Я предупреждаю тебя… – начал было герцог, но сын тут же перебил его:

– Я не позволю своей жене жертвовать здоровьем и репутацией, равно как и здоровьем нашего ребенка. А именно этим и грозит план мести врагам отца Анджелики, который она выдумала.

– Дорогая, будь же благоразумной! – умоляла племянницу тетушка Рокси. – Пойми, ведь ты станешь маркизой Аргайлл, а в будущем – герцогиней Инверари! Подумай о своем положении в обществе! О том, что будет неизменно исполняться каждое твое желание!

– Каждое, кроме одного! – жестко ответила Анджелика.

В их разговор неожиданно включился Роберт:

– Вы меня неправильно поняли, Анджелика! Месть Дринкуотеру, Мейхью и Эмерсону в любой форме я беру на себя. Обещаю вам это! Никто из этих мерзавцев не останется безнаказанным!

Анджелика поняла, что это самое большее, чего она сможет добиться.

– Что ж. Вы выиграли себе жену!

Роберт взял руку Анджелики и поднес к своим губам.

– И надеюсь, любящую жену!

– Не испытывайте свою судьбу! – рассмеялась Анджелика.

Она повернулась, намереваясь направиться назад к дому. Но Роберт продолжал удерживать ее за руку.

– Вы понимаете, мой ангел, – тихо произнес он, наклонившись к самому уху будущей супруги, – что теперь мы должны будем повсюду разыгрывать влюбленную пару?

Анджелика ничего не ответила, но соблаговолила позволить Роберту взять себя под руку и вместе войти в дом.

– Я знала, что они будут прекрасной супружеской парой, – прошептала тетушка Рокси на ухо герцогу.

– Ха! – воскликнул Магнус. – Я обьявлю об их помолвке уже перед ужином! Дабы не дать ей времени передумать!

Герцог сдержал свое слово. Не прошло и десяти минут, как Анджелика с Робертом уже стояли посреди зала, а Магнус выступил вперед и поднял руку, снова призывая всех к тишине.

– Дамы и господа! – обратился он к гостям. – У меня есть еще одна весьма приятная новость.

Тут же воцарилась тишина и все присутствовавшие в зале устремили взгляды на хозяина дома.

– Я счастлив сообщить вам, что графиня Анджелика Мелроуз приняла предложение моего сына маркиза Аргайлла стать его женой!

Зал огласился громким гулом и удивленными возгласами. В следующую минуту все гости дружно зааплодировали. Но Магнус снова поднял руку:

– Жених и невеста пожелали обвенчаться уже через две недели, так что наша свадьба с леди Роксанной ни в коем случае не будет отложена.

Толпа снова загудела. Тем временем Адам Сент-Обин протиснулся к Анджелике и прошептал ей на ухо:

– Я обыграл всех троих, оставшихся за столом после вашего ухода. Завтра утром вы получите банкноты.

– Пусть останутся у вас. У меня теперь будет очень даже богатый супруг!

Уже выходя из танцевального зала, Анджелика поймала на себе ненавидящий взгляд Венеции. Чуть поодаль от нее стоял Чарлз Эмерсон и неестественно улыбался. Эта улыбка напугала Анджелику куда больше, нежели открытая ненависть его дочери.

Глава 16

Анджелика, дорогая, да перестань же хмуриться! – недовольным голосом сказала тетушка Рокси. – Иначе гости бог знает что подумают. Ведь сегодня самый счастливый день твоей жизни! А потому ты просто обязана все время улыбаться!

– Самый счастливый день моей жизни, говорите? – не без ехидства переспросила племянница. – Ничего себе! Вы заставили меня выйти замуж за человека, от которого за целых три недели я не услышала ни одного слова! Он не преподнес мне ни одного подарка. Не написал ни одного нежного письма. И даже ни разу не удостоил меня своим посещением! И вы полагаете, что этот день должен стать самым счастливым в моей жизни?! Покорнейше вас благодарю!

– Но может быть, маркиз просто боялся, что надоест тебе и ты откажешься стать его женой?

– Да? Значит, именно по этой причине он даже не побеспокоился надеть мне на палец кольцо в знак нашей помолвки? Очень даже мило! Порой мне начинает казаться, что он сам не очень-то желает нашего брака!

– Помолчи! – прошипела тетушка Рокси, теряя терпение. – Честное слово, я устала тебя слушать! И уже перестаю удивляться тому, что маркиз стал держаться от тебя на расстоянии. Пойми, дорогая, что ты должна быть более сговорчивой, мягкой и доброй, если хочешь, чтобы замужество было счастливым!

Стоя в церкви рядом с герцогом Инверари и тетушкой Рокси, Анджелика опять-таки ни разу не улыбнулась, хмуро сдвигая свои красивые брови и плотно сжимая тонкие губы. И это несмотря на то, что около нее толпилось чуть ли не две сотни родственников и друзей семейства Кэмпбелл, пожелавших присутствовать при совершении свадебного обряда!

– Ты выглядела бы настоящей принцессой, если бы не была такой мрачной! – продолжала шепотом выговаривать племяннице тетушка. – Поверь, твои покойные родители были бы на седьмом небе от счастья, если бы дожили от этого дня. Боже, как бы они гордились своей дочерью!

На Анджелике было белое подвенечное платье ее матери. Оно было сшито из тонкого дорогого шелка, выглядело строгим, но очень элегантным. На шее у невесты висел бриллиантовый крестик на серебряной цепочке. Голову, подобно нимбу, окружал венок из белых живых цветов. А распущенные густые волосы свободно ниспадали до самой талии.

– Дитя мое, – очень тихо сказал Анджелике герцог Инверари, заключая ее ладонь в свои руки, – я ни за что не хотел бы видеть несчастными ни вас, ни собственного сына. Поэтому, если вы почему-либо не хотите выходить за него замуж, скажите мне! Еще не поздно расстроить свадьбу.

Анджелика посмотрела в глаза Магнусу. Она по-настоящему любила Роберта и не могла бы найти слов, которые бы послужили причиной для расторжения еще не свершившегося брака. К тому же как быть тогда с будущим малышом, если она не выйдет замуж за его отца? Тем более что сама желала этого брака и стала бы женой Роберта даже без вмешательства герцога Инверари и тетушки Рокси.

– Я уже несчастна, – со вздохом ответила герцогу Анджелика. – И еще сорок с лишним лет страданий вряд ли смогут что-то изменить. Но обещаю вам, что стану нежно любить своего будущего малыша!

– Почему ты чувствуешь себя несчастной? – спросила Анджелику тетушка Рокси, все это время стоявшая рядом.

– Потому что я мечтала выйти замуж за человека, который бы меня любил! – ответила со слезами в голосе Анджелика.

– И это все?! Но разве ты сама не видишь, что маркиз обожает тебя?

– Извините, тетушка, но пока он ничем этого не доказал!

– А ты считаешь, что свою любовь ему доказала?

– Да.

– Видишь ли, дела зачастую говорят красноречивее самых высоких слов. К мужчинам это особенно относится. Так что цени не то, что мужчина говорит и обещает, а то, что он реально делает и как себя ведет.

Магнус прокашлялся и, понизив голос, сказал:

– Я полностью согласен с тем, что сказала Роксанна. Наверное, Роберт действительно серьезно любит вас и хочет жениться. Но для мужчины порой очень трудно выразить свои чувства словами. А иногда это сделать просто невозможно!

– Человек, который с легкостью произносит слова «Я люблю вас», не достоин доверия, – развила мысль герцога тетушка Рокси.

Магнус одобрительно покачал головой:

– Уверен, что мой сын к этой категории не принадлежит. Поэтому советую вам, Анджелика, быть как можно более внимательной и доброй к нему. Роберт, несмотря на все богатство нашей семьи, успел многое пережить. Перспективы постоянно следовать стандартам и традициям, установленным родителями и дальними предками, начали угнетать его еще в раннем детстве. Затем он потерял брата, который погиб, упав с лошади. А всего через несколько месяцев после этого несчастья покончила жизнь самоубийством Луиза. Это совсем опустошило его душу.

– Но как я могу соперничать с умершей женщиной? – всхлипнула Анджелика.

– Роберт не питал к Луизе глубоких чувств. Это был в большей степени брак по расчету.

– А какой была Луиза?

– Мягкой и очень робкой.

«Ты очень похожа на свою мать, но не унаследовала ее мягкость и нежность», – вспомнила Анджелика слова своего отца. Она понимала, что в них была заключена горькая правда. Но разве она могла изменить себя, побороть свой упрямый, независимый нрав?

– Итак, – уже более строго и даже жестко спросил ее Магнус, – готовы ли вы, Анджелика, стать женой моего сына и сделать его счастливым?

– Я выйду за него замуж, – улыбнулась в ответ она. – Но обещать большего пока не могу.

Анджелика заметила среди толпы Венецию и ее отца. Они с ненавистью смотрели на нее. Магнус перехватил их взгляды и шепнул Анджелике на ухо:

– Смотрите на Роберта!

Анджелика взглянула на своего жениха, стоявшего вместе со священником около алтаря. Роберт выглядел просто великолепно в отлично пошитом вечернем фраке. Но не это было главным. Во взгляде, брошенном женихом на свою невесту, она прочла нежность и… любовь!

Подойдя к алтарю, герцог вложил дрожащую ладонь Анджелики в руку своего сына. Роберт поднес ее к губам и нежно поцеловал. Затем они последовали за священником, который провел их в святилище храма.

Страдая от охватившей ее острой боли в желудке, Анджелика была очень довольна, что церемония бракосочетания закончилась довольно быстро. В течение нескольких минут священник благословил молодоженов, после чего объявил их мужем и женой.

Когда новобрачные вышли из церкви, их обступила целая армия телохранителей. Это напомнило Анджелике о том, что кое-кто хотел бы видеть ее молодого супруга мертвым.

Через несколько минут экипаж остановился у дома герцога Инверари, где молодоженов ждал легкий завтрак. Сидя за столом рядом с Робертом, Анджелика не могла привыкнуть, что теперь этот молодой красивый мужчина – ее муж. А потому ей было крайне нелегко подобрать слова, чтобы к нему обратиться.

Роберт заметил это и тотчас же пришел на помощь молодой жене.

– Ты выглядела до невозможности красивой в свадебном платье и подвенечном уборе! – сказал он. – Но я озадачен только одним.

– Чем именно?

– Тем, что среди твоих родственников не было Джаспера. Но все же я приготовил подарок и ему! – Роберт достал из внутреннего кармана огромный батистовый платок с вышитым на нем разноцветным попугаем и передал жене: – Вот. Думаю, что Джасперу и тебе это очень пригодится. Будешь закрывать на ночь клетку.

Анджелика рассмеялась, взяла платок, положила в сумочку и принялась за еду.

Несколько минут жених и невеста молчали. Потом она спросила:

– Где ты пропадал эти три недели?

– Старался избежать встречи с тобой.

– Это почему же?

– Боялся испортить тебе настроение. Тогда ты, возможно, постаралась бы расстроить нашу свадьбу.

– Но ведь это же не так!

– Ты уверена, что наша встреча не испортила бы тебе настроение?

– Конечно, испортила бы, – призналась Анджелика. – Но свадьба бы не расстроилась!

Роберт громко рассмеялся.

Затем последовал долгий и ужасно утомительный прием поздравлений, который занял всю вторую половину дня. Анджелика чувствовала себя не совсем удобно. Ей казалось, что далеко не все гости верят, что их брак заключен по взаимной любви. К тому же два инцидента взвинтили ее нервы до предела.

Во-первых, Роберт запретил Дейзи и Колину присутствовать при бракосочетании. Второй же причиной ее раздражения стала Венеция.

Произошло вот что. Несколько устав от шума в танцевальном зале, Анджелика решила немного отдохнуть в соседней комнате. Войдя туда, она машинально взглянула в висевшее на противоположной стене большое зеркало и увидела за своей спиной Венецию.

– Простите, вы что, решили меня преследовать? – обернулась к ней Анджелика. – С какой целью?

Венеция покраснела, а затем неестественно улыбнулась:

– Я просто хотела сказать, что вы никогда не станете матерью наследника состояния Кэмпбеллов. Это мне обещал отец!

Негодование охватило Анджелику. Она с ненавистью посмотрела в глаза соперницы и презрительно процедила сквозь зубы:

– Передайте вашему отцу, что он властен лишить наследства своего сына. Но он не может распоряжаться судьбой матери будущего наследника Кэмпбеллов, которого она уже носит под сердцем.

С этими словами Анджелика вышла из комнаты, вернулась в танцевальный зал и опустилась в кресло рядом с Робертом.

– Что с тобой? – озабоченно спросил он, внимательно посмотрев на молодую супругу. – На тебе лица нет!

– Ничего страшного. Я просто немного устала. Как ты думаешь, долго мы здесь еще пробудем?

– Сейчас уедем. Тинкер должен был распорядиться, чтобы нам подали экипаж.

– Пусть немного подождет. Неужели нам и впрямь нужен экипаж? Ведь твой дом совсем рядом. А мне так хочется подышать свежим воздухом!

Роберт знаком подозвал Тинкера:

– Экипажа не надо. Мы пойдем пешком. Дворецкий поклонился и уже хотел отойти, но его незаметно для Роберта остановила Анджелика.

– Скажите телохранителям, что мы уезжаем, – тихо прошептала она, воспользовавшись тем, что маркиз смотрел в другую сторону.

Однако для Роберта это не прошло незамеченным.

– Ты о чем шепталась с Тинкером? – спросил он.

– Я сказала ему, что не желаю остаться восемнадцатилетней вдовой, и попросила уведомить охрану о нашем скором уходе отсюда.

Роберт промолчал.

Молодожены попрощались с гостями и вышли в сад. На некотором расстоянии от них следовала небольшая группа телохранителей.

Дойдя до подъезда своего дома, Роберт поднял Анджелику на руки и внес в кухню, где было полно слуг.

– Это моя жена, – сказал он домочадцам. – Исполняйте все ее распоряжения и слушайтесь так же, как и меня.

Чуть наклонив голову в знак благодарности за последовавшие аплодисменты, он все так же, с Анджеликой на руках, поднялся по лестнице на второй этаж.

– Ты, наверное, устала и хочешь отдохнуть? – спросил Роберт, опустив жену. – Сейчас я покажу тебе твою комнату.

«Мою комнату? – пронеслось в ее голове. – Ту самую, в которой жила его первая жена?»

На стене у самой двери спальни, предназначенной для Анджелики, висел большой женский портрет.

– Кто это?

Роберт некоторое время молчал, с грустью смотря куда-то поверх головы Анджелики. Потом глухо ответил:

– Это портрет Луизы Эмерсон.

– Ее-то я и видела в беседке!

– Невозможно!

– Это был ее встревоженный призрак!

– Я не желаю сегодня говорить о своей покойной жене, – резко оборвал Анджелику Роберт.

– Хорошо, милорд! Мы поговорим о ней завтра утром.

Они вошли в комнату. Спальня оказалась просторной. Справа от входа располагался камин, напротив которого стояло мягкое старинное кресло. Слева – кровать под пологом. Карнизы были украшены золотым орнаментом. Четыре окна комнаты выходили в сад.

– Я здесь кое-что переделал в ожидании твоего приезда, – сказал Роберт. – Чем, кстати, и занимался в последние три недели. Это ответ на твой вопрос, где я пропадал все это время!

Заметив в боковой стене небольшую дверь, Анджелика спросила:

– Куда она ведет?

– В детскую. Через нее можно пройти и в мою спальню. Ну а теперь ложись и отдохни. Я разбужу тебя к ужину.

После того как Роберт ушел, Анджелика разделась и легла в просторную и мягкую постель. Все мысли ее кружились вокруг портрета Луизы. Она никак не могла понять, почему не заметила его раньше, когда впервые пришла в этот дом. Может быть, тогда она слишком нервничала и просто ни на что не обращала внимания? Что ж, вполне возможно…

А Луиза была красивой. Но так или иначе, Анджелика не станет соперничать с ушедшей из жизни женщиной! Нет, она найдет свой путь. Создаст свою жизнь, совсем не похожую на ту, которую вела ее предшественница!..

Анджелика не знала, долго ли проспала. Но когда открыла глаза, у ее постели сидел Роберт. Увидев, что жена проснулась, он наклонился и поцеловал ее в губы.

– Ты хорошо спала?

– Да.

– Не хочешь поужинать?

– Не возражаю. Только мне надо сначала одеться.

– Это совершенно не обязательно. Мы можем поужинать в моей комнате.

В спальне Роберта перед окнами, которые были открыты настежь, дабы дать возможность легкому ветерку внести в комнату максимум прохлады и аромата садовых цветов, стоял накрытый стол.

Анджелика бросила взгляд на суп из свежих томатов, отваренные грибы и жареного цыпленка. Все это выглядело очень даже аппетитно! Кроме того, в середине стола стояла бутылка вина для Роберта и кувшин теплого молока для нее.

Она наполнила бокал и с удовольствием, не спеша, выпила.

– Итак, я отмечаю свою свадьбу бокалом теплого молока! Как ты думаешь, это понравилось нашему будущему малышу?

– Не знаю, понравилось ли. Но уверен, что это очень ему полезно.

– Не ему, а ей! – поправила мужа Анджелика. Роберт пропустил мимо ушей ремарку жены и, взяв ее руки в свои, поднес по очереди к губам.

– А ты знаешь, что сегодня в середине дня мы уезжаем из Лондона?

– Куда? – с удивлением спросила Анджелика.

– В Кэмпбелл-Мур, родовое поместье отца. Это в Южной Шотландии. Предполагается, что мы будем там уже завтра утром.

– Дейзи поедет с нами?

– Дорогая моя, мне легче назвать тебе тех, кто не поедет. Правда, наши семьи и приглашенные гости прибудут туда чуть позже, через неделю.

Анджелика неуверенно кивнула. Итак, у нее была всего лишь неделя, чтобы хоть немного поправить отношения между отцом и дочерью. После этого все внимание Роберта будет перенесено на других…

– Ангел мой, ты слышишь меня? – донесся до Анджелики его голос.

– Извини?

– О чем ты задумалась?

– Ни о чем, а о ком! – поправила мужа Анджелика. – Я думаю о нашем будущем младенце!

– А еще о чем?

Анджелика встала, подошла к Роберту и прижалась к его груди:

– Еще о том, где мы сегодня будем спать.

– Как где?! Конечно, в моей постели!

– Я люблю тебя! – со стоном сказала Анджелика и обняла Роберта за шею.

– А я – тебя!..

Проснувшись на следующее утро, Анджелика обнаружила, что лежит в постели одна. Роберт куда-то ушел, оставив на столике рядом с кроватью два аккуратно поджаренных тоста и алую розу.

Это выглядело очень даже мило. Анджелика невольно подумала, как ей, в сущности, повезло. Могла ли она даже мечтать о таком любящем, внимательном и нежном супруге!

Да… Все это так. Но почему все-таки Луиза покончила жизнь самоубийством?..

Дверь без стука отворилась, и на пороге появился Роберт.

– Вставай, изнеженное и ленивое создание! – весело рассмеялся он, глядя на лежащую в постели супругу. – Через час мы уезжаем. Все вещи уже снесены вниз и погружены в экипажи с повозками. Повар приготовил для нас отдельную продуктовую корзину. Так что завтракать будем в пути.

– А как насчет Дейзи и Джаспера?

– Оба готовы к путешествию. Кстати, у этой птицы больше клеток, чем экипажей у самого короля! – Роберт снова рассмеялся. – Итак, через час мы отправимся в путь!

Анджелика, не мешкая, оделась и отправилась вниз. Проходя мимо портрета Луизы, она остановилась, внимательно посмотрела ей в глаза и с улыбкой сказала:

– С добрым утром, Луиза!

И вдруг, как дуновение легкого ветерка, до нее донеслось ответное приветствие. Анджелика почувствовала, как холодные мурашки поползли у нее по спине. Да нет же! Этого не могло быть! Просто ей показалось!.. Хорошо, пусть сейчас показалось. Ну, а как быть с привидением, которое она уже дважды видела? Ведь бесплотная тень являлась именно ей! Или это тоже была лишь игра воображения, вызванная нервным стрессом?

– Анджелика! – услышала она свое имя, но на этот раз его произнес супруг.

– Иду, иду! – отозвалась она и, снова внимательно посмотрев на портрет, сбежала по лестнице на первый этаж.

Глава 17

– Анджелика, – вновь окликнул ее Роберт. – А, вот и ты!

– Я чуть задержалась, потому что… – принялась оправдываться она.

Но Роберт прижал свой указательный палец к ее губам и рассмеялся:

– Не имеет значения! Анджелика Кэмпбелл, вы самая красивая и очаровательная женщина!

– Итак, мы готовы ехать? – спросила она, чуть покраснев от столь возвышенного комплимента.

– Экипажи и повозки ждут нас, но не у парадного крыльца, а в аллее сада, – ответил Роберт, напоминая тем самым, что его жизни угрожает постоянная опасность.

Крепко сжав руку жены, он прошел по длинному коридору и вышел в сад. Там действительно стояли два экипажа и не менее десятка подвод, доверху нагруженных домашним скарбом.

– Наш сегодняшний выезд поистине напоминает парад! – рассмеялся Роберт.

– Боже мой, я так привыкла путешествовать по Лондону в одиночку!

Анджелика невольно остановила взгляд на беседке. Роберт тотчас же заметил это.

– Только не пытайся уверить меня, что снова увидела привидение! – усмехнулся он.

– Нет, беседка пуста.

– Ну и прекрасно! – Роберт подвел Анджелику к первому экипажу и открыл перед ней дверцу: – Прошу садиться!

– А где Дейзи?

– Она сказала, что поедет во второй карете вместе с миссис Суитинг, Уэбстером и Джаспером.

– Нет, это не годится! – нахмурилась Анджелика и подошла ко второй карете.

Как только она открыла дверцу, из экипажа раздался приветственный крик Джаспера:

– Привет!

– Доброго утра тебе, Джаспер, и всем остальным! – улыбнулась она сидящим в экипаже. – Дейзи, пойдем со мной!

– Леди Аллегра желает ехать вместе с Джаспером! – завертела головой Дейзи, показывая Анджелике любимую куклу.

Анджелика поняла, что ее муж был прав, считая свою дочь невероятно упрямой. Сделав строгое лицо, она взяла девочку за ручку:

– Леди Аллегра может ехать с Джаспером, если ей это так хочется. Но ты поедешь с нами! Я расскажу тебе очень интересную сказку.

– Дейзи, хватит упрямиться, – не терпящим возражений тоном сказал подошедший Роберт. – Идем! Не трать попусту времени!

Анджелика с упреком посмотрела на мужа, подняла на руки девочку, продолжавшую сжимать в руках куклу, и перенесла ее в первый экипаж.

Она усадила Дейзи рядом с собой, обняла за худенькие плечики и принялась что-то шептать ей на ухо. Наверное, рассказывала сказку. Роберт устроился на противоположной скамье.

Экипаж тронулся. Мерно стучали колеса, карета покачивалась, и сидевшие в ней постепенно погрузились в сон.

– Просыпайся, мой светлый ангел! – услышала Анджелика над самым ухом голос мужа.

Она открыла глаза, выпрямилась и радостно улыбнулась, увидев, что Дейзи мирно спит на коленях у отца.

– Долго я спала?

– Часа два с небольшим. Глянь-ка в окно: мы уже почти приехали!

Экипаж спускался в долину, петляя между небольшими озерами. Колеса гремели по красным кирпичным плитам, которыми была вымощена дорога. Впереди виднелся двухэтажный кирпичный дом.

Как только экипажи остановились у главного подъезда, Анджелика легко спрыгнула на землю и принялась вертеть головой во все стороны, с интересом рассматривая усадьбу своего мужа. Совсем рядом с домом располагались три водных террасы, по бокам которых виднелись мраморные статуи греческих и римских богов, а посредине били высокие фонтаны. Около ближней террасы Анджелика увидела медную русалку очень изящной работы. Она держала в руке что-то напоминавшее факел, из которого бил фонтан. Из вод второй террасы, расположенной немного выше первой, величественно поднимался мраморный Нептун с трезубцем в руке. Третью же украшала фигура Венеры, как бы выходящей из морской пены.

– Какой великолепный ансамбль! Это, конечно, твоя идея?

– Спасибо за комплимент! Но он, увы, не по адресу. Я начисто лишен способностей к архитектуре и никогда не мог что-либо спроектировать!

Держа на руках спящую дочь, Роберт направился к парадному крыльцу и кивком предложил Анджелике следовать за ним.

– Я сейчас отнесу Дейзи в ее комнату, уложу в кроватку, а потом проведу тебя по всей территории.

Они вошли в зал, который поразил Анджелику своим размером и особенно высотой потолков. В дальнем конце виднелась ведущая на второй этаж лестница, на деревянных перилах которой были выжжены затейливые орнаменты.

Через высокие стеклянные двери зала можно было выйти на балкон. Оттуда открывался красивый вид на зеленые луга, лес, живописные озера.

– Ну, как тебе нравится коттедж? – спросил Роберт.

– Коттедж? Да это дворец, равного которому я не видела никогда и нигде!

Только теперь Анджелика обратила внимание на шеренгу слуг, возглавляемую Уэбстером, выстроившуюся в глубине холла.

Уэбстер выступил вперед и торжественно объявил:

– Ваши сиятельства маркиз и маркиза! Слуги приветствуют вас в вашем доме, желают долгой счастливой жизни и процветания всей семье!

– Спасибо! – поблагодарил Роберт домочадцев строгим голосом. – А я хотел бы представить вам мою жену леди Анджелику вместе с ее любимым попугаем Джаспером. Кстати, не трогайте его руками, ибо можете остаться без пальцев! Девочка же, которая сейчас спит у меня на руках, – моя дочь, леди Дейзи. Прошу помогать моей жене и дочери.

Слуги в изумлении воззрились на них. Не обошли вниманием и попугая. Появление в доме хозяина с новым и совершенно незнакомым им семейством было полной неожиданностью.

– А теперь прошу всех вернуться к своим делам, – сказал слугам Уэбстер. – Кроме того, нескольким из вас надо разгрузить повозки и экипажи.

Роберт с Дейзи на руках поднялся по лестнице на второй этаж, затем спустился на пол-этажа ниже с другой стороны и, пройдя через длинный коридор, остановился перед дверью комнаты в задней части дома. Его сопровождала миссис Суитинг.

Войдя в комнату, он положил Дейзи в кровать и попросил няню побыть рядом с ней. Затем вернулся в зал и, взяв Анджелику за руку, сказал:

– А теперь я покажу тебе нашу комнату.

И они снова проделали все тот же путь. Спальня Анджелики и Роберта оказалась рядом с комнатой Дейзи. По размерам она была гораздо больше и просторнее, нежели та, в которой оба провели брачную ночь в Лондоне, и обставлена с еще большей роскошью и вкусом.

– Ой, до чего же здесь уютно!

– Нравится?

– Не то слово!

– Что касается Джаспера, то я приказал Уэбстеру расставить для него клетки по всему дому. Так что он будет чувствовать себя комфортно в любой комнате. И естественно, здесь тоже. Куда бы ты хотела ее поставить?

– Около камина.

– Хорошо, я распоряжусь. Ну а теперь чего бы ты хотела?

– Отдохнуть с дороги. Потом ты покажешь мне всю усадьбу.

– Пусть так! – Роберт привлек Анджелику к себе и покрыл поцелуями ее лицо, шею, грудь. – Я разбужу тебя к ленчу.

– Хорошо.

Глава 18

Анджелика сокрушенно изучала себя, стоя в своей спальне перед большим зеркалом. Ей очень не нравилось, что полушария ее груди потеряли былую твердость и с трудом помещались в чашечках лифчика. Правда, муж с умилением поглядывал на них, сидя рядом за обеденным столом.

В дверь тихонько постучали.

– Войдите! – откликнулась Анджелика. В спальню вошла Дейзи.

– Привет! – приветствовал ее Джаспер.

– Привет! – ответила девочка и внимательно посмотрела на Анджелику. В ее глазах запрыгали озорные чертики. – А у нас с вами одежда одинакового цвета!

– А ведь и правда! – Анджелика помолчала несколько секунд и сказала: – Если ты проголодалась, то можно перекусить.

– Перекусить! – повторил за ней Джаспер.

– Джаспер, имей совесть! – прикрикнула на птицу Анджелика. – У тебя в клетке полно всякого корма!

Она отворила дверцу и выпустила попугая на волю. Тот медленно и важно прошелся по комнате, потом подошел к двери и поскреб по ней лапой.

– Господи, до чего же ты надоел! – проворчала Анджелика, выпуская птицу в коридор.

– Сегодня мы будем ужинать своей семьей, без всяких птиц и животных!

– А Джаспер?

– Ничего с ним не случится за одну ночь!

– Он будет скучать!

– Не умрет! Зато завтра мы, возможно, возьмем его с собой на пикник.

Дейзи радостно захлопала в ладоши, потом поймала руку Анджелики и поцеловала.

– Я люблю вас, леди Анджелика!

Взявшись за руки, они спустились в холл. К ним тут же подскочил слуга и провел в столовую.

– Господи, я никогда не видела такой огромной комнаты! – воскликнула Дейзи.

– Господи, я никогда не видел здесь двух таких прекрасных роз! – в тон ей ответил Роберт, входя через противоположную дверь.

– Спасибо за столь картинный комплимент, милорд, – жеманно ответила Анджелика, театрально приседая в глубоком реверансе.

– Спасибо, милорд! – повторил за ней Джаспер, тоже появившийся в столовой.

Все трое уселись за длинным столом красного дерева.

Двое слуг обслуживали их под руководством Уэбстера. Главным блюдом ужина был ростбиф с жареной картошкой. Кроме того, на столе появились томатный и банановый салаты.

Анджелика внимательно следила за Робертом, который, в свою очередь, не сводил взгляда с девочки. Сердце Анджелики при этом прыгало от радости. Ведь это был первый семейный ужин отца с дочерью, и такое взаимное внимание Роберта и Дейзи не могло не трогать.

– Тебе нравится ростбиф? – спросил Роберт у дочери.

– Очень! Как хорошо, что у меня уже выросли зубы и я могу его без труда жевать!

– Но при этом не надо сразу набивать весь рот едой, – продолжила воспитывать свою приемную дочь Анджелика. – Дамы из высшего света всегда берут понемногу и тщательно прожевывают.

– А это бананы? – спросила Дейзи, указывая пальцем на вазу, доверху наполненную экзотическими плодами.

– Да. Ты хочешь попробовать? – Роберт пододвинул вазу поближе к дочери.

– Нет, я никогда не ем бананов! – замахала обеими ручками Дейзи.

– Почему же? Ведь они очень вкусные!

– Люсиль говорит, что от бананов пучит живот, я пукаю и порчу вокруг воздух.

Роберт и Анджелика переглянулись и весело рассмеялись.

– Не беспокойся, – ответила малышке Анджелика. – Мы простим тебе этот маленький грешок!

– Я разрешаю тебе пукать и портить воздух, – совершенно серьезно заявил Роберт.

, Все, включая Дейзи, снова весело рассмеялись. На этом семейный ужин закончился.

– А теперь, – сказала Анджелика, целуя Дейзи в затылок, – иди вместе с миссис Суитинг к себе. Я скоро приду и расскажу тебе на ночь новую сказку.

– Ах, как я люблю вас, леди Анджелика! – радостно захлопала в ладоши Дейзи.

Глава 19

Черт побери! – невольно выругалась Анджелика, поняв, что означает парад экипажей на дороге, ведущей к дому.

– Папа, а что такое «черт побери»? – спросила отца Дейзи.

– Не твое дело! – сердито буркнул Роберт и прошептал на ухо Анджелике: – Сколько раз я уже говорил тебе, что нельзя употреблять при детях бранных выражений!

Пропустив мимо ушей реплику мужа, Анджелика продолжала с досадой наблюдать, как кавалькада экипажей и повозок длинной змеей приближалась к поместью. Она выразилась бы и куда крепче. Ведь все это означало, что ей уже больше не удастся побыть наедине с мужем и маленькой падчерицей!

– Я думала, что твой отец предоставит нам хотя бы неделю для отдыха!

Роберт выглядел очень опечаленным.

– Да, он действительно это обещал!

– А прошло всего-то пять дней! Мне кажется, что нам следует на некоторое время отказаться от купания в пруду.

– Я постараюсь поскорее спровадить их подальше в Шотландию! – раздраженно проговорил Роберт.

– Впереди этого парада едут кареты твоего отца. А за ними чьи?

– Очевидно, Эмерсонов. Ведь они никогда не упускают возможности увязаться за его светлостью, куда бы тот ни направился!

– Если мы станем ублажать Эмерсонов здесь, то это, надеюсь, снимет с нас обязанности подобного рода в дальнейшем! – фыркнула Анджелика.

– Ты уверена, что так будет лучше?

– Леди Анджелика, а кто такие эти Эмерсоны? – вдруг спросила Дейзи.

– Эмерсоны – монстры! – с ненавистью прошипела Анджелика.

На личике Дейзи появилось испуганное выражение.

– Зачем ты сказала ей это? – упрекнул жену Роберт.

– А как еще ты мог бы назвать этого дьявола в человеческом облике?

– Об этом нам еще предстоит договориться, – недобро улыбнулся Роберт.

– Пусть тебя не пугают монстры! – сказала Анджелика, обняв девочку за плечики. – Папа сумеет защитить нас от них!

Тем временем первый экипаж с изображением кабана на дверце проследовал через ворота усадьбы и остановился у парадного крыльца. Возница соскочил с облучка, открыл дверцу и помог спуститься герцогу, тетушке Рокси, Саманте и Виктории.

– Лучше подумай о том, какие веселые игры ждут теперь тебя с приездом моих милых сестричек, – сказала Анджелика, с ласковой улыбкой положив ладонь на головку Дейзи.

Она взяла малышку за ручку и в сопровождении мужа спустилась вниз, чтобы встретить гостей.

– Как же великолепно вы выглядите, мои дорогие! – с чарующей улыбкой приветствовала тетушка Рокси свою старшую племянницу, Дейзи и Роберта. – Наверное, вам здесь было так хорошо втроем!

– Действительно, мы были счастливы до той минуты, пока здесь не появились нежданные гости, – прошипела Анджелика, вызвав этим сдержанный смех Роберта.

– Вы же должны были приехать только к концу этой недели, – с упреком добавил он, обращаясь к отцу.

Герцог недовольно сморщился и пожал плечами:

– Венеция стала закатывать безобразные сцены, требуя немедленно отправить Колина на север. Мне ничего не оставалось, как уступить.

– А Колин тоже приехал? – спросила Дейзи.

– А как же иначе? – рассмеялся герцог. – Мог ли я не взять с собой своего любимого внука? Вон он!

Дейзи обернулась и увидела Колина, только что спустившегося по ступенькам экипажа и стоявшего вместе с Джеймсом Армстронгом и Адамом Сент-Обином. Она бросилась было к нему, но тетушка Рокси крепко схватила ее за руку:

– Запомни на всю жизнь – мужчина должен подходить к женщине первым, равно как и мальчик к девочке!

– Тинкер тоже приехал? – спросила Анджелика у мужа.

– Тинкер будет сопровождать моего отца в поездке по Шотландии. А с нами здесь останется Уэбстер.

Роберт подошел к друзьям и с каждым поздоровался за руку.

– Вы тоже решили поохотиться на шотландских куропаток?

– Вместе мы будем только здесь, – ответил Адам. – А в конце недели разъедемся в разные стороны по своим поместьям.

– Но до этого не можем лишить себя удовольствия полюбоваться здешним фейерверком, – добавил Джеймс.

В этот момент открылась дверца третьего экипажа. Из него вышли Венеция и Чарлз Эмерсон. Анджелика, сделав вид, будто не заметила их появления, наклонилась к Дейзи и тихо сказала:

– Дейзи, проведи, пожалуйста, Колина с миссис Хони в дом и постарайся найти там миссис Суитинг.

Девочка взяла няню с Колином за руки и торжественно повела в дом. Но прежде чем закрыть дверь, она повернулась и нарочито громко, чтобы слышали все, сказала:

– У нас вчера был веселый пикник, а сегодня, похоже, ожидаются похороны!

Пока слуги Кэмпбеллов разгружали кареты и повозки, Чарлз с Венецией подошли к стоявшей у парадного крыльца группе взрослых. Эмерсон пожал руку Роберту, удостоив Анджелику лишь высокомерным кивком.

– А что, Александр остался в Лондоне? – спросил у него Роберт.

– Да. У моего сына неотложные дела, и он присоединится к нам в конце недели.

– Я не хочу, чтобы мой сын Колин играл с этой девчонкой! – заявила вместо приветствия Венеция.

– Тогда будет лучше, если вы немедленно уедете отсюда! – резко ответила Анджелика под хихиканье своих сестер.

Герцог громко откашлялся и предложил:

– Почему бы нам не войти в дом и не разместиться там поудобнее?

– Пойдемте, сестренки, – сказала Анджелика, взяв за руки Саманту и Викторию. – Я помогу вам распаковаться, но при этом одежду надо приготовить с расчетом на пять дней.

Прошло четыре часа. Наступало время ужина. Невзирая на это, Анджелика сняла с вешалки свое персиковое платье и принялась разглаживать невидимые глазу складки. Она хотела свести до минимума продолжительность своих встреч с Венецией, а потому решила спуститься в столовую к самому началу ужина.

– Пойдем, Джаспер! – скомандовала она попугаю, открывая клетку, и вышла в коридор. Попугай последовал за ней, вызвав этим злорадство хозяйки, не забывшей, как досталось от этой птицы Чарлзу Эмерсону.

Проходя мимо комнаты падчерицы, Анджелика приоткрыла дверь и увидела детей и обеих нянь за ужином.

– Дейзи и Колин! – строго сказала она детям. – Пойдемте со мной. Вы должны ужинать вместе со всей семьей в столовой.

– Леди Венеция будет очень недовольна! – растерянно возразила миссис Хони.

– Здесь распоряжаюсь я, маркиза Аргайлл. Но никак не леди Венеция!

– Привет! – подтвердил Джаспер.

– А Джаспер тоже будет ужинать в столовой? – спросила Дейзи.

– Конечно! Джаспер – полноправный член нашей семьи!

Эта фраза оказалась для детей самым веским аргументом. Они вскочили со своих стульев и бросились вниз. Однако у самой двери столовой Анджелика задержала их, пригладила волосы, поправила курточку Колина и поясок платьица у Дейзи, после чего первой вошла в столовую.

– Добрый вечер! – лучезарно улыбнулась она всем сидящим за столом. – Желаю приятного аппетита.

Вслед за детьми в столовую важно вошел Джаспер и громко провозгласил:

– Привет!

– Уберите подальше от меня эту птицу! – в ужасе закричал Чарлз Эмерсон.

– Чак, неужели вы боитесь этого очаровательного попугая?

– Прошу меня так не называть! Мое имя Чарлз!

– А что, столовая в этом доме превратилась в детскую? – надменно спросила Венеция. – Извините, но я привыкла к тому, что дети завтракают, обедают и ужинают вместе с нянюшками!

– В семьях дети сидят за одним столом со взрослыми, – возразил Роберт.

– Иди сюда, Колин, – позвал мальчика Джеймс Армстронг. – Сядешь между мною и Адамом.

– Как вы себя чувствуете с детьми, Анджелика? – спросил Магнус.

– Я? Превосходно!

– Вы не намереваетесь присоединиться к нам в Шотландии?

На этот вопрос ответил Роберт:

– У нас с Анджеликой в разгаре медовый месяц. Так что в этом году мы пропустим охоту на шотландских куропаток.

– Вы проводите медовый месяц не только с молодой женой, но и со своей внебрачной дочерью? – ехидно спросила Венеция.

За столом воцарилось молчание. Его нарушила Дейзи.

– А что означает «внебрачная»? – спросила она.

– Не обращай внимания! – с раздражением сказала Анджелика, бросив предостерегающий взгляд на мужа, уже приготовившегося что-то сказать. – А этой даме я отвечу сама! Я попросила бы вас, леди Венеция, никогда впредь не произносить этого слова в моем доме. Иначе мне придется попросить слуг выставить вас за дверь!

Роберт, его друзья и сестры Анджелики переглянулись и дружно засмеялись. Даже герцог не смог сдержать улыбки. Венеция хотела было что-то сказать, но вмешался ее отец.

– Помолчи! – резко сказал он дочери.

– Я хочу остаться здесь вместе с Дейзи! – неожиданно заявил Колин.

– Не говори глупостей! – взорвалась Венеция. – Ты поедешь с нами на север!

– Но если Колин хочет остаться здесь, то почему бы ему и не разрешить этого? – Герцог бросил многозначительный взгляд на сына.

– Конечно, мы будем рады. Пусть остается и живет здесь сколько захочет! К тому же у меня будет партнер по рыбной ловле.

– Ты не должен ловить рыбу, Колин! – горячо запротестовала Дейзи.

– Почему? – удивленно посмотрел на нее мальчик.

– Потому что сначала ты убьешь червячка, а потом – рыбу! Это очень жестоко!

– Хорошо, я не буду рыбачить!

– Ты не прав, Колин! – сказал мальчику Роберт. – Если тебе не хочется брать в руки червяка, то я сам его возьму и насажу на крючок.

– Что значит «насадить на крючок»? – спросила Дейзи.

– Это означает, что незадачливого червяка протыкают крючком, леску с ним забрасывают в воду, а когда рыба захочет съесть приманку, то попадается сама. Рыболову остается только вытащить ее из воды и передать повару. А тот знает, что с ней делать. Во всяком случае, наш повар отлично готовит рыбные блюда! – объяснила Анджелика.

Колин отрицательно завертел головой:

– Нет, я не стану ловить рыбу! Это действительно очень жестоко!

– Как хорошо ты все объяснила! Настолько хорошо, что лишила меня партнера по рыбной ловле! Спасибо тебе за это…

Анджелика с улыбкой посмотрела на супруга:

– Я привыкла говорить откровенно. И стараюсь давать полезные советы!

– Что ж, я тоже не прочь быть откровенной, – прошипела Венеция. – Вчера дом герцога Инверари в Лондоне посетил пастор Баттерфилд. Он интересовался, насколько успешно проходит процесс воспитания Дейзи в новой семье. И я не нашлась что ему ответить!

– А что вы могли бы ему ответить? Ведь вы ничего не знаете о Дейзи. И не живете в том доме!

– Я пришла туда навестить своего сына. Там в это время был пастор, и мы с ним подробно поговорили обо всем. Баттерфилд давно знает нашу семью и относится к ней с участием. – Венеция сделала паузу, а потом неожиданно сказала, внимательно посмотрев на Анджелику: – Кстати, принц Рудольф выразил намерение присоединиться к нам в Шотландии. Жаль, что вас там не будет!

– Меня абсолютно не интересуют ни Шотландия, ни принц Рудольф, – сморщилась Анджелика, посмотрев сначала на мужа, а потом на Чарлза Эмерсона. – Кстати, милорд, вы не хотели бы закончить нашу партию в кости, которую мы начали в Лондоне несколько недель назад?

– Извините, миледи, но я дал себе клятву на какое-то время воздержаться от любых азартных игр.

Анджелика почувствовала, как ее начинает охватывать раздражение. Она изобразила на лице учтивую улыбку и со вздохом сказала:

– Что ж, тогда закончим как-нибудь в другой раз. После ужина взрослые поднялись на второй этаж в небольшую гостиную. Остановившись в коридоре, чтобы обнять обоих детей, Анджелика сказала, обращаясь к Дейзи:

– Тебе пора готовиться ко сну. Я скоро приду и, как всегда, что-нибудь расскажу тебе на сон грядущий.

– А мне? – спросил Колин.

– Тебе, наверное, расскажет сказку твоя мама. Разве не так?

– Не так! – захныкал Колин. – Она мне никогда не рассказывает сказок и ничего не читает. Перед сном это делает для меня миссис Хони.

Анджелика задумалась. Как может мать отказать своему ребенку в сказке перед сном? Очевидно, Венеция не менее жестокая мать, чем Люсиль…

– Хорошо! – сказала она Колину, погладив мальчика по головке. – Я расскажу и тебе очень интересную сказку.

Анджелика повернулась и пошла вслед за остальными взрослыми в гостиную второго этажа. Оттуда уже доносились голоса.

Анджелика глубоко вздохнула и уже намеревалась войти. Но застыла на месте, услышав обрывки разговора мужчины и женщины, стоявших, видимо, у широко раскрытых дверей гостиной. То, что это были Венеция и Роберт, она поняла сразу.

– И долго эта девчонка Дюбуа будет здесь торчать?! – истеричным голосом спрашивала Венеция. – Разве не ясно, что ее пребывание в доме компрометирует его светлость. А это может сказаться на будущем положении Колина в обществе!

– Моя дочь будет всегда жить со мной, – раздраженно отвечал Роберт. – Более того, мы с женой решили ее удочерить.

– Но ведь это просто непристойно! – протестовала Венеция.

Анджелика переступила порог и встала рядом с мужем.

– Я ей сейчас отвечу, – тихо сказала она Роберту.

– Пусть будет так.

– Венеция, – начала Анджелика, – десять лет назад, когда ваш отец ограбил моего, вы и вся семья Эмерсон отнюдь не принадлежали к сливкам общества. Так вот. Эта ситуация может повториться, если вы не оставите в покое Дейзи. Ибо я всем расскажу о том, какое сборище подлецов и мерзавцев представляют собой Эмерсоны.

– Да как вы смеете такое говорить?? – вскричал стоявший неподалеку и слышавший весь разговор Чарлз. – Или вы забыли, что я граф Винчестер?

– Меня абсолютно не интересуют ваши титулы, ибо они, как и все ваше состояние, украдены у других. Но я твердо намерена…

– Мне хотелось бы выпить бокал мадеры! – прервал Анджелику стоявший рядом герцог.

– Я сейчас принесу, дорогой, – тут же откликнулась тетушка Рокси. – А вам, Чак… извините, Чарлз, тоже налить?

– Да, конечно!

– Анджелика, помоги мне. Наверное, еще кто-нибудь захочет попробовать этого прекрасного напитка. Поэтому нужно будет принести несколько бокалов на подносе.

Анджелика случайно взглянула на Роберта и заметила улыбку на его лице. Заговорщически улыбались и его друзья, и ее сестры. Не понимая, в чем дело, Анджелика все-таки повернулась и пошла за тетушкой. Та подозвала знаком лакея, стоявшего с подносом, уставленным чистыми стаканами, и что-то шепнула ему на ухо. Тот исчез на минуту и вернулся вновь с бокалами, уже доверху наполненными вином солнечного цвета.

– Мадера? – спросила Роксанна.

– Так точно, миледи!

– Дайте мне поднос. Я хочу сама отнести. Тетушка оглянулась по сторонам и, убедившись, что никто из гостей не обращает на неё никакого внимания, быстрым движением высыпала из перстня какой-то порошок в один из бокалов.

– Запомни этот бокал, – шепнула она Анджелике. – Он предназначен для графа Винчестера. Коль скоро этот мерзавец что-то заподозрил и отказался с тобой играть, дадим ему выпить мадеры нашего разлива. Это станет частью плана мести. Только смотри не перепутай!

– Уж будьте уверены, не перепутаю! – рассмеялась Анджелика, принимая поднос.

Она подошла к Эмерсону и, взяв с подноса тот самый бокал, вручила ему. Сама же села на стул рядом с сестрами, избегая смотреть в сторону Чарлза.

Эмерсон присоединился к группе мужчин, оживленно разговаривавших об охоте на шотландских уток. Там же стояла и Венеция.

Прошло около четверти часа. И вдруг Эмерсон схватился за живот и громко застонал.

– Что случилось? – испуганно спросила Венеция.

– Живот!.. Ужасная боль!..

Лицо его сделалось мертвенно-бледным.

– Венеция! – позвал он дочь, складываясь чуть ли не пополам от боли.

– Что с тобой?

– Венеция, меня отравили!

– Не может этого быть! – возразила тетушка Рокси. – Мы все здесь ели и пили одно и то же.

– Вы подбавили яд в его мадеру! – воскликнула Венеция, со злобой смотря на Анджелику. – Вы!

– Не говорите глупостей! – вступилась тетушка Рокси за племянницу, – Я же все время стояла рядом с ней!

– Мне нет никакого дела до того, где стояли вы. Знаю только, что у нее были причины желать смерти моему отцу. Вот она его и отравила!

Анджелика вскочила со стула и с выражением самой невинности на лице бросилась к Венеции:

– Не смейте разговаривать в таком тоне с герцогиней Инверари! – Испепелив Венецию ненавидящим взглядом, она вышла из гостиной.

– Спокойной ночи! – крикнул Джаспер.

– Убийцы! – взвизгнула Венеция.

А Чарлз Эмерсон продолжал держаться за живот и стонать.

Вернувшись в свою спальню, Анджелика переоделась и села у окна. Внезапно дверь распахнулась и в комнату ворвался Роберт:

– Что ты подмешала в мадеру Эмерсону? Он, похоже, умирает!

Анджелика с удивлением посмотрела на мужа. Неужели он верит, что она способна на хладнокровное убийство? Убийство Эмерсона? Даже мысли подобной у нее не было! Она просто хотела заставить этого мерзкого человека страдать так, как страдал по его милости ее отец. И не больше!

– Я жду от тебя ответа!

– Ты действительно мог подумать, что я способна на убийство?

– Нечего отвечать вопросом на вопрос! Говори, что ты подмешала ему в мадеру?

– Зачем ты спрашиваешь у меня? Ведь вы все решили подшутить над Эмерсоном. Это было видно по тому, как все вы с трудом удерживались от смеха!

– Да, но мы не думали, что Эмерсон отправится на тот свет.

– Он туда и не отправится. Тетушка Рокси подлила Чарлзу в бокал слабительного. Завтра утром он будет здоров как бык!

– Уф! – облегченно выдохнул Роберт. – Извини меня за то, что плохо о тебе подумал!

– Извиняю.

– Ты сердишься на меня?

Вместо ответа Анджелика повернулась к мужу спиной.

– Этот жест можно понимать как «да»?

– Понимай как хочешь! Насколько мне известно, никто еще не сомневался в способности Кэмпбеллов хладнокровно и логично мыслить!

Анджелика продолжала стоять спиной к мужу и только по щелчку дверного замка поняла, что он вышел из комнаты.

«Боже мой! – подумала она. – Меньше одного дня пробыли здесь Эмерсоны и уже успели поссорить меня с мужем! Но и Роберт хорош! Как он мог подумать, что я способна на убийство?!»

На следующее утро Анджелика проснулась поздно и долго не могла подняться с постели. Наконец встала, оделась, умылась и спустилась в столовую. В дальнем углу сидела Венеция.

Анджелика сделала вид, что не заметила ее, села за стол и принялась читать свежую газету, которую каждое утро вместе с чашкой кофе приносил ей Тинкер. Венеция встала и подошла к ней:

– Можно мне с вами поговорить?

– О чем?

– Во-первых, я хочу извиниться перед вами за свою вчерашнюю выходку. Неожиданный приступ у отца привел меня в такое паническое состояние, что я почти потеряла рассудок. Сегодня утром ему стало легче. Должна вам сказать, что у меня отлегло от сердца. Понимаете ли, у нас с отцом более теплые и близкие отношения, чем у него с Александром. Поэтому я так перепугалась. Еще раз прошу простить меня!

– Я прощаю вас, – ответила Анджелика и вновь хотела приняться за газету, но Венеция тронула ее за руку:

– Могу я поговорить с вами совершенно откровенно?

– Да.

– Тогда прошу меня внимательно выслушать.

– Слушаю вас.

– Конечно, мое вчерашнее поведение непростительно. Но я хотела бы вам все объяснить. После смерти сестры я предположила, что в будущем могу рассчитывать на брак с Робертом. Это казалось мне неизбежным, коль скоро и он, и я потеряли самых близких нам людей. У обоих были разбиты сердца. Наверное, так бы и произошло, если бы не появились вы. Это изменило все. Вы понимаете, что я очень переживала. Особенно после того, как…

Венеция замолчала и некоторое время смотрела на противоположную стену.

– Особенно после того, как?.. – повторила Анджелика ее слова, чтобы продолжить разговор.

– Ну, я полагаю, что вы и так знаете всю правду!

– Правду? Какую?

Анджелика почувствовала, как по спине у нее поползли мурашки, ибо поняла, что сейчас услышит что-то ужасное.

– Правду о том, что Колин – сын Роберта.

Эти слова поразили Анджелику как удар молнии. Она так стремительно вскочила со стула, что опрокинула его.

– Еще одна ужасная ложь Эмерсонов?!

– Извините, – вздохнула Венеция, – но если вы не верите, то спросите у собственного супруга.

– Я не стану оскорблять его подобным мерзким обвинением! – ответила Анджелика с презрением и, гордо подняв голову, вышла из гостиной.

Вернувшись к себе, Анджелика упала как подкошенная в стоявшее перед камином кресло. Нет, это не могло быть правдой! Ее муж был слишком порядочным человеком, чтобы соблазнить жену родного брата! Как посмела эта тварь сказать ей такое?!

Голова раскалывалась от самых разных мыслей. Быть может, настоящий отец Колина жив и работает где-нибудь в имении того же Армстронга? Была ли Дейзи кузиной Колина или же его родной сестрой?

Она закрыла глаза, пытаясь уснуть. И тут же, как будто откуда-то издалека, донесся до нее голос Роберта:

– Приехал Александр Эмерсон!

Анджелика вновь открыла глаза и увидела мужа, сидящего на краю ее кровати.

– Ты не заболела?

– Нет. Я чувствую себя сейчас гораздо лучше, – ответила Анджелика и, глядя в глаза Роберта, спросила: – Колин – твой сын?

Роберт долго смотрел на нее ошалелым взглядом и только спустя почти минуту ответил:

– Не знаю. А какое это имеет значение?

Эти слова оглушили Анджелику, ожидавшую совсем другого ответа.

– Для меня имеет значение то, что человек, за которого я вышла замуж, жил с женой своего родного брата!

– Я не могу ни подтвердить, ни отрицать своего отцовства в отношении Колина. Близость с Венецией была у меня только один раз и очень много лет назад. К тому же я тогда был сильно пьян.

Анджелика не находила слов для ответа. Она в ужасе смотрела на мужа. Итак, она вышла замуж за совершенно чужого ей человека! Да, Роберт был сыном герцога. И покойный отец много лет назад прочил его в мужья Анджелике. И это произошло. Но он оказался совсем чужим для нее человеком!

– Скажи мне что-нибудь, ангел мой! – как ни в чем не бывало улыбнулся Роберт.

Анджелика посмотрела ему прямо в глаза и с презрением ответила:

– Я хочу развода!

Глава 20

Глядя в страдальческое лицо Роберта, Анджелика начала сомневаться, нужно ли было ей так себя вести с ним. И все же она вновь презрительно посмотрела на него и повторила:

– Да, я хочу развода!

Роберт некоторое время молчал, потом повернулся к Анджелике. Его глаза горели обидой и негодованием.

– Не будь смешной! Никто сейчас не разводится!

– А я разведусь, – со злостью ответила Анджелика. Роберт повернулся и вышел из комнаты, оставив жену наедине с попугаем и ее мрачными мыслями.

В этом настроении она пребывала всю первую половину дня. Ближе к вечеру Анджелику вновь стали одолевать сомнения. Может быть, она поспешила, объявив мужу о намерении развестись? Ведь она любила Роберта!

Слезы покатились из ее глаз. Она вытирала их платочком, но они продолжали литься. В этот момент в дверь постучали.

– Леди Анджелика, это я, Колин! – донеслось из-за двери. – Со мной Дейзи!

– Ну так входите!

Дети вошли в комнату и в изумлении остановились, увидев льющиеся из глаз Анджелики ручьи горьких слез.

– Почему вы плачете, леди Анджелика? – спросила Дейзи. – Что-нибудь случилось?

– Случилось.

– Что?

– Твой папа…

– Что с моим папой? – испуганно воскликнула Дейзи, тоже готовая расплакаться. – Он заболел?

– Нет, он здоров. Скажи, ты хочешь с ним жить?

– Хочу! Я хочу жить вместе с вами и с ним!

– Знаешь ли, возможно, нам придется развестись.

– Развестись? А что это значит?

– Это значит, что супружеская пара перестает быть мужем и женой.

– Я не хочу, чтобы вы разводились! – твердо объявила Дейзи.

– И я не хочу! – поддержал ее Колин.

– Я тоже не хочу разводиться! – воскликнула Анджелика, обняв детей.

– Тогда никакого развода не будет! – постановила Дейзи. – А сейчас все мы пойдем ужинать!

Анджелика утвердительно кивнула, вытерла слезы и, взяв Колина и Дейзи за руки, пошла к двери.

– Привет! – раздался гортанный крик сзади.

– Боже, мы чуть не забыли Джаспера! Ты уж извини нас, дорогая наша птичка! Пойдем вниз.

И они вышли в коридор.

В столовой Анджелика с детьми появилась, когда все остальные, включая только что приехавшего Александра Эмерсона, сидели за столом.

– Леди Анджелика, – озабоченно сказал герцог, с тревогой посмотрев на ее еще не успевшее высохнуть от слез лицо.

– Это мой папа расстроил леди Анджелику, – сказала Дейзи. – Вот она и расплакалась!

– Но мы уже почти заставили ее улыбаться! – добавил Колин.

– Вы? Ну-ка расскажите, как вам это удалось! – заинтересованно спросил Магнус.

– А вот как, – начала Дейзи. – Папа хочет развестись с леди Анджеликой…

– Что?! – воскликнула тетушка Рокси. – Развестись? Это еще что за номер?!

Не обращая внимания на ошарашенную таким заявлением аудиторию, Роберт смял салфетку, бросил ее на стол и встал, с шумом отодвинув стул.

– Я же сказал тебе, Анджелика, что никакого развода не будет!

– Ты не смеешь заставлять меня сидеть здесь и делать вид, будто ничего не произошло!

Она тоже вскочила со стула, скомкала свою салфетку и, бросив ее в лицо Роберту, убежала наверх. В комнате она упала в кресло и снова разрыдалась.

Но не прошло и пяти минут, как раздался стук в дверь.

– Входите! – крикнула она.

Дверь отворилась, и на пороге появился Тинкер.

– Леди Анджелика, – торжественно обратился к ней дворецкий. – Ваше присутствие требуется в кабинете его светлости герцога Инверари.

– Требуется или желательно?

Дворецкий смутился, переступил с ноги на ногу, но все-таки сказал:

– Честно говоря, именно требуется, причем очень срочно!

– Передайте его светлости, что я сейчас приду. Войдя в кабинет герцога и закрыв за собой дверь, Анджелика, к своему немалому удивлению, увидела, что в комнате находится не только сам хозяин, но также ее супруг и тетушка Рокси.

– Садитесь, дитя мое, – сказал Магнус, жестом указывая на мягкое старинное кресло у стола. – Я хотел бы поговорить со всеми вами об одном довольно важном деле.

Анджелика опустилась в кресло. Роберт же остался стоять.

– Итак, – начал герцог, – обычно я предпочитаю не вмешиваться в чьи-то брачные и всякого рода чужие дела. Но данный случай – особенный. Дело в том, что вы, Анджелика, в недалеком будущем станете матерью наследника состояния Кэмпбеллов.

– Должна заметить, – вмешалась в разговор тетушка Рокси, – что ситуация, о которой сейчас пойдет речь, была целиком создана усилиями леди Венеции.

– Я бы хотел детально знать, какова эта ситуация на самом деле, – продолжал герцог. – Потому и собрал вас здесь. Как известно, четыре головы лучше, нежели одна.

– При всем самом глубоком уважении к вам, ваша светлость, – возразила Анджелика, – мои проблемы носят чисто личный характер. И никто, кроме меня, не может их решить.

– Прошу учесть, что вина за это в немалой степени лежит на мне, – подал реплику Роберт.

Анджелика бросила удивленный взгляд на мужа, ибо никак не ожидала от него подобного признания. Магнус склонил набок голову и тихо сказал:

– Ради благополучия моего внука вам надлежит решить все эти проблемы за то время, пока мы будем в Шотландии. Если вы по-прежнему будете настаивать на разводе, то мы обсудим это, когда снова соберемся здесь.

– Понятно! – кивнула герцогу Анджелика и вышла из кабинета.

Роберт тут же последовал за ней и, тронув жену за плечо, шепнул:

– Благодарю тебя за то, что не сказала отцу всей правды.

Она ничего не ответила.

Вот уже три дня Анджелика вообще не разговаривала с Робертом. Остальные домочадцы, хотя и заметили некоторое охлаждение в отношениях между молодыми хозяевами, предпочитали молчать, делая вид, будто бы ничего не произошло. А скорее всего просто не придавали этому серьезного значения.

На четвертый день после описанных событий Анджелика сидела в одиночестве в садовой беседке и, лениво перебирая струны арфы, наблюдала за падчерицей и мужем, осваивавшими неподалеку искусство верховой езды на пони. Чуть подальше тем же самым занимались Александр Эмерсон и Колин. Армстронг с Сент-Обином прогуливались по соседней аллее.

Анджелика смотрела на Роберта и Дейзи, с грустью думая о том, что была бы счастлива, не будь ее муж столь богатым и знатным. Скромная жизнь ее вполне бы устроила.

Она любила Роберта и теперь, спустя несколько дней, начинала понимать, что слишком резко и бурно отреагировала на разоблачительные признания Венеции. В конце концов, свой грех Роберт совершил еще задолго до встречи с ней. Но как быть теперь? И есть ли какие-либо возможности для примирения?

Женский голос прервал ее размышления:

– Как вы себя чувствуете?

Анджелика подняла голову и увидела склонившуюся над ней Венецию.

– Можно с вами поговорить?

– О чем? Мы вроде бы выяснили все наши отношения? Разве что не поделились еще впечатлениями о темпераменте Роберта…

– Я хотела бы попросить прощения за те проблемы, которые вам создала…

– Да неужели?! – с иронией воскликнула Анджелика.

– Прошу вас, давайте немного прогуляемся и по дороге поговорим. И не только об этом.

Анджелика бросила взгляд в сторону Роберта, который тоже не без интереса наблюдал за неожиданной встречей его жены с Венецией.

– Хорошо, Венеция, – согласилась Анджелика. – Куда вы предлагаете пойти?

– Я знаю.

Они направились по дорожке в сторону водопадов.

– Ну, о чем вы хотели со мной поговорить?

– Давайте сначала дойдем до реки.

Они дошли до берега реки и свернули к водопадам. Здесь, на самом краю обрыва, Венеция остановилась.

– Я хотела, чтобы мы сделались друзьями, – сказала она.

– Не поздно ли?

– Теперь мы стали членами одной семьи. А потому прошу вас, перестаньте злиться на Роберта. Подумайте лучше о своем ребенке.

Венеция неожиданно повернулась и сделала несколько шагов к скалам, нависшим над ревущим потоком.

– Это место, где погибла моя бедная сестра…

Голос Венеции сорвался, и она закрыла лицо руками. Плечи ее затряслись. Хотя и слишком сильно, чтобы выглядеть естественно при рыданиях. Но Анджелика этого не заметила. Ее душу заполнила жалость к страдающей женщине. Она бросилась к ней с желанием если не помочь, то утешить. Остановившись над ревущим водопадом, Анджелика хотела было повернуться и обнять Венецию, но вдруг почувствовала ее холодную руку на своей спине. В следующий момент эта рука с неожиданной силой толкнула ее вниз. Анджелика вскрикнула, но в последний момент успела ухватиться за торчавший чуть ниже выступ скалы. Острый камень рассек коленку. Кроме того, она ударилась всем телом о скалу.

«Боже, сохрани нашего малыша! – пронеслось в ее мозгу. И тут же молнией сверкнула другая мысль: – Вот оно что! Луиза не покончила с собой. Ее столкнула в пропасть Венеция. Вот таким способом убила эта мерзавка свою сестру! А только что таким же образом пыталась покончить и со мной!»

Руки Анджелики, державшиеся за каменный выступ, с каждой секундой слабели. Но ей удалось перевернуться на спину и плавно сползти по песчаной стенке обрыва в воду. На какие-то мгновения она оказалась почти на дне потока. Но тут же пришла в себя и, проплыв несколько метров под водой, вынырнула. Берег был уже совсем рядом. Почувствовав под ногами твердое дно, Анджелика выпрямилась и вышла на узкую песчаную отмель, намытую потоком у самого подножия скалы.

И тут сверху донесся громкий, надрывный крик:

– На помощь! Несчастный случай! Человек сорвался с обрыва!

Это был голос Венеции.

Анджелика попыталась сделать несколько шагов по берегу, но почувствовала острую боль в коленке и поняла, что сама по крутому склону обрыва подняться не сможет. Тогда она легла на песок и закрыла глаза.

А сверху неслись рыдания Венеции:

– Она поскользнулась и упала с обрыва! И наверное, разбилась насмерть! Боже, какое несчастье! Я пыталась удержать ее за руку, но…

Мужской голос прервал стенания Венеции:

– Вон она! Я вижу Анджелику! Она лежит на песке!

Анджелика узнала Александра Эмерсона. Она приподнялась на локтях и громко крикнула:

– Александр, я повредила колено и не могу идти!

– Слава Богу, она жива! – донесся голос Роберта.

Через несколько минут все трое уже стояли около лежавшей на песке Анджелики. Роберт нагнулся над ней и потрогал пальцами колено.

– Перелома нет. Просто сильный ушиб. Через несколько дней все пройдет.

– Венеция столкнула меня с обрыва! – зло сказала Анджелика.

– Это ложь! – воскликнул Александр, спеша защитить сестру. – Ты поскользнулась и сорвалась вниз!

– Венеция точно таким же образом убила свою родную сестру Луизу! – жестко сказала Анджелика, не обращая внимания на протест Александра.

– Моя сестра не способна на убийство!

Но тут его оборвала уже сама Венеция:

– Я не твоя сестра! Черт побери, сколько еще можно поддерживать эту легенду?!

– Замолчи, дура! – закричал на Венецию неведомо откуда взявшийся Чарлз.

– Я была старшей среди всех, кто мог претендовать на наследство! И стала бы герцогиней, если бы не вот эта… Неизвестно, откуда она объявилась!

– Так вы не моя сестра? – очнулся наконец Александр Эмерсон. – Как понимать ваши слова, Венеция?

– А понимать надо так, что ты и Луиза были внебрачными детьми! – сказал старший Эмерсон.

– Отец, но я же ваш наследник! – вскричал Александр.

– Вот уже двадцать лет, как ты называешь меня отцом. А я тебе не отец. И каждый раз мне становится нестерпимо больно! И когда я нанимал тех… – Эмерсон запнулся и замолчал.

– Кого ты нанимал?

– Людей, с помощью которых хотел от тебя отделаться! – с отчаянием в голосе закончил Эмерсон.

– Вы имеете в виду тех же людей, которых вы наняли, чтобы убить меня? – выступил вперед Роберт.

Чарлз плотно сжал губы. Венеция же, догадавшаяся, каким должен быть его ответ, набросилась на отца:

. – Как вы могли на это пойти, отец?! Ведь вы отлично знали, что я хотела выйти замуж за этого человека и стать герцогиней Инверари!

– Интересно, Венеция, – насмешливо произнес Роберт, – вы намеревались ждать смерти моего отца или же хотели отделаться от него тем же методом, что и от меня?

С этими словами Роберт сделал знак стоявшим поодаль друзьям. Армстронг и Сент-Обин тут же подошли и встали подобно стражам около Чарлза и Венеции.

– Отведите их в дом, – приказал Роберт, – и заприте каждого в отдельной комнате. Позже решим, как с ними поступить. Я думаю, что надо обоих предать суду и добиться повешения.

– Нет, – возразил Магнус, – нам не нужен громкий скандал.

– Но как же, отец? Ведь Венеция убила мою беременную жену, а Чарлз нанял уголовников, чтобы прикончить меня и Александра! Разве оба не заслуживают смертной казни?

– Заслуживают. Но мы не пойдем на столь грандиозный скандал в своем семействе. Просто отправим их на одном из наших кораблей в Австралию, куда британское правительство обычно ссылает опасных преступников.

– Тем не менее я считаю, что их надо повесить!

– Нет!

Роберт не стал спорить.

– Прости, что я подвергал опасности твою жизнь, – сказал он жене, поднося к губам ее руку. – И если ты хочешь развода, то…

– Я не хочу развода! – прошептала Анджелика. – Потому что люблю тебя!

– А я люблю тебя еще сильнее!


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14