Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Сестры Мерридью (№4) - Идеальный поцелуй

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Грейси Анна / Идеальный поцелуй - Чтение (стр. 6)
Автор: Грейси Анна
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Сестры Мерридью

 

 


Грейс поблагодарила ее и ушла. Придется освежить эти ужасные веснушки хной через несколько дней, а также подкрасить корни волос.

Она проехала еще немного по долине, свернула по тропинке и увидела тот самый дом, который описала миссис Парри. Он располагался посреди сада с цветущими травами и цветами, а живую арку из переплетенных рябины и ивы невозможно было ни с чем спутать. Сам дом был стар, грубоват и странно привлекателен.

Как ей и сказали, на крыльце в раннем утреннем свете сидела пожилая женщина. Бодрая старушка с розовыми щеками и седыми спутанными волосами. К тому времени как Грейс подъехала ближе, женщина уже подошла к воротам.

– Вы миссис Уигмор, правильно? Я Грейс М… – Она поправилась: – Мисс Грейсток. – Грейс соскочила с лошади и протянула руку.

К ее удивлению, пожилая женщина взяла ее руку и поцеловала со словами:

– Добро пожаловать, Леди. Просто видеть вас – уже огромное удовольствие. Вы нужны Вульфстону. – Она достала кусочек яблока и угостила им кобылу. – Ваше возвращение – хороший знак.

Грейс решила, что пожилая леди приняла ее за кого-то другого. Девушка улыбнулась:

– Вы подсказали мне дорогу прошлой ночью, помните? Большое спасибо. Вы мне очень помогли. Я хотела купить немного ветчины.

– Да, и у меня есть немного с собой. – Старушка вытащила сверток из кармана фартука. – Тут достаточно, чтобы накормить всех в замке. Билли Финн принесет еще немного попозже.

– Но… – Грейс нахмурилась и развернула ткань. Внутри был великолепный кусок ветчины.

Старая скрюченная рука схватила ее за запястье.

– А теперь, Леди, вы, должно быть, хотите узнать, какие семьи больше всего нуждаются в вашей помощи…

– Но ведь…

Старушка словно бы не замечала ее. Она описала несколько домов, которые находились по дороге к деревне.

– Финны, Таскеры, Тикелы и все остальные. Отправляйтесь к ним, Леди, и вы увидите. Вы очень нужны людям Вульфстона.

Грейс пожала плечами и согласилась повидать их. Там она могла бы найти рабочих, которым действительно нужны деньги, а эта пожилая дама знает всех в округе. Она поднялась.

– Благодарю вас, миссис Уиг… Скрюченная рука остановила ее.

– Я должна сказать еще кое-что. Там выше по дороге и чуть в стороне находится озеро Гуидион. Не относитесь к нему снисходительно. Это волшебное место, но оно опасно для женщин. Гуидион был одним из старых богов, и если девушка настолько глупа, что вздумает искупаться в озере… – Женщина зловеще покачала головой.

– Она утонет? – спросила Грейс, потрясенная этим проявлением древних поверий местных жителей.

– Хуже! Он похитит ее честь. Грейс рассмеялась.

– Молодая мисс, вы мне не верите, но это правда. Посмотрите на девушек Тикел. Их мать – бедное невежественное создание, она приехала из Ладлоу, так что не знала, что творит. Так вот, она позволяла своим дочкам плескаться и играть в Гуидионе, когда они были еще детьми, и только взгляни на них сейчас. У них нет никаких понятий о морали. Разумеется, это не их вина, но это предупреждение всем остальным женщинам.

– Тогда большое спасибо за предупреждение. – Грейс опять попыталась уйти.

Но старуха вновь задержала ее.

– И тем не менее, мисс, вам нужно пойти к озеру Гуидиону и взять из него немного воды.

– Правда? Зачем?

– Вам нужно взять плошку воды в лунную ночь и умыть этой водой свое лицо. Тогда все веснушки исчезнут, это так же верно, как то, что мое имя Агнес Уигмор! – Она подробно описала озеро и только после этого отпустила руку Грейс.

Грейс поблагодарила ее за ветчину и совет и уехала. Она направлялась в деревню и, поскольку торопиться ей было некуда и она дала слово этой пожилой женщине, поехала длинной дорогой через лес, останавливаясь у каждого дома, о котором ей говорила старуха Уигмор. У Финнов, Таскеров и Тикелов…

Ее тепло приветствовали, но состояние домов потрясло ее. Люди здесь жили в нищете. Миссис Финн обитала с пятью маленькими детьми в настоящей развалюхе. Она работала прачкой, но кормильцем семьи считался старший сын, Билли. Боже, но ведь ему же еще и десяти нет!

Девушки Тикел жили со своей матерью и прикованной к постели бабушкой. Они брали стирку на дом, и девочки помогали убираться, когда могли найти подобную работу.

Таскеры, очевидно, некогда были весьма зажиточным семейством, но, как она узнала, их незаконно выселили с собственной фермы, когда они впервые за сто лет опоздали с уплатой налогов, и теперь они жили в лачуге на краю леса, едва сводя концы с концами.

Одежда на всех была поношенная и заплатанная. Еды ни в одной из семей почти не было – Грейс тепло поприветствовали, но предложили ей воду и те крохи, которые нашлись в доме. Помещения были скудно обставлены, но все они были чистые и прибранные. Каждый дом нуждался в ремонте: протекающие крыши, гнилые полы, заплесневевшие стены. Кто же был землевладельцем всего этого? Грейс опасалась, что знает.

Мелли сказала, что он богат.

Но за чей счет?

К тому времени как она достигла деревни, солнце поднялось уже высоко, но Грейс обо многом стоило подумать. В деревенской лавке она купила несколько буханок свежего теплого хлеба и упаковку чая и кофе. Она оставила владельцу такой большой заказ, что он проводил ее до выхода, кланяясь так, будто она была герцогиней. Девушка подумала о пустых кладовых этого магазина и решила, что попробует что-нибудь сделать, чтобы помочь.

Глава 7

Голос совести настолько слаб, что его легко заглушить, но он настолько ясен, что его невозможно ни с чем спутать.

Мадам де Сталь

Войдя на кухню Вульфстона, Грейс увидела, что огонь в камине ярко горит, а комната наполнена ароматом свежего кофе. Доминик действовал очень быстро. Только вчера вечером он обещал, что раздобудет кого-нибудь для помощи в замке – и вот помощь прибыла.

Плотная женщина, стоявшая у очага, повернулась к ней и сделала реверанс.

– Добрый день, мисс. Его сиятельство сказал, что я должна подчиняться вам. Меня зовут Стоукс, мисс. Я неплохо готовлю, и мне приходилось работать в благородных домах. А это моя племянница, Инид, – сказала она, указывая на растрепанную девочку, вошедшую на кухню из посудомоечной с огромным горшком в руках. – Она собаку съела на мытье посуды и не доставит вам никаких хлопот. Сделай реверанс госпоже, Инид! – И она толкнула девочку под ребра, чуть не выбив горшок у нее из рук. Девочка неуклюже поклонилась и выбежала из кухни.

– Я очень рада, что вы здесь, миссис Стоукс и Инид, – сказала Грейс. – Но мне кажется, произошла какая-то ошибка. Я уверена, что вы должны слушаться мисс Петтифер…

– Нет, мисс, простите, но его сиятельство сказал, что мы должны слушаться именно вас. Мисс Грейсток, сказал он. Невысокая, в сером платье и с интересными веснушками, вот как он вас описал. – Она замялась и добавила: – У меня есть верное средство от веснушек, мисс, если вы захотите его попробовать.

Грейс улыбнулась:

– Благодарю вас, миссис Стоукс, может быть, позже. И что это так замечательно пахнет – кофе? Мне бы так хотелось чашечку! А я принесла ветчину, свежий хлеб и еще много всякой всячины. И скоро прибудет заказ из деревни.

– Это замечательно, мисс. Я тоже принесла с собой кое-что, когда его сиятельство нанял меня прошлой ночью, кофе, например, я ведь не знала, что тут есть в кладовых, так что…

– С вашей стороны было очень дальновидно так поступить, – сказала Грейс.

Миссис Стоукс покраснела от удовольствия.

– Всегда пожалуйста, мисс. Приходил мальчик от миссис Парри и принес то, что вы заказывали, так что на завтрак хватит. – Она поставила на стол чашку кофе, взяла из рук Грейс буханку хлеба и усадила девушку за стол. – А теперь присядьте, мисс, я отрежу вам свежего хлеба. Что бы вы хотели, мед или немного сливового варенья миссис Парри?

– Меду, пожалуйста! – радостно воскликнула Грейс. Она сделала глоток горячего благоухающего кофе. – Миссис Стоукс, вы просто сокровище!

Миссис Стоукс, улыбаясь, поставила перед ней тарелку с двумя ломтиками теплого хлеба с маслом и медом. Грейс жадно накинулась на них. Она была в превосходном настроении. Лорд д'Акр уже нанял нескольких слуг. Это соответствовало намерениям Грейс. Она не была уверена в том, как он отреагирует на ее утренние действия.

– Божественно! – воскликнула она, слизывая мед с пальцев. – Есть ли на свете что-нибудь лучшее, чем свежий теплый хлеб с медом?

– Мне кажется, я могу кое-что придумать. – От одного звука этого низкого голоса у нее по коже побежали мурашки. – Хотя выглядит и впрямь восхитительно. – Взгляд, которым он ее одарил, дал ей понять, что говорит он не о хлебе.

Грейс тут же перестала облизывать пальцы и убрала руку так, чтобы ее не было видно, хотя она все еще была немного липкая.

– Доброе утро, хозяйка Грейсток.

Хозяйка. Он сказал это, только чтобы позлить ее, уж она-то знала. Он пользовался любой возможностью, чтобы напомнить ей о той их первой встрече. «Хозяюшка мне бы не помешала. Ты скоро станешь моей хозяюшкой, Грейсток?»

– Доброе утро, лорд д'Акр, – сказала Грейс вежливо, решив не обращать внимания на его нескромные взгляды и намеки.

Доминик не спеша подошел к ней и наклонился. Девушка собралась с духом. Он наклонился еще ниже и прошептал ей прямо в ухо так, что она почувствовала его дыхание на своей коже:

– У тебя на губе осталась восхитительная капелька меда. Если хочешь, я мог бы ее слизнуть…

Грейс поспешно протерла рот и бросила на Доминика предупреждающий взгляд. Он улыбнулся, подмигнул и придержал стул, чтобы помочь ей подняться. Он дразнил ее! Даже он не посмел бы поцеловать ее перед миссис Стоукс и Инид.

– Если ты закончила завтракать…

– Он опять собирается пустить папе кровь! – Взволнованная Мелли ворвалась на кухню. – Я просила его не делать этого, но он велел мне уйти и не беспокоить его. – Она в отчаянии посмотрела на Грейс. – Папа и так потерял много крови. Он так бледен и слаб! Я уверена, ему станет только хуже.

– Я иду. – Грейс выбежала из комнаты. Доминик догнал ее на лестнице, подхватил под руку и потащил за собой, перескакивая через ступеньку.

Они добрались до комнаты сэра Джона как раз в тот момент, когда доктор собирался вскрыть вену. Одного взгляда на лицо сэра Джона было достаточно, чтобы увидеть, что Мелли права. Обессиленный старик с закрытыми глазами лежал на подушке, кожа его была бледной, словно сделанной из воска.

– А ну-ка уберите, пиявка ненасытная! – рявкнул Доминик. – Мисс Петтифер уже просила вас не пускать кровь ее отцу.

Доктор выпрямился.

– Врач здесь я!

– Да, но когда лечат ее отца, приказания отдает мисс Петтифер.

Доктор возмущенно захохотал.

– Я отказываюсь слушаться какую-то девчонку. Грейс попыталась успокоиться.

– Доктор Фергюсон, мисс Петтифер озабочена тем количеством крови, которое вы выпустили ее отцу. Она чувствует, что это только истощает его, и, правда, мне кажется, что так оно и есть. Если бы вы могли объяснить…

Доктор подобрался и смерил ее пренебрежительным взглядом.

– Я никому не объясняю своих методов!

– Тогда… – Доминик подошел к двери и распахнул ее. – Мисс Петтифер, желаете ли вы прогнать этого человека?

Мелли была напугана. Она переводила взгляд с отца на Грейс, затем на доктора и обратно на отца, прикусив губу, не в состоянии прийти к какому-либо решению.

Доктор решил за нее, сказав высокомерным, заискивающим голосом:

– Раз вы настаиваете, милорд, я не стану пускать сэру Джону сегодня кровь, но пусть это будет на вашей совести. Он серьезно болен, и я не могу отвечать за любые ухудшения в его состоянии. – Он начал собирать вещи. – Сейчас мне нужно идти к другим пациентам, так что я оставлю эту настойку опия, которую вы сможете ему дать, если боль станет невыносимой. – Он закрыл свой саквояж. – Я вернусь утром, если только его состояние не ухудшится и вы не пошлете за мной. Но если вы за мной все же пошлете, то, предупреждаю вас, я пущу ему кровь, поскольку нет ничего более эффективного, чем кровопускание. – Он размашистым шагом вышел из комнаты, воплощая собой оскорбленное достоинство.

Доминик проводил его взглядом.

– Нет ничего более эффективного, чем большой оплаченный счет.

Мелли испугалась еще больше.

– Но я не могу… У меня нет… Лорд д'Акр перебил ее:

– Не беспокойтесь об этом. Я оплачиваю уход за моими гостями. Итак, вы удовлетворены тем, как разрешилась ситуация, мисс Петтифер?

Мелли облегченно улыбнулась:

– Ода, благодарю вас, лорд д'Акр. Теперь я абсолютно спокойна. Я и впрямь считаю, что папа не перенес бы еще одного кровопускания.

Казалось, он не заметил сияющей улыбки на лице своей невесты, но от внимания Грейс она не укрылась. И дала пищу для размышлений.

– У вас есть все, что вам нужно? – спросил он Мелли. Девушка оглядела комнату.

– Я… мне кажется, да.

– Хорошо, тогда мы оставим вас присматривать за отцом. Можете отдавать любые распоряжения, которые сочтете необходимыми. А нам с мисс Грейсток тем временем нужно кое-что обсудить. Наедине.

– Правда? – Грейс это совсем не понравилось, но времени задавать вопросы у нее не было, поскольку одной рукой он взял ее за руку, другую положил ей на спину и выволок из комнаты. – Что нам обсуждать? Мне кажется, нам нечего обсуждать, особенно наедине.

Он не ответил. Только загадочно улыбнулся и повел ее дальше.

– Спасибо за то, что поддержали Мелли, – сказала она. Доминик закатил глаза.

– Фергюсон просто шарлатан.

Грейс была с ним полностью согласна. Доминик провел ее в один из залов, срочно нуждавшихся в генеральной уборке, усадил на стул и поставил себе еще один стул напротив нее. Поставил он его настолько близко, что их колени соприкасались.

Грейс попыталась отодвинуться, но он наклонился.

– Начнем с самого главного, – сказал Доминик и взял ее руку. – Ты тут кое-что пропустила.

И прежде чем Грейс поняла, о чем он говорит, он поднял ее ладонь и взял два ее пальца в рот.

Все произошло слишком неожиданно, чтобы Грейс могла что-то возразить. Она попыталась вырвать руку, но он крепко держал ее, а его золотисто-медовые глаза сияли над ней. Грейс зажмурилась, чтобы не видеть этого гипнотизирующего взгляда, но добилась лишь того, что стала острее ощущать его губы на своих пальцах.

Доминик сосал их в медленном гипнотизирующем ритме. Раньше пальцы Грейс сосали только телята и овцы, но сейчас происходило что-то совершенно иное. Каждое его сильное медленное движение пронзало ее насквозь. Ее трясло как в лихорадке.

В то же время его язык ласкал ее кожу. Его колени раздвинули ее ноги, и он придвинулся еще ближе. Она ощутила его теплоту, почувствовала его мужской аромат и поняла, что должна сопротивляться.

Грейс вспомнила, как радостно улыбалась ему Мелли, с огромным усилием вырвала руку и отодвинула свой стул подальше.

– Да что вы тут…

– Восхитительный мед, – сказал Доминик самым обычным тоном, как будто не сделал только что ничего из ряда вон выходящего. – Напоминает дикий мед греческих нагорий. Должно быть, рядом с ульем много тимьяна. – Он улыбнулся. – И разумеется, добавился еще и твой аромат. Восхитительно!

Девушка смотрела на него, ошарашенная его нахальством.

Он улыбнулся еще шире, протянул к ней руку и нежно надавил снизу на ее подбородок. Грейс тут же сжала губы.

– А то я могу подумать, что ты пытаешься соблазнить меня на поцелуй. Разве я не говорил, что не способен сопротивляться соблазнам?

– Уж мне-то это известно! – попытка произнести это едко не удалась.

– Да, и, кроме того, нам нужно поговорить. Нас там ждут люди.

– Люди?

– Да, дюжина или около того людей ждут снаружи. Когда я спросил у них, что они здесь делают, они сказали, что Леди в сером велела им прийти сюда на работу.

– О! – сглотнула Грейс.

– Вот именно, о, Грейсток!

– Ну… – Грейс сглотнула еще раз. – Я встретила несколько человек, когда выходила погулять сегодня утром. Одно за другое, и я… предложила им работу.

Доминик приподнял бровь.

– Ты наняла слуг для моего дома? Девушка покраснела.

– Извините. Я знаю, что это было самонадеянно с моей стороны, но я не думала, что у вас найдется время искать прислугу самому. А вы вчера сказали…

Он все молчал, и Грейс начала нервничать еще больше.

– Простите. Я думала, что смогу помочь таким образом, а этим людям действительно необходима работа.

Мужчина нахмурился.

– Ты хочешь сказать, что они к тебе приставали?

– Нет, нет! Они меня ни о чем не просили. – Грейс прикусила губу, но природная правдивость пересилила учтивость. – Любому видно, что они живут в ужасных условиях, стоит только взглянуть! Здесь повсюду нищета.

– Нищета?

– Взять хотя бы детей. Все тощие, их одежда поношена, переделана и вся в заплатах. А их дома: крыши протекают, некоторые отсырели и начинают разваливаться, но они ведь всего лишь арендаторы и потому не могут сами производить ремонт.

Доминик нахмурился еще больше. Он что, думает, что она все это выдумала?

– Среди них есть люди, чьи семьи работали на вашу семью, семью Вульфов, сотни лет! Земля здесь плодородная, так что поместье должно процветать, но люди бедствуют. Позвольте мне рассказать о тех, кто ждет снаружи, чтобы получить возможность поработать.

Она стала по пальцам перечислять:

– Джейка Таскера и его семью выгнали с фермы, на которой его предки работали на протяжении семи поколений, после того как сгорели сарай и все животные, находившиеся в нем. Его отец погиб при тушении пожара. Впервые за всю свою жизнь они не смогли уплатить ренту вовремя, но ваш управляющий…

– Не мой управляющий!

– Хорошо, управляющий семьи Вульфов отказался предоставить ему возможность уплатить долг. Джейк Таскер, его мать и его престарелый дедушка живут в жалкой лачуге на краю леса и берутся за любую работу, которую могут раздобыть.

Она отогнула другой палец.

– Три сестры Тикел поддерживают…

– Хорошо, хорошо. – Он поднял руки. – Я не слепой. И думаю, ты можешь рассказать слезливую историю про каждого жителя поместья.

Девушка улыбнулась:

– Не про каждого. Только про тех, что ждут снаружи. – Она успокоилась, увидев, как хорошо он принял критику в адрес своей семьи. Не все лорды признавали обязанности, которые на них накладывало положение. Даже дедушка, несмотря на все свои недостатки, никогда не забывал о своих арендаторах. И тут ей в голову пришла одна мысль. – А вы можете себе это позволить? – спросила она в ужасе. – Потому что если не можете…

– Мое финансовое положение тебя не касается.

– Конечно, нет, и я знаю, что с моей стороны очень невежливо спрашивать об этом. Так что если вы не хотите отвечать, то просто скажите, что это не мое дело.

– Что я только что и сделал, – заметил Доминик.

– Да, я просто хотела дать вам время еще раз все обдумать, – сказала Грейс примирительным тоном.

Доминик сдержал улыбку.

– Не то чтобы тебя это касалось, но я могу позволить себе держать хоть сотню слуг.

– Хорошо, – облегченно вздохнула Грейс. Доминик продолжал, словно не слышал ее.

– Не знаю, как тебе удалось столько узнать о местных жителях за столь короткое время…

– Честно говоря, я и сама этого не понимаю, – призналась Грейс. – Просто все они считали, что я и так уже все про них знаю. Им всем очень хотелось поговорить со мной.

Доминик загадочно посмотрел на нее.

– Вот это мне понятно, – сказал он тихо.

Он надолго замолчал. Грейс понятия не имела, о чем он думает. Наконец он произнес:

– Итак, ты хочешь, чтобы я нанял всех людей, что ждут снаружи?

– Да, пожалуйста.

– В качестве одолжения тебе?

– Д-д-да, и еще потому, что они ваши арендаторы и очень нуждаются. И поскольку в замке необходимо произвести генеральную уборку.

– Но также и как одолжение тебе.

Почему он упорно называл это одолжением? Что-то тут не так. Грейс ему не доверяла. Так что она осторожно сказала:

– Если вам угодно рассматривать это так.

– Да, угодно. Я предложу тебе одну сделку. Я найму всех людей, что ждут снаружи… за поцелуй.

Ага! Она правильно не доверяла ему! Грейс медленно облизнула губы, притворяясь, что обдумывает его предложение. Его глаза следили за движениями ее языка, и девушка почувствовала легкое возбуждение. Она играла с огнем.

– Поцелуй, говорите? – Она взглянула на его рот. Доминик смотрел на ее. Грейс знала, что дразнить его опасно, но никак не могла устоять перед этим искушением. Он был спокоен и полон решимости. Она склонила голову и игриво посмотрела не него. – За каждого человека, которого вы наймете?

– Да. – Его голос стал напряженным.

– Просто один поцелуй?

Он кивнул. Он не сомневался, что она согласится.

– У меня есть идея получше, – промурлыкала девушка с улыбкой.

Доминик улыбнулся в ответ:

– Я всегда готов выслушать новые идеи.

– Хорошо. – Оно резко вскочила на ноги и одарила его уже совершенно другой улыбкой. – В таком случае я сама им заплачу.

Доминик быстро схватил ее за руку и остановил.

– Платить моим слугам? Не смеши меня! Ты не можешь им платить!

Она вырвала руку.

– Почему нет?

– Почему нет? Потому что ты сама наемная компаньонка, вот почему!

Девушка пожала плечами:

– У меня есть кое-какие сбережения.

– Мне все равно. Я этого не потерплю. Это мои арендаторы, как ты совершенно верно заметила, и они здесь, чтобы привести мой замок в порядок.

Грейс вызывающе сложила руки на груди. Он сменил тактику:

– Ну, Грейсток, не будь такой недотрогой. Неужели так сложно – всего лишь один маленький поцелуй за человека. – Доминик прикоснулся к ее щеке тыльной стороной пальцев. – Огромное удовольствие, и никакого ущерба твоим сбережениям.

Она отдернула голову от его руки. У нее не было никаких сбережений – она была наследницей. Опасность угрожала ее драгоценному сердцу. Его поцелуи были смертельны.

– Нет, ваша цена слишком высока.

– Как насчет одного поцелуя за всех? Разумеется, это должен быть особенный поцелуй.

Грейс серьезно покачала головой:

– Нет, ваша цена все еще слишком высока.

– Но ты же поцеловала меня совершенно бесплатно, когда мы только познакомились.

Из его уст это прозвучало так, будто она была девицей сомнительного поведения, бросавшаяся на шею первому встречному.

– Ничего подобного! – возмущенно сказала Грейс. – Вы украли тот поцелуй… те поцелуи… обманным путем.

– Обманным путем? Это как же?

– Я не знала, что вы лорд д'Акр, когда вы впервые поцеловали меня.

– Это точно, – улыбнулся он. – Ты назвала меня невозможным цыганом. Если ты предпочитаешь видеть меня таким, то я буду твоим цыганским любовником, Ясные Глазки.

– Не смейте называть меня так. И я вас вовсе не предпочитаю, – солгала Грейс. – Это не имеет никакого отношения к нашему общественному положению, зато имеет огромное отношение к тому факту, что вы помолвлены с мисс Петтифер.

Доминик кивнул:

– Понятно, но это не объясняет другие поцелуи. Те, среди щепок, и еще один на кухне. И еще тот, на конюшне.

– Их вы тоже украли.

– Нет. К тому времени ты совершенно точно знала, кто я такой. И, не отрицай этого, Грейсток, ты поцеловала меня в ответ. С большим энтузиазмом. Или ты хочешь сказать, что это не твои пальцы были в моих волосах и не твой язык у меня во рту?

При этих словах Грейс почувствовала, как ее охватывает жар. Судя по хитрому выражению его лица, он прекрасно понял, какое воздействие на нее оказывает.

– Глупости, ты застал меня врасплох, – неуверенно ответила она. – Я не понимала, что происходит.

Доминик улыбнулся:

– В таком случае я постараюсь почаще заставать тебя врасплох. Результат неизменно получается восхитительным.

И прежде чем она успела моргнуть, Доминик нагнулся и поцеловал ее. Затем облизнул губы.

– М-м… дикий мед. – Он улыбнулся как сытый кот.

– Я не… – начала она, собравшись с мыслями. Но он уже ушел, насвистывая на ходу.

Доминик вышел из дома через боковую дверь. Ее так легко было дразнить. И так приятно целовать. Он все еще ощущал слабый вкус меда на губах. На сердце у него было легче, чем за последние много лет.

Группа людей, ожидавших его снаружи в молчании, стерла улыбку с его лица. Что бы она ни думала, он не мог не заметить полуразрушенные дома, тощих детей в старых одеждах и запущенные фермы, нуждающиеся в новом оборудовании и современных методах управления. С тех самых пор, как он приехал в Вульфстон, Доминик ни о чем другом не думал.

За исключением чародейки с веснушчатым лицом.

Наследство отца оказалось совсем не таким, как он ожидал. Доминик ожидал увидеть замок в нормандском стиле, а не фантастический винегрет из феодального замка, дворца и дома в готическом стиле со сказочной башенкой. Он ожидал, что дом будет роскошным, заполненным дорогими вещами, а не пустым, ободранным, с листьями, заполнившими залы и коридоры. Он ожидал увидеть процветающее поместье, населенное богатыми арендаторами, почитающими имя Вульфов.

Поскольку все, что он слышал о Вульфстоне, подтверждало это, точно так же как книги и инвентарные списки. Только оказалось, что книги были подделаны, а списки больше не соответствовали действительности.

Он так тщательно продумал свою месть. Он хотел распродать все красивые вещи, разбить поместье на несколько участков и продать по частям. Он хотел, чтобы имя Вульфов погибло, забытое и, по возможности, презираемое, чтобы знаменитая ветвь семьи закончилась на нем.

Но его отец уже сделал большую часть этого. Этот ублюдок еще раз обокрал его, на этот раз он украл его месть. А теперь, глядя на лица людей, ожидающих его во дворе, Доминик просто не мог уехать отсюда, бросив все на произвол судьбы. Сохранив при этом самоуважение.

Он подошел ближе, изучая людей с робкой надеждой в глазах, готовых к любому разочарованию. Было заметно, что они постарались выглядеть как можно лучше. Одеты они были бедно, но аккуратно. Лица и руки у всех были абсолютно чистыми.

– Итак, вы пришли работать, – сказал он. Широкоплечий молодой человек примерно одних с ним лет вышел вперед.

– Да. Леди велела нам прийти. Доминик кивнул.

– А ты?..

– Таскер, сэр. Джейк Таскер. – Мужчина держал голову со странной смесью вызова и гордости. Он спокойно встретил взгляд Доминика.

– Таскер. – Доминик задумчиво повторил имя. Она что-то говорила про Таскера, и уже тогда его имя показалось ему знакомым. Он встречал его в книгах и переписке. – Встаньте в стороне. – Он указал на скамью, на которой сидел старик. – Я поговорю с тобой позже. Следующий? – Доминик посмотрел на двух молодых людей около двадцати лет.

Скрипучий голос отозвался со скамьи:

– Мы, Таскеры, служили Вульфам более шести сотен лет. – За этим последовал звук плевка.

Джейк Таскер прервал его с недовольством:

– Дед, заткнись и пошли домой. Здесь работы для Таскеров не будет.

Однако старик не умолкал.

– Шесть сотен лет, – упрямо повторил он. Доминик проигнорировал его. Ему было все равно, как долго семья проработала здесь. Шестьсот лет, шестьдесят или шесть – это ничего не значило. Это был просто прием на работу, работу за деньги, и больше ничего.

– И Леди велела нам прийти.

Этот старик раздражал его. Доминик посмотрел на него ледяным взглядом.

Старик радостно рассмеялся.

– Вы только посмотрите! Эти глаза холодны как лед. Да, вы будете настоящим Вульфом из Вульфстона, молодой хозяин. В вас течет быстрая кровь Хью Лупуса.

Доминик моргнул. Он совершенствовал этот холодящий душу взгляд с самого детства. Наверное, потерял навык. Он не только не произвел никакого впечатления на мисс Грейсток, но теперь еще этот старик радостно рассмеялся и поздравил его с ним.

А он не хотел, чтобы это считали чем-то полученным от далеких предков. Это был его холодящий душу взгляд, черт возьми!

Джейк Таскер покосился на деда и устало побрел к воротам. Доминик нахмурился. Ему нужно было поговорить с Таскером. В отчетах по поместью было множество несоответствий, и Доминику казалось, что этот человек мог бы помочь ему во всем разобраться. Ему нравился спокойный взгляд его голубых глаз.

– Таскер, куда это, черт возьми, ты собрался?

– Я ухожу.

– Вернись! – приказал Доминик. Таскер заколебался, но потом сказал:

– Не вижу смысла. Не хочу оставаться, чтобы меня оскорбляли.

– Тебя пока никто не оскорблял. Мне необходимо поговорить с тобой наедине, – твердо сказал Доминик.

Таскер поразмыслил над его словами, а затем недовольно вернулся и сел рядом со стариком.

Доминик повернулся к остальным. Двоих он послал заниматься огородом, двоих рубить дрова и делать все, что скажет миссис Стоукс, а остальных направил чистить большую лужайку перед замком и убирать конюшню. С завтрашнего дня он организует постоянное расписание работы.

Дальше стояли три хорошенькие девушки, которые кокетливо присели перед ним и захихикали.

– Сэр, – сказала старшая из них. – Мы сестры Тикел – Тэнзи, Тесса и Тилли, – мы пришли убираться.

Да уж, сестры Тикел. Доминик смотрел на них так же невозмутимо, как и на остальных. Младшая добавила:

– И мама послала лимоны для молодой мисс, сэр. – Она показала сетку с лимонами.

Доминик кивнул:

– Отнесите их миссис Стоукс. Она даст вам работу. Теперь другие женщины – Он окинул взглядом остальных. – Вы тоже ступайте к миссис Стоукс.

Все они проследовали на кухню, и он перевел взгляд на съежившуюся фигуру дедушки Таскера на скамье. Старик пронзительно смотрел на него. Ему не меньше восьмидесяти. Что, черт возьми, ему делать с такой развалюхой?


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18