Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Мой смелый граф - Милая мятежница

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Холл Констанс / Милая мятежница - Чтение (стр. 5)
Автор: Холл Констанс
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: Мой смелый граф

 

 


Стоук отыскал глазами Ларк.

— Эвенел, ты жив? — Ларк с такой страстью обхватила жениха за шею, что едва вновь не сбила бедолагу с ног.

— О да, миледи, со мной все в порядке.

— Я так за тебя испугалась!

Наблюдая за этой сценой, Стоук скептически усмехнулся, но когда девушка стиснула в ладонях обрамленное каштановыми локонами лицо Эвенела и поцеловала его, издевательская ухмылка рыцаря бесследно исчезла. Между тем Эвенел обнял Ларк за талию и ответил на ее поцелуй.

До боли стиснув зубы, Стоук думал, прекратится ли когда-нибудь этот бесконечный поцелуй? Он оглянулся на леди Элизабет. Черт побери, ну почему мамаша не растащит этих юнцов? Поскольку леди Элизабет никак не отреагировала на его красноречивый взгляд, Стоук не выдержал и сам шагнул к целующейся парочке.

Словно повинуясь мысленному приказу Стоука, девушка и лорд Эвенел отпрянули друг от друга.

— Я так скучала без тебя, Эвенел, — прошептала Ларк.

Ее золотистые, медовые глаза с обожанием смотрели на суженого, а губы, чуть припухшие от поцелуя и алевшие, как распустившийся мак, едва заметно раздвинулись, обнажив в нежной улыбке безупречно ровные белые зубы.

— Я тоже с нетерпением ждал встречи с тобой. — Лорд Эвенел погладил руку невесты, поднял глаза и в этот момент с удивлением обнаружил, что вокруг него и Ларк собралась уже целая толпа. Щеки у него порозовели от смущения, и он, внезапно раскашлявшись, отстранился от Ларк.

— Почему ты не предупредил нас о своем приезде, милорд? Нехорошо. — Леди Элизабет кокетливо погрозила молодому человеку пальчиком.

— Прошу прощения, леди Элизабет. Конечно же, мне следовало уведомить тебя о своем визите письмом, но так уж вышло, что поначалу никто не мог ехать, поскольку дороги развезло от ливней, ну а потом, когда они просохли, посылать гонца уже не имело смысла. Таким образом, я оказался в Сент-Вейле неожиданно для тебя, миледи, и всех твоих домочадцев.

— Что с тобой, Эвел? Ты опять лазал по крышам? Мне казалось, я отучила тебя от этого много лет назад. — Леди Элизабет посмотрела на сына укоризненным взглядом, а затем обратилась к Эвенелу: — Надеюсь, этот увалень не поранил тебя, милорд?

— О нет. Ничего страшного со мной не случилось.

— Слава Всевышнему! Было бы ужасно, если бы ты не попал на собственную свадьбу только потому, что моему увальню, — тут леди Элизабет вновь метнула на Эвела укоризненный взгляд, — взбрело в голову лазить по крышам. В замке есть двери, Эвел. Будь любезен, пользуйся впредь дверью.

— Мать, прошу тебя! — попытался остановить ее Эвел.

— Благодари Бога, что Эвенел жив и здоров, — отозвалась леди Элизабет, подавляя в зародыше попытку сына противостоять ей. — Если бы с ним что-нибудь приключилось, не знаю, что бы я с тобой сделала. Ларк уж так сюда торопилась, что я испугалась, не расшиблись ли вы с Эвенелом в лепешку.

Леди Элизабет окинула дочь критическим взглядом, потом посмотрела, слушает ли Стоук, и обратилась уже ко всем домочадцам, включая и старика Гована.

— У нас в замке творится Бог знает что. Если так и дальше пойдет, ни один лорд не захочет почтить нас своим присутствием. К примеру, когда приехал лорд Блэкстоун, мой муженек до того довел меня своим пьянством, что я швырнула в своего благоверного кубком, но по несчастному стечению обстоятельств угодила прямо в лоб нашему знатному гостю. Не сомневаюсь, лорду Блэкстоуну хорошо известно, как я сожалею о допущенной оплошности. Но если бы только это… Лишь несколько минут назад по милости Эвела едва не покалечился благородный лорд Эвенел. Не дай Бог, пойдет слух, что мы дурно обращаемся с женихами. Кто, спрашивается, приедет тогда на свадьбу Элен и Ларк?

— Не беспокойся, мамочка. На дармовое угощение съедутся все, даже самые дальние из наших соседей! — Тут Ларк неожиданно напоролась на пронизывающий взгляд Стоука, и весь ее боевой задор бесследно испарился.

Девушка опустила руки и прижала сорочку к бедрам. Казалось, она опасалась, как бы Черный Рыцарь не набросился на нее и не сорвал с нее последние покровы. Стоука ничуть не смутил этот жест, и он, забавляясь смущением Ларк, скользил взглядом по ее фигуре. Только усилием воли рыцарь подавил желание подойти к Ларк и провести широкой ладонью по плавному изгибу ее бедер.

Совершив путешествие по телу Ларк, пристальный взгляд Стоука сошелся в поединке с медовыми глазами девушки. Во взгляде строптивицы сквозили вызов и презрение, а вспыхивавшие в золотистой глубине ее глаз искры свидетельствовали о страстности ее натуры.

«Вот дьявольщина! — подумал Стоук. — Девочка-то пылкая и, похоже, с воображением. Уж не надела ли она эту ветхую сорочку специально — чтобы поддразнить меня и всех окружающих мужчин? Вероятно, Ларк такая же притворщица и лицедейка, какой была при жизни Сесиль. Да есть ли в этой девице хоть капля искренности?» Стоук улыбнулся: ничего, настанет миг, когда рядом с Ларк не будет ни жениха, ни маменьки, и уж тогда он сорвет с нее одежду и проверит на деле, какова сила ее страсти.

— Прости, Эвенел, что я обрушился на тебя с крыши. Надеюсь, ты не держишь на меня зла? — Эвел по-братски хлопнул лорда Эвенела по плечу.

— Нет, конечно, — ответил молодой рыцарь и обратился к Стоуку: — Ты, сэр, должно быть, граф Блэкстоун?

— Именно так. Собственной персоной, — вмешался в разговор Эвел и пояснил Стоуку: — А это, милорд, лорд Эвенел, барон Листмор.

Лорд Эвенел низко поклонился Блэкстоуну:

— Я много слышал о тебе, милорд.

— Надеюсь, ничего предосудительного?

Неприязнь к молодому человеку переполняла Стоука.

— Что ты, милорд, напротив! Барды слагают баллады, прославляющие твою доблесть. Ты расскажешь нам, каково было сражаться в Святой Земле бок о бок с королем Ричардом? Как ни хотел я отправиться в поход, отец не позволил мне этого.

Стоук собирался сказать юнцу что-нибудь ехидное, но леди Элизабет перебила его:

— Прошу вас, милорды, продолжить беседу о героическом походе в зале, где лорду Эвенелу будет удобней. Эвел, голубчик, проводи гостей и вели Вире подать на стол холодной говядины.

— Пойдем в зал, милорд, нам не терпится услышать о твоих приключениях.

Кивнув Стоуку, Эвел обнял лорда Эвенела за плечи, и они пошли в жилые покои.

Прежде чем последовать за ними, Стоук посмотрел на Ларк. Ее взгляд выражал высокомерие и враждебность.

«Что ж, — решил Стоук, — пусть это будет последним деянием в моей жизни, но я сотру надменность с ее лица».

Криво усмехнувшись, рыцарь в сопровождении старого Гована неторопливо направился в зал. Он твердо знал одно: сегодня Ларк не удастся от него ускользнуть — ее мать позаботится об этом.

Стоук заметил, что не только он сам, но и Роуленд все это время тоже бросал на Ларк вожделеющие взоры, и замедлил шаг, загораживая девушку от взгляда приятеля.

— Вот это я понимаю, — сказал с ухмылкой Роуленд. — Выскочить из постели чуть ли не нагишом, чтобы броситься на выручку жениху, — клянусь, это дорогого стоит!

— Осторожно, друг мой. Когда перед тобой такая особа, как леди Ларк, следует не восхищаться ее доблестями, а опасаться хитрости и подвоха.

— Я бы не возражал, если бы она испытала свои хитрости на мне.

— Держись от нее подальше, Роуленд, очень тебя прошу.

Роуленд положил руку на плечо Стоуку.

— Ты советуешь мне держаться от нее подальше, потому что желаешь мне добра или решил приберечь ее для себя?

— Пока не знаю.

— Лучше тебе вообще перестать смотреть в ее сторону. Ты приехал сюда, чтобы взять в жены не леди Ларк, а ее сестру — вот и займись делом.

— Ты прав. Но незачем напоминать мне об этом. Я и не подумал бы жениться на такой фурии, как леди Ларк.

— Вот и славно, потому как она выходит замуж за лорда Эвенела.

Приказав себе забыть на время о Ларк, Стоук обнял сэра Роуленда за плечи и пошел вместе с ним в жилые покои.


Когда за рыцарями захлопнулась дверь, леди Элизабет схватила Ларк за руку и повернула к себе лицом.

— Как ты посмела выйти из дому в этой тряпке? Ты же голая!

— Матушка, если уж ты решила воспитывать меня, подожди хотя бы до утра!

— Не стану я ждать! Только представь, что подумают о тебе лорд Эвенел и лорд Блэкстоун? Меня не так волнует лорд Эвенел, он — твой жених, а стало быть, почти член семьи. Но вот лорд Блэкстоун! Он смотрел на тебя как на дешевую шлюху!

— Мне нет дела до того, что думает обо мне Блэкстоун! — Ларк чуть было не брякнула в пику матери, что рыцарь уже видел ее голой, но вместо этого сказала: — Уверена, он не видел ничего такого, что могло бы оскорбить его взор.

— Ты, по обыкновению, обращаешь все в шутку. А между тем я видела, как он пожирал тебя глазами. Ты притягиваешь его взгляды — это несомненно, но я не позволю тебе встать между ним и Элен.

— Ты и вправду думаешь, что я выскочила во двор в ночной сорочке, чтобы соблазнить его? — с негодованием воскликнула Ларк. — Да я скорее лягу в постель с деревенским дурачком, чем с Блэкстоуном!

— К чему этот издевательский тон? Лорд Блэкстоун вовсе не так прост, как тебе кажется. Ты распалила его и теперь жди беды! Блэкстоуну ничего не стоит зажать тебя где-нибудь в углу и удовлетворить свою похоть. Господи, ну почему ты не накинула хотя бы платок? И почему я не сожгла это рванье, в котором ты спишь? Как только мы вернемся в замок, я тотчас швырну твою сорочку в очаг.

— Ты же знаешь, что я не засну, не подложив под голову любимую подушку, набитую гусиным пухом, и не надев эту сорочку. Но ношу ее я только в спальне. Просто я так испугалась за Эвенела и Эвела, что выбежала в чем была. Так что оставь мою сорочку в покое. Вот выйду замуж — увезу ее с собой: подальше от твоих глаз.

— Ну уж нет. Я не позволю тебе позорить свое доброе имя, так что расхаживать в этом рванье в доме лорда Эвенела ты не будешь! Скромность — лучшее украшение леди, а твоя сорочка больше открывает, чем скрывает…

Ларк задрожала от негодования.

— О чем ты только говоришь?! Если тебя кто услышит, так решит, что я и вправду вышла голая. Перестань донимать меня! Я, миледи, не желаю больше тебя слушать!

Ларк надеялась выплеснуть гнев, но, чувствуя, что он не покидает ее, побежала прочь. Она опасалась наговорить матери гадостей, о чем сожалела бы потом до конца своих дней.

— Не хочешь слушать меня — не слушай! Только не забудь, что Блэкстоун — жених твоей сестры! — крикнула Элизабет.

— Как я могу об этом забыть? — выдохнула Ларк.

После ссоры с матерью девушка окончательно утвердилась в мысли, что отговорить Элен от брака с Блэкстоуном необходимо. Ну а если мать станет слишком уж досаждать Элен, что ж, в таком случае Элен может переехать в замок Эвенела. Они заживут втроем, если, конечно, Эвенел не передумает жениться на ней. А он не передумает, поскольку ему нужно ее приданое, чтобы пополнить свой тощий кошелек. Так что Эвенелу придется терпеть ее капризы. Но прежде следует избавиться от домогательств Черного Дракона, а для этого нужно убедить рыцаря в своей непричастности к покушению на его жизнь. Ларк вздохнула. Заставить Дракона поверить ей, представлялось крайне непростым делом.


Под высокими сводами гремели возбужденные голоса мужчин. Эвел, Эвенел, Гован и Роуленд стояли в центре зала и, несмотря на предрассветный час, оживленно разговаривали. Только Стоук не принимал участия в беседе. С непроницаемым выражением лица он держался в стороне от рыцарей и о чем-то напряженно размышлял.

Войдя в зал, Ларк хотела, не привлекая к себе внимания, незаметно проскользнуть наверх, к себе в спаленку, но легкие шаги на лестнице заставили ее прижаться к стене.

Придерживая подол зеленого шелкового платья, по лестнице торопливо спускалась Элен. Пышные каштановые волосы струились у нее по спине и плечам. Девушка позевывала и походила на заспанную речную нимфу. Длинная накидка, которой она прикрыла плечи, не могла скрыть совершенства ее стройной, с плавными изгибами и округлыми формами, фигуры. Элен вышла из арки, ведущей к лестнице, лебедем вплыла в зал и сразу же увидела Блэкстоуна. Вспыхнув от смущения, она подошла к гостю, плавно повела в стороны руками и, склонившись перед ним в изящном поклоне, мелодичным голосом произнесла:

— Приветствую тебя, рыцарь.

Ларк скрестила руки на груди, прислонилась спиной к стене и, устремив взгляд на Элен и ее предполагаемого жениха, обратилась в слух. Ей до смерти хотелось узнать, чем закончится первая встреча Черного Дракона и ее красавицы сестры. Стоук, однако, молчал и бесстрастно изучал лицо и фигуру леди Элен. Между тем, заметив Элен, непринужденно болтавшие рыцари замолчали и разом повернулись к девушке. Ларк озадаченно нахмурилась: ей так и не удалось понять, какое впечатление произвела Элен на лорда Блэкстоуна.

Между тем Стоук все так же невозмутимо разглядывал Элен, скользя взглядом по ее полной груди, тонкой талии и крутым бедрам. Озадаченная странным поведением жениха и его пристальным взглядом, Элен смутилась, опустила глаза, и на ее алых губах появилась робкая улыбка.

Наконец Стоук сделал шаг к Элен, приподнял ее подбородок и посмотрел в глаза.

— Рад видеть тебя, миледи. Люди говорят правду: ты и впрямь хороша как майский день.

Голос Стоука звучал спокойно и бесстрастно. Элен никак не ожидала от жениха такого равнодушия. До сих пор мужчины не обделяли ее вниманием. Окончательно смешавшись, она побледнела и устремила на Стоука испуганный взгляд огромных карих глаз. Губы ее едва заметно шевелились, но с уст не срывалось ни звука.

Ларк охватило желание отвесить сестре хорошую оплеуху, чтобы вывести ее из состояния ступора. Мысль применить к Элен меры физического воздействия посетила ее впервые в жизни. Прежде она постоянно защищала Элен от нападок близнецов, готовых насолить каждому.

Однако, устыдившись своего позорного намерения, Ларк вспыхнула от стыда.

Пылая гневом после ссоры с дочерью, в зал вошла леди Элизабет. От нового унижения Ларк спасло то, что взгляд матери был прикован к Элен и Блэкстоуну. В этот миг для леди Элизабет не существовало на свете никого, кроме дочери и ее жениха.

— Вот, милорд, ты и познакомился с моей доченькой, — проворковала Элизабет, обнимая Элен за плечи. — Разве она не прелесть?

— О да, миледи.

Стоук даже не взглянул на хозяйку замка. Возвышаясь над бедняжкой Элен, он неотрывно смотрел ей в глаза. Ларк видела, что гигантский рост и необъятные плечи Стоука внушали кроткой невысокой Элен едва ли не священный трепет.

— Я была уверена, милорд, что ты оценишь ее красоту. — Глаза Элизабет вспыхнули от гордости за дочь. — Правда, я планировала эту встречу на утро. Скажи, детка, почему ты поднялась?

Элен будто во сне посмотрела на мать и прошептала:

— Я слышала громкий крик. Что случилось?

— Это я кричал. — Эвенел шагнул к Элен.

— Ах, лорд Эвенел, наконец-то ты почтил нас своим присутствием. — Элен протянула юноше дрожащую руку, и на ее бледном испуганном лице заиграл легкий румянец.

Эвенел бережно сжал в ладонях холодные пальцы Элен.

— Неотложные дела задержали меня дольше, чем я предполагал, миледи. Все началось с того, что я поймал своего управителя на воровстве и выгнал его. Засев за счетные книги, чтобы определить размеры ущерба, я, к своему ужасу, обнаружил, что этот негодяй едва не пустил меня по миру.

— Какой ужас! Я знаю, милорд, проза жизни не для тебя. Надеюсь, ты уже подобрал себе нового управителя?

— Да, но ему еще предстоит многому научиться… Не хочу вдаваться в подробности, скажу только, что я засадил его за книги, а сам вскочил на коня и примчался в Сент-Вейль.

— Я очень, очень рада тебя видеть. — На хорошеньком личике Элен появилось подобие улыбки. Впрочем, улыбка тут же сменилась выражением беспокойства. — Надеюсь, ты не пострадал? Во дворе так кричали…

— Правду сказать, кричал не я, а Эвел.

Элен вопросительно посмотрела на брата:

— Я упал с крыши, — пробормотал Эвел.

— Господи, ты не ушибся?

— Разве что самую малость. Как-никак опыт падений с крыш у меня имеется. Да и Эвенел не позволил бы мне разбиться.

— Ты не пострадал? — Элен встревоженно посмотрела на Эвенела.

— Ну что ты! Он у нас парень хоть куда — выносливый, — хмыкнул Эвел и хлопнул Эвенела по плечу.

Ларк невольно залюбовалась Эвелом и Эвенелом. Наверное, только отца она любила сильнее. Ее восхищали непринужденные отношения, сложившиеся между молодыми людьми. С того дня, как Эвенел, совсем еще зеленым юнцом, впервые приехал в Сент-Вейль, он крепко сдружился с Эвелом. Временами Ларк даже ревновала Эвенела к брату. Как никто другой, Эвел понимал причуды приятеля и казавшиеся многим странными движения его души.

Эвенел частенько приглашал Эвела на прогулку, словно не замечая того, что Ларк тоже хочется пойти с ними. Впрочем, ревность мучила девушку лишь до того момента, пока друзья не скрывались за поворотом дороги. Ее деятельная натура не терпела пустоты, и она тотчас находила себе занятие и забывала о том, что приятели, в сущности, пренебрегли ею. Однако справедливости ради надо отметить, что Эвенел, проводя время в обществе Ларк, во всем потакал ей.

— Если у него что и болит, то до свадьбы заживет. — Старый сэр Гован подмигнул Эвенелу.

— Откуда только ты все знаешь? — смущенно зарделся Эвенел.

Судя по всему, в эту минуту он подумал о Ларк. Оглянувшись в поисках невесты и заметив, что она стоит в тени у дальней стены зала, Эвенел приветливо улыбнулся ей.

Ларк ответила ему радостной улыбкой. Больше всего на свете ей хотелось прижать своего суженого к сердцу и снова поцеловать. Прошло уже много времени с тех пор, как Эвенел в последний раз приезжал в Сент-Вейль, и Ларк очень соскучилась по нему.

Когда она устремила на жениха пылкий взор, взгляд ее скользнул по широкой спине Черного Рыцаря. Случайно или намеренно, но Стоук в этот момент сделал шаг и загородил Эвенела от взглядов невесты. Ларк топнула ногой: желание стукнуть боевой палицей по широкой спине Блэкстоуна становилось нестерпимым — тем более что Черный Рыцарь лишил ее последней возможности поддерживать контакт с женихом. Подойти же к Эвенелу в ветхой сорочке она не решалась: слишком свежи еще были у нее в памяти воспоминания о жадных взглядах Стоука и скандале с матерью, обвинившей дочь в недостатке скромности.

— Пойдем-ка, доченька, в кроватку. — Элизабет обняла Элен за плечи. — Довольно с тебя встреч и разговоров. Эвел, ты еще наговоришься с лордом Эвенелом утром. А сейчас, прошу тебя, проводи гостей в их комнаты. Гован, разбуди-ка Виру, да вели ей принести холодные закуски для лорда Эвенела.

— Будет исполнено, миледи, — поклонился старик и, тяжело ступая по каменным плитам, отправился на поиски Виры.

Леди Элизабет, казалось, напрочь забыла о существовании Ларк.

Подхватив под локоток младшую дочь, она пошла с ней к лестнице.

Ларк только и ждала того, чтобы мать отправилась провожать Элен. Правда, ей нужно еще ускользнуть и от лорда Блэкстоуна, но тот, к счастью, вел себя довольно мирно и удостоил Ларк одного-единственного косого взгляда. И неудивительно, рыцарь во все глаза смотрел вслед удалявшейся на покой Элен.

В не меньший восторг от созерцания форм Элен пришли Роуленд и Эвенел. Они так увлеклись, разглядывая ее попку, обтянутую шелковым платьем, что Эвелу пришлось хлопнуть в ладоши и громко сказать:

— Милорды, если вы не передумали идти спать, прошу следовать за мной.

Лорд Блэкстоун обернулся к Ларк. Тяжелый взгляд его черных глаз пригвоздил девушку к месту. Черный Рыцарь в который уже раз разглядывал ее тело, белевшее сквозь ночную сорочку. Когда Стоук снова взглянул на ее лицо, Ларк решила, что он сравнивает ее с Элен.

Казалось, он прочитал ее мысли. Гипнотический взгляд черных глаз Блэкстоуна словно говорил: «Ты будешь моей, Ларк, и очень скоро».

Не проронив ни слова, он последовал к лестнице за Эвелом и Роулендом.

Ларк не двинулась с места, пока шаги рыцаря-великана не затихли. Она не сомневалась, что в эту ночь не сомкнет глаз. Рыцарь бросил ей перчатку, и она должна эту перчатку поднять.


Через несколько минут, когда Ларк крадучись шла по лестнице, до нее донеслись голоса мужчин. Она навострила уши.

— Милорд, ночь холодна, не прислать ли тебе хорошенькую служаночку, чтобы она согрела тебе постель? — Молодой свежий голос, без сомнения, принадлежал Эвелу.

— В этом нет нужды. Просто покажи мне мою комнату. — Низкий звучный голос собеседника Эвела мог принадлежать только одному человеку на свете — Черному Дракону, лорду Блэкстоуну.

— В отличие от моего друга я придерживаюсь другого мнения. После жаркой Аравии мне необходима девчонка, чтобы разогнать застывшую кровь. — В голосе Роуленда звучало неподдельное веселье.

— Не сомневайся, рыцарь, я пришлю тебе такую, что небу жарко станет…

Ларк возблагодарила святых заступников, что комната, предоставленная Блэкстоуну, находится в другом крыле здания. Примерно год назад, когда леди Элизабет решила в целях экономии сыграть две свадьбы одновременно, она начала убеждать сэра Уильяма, что к жилым помещениям замка необходимо пристроить крыло с комнатами для гостей. Сначала сэр Уильям храбро отражал нападки супруги, но потом не выдержал и согласился с ее доводами. Новое крыло с главным зданием соединял длинный гулкий коридор. Хвала Всевышнему, Стоука поселили именно в комнате для гостей, и для того, чтобы добраться в темноте до спаленки Ларк, ему пришлось бы идти довольно долго.

Наконец разговоры и шаги наверху затихли. Но не успела Ларк одолеть еще несколько ступенек, как услышала голос матери — та пожелала спокойной ночи Элен. Таких теплых и нежных слов Ларк за всю жизнь не слыхала от матери. Когда дверь в покои леди Элизабет захлопнулась, Ларк одним духом взлетела наверх, прошла по коридору и в задумчивости остановилась около двери в комнату Элен. Ей не терпелось побеседовать с сестрой, но вместе с тем не хотелось беспокоить ее. К удивлению Ларк, дверь, тихо скрипнув, отворилась, и Элен пригласила сестру войти.

— Тс-с! — Элен приложила палец к губам. — Мне нужно поговорить с тобой.

Ларк проскользнула в спальню, закрыла за собой дверь и огляделась. В комнате сестры царил удивительный порядок. Безупречно чистое вышитое покрывало было аккуратно заправлено и подвернуто под матрас, взбитые подушки правильными прямоугольниками красовались в изголовье. Казалось, Элен и не ложилась на постель. Деревянный стол у стены был так натерт воском, что Ларк увидела в столешнице свое отражение.

— Лорд Блэкстоун мне очень понравился. — Элен обняла сестру. — И я не могла не сказать тебе об этом.

— Стало быть, ты полюбила его? — Ларк недоверчиво взглянула на сестру. — Помнится, увидев его, ты так перепугалась, что и слова-то вымолвить не могла.

Ларк заметила, как при этих словах в глазах сестры полыхнуло пламя. Никогда еще не видела она сестру такой возбужденной.

— Перепугалась, правда. Но только поначалу. Между прочим, матушка говорит, что он — человек грубоватый и резкий, но вовсе не злой. Просто у него манера такая — как-никак он полжизни провел в походах. Очень надеюсь, что он назовет меня своей женой. К тому же лорд Блэкстоун красив, правда?

— Ну… если тебе нравятся вырезанные из мореного дуба языческие идолы, тогда он и впрямь может показаться красивым.

— Да ну тебя, — усмехнулась Элен, но тут же снова заговорила о достоинствах своего жениха: — У него прекрасные, выразительные глаза. А ресницы? Скажи, ты заметила, какие у него длинные ресницы?

— У моего любимого жеребца Деболта тоже красивые глаза, да и ресницы подлиннее.

— Прекрати. — Элен засмеялась. — По-моему, у коня не может быть красивых ресниц и глаз.

— Будь ты рыцарем, за такие слова я вызвала бы тебя на поединок! — Ларк лукаво взглянула на сестру. — А впрочем… отчего бы мне и вправду не вызвать тебя? Не терплю, когда оскорбляют моего верного Деболта. Уж лучше я погибну, защищая его честь. Итак, жду ответа! Ты сама выберешь оружие или это сделать мне?

Элен прыснула от смеха, но затем, приблизив губы к уху сестры, прошептала:

— Тише, Ларк, тише. Нас может услышать матушка. И потом, на своих словах я не настаиваю, поскольку ничего не смыслю в лошадях. Уж если глаза лорда Блэкстоуна и сравнивать с чьими-то, так только с глазами лорда Эвенела.

Ларк схватила сестру за руку.

— Нет прекрасней глаз, чем у Эвенела! Они синие, как море, и сверкают, как сапфиры. Помнишь, как я в детстве дразнила его то сэром Васильком, то лордом Светлячком?

— Да уж, доставалось ему!

— Еще бы! — Ларк всегда гордилась своими проделками. — А вот лорд Блэкстоун такого обхождения не потерпел бы. Потому что сам никогда не шутит и не любит, когда шутят другие!

Элен обиженно посмотрела на сестру:

— Он тебе что, совсем не нравится?

Говорить о Блэкстоуне то, что Ларк думала, в ее намерения не входило.

— Скажи, Элен, неужели Блэкстоун и впрямь так уж тебе нравится?

— Да. Уверена, он станет прекрасным мужем. — Помолчав, Элен добавила: — Мне было приятно его прикосновение, когда он дотронулся до моего подбородка.

— В брачную ночь он дотронется не только до твоего подбородка. Этот грубиян, от которого воняет конюшней, всю тебя истопчет и изломает. Что тогда будешь делать?

Элен зарделась, а Ларк вдруг поняла, что перешла на язык конюхов и оруженосцев, и смущенно закашлялась.

— Извини. Ты знаешь, что я имею в виду.

— Думаю… поначалу я буду испытывать чувство неловкости. — Элен потупилась и начала нервно теребить в руках белоснежный платок с монограммой.

— Неловкости… — иронически усмехнулась Ларк. — Это, знаешь ли, мягко сказано. Он же настоящий чурбан.

Ларк вспомнила, как Черный Рыцарь повалил ее на землю и почти коснулся ее губ поцелуем. Нет, Элен никогда не перенесла бы подобного обращения.

— Не такой уж он чурбан. Один раз Блэкстоун уже был женат.

— То-то и оно! Похоже, его первая жена была такой же послушной и кроткой овечкой, как ты, и не сумела уклониться от выполнения супружеского долга. Тебе, Элен, придется ложиться с ним в постель, так что смотри, как бы тебя не постигла участь этой несчастной.

— По-моему, ты рисуешь все слишком уж мрачными красками. А ведь тебе, не забывай, тоже придется возлечь на супружеское ложе — с лордом Эвенелом. — На личико Элен набежала легкая тень.

— В отличие от тебя я умею постоять за себя. Если лорд Эвенел сделает мне больно в первый раз, второго раза ему не видать как своих ушей. Я дам ему понять, что я — не его собственность. Ну а если Эвенел проявит настойчивость, ему придется познакомиться с моим копьем.

Ларк представила себе, как будет гоняться за Эвенелом по спальне с копьем в руке, и прыснула.

— Ты не посмеешь запретить Эвенелу заходить к тебе в спальню, — сказала Элен.

— Еще как посмею!

— Когда любишь супруга, не отказываешь ему.

— Мы сейчас говорим не о любви, а о самосохранении. Я буду любить Эвенела, но по-своему. Это будет любовь изысканная, не имеющая ничего общего с любовью грубой, плотской. Но ты, — Ларк коснулась щеки Элен, — возвышенной любви не узнаешь. Лорд Блэкстоун обойдется с тобой как с последней крепостной, которая уступает его домогательствам только потому, что приписана к его землям и считается его собственностью. Он прикажет тебе — и ты не посмеешь отказать ему. У графа властный характер, и он берет все, что захочет.

— Матушка говорит, что пройдет совсем немного времени, и мне не покажется неприятной мысль оказаться с ним в одной постели.

— Она так считает? — Ларк скептически изогнула золотистую бровь и задумалась. С малых лет ее интересовало все, что связано с постелью.

— Я знаю, мы будем счастливы в браке, — прошептала Элен.

— Что ж, если ты твердо решила выйти за него и если он не будет тебя обижать, я попытаюсь привыкнуть к нему, — вздохнула Ларк и добавила: — При всем том, когда мне доведется увидеть вас вместе, я всякий раз буду благодарить святых угодников за то, что сама не вышла за Блэкстоуна.

Слова Ларк озадачили Элен, однако она поняла, что сестра не имела в виду ничего дурного.

— Уверена, ты полюбишь Блэкстоуна как брата. Это все, о чем я мечтаю и прошу. Если лорд Блэкстоун возьмет меня в жены, я бы хотела видеть у нас в гостях тебя и лорда Эвенела, так что, пожалуйста, не настраивай Блэкстоуна против себя.

— Кажется, его раздражает даже мой вид, — сухо заметила Ларк.

— О чем это ты? Уж не натворила ли ты чего-то, что могло рассердить его?

— Ты же знаешь, мужчины бегут от меня как черт от ладана. Не понимаю, почему им так не по нраву сварливые мегеры? — усмехнулась Ларк.

— Будь ты хоть чуточку приветливее, мужчины относились бы к тебе иначе, — серьезно возразила Элен. — Знаешь, как важно произвести приятное впечатление с самого начала? Матушка говорит…

— Если ты поделишься со мной очередным матушкиным наставлением, меня стошнит прямо здесь, у тебя в спальне. — Ларк схватилась за живот.

— Прости. — Элен коснулась руки сестры. — Я знаю, как тебе надоело слушать матушкины нотации.

— Если бы тебе доставалось от нее так, как мне, сомневаюсь, что ты долго продержалась бы.

Свои старые обиды Ларк обычно маскировала насмешливым тоном или шуткой.

— О, я с радостью заменила бы тебя, если бы это было возможно.

— Знаю. Именно поэтому ты — моя любимая сестра.

— Я же твоя единственная сестра, — уточнила Элен.

— И я благодарю Господа за то, что он одарил меня такой участливой и внимательной сестрой.

Сестры обнялись, расчувствовались и смахнули с глаз слезы умиления.

— Ложись спать, Элен. Если утром у тебя под глазами будут темные круги, это может не понравиться лорду Блэкстоуну. И в этом, уверена, матушка станет винить меня. Уж лучше я пойду. Постарайся не думать о Блэкстоуне до утра.

Ларк улыбнулась сестре и вышла из комнаты. Добравшись до своей спальни, Ларк быстро открыла дверь, проскользнула внутрь и, задвинув за собой засов, поморщилась: прорезавший тишину ночи металлический скрежет запора показался ей оглушительным.

Потом до ее слуха донеслось чье-то ровное размеренное дыхание. И хотя звук этот был едва слышен, в нем крылась угроза.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22