Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Фредди Крюгер и Железная Леди

ModernLib.Net / Юмористическая фантастика / Кент Джек / Фредди Крюгер и Железная Леди - Чтение (стр. 12)
Автор: Кент Джек
Жанр: Юмористическая фантастика

 

 


Вертолет потерял былую маневренность. И Шелти удалось зайти ему в хвост. Нагоняя вертолет, он продолжал строчить из автомата, разрушая ему заднюю часть.

Терминатор не мог развернуться: из-за увеличения площади обстрела его машина стала бы еще более уязвима.

Преследуя вертолет, Шелти ликовал. Но он недооценил своего соперника, у которого в данной ситуации оставался единственный выход.

Увлекшись атакой, Шелти подошел к вертолету слишком близко. Он уже собирался опять залететь ему под брюхо, чтобы атаковать снизу, но в этот момент вертолет неожиданно сбросил скорость, зависнув в воздухе огромной стрекозой.

Шелти едва успел отреагировать и, избегая столкновения, направил самолет вверх, но все-таки задел хвост вертолета своим правым крылом.

Мотор, расположенный на этом крыле задымился. За самолетом потянулся черный шлейф. Он стал заваливаться набок.

— Мы падаем! — на весь салон заорал Крюгер.

— Без паники, Фред, — сказал Шелти, отцепляя ремни и выбираясь из кресла пилота. — Для такого случая у нас есть парашют… Правда, он только один.

Вертолету Терминатора тоже пришлось несладко. После столкновения у него была начисто обрублена треть хвоста. И теперь он кружил вокруг собственной оси, постепенно теряя высоту.

Терминатор, несмотря на всю сложность собственного положения, продолжал следить за целью. Он видел, что горящий самолет падает в море. Но вот от машины отделилась темная точка и через считанные секунды внизу вспыхнул большой разноцветный зонт. Терминатор понял, что это раскрылся парашют. А значит, объект снова уходил от возмездия.

Терминатор быстро произвел в уме необходимые расчеты и накренил падающий вертолет в нужную сторону.

Глава 6

Падение

Шелти и Крюгер летели в обнимку. Лямки парашюта были прикреплены к ранцу, одетому на спину Шелти, Крюгер же висел на своем спутнике, обхватив его руками за пояс.

Они плавно снижались, увлекаемые воздушным потоком в сторону побережья Англии.

Шелти прикинул расстояние до берега и решил, что они вполне могут дотянуть до земли.

— Порядок, Фред! Сядем на травку, — сказал он.

Крюгер в ответ прижался к нему еще сильнее.

И тут внимание Шелти привлек нарастающий сверху шум. Задрав голову, он увидел падающий вертолет, который был явно направлен таким образом, чтобы перемолоть своими лопастями их с Крюгером в муку.

Фредди тоже заметил летящую на них махину и заорал от ужаса.

Шелти сразу понял, что их спасение только в том, чтобы как можно скорее избавиться от парашюта и упасть в море. У него на животе сходились ремни, при помощи которых к спине крепился ранец парашюта. Но из-за своего впавшего в маразм компаньона, который держался за него, как детеныш за самку коалы, Шелти никак не мог подобраться к замку.

— Ослабь хватку, Фред! — стараясь переорать вопящего во все горло Крюгера, крикнул Шелти.

Но тот никак не реагировал. И только прижимался к нему все крепче и крепче.

Шелти принял другое решение.

— Надо обрезать веревки, Фред! Плавать умеешь?

— Да.

— Режь!

Это слово будто вернуло Крюгера к реальности. Чего он больше всего любил на свете делать, так это — резать. Подняв вверх руку в перчатке, он принялся лихорадочно перерезать стропы парашюта.

— Уши мне не отрежь! — вскричал Шелти.

И он не шутил. Войдя в раж, Крюгер кромсал веревки возле самого его лица, словно это были щупальца спрута.

Но веревок было слишком много. Вскоре Крюгер запутался. И в них и в собственных лезвиях.

— Давай же, придурок! Режь! — не выдержал Шелти.

Он был не в силах оторвать взгляда от надвигающегося на них сверху вертолета. Он опять попытался дотянуться пальцами до ремней на животе, чтобы расцепить замок, но висевший рядом Крюгер по-прежнему мешал ему это сделать.

Терминатору не удавалось полностью подчинить себе подбитую машину. Вертолет мотало из стороны в сторону. Штурвал приходилось держать обеими руками. От тряски киборг выпустил из рук автомат, и тот завалился куда-то за спинку кресла. Терминатор не мог его достать, потому что нельзя было бросить штурвал ни на секунду.

Но в руках киборга оставалось еще одно оружие и куда более грозное — сам вертолет.

Терминатор сделал прогноз развития ситуации. Через семь секунд машина должна была врезаться в слившихся в тесном объятии парашютистов. Материя парашюта намотается на лопасти. Вращаясь, они подтянут парашютистов за стропы кверху и перерубят на части.

Терминатор отдавал себе отчет в том, что после всего этого лопасти вертолета скорее всего выйдут из строя и посадить машину станет почти невозможно. Но Терминатор абсолютно не беспокоился о собственной жизни.

Цель должна была быть уничтожена любой ценой!

Киборг делал все, чтобы вертолет пришел в расчетную точку вовремя, но разбитая машина выходила из-под контроля.

Вместо того, чтобы врезаться в Шелти и Крюгера нижней частью своего носа, вертолет пролетел чуть выше. Зацепив стропы парашюта своими посадочными полозьями, он поволок парашютистов за собой.

У Крюгера с перепугу распутались лезвия перчатки, и он опять принялся перерезать веревки.

— Не режь, поздно! — крикнул Шелти. — Под нами земля.

— Что же делать?

— Сейчас что-нибудь придумаем.

Шелти стал высматривать, куда их тащит вертолет. Впереди петляла ветка железной дороги. По ней двигался товарный состав, похожий сверху на цепочку из спичечных коробков.

Падающий вертолет быстро нагонял поезд.

«Последний шанс!» — подумал Шелти.

Они уже летели вдоль железной дороги. Поезд был совсем близко.

Шелти наконец удалось расцепить замок на поясе. Крепко держась за ремни ранца, он выжидал подходящий момент, чтобы выпустить их из рук.

Терминатор быстро сообразил, что парашютисты болтаются у него под днищем. Он огляделся в поисках «Клерона». Автомат лежал возле его ног. Киборг подхватил его одной рукой. Распахнув дверцу кабины, высунулся на полкорпуса наружу и посмотрел вниз. Нашел глазами Фредди Крюгера и направил на него дуло оружия.

В этот момент тень от вертолета упала на последний вагон с песком. Шелти разжал кулаки, и они вместе с Крюгером камнем полетели вниз.

Мимо их голов со свистом пронеслись выпущенные Терминатором пули. Но вертолет стремительно промчался дальше, а они благополучно приземлились на желтый песок в последнем вагоне поезда.

Отплевываясь от песка, Шелти приподнялся и кинулся к борту вагона, чтобы посмотреть, что станет с вертолетом.

И в этот миг впереди раздался взрыв. В воздух взлетели искореженные обломки. На том месте, где упал вертолет, взметнулось пламя и повалил черный дым.

Крюгер сидел по колено в песке, тараща на Шелти свои испуганные глаза. Он хотел о чем-то спросить. Промычал что-то невнятное. Потом выплюнул изо рта грязь и повторил:

— Что это там грохнуло?

Но Шелти не ответил. Его взгляд был прикован к горящим останкам вертолета. Он видел, как из разбитой кабины выскочила объятая пламенем фигура. Она упала на спину и стала кататься по земле, стараясь сбить с себя огонь.

— Финита ля… — прошептал Шелти.

Поезд въехал в туннель, и их вагон окутала мгла. А когда поезд вынырнул из темноты, Шелти с Крюгером уже не могли видеть места катастрофы. Полыхающий вертолет скрылся от них за высоким холмом.

Глава 7

Хищник

Хищник давно ждал, когда наступит этот день. День его первой охоты на Земле. Ради этого знаменательного события он проспал в глубоком анабиозе несколько долгих световых лет.

За время вынужденной спячки его шкура свалялась, мышцы затекли, кровь загустела. Правда, после пробуждения усиленное питание помогло ему в какой-то мере восстановить бодрость и силы, но Хищнику надоело обходиться одними консервами. Он жаждал свежей крови и теплого мяса.

Ранним утром он расположился в пустующем доме, пришвартовав на его чердаке свою космическую шлюпку.

Весь день он провел за изучением физического состояния окружающей среды, снимая показания со специальных датчиков и производя необходимые расчеты. На основе полученных данных Хищник сделал вывод, что данная местность вполне подходит для длительной охоты.

К вечеру дом неожиданно стал наполняться дичью.

Сперва появилось странное, все замотанное в полоски какой-то материи существо с едва различимым бледно-желтым контуром. Хищник даже удивился: по форме это был человек, а по сути дела — труп. Поскольку все живые существа имели устойчивую температуру, Хищник видел их в четких красно-желто-белых тонах. Но этот землянин излучал слишком мало тепла. Хищник не знал, что такова аура тех, кто продал свою душу дьяволу.

Вскоре в дом заявился еще один гость — тот совсем не излучал тепла, только где-то в голове у него пульсировало белое расплывчатое пятно. Хищник тогда правильно предугадал, что эти двое — не последние люди, которые придут сегодня в дом. Он решил не мешать собираться их стае, и выпрыгнул в сад. Проследив, куда ведет тропинка от дома, он затаился в небольшом пролеске.

Хищник сидел на дереве, размышляя об убогости земной цивилизации и ее неизбежной полной деградации. Он был одет в особые доспехи, делавшие его почти невидимым. Только легкое, едва заметное сияние проглядывало сквозь листву на том месте, где расположился Хищник.

Вдруг он заметил путника, бодро шагавшего по тропинке. В глазах Хищника он представился в виде сине-зеленого сгустка, заключенного в слабый оранжевый контур. Его «теплые» тона были едва обозначены, и он то и дело исчезал, сливаясь с окружающим пейзажем.

Хищник опасался ловушки, но ему не хотелось упускать дичь.

Чтобы было лучше нанести удар, Хищник переменил положение, опершись спиной о ствол дерева. Потом извлек из доспехов метательный диск и стал сжимать его края. Когда диск раскалился до предела, Хищник прицелился и пустил его в направлении ничего не подозревавшей дичи.

Увидев, что дичь благополучно обезглавлена, Хищник издал радостный боевой клич. Спрыгнув с дерева, он подхватил покатившуюся по тропинке голову за волосы. При помощи специальных инструментов он принялся тут же ее обрабатывать, избавляя от всего лишнего. И вот уже на его большой когтистой руке лежал совершенно гладкий череп.

Обнюхав тушу убитой дичи, Хищник понял, что, в отличие от черепа, с мясом ему не повезло: вредных элементов в нем было в избытке. Разочарованный Хищник содрал с трупа кожу и повесил его за ноги на самое высокое дерево.

Внезапно начался дождь и Хищник, чтобы не намочить свои доспехи, опять перебрался в дом, засев на чердаке.

Глава 8

Клуб Потусторонних

— Кажется, здесь. — Шелти остановил автомобиль напротив ветхого двухэтажного особняка. — Веселенькое местечко, ничего не скажешь.

Фредди Крюгер вышел из машины, угодил ногой в лужу и растянулся поперек дороги.

— Да ты совсем ослаб, Фред, — усмехнулся Шелти, хлопнув дверцей машины. — Греби руками, а то утонешь.

Крюгер молча поднялся и заковылял вслед за ним.

Моросил мелкий дождь. Он то усиливался, то вновь затихал, повинуясь прихоти переменчивого ветра.

Был поздний вечер. Заброшенный сад перед домом был мрачен и тих. Над входом в дом тускло горел разбитый фонарь.

Путники шли по извилистой дорожке через сад. Пока они добрались до входной двери, Крюгер успел еще дважды свалиться лицом в грязь. Но идущий впереди Шелти не оборачивался и уже не пытался пошутить по этому поводу.

Он взошел по низкой лестнице на крыльцо дома и постучал в дверь ровно семь раз. Подошедший сзади Крюгер споткнулся о ступеньку и грохнулся об крыльцо головой.

— Чтоб тебя архангелы съели, — беззлобно бросил через плечо Шелти, прислушиваясь к тому, что происходит за дверью.

— Это дом Нэнси Томпсон? — промямлил Фредди, потирая лоб.

— Не думаю. Т-с-с…

С той стороны раздались чьи-то шаркающие шаги. Чуть погодя сиплый голос спросил:

— Кто там?

— Вам привет из Преисподней, — сказал Шелти.

— Да будет вечен ее огонь во веки веков! — откликнулись за дверью. — Ваше имя?

— Шелти Догги.

Громко лязгнули железные запоры, заскрипели ржавые петли. Дверь стала отворяться. Но, не распахнувшись и на четверть, она неожиданно сорвалась с петель, придавив своей тяжестью открывавшего.

«Не только мне сегодня не везет», — злорадно ухмыльнулся про себя Крюгер.

Шелти переступил порог и щелкнул зажигалкой. В расступившейся тьме они увидели торчащие из-под двери чьи-то забинтованные ноги.

— Помогите… — еле слышно прошептал их обладатель.

Шелти поднял дверь и прислонил ее к стене.

Крюгер остановился на пороге, с интересом вглядываясь в забинтованное с головы до ног существо, которое силилось встать с пола. Свободными от бинтов у него оставались лишь глаза, кончик носа и рот. И эти четыре узкие щели зияли на его замотанной ровными полосами голове подобно Черным дырам Вселенной.

Шелти протянул лежащему руку. Тот с готовностью схватился за нее своими забинтованными пальцами.

— Спасибо. Вы Шелти Догги?

— Он самый.

— А меня зовут — фараон Трах… Трах… Трах… — страдалец тщетно пытался вспомнить собственное имя. — Я египетская мумия. Фараон Трах… Трах…

— Может, Трахнатон? — подсказал Шелти.

— Нет, вспомнил! — радостно прошепелявил тот. — Бухнатон. Фараон Бухнатон!

— Очень рад.

— Добро пожаловать в Клуб Потусторонних. Кто это с вами?

— Египетская мумия перевела взгляд на Крюгера.

— Фредди Крюгер с улицы Вязов, — представил своего спутника Шелти. — Сними шляпу, Фред, не забывай об этикете.

Крюгер послушно обнажил голову и, кивнув мумии, скромно добавил:

— Повелитель снов.

— Да? Счастлив познакомиться, — тотчас откликнулся Бухнатон. — Кстати, что вы думаете по поводу «Толкования сновидений» Зигмунда Фрейда?

— Ничего не думаю, — честно признался Крюгер и шепнул на ухо Шелти: — Чего он от меня хочет?

— Забалтывается старик, — тихо ответил тот. — Он ведь разменял уже третью тысячу.

— Долларов?

Шелти взглянул на Крюгера, как Крестный отец на своего непутевого сына.

— Фунтов стерлингов! — передразнил он.

Крюгер ничего не понял. Шелти окончательно сбил его с толку.

— Кто здесь заговорил о деньгах? — вдруг раздался выразительный с придыханием голос. — О, деньги! Назовите мне более презренный металл.

С верхнего этажа в холл спускался статный мужчина в шляпе и сапогах. В одной руке у него был подсвечник, другая крепко сжимала черный хлыст, которым он похлопывал себя по голенищу сапога.

— Да, господа, — нараспев продолжал он. — На земле весь род людской чтит один кумир священный, он царит по всей вселенной. Тот кумир — телец златой… Но златой телец может только мычать! А? Вдумайтесь, господа. Из-за коварного перезвона монет никто уже не слышит вдохновенной музыки, что нас окружает… Люди гибнут за металл.

— Просто какие-то куплеты Мефистофеля, — хмыкнул Шелти.

— Только не помню из какой оперы.

— «Гуно» Фауста, — снисходительно ответил неизвестный.

— А я думал «Фауст» Гуно.

— Мда?… Вы правы, мсье. Я оговорился.

— Позвольте представить, — сказала египетская мумия, — Эрик Деслер, Призрак Парижской Оперы.

— Да, это я, — с гордостью выпятил грудь призрак.

— Эрик! — радостно воскликнул Крюгер. Подойдя к нему, он коснулся его фрака рукой, словно желая убедиться, что это не сон. — Ты здесь? Разве тебя не пристрелили?

В руке призрака дрогнул подсвечник. Лицо болезненно вытянулось. Глаза забегали.

— Кристина?! Не верю собственным глазам! Какими судьбами, любовь моя? Молчи! Не говори ни слова. Ты здесь. О, как я счастлив. — Эрик опустился на одно колено и попытался поцеловать Крюгеру перчатку. — Позволь мне…

— Не позволю! — заорал Фредди, отскочив от него, как от прокаженного. — Не позволю! Опять ты за свое.

— Кристина, ты больше не любишь меня? — с горечью произнес Эрик. Он медленно выпрямился. — Вспомни, дитя мое. Я научил тебя петь. Я подарил тебе голос, от которого можно сойти с ума. И вот расплата за мою благосклонность! Ты хочешь растоптать мою любовь. Хочешь выбросить ее на помойку, на съедение крысам…

— Да я никогда тебя не любил! — взревел Крюгер. — И чего тебе вообще от меня надо?!

Черты Призрака Оперы исказились от гнева. Он шел на отступавшего к стене Крюгера, высоко подняв над головой подсвечник. С наклонившихся свечей на шляпу призрака капал горячий воск. Но он этого не замечал.

— Вы только взгляните, господа, на это неблагодарное дитя! — восклицал он, показывая на Фредди своим дрожащим пальцем. — О, тщедушное дитя порока, я не вижу в твоих глазах даже намека на сострадание. Но ничего, я тебя проучу… — Он выхватил из голенища сапога хлыст и замахнулся. — Я превращу тебя в синкопу!

Крюгер закрыл лицо руками.

Шелти перехватил руку Эрика за запястье и вырвал у него хлыст.

— Остынь, приятель, никаких Кристин здесь нет и не предвидится. Она ведь еще не успела продать душу Дьяволу?

— Продать! Опять вы о деньгах, — печально вздохнул Призрак Оперы, опускаясь в кресло. Он посмотрел на Крюгера. — Здравствуйте, мсье. Простите, не помню вашего имени?…

— Фредди Крюгер, — буркнул тот, приподняв шляпу.

— Кажется, мы с вами встречались? Ну конечно! У меня в Опере. — Эрик вдруг все вспомнил. — Это было ужасно. Эта ваша мадемуазель в шубе… Из-за нее я забрызгал кровью все клавиши органа.

— Как же вы уцелели?

— Музыка — вот мое единственное лекарство и спасение. Стоило одной молоденькой скрипачке наиграть мотив из «Торжествующего Дон Жуана», — и мои страшные раны затянулись сами собой и кровь опять зажурчала по жилам.

— Господа, — сказала египетская мумия, — как говорили древние фараоны, солнце уже закатилось. Предлагаю починить дверь и пройти в гостиную.

Глава 9

Черный Монах

По кругу гостиной горели свечи, освещая сгорбленную фигуру в черном монашеском балахоне, которая сидела у погасшего камина. Костлявые пальцы, высовывавшиеся наружу из широких рукавов, не спеша перебирали четки.

В поднятом капюшоне нельзя было заметить ни головы, ни черепа, а на руках монаха не было ни кожи, ни мяса. И тот, кто, взглянув на него, решил бы, что перед ним находится скелет, был бы не так уж далек от истины. Но в капюшоне, в этой зияющей мрачной пустоте, как угли, тлели подвижные, цвета заката глаза.

— Добро пожаловать, братья, — низким грудным голосом произнес монах, завидев процессию, возглавляемую Бухнатоном.

— Да благословит вас Сатана!

— Аминь, — с вежливым поклоном ответил Шелти, спрятав в глазах циничную усмешку.

— Это Черный Монах, господа, — возвестила египетская мумия. — А это Шелти Догги по прозвищу Бешенный Пес и Фредди Крюгер с улицы Вязов, повелитель снов.

Все расселись по комнате.

— Повелитель снов? — переспросил Черный Монах, обратив к Фредди свой капюшон. — Позвольте узнать, как вам «Толкование сновидений» Фрейда, сын мой?

— Я Фред, а не Фрейд, — раздраженно передернул плечами Крюгер. — И если вы не один из тех психов, что изнасиловали мою мать, то я вам и не сын.

В капюшоне монаха засверкали глаза и залязгали невидимые зубы. Но было непонятно, смеется Черный Монах или трясет от возмущения челюстью.

Чтобы разрядить двусмысленную ситуацию, фараон Бухнатон изобразил громкий сухой кашель, который перекрыл все прочие звуки в комнате. В том числе и откровенный смех Шелти.

Призрак Оперы безучастно сидел в своем кресле, отбивая на подлокотниках музыкальный ритм. Его «Торжествующий Дон Жуан» все еще не был завершен. И где бы Эрик не находился, эта мысль не давала ему покоя.

— Все вы мои дети, братья и сестры, — весомо проговорил Черный Монах, когда мумии надоело притворно кашлять. — Ибо такова моя Черная вера.

— Я согласен быть вашим братом, — сказал Шелти. — Но только, извините, не сестрой.

— По возрасту ты годишься мне в сыновья! — повысил голос монах. — И ныне и во веки веков я буду обращаться к тебе «сын мой». И никак иначе.

— Ну, хорошо, падре. Вы меня уговорили. — Шелти повернулся к Бухнатону. — Послушай, Бух, а где же граф Дракула?

— Опаздывает. Но должен быть.

— Трам, тара-ра-рам, пам-пам; пум, пам-пам! — вдруг на всю гостиную пропел Призрак Оперы, но, спохватившись, смущенно приложил ко рту ладонь.

— Неплохо, совсем неплохо, — похвалил Шелти. — Но я бы еще добавил в конце: трам, пам-пам!

— На этом месте будет стоять пауза, — сухо заметил Эрик.

— Как вам будет угодно. Я ни в коей мере не претендую на ваши лавры бессмертного композитора.

Кто-то постучал во входную дверь. Фараон Бухнатон пошел открывать.

Через минуту он вернулся под руку с очаровательной блондинкой. На ней была красная блузка, жакет из козлиного меха и кожаная мини-юбка. На роскошной груди, которой могла бы позавидовать и красотка из «Плейбоя», висело множество золотых цепочек. Стройные, обтянутые черными колготами ноги завершались внизу бардовыми сапожками. На плече висела дамская сумочка с замком в виде сердечка.

Призрак Оперы оторвался от своих мыслей и с интересом уставился на незнакомку. Другие тоже как-то сразу приободрились, приосанились.

— Привет, мальчики! — звонко произнесла она, тряхнув своими длинными, простиравшимися до самой талии волосами. — Заждались?

— Что касается меня, куколка, — сказал Шелти, направляясь к ней походкой мартовского кота, — то я ждал этой встречи еще с колыбели.

— Как это мило, — усмехнулась она, поведя плечом.

— Меня зовут Шелти. А вас?

— Зовите меня Блонди.

— Ведьма с Лысой горы, — уточнил Бухнатон, развернув свиток с именами приглашенных. — Дунайская ведьма.

Оттеснив от молодой женщины египетскую мумию, Шелти помог новой гостье устроиться в кресле. Присев рядом, попытался взять ее руку в свою горячую ладонь.

— Какие у нас тонкие пальчики… — прошептал он.

Блонди отдернула руку, неуловимым движением царапнув его по щеке своими длинными, покрытыми черным лаком ногтями. В полумраке хищно блеснули ее зеленые глаза.

— Не так быстро, песик, — по-змеиному прошипела она.

— Будет исполнено, кошечка… — понизив голос, улыбнулся Шелти.

Черным Монахом внезапно овладело чувство раздражения.

— Дунайская ведьма? — с неприязнью переспросил он. — Насколько мне известно, ведьмы не бывают блондинками.

— Зато каждая вторая блондинка — ведьма, — парировал Шелти, лукаво подмигнув девушке и поймал ее ответный взгляд.

— Она может оказаться подсадной уткой, — гнул свое монах. — Где гарантии, что это не переодетый агент 007?

Блонди вскочила с места, в ярости сжав кулаки и уперев их в бока.

— Ах так! Вы не верите, что я ведьма?! Так я докажу вам! Хотите, я нашлю на вас порчу?

— Не хочу, дочь моя. Единственное, что на мне еще можно испортить, так это мое монашеское одеяние. А оно мне досталось в поте лица моего. — Черный Монах заботливо поправил капюшон. — Ответьте, дитя мое, если вы ведьма, летаете ли вы по воздуху?

— Разумеется. Только мне нужна метла.

— Бух, — обратился к мумии Шелти, — в доме есть метла?

— Нет. Но, может, веник подойдет? Вон он в углу валяется.

— Он какой-то обшарпанный.

— Ничего, сгодится! — в азарте воскликнула Блонди. Оседлав веник, она произнесла себе под нос заклинание и

тут же взмыла к потолку.

Мужчины, словно по команде, задрали головы. Один лишь Призрак Оперы не решился поднять глаз и сидел, вжавшись в кресло, смущенно теребя кончик своего фальшивого носа.

Глава 10

Ведьма с Лысой горы

Блонди кружила по гостиной, описывая в воздухе изящные пируэты. То снижаясь к самому полу, то снова взмывая вверх, она намеренно проносилась перед самым носом у Черного Монаха, едва не задевая его по балахону веником. По гостиной разносился ее звонкий смех.

— Признайтесь, падре, вы нарочно ввели ее во искушение?

— с усмешкой спросил Шелти, наклонившись к монаху.

Но тот лишь сверкнул своими сальными глазками, не в силах оторвать взгляда от этой феерической женщины.

Фредди Крюгер с грустью следил за полетом ведьмы. Он бы тоже не отказался сейчас вот так, подобно птице, взмыть в воздух. Но тяжелые ботинки висели на ногах, как гири, убивая мечту на корню.

Вдруг разыгравшаяся Блонди пролетела так низко над головой Крюгера, что сбила с него шляпу.

— О Господи! — вырвалось у Фредди. Он бросился за покатившейся шляпой.

В гостиной наступила гробовая тишина. Призрак Оперы изменился в лице. Шелти поправил узел галстука. Ведьма зависла под потолком, как будто в ее венике кончился бензин. Черный Монах выронил из рук четки, и они рассыпались по полу десятками драгоценных камней.

— Что? Что вы сказали? — прошамкала египетская мумия.

— «Черт побери». Я сказал: «Черт побери», — неуверенно ответил Крюгер, надевая шляпу.

— Не лги, сын мой! — грозно заговорил Черный Монах. — Мы здесь не глухие. Имеющий уши да услышит. Ты произнес не «черт побери», а нечто противоположное. Да как ты посмел?! Ты осквернил стены этого дома.

Фредди совсем стушевался.

— Я не хотел, я оговорился…

Из глаз монаха вырывались искры.

— Молчи, дьяволохульник! — вещал он, заходясь в гневе. — Молчи, ибо виновен есть. И если ты еще хоть раз посмеешь допустить чернотатство в стенах этого дома…

— Нет, никогда, — торопливо забормотал Крюгер. — Я больше не буду.

Монах хотел еще что-то сказать, но в этот момент под потолком раздалось истеричное:

— О, Дьявол!

Все посмотрели наверх. Ведьма висела под потолком вниз головой, тщетно пытаясь перевернуться или хотя бы сдвинуться с места. Ее длинные волосы ниспадали вниз золотым дождем.

— Что случилась, дочь моя? — заботливо поинтересовался монах.

— Веник больше не слушается, — простонала Блонди.

— Вот видите, что вы наделали, — пожурил Крюгера Призрак Оперы.

— А что?

— Вы испортили ей колдовство. Бедняжка утратила власть над веником.

— Выдирайте из веника прутья, — посоветовал ведьме Шелти. — И кидайте их по одному на пол. Так постепенно и спуститесь.

— Можно сделать проще, — промолвил Черный Монах.

Он выпростал из-под балахона свои костлявые руки. Они стали стремительно нарастать из его рукавов подобно выдвижной пожарной лестнице, причем сам монах продолжал оставаться на месте.

— Я сниму вас, дочь моя. Не бойтесь.

Вскоре его руки достигли немыслимых размеров, протянувшись через всю комнату под потолок.

— Уберите руки! — завизжала Блонди, отталкивая уже готовые схватить ее за грудь пальцы. — Наглец!

Монах одернул руки, и в одно мгновение они исчезли в рукавах его балахона.

— Простите, промахнулся, — буркнул он, заскрипев костями. — Поступайте, как знаете. А я пока соберу свои четки, — и он пополз по полу.

Воспользовавшись советом Шелти, ведьма принялась выламывать из непокорного веника прутья. Когда тот похудел ровно наполовину, ей удалось, наконец, перевернуться вверх головой. Она выдернула еще один прутик, и тут веник повело назад.

От визга Блонди у присутствующих заложило в ушах. Ведьма лихо кружила по комнате, только теперь уже задом

наперед. Мужчинам приходилось то и дело пригибаться, чтобы не получить от нее сапогами по голове.

И только Черный Монах продолжал безучастно собирать свои камешки и нанизывать их на шелковую нить.

Кончилось все тем, что Блонди приземлилась ему на спину. Под монашеским одеянием оглушительно затрещали старые кости, из рукавов повалил дым.

Блонди в испуге отскочила в сторону.

На полу возле ее ног бесформенной грудой лежал пустой балахон.

— Черт возьми, что я наделала! — схватилась она за голову.

Шелти молча подцепил продолжающее дымить одеяние и для верности тряхнул им в воздухе. Все ждали, что оттуда вывалится если не череп, то хотя бы берцовая кость. Но, кроме четок, ничего больше не выпало.

— Ну и для кого он их собирал? — с сарказмом проговорил Шелти, взвешивая на ладони переливающуюся горстку драгоценных камней.

— Для себя, сын мой, — ответил бестелесный голос из капюшона. — Для себя. Не думайте, что от меня можно так просто отделаться.

И в тот же миг балахон наполнился своим прежним содержимым.

Глава 11

Граф Дракула

— Откройте кто-нибудь окно, — сказал Черный Монах. — Пусть выветрится дым.

Египетская мумия отправилась выполнять его смиренную просьбу.

Шелти, не говоря ни слова, протянул монаху четки.

— Благодарю, сын мой, — тот повернулся к Блонди и просвечивая ее своими глазами-углями насквозь, мягко заметил: — Дочь, моя, вы действительно самая настоящая ведьма. Простите мне мои нелепые подозрения. Ибо не та женщина есть ведьма, что умеет летать, но та, которая способна оседлать мужчину.

Блонди лукаво улыбнулась, оправляя на себе блузку.

— Я не зашибла вас, падре?

— Позвоночник слегка ноет, — честно признался монах. Бухнатон запустил руку под бинты и, вытащив на свет из

глубины своего живота фигурную бутылку, протянул ее Черному Монаху:

— Отхлебните немного, и все пройдет.

— Что это?

— Египетский бальзам. Лучшее средство от любого недуга. Черный Монах приложился к бутылке.

— Мне тоже что-то нездоровится, — сказал Шелти, подходя поближе.

Но Бухнатон уже спрятал бутылку обратно под бинты.

— Без этого бальзама я давно бы превратился в пыль, — просипела мумия.

По гостиной, задевая огоньки свечей, бродил свежий ночной ветер. Дождь за окнами давно кончился. Было слышно, как в саду шелестят листвой влажные деревья.

Вдруг в раскрытое окно впорхнула большая летучая мышь.

— Крыса! — в ужасе воскликнул Призрак Оперы.

— Убейте же ее! Убейте! — завизжала Блонди.

От порыва ветра окно в гостиную захлопнулось, отрезая летучей мыши путь к отступлению.

Фредди Крюгер запустил в нее перчаткой. Отточенные, как бритва, лезвия чуть было не проткнули ей крыло, но в последний момент мышь увернулась, и ножи вонзились в оконную раму.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14