Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Чужой ребенок

ModernLib.Net / Современные любовные романы / Кей Патриция / Чужой ребенок - Чтение (стр. 4)
Автор: Кей Патриция
Жанр: Современные любовные романы

 

 


ГЛАВА 6

Где-то плакала девочка. Плач был надрывным, тихим и жалобным. Эбби рвалась к девочке, чтобы успокоить и прижать ее к себе. Сказать, что все будет в порядке, что она больше никогда не оставит ее. Что будет любить и заботиться о ней всю жизнь. Но она не могла сдвинуться с места – что-то крепко держало ее, и, пока она пыталась вырваться, плач становился все тише и тише, пока не смолк совсем.

Эбби проснулась в слезах, с чувством страшной потери в душе. Такое повторялось уже третью ночь подряд. Был четверг. Ровно три дня, как ее мир разлетелся вдребезги.

В спальне было темно, горели только красные цифры на электронных часах. Четыре тридцать утра. Вздохнув, Эбби закрыла глаза, хотя знала, что больше не заснет, вспоминая этот повторяющийся кошмар. Нетрудно было догадаться, чем он спровоцирован.

– Моя дочь... – прошептала она, всхлипнув, и слезы покатились из ее зажмуренных глаз.

В понедельник решение никому не говорить о перепутанных девочках казалось ей самым разумным. Единственно верным. Впрочем, Эбби до сих пор не сомневалась, что для Кендал с Кэтрин так оно и было. Но стоило ей подумать о той, другой девочке, которая была ее плотью и кровью, как на нее накатывала такая звериная тоска, что она не находила себе места. Это становилось невыносимым. Если бы она знала, как и где живет ее дочь! Только бы убедиться, что она счастлива, живет в хорошей семье и ее любят родители. Но в памяти ее навязчиво всплывали все случаи насилия над детьми за последние десять лет. И это было ужасно. А вдруг ее родную дочь бьют родители, с которыми она живет? Это было вполне возможно. Все было возможно в этом жестоком мире!

О господи, надо перестать изводить себя. Иначе она сойдет с ума.

Вскочив, Эбби накинула халат и, стараясь не шуметь, чтобы не разбудить Кендал, прошла в ванную. Там она включила свет, сполоснула лицо холодной водой и посмотрела на себя в зеркало. Выглядела она ужасно. Бледная и осунувшаяся, как будто была больна. А впрочем, так оно и есть: она больна. У нее разбито сердце.

Закрыв глаза, Эбби помассировала виски, где начинала пульсировать боль. Какой несправедливой может быть жизнь! Почему так часто страдают невинные люди? И, как всегда, на этот вопрос не было ответа...

Через пятнадцать минут, приняв две таблетки от головной боли и запив их бокалом яблочного сока, Эбби с кружкой свежего кофе в руке вышла на веранду. Эта веранда и двор за домом были главными причинами, из-за которых она выбрала этот дом в западной части города. Третьей причиной была близость школы, в которую она планировала отдать Кендал. Веранда была широкая, с высокими перилами, к которым были прибиты ящики с цветами. С деревянной крыши спускалась решетка, увитая диким виноградом, так что здесь было тенисто и относительно прохладно даже в самую жару.

Осторожно ступая босыми ногами, Эбби подошла к перилам. В предрассветной тишине были слышны птичьи голоса на большом камфорном дереве во дворе и тихий гул кондиционера у соседей. Ветерок приятно обдувал голые руки Эбби. Было еще прохладно, но днем опять, видимо, будет жара.

Она медленно глотала кофе, стараясь отогнать мысли о том, что мучило ее последние три дня. Но у нее ничего не получалось.

– Ладно, – пробормотала она. – Если не можешь не думать, то думай, но спокойно, без истерики. Не перескакивай с одного на другое, отключи ненужные эмоции.

Пожалуй, решение держать все в тайне было правильным. Слишком многим правда о том, что детей перепутали той февральской ночью, может разрушить жизнь. Если бы только она могла смириться с этим решением и спокойно жить дальше! Но, судя по тому, что с ней творится, это невозможно. Эбби знала себя. Она должна убедиться, что с ее настоящей дочерью все в порядке. Иначе она просто не сможет существовать.

Будь честной. Ты не только хочешь убедиться в ее безопасности. Ты хочешь увидеть ее и посмотреть, какая она...

Но возможно ли это? Увидеть дочь, не раскрывая тайны? Сможет ли она найти ее, посмотреть и выяснить, все ли у нее в порядке, не привлекая внимания?

Впервые за эти три дня Эбби почувствовала, что паника утихла, и в голове ее начал вырисовываться план. Она припомнила, что в Лукасе печатали в газете сведения о тех, кто родился за неделю, с точным указанием времени и фамилий. Хотела бы она, чтобы в Хартли делали то же самое! Тогда найти женщину, которая родила дочь почти одновременно с ней, не составит труда.

Внезапно Эбби успокоилась и почувствовала себя гораздо лучше. Жаль только, что так рано и она не может позвонить в газету прямо сейчас. Теперь, когда у нее появился план, ей не хотелось терять ни минуты.

Дождавшись девяти, Эбби позвонила в справочную службу и уже через пять минут набрала номер газеты.

– Редакция «Харли геральд», – ответил молодой женский голос. – Чем я могу вам помочь?

Эбби заранее наметила, что будет говорить, но неожиданно растерялась.

– Н-не знаю, – глупо ответила она. – Мне нужна информация, которая была напечатана в вашей газете одиннадцать лет назад. Я не знаю, храните ли вы старые номера...

– Все в порядке, – приветливо ответила женщина. – Вам надо поговорить с Дженни Хоуп. Она наш главный редактор, и архив хранится у нее в кабинете. Переключаю.

Через несколько секунд в трубке послышался другой женский голос:

– Говорит Дженни Хоуп, чем могу вам помочь?

– Здравствуйте, Дженни! Меня зовут Гейл Веллингтон. Я – журналистка, – сказала Эбби. В принципе, это не было явной ложью: она когда-то написала две статьи для журнала, а Веллингтон была ее девичья фамилия. – Я пишу статью о больнице в Харли. И в основном хочу заострить внимание читателей на героическом поведении персонала больницы во время страшного бурана в феврале восемьдесят седьмого года.

– Простите, мисс Веллингтон, но мы не имеем возможности оплачивать статьи журналистов, не работающих в штате редакции...

– Нет-нет, – перебила ее Эбби. – Я звоню не поэтому. Мне просто нужна информация.

– Какого рода?

– Мне нужны фамилии детей, родившихся в ту ночь.

– О, это гораздо проще. Не могли бы вы мне напомнить точную дату?

– Ночь с седьмого на восьмое февраля.

– Одну минутку. Я найду газету за ту неделю. Прошло несколько томительных минут.

– Ну вот, нашла, – послышался наконец голос в трубке, и до Эбби донесся шелест газетных страниц. – Вам повезло, их не так уж много. Всего четверо.

– Правда?

– Седьмого февраля родился мальчик в семье миссис и мистера Маккалистер. И девочка в семье миссис и мистера Бернард. Она родилась в одиннадцать пятьдесят восемь вечера. За две минуты до полуночи.

У Эбби перехватило дыхание и участился пульс, а Дженни Хоуп спокойно продолжала:

– Восьмого февраля первый ребенок родился в ноль часов пять минут. Мать – миссис Логан О’Коннелл. Это была тоже девочка.

Четвертым ребенком оказался еще один мальчик, который родился вечером восьмого февраля, и Эбби даже не стала записывать его данные. Поблагодарив Дженни, она повесила трубку и уставилась на фамилию, записанную на бумаге. О’Коннелл! Эта фамилия навсегда запечатлелась у нее в памяти.

Эбби еще раз набрала номер справочной службы – и ничуть не удивилась, что семья с такой фамилией не проживает в Харли. Она ведь тоже рожала там, застигнутая врасплох. Но все-таки это разочаровало ее. Подумав немного, она позвонила знакомому референту в Харли, номер которого был у нее случайно записан. Ответили после второго звонка.

– Боб? Привет. Это Эбби Бернард. Мы встречались на семинаре во Флориде в октябре прошлого года.

– А, привет, Эбби! Помню и рад тебя слышать. Как поживаешь?

– Прекрасно. Но мне нужна кое-какая информация. Ты говорил, что ваша группа специализируется на поисках людей...

– Да, именно этим мы зарабатываем себе на жизнь, Что тебе нужно узнать?

– Мне нужен адрес семьи Логана О’Коннелла, которая уже не живет в Харли. – Эбби рассказала о рождении девочки восьмого февраля в местной больнице. – Я понимаю, информации маловато...

– Более чем достаточно. Ты не представляешь, по каким обрывкам сведений мы иногда находим людей. Только дай мне время. Посмотрим, что я смогу для тебя сделать.

Он позвонил только на следующее утро.

– Твой парень живет в Хьюстоне. Он архитектор. У него своя фирма, которая есть в общем архитектурном каталоге.

Эбби сердечно поблагодарила Боба и быстро нашла в Интернете архитектурный каталог. Да, вот он: «Логан О’Коннелл, архитектор». Домашний и рабочий адрес. Подумать только, они тоже живут в Хьюстоне, всего в двадцати минутах езды от нее! Невероятно! Что и говорить, судьба умеет подкидывать сюрпризы.

Ей страшно захотелось тут же позвонить ему на работу, но, поразмыслив, она решила не делать этого. Сначала ей надо было придумать убедительный предлог для того, чтобы побывать у них дома: ведь только там она сможет увидеть свою дочь, ничего не объясняя. И потом, как она может быть уверена, что это именно тот человек? Людей с такой фамилией было много даже в архитектурном каталоге. Правда, Л. О’Коннелл был только один. Так что Эбби решила позвонить сначала по домашнему телефону – убедиться хотя бы, тот ли это человек.

– Алло! – ответил молодой женский голос. Сердце Эбби забилось. Может, это ее дочь?

– Могу я поговорить с мистером О’Коннеллом? – Она изо всех сил старалась, чтобы голос звучал спокойно.

– С кем?

– С мистером Логаном О’Коннеллом! Это его дом?

– Нет, вы ошиблись номером.

– О, извините, – пробормотала Эбби и повесила трубку.

«За одиннадцать лет семья могла переехать, – успокаивала она себя. – Значит, все же придется позвонить на работу». Эбби набрала рабочий телефон, и ей тут же ответил любезный женский голос:

– Офис мистера Логана О’Коннелла.

– Это говорит миссис Эбби Бернард. Пожалуйста, соедините меня с мистером О’Коннеллом. – Эбби решила, что лучше всего изобразить из себя клиентку, поэтому старалась, чтобы голос звучал напористо.

– Сожалею, миссис Бернард, но мистер О’Коннелл сегодня работает дома. Вы можете оставить ему сообщение на автоответчике.

– Нет, у меня срочное дело, – ответила Эбби тоном своей матери, который та использовала, когда хотела чего-то добиться. – Мне нужно поговорить с ним немедленно! Сообщите мне, пожалуйста, его домашний телефон. Думаю, он будет заинтересован в той работе, которую я хочу ему предложить. В противном случае мне придется искать другого архитектора.

Женщина поколебалась несколько секунд, но все же продиктовала номер.

Положив трубку, Эбби нашла в Интернете телефонный справочник с адресами. Дом Логана находился в жилом массиве «Охотничий Ручей». Она знала этот район – один из самых фешенебельных в Хьюстоне. Ну что ж, по крайней мере, ее дочь живет в очень обеспеченной семье. Впрочем, Эбби прекрасно понимала, что богатство отнюдь не гарантирует счастья. Множество богатых семей за шикарным фасадом живут ужасно. Чаще всего большие деньги рождают большие проблемы в семейной жизни.

Она медленно подняла трубку телефона и несколько раз глубоко вздохнула, чтобы успокоиться. Нет никаких причин волноваться. Ведь только она одна владеет страшной информацией. И она не обязана ее открывать, пока сама не решит. Она будет действовать с умом. Шаг за шагом. Прежде всего ей надо добиться приглашения в дом.

Почувствовав, что немного успокоилась, Эбби набрала номер. После пары гудков ей ответил приятный мужской голос, записанный на автоответчике:

– Это Логан О’Коннелл. Пожалуйста, оставьте свое сообщение после сигнала.

Эбби быстро положила трубку. До нее вдруг дошло, что по телефону ей с легкостью могут отказать во встрече, какой бы убедительный предлог она ни придумала. Нет, нужно ехать прямо к нему домой, потому что куда труднее отказать человеку, который уже стоит на пороге твоего дома.

– Мам?

Эбби испуганно оглянулась. В дверях стояла заспанная Кендал.

– Привет, солнышко! Я не слышала, как ты встала.

– Ты уже работаешь? – спросила дочь, зевая.

– Да, – промямлила Эбби. – Но я уже закончила. Ты проголодалась? Могу сделать французские тосты на завтрак.

– Здорово!

Когда они вдвоем оказались на кухне, Эбби занялась тостами.

– Солнышко, у меня сегодня есть одно неотложное дело. Ты не возражаешь, если я тебя отвезу к бабушке?

– Конечно, нет! – обрадовалась девочка. Позднее, позвонив матери, Эбби убедилась, что эта радость взаимна.

– Но только чуть позже, – сказала Кэтрин. – Я сейчас еду в парикмахерскую. Что, если ты привезешь ее ближе к двенадцати?

Теперь, когда у нее был адрес Логана О’Коннелла, Эбби сгорала от нетерпения. Но у нее не было выбора.

– Хорошо, мама. Договорились. Мы подъедем к тебе к двенадцати часам.

ГЛАВА 7

– Готова? – спросила Элизабет.

После двух отложенных встреч Элизабет с Эрин наконец собрались за покупками. Для этого Элизабет пришлось отменить визиты двух клиентов, но это было не так важно. Отношения с Эрин были самой крупной ставкой в ее кампании по внедрению в семью О’Коннелл. К тому же она, конечно, любила племянницу, а Эрин ее просто обожала. Элизабет это отлично знала и прекрасно понимала, что девочка больше всего на свете хочет, чтобы они с Логаном поженились. Она пользовалась малейшей возможностью, чтобы усилить в Эрин это желание, так что потеря клиентов была не такой уж тяжелой жертвой для нее.

– Я была готова уже в девять часов! – воскликнула счастливая Эрин.

– Да, я свидетель, – сказал, улыбаясь, Логан. Он потянулся поправить заколку на голове дочери, но она увернулась. – Прости, забыл, что прическа – это святое.

Элизабет с удовольствием отметила, что новая прическа очень идет Эрин. Именно она убедила девочку, что, если у тебя красивые густые волосы, стрижка выглядит гораздо эффектней, чем косы или хвост, и сводила ее к хорошему парикмахеру. Черты лица Эрин сразу стали выразительнее. Она могла теперь носить челку прямо или закалывать набок новыми модными заколками, очень популярными у молодежи. В этот раз Эрин выбрала красную заколку в тон майки, но, к сожалению, красный цвет в данный момент ей не очень шел: она умудрилась так обгореть на солнце, что у нее даже облупился нос.

– Где ты так обгорела?

– На матче у Патрика в воскресенье, – вздохнула Эрин. – Папа забыл взять с собой солнцезащитный крем.

– Клянусь, вам тут нужна женщина, которая могла бы за вами присматривать! – воскликнула Элизабет и тут же застенчиво потупилась.

– Серита приедет в понедельник, – невозмутимо ответил Логан.

Элизабет посмотрела на него с досадой: он прекрасно понял, что она имела в виду совсем не Сериту. Ну ничего, он может сколько угодно упираться, все равно она добьется своего!

– А где Патрик? – спросила Элизабет.

– Он договорился с приятелями пойти в бассейн.

– Но он хоть хорошо позавтракал, надеюсь? А ты сегодня работаешь дома? Значит, решили дать бабушке отдохнуть?

Логан не успевал отвечать на ее вопросы, но Элизабет, кажется, и не ждала ответов.

– Если ты хочешь пойти на работу, я могу остаться с Эрин на весь день, – предложила она. – По дороге назад мы можем заехать за продуктами и приготовить для всех обед.

– Спасибо, но в этом нет необходимости. Я люблю работать дома. Здесь спокойнее. И тебе самой, кстати, тоже нужно работать.

– Я предупредила, что буду только завтра.

– Тогда почему бы нам не решить этот вопрос, когда вы вернетесь? Мы могли бы сходить куда-нибудь пообедать все вместе, – пришлось ответить Логану.

Элизабет ослепительно улыбнулась. Она была довольна, поскольку именно этого и добивалась.

– Чудесно! Ладно, нам пора, Эрин. Поехали!

Стоя в дверях, Логан наблюдал, как Элизабет разворачивает «Мерседес» и выезжает на дорогу. Он помахал им рукой, закрыл дверь и вернулся в кабинет, который устроил себе в правом крыле дома. Дом был построен полукругом вокруг внутреннего дворика, как ему всегда нравилось. Дворик был выложен мексиканской плиткой, а в центре бил высокий фонтан. По внешней стороне здания была проложена дорожка – Логан взял за образец испанские гасиенды, которые видел в Барселоне и Мадриде. Большие корзины с бегониями и бугенвиллеями стояли на дорожке через равные интервалы, а внутри дворика в широких плоских керамических вазонах цвели сезонные цветы разных сортов.

В тот год, когда Энн долго и тяжело болела, и потом, после ее смерти, этот дом стал для него спасением. Соразмерная красота успокаивала его разбитое сердце. Даже сейчас, когда Логан уже не прятался от мира, больше всего он любил обдумывать свои проблемы именно здесь, в спокойной тишине дома.

Но в данном случае родные стены не помогали. Было совершенно ясно, что его попытки держать Элизабет на расстоянии не имеют успеха. Иногда ему казалось, что она намеренно игнорирует его довольно грубые намеки и ведет какую-то свою игру...

– Черт! – пробормотал Логан. Он устал от притворства, ему хотелось побыстрее развязаться со всеми этими проблемами, но было жалко портить себе рабочий день досадными мыслями. С тех пор, как умерла Энн, ему так редко удавалось остаться дома одному, что хотелось использовать свободный день с толком. Полный решимости целиком уйти в работу, Логан подошел к чертежному столу, где был приколот план нового дома, и спустя несколько минут целиком отключился от внешнего мира.

Через некоторое время Логан почувствовал, что проголодался, и, посмотрев на часы, с удивлением обнаружил, что проработал без передышки почти четыре часа.

Отложив карандаш, он выпрямился, покрутил головой и сделал несколько упражнений, чтобы размять затекшую шею и плечи. От его движений Рекс, спавший в солнечном пятне на полу, открыл глаза и зевнул.

– Ну, мальчик, я не прочь пообедать, – сказал Логан. – А ты?

Рекс тут же потрусил на кухню, обернулся к нему и еще раз аппетитно зевнул.

– Понятно, тогда пошли добывать себе еду, – улыбнулся Логан.

Сначала он накормил собаку, потом неизвестно откуда появилась Митци и тоже полезла в собачью миску, так что пришлось насыпать сухого корма и ей. Только после этого Логан открыл холодильник, решая, что бы ему съесть самому.

Он только закончил делать себе огромный сандвич с ветчиной, как раздался звонок в дверь. Логан нахмурился – он никого не ждал. Скорее всего, это кто-то что-то продает, игнорируя объявление о запрещении продажи с рук в этом районе. Ладно, он быстро с этим справится.

Рекс проводил его до входной двери. Так и есть! За дверью стояла худенькая блондинка в голубом костюме с портфелем под мышкой. Господи, неужели они до сих пор ходят по домам?

Логан почти решил проигнорировать гостью, развернуться и уйти, но хорошие манеры, привитые с детства, не позволили ему этого сделать.

– Чем я могу вам помочь? – спросил он, открывая дверь.

Женщина во все глаза смотрела на него и почему-то молчала.

– Чем я могу быть вам полезен? – повторил он, тщательно выговаривая слова. Может, она глуховата или эмигрантка?

– Я... Простите, пожалуйста. Меня зовут Эбби Бернард. А вы, наверное, Логан О’Коннелл? – сказала она и протянула ему руку, неловко подхватив другой портфель.

Логан из вежливости пожал холодную ладонь, мучительно пытаясь вспомнить, не встречались ля они где-нибудь раньше. Эта женщина кого-то ему напоминала.

– Я независимый журналист, – продолжила она, вымученно улыбнувшись. – Пишу статью для ежемесячника «Одинокая звезда» о больнице Сайреса в Харли. Статья приурочена к пятнадцатилетию больницы. Часть статьи будет посвящена поведению врачей и персонала во время бурана 87-го года.

Если бы она хоть на несколько секунд перевела дыхание, он бы успел вставить, что его это совершенно не интересует.

– Я знаю, что у вас в ту ночь в больнице Сайреса родилась дочь, и хотела бы, если вы позволите, задать вам и вашей жене несколько вопросов по этому поводу.

На этот раз Логан не выдержал:

– Послушайте, если бы вы предварительно позвонили, я бы сберег ваше время. Сейчас я очень занят и...

– Пожалуйста, не отказывайтесь, выслушайте меня сначала! Обещаю, это не займет много времени!

Но Логан уже начал закрывать дверь.

– Простите, но именно сейчас я очень занят.

– Хорошо, но, может быть, мне уделит несколько минут ваша жена? – торопливо спросила женщина.

Вопрос повис в воздухе. На Логана накатила щемящая тоска, как обычно, когда в разговоре неожиданно заходила речь об Энн.

– Моя жена умерла три года назад.

– Ох! Простите... простите меня, пожалуйста.

В светло-голубых глазах женщины – Логан машинально отметил, что они точно такого же оттенка, как у Эрин, – промелькнула боль. Бледное напряженное лицо мгновенно смягчилось. В первый раз с тех пор, как открыл дверь, Логан внимательно присмотрелся к ней. Впечатление было неожиданно приятным. Высокая, стройная, привлекательная женщина. Гладкая кожа, тонкие черты лица. Не красавица, но очень милая и женственная. По ее лицу сразу было видно, что у нее добрый, мягкий характер и что ей стоит большого труда казаться деловой женщиной. Наверное, чтобы усилить эффект, она специально надела строгий костюм, белую рубашку с галстуком и туфли на низком каблуке. Но все эти старания были напрасны. Логан чуть не улыбнулся: чем-то она напоминала ему маленькую девочку, которая надела мамин костюм. Но при этом казалось странным исходившее от нее напряжение, которое он почти физически ощущал.

Поддавшись внезапному импульсу, Логан открыл дверь, надеясь, что не придется позже пожалеть об этом.

– Хочу вас сразу предупредить: я только что собирался перекусить. Если вас не смутит мой жующий вид, я смогу вам уделить минут тридцать.

– Все в порядке, не беспокойтесь. Этого будет вполне достаточно, – явно обрадовалась она и вошла за ним в холл.

Логан провел ее в гостиную и жестом пригласил сесть в одно из уютных кресел возле журнального столика.

– Подождите минутку, я сейчас вернусь. Вам что-нибудь принести? Сандвич с ветчиной? Что-нибудь освежающее выпить?

– Спасибо, это очень любезно с вашей стороны, но я не голодна. А вот от воды со льдом не откажусь.

– Тогда минутку.

Ставя на поднос два стакана с водой, Логан гадал, не сошел ли он с ума, оставив незнакомую женщину одну в гостиной. Вдруг она все выдумала насчет статьи для ежемесячника, а сама – обычная воровка? Кто знает, не встретит ли она его с пистолетом в руках, требуя денег и драгоценностей? Впрочем, он редко ошибался в людях. Эбби Бернард вела себя слишком скованно, но сразу было видно, что она порядочная женщина. И, скорее всего, действительно журналистка, работающая не в штате. Журналисту с таким мягким характером, наверное, трудно пробиться. Видимо, поэтому она так нервничает.

Когда он вернулся в гостиную, Эбби Бернард на месте не было. Она стояла перед каминной полкой и внимательно рассматривала большую семейную фотографию. Логана озадачило странное выражение ее побледневшего лица.

– Вот ваша вода со льдом.

Она вздрогнула от неожиданности и резко обернулась.

– Простите, я не хотел вас испугать.

– Нет, что вы, это я виновата. Просто я чересчур увлеклась, рассматривая ваш семейный портрет. Чудесная фотография.

– Спасибо.

– Как давно вы снимались?

В ее тоне опять чувствовалось странное волнение.

– Больше четырех лет назад.

Это было счастливое Рождество. К сожалению, последнее. Через три месяца у Энн обнаружили рак.

– У вас есть еще сын, я вижу...

– Да, Патрик. Ему тогда как раз исполнилось девять. Сейчас ему уже тринадцать.

– У него очень умное, доброе лицо. Он симпатичный мальчик.

Логан не удержался от улыбки. Он так гордился своими детьми!

– И поразительно похож на вас, – добавила Эбби.

«И опять этот странный тон, – отметил про себя Логан, начиная беспокоиться. – Может, с этой женщиной не все в порядке? Многие сумасшедшие на первый взгляд выглядят вполне нормальными людьми. Может, она как раз из таких?»

– Да, Патрик – вылитый О’Коннелл. – Он осторожно поставил на журнальный столик поднос с тарелкой и стаканами и подошел к камину. – Эрин совсем другая. Она, очевидно, больше похожа на какую-нибудь дальнюю родню моей жены.

– Эрин? Какое чудесное имя! Она... она д-дома сейчас? – почему-то волнуясь, спросила Эбби Бернард и наконец, отойдя от камина, неловко села в кресло. Она была по-прежнему странно напряжена, сидела очень прямо, сдвинув колени. Было такое впечатление, что она готова в любую минуту вскочить и убежать.

– Нет, ее сейчас нет, – ответил Логан, беря с тарелки сандвич. – Она уехала с тетей за покупками.

Весь его богатый жизненный опыт не мог подсказать ему, почему эта женщина так нервничает. Он был не из тех людей, которых боятся. Особенно женщины. Наоборот, большинство из них при первой встрече с ним вели себя, как восторженные идиотки, которых Логан сам боялся.

Он ненавидел свою внешность. Ему так часто говорили, что он похож на Пирса Броснана, что он просто готов был лезть на стенку от бешенства.

Впрочем, однажды фотогеничная внешность ему очень помогла – он смог заработать на учебу, когда собрался поступать в МТИ, а у родителей на это не было денег. Ему тогда без всякого труда удалось поступить в Нью-йоркское агентство фотомоделей и за два года скопить нужную сумму. Но Логану не нравилась эта работа, и, как только нужная сумма была накоплена, он больше ни разу в жизни не снимался для рекламы, хотя периодически получал приглашения еще довольно долгое время.

– Понятно, – сказала Эбби Бернард разочарованно. – А я так надеялась ее увидеть.

Логан нахмурился. «Почему, интересно?» – подумал он. Беспокойство в душе нарастало.

– Видите ли, она одна из тех детей, которые родились в больнице Сайреса, когда был тот страшный снегопад, – как будто угадав его мысли, продолжила Эбби Бернард. – Я хочу заострить внимание читателей именно на этих двух днях. Простите, что со мной нет визитной карточки, – мы с дочерью переехали в Хьюстон всего две недели назад, и я просто еще не успела заказать новые. Но я на всякий случай захватила копии моих старых статей. Хотите посмотреть?

Несмотря на подозрительное поведение, женщина выглядела на редкость безобидно, но Логан все же был настороже.

– Конечно, с удовольствием, – ответил он.

– Вот, пожалуйста. – Она открыла портфель и протянула ему папку с бумагами. Внутри оказались копии двух статей. Одна из них была напечатана в журнале «Археология» и являлась довольно увлекательным описанием экспедиции археолога Томаса Скофилда Бернарда.

– Томас – мой бывший муж, – объяснила она.

Вторая статья была напечатана в ежемесячнике «Калифорния». Это был довольно серьезный критический очерк о творчестве Шарлотты Поуст.

– А как вам удалось узнать так много о популярной писательнице? Вы – ее поклонница?

– Нет, не сказала бы. Шарлотта Поуст – мой клиент. Я подбираю для нее необходимую информацию.

– Серьезно? Это, наверное, интересно, – вежливо сказал Логан. Он никогда не читал женских романов, но имя Шарлотты Поуст было у всех на слуху.

Эбби улыбнулась и впервые немного расслабилась.

– Это совсем не так забавно, как вам кажется. Поверьте мне. Когда на нее находит вдохновение, мне приходится иногда вскакивать по звонку в пять часов утра и искать название какой-нибудь травы в прериях или имя жены начальника КГБ в 1962 году, – сказала она. – Слава богу, что теперь есть Интернет!

Логан усмехнулся и вернул ей папку.

– Ну хорошо, мисс Бернард. Чем я могу вам помочь? Или правильней – миссис?

– Так как у меня дочь, я осталась миссис. Но я бы чувствовала себя лучше, если бы вы звали меня просто Эбби.

– Хорошо, Эбби. – Он и сам ненавидел формальности. – В таком случае зовите меня Логан.

– Прекрасно, спасибо. Все, что я хочу, это задать вам несколько вопросов о той ночи, когда родилась ваша дочь.

– Валяйте, – кивнул он, откусывая сандвич. Эбби сунула папку в портфель и достала диктофон.

– Вы не возражаете?

– Нет, – ответил он, быстро расправляясь с сандвичем.

– Ну, тогда начнем. – Она откашлялась. – Логан, вы не могли бы мне рассказать, как ваша семья оказалась в Харли, когда начался буран? Вы жили в этом городе?

– Нет, мы тогда жили в Абилине – я сначала открыл свою фирму там. За день до родов мы поехали в Амарилло за покупками, а когда возвращались назад, начался сильный снегопад. Мы надеялись, что успеем доехать домой, но погода быстро портилась, дорогу заносило, а у жены начались схватки. Больница в Харли была самой ближайшей. Поэтому наша дочь Эрин родилась именно там.

– Представляю, как вы беспокоились! Ведь там такая маленькая больница, а в ту ночь к тому же не хватало персонала. К вечеру почти все дороги в округе были закрыты.

– Я действительно страшно волновался, но, к счастью, все закончилось благополучно. Роды были легкими. С женой и дочерью все было в порядке.

Эбби Бернард задала ему еще несколько вопросов – о весе и времени рождения Эрин, о самочувствии жены. А потом стала спрашивать, как развивалась девочка, кормила ли ее мать, как она набирала вес, когда появился первый зуб, когда она начала говорить и ходить. Логана немного удивляло, кому это может быть интересно и как это все связано с больницей. Но он решил, что, если Эбби Бернард пишет статью к юбилею больницы, возможно, работающим там будет приятно прочитать, что ребенок, рожденный у них, вырос здоровым. В конце концов, она журналистка, и у нее свои приемы подачи материала. Он доел сандвич и запил его молоком, затем демонстративно посмотрел на часы, не заботясь о приличиях. Тридцать обещанных минут подходили к концу.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20