Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Пепел розы

ModernLib.Net / Триллеры / Кларк Мэри Хиггинс / Пепел розы - Чтение (стр. 14)
Автор: Кларк Мэри Хиггинс
Жанр: Триллеры

 

 


Было восемь вечера, когда Кэрри наконец закончила готовиться к очередному делу для слушания. После чего потянулась к объемной папке дела Риардона.

Она пристально всматривалась в фотографии убитой. В письме доктор Смит описал, как он вошел в дом тем вечером, когда обнаружил труп Сьюзан. Кэрри закрыла глаза, представив жуткое зрелище: она входит и видит тело Робин. Смит говорил, что специально спрятал карточку со словами песни «Стань моей, моя нежная роза», потому что был твердо убежден — Сьюзан убил Скип в припадке ревности, и доктор не желал, чтобы тот легко отделался. Пусть получит на всю катушку.

Кэрри поверила Смиту — перед самоубийством люди не лгут. Да и рассказу Скипа Риардона это вполне соответствовало. Значит, убийца — тот, кто посетил дом между уходом Скипа где-то в половине седьмого и приходом доктора около девяти часов.

Джейсон Арнотт? Джимми Уикс? Кто из них убил Сьюзан?

В половине десятого Кэрри захлопнула папку. Никаких новых идей для завтрашнего допроса Арнотта не возникло. Будь я на его месте, подумала она, я бы заявила, что Сьюзан отдала мне рамку в тот последний день. Ну, например, расшатались несколько жемчужин, и она попросила закрепить их. А потом, когда ее обнаружили мертвой, я не хотел, чтобы меня впутывали в расследование убийства, вот и оставил рамку себе.

Такая история легко могла пройти в суде, все очень правдоподобно. Но драгоценности — совсем другое дело. Все упирается в них. Если доказать, что подарил их Арнотт, вряд ли кто поверит его утверждениям, будто такие ценные старинные вещицы он дарил только по дружбе.

В десять вечера Кэрри вышла из тихого офиса и направилась на стоянку. Поняв, что умирает с голоду, она заехала в кафе «Арена» и поужинала гамбургером, картошкой-фри и кофе.

Заменить кофе на колу, и получится любимый ужин Робин, подумала она, вздыхая. Как же она скучает по дочери!

Мать и дитя…

Мать и дитя…

Почему эта фраза без конца крутится у нее в голове? Что-то во всем этом не стыкуется, совсем не стыкуется… Но что?

Она вдруг спохватилась, что нужно было позвонить Робин из офиса и пожелать спокойной ночи. Совсем вылетело из головы. Кэрри, быстро доев, вернулась в машину. Уже без двадцати одиннадцать. Для звонков слишком поздно. Она выезжала со стоянки, когда зазвенел телефон. Звонил Джонатан.

— Кэрри, — тихо и напряженно произнес он, — Робин у Грейс. Девочка не знает, что я звоню. Она не хотела, чтобы я беспокоил тебя. Но знаешь, когда Робин заснула, ей приснился какой-то жуткий кошмар. Я думаю, тебе надо приехать. Ты ей нужна.

— Еду! — Кэрри развернула машину, нажала на газ и помчалась к дочери.


Поездка из Нью-Джерси в Кэтскиллз получилась долгой и унылой. Где-то около Миддлтауна посыпала ледяная крупа, и машины еле ползли. Перевернувшийся трейлер заблокировал все полосы и добавил еще час поездке, и без того мучительной.

Только без четверти десять, усталый и голодный, Джефф добрался до Элленвилля, где в полицейском участке сидел под арестом Джейсон Арнотт. Команда агентов ФБР уже приготовилась к допросу Арнотта. Они ждали только, пока тот побеседует с Джеффом.

— Вы напрасно потратили время, дожидаясь меня, — заявил Джефф. — Я не могу быть его адвокатом. Разве он не сообщил вам?

Арнотта в наручниках привели в комнату для совещаний. Джефф не видел его почти одиннадцать лет, со дня убийства Сьюзан. В то время заключили, что у него со Сьюзан чисто дружеские и деловые отношения. Никто не заподозрил, что у него к ней иной интерес.

Теперь Джефф пристально вгляделся в Арнотта: лицо располнело, но выражение все то же — отрешенное, уставшее от всего мира. Морщины вокруг глаз говорили об утомлении, но кашемировая рубашка под твидовым пиджаком выглядела еще свежее, несмотря на все передряги. Деревенский джентльмен, коллекционер-любитель, подумал Джефф. Даже в этих обстоятельствах он выглядит импозантно.

— Хорошо, что вы приехали, Джефф, — начал дружелюбно Арнотт.

— Только я не понимаю, зачем. Как я уже говорил по телефону, вы связаны с делом Риардона, а потому я не могу представлять вас. Ведь Скип Риардон по-прежнему мой клиент. И, предупреждаю — все, что вы скажете мне, не конфиденциально. Вам прочитали предупреждение о правах. Я все повторю прокурору. Потому что я намерен доказать, что вы находились в доме Риардона в вечер убийства Сьюзан.

— Ну разумеется, я там был. Потому и послал за вами. Не волнуйтесь. Моя информация не тайная. Я намерен признаться во всем. Я попросил вас приехать, потому что могу выступить свидетелем в пользу Скипа. Но взамен я хочу, чтобы, как только его оправдают, вы стали моим адвокатом. Тогда ведь уже не будет конфликта интересов.

— Послушайте, я не стану представлять вас, — сухо повторил Джефф. — Я десять лет потратил, защищая невиновного человека, которого упекли в тюрьму. Если Сьюзан убили вы или знали, кто убил ее, и позволили Скипу гнить все это время в камере, я лучше в аду буду гореть, чем хоть пальцем пошевельну ради вас.

— Вот такого одержимого защитника мне и хотелось, — вздохнул Арнотт. — Превосходно. Давайте попробуем иначе. Вы — адвокат по уголовным делам, а значит, знаете хороших юристов в этой области. Посоветуйте мне лучшего адвоката, какого можно найти за деньги, а я расскажу вам все, что мне известно об убийстве Сьюзан Риардон, в котором я, между прочим, не виновен.

Джефф пристально смотрел на этого человека, обдумывая его предложение.

— Хорошо. Но прежде чем мы скажем еще хоть слово, я хочу иметь подписанное и засвидетельствованное заявление, что любая информация, которую вы сообщите, не является тайной. Что я смогу использовать ее так, как сочту нужным, чтобы помочь Скипу Риардону.

— Да, конечно.

В команде ФБР сидела стенографистка. Она записала краткое заявление Арнотта. Когда он и двое свидетелей подписали бумагу, Джейсон сказал:

— Уже поздно, день был длинный. Вы уже придумали, какого адвоката мне нанять?

— Да, — ответил Джефф. — Джорджа Саймондса из Трентона. Он превосходно выступает в суде и отменно ведет переговоры.

— Мне предъявят обвинение в преднамеренном убийстве миссис Пилл. Но клянусь, это был несчастный случай.

— Если есть хоть малейший способ свести это к случайному убийству, Джордж найдет его. Тогда вам хотя бы не будет грозить смертный приговор.

— Позвоните ему прямо сейчас.

Джефф знал, что Саймондс живет в Принстоне, Джордж как-то приглашал его туда на обед. И помнил также, что номер телефона у того зарегистрирован на имя жены. Он позвонил по мобильнику в присутствии Арнотта. Было половина одиннадцатого.

Через десять минут Джефф убрал трубку.

— Все в порядке. У вас есть превосходный адвокат. А теперь приступим.

— Я имел несчастье оказаться в доме Риардонов в момент убийства Сьюзан, — начал Арнотт, сразу помрачнев. — Сьюзан небрежно обращалась со своими драгоценностями, а ведь некоторые из них были просто великолепны. И искушение оказалось слишком велико для меня. Я знал, что Скип собирался уехать по делам в Пенсильванию. А Сьюзан обмолвилась, что у нее в тот вечер было назначено свидание с Джимми Уиксом. Знаете, как ни странно, но она действительно увлекалась им.

— Уикс вошел в дом, когда там находились вы?

— Нет, — покачал головой Арнотт. — Они договорились, что она подъедет к торговому центру в Перл-Ривер, оставит там машину и пересядет к нему в лимузин. Как я понял, свидание назначено было на ранний вечер. Но, видимо, я ошибся. Когда я подъехал к их дому, внизу кое-где горел свет. Но это было нормально. Свет включался автоматически. Я заметил, что окна главной спальни открыты. Забраться туда проще простого — скат крыши второго этажа их дома доходил почти до земли.

— И сколько было времени?

— Ровно восемь. Я ехал на званый обед в Кресскилл. Одна из причин, кстати, моей долгой и успешной карьеры грабителя — я почти всегда мог представить нескольких безупречных свидетелей, что в момент ограбления находился в другом месте.

— Вы зашли в дом… — подсказал Джефф.

— Да. Стояла тишина, и я предположил, что Риардоны ушли, как и собирались. Я и понятия не имел, что Сьюзан все еще внизу. Прошел из гостиной в спальню и подошел к ночному столику. Рамку я видел лишь мельком и не был уверен, подлинный ли это Фаберже. Подняв ее, я внимательно разглядывал работу и вдруг услышал голос Сьюзан. Она кричала на кого-то. Вот так номер! Я остолбенел от неожиданности.

— И что же она кричала?

— Что-то вроде: «Ты сам их мне подарил! Теперь они мои! Убирайся! Надоел!»

« Ты сам их мне подарил! И теперь они мои!» — это, конечно же, про драгоценности, подумал Джефф.

— И что же, у них изменились планы? И Джимми Уикс сам заехал за ней? — высказался Джефф.

— Нет-нет. Я услышал, как закричал мужчина: «Но я должен вернуть ее!» Голос был слишком интеллигентный, непохожий на Джимми. И конечно, то был не бедняга Скип, — Арнотт вздохнул. — Тут я почти бессознательно сунул рамку в карман. Она оказалась всего лишь копией, но смотреть на портрет Сьюзан такое удовольствие. Она была прелестна. И потому я оставил ее у себя. Сьюзан была такой забавной и обаятельной. Я очень по ней скучаю.

— Итак, вы сунули рамку в карман, — подтолкнул Джефф.

— И вдруг услышал — кто-то поднимается наверх. Я был в спальне, как вы помните. Ну, я нырнул в шкаф Сьюзан и спрятался за длинными платьями. Дверь закрыл неплотно.

— И видели, кто вошел?

— Лица не разглядел.

— И что же сделал этот человек?

— Направился прямо к шкатулке с драгоценностями и стал рыться в ней. Вынул что-то. Потом, очевидно, не найдя еще чего-то, стал обшаривать ящики комода. Действовал он как будто в лихорадке. Через несколько минут он то ли нашел, что искал, то ли потерял надежду найти. К счастью, в шкафу он искать не стал. И ушел. Я выждал несколько минут, а потом, сообразив, что дело неладно, спустился вниз. И увидел ее.

— В этой шкатулке хранилось много драгоценностей. Что же взял убийца Сьюзан?

— Скорее всего, старинную бриллиантовую брошь, насколько я понял из того, что говорили на суде. Цветок и бутон… вещица действительно необыкновенно красивая. Уникальная.

— Тот, кто подарил Сьюзан эту брошь, наверное, подарил ей и старинный браслет?

— Наверняка. Вообще-то, по-моему, этот браслет он и искал.

— Но кто же подарил их Сьюзан? Вам известно?

— Конечно. У Сьюзан не было от меня секретов. Хотя заметьте, я не могу присягнуть, что именно он находился в доме в тот вечер. Но ведь это логично, не так ли? Вы меня понимаете? Мое свидетельство поможет разоблачить настоящего убийцу. Вот почему я и должен получить какую-то компенсацию. Вы согласны?

— Мистер Арнотт, кто подарил Сьюзан браслет и брошь?

Улыбка Арнотта стала насмешливой.

— Вы не поверите, когда я вам скажу.


Кэрри потребовалось двадцать пять минут, чтобы доехать до Олд-Таппана. Робин, храбрая маленькая Робин, которая всегда скрывала разочарование и обиду, когда отец подводил ее, которая сегодня так успешно притворялась, будто ничуть не боится. Но в конце концов девочка не выдержала напряжения. Зря Кэрри отослала ее к чужим. Даже к Джонатану с Грейс.

Даже к Джонатану с Грейс…

По телефону у Джонатана был такой странный голос, вспомнилось Кэрри.

Отныне я сама буду заботиться о своей девочке, поклялась она.

Мать и дитя… ну вот, опять! Фраза прочно засела в голове.

Она уже въезжала в Олд-Таппан. Еще несколько минут. Но Робин так радовалась, что едет в гости к Грейс и Джонатану, посмотрит семейные фотоальбомы.

Фотоальбомы…

Вот уже дом соседей Джонатана. Кэрри свернула на подъездную аллею и почти бессознательно отметила, что сенсорные фонари не включились.

Фотоальбомы…

Брошь — цветок с бутоном. «Мать и дитя».

Она определенно видела ее прежде.

Ну да! На Грейс.

Много лет назад, когда Кэрри только начала работать на Джонатана, Грейс еще надевала драгоценности. На многих снимках в альбомах она с этой брошью. Грейс еще шутила, когда Кэрри восхищалась безделушкой: «А это у меня „мать и дитя“».

И у Сьюзан на снимке в газете была точно такая же брошь.

Брошь Грейс? Так, значит, что же… Джонатан? Мог ли он подарить брошь Сьюзан?

Кэрри вспомнила, как Грейс говорила ей, что просила Джонатана положить все ее драгоценности в сейф в банке. «Теперь мне их без чужой помощи не надеть. И не снять. Так что одно беспокойство, если они будут в доме».

Кэрри вспомнила, как говорила Джонатану, что пойдет к доктору Смиту. А вечером, вернувшись домой, позвонила ему и сказала — Смит расколется. О боже! И он убил Смита!

Кэрри затормозила перед красивым особняком из известняка. Распахнув дверцу водителя, бросилась по ступенькам.

Робин сейчас с убийцей.

Слабое треньканье телефона в машине Кэрри не услышала — она жала на дверной звонок.


Джефф пытался дозвониться Кэрри домой. Но трубку не брали, и он стал звонить на мобильник. Где же она? Он метался в тревоге. Когда охранник уводил Арнотта, он набрал номер офиса Фрэнка Грина.

— Офис прокурора закрыт. Если дело срочное, звоните по телефону…

Ругаясь, Джефф набрал срочный номер… Робин гостит у Хуверов. Но куда же девалась Кэрри? Наконец на срочной линии ответили.

— Говорит Джефф Дорсо. Мне необходимо поговорить с Фрэнком Грином. Дело касается взлома и убийства. Дайте мне его домашний телефон.

— Сэр, его нет дома. В Орадэлле произошло убийство, и его вызвали.

— Но я могу связаться с ним?

— Да. Не вешайте трубку.

Прошло целых три минуты, прежде чем Грин взял трубку:

— Джефф, я очень занят. Надеюсь, у тебя важный вопрос.

— Да, сэр. Очень. Это по делу Риардона. Робин Кинеллен гостит сегодня в доме Хувера.

— Кэрри мне говорила.

— Фрэнк, я только что узнал, что Джонатан Хувер дарил Сьюзан те старинные драгоценности. У него был с ней роман. Думаю, он и есть наш убийца. А Робин сейчас с ним.

Повисла долгая пауза. Потом Фрэнк бесстрастно проговорил:

— Я в доме старика, который был мастером по реставрации старинных украшений. Его убили сегодня вечером. Следов ограбления нет. Но его сын заявил, что исчезли списки клиентов. Я срочно отправляю полицию в дом Хувера.


Дверь Кэрри открыл Джонатан. В доме было темно и очень тихо.

— Она успокоилась, — сказал Джонатан. — Все хорошо.

Руки Кэрри в карманах пальто сжались в кулаки. От страха и гнева. И все же она ухитрилась выдавить улыбку.

— Ох, Джонатан, столько беспокойства для вас с Грейс. Я должна была сообразить, что Робин испугается. Где она?

— В своей комнате, крепко спит.

«А может, я сошла с ума? — мучилась сомнениями Кэрри, следуя за Джонатаном наверх. — Или у меня разыгралось воображение? Джонатан кажется таким привычным, таким нормальным».

Они подошли к двери гостевой спальни — розовой комнаты, как называла ее Робин, потому что стены, обивка мебели и покрывала были мягкого розового оттенка.

Кэрри толкнула дверь. В слабом свете ночника она увидела, что Робин спит на боку, в обычной позе: поджав ноги, длинные каштановые пряди волос разметались по подушке. Одним прыжком Кэрри оказалась рядом.

Щека Робин пряталась в ладони. Девочка ровно дышала.

Кэрри оглянулась на Джонатана. Тот стоял в ногах кровати и смотрел на нее.

— Девочка сильно разнервничалась. Ты приехала и решила забрать ее домой, — проговорил он. — Видишь, ее сумка со школьной одеждой и учебниками уже собрана. Я донесу ее до машины.

— Джонатан, значит, никакого кошмара не было? Она не просыпалась, так? — ровно спросила Кэрри.

— Конечно, — безразлично бросил он. — И ей же будет лучше, если она не проснется и сейчас.

В тусклом свете ночника Кэрри увидела — в руке у него блеснул пистолет.

— Джонатан, ты что? Где Грейс?

— Грейс тоже крепко спит. Я посчитал, так будет лучше. Иногда я даю ей снотворное, чтобы унять боль. И сегодня дал. Побольше. Растворил в горячем какао, который приношу ей каждый вечер.

— Джонатан, чего ты хочешь?

— Хочу, чтобы в нашей с Грейс жизни ничего не менялось. Хочу оставаться президентом сената и другом губернатора. Хочу провести оставшиеся годы со своей женой, которую я до сих пор по-настоящему люблю. Но иногда, Кэрри, мужчины пускаются в загул. Выкидывают разные глупости. Позволяют увлечь себя молодым красивым женщинам. Может, я оказался слишком податлив из-за болезни Грейс. Я знал — это большая глупость с моей стороны. Знал, что совершаю ошибку. И в тот вечер я хотел только забрать драгоценности. Я опрометчиво подарил их этой вульгарной девчонке Риардон. Но она ни за что не желала расставаться с ними.

Он помахал пистолетом.

— Или буди Робин, или бери ее на руки. Времени не осталось.

— Джонатан, что ты задумал?

— Я вынужден, Кэрри. Но мне очень жаль. Зачем ты ринулась сражаться с мельницами? Какое имеет значение, что отец Сьюзан наврал про браслет и брошь, если это спасло меня? Ведь так и должно быть. Предполагалось, что я по-прежнему буду служить штату, который люблю, и жить с женой, которую люблю. Для меня достаточным наказанием было, когда Грейс так легко обнаружила мое предательство.

Джонатан улыбнулся.

— Она просто изумительная. Показала мне фото Сьюзан и сказала: «Правда, похоже на мою брошь, ту, которая „мать и дитя“? Вот увидела, и захотелось надеть ее снова. Дорогой, пожалуйста, принеси ее из банка». Она догадалась. И я знал, что она догадалась, Кэрри. И вдруг от пожилого романтика ничего не осталось, я почувствовал себя просто-напросто грязной свиньей.

— И убил Сьюзан…

— Но только потому, что девка наотрез отказывалась вернуть драгоценности моей жены. Да еще имела наглость заявить, что теперь у нее новый интересный поклонник, Джимми Уикс. Бог мой, этот мерзавец! Мафиози. Кэрри, давай. Или буди Робин, или неси ее так.

— Мам, — Робин шевельнулась. Глаза у нее распахнулись. Она села. — Мама, — девочка улыбнулась. — А почему ты здесь?

— Вылезай из кровати, Робин. Мы сейчас уезжаем.

Он убьет нас, подумала Кэрри. Потом наплетет, будто Робин приснился кошмар, и я забрала ее.

Она обняла дочь. Чувствуя неладное, Робин прижалась к ней.

— Мам…

— Все в порядке.

— Дядя Джонатан! — Робин увидела пистолет.

— Робин, не говори больше ничего, — тихонько велела Кэрри. «Что я могу сделать? — лихорадочно соображала она. — Он обезумел. Потерял над собой контроль. Если бы только Джефф не уехал на встречу с Арноттом, то помог бы. Обязательно помог бы».

Когда они спускались по лестнице, Джонатан тихо приказал:

— Отдай ключи от машины, Кэрри. Я выведу вас, а потом вы с Робин залезете в багажник.

«Господи! Он убьет нас, отвезет куда-нибудь и бросит машину, — думала Кэрри. — И все будет выглядеть так, словно нас убила мафия. И это опять припишут Уиксу».

Джонатан заговорил снова, когда они шли по коридору:

— Мне очень жаль, Робин. А теперь, Кэрри, медленно открывай дверь.

Кэрри наклонилась поцеловать Робин.

— Роб, когда я повернусь, быстро убегай, — шепнула она. — Беги к соседям и кричи изо всех сил.

— Дверь, Кэрри, — подтолкнул ее Джонатан. Она медленно открыла дверь. Он выключил фонари у крыльца, и светил только низкий фонарь в конце дороги.

— Ключи у меня в кармане. — Кэрри медленно повернулась и закричала: — Беги, Робин! Беги!

И в тот же миг метнулась через коридор на Джонатана. Услышала выстрел, почувствовала обжигающую боль сбоку головы, и тут же зыбкие волны дурмана накрыли ее, кинулся навстречу мраморный пол. На Кэрри обрушилась какофония звуков. Еще один выстрел. Робин визжала, зовя на помощь, ее голос затихал вдали. Приближался вой сирен.

Потом остались только сирены и надломленный голос Грейс:

— Прости, Джонатан! Прости! Я не могла позволить тебе! Только не Кэрри и Робин!

Кэрри ухитрилась приподняться и прижать руку к виску. Кровь стекала по лицу, но голова перестала кружиться. Когда же она подняла глаза, то увидела, как Грейс, соскользнув с инвалидного кресла, выронила из распухших пальцев пистолет и приникла к телу мужа.

Вторник, 2 февраля

Судебный зал был переполнен, предстояла церемония посвящения помощника прокурора Кэрри Макграт в судьи. Праздничный гул голосов стих, когда дверь открылась и прошествовала величественная процессия судей в черных мантиях, чтобы приветствовать нового коллегу.

Кэрри спокойно заняла свое место справа от скамьи, пока судьи шли к приготовленным для них стульям.

Она оглядела собравшихся. На церемонию прилетели ее мать с Сэмом. Робин сидела рядом с ними, вытянувшись в струнку, глаза ее широко раскрылись от возбуждения. С лица почти сошли шрамы, приведшие к той роковой встрече с доктором Смитом.

Джефф сидел в соседнем ряду рядом с матерью и отцом. Кэрри вспомнила, как он прилетел тогда на вертолете ФБР навестить ее в госпитале. Как утешал рыдающую Робин, а потом повез девочку к своим: доктор настоял, чтобы на ночь Кэрри осталась в госпитале. Сейчас она сморгнула слезы, увидев выражение его лица. Он улыбнулся ей.

Мардж, закадычная подруга, тоже здесь — исполнила свою клятву обязательно присутствовать в такой день. Кэрри подумала о Джонатане с Грейс: они ведь тоже собирались прийти на посвящение.

Грейс прислала записку:

Я уезжаю домой, в Южную Каролину, буду жить с сестрой. Я виню себя во всем, что случилось. Я знала, что у Джонатана связь с той женщиной. И знала, что она не продлится долго. Если бы я только пропустила мимо глаз тот снимок, где на его любовнице моя брошь, то ничего не произошло бы. Я ведь равнодушна к драгоценностям. Но так я хотела предупредить Джонатана, чтобы он бросил ее. Я не хотела, чтобы из-за скандала рухнула его карьера. Пожалуйста, прости меня. И Джонатана прости, если сможешь.

«Смогу ли? — думала Кэрри. — Грейс спасла мне жизнь. Но Джонатан убил бы и меня, и Робин ради собственного спасения. Грейс знала, что у Джонатана связь со Сьюзан. Может быть, даже знала, что он ее убил. И все же допустила, чтобы Скип Риардон провел десять лет в тюрьме».

Скип, его мать и Бэт тоже где-то тут, в толпе. Скип с Бэт поженятся на следующей неделе, Джефф будет у них шафером.

По обычаю, близкие друзья или помощники произнесли перед присягой короткие речи. Первым выступил Фрэнк Грин:

— Я не могу припомнить человека, более достойного звания судьи, чем Кэрри Макграт. Ее чувство справедливости заставило меня просить вновь открыть старое дело. Вместе мы выявили ужасающий факт — мстительный отец оболгал мужа своей дочери, отправив его в тюрьму, в то время как настоящий убийца остался на свободе. Мы…

Вот это молодец! — восхитилась Кэрри. Ловко вывернулся. Хотя, в конце концов, Фрэнк действительно стал ей верным союзником. Он лично встретился с губернатором и убедил того, чтобы ее имя осталось в списке для утверждения судей.

Фрэнк проследил связь Джимми и Сьюзан Риардон. Один из его источников прояснил все недоумения. У Сьюзан действительно была интрижка с Джимми, и он тоже дарил ей драгоценности. И в тот вечер прислал ей розы. Они договорились пообедать вместе. И когда Сьюзан не пришла, он разозлился и в пьяном гневе пригрозил, что убьет стерву. Так как обычно Уикс не бросался пустыми угрозами, кое-кто из его парней решил, что он и совершил убийство. Уикс всегда боялся, что если его связь со Сьюзан всплывет, то убийство навесят на него.

Теперь выступал представитель судей Роберт Макдонахью, рассказывая о том, как Кэрри впервые пришла в зал суда новоиспеченным помощником прокурора одиннадцать лет назад. Она выглядела такой юной, что он принял ее за студентку колледжа на практике.

«Я была также и новоиспеченной женой, — с иронией подумала Кэрри. — Боб тогда был помощником прокурора. Очень надеюсь, что у него хватит ума держаться подальше от Джимми Уикса и его компании». Теперь ему предстоял еще один суд за подкуп присяжного. Джимми попытался все свалить на Боба, но убедить суд ему не удалось. И Уикс ничего не добился бы, заявив, что отец одной из присяжных сидит в тюрьме. Он узнал об этом еще во время процесса и мог попросить замену. Однако Боб и сам едва избежал обвинения. Может, хоть это отпугнет его, пока еще не слишком поздно. Кэрри очень надеялась.

Судья Макдонахью улыбнулся ей:

— Ну, Кэрри, пора!

Вперед выступила Робин, держа тяжелую Библию. Мардж подошла и встала за спиной Кэрри с черной мантией наготове — набросить ее на плечи Кэрри после клятвы. Кэрри, подняв правую руку, положила левую на Библию и стала повторять за судьей Макдонахью:

— Я, Кэрри Макграт, торжественно клянусь…

Примечания

1

Фредерик Ремингтон (1861 — 1909) — американский художник и иллюстратор


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14