Современная электронная библиотека ModernLib.Net

СТОЛИЧНЫЙ ТЕАТР (№2) - Потому что ты моя

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Клейпас Лиза / Потому что ты моя - Чтение (стр. 19)
Автор: Клейпас Лиза
Жанр: Исторические любовные романы
Серия: СТОЛИЧНЫЙ ТЕАТР

 

 


Он нуждался в ней, но не мог признаться в этом даже самому себе. Мадлен полагалось доволь-

Ствоваться тем, что он дал ей, и не мечтать о большем. Собравшись с силами, он вошел в спальню и обнаружил, что его жена сидит на краю кровати, приложив ладонь к животу. При виде странного выражения на ее лице сердце Логана дрогнуло в панике.

– Что случилось? – спросил он, бросаясь к ней.

– Ребенок зашевелился, – радостно отозвалась Мадлен.

Ошеломленный, Логан воззрился на жену, внезапно испытав острое желание прикоснуться к ее животу, ощутить движение ребенка в нем. Стараясь удержаться, он едва заметно вздрогнул.

Выражение лица Мадлен изменилось, она встала, подошла к шкафу, и Логан только теперь заметил стоящий рядом с ним саквояж.

– Это еще зачем? – спросил он.

Мадлен ответила низким напряженным голосом:

– Больше я не желаю жить в этом доме. Неудержимый гнев охватил Логана, однако он нашел в себе силы вкрадчиво и язвительно сообщить жене:

– У вас нет выбора, мадам.

– Не правда, есть! Ты сумеешь удержать меня здесь только силой.

– Я и не подозревал, что пребывание здесь тебе в тягость, – язвительно заметил Логан, указывая на роскошную обстановку спальни. – Ты весьма убедительно изображала, что всем довольна.

– Каким-то образом ты сумел сделать меня одновременно и счастливой, и несчастной. – Мадлен выложила пару перчаток, стопку белья, кружевной шарф и принялась запихивать все это в саквояж. – Очевидно, я причиняю тебе массу неудобств. Ничего, как только мне удастся разлюбить тебя, нам обоим станет легче.

Логан подошел поближе.

– Мэдди, – сумрачно заговорил он, – я сорвался зря: дело в том, что я боялся за тебя. Оставь вещи в покое и ложись спать.

Она покачала головой, чувствуя, как глаза жгут нетерпеливые слезы.

– Я сдаюсь, Логан. Ты никогда не перестанешь наказывать меня за обман. Ты ловишь каждый удобный случай, лишь бы доказать, что ты способен уйти, не оглянувшись, – это ты даешь понять мне ежеминутно. Напрасно я надеялась, что когда-нибудь все переменится. Теперь я хочу лишь одного: уйти от тебя и обрести покой.

Ее упрямство привело Логана в бешенство.

– Никуда ты не пойдешь, черт побери! – Он схватил Мадлен за плечи и вдруг застыл как ужаленный, ощутив пощечину. Мадлен ударила его!

– Отпусти меня немедленно, – велела она, гневно сверкая глазами на мужа.

Ее поступок был для Логана не менее неожиданным, чем укус бабочки. Ошеломленный и разъяренный, он склонился поцеловать ее, прибегнув к единственному известному ему способу примирения. Но вместо того чтобы ответить на поцелуй, Мадлен закаменела в его объятиях, не разжимая холодных губ. Впервые Логан обнаружил в ней волю, которую Мадлен тщательно скрывала. Уставившись на хрупкую, но непоколебимую незнакомку, Логан беспомощно опустил руки.

– Чего же ты хочешь от меня? – резким тоном спросил он.

– Хочу получить ответы на несколько вопросов, – отозвалась она, пронзая его испытующим взглядом. – Правда ли то, что ты сказал сегодня днем? Ты действительно дорожишь только ребенком, которого я жду?

Щеки Логана покрылись густым румянцем.

– Я разозлился, увидев, как ты подвергала себя опасности.

– Значит, ты женился на мне только из-за ребенка? – допытывалась Мадлен.

Логан чувствовал себя так, словно Мадлен методически наносила удары прямо ему в сердце, лишая его решимости.

– Да, то есть нет. Я хотел тебя.

– И любил? – прошептала она.

Логан запустил пальцы в свою густую шевелю ру, безжалостно растрепав ее.

– Отвечать на этот вопрос я не собираюсь.

– Хорошо. – Мадлен с невозмутимым видом отвернулась, продолжая укладывать вещи.

Издав яростный возглас, Логан подошел к ней сзади и обнял, не обращая внимания на сопротивление. Он вдохнул аромат ее кожи и потерся губами о шею. Уткнувшись лицом в ее пушистые волосы, он пробормотал;

– Я не хочу потерять тебя, Мэдди. Она попыталась высвободиться.

– Но и любить меня ты не желаешь. Логан резко разжал руки и зашагал по комнате, словно дикий зверь в клетке.

– Однажды ты уже заявил мне об этом! – выпалила Мадлен. – Что же останавливает тебя сейчас? Скажи, неужели ты и в самом деле настолько холоден и неумолим?

Логан остановился, отвернувшись от нее, и с трудом выговорил:

– Я давным-давно простил тебя. Я понял, почему ты решилась на обман. Втайне я даже восхищался твоей смелостью.

– Тогда почему же нас до сих пор разделяет стена?! – с отчаянием выкрикнула Мадлен.

Логан пожал плечами. Мадлен прикусила губу, чувствуя, что сейчас может услышать главное.

– Ты знаешь, что я люблю тебя, – хрипло выговори; Логан. – Об этом все знают. Несмотря ни на что, разлюбить тебя я не в силах. – Подойдя к окну, он приложит ладони к холодному стеклу, глядя на заснеженный сад. – Нет, это немыслимо! Потеряв тебя вновь, я не выживу.

– Ты меня не потеряешь, – с мукой произнесла Мадлен. – Логан, ты должен в это верить! Логан покачал головой.

– Рочестер рассказал… – Остановившись, он судорож но сглотнул. – Моя мать умерла во время родов. Я был слишком крупным ребенком и потому стал причиной ее смерти.

Мадлен протестующе покачала головой:

Господи, как ты мог этому поверить?

– Это правда, – упорствовал Логан. – Во всем виноват только я. Поэтому я не могу с радостью ждать появления ребенка, как только подумаю, что он… – Логан не договорил. В этом не было необходимости.

– Ты боишься, что я не выживу, – заключила Мадлен с ноткой изумления в голосе. – Я правильно поняла тебя?

– Любой ребенок, рожденный от меня, будет слишком крупным, а ты…

– Я не настолько хрупкая, – возразила Мадлен, уставив шись в его хмурое лицо. – Логан, посмотри на меня! Обешаю тебе: ни со мной, ни с ребенком ничего не случится.

– Ты не вправе давать такие обещания, – отрезал он.

Мадлен раскрыла рот, чтобы возразить, но вдруг вспомнила, что роды доставляли ее матери немало страданий. Логан был прав: она не могла поручиться, что все будет в порядке.

– А если твои опасения оправдаются и случится самое страшное? – спросила она. – Неужели из-за этого надо скрывать свою любовь?

Логан повернулся к ней с искаженным болью лицом и подозрительным блеском в глазах.

– Не знаю, черт побери!

– Неужели тебе еще не надоело сторониться людей, даже тех, кто тебе дорог? – прошептала Мадлен, глядя на него с любовью и состраданием. – Логан, мы вместе. Нам незачем страдать от одиночества.

Эти слова оказались последней каплей. Челюсть Логана дрогнула, в несколько шагов он преодолел разделяющее их расстояние и заключил Мадлен в крепкие объятия.

– Мне не жить без тебя, – срывающимся голосом признался он.

– Это и ни к чему. – Мадлен пригладила ладонью его волосы и поцеловала влажную щеку, ослабев от ошеломляющего облегчения.

Логан вздрогнул и приник к ее губам в страстном поцелуе, который длился вечно.

– Ты останешься? – замирающим голосом спросил он.

– Да, да… – Мадлен искала губы мужа, нежно прижимаясь к нему, и он застонал от невыносимого желания.

Логан рискнул и излил душу – впрочем, выбора у него не было. Он отнес Мадлен в постель и предался с ней любви с ошеломляющей нежностью, дрожа от страсти.

Потом Мадлен лежала в его объятиях, не в силах пошевелиться, а Логан влюбленными глазами смотрел на нее, приподнявшись на локте. Затем, склонившись над ней, он прижался губами к ее животу, и у Мадлен навернулись на глаза счастливые слезы.

– Все будет хорошо, – прошептала она, целуя Логана в ухо. – Поверь мне.

Мадлен снова поцеловала мужа, чувствуя, как ее сердце тяжелеет от любви.

Эпилог

Родовые муки длились уже десять часов. Выдворенный из спальни, где рожала Мадлен, Логан сидел в соседней гостиной, сжимаясь при каждом звуке, доносящемся из-за двери. Единственным утешением было присутствие Джулии рядом с Мадлен: она не только ободряла роженицу, но и помогала врачу и повитухе. Но ничто не могло развеять тревогу Логана.

Первые несколько часов он провел рядом с Мадлен, страдая вместе с ней, пока наконец доктор Брук не велел ему выйти из комнаты.

– Найдите бутылку бренди, – посоветовал Брук с обнадеживающей улыбкой. – Роды могут затянуться надолго.

Логан успел выпить уже полбутылки, но так и не избавился от гложущего страха. Перед его глазами стояла стонущая от боли жена, он вновь и вновь видел, как она вцеплялась в скрученную простыню при каждой схватке, как кусала до крови губы…

– Боже милостивый, Джимми! – Войдя в гостиную, Эндрю присел рядом с Логаном и слабо улыбнулся. – Видно, нелегко тебе приходится!

Логан ответил ему гневным взглядом.

– Странно, – продолжал беспечно Эндрю, – в кои-то веки я протрезвел, а ты, наоборот, набрался!

Последние несколько месяцев Эндрю ограничивался бокалом вина за ужином. Характерный румянец исчез с его щек, он обрел былую стройность и вновь стал походить на гибкого подростка, каким когда-то был. Кроме того, он бросил азартные игры и сумел выплатить долги и проценты. Ему даже удалось завязать новые, более близкие отношения с Рочестером, которого смягчила весть о мнимой смерти сына.

– Я еще не пьян, – возразил Логан и поморщился, услышав сдавленный крик из спальни. Эндрю оглянулся на дверь.

– Ты сидишь как на иголках, – произнес он. – Успокойся, Джимми. Для любой женщины роды – обычное дело. Почему бы тебе не спуститься вниз вместе со мной? Честно говоря, я устал вести светскую беседу с родственниками твоей жены, несмотря на их респектабельность. Отвлекись, вспомни о долге хозяина.

– Да я лучше проползу по полю, усыпанному битым стеклом!

На лице Эндрю мелькнула лукавая улыбка.

– Великий Логан Скотт наконец-то влюбился без памяти! Не ожидал стать свидетелем такого зрелиша!

Но Логан был слишком взволнован, чтобы отвечать. Он перевел взгляд на портрет Мадлен, шедевр Орсини, заслуживший похвалы всех компетентных критиков и ценителей Лондона. Художник изобразил Мадлен сидящей у окна. Опершись локтем на ореховый столик, она задумчиво смотрела вдаль. Белое платье скрывало всю ее фигуру, за исключением кокетливо приспущенного рукава, обнажающего изгиб плеча.

Нарисовав Мадлен в профиль, Орсини подчеркнул тонкую красоту ее черт, а обнаженные шея, руки и плечо наводили на мысль о нежности кожи этой прекрасной женщины. Портрет поражал контрастами: Мадлен выглядела невинной и в то же время чувственной, ее лицо было серьезным, а в глазах играл лукавый огонек – блеск падшего ангела.

– Прелестно! – оценил портрет Эндрю, проследив за взглядом Логана. – Глядя на портрет Мадлен, ни за что не догадаешься, какой упрямой может быть эта женщина. – Он улыбнулся Логану. – Она превосходно перенесла беременность, Джимми. Будь я азартным человеком, я бы держал пари, что роды окажутся легкими.

Логан едва заметно кивнул, не сводя глаз с картины. Последние несколько месяцев его жизни были наполнены безоблачным счастьем. Мадлен затмила для него весь свет, заполнила пустоту его жизни, прогнала горечь и боль, заменив их радостью. Но даже эта большая любовь Логана не шла ни в какое сравнение с тем чувством, которое Логан сейчас испытывал к ней. Он был готов спуститься в преисподнюю, лишь бы избавить ее от страданий хотя бы на минуту. Сознавая, что она мучается в одиночестве, а он ничем не может ей помочь, Логан сходил с ума.

Крик ребенка донесся из-за двери неожиданно. Этот пронзительный звук сорвал Логана с места. Побелев как мел, он ждал – ему казалось, что прошел целый час, но на самом деле пролетела всего минута.

Дверь открылась, и на пороге появилась Джулия с радостной улыбкой на усталом лице.

– И мать, и ребенок живы. Войди, отец, взгляни на свою дочь!

Логан непонимающе уставился на нее.

– А Мэдди?.. – Он осекся и облизнул вдруг пересохшие губы.

Улыбнувшись, Джулия ласково коснулась его щеки.

– С ней все хорошо, Логан. Она жива.

Поздравляю, брат! – воскликнул Эндрю, вынимая из безвольно обмякших рук Логана бутылку с бренди. – Дай-ка ее сюда. Тебе она больше не понадобится.

Сообразив наконец, что произошло, Логан бросился в спальню.

Эндрю задумчиво поглядел на полупустую бутылку в своей руке и передал ее Джулии.

– Лучше заберите ее, – попросил он, – пока еще я не доверяю самому себе. Слава Богу, у меня остались другие радости в жизни!

Почти не обращая внимания на сердечные поздравления врача и повитухи, Логан подошел к кровати и присел рядом с Мадлен. Она с трудом приподняла веки.

– Мэдди… – дрогнувшим голосом выговорил Логан, поднес к губам ее руку и нежно приник к ладони.

Разгадав выражение его лица, Мадлен что-то невнятно пробормотала и притянула мужа к себе. Он уткнулся лицом в ее грудь и тяжело вздохнул.

– Со мной ничего не случилось, – уверяла Мадлен, поглаживая его по голове. – Все прошло на редкость удачно.

Их губы встретились, и, ощущая знакомый сладковатый привкус, Логан почувствовал, как его паника утихает.

– Я до смерти перепугался, – признался он, отстраняясь от жены. – Больше я никогда не решусь на такое испытание.

– Боюсь, тебе придется вновь пройти его, дорогой. Нашей дочери понадобится брат.

Логан перевел взгляд на сверток, лежащий на сгибе руки Мадлен. Ребенка закутали в белоснежное одеяльце, его крошечное розовое личико морщилось в недовольной гримаске. На лобик спускалась реденькая каштановая челка. Логан осторожно коснулся шелковистых волос.

– Здравствуй… – прошептал он, прикасаясь губами ко лбу малышки.

– Она прекрасна, правда? – спросила Мадлен.

– Изумительна, – подтвердил Логан, глядя на крохотное существо, а затем вновь перевел взгляд на Мадлен, – но ей не затмить красотой собственную мать.

Несмотря на усталость, Мадлен весело рассмеялась:

– Глупый, после родов ни одну женщину не назовешь красавицей.

– Я готов смотреть на тебя часами, неделями, месяцами-и это занятие мне не надоест.

– Тебе придется любоваться спящей женой, – сообщила Мадлен, зевнув и сонно моргая.

– Отдохни. – Логан кивнул, – Вам обеим нужен сон. – Он обласкал взглядом жену и новорожденную дочь. – А я посижу с вами.

– Ты любишь меня? – со слабой улыбкой спросила Мадлен, вновь зевая.

– Видимо, да. – Он поочередно коснулся губами ее опущенных век. – Иначе не скажешь.

– Когда-то ты утверждал, что считаешь любовь слабостью…

– Я ошибался, – прошептал Логан, целуя ее в уголки губ. – Недавно я обнаружил, что это моя единственная сила,

Мадлен заснула с улыбкой на губах, держась за руку мужа.

Услышав негромкий стук в дверь, Логан открыл ее и увидел на пороге миссис Флоренс. В последнее время она часто наведывалась в особняк. Поначалу ее принимала только Мадлен, а позднее и Логан стал ценить ее общество. Между ним и миссис Флоренс оказалось немало общего. Они подолгу вели увлекательные разговоры о театре, часто вспоминали и о матери Логана, Элизабет. Логан внимательно слушал рассказы о ней и о человеке, которого она любила. Мало-помалу миссис Флоренс открывала ему тайны прошлого, а у Логана возникало ощущение целостности его собственной жизни, обрести которое он прежде не надеялся.

Праздничный наряд бабушки дополняли драгоценности – на шее и запястьях поблескивал жемчуг, рыжеватые с проседью волосы были искусно уложены.

Они спят, – предупредил Логан, опасаясь, что гостья потревожит его жену и ребенка.

Миссис Флоренс выпрямилась как бы с вызовом, опершись на трость с серебряным набалдашником.

– Я поднялась по бесконечной лестнице не для того, чтобы вы останавливали меня! Не волнуйтесь, я не задержусь. Я хочу только взглянуть на свою правнучку.

– Хорошо, – пробормотал Логан, посторонившись. – Видимо, спорить с вами бесполезно.

Приблизившись к постели, миссис Флоренс застыла, завороженная, видом младенца в руках Мадлен.

– Моя правнучка! – с гордостью прошептала она, оглянувшись на Логана, – Прелестное создание! Именно такой я и представляла ее себе. Вы уже выбрали ей имя?

– Мы назовем ее Элизабет, – сказал Логан.

Пожилая дама ответила ему долгим взглядом подозрительно заблестевших глаз. Жестом попросив Логана наклониться, она нежно поцеловала его в щеку.

– Милый мальчик, это непременно понравилось бы твоей матери. Поверь, она была бы счастлива.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19