Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Воины Тьмы

ModernLib.Net / Симонова Мария / Воины Тьмы - Чтение (стр. 12)
Автор: Симонова Мария
Жанр:

 

 


      Через секунду до меня донесся сзади голос квито: он кричал, что Шазгабы подошли с моря, захватили порт и ударили по вторым воротам Сантра. Обстоятельства требовали его присутствия там, и он просил меня дать ему в помощь кого-нибудь из своих людей.
      Час от часу не легче!
      — Нам не удержать крепости! — крикнул в ответ я. — Ваша армия уже не подойдет — ее перехватили у озера! Сажайте людей на ксенли! Когда усадите всех, пришлите человека за нами!
      А ну как не пришлет? Похоже, что благородство у них тут не в обычае.
      — Иди с ним! — велел я Ильес. В сумасшедшей горячке битвы я успел позабыть, что ксенли и без того не может бросить меня здесь. Ильес никак не могла одолеть очередного противника. Колющим прямым ударом навек успокоив своего, я сделал секущий боковой выпад. Пока оба бойца валились на своих чутких товарищей, Ильес послушно отступила назад. Она ушла, прислав себе на смену одну из женщин, и та моментально доказала, что лучше бы ее не трогали, а оставили загорать в тылу. Я и не предполагал, что, помимо ударов ее противников, мне придется теперь отражать еще и ее щедрые махи, и векоре, блокируя ее от прямого выпада, получил порез в сгиб левой руки от ее меча — она умудрилась попасть мне в место сочленения доспехов. Становилось все веселее с каждой минутой. Спасибо, что хоть руку не отсекла и даже, кажется, не повредила сухожилий. Большое и крепкое спасибо. Я велел ей убираться взад на печку, подразумевая ксенли, и нам вновь пришлось сражаться вдвоем, теперь уже на пару со Сфитом.
      Кровь из раненой руки лилась безостановочно, как в таких случаях принято говорить — хлестала, вскоре рука начала неметь — благо еще, что я не был левшой и держал ею щит, а не меч. Но моя боеспособность ощутимо упала, я стал ошибаться, и Шазгабы начали постепенно теснить нас вверх по лестнице. Мы пятились, и мне трудно стало опекать Сфита, потому что, кроме всего прочего, приходилось теперь еще и нащупывать ногой ступени позади. А ступени были скользкими от крови. На очередной ступени Сфит поскользнулся и грянулся пятой точкой на лестницу. Его противник, издав утробное урчание, ринулся вперед, занеся меч в смертельном замахе. В какую-то долю секунды я осознал, что не успеваю пресечь этот удар, — и закричал, надеясь хоть криком на мгновение отвлечь его.
      Мне в ответ откуда-то сверху раздался клекот, огромные крылья загородили внезапно полнеба, освежив разгоряченное лицо порывом свежего ветра, сорванного с высот. Клипс.
      Он налетел на врага сзади и, заехав ему ногой сбоку в затылок, пролетел над лежащим Сфитом и опустился за моей спиной. Остановить вражьего удара он не смог — это уже было невозможно, даже снеси Клипс ему голову, — но разящий меч немного отклонился. Сфит успел отпрянуть в сторону, меч со звоном ударил в то место, где он только что лежал, а в следующий миг я уже рубил нанесшую удар руку.
      Лишившегося руки воина тут же спихнули в объятия пропасти его напирающие сзади и пока еще здоровые друзья. Но я уже держал ситуацию под контролем и очень скоро направил туда же еще троих, дав Сфиту возможность подняться на ноги, а Клипсу — время, чтобы сложить свои крылья. Я заметил, что с его появлением у меня как будто прибавилось сил. Вскоре Клипс, выхватив из-за спины свой посох, встал между нами, и с этой минуты мы со Сфитом остались практически без дела.
      Наслаждаться искусством Клипса нам пришлось недолго — скоро сверху прибежала женщина и стала кричать, что все население крепости уже готово к отправке, ждут только нас. Мы начали медленно отступать. Пропятившись несколько ступеней, Клипс, завалив одним взмахом сразу троих, развернулся и с криком:
      — Бежим! — ринулся вверх по лестнице. Насколько Клипс совершенно сражался, настолько же он плохо бегал, но, пока враги возились с грудой соратников, которых он успел положить на их пути, мы успели взбежать на несколько ступеней и сумели сохранить этот отрыв до самых ворот.
      Ворота были открыты, валун дожидался своего часа, лежа на самом «пороге». Едва протиснувшись между ним и стеной, мы за него дружно взялись, пошатнули, сдвинули и последним совместным толчком отправили крушить подоспевших уже с той стороны Шазгабов. Любоваться результатами этой последней акции нам сейчас было недосуг, единственное, что мы успели увидеть перед тем, как покинуть ворота, что передовой отряд смело начисто.
      Народ томился в ожидании нас, разместившись кто как мог на спинах дракона и Пегаса и тревожно прислушиваясь к звукам штурма, доносящимся от вторых ворот: похоже было, что их пытаются пробить, методично долбя в них чем-то увесистым. Я поискал глазами Ильес. На драконе ее не оказалось, она окликнула меня со стороны Пегаса: на мгновение высунулась из-за его шеи и помахала рукой; тот стоял не на площади, а в ангаре перед открытыми воротами: для двоих ксенли на площади просто не хватило бы места.
      — Лезем на дракона — с Пегасом она справится, — сказал я Клипсу. И мы полезли.
 

Глава 4

      Покинув Сантр, мы первым делом взяли курс на озеро, неподалеку от которого колошматили друг друга две армии; нам предстояло для начала эвакуировать армию Сайгабов с поля боя. Удача повернулась сегодня к ним тылом — нам уже издалека было видно, что они окружены и терпят поражение.
      Сфит по дороге занялся моей раной — в его суме, помимо еды и наручников, обнаружился еще и пакет первой помощи. Клипс тем временем вкратце объяснял мне, что, по его мнению, является причиной разгромного поражения Сайгабов на острове. Я делал вид, что слушаю, на самом же деле мне было глубоко плевать, почему они проиграли, и, кроме того, это было яснее ясного и без всяких комментариев: во-первых — помощь приплыла к Шазгабам раньше потому, наверное, что ветер оказался попутным; во-вторых — кто-то из Сантра (последний Штирлиц) стукнул Шазгабам о готовящемся походе, и они устроили грандиозную засаду в лесу.
      Пока Клипс говорил, я пытался куском взятого у Сфита бинта оттереть руки от крови. Вот и размочили счет… Лиха беда начало. А ради чего, спрашивается?.. Что мы Гекубе, и что нам Гекуба?..
      Наш дракон летел бок о бок с Пегасом, я отбросил испачканную кровью тряпку и показал Ильес знаком, что мы идем вниз. Дракон, а за ним и Пегас круто пошли на снижение, к взятой в кольцо, отчаянно сражающейся армии,, но приземлить дракона в кольце окружения было невозможно, разве что прямо на головы Сайгабов. Тем не менее мы снизились и зависли прямо над ними, так что огромные чешуйчатые лапы дракона могли касаться этих самых дурных голов. Тут хорошую службу Сайгабам сослужил магнетизм ксенли. Хватаясь за когтистые пальцы дракона, воины подтягивались и без труда взбирались по коротким ногам на бока и на спину. Основной спасательной зоной для рыцарей стал драконий хвост. Правда, когда дракон, загруженный народом уже под самые баки, начал взлетать, оказалось, что треть хвоста вместе с копьевидной оконечностью захвачена группой противника в количестве десяти человек. Сообщив об этом мне, дракон предупредил — мол, пока они на нем, он взлетать не будет, и висел метрах в трех над землей до тех пор, пока настырных Шазгабов не ликвидировали с хвоста. Я так и не спросил, чем был вызван его отказ — перегрузкой или принципиальными соображениями: до того мне было уже на все плевать. Когда дракон наконец поднялся ввысь, над полем боя осторожно снизился Пегас. Он встал на все четыре ноги, и его тут же штурмовали те остатки армии Сайгабов, что до сих пор по мере сил прикрывали общее отступление. Шазгабы тоже бросились к Пегасу, и крылатый конь чуть было не стал полем боя. Мы наблюдали с высоты за последними попытками Шазгабов завладеть ксенли, но Пегас вскоре повторил маневр дракона: взлетел так, чтобы его нельзя было достать с земли, и, зависнув, подождал, пока Сайгабы освободят его от лишнего балласта. Чуть в стороне от столпотворения рыцарей, на самой холке Пегаса сидела Ильес — я опознал ее по серебристому отливу доспехов. Чувствовалось, что она так же, как я, навоевалась сегодня в доску и теперь просто терпеливо ждала в сторонке окончания последней свары.
      Меня окликнул Клипс. Рядом с ним сидел человек, отличающийся от прочих рыцарей особой роскошью доспехов. Клипс нас представил — это оказался сам хозяин Сантра ато Ивл Сайгаб. Пока шли последние разборки на Пегасе, Клипс предложил нам заняться обсуждением вопроса, каким образом мы можем помочь ато и его людям выйти из их теперешнего «подвешенного» состояния. Я ничего против не имел, и как-то само собой вышло, что вскоре к нашей дискуссии присоединился дракон.
      У ато имелось предложение, которое, в общем-то, устраивало и нас — перенести их на материк, в береговые владения Сайгабов, где ато намеревался собрать хорошее войско, чтобы потом вернуться на остров, отбить свою крепость и в дальнейшем как план максимум — устроить Шазгабам полный разгром. Поначалу он даже предложил нам подождать на материке, чтобы вернуться вместе с ним и частью его войска воздушным путем. Этот проект мы — я, Клипс и дракон — отвергли тройным хором. Но против того, чтобы просто доставить их на материк, мы с Клипсом ничего не имели. Зато дракон имел. Он заявил, что не собирается больше предпринимать никаких действий на этой планете, потому дескать, что любые действия здесь, вне зависимости от того, гуманные они или нет, ведут к еще большему кровопролитию. Последнее и единственное, что он еще собирается сделать для Сайгабов, — это высадить их где-нибудь на этом острове, пусть ему только покажут место. И это единственное он готов сделать только потому, что не намерен носить их на себе всю оставшуюся жизнь — а срок ему, как он дал понять, отпущен немереный.
      Закончив на этом свою обломную речь, дракон умолк, и никакие уговоры не смогли заставить его вновь заговорить. Пегас со всем своим грузом давно уже поднялся в небесную стихию и висел неподалеку справа, а Клипс и ато Сайгаб все еще продолжали уламывать ксенли. Я-то бросил это занятие сразу же: слишком хорошо я знал своего дракона и, кстати, не сомневался, что Пегас от него немногим отличается.
      Пока оба моих собеседника молча и сосредоточенно взывали мысленно к непримиримому дракону, я подозвал Сфита и произвел досмотр его котомки. Того, чего я искал, — а именно — жратвы, — там оказалось пропасть. Хозяйственный Сфит сберег не только то, что дали нам на дорогу лемхи, но сохранил и сухой паек, доставшийся еще от Крейзела. Я извлек из котомки два голубых шершавых бриттеля, по вкусу напоминающих наш черный хлеб, и вручил один Сфиту. Надкусив бриттель, Сфит поглядел тоскливо в сторону Пегаса, где была Ильес. Я понял, что пока жив преданный Сфит, сержанту не грозит голодная смерть; но покормить ее сейчас для него не представлялось возможным, и Сфит, вздохнув, принялся жевать бриттель и наблюдать вместе со мной за действиями вражеской армии далеко внизу.
      Поглазев немного на нас — очевидно, в ожидании увидеть, куда же мы полетим, и так ничего и не дождавшись, — Шазгабы вдруг заторопились и быстрыми темпами почесали в лес, по направлению к своей крепости. Должно быть, их военачальников оглушила идея, что мы можем полететь на ее захват. Святая простота! Можно было смело давать на отсечение обе руки, что никто из них никогда не имел дело с ксенли. И — учитывая последнее заявление дракона — никогда и не поимеет. Мои наблюдения были прерваны голосом Клипса.
      — Далеко ли отсюда до материка? — спросил он у ато. Кажется, Клипс уже перестал уговаривать ксенли и теперь был занят размышлениями на тему: «Как нам помочь Сайгабам добраться до большой земли».
      — Около пяти суток пути морем, — встрепенулся ато Ивл.
      Клипс помолчал, что-то прикидывая в уме. Я перестал жевать, почуяв неладное. Ох, не нравились мне эти его прикиды!
      — Есть еще один вариант, — сказал он. — Вы сможете продержаться в горах дней десять?
      Ато Ивл тоже что-то быстро в уме прикинул.
      — Там водятся козы, а если сумеем выкрасть лодку с сетью… Пожалуй, сможем!
      — Тогда я предлагаю вот что: мы высадим вас в горах, потом я полечу на материк и вызову для вас подмогу.
      Так. Чуяло мое сердце. Похоже, что настала и моя пора пошевелить мозгами на предмет: «Как нам разделаться с остатками Сайгабов без помощи Шазгабов».
      — Слушай, Клипс, а что, если нам высадить их в горах, а самим слетать к материку на ксенли? — высказал я стихийно возникшее у меня предложение. — Вызовем им подмогу, и сразу в путь!
      Молчащий до сих пор дракон вдруг подал признаки своей заинтересованности в беседе.
      «Не полечу вызывать никакую подмогу», — отрезал они опять умолк.
      — Вот видишь. Придется делать, как я сказал. Другого выхода нет, — констатировал Клипс. — Ксенли, в горы!
      Дракон молча сорвался с места и начал разворот в сторону гор.
      Не припомню, чтобы я ощущал его когда-нибудь таким сердитым — даже когда он был нашим полем боя в космосе. Правда, тогда мы никого не убивали…
      Кончай беситься, не одного тебя доделали их разборки. Мне вот, к примеру, опять светит остаться без товарища.
      «Мне тоже».
      А я молчу. Наученный горьким опытом.
      «Я тоже молчу».
      Зато он действовал. Вернее сказать — ни черта не действовал. А что касается до Клипса, так тот, судя по всему, вообще забыл, что Эксель не ограничивается планетой Шарет и ее многовековым конфликтом. Мы приближались к горам, и наступило время напомнить наконец Клипсу о наших общих проблемах. Я хотел уже было начать, но он меня опередил.
      — Я вернусь через шесть дней, — сказал он. — Тебе придется подождать здесь.
      — Ты же сказал — через десять.
      — Через десять дней к ним сможет подойти помощь. А я вернусь раньше, тогда и тронемся в путь.
      — Нет, — отрезал я. — Мы улетаем сегодня же. Он не моргнув и глазом спокойно предложил:
      — Тогда давай условимся, где будем встречаться.
      — Твой Пегас должен знать о фестивале в системе Льетгло. Встретимся там. Ратр почти наверняка там будет. А остальные… — Я вытянул манжет и показал ему. — Последние две цифры. Если я не прилечу, разыскивай нас там. Запомнишь?
      Он внимательно поглядел на мои записи, потом глянул пристально мне в лицо.
      — Прости, Стас, — вдруг сказал он. — Но я должен остаться. Мой долг теперь помочь им до конца…
      — Значит, расстаемся.
      — Погоди, я ведь еще не спросил… Думал — потом… Так ты нашел Ратра?
      — Нашел.
      Клипс немного замялся.
      — А женщина с тобой?..
      — Сержант десантных войск Блигуин.
      Если Клипса и не удовлетворили мои ответы, то он не подал виду. Он кивнул, помолчал немного, потом попросил:
      — Переведи мне эти координаты: они записаны на твоем языке.
      Я обалдело уставился на свои записи. Спустя мгновение мы уже смеялись вместе. Смех Клипса напоминал тихий клекот. Напряжение, возникшее между нами, ушло, я перевел ему координаты и рассказал вкратце о Ратре и о Скайнах. Позже, уже покидая Шарет, я спросил у Ильес, не помнит ли она, давал ли я какие-нибудь координаты Ратргрову.
      — Ты записывал ему на салфетке текст какой-то песни, — ответила она, устраиваясь поудобнее на спине дракона и насмешливо на меня косясь. Потом, как бы невзначай, добавила:
      — Ты мне так сказал.
 

Глава 5

      Космический фрегат командора Хески Птеродактиля вспарывал сегодня пучины межпространства в полном одиночестве, хотя одиночные вояжи были совсем не в духе любившего компанию во всех ее проявлениях командора Хески. Впервые за последний год (по Октесу) Птеродактиль вышел на космические просторы один и не на поиски вольной добычи, а в погоне за кораблем своего компаньона Жю Долдата. Сутки назад (по тому же Октесу) корабль Жю вероломно покинул космогавань в Бирле, унося в своих трюмах весь груз добытого в совместном набеге на месторождение в Грио самородного золота.
      Кое-кто из вольного народа на Бирле даже сделал ставки — как скоро Птеродактиль прилетит назад ни с чем. Но сам командор был на этот счет другого мнения. Для начала он не поленился запросить через нуль-связь по очереди пятнадцать основных космогаваней Риури и пятьдесят четыре мелких, почти в каждой из которых у него имелись знакомства. Выяснив, что корабль Жю ни в одной из них не объявлялся, Хеска попросил дать знать — не за спасибо, конечно, — если Долдат возникнет на горизонте. Птеродактиль был уверен, что бывший компаньон никуда не денется из Риури: стараниями ДОСЛа портреты Долдата, также портреты самого Хески и еще десятка их закадычных коллег не только имелись в картотеках полицейских управлений всех Тринадцати Равновеликих, но и пользовались популярностью у народов Экселя почти наравне с портретами императоров. Кроме того, возможность сбыть без проблем триста пятьдесят пратт грязного золота у Долдата имелась только здесь, в Риури. А пока корабль Жю болтался где-то в космическом пространстве Риури, Хеска не терял надежды выловить его с помощью своей Пискули. Пискуля — или межпространственный сыщик — пеленговала в межпрыжке движущиеся через преодолеваемое пространство мелкие объекты и по завершении прыжка высвечивала на экранчике их координаты.
      Сначала Птеродактиль совершал прыжки последовательно — в тех направлениях, куда, по его мнению, мог направиться в первую очередь вор и предатель Долдат. В первом же прыжке Птеродактилю удалось засечь сразу пять скомпонованных в одном месте объектов, оказавшихся на поверку эскадрой адмирала Тризвы Черного Вечера. Следующий крупный улов обернулся всего лишь дюжиной мелких бродяжьих жестянок. Потом Хеска засек один за другим корабли Коллапсара и Попрыгунчика Морга, обменялся с каждым парой слов по связи и отказался от двух приглашений отпраздновать на их кораблях неожиданную встречу. После следующих трех пустых прыжков Хеска выловил в четвертом помятую посудину своего давнишнего кредитора — Штола Жареной Акулы. От Акулы Птеродактилю удавалось ловко скрываться на протяжении вот уже двух лет. Теперь он сам его нечаянно нашел и вынужден был впустить на свой корабль. Выложив половину долга, Хеска пообещал отдать вторую половину сразу по поимке Долдата. Акула предложил свою помощь в поисках в обмен на треть добычи; но, во-первых — эта треть по стоимости раз в сто превышала всю сумму долга, а во-вторых — хоть Штол и намекал на какие-то известные только ему методы поиска и грозился воспользоваться ими самостоятельно, но это явно было кустарно сработанной попыткой подмазаться к Птеродактилеву золоту, потому что своей Пискули у Штола не имелось.
      С трудом отделавшись от цепкого Акулы, Птеродактиль тут же ушел в прыжок и засек на этот раз одиноко дрейфующий в пространстве гигантский мешок сжиженного гелия. Прежде чем продолжить поиски, командор с особым мстительным наслаждением под азартные крики команды протаранил мешок. Выплеснув в таране часть переполнявшей его ярости, Птеродактиль слегка остыл и в очередной раз, уже более спокойно, раскинул мозгами.
      Долдат знал о его Пискуле, стало быть, он скорее всего спрячется там, где Хеска наверняка не станет его искать. Придя к такому выводу, командор резко изменил намеченную уже в уме схему предстоящего маршрута. Теперь он навещал заброшенные области Риури, где самому ему никогда не пришло бы в голову прятаться, поскольку спрятанный корабль высветился бы там при поиске, как единственное горящее окошко в непроглядно-черной ночи.
      Первый прыжок не принес никаких результатов, зато на втором Пискуля пискнула дважды, и оба объекта, судя по выданным ею координатам, находились сравнительно недалеко друг от друга.
      Почти не сомневаясь, что одни из этих координат принадлежат беглому компаньону, Хеска стартовал к ближайшему из обнаруженных объектов.
      Выйдя из прыжка вблизи объекта и впервые на него взглянув, командор поначалу не поверил своим глазам и едва удержался от того, чтобы протереть их.
      Теперешний корабль Птеродактиля достался ему не так давно при налете в составе эскадры Черного Вечера на космическую станцию в Блигуин. Военно-разведывательное судно Блигуин последнего поколения. Все помещение его рубки, включая пол и потолок, превращалось нажатием кнопки в сплошной экран, дающий полный обзор окружающего пространства. Сейчас Птеродактиль словно бы парил в открытом космосе, сидя в пилотском кресле за пультом. Справа, тоже в кресле, парил его помощник, позади, сидя прямо на полуэкране, парило с десяток членов команды, а чуть правее и ниже так же парило гигантское золотое чудовище. С тремя пассажирами на борту. Сиречь — на спине.
      — Дракон… — неуверенно пробормотал помощник, нарушив всеобщее потрясенное молчание. Тогда командор наконец-то поверил своим глазам.
      — Сам вижу, что дракон! — рявкнул он. — Это ксенли!
      Вот она, его счастливая звезда! Он-то метался по Риури в поисках золота, а золото само поджидало его здесь! Ксенли — живая легенда, необъяснимое чудо Экселя, неизвестными путями добытое кем-то из флибустьеров и спрятанное в одной из заброшенных областей, достается ему за так, само плывет в руки! Сколько же за него отвалит Ширак… Да что Ширак, с ксенли можно подкатывать прямо к самому ибсу Дботу, представителю Псарха на Бирле!
      В глазах у командора запрыгали нули. Ксенли он никогда до сих пор в глаза не видел — даже во время памятной заварушки с ДОСЛом в Ихтен-Кит из-за транспорта с оружием. Ходили слухи, что ксенли подписали договор с ДОСЛом и состоят теперь у них в штате. Подписали договор? Хм-м… Объемистый, должно быть, договорчик. Хеска вспомнил, что слышал о ксенли, будто они проваливаются иногда в какие-то неизвестные области вселенной. Ни в какие заповедные пространства в Экселе он не верил, но так или иначе сейчас надо было действовать. И поскорее.
      — За дело! — скомандовал командор, и всю бригаду из-за спины как ветром сдуло. Пираты побежали в главный шлюзовой отсек готовиться к десанту; поскольку у ксенли имелись сторожа, можно было не сомневаться, что взять его будет непросто.
      Хеска подвел корабль поближе к дракону, так что мог теперь разглядеть даже лица его пассажиров, и открыл ворота шлюза. Его команда высыпала в космос, словно картошка из дырявого мешка, и тут же появилась на экране, поначалу загородив ксенли многочисленными спинами. Когда они удалились и дракон вновь завиднелся, Хеска увидел, что сторожа по-прежнему сидят между крыльями ксенли, задрав головы и глядя на приближающийся десант, и не предпринимают никаких попыток этого десанта избежать. Когда десант приксенлился, один из сторожей поднялся, официально двинулся навстречу младшему помощнику Птеродактиля — Скацу, и между ними начались переговоры.
      Птеродактиль был несколько удивлен полным отсутствием какого бы то ни было сопротивления, но это было скорее приятное удивление. Что бы они там ни впаривали Скацу, а ксенли теперь принадлежит Птеродактилю по праву сильного, остается только загнать его в корабль. И совершенно непонятно, о чем Скац вообще с ними болтает. Кстати — о, черт! Никак не мог Хеска привыкнуть к новому кораблю — командор совсем забыл, что мог подслушать эту беседу с самого начала.
      Хеска потянулся к Шептуну — так он сам окрестил внешний уловитель потоков онс-частиц, испускаемых гортанью человека в вакууме, но в этот момент на пульте ожило более примитивное устройство — переговорник.
      — Командор, необходимо ваше присутствие, — пробубнил динамик голосом Скаца.
      — За каким дьяволом тебе понадобилось мое присутствие? — проворчал Хеска. — Загоняй ксенли, а потом приведешь ко мне пассажиров.
      — Ксенли не желает залетать в корабль, — сообщил Скац. — В случае насилия над пассажирами он грозится совершить прыжок прямо на Красный Пек.
      Командор длинно и витиевато выругался — он всегда прибегал к такому способу, когда ему требовалось что-то обдумать. Потом, набрав в грудь новую порцию воздуха, спросил:
      — Что говорит сторож?
      — Он предлагает сделку. По-моему, командор, тебе стоит его послушать.
      …Прецептор! Неужто Служба подкинула в Риури эту золотую ловушку? Тогда — стоит командору ступить на дракона, и он тут же окажется на Пеке в лапах ДОСЛа. Но почему они оставили ксенли здесь? Вблизи той же Бирлы улов был бы куда жирнее… Может, ксенли блефует, отпугивает байками непрошеных гостей?..
      Хеска обернулся к помощнику.
      — Что скажешь?
      — Вряд ли они сразу открыли бы карты, если бы хотели нас заманить, — высказался тот.
      — Но все равно, поговорить с ним я могу и отсюда, — заявил Хеска. В динамике пошуршало, затем Скац сказал:
      — Он не против.
      Потом незнакомый голос по-деловому осведомился:
      — Вы засекли нас межпространственным пеленгатором?
      — Ну, допустим, — хмуро отозвался командор. Птеродактилю не пришлось по душе, что плененный фактически сторож ксенли сразу взял на себя инициативу в разговоре и начал его допрашивать.
      — Тогда вы должны были засечь неподалеку от нас еще один объект, так? — продолжил допрос сторож.
      — Допустим. И что?
      — Вам приходилось слышать о «Вечном Скитальце»?
      Еще бы Птеродактилю не доводилось слышать о легендарном корабле-скитальце, набитом сокровищами древних цивилизаций, якобы награбленными его капитаном со всего Экселя еще во времена Свиглов! По легенде, предтечи, перед тем, как навсегда покинуть Эксель, отловили знаменитого пирата и приговорили к вечному заточению в его собственном корабле, наедине с похищенными сокровищами. Легенда гласила также, что любой, прельстившийся сокровищами и ступивший на борт «Вечного Скитальца», никогда не сможет больше его покинуть.
      — Ты хочешь сказать, что второй запеленгованный мною объект — «Вечный Скиталец»?
      — Ты угадал, — ответил сторож. — Это «Скиталец», и, чтобы проникнуть на него, мне нужна твоя помощь.
      Командор Птеродактиль — авантюрист и старый космический волк, сам умевший кому угодно залить баки, сразу почувствовал, что пассажир ксенли не врет. Если это и впрямь было так, то командору повезло на пике, можно сказать, его разбойничьей карьеры столкнуться сразу с двумя древнейшими легендами Экселя — ксенли и «Вечным Скитальцем». Птеродактиль намерен был накрепко вцепиться в хвост такой невероятной удачи, чтобы заполучить если не оба, то хотя бы одно из этих полумифических чудес света. Но поначалу не мешало бы прозондировать почву под возможным партнером.
      — Я знаю, что за объект засекла моя Пискуля, — не моргнув глазом соврал Хеска. — И думаю, что вполне способен захватить его без твоей помощи.
      — Что ж, попробуй, — не стал спорить собеседник. — Только учти, что легенда не врет — корабль представляет собой что-то вроде пространственной ловушки. Ксенли ощущает «Скитальца», как гигантский сверток пространства, в который возможно проникнуть, но выхода из него нет. Ты можешь захватить корабль, но после останешься его вечным пленником.
      — Надо понимать так, что ты знаешь, как оттуда вобраться?
      — Только ксенли, попав на «Скиталец», способен оттуда выйти.
      — Почему же тогда вы сами не проникли на корабль, а просите моей помощи?
      — «Скиталец» не впускает в себя ксенли. Мы можем спрятать его в твоем корабле, а когда подойдем к «Скитальцу» и его ворота откроются, выпустим дракона и попробуем проскочить туда на его спине.
      Медлительность в принятии решений не была в числе недостатков Птеродактиля. Дело стоило того, чтобы отложить поиски Долдата на потом; если же дело выгорит, то поимка Жю будет представлять актуальность разве что из соображений личной мести.
      — А на что нам сдались эти ворота? — сразу по-деловому подошел к вопросу командор. — Продолбим в корпусе «Скитальца» дыру величиной с дракона и влетим туда вместе с ним.
      — Никакой «Щекотун» не пробьет свернутое пространство, — ответил страж дракона. Да такой ли уж это был страж? Хеска подумал, что по замашкам его собеседник скорее походит на хозяина ксенли.
      — Как будем делить добычу? — задал командор решающий вопрос. — Мои условия — семьдесят на тридцать. Семьдесят процентов мне, тридцать вам.
      Командор заранее приготовился к торгу с конечным результатом — пятьдесят на пятьдесят. Ответ собеседника немного его ошарашил и заставил призадуматься.
      — Всю добычу, какая только поместится на ксенли, вы сможете взять себе, — ответил хозяин дракона.
      Командор заподозрил было, что его новый компаньон знает о каком-то-сокровище «Скитальца», которое одно стоит всей остальной добычи, но собеседник в очередной раз удивил Птеродактиля, пояснив просто:
      — Мне нужно выручить оттуда друга. Командор не поверил собеседнику и решил в дальнейшем держать с ним ухо востро: друг — это, конечно, святое, кто бы спорил, но к чему отказываться при этом от своей доли добычи? У Птеродактиля была в этом мире вполне определенная система ценностей, а человеку, как правило, свойственно не понимать приверженцев других систем.
 

Глава 6

      Перед новым прыжком я дал дракону приблизительные координаты в Риури, которые получил у Скайн, и был удивлен, когда ксенли вышел из межа поблизости от гигантского космического корабля. В совпадение не верилось, и я задал вопрос дракону.
      «Это „Вечный Скиталец“, — объяснил дракон. — Твои координаты почти соответствуют его теперешнему местоположению, а его я ощущаю, как гигантский сгусток чужеродного пространства, свернутого в кокон».
      Мои ощущения от «корабля-сгустка» напомнили мне ночной визит на заброшенное кладбище, который я совершил на спор в десятилетнем возрасте; словом — мороз по коже. Сфит на подходе к кораблю неузнаваемо преобразился: он стал напоминать наэлектризованный меховой шар — по-моему, на нем каждая шерстинка встала дыбом. Слегка ощетинилась и Ильес. Я тоже ощетинился, но не так заметно для глаз.
      Вокруг мрачной черно-серой махины корабля словно бы простиралось особое пространство, непроявленной, но заметно давящей на психику угрозой. Вблизи «Скитальца» появлялось ощущение скрытой злонамеренной силы, что, наверное, и должно быть свойственно проклятым местам.
      Рассказ ксенли о «Вечном Скитальце» оказался до предела скуп — меня все время не покидало ощущение, что дракон многого не договаривает. Но и сказанного было довольно, чтобы заинтриговать и напустить еще больше жути. Выходило, что кого-то из моих потерянных собратьев занесло не куда-нибудь, а — шутка ли! — на космический вариант «Летучего Голландца»! Аналогию усиливало еще и сходство легенд — кажется, тому, кто видел земной корабль-призрак, тоже никогда не суждено было вернуться к родным берегам.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21