Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Хромосома-6

ModernLib.Net / Детективы / Кук Робин / Хромосома-6 - Чтение (стр. 27)
Автор: Кук Робин
Жанр: Детективы

 

 


      – Чем обязан? – спросил он, улыбаясь гостям. – Такой компании меня не удостаивали за все проведенное здесь время.
      – Как вы себя чувствуете? – задал вопрос Джек. Он придвинул к себе стул с прямой спинкой и сел точно напротив Горация. Уоррен с Натали притаились за дверью. В палату им входить очень не хотелось. Лори подошла к окну. После того как они увидели солдат на площади, на душе у нее становилось все тревожнее. Ей очень хотелось сделать визит в палату покороче и побыстрее вернуться к лодке.
      – Чувствую я себя потрясающе, – охотно ответил Гораций. – Это чудо. Когда я сюда приехал, то буквально на ладан дышал, весь желтый был, как канарейка. А посмотрите на меня теперь! Я готов тридцать шесть лунок на поле для гольфа пройти на каком-нибудь из своих курортов. Слушайте, вы все приглашены на любой из них, где можете оставаться сколько захотите и за все будет уплачено. Любите на лыжах кататься?
      – Я люблю, – кивнул Джек. – Но хотелось бы поговорить о вашей болезни. Как я понимаю, здесь вам сделали пересадку печени. Интересно знать, откуда взяли печень?
      Полуулыбка играла на губах Горация, когда он искоса рассматривал Джека.
      – Это что-то вроде экзамена? – спросил он. – Я к тому, что если так, то он не нужен. Я не собираюсь никому ничего рассказывать. Признательность моя безгранична. И вообще, как только смогу, так сразу закажу себе еще одного двойника.
      – Что конкретно вы имеете в виду, говоря «двойник»?
      – Послушайте, вы из питсбургской группы? – поинтересовался Гораций, переводя взгляд на Лори.
      – Нет, мы – часть нью-йоркской группы, – ответил Джек. – И мы в восторге от вашего случая, рады, что все у вас хорошо. Мы прибыли сюда поучиться. – Джек улыбнулся и развел руками, вытянув ладони вперед. – Внимательно вас слушаем. Может, начнете с самого начала?
      – Имеете в виду, с того, как я заболел? – Гораций был явно в замешательстве.
      – Нет, с того, как вы устроили пересадку здесь, в Африке, – уточнил Джек. – И еще хотелось бы знать, что вы называете «двойником». Печень вам досталась, случайно, не от человекообразной обезьяны?
      Гораций нервно хохотнул и тряхнул головой, спрашивая:
      – Что здесь происходит? – Вновь глянул на Лори, потом на Натали с Уорреном, по-прежнему стоявших в дверях.
      – Ой-ей! – вдруг вскрикнула Лори. Она смотрела в окно. – Сюда солдаты через площадь бегут.
      Уоррен быстро пересек комнату и глянул в окно:
      – Плохи дела, мужики. Эти всерьез играют!
      Джек поднялся, нагнулся и, схватив Горация за плечи, оказался лицом к лицу с пациентом:
      – Вы меня очень огорчите, если не станете отвечать на мои вопросы, а я, когда огорчен, вытворяю странные вещи. Что это было за животное, шимпанзе?
      – Они уже возле клиники! – крикнул Уоррен. – И у каждого по «калашу»!
      – Ну же! – обратился Джек к Горацию, слегка встряхнув его. – Говорите! Это шимпанзе? – Джек сдавил мужчину покрепче.
      – Это бонобо, – хрипло выговорил перепуганный Гораций.
      – Есть такой вид человекообразной обезьяны?
      – Да, – выдавил из себя Гораций.
      – Мужик, идем! – звал Уоррен, снова возникая в дверях. – Надо уносить отсюда ноги.
      – Так что имеется в виду под двойником? – допытывался Джек.
      Лори схватила его за руку:
      – Времени нет. Солдаты будут здесь через минуту.
      Джек неохотно отпустил Горация и позволил потащить себя к двери, причитая:
      – Черт, еще чуть-чуть – и все узнал бы.
      Уоррен отчаянно махал рукой, призывая следовать за ним и Натали по главному коридору в глубь здания. В этот миг дверь лифта открылась, из нее вышел Камерон, сжимая в руке пистолет.
      – Всем стоять! – рявкнул он, как только увидел посторонних.
      Ухватив пистолет обеими руками, начальник службы безопасности навел дуло на Уоррена с Натали. Затем резко повернулся, взяв на мушку Джека с Лори. Положение Камерона было не из легких: противники находились от него по обе стороны, и когда он смотрел на одну пару, то вторая выпадала из его поля зрения.
      – Руки на затылок! – приказал Камерон и повел дулом пистолета.
      Все выполнили его команду, хотя всякий раз, когда Камерон наводил пистолет на Джека с Лори, Уоррен подбирался к нему на шаг ближе.
      – Никакого вреда никому не будет, – произнес Камерон, снова наводя пистолет на Уоррена.
      А тот, подобравшись совсем близко, молниеносно ударил Камерона ногой по рукам. Пистолет врезался в потолок и отскочил в сторону.
      Камерон еще не успел сообразить, куда подевался пистолет, как Уоррен подмял его под себя и дважды ударил, сначала под дых, а следом по носу. Камерон навзничь рухнул на пол.
      – Рад, что в этой игре ты в моей команде, – обратился к Уоррену Джек.
      – Надо пробираться обратно к лодке! – выпалил тот, вовсе не думая шутить.
      – Готов выслушать предложения, – спокойно произнес Джек.
      Камерон застонал и перевернулся на живот.
      Уоррен оглянулся по сторонам. Еще несколько минут назад ему казалось, что бежать надо по главному коридору в глубь здания, но сейчас это не годилось. В глубине коридора он заметил толпу медсестер, которые возбужденно указывали на него.
      Напротив лифтов на уровне глаз висел указатель в виде стрелки, острием обращенной дальше в коридор, за палату Горация. На стрелке значилась буква «О».
      Понимая, что времени на обсуждение нет, Уоррен махнул рукой в сторону стрелки и рявкнул:
      – Туда!
      – В операционную? – удивился Джек. – Зачем?
      – Затем, что этого не ожидают, – буркнул Уоррен. И, схватив за руку пораженную Натали, на бегу потянул ее за собой.
      Джек с Лори побежали следом. Они миновали палату Горация, но пациента не было видно: с перепугу он заперся в ванной.
      Операционный блок отделяли от остальной клиники обычные, свободно открывающиеся в обе стороны двери. Уоррен толкнул их вытянутой рукой и проскочил на бегу, будто футбольный защитник. Джек и Лори неслись за ним по пятам.
      По пути им не попалось ни одного больного, не было никого и в палате для выздоравливающих. Не было даже света, если не считать того, что лился из подсобки, расположенной дальше по коридору. Дверь подсобки оказалась распахнута настежь.
      Из подсобки, расслышав, как бухают двери операционной, вышла уборщица в одноразовой шапочке, прикрывавшей волосы. У нее сердце зашлось, когда она увидела четыре бегущие в ее сторону фигуры.
      – Эй, – закричала она, одолев испуг, – сюда нельзя в верхней одежде!
      Но Уоррен и остальные уже пробежали мимо. Встревоженная уборщица смотрела, как незваные гости добежали до конца коридора и скрылись за стеклянными дверями, ведущими в лабораторию.
      Вернувшись в подсобку, она бросилась к висевшему на стене телефону.
      Уоррен остановился, когда коридор разошелся в стороны на манер буквы «Т». Огляделся. Слева, в самом конце, на стене светилась красная лампочка сигнала пожарной тревоги. Сверху располагался указатель: «Выход».
      – Подожди! – окликнул Джек Уоррена, который уже собирался рвануть туда, где, по его мнению, была лестница.
      – Что за дела, мужик? – беспокойно спросил Уоррен.
      – Тут, похоже, лаборатория, – сказал Джек, шагнул к застекленной двери и глянул через стекло. И сразу же поразился. Здесь, посреди Африки, глазам его предстала самая современная из когда-либо виденных им лабораторий. Все приборы, все оборудование выглядели совершенно новыми.
      – Пошли! – резко произнесла Лори. – Любопытничать нет времени. Надо выбираться отсюда.
      – Мужик, она права, – поддержал Уоррен. – После того как мы тюкнули там малого из безопасности, нам тем более надо когти рвать.
      – Вы бегите, – рассеянно произнес Джек. – Встретимся у лодки.
      Уоррен, Лори и Натали тревожно переглянулись.
      Джек тронул дверь: она оказалась не заперта. Открыв ее, он шагнул внутрь.
      – О Боже праведный! – застонала Лори. Порой Джек вел себя так неразумно! Одно дело не думать о собственной безопасности, но совсем другое – подвергать опасности других.
      – Мы моргнуть не успеем, как тут не продохнешь от пижонов из безопасности и солдатни, – урезонивал Уоррен.
      – Знаю, – сказала Лори. – Вы, ребята, бегите. А я как смогу, так сразу его приведу.
      – Я вас не оставлю, – заявил Уоррен.
      – Подумайте о Натали, – убеждала Лори.
      – Глупости, – вспыхнула та, – что я, кисейная барышня, что ли? Мы тут все вместе!
      – Вот что, девушки, вы идите туда и постарайтесь мужика как-то образумить, – сказал Уоррен. – А я сбегаю в тот конец и высажу сигнал пожарной тревоги.
      – Это еще зачем? – удивилась Лори.
      – Фокус старый, еще мальчишкой научился, – усмехнулся Уоррен. – Раз уж попал в переплет, так устраивай шухер побольше. Тогда появится шанс смыться.
      – Поверю вам на слово, – кивнула Лори и, позвав за собой Натали, вошла в лабораторию.
      И увидела, как Джек ведет милый разговор с лаборанткой в длинном белом халате. Рыжеволосая, все лицо в веснушках, улыбка располагающая. Джек уже успел ее рассмешить.
      – Простите! – выговорила Лори, с трудом сдерживая голос. – Джек, нам надо идти.
      – Лори, познакомься, пожалуйста, – откликнулся тот. – Это Роланда Файфер. Она приехала из Германии, из Гейдельберга.
      – Джек! – процедила Лори сквозь стиснутые зубы.
      – Роланда интересные вещи рассказывает, – словно не замечая ее гнева, продолжал Джек. – Она со своими коллегами работает здесь с генами для малых антигенов тканевой совместимости. Они берут их у определенной хромосомы в одной клетке и переносят на тот же участок той же хромосомы в другой клетке.
      Натали подошла к большому, как витрина, окну с видом на площадь и тут же, отпрянув, торопливо вернулась, шепнув Лори:
      – Дело дрянь. Там, внизу, подъезжает полная машина этих арабов в черных костюмах.
      В эту секунду по всему зданию раздалась пожарная тревога. Три режущих слух пронзительных звука трубы периодически чередовались с бесстрастным голосом, выговаривавшим: «Пожар в лаборатории! Пожалуйста, немедленно пройдите к запасным лестницам для эвакуации! Не пользуйтесь лифтами!»
      – Ой, вот те на! – воскликнула Роланда и принялась быстро оглядываться, прикидывая, что забрать с собой.
      Лори схватила Джека за обе руки и хорошенько тряхнула:
      – Джек, опомнись! Нам надо убираться отсюда.
      – Я все разгадал, – произнес он, криво улыбаясь.
      – Да плевать на это! – разъярилась Лори. – Бежим!
      Они бросились в коридор. Туда же выходили и сотрудники клиники. Все были в замешательстве, без конца крутили головами, вглядываясь то в один, то в другой конец коридора. Некоторые принюхивались. Все оживленно переговаривались. Многие держали в руках портативные компьютеры.
      Без излишней суеты все направились к запасному выходу. Джек, Лори и Натали встретились с Уорреном, который держал дверь открытой. К тому же ему удалось раздобыть белые халаты, которые он раздал остальным. Они сразу же натянули их поверх одежды. К сожалению, из всей толпы они единственные были в шортах.
      – Тут, используя обезьян, которые называются бонобо, сотворили нечто вроде химеры, – возбужденно рассказывал Джек. – Таково объяснение. Нечего удивляться что анализы на ДНК получились такими нелепыми.
      – Что он такое несет? – раздраженно спросил Уоррен.
      – Не спрашивайте, – махнула рукой Лори. – Это еще больше раззадорит его.
      – Кому пришло в голову врубить пожарную тревогу? – спросил Джек. – Блестящая мысль!
      – Уоррену, – сказала Лори. – Хоть один из нас еще соображает.
      Лестница вывела на автостоянку с северной стороны. Люди переминались с ноги на ногу, оглядывались на здание, сбивались в маленькие группки. Жара стояла смертная: в небе светило солнце, а стоянка была покрыта черным асфальтом. С северо-запада доносились приближающиеся завывания пожарных сирен.
      – Что будем делать? – обратилась ко всем Лори. – Пока нам везет, у меня даже от души отлегло. Только не думаю, что легко будет выбраться из здания.
      – Пошли дойдем до улицы и свернем налево, – предложил Джек, указывая рукой. – Мы сделаем круг, двигаясь на запад, и снова выйдем к берегу.
      – А куда подевались все солдаты? – спросила Лори.
      – И арабы? – прибавила Натали.
      – Ищут нас в клинике, полагаю, – сказал Джек.
      – Давайте двигать, пока весь народ из лабораторий обратно в здание не начал возвращаться, – предложил Уоррен.
      Не торопясь, стараясь не привлекать к себе внимание, они пошли. Подойдя к улице, оглянулись, опасаясь, не следят ли за ними, но никто даже не смотрел в их сторону. Всеобщим вниманием овладела прибывшая пожарная машина.
      – Пока все в норме, – произнес Джек.
      Уоррен дошел до улицы первым. Глянув налево за угол, он встал как вкопанный и широко раскинул руки, закрывая дорогу остальным. Затем сделал шаг назад.
      – Так нам не пройти, – сказал он. – У них в конце улицы шлагбаум.
      – Ой-ей, – воскликнула Лори, – наверное, всю округу обложили!
      – Помните, мы видели электростанцию? – произнес Джек.
      Все кивнули.
      – Это самое электричество как-то должно попадать в клинику, – рассуждал Джек. – Готов спорить: есть тоннель.
      – Возможно, – согласился Уоррен. – Беда только в том, что мы не знаем, как его отыскать. И потом идти обратно в здание меня не греет. Тем более битком набитое этими сопляками с «АК-47».
      – Тогда давай попробуем перейти площадь, – сказал Джек.
      – Прямо на глазах солдат, которых мы видели? – заволновалась Лори.
      – Эй, если они сюда, в клинику, сбежались, то бояться нечего? – утешил Джек.
      – Смысл есть, – согласилась Натали.
      – Конечно, – продолжал Джек, – мы в любой момент можем сдаться и сказать, мол, извините, больше так не будем. Что они нам могут сделать, как не вышвырнуть отсюда к чертовой матери? Кажется, я выяснил то, зачем сюда прибыл, так что лично меня это нисколечко не огорчит.
      – Ты шутишь, – осадила его Лори. – От них простыми извинениями не отделаться. Уоррен ударил того человека: мы не просто без разрешения проникли на территорию.
      – В какой-то мере шучу, – признался Джек. – Но очень удивлюсь, если нас не выдворят отсюда.
      – Надо что-то предпринять, – сказал Уоррен. – Вон пожарные уже руками машут, народ обратно в корпус зовут. Так мы одни останемся торчать тут на самом солнцепеке.
      – Точно, машут, – подтвердил Джек, сощурившись от бившего в лицо солнечного света. Достав темные очки, он надел их и предложил: – Пошли через площадь, пока солдаты не вернулись.
      И снова они пошли не торопясь, будто прогуливались. Добрались почти до травы, когда почувствовали какую-то суматоху у двери в корпус. Все разом обернулись и увидели, как, расталкивая входивших в здание сотрудников лабораторий, наружу спешили арабы в черных костюмах.
      Арабы рассыпались по раскаленной солнцем автомобильной стоянке, галстуки у них развевались, глаза обшаривали все вокруг. Каждый размахивал зажатым в руке автоматическим пистолетом. За спинами арабов показались несколько солдат. Задыхаясь, они стояли на палящем солнце, хватая ртом воздух и внимательно оглядывая все вокруг.
      Уоррен замер, а следом за ним и остальные.
      – Не нравится мне это, – буркнул Уоррен. – Их шестеро. А боевого запаса у них хватит, чтобы ограбить Чейз-Манхэттен-банк.
      – Они мне полицейских из мультиков напоминают, – заметил Джек.
      – Лично я ничего забавного в этом не нахожу, – резко бросила Лори.
      – Как ни странно, но, думаю, придется нам пошагать обратно в корпус, – сказал Уоррен. – На нас лабораторные халаты, пусть уж не задумываются, зачем мы тут торчим.
      Не успел никто ответить на предложение Уоррена, как из двери вышел Камерон в сопровождении еще двоих. Один был одет, как Камерон: явно сотрудник службы безопасности. У второго, ростом поменьше, правая рука свисала плетью.
      – Ох-хо, – вздохнул Джек, – у меня такое ощущение, что нам все же придется прибегнуть к извинениям.
      Камерон прижимал к носу окровавленный платок, но зоркости не утратил. Сразу заметил группу и завопил, указывая на них пальцем:
      – Вон они!
      Марокканцы и солдаты моментально окружили нарушителей. А те, не дожидаясь приказания, высоко подняли руки: все стволы были нацелены на них.
      – Интересно, может, на них произведет впечатление мой значок судмедэксперта? – усмехнулся Джек.
      – Не вздумай выкинуть какую-нибудь глупость! – предостерегла его Лори.
      Камерон и сопровождавшие его быстро приблизились. Кольцо вокруг американцев разомкнулось, пропуская начальство. Зигфрид выступил вперед.
      – Мы хотели бы принести извинения за любые неудобства... – начал Джек.
      – Молчать! – рявкнул Зигфрид. Он обошел вокруг группы, рассматривая людей со всех сторон, затем спросил Камерона, с этими ли людьми тот столкнулся в клинике.
      – У меня нет никаких сомнений на этот счет, – выговорил Камерон, глядя Уоррену в лицо. – Надеюсь, вы сделаете мне одолжение, сэр.
      – Не сомневайтесь, – ответил Зигфрид с легким оттенком досады.
      Безо всякого предупреждения Камерон резким хуком вдарил Уоррена по скуле. Звук получился такой, будто на пол шлепнулся телефонный справочник. И тут же с губ Камерона сорвался жалобный вой, он подхватил другой рукой кулак и стиснул зубы. У Уоррена ни единый мускул не дрогнул. Похоже, он даже глазом не моргнул.
      Камерон выругался, задохнувшись, и отошел в сторону.
      – Обыскать их, – приказал Зигфрид.
      – Просим извинить, если мы... – начал Джек, но Зигфрид не дал ему завершить фразу. Он наотмашь ударил его ладонью по щеке достаточно сильно: голова у Джека дернулась, на щеке вспухла красная полоса.
      Заместитель Камерона быстренько изъял у Джека и остальных паспорта, бумажники, деньги и ключи от машины. Передал все это Зигфриду, который не спеша просмотрел документы. Глядя в паспорт Джека, он поднял глаза и грозно взглянул на владельца.
      – Меня предупреждали, что вы смутьян, – с презрением процедил он.
      – Я бы скорее счел себя упорным соперником, – поправил Джек.
      – А к тому же и задавака! – рыкнул Зигфрид. – Надеюсь, упорство вам пригодится, когда вас передадут экватогвинейским военным.
      – Наверное, лучше позвонить в американское посольство и покончить с этим, – сказал Джек. – Как-никак мы государственные служащие.
      Зигфрид улыбнулся, отчего его обезображенное шрамом лицо оскалилось еще больше.
      – Американское посольство? – переспросил он с нескрываемой насмешкой. – В Экваториальной Гвинее! Хороша шутка! К вашему сожалению, оно отсюда далеко, на острове Биоко. – Управляющий повернулся к Камерону: – Посадите их в тюрьму, только отделите мужчин от женщин!
      Камерон, щелкнув пальцами, подал знак своему заместителю. Он хотел, чтобы всем четверым сначала надели наручники. Пока это делалось, они с Зигфридом отошли в сторонку.
      – Вы в самом деле намерены передать их экватогвинейцам? – спросил Камерон.
      – Абсолютно, – ответил Зигфрид. – Раймонд предупредил меня насчет этого Стэплтона. Им придется исчезнуть.
      – Когда?
      – Как только Тейлор Кэбот отбудет, – сообщил Зигфрид. – Мне нужно, чтобы об этом случае никто словом не обмолвился.
      – Я понимаю, – отозвался Камерон. Он тронул поля своей шляпы и вернулся надзирать за доставкой пленников в тюрьму в подвале городской ратуши.

Глава 22

       9 марта 1997 г.
       16.30
       Остров Франчески
      – Происходит что-то очень странное, – сказал Кевин.
      – Но что? – воскликнула Мелани. – Мы вновь обретаем надежду?
      – А куда подевались остальные животные? – задала вопрос Кэндис.
      – Не знаю, радоваться или огорчаться, – гадал Кевин. – А вдруг они устроили Армагеддон с другой общиной и сражение приближается сюда?
      – Боже всемогущий, – ахнула Мелани, – об этом я и не подумала.
      Кевин с женщинами вели жизнь фактических пленников уже больше двух дней. Им не позволялось покидать нишу в течение всего заточения, и вонь в ней стояла такая же, если не похуже, как и в большой пещере. Чтобы справлять нужду, они вынуждены были пользоваться лазом, из которого уже несло, как из маленькой выгребной ямы.
      Да и сами они пахли не лучше. Все трое запаршивели и перепачкались, оттого что носили, не снимая, одну и ту же одежду, спали на камнях и на грязном полу. Волосы у них безнадежно спутались. Лицо Кевина покрывала двухдневная щетина. Они ослабли от отсутствия движения и нормальной еды, хотя каждый съедал хоть что-то из приносимого обезьянами.
      В то утро, часов в десять, появилось ощущение, что происходит что-то необычайное. Обезьяны вели себя очень возбужденно. Некоторые бросались вон, а уже через несколько секунд возвращались снова, оглашая воздух громкими криками. Рано утром бонобо номер один ушел, но пока еще не вернулся. Это само по себе было странно.
      – Секундочку, – произнес вдруг Кевин и поднял руки, предостерегая женщин от разговоров и шума. Медленно поворачивая голову из стороны в сторону, он внимательно вслушивался.
      – Что такое? – нетерпеливо спросила Мелани.
      – Показалось, будто голос слышал.
      – Человеческий голос? – вскинулась Кэндис.
      Кевин кивнул.
      – Тихо, я только что слышала его! – воскликнула Мелани.
      – Я тоже, – вторила ей Кэндис. – Убеждена, что это голос человека. Похоже, будто кто-то кричал: «Хорош».
      – Артур тоже услышал, – заметил Кевин. Они прозвали бонобо, который чаще всего стоял на страже возле ниши, Артуром просто так, чтобы хоть как-то отличать его от других. За долгие часы им удалось наладить что-то вроде диалога. Они сумели даже предположить значение некоторых слов и жестов, какими пользовались бонобо.
      Словарик, в каком они были уверены больше всего, включал в себя «арак», что означало «вон», «прочь», особенно если при этом растопыривались пальцы или руками делались широкие, как бы отталкивающие движения: такой же жест Кэндис наблюдала в операционной. Сюда же входили «хана» («тихо») и «зит» («иди»). Вполне были уверены они и в том, как обезьяны говорят «еда» и «вода»: звучало это соответственно «буми» и «карак». Вызывало сомнения слово «ста», которое сопровождалось вытягиванием рук с поднятыми вперед ладонями. Они полагали, что это, возможно, «ты».
      Артур стоя громко оповещал о чем-то немногих оставшихся в пещере бонобо. Те прислушались и мигом исчезли в отверстии пещеры.
      Следом Кевин и женщины услышали несколько ружейных хлопков: стреляли не из обычных ружей, а из пневматических. Спустя несколько минут в проеме входа в пещеру на фоне безоблачного светлого неба появились двое в комбинезонах центра животных. У одного в руках было ружье, у другого – сильный аккумуляторный фонарь.
      – Помогите! – заорала Мелани. Она отводила глаза от мощного луча света, но отчаянно махала обеими руками, делая все, чтобы пришедшие заметили ее.
      Раздался громкий хлопок, эхом прокатившийся под сводом пещеры. И тут же заныл Артур. С растерянным выражением на плоском лице он смотрел на стрелку с красным оперением, торчавшую у него в груди. Рука его поднялась, чтобы схватить ее, но бонобо зашатался. И, будто в кадрах замедленной съемки, осел на пол и повалился на бок.
      Кевин, Мелани и Кэндис, выскочив из своей лишенной запоров тюрьмы, попытались выпрямиться во весь рост. Это удалось не сразу. А когда удалось, укротители уже стояли на коленях возле бонобо и вводили животному дополнительную дозу успокоительного.
      – Бог мой, как же мы рады вас видеть! – причитала Мелани. Она держалась на ногах, упершись руками в каменные стены. На мгновение вся пещера пошла у нее кругом. Укротители поднялись с колен и направили яркий свет на женщин, а потом на Кевина. Бывшим пленникам пришлось защищать глаза.
      – Ну вы и извазюкались, – произнес человек с фонарем.
      – Я Кевин Маршалл, а это Мелани Беккет и Кэндис Брикманн.
      – Я знаю, кто вы такие, – уныло сказал укротитель. – Давайте выбираться из этого дерьма.
      Кевин и женщины с радостью последовали совету, неуклюже ковыляя к выходу, ноги у них были как ватные. Укротители шли за ними следом. Выбравшись из пещеры, трое друзей крепко зажмурились от яркого, слепящего солнечного света. Внизу у склона скалы стояли еще шестеро укротителей. Они ловко закатывали усыпленных бонобо в тростниковые циновки и грузили на прицеп, осторожно укладывая животных бок о бок.
      – Здесь, в этой пещере, еще один, – закричал стоявшим внизу человек с фонарем.
      – А вас двоих я знаю, – сказала Мелани, хорошенько рассмотрев вызволивших их людей. – Вы Дэйв Тернер, а вы Дарил Кристиан.
      Мужчины не обращали на Мелани внимания. Дэйв, более рослый, вытащил из чехла, висевшего на поясе, рацию. Дарил начал спускаться по огромным ступеням.
      – Тернер вызывает базу, – проговорил Дэйв в микрофон.
      – Слышу вас громко и четко, – донесся с другого конца голос Бертрама.
      – Мы взяли последних бонобо и заканчиваем погрузку, – доложил Дэйв.
      – Отличная работа, – похвалил Бертрам.
      – Мы нашли Кевина Маршалла и двух женщин в пещере, – сообщил Дэйв.
      – В каком состоянии? – поинтересовался Бертрам.
      – Все в дерьме, но так вроде живы-здоровы, – ответил Дэйв.
      – Дайте-ка мне эту штуку! – Мелани протянула руку к рации: ей почему-то вдруг не понравилось, что подчиненный говорит о ней столь уничижительно.
      Дэйв оттеснил женщину в сторонку и спросил в рацию:
      – Что мне с ними делать прикажете?
      Мелани уперла руки в бока. Она порядком рассердилась:
      – Как это понимать: «что мне с ними делать»?
      – Везите их в центр животных, – распорядился Бертрам. – Я поставлю в известность Зигфрида Шполлека. Уверен, ему захочется побеседовать с ними.
      – Десять-четыре, – закончил разговор Дэйв и выключил рацию.
      – Что означает такое обращение? – требовала ответа Мелани. – Нас здесь пленниками держали больше двух суток.
      Дэйв пожал плечами:
      – Мы всего лишь исполняем приказы, мэм. Похоже, вы трое сильно и не вовремя разозлили главную контору.
      – Что, скажите на милость, творится с этими бонобо? – спрашивал Кевин. Поначалу когда он увидел, чем занимаются укротители, то подумал, что все это предпринимается ради их спасения. Но чем больше он раздумывал, тем больше не понимал, зачем тогда животных грузят в прицеп.
      – Хорошая жизнь бонобо на острове – дело прошлое, – вздохнул Дэйв. – Они тут воевать пустились, друг дружку убивать стали. Мы четыре трупа нашли в доказательство, у всех головы проломлены заточенными камнями. Вот мы и засаживаем их в клетки у площадки для кормления, готовимся перевезти всех в центр животных. У них теперь там будут шестифутовые бетонные камеры на каждого, насколько мне известно.
      У Кевина рот открылся от изумления. Несмотря на голод и истощение, на ссадины и боль, он с глубокой печалью относился к этим несчастным созданиям, которые никого не просили ни создавать их, ни рождать на свет. Кому-то понадобилось неожиданно и своевольно обречь их на жизнь в однообразии заточения. Человеческому в них не суждено будет развиться, и поразительные их достижения тем самым окажутся утрачены.
      Дарил еще с тремя укротителями поднимались вверх с циновкой.
      Кевин обернулся и вгляделся в сумрак пещеры. В густой тени он различил профиль Артура возле ниши, в которой содержались Кевин и женщины. Слезы навернулись на глаза: Кевин представил себе, что почувствует Артур, когда, придя в себя, обнаружит, что заключен в стальной клетке.
      – Ладно, вы, трое, – обратился к ним Дэйв, – двигаем обратно. У вас есть силы пешком идти или хотите на прицепе проехаться?
      – А как вы прицеп передвигаете? – спросил Кевин.
      – Мы с собой на остров вездеход прихватили, – пояснил Дэйв.
      – Я пойду пешком, благодарю вас, – ледяным тоном проговорила Мелани.
      Кевин с Кэндис кивнули, соглашаясь с ней.
      – Мы, правда, ужасно голодны, – признался Кевин. – Обезьяны угощали нас только насекомыми, червяками и болотной травой.
      – У нас есть несколько плиток шоколада и кой-чего попить там, в ящичке на передке прицепа, – махнул рукой Дэйв.
      – Это просто превосходно, – обрадовался Кевин.
      Спуск по склону скалы был самой трудной частью путешествия. Когда ступили на плоскую землю, то зашагали увереннее, тем более что укротители расчистили путь для вездехода.
      Кевина поразило, как много успели сделать рабочие за такое короткое время. Когда он вышел на болотистую поляну южнее Лаго-Гиппо, то подумал, цело ли еще каноэ, упрятанное в зарослях тростника. И решил, что, видимо, цело: ни у кого не было повода отыскивать его.
      Кэндис воспряла духом, когда увидела покрытый землей бревенчатый мост, о чем тут же и поведала. Она все переживала, как им удастся перебраться через Рио-Дивизо.
      – А вы, ребята, времени зря не теряли, – одобрительно заметил Кевин.
      – Выхода у нас не было, – вздохнул Дэйв. – Велели отловить этих животных – чем скорее, тем лучше.
      Кевин, Мелани и Кэндис совсем выбились из сил на последней миле пути от моста через Рио-Дивизо до площадки для кормления. Это было особенно заметно, когда им пришлось сойти с просеки для вездехода и пропустить его вместе с последним прицепом, наполненным бонобо. Стоило им остановиться и постоять недолго, как сразу почувствовали: ноги будто свинцом налились.
      Все с облегчением вздохнули, выйдя из сумеречных джунглей на просвет заполненной суетой площадки для кормления. Там под палящим солнцем вкалывали еще с полдюжины рабочих в голубых комбинезонах. Они сноровисто выгружали бонобо из второго прицепа и помещали их в отдельные стальные клетки до того, как обезьяны приходили в себя.
      Клетки представляли собой стальные короба площадью четыре квадратных фута, в которых встать на ноги могли разве что детеныши обезьян. Воздух поступал и выходил из них только через прутья на дверцах. Закрывались клетки наклонной щеколдой, которая запиралась сбоку и до которой животное не могло дотянуться. Кевин разглядел во мраке клеток перепуганные лица нескольких бонобо.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30