Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Церковь в мире людей

ModernLib.Net / Религия / Кураев Андрей / Церковь в мире людей - Чтение (стр. 20)
Автор: Кураев Андрей
Жанр: Религия

 

 


Но этого не было никогда в истории Церкви. Каноны – это мечта Церкви о себе самой. Это Церковь, какой она хотела бы себя видеть. Это икона Церкви. И наивно было бы считать, что все канонические правила, принятые в разные столетия по разным поводам, есть инструкция, которую надо одновременно и полностью исполнять здесь и сейчас.

Нужен честный разговор о сложности нашей церковной жизни, о ее в ряде случаев просто запутанности (ведь есть канонические правила, просто взаимно исключающие одно другое).

Пока этого честного разговора не будет, наши люди будут беззащитны перед лицом псевдоправославных сектантов.

Мы уже привыкли к тому, что человек с Библией в руке обличающий наши якобы ереси – это сектант. Мы знаем, что связь между библейскими текстами и жизнью христианской Церкви не всегда прямолинейна, что порою священный текст взывает к нашему труду истолкования. Но как баптисты или "свидетели Иеговы" превращают Библию в источник антицерковных цитат, так и псевдоправославные ревнители ценят сборники церковных правил лишь как повод к обличению духовенства.

Им кажется, что они "просто" цитируют святоотеческие правила. Но это отнюдь не просто – ведь они по своему вкусу выбирают какие правила неприкасаемы, а на нарушение каких можно смотреть сквозь пальцы. Церковные правила, например, запрещают вкушать пищу за одним столом с еретиками[206]. Но разве при посещении точек «общепита» наши ревнители опрашивают посетителей об их отношении к религии? Зайдя в придорожную пельменную, анкетируют ли они ранее вошедших туда путников: «Атеисты тут есть? Мусульмане? Баптисты? Буддисты? Ну—ка, все вышли вон отсюда, а мне дайте двойную порцию!»?

Тогда почему себе они разрешают отступления от правил, ограждающих православных от общения с еретиками, но Патриарха неустанно честят за то, что когда—то он не счел нужным актуализировать аналогичное церковное правило, запрещающее молитвенное общение с католиками или лютеранами?

Вот это и есть самое трудное слово в богословии: "актуализация". Кто, как и по каким основанием может решать, что именно из огромного и разноречивого наследия церковных преданий, нужно вспомнить именно этому человеку и именно в этой его ситуации. Мнение, будто в Библии или у святых отцов мы найдем ответы на все вопросы, – это вполне баптистская и поверхностная установка. Это не так, потому что ни в Библии, ни у отцов нет ответа на самый главный вопросы: что мне, Ивану Петровичу Сидорову надо делать, завтра в 10 часов 25 минут?

У отцов надо учиться жизни во Христе. И тогда этот духовный опыт, который был у отцов, будет и в тебе и подскажет тебе, как действовать в новой ситуации. Именно этот неформальный критерий и называется у нас Преданием. Это некий вкус духовной жизни, церковной жизни. То, что у апостола Павла называется обновлением совести.

Как бывает правильно поставленный голос, бывает и правильно поставленная душа. Только такой человек не потеряется, читая Библию и творения святых отцов. А если он всюду видит просто огромное собрание бесконечных авторитетов, приказов, то рано или поздно у него произойдет короткое замыкание и в душе, и в голове. Один так советует, другой иначе – как понять, что относится именно ко мне и именно сейчас?

Ну вот, например, когда исполнять заповедь Христа о том, что если тебя ударили по одной щеке, подставь другую?

У нас были святые, которые буквально исполняли эти слова. В Церкви были святые, которые были "толстее" любого Толстого. "Пришли некогда разбойники в монастырь некоторого старца и сказали ему: мы пришли взять все, что есть в келье твоей. Он же сказал: что вам угодно, чада, то и берите. Итак они взяли все, что нашли в келье, – и отошли. Но забыли они только денежный кошелек, который там был сокрыт. Взявши его, старец погнался за ними, крича и говоря: чада! возьмите, что вы забыли в келье" (см. Древний Патерик 16,20).

Но Александр Невский, когда гнался за крестоносцами по льду Чудского озера, разве он им что—то подобное кричал? "Братья, остановитесь, вы сожгли мой Псков, зайдите еще и в Новгород, пожалуйста"…

Для меня одно из самых замечательных открытий прошлого года – это рассказ об одном тверском алтарнике. Этот пожилой уже человек, когда его начинают чем—то доставать, отбрехивается замечательной фразой: "Слушай дорогой, ты знаешь, я ведь в Церкви уже тридцать лет… Я ведь и убить могу". Для неофита—интеллигента, который воспитан на Бердяеве – это, конечно, кощунство, это невозможный ответ. А с моей точки зрения, ответ очень точный и остроумный. Этот человек просто и в самом деле долго живет в Церкви и поэтому знает, что и в Библии, и в церковной истории были прецеденты и для одного поведения, и для противоположного.

Одни святые подставляли щеку, другие святые же вынимали меч. Здесь нужно или обостренное совестное чувство или же хорошо церковно воспитанный разум, чтобы уметь различить – в каких случаях и как надо себя вести. Иногда уйти от драки будет грехом, особенно когда под угрозу поставлена жизнь или честь другого человека, такого, который сам себя защитить не сможет.

Я люблю Православие за его неплакатность, за то, что в нем очень часто совмещается вроде бы несовместимое. Мало придти в Церковь, надо уметь жить в Церкви.

Мир Православия сложен. Конечно, ответы у святых отцов и в Библии найти можно. Но где программа, с помощью которой их надо искать?

И даже если ответ у отцов есть, не всегда можно воспроизводить те аргументы, которые они высказывали в пользу верного вывода. Язык богословия – это неизбежно язык притчи. А с притчами бывает так, что в одной аудитории быстро и правильно поймут, в каком отношении и почему проведена была параллель и, поняв главное, не будут настаивать на буквальном тождестве частностей. А вот в восприятии других людей именно эти частности затмят собою то, что самому рассказчику казалось главным в его в притче.

Вот пример аргументации, которая когда—то защищала церковную веру, а теперь способна лишь отталкивать от нее людей. Блаж. Августин так поясняет необходимость греха и зла в общей гармонии Божьего мира: Если бы в обширном и великолепном здании кто—либо был, как статуя, прикреплен неподвижно в одном углу, – он не мог бы понять красоты целого здания. Так точно и солдат не в состоянии понять порядка целого строя, будучи ничтожнейшим в нем звеном. Если бы отдельные слоги и буквы в поэме обладали жизнью и сознанием, они, наверное, не поняли бы красоты поэмы, в которой все вместе они составляют гармонию. Так и мы, люди, самыми нашими грехами, сами того не зная, служим красоте мироздания и диссонанс нашего греха разрешается гармонии целого (О музыке 11,30; О книге Бытия против манихеев 1,16,25—26). В общем – "Молчать и держать равнение в строю!"…

Князь Евгений Трубецкой по этому поводу замечает, что порядок Августина – это холодный порядок казармы, а не любви. Это порядок, который пользуется людьми[207]. Современные люди скорее испугаются такого космического коммунизма. Вряд ли им понравится перспектива стать «колесиками и винтиками» той машины, в которую при таком стиле проповеди в их глазах превратится Церковь.

Так что не все из даже имеющихся у отцов ответов стоит сегодня использовать.

А кроме того, есть вопросы, на которые и ответов не найти. И тогда тем более необходимо обладать и даром логики формальной, и даром логики духовной, чтобы из тех заповедей, которые даны в Евангелии и у отцов, сотворить новый ответ на новый вопрос, который появился только в наше время. 

– И какие вопросы появились в последнее время, как Вы считаете, – из тех, о которых и не могли думать в первохристианские времена?

– Эвтаназия. Или проблемы так называемой биоэтики.

Еще нельзя забывать, что даже когда мы видим, что у святых отцов есть совершенно определенная позиция по какому—то вопросу, знаете, не всегда ей надо следовать, как это ни страшно звучит. Например, традиция церковная – это традиция безусловной лояльности к светской власти. Церковь никогда не протестовала против усиления крепостного рабства и вообще мало обращала внимания на ущемление гражданских прав людей… Означает ли это, что и мы сегодня тоже должны спокойно относиться к тому, что нас затаскивают в электронный концлагерь? Через социальные номера, новые паспорта, электронные документы и так далее.

В чем различие моей позиции по этому вопросу от позиции крайних ревнителей, которые уже, по сути, секту ИННэнистов создали?

Я—то замечаю, что если я высказываю свое несогласие с политикой государства по этому вопросу, то эта моя позиция нетрадиционна. Я помню, что святитель Игнатий Брянчанинов за год до отмены крепостного рабства в России писал статью в защиту крепостного права. Но просто я говорю, что капитан, который при любом ветре ставит одни и те же паруса, разобьет корабль. И то, что было спасительным и уместным сто лет назад, может оказаться губительным сегодня. Но поскольку я знаю, что это только мое несогласие, что это моя критика властей, а не Предание Церкви, поэтому эту свою позицию я представляю только как свою и не имею права выдать ее за позицию Церкви. И никогда это не делаю.

А вот наши эсхатоложники – люди богословски бескультурные, поэтому все, что хочет их левая пятка, они сходу выдают за "учение Церкви". К ним вполне приложимы слова о. Александра Шмемана – "Нашим новоявленным апокалиптикам невдомек, что, вопреки их собственным декларациям о верности истинному Православию, в духовном плане им гораздо ближе всякого рода экстремистские движения и секты, которыми изобилует панорама религиозной жизни современного запада, чем кафоличность православной традиции с ее трезвением, свободой от экзальтации, страха и любого редукционизма. Их позиция типична для пораженцев, неспособных встретить кризис лицом к лицу, разглядеть его истинное значение и поэтому просто раздавленных им и, подобно всем их предшественникам, замыкающихся в невратическом самочувствии лжеименного “избранного остатка”"[208].

– В Церкви и обществе сегодня присутствует такое эсхатологическое ожидание трагического конца мира. Вот, появился штрих—код с «числом зверя», вот идет перепись населения…

– Эти рассуждения по своему логичны. Ведь любой наш шаг – это шаг к могиле. Но из этого еще не следует, что единственное разрешенное рукоделие – это вышивание савана. Жизнь идет к концу, но еще не кончилась.

А насчет скорого конца света… Знаете, есть то, что мы не знаем от Бога. В том смысле, что наше незнание об этом даровано нам Богом[209]. Христос подарил нам не—знание о дате конца света. Не надо отрекаться от этого Христова дара и впадать в романтику мрачных и самозваных пророчеств.

Верить же близости конца или нет – зависит от настроя человека. Можно коллекционировать факты, убеждающие тебя в том, что настали последние времена. Это, кстати, любимое занятие сект. Вам наверняка знакомы "свидетели Иеговы" – сектанты, которые разносят по квартирам журналы "Сторожевая башня" и "Пробудись!" В конце журнала каждый раз идет речь о катастрофах, нагнетается ощущение, что все—все не так.

Ну, а если оторваться от журнала и поднять архивы? Катастроф сегодня много? Много. Больше, чем раньше? А вот это не совсем так. Самые значительные природные катастрофы случились на заре ХХ века. Почему же нам кажется, что становится хуже?

Первая причина этой иллюзии: растет плотность населения земного шара людьми. Раньше при каком—нибудь наводнении, цунами, или извержении вулкана гибло меньшее число людей, сейчас же в более населенных регионах и гибнет больше.

Второе: средства коммуникации другие. Одно дело – тысячу лет назад. Тогда человек жил в своей деревеньке и не знал, что происходит дальше радиуса в 50 километров. Сегодня же телевидение, газеты, интернет объединяют нас со всей планетой. И поэтому катастрофа, произошедшая где—нибудь в Южной Африке, тут же становится известной нам. Число природных катастроф не возрастает, но растет информационный вал, потому и кажется, будто все идет не так, все плохо.

Мы бессильны перед этим страшным миражом потому, что мы не любим Христа. Люди не умеют жить ради Христа и, видя эту свою немощь, мечтают о том, чтобы хотя бы умереть ради Него. Хотят ощущать себя жертвами (психология жертвы – это пассивная психология, это психология неумехи). И видеть всюду какие—то страшные угрозы.

"Эсхатоложники" всюду видят только зло – а потому и сами живут в страхе и сеять умеют только страхи и вражду. Скажите, вы много знаете храмов, где можно купить книгу о Христе? Про антихриста – запросто. По 10 книг на каждом церковном лотке, а про Христа – ни одной. Это уже наш диагноз.

Даже в официальном документе – в рекомендациях III миссионерского съезда – пришлось сказать: "Восстановление христоцентричности церковного сознания невозможно без осознания всеми прихожанами того, что христианство есть пребывание в Теле Христовом"[210]. Но если что—то «надо восстанавливать», значит это что—то разрушено, утрачено… Если в начале третьего тысячелетия христианской истории приходится призывать к «восстановлению христоцентричности церковного сознания», значит, отчего—то в этом сознании Христос оказался потеснен… Чем? – В том числе и страхами…

Кстати, важно помнить прошлые не только природные, но и церковные катастрофы. Есть один опасный стереотип в нашем церковном мышлении. Человек, когда входит в Церковь, знакомится с житиями святых, с семинарскими версиями истории Церкви. И возникает иллюзия, что вот раньше—то – что ни монах, то преподобный, что ни епископ, то святитель. А сегодня? "Оскуде преподобный", конец света настал. Чтобы таких иллюзий было поменьше – стоит помнить не только о светлых страницах церковной истории. Например – как святитель Василий Великий в IV веке описывал современную ему церковную жизнь: "Ты спрашиваешь меня, как обстоят дела в Церкви. Я отвечаю: в Церкви все обстоит так же, как и с моим телом – все болит и никакой надежды"[211].

Есть известный принцип: чтобы не разочаровываться, не надо очаровываться. Хочешь остаться в Церкви? Умей любить ее и в непогоду.

– Но ведь вроде бы уже начали восстанавливать Храм в Иерусалиме…

– Не надо верить слухам. Да, летом 2002 года была попытка заложить камень в фундамент "Третьего Храма" (первый построил Соломон, затем он был разрушен и восстановлен; в этот "второй Храм" и входил Христос, и снова он был разрушен в конце I века). И новость эта сразу пронеслась по православным интернет—страничкам и газетам. Но это только половина правды. Полная правда такова. Камень был положен не на месте старого храма, а на объездной дороге вокруг стен старого Иерусалима. Акция эта была предпринята не государственной израильской структурой, а группой экстремистов. Государство Израиль им запретило проводить такое мероприятие. Поэтому уже через полчаса на место событий приехала полиция, задержала организаторов, а сам камень увезла на свалку. Опасная вещь – полуправда.

Да, вот лишь одна из новостей на тему о том, как государство Израиль стреножит своих иудеев: "На Храмовой горе арестованы два израильтянина—еврея, намеревавшиеся совершить молитву. Как уже сообщалось, совершение религиозных обрядов иудеями запрещено условиями доступа на Храмовую гору, оговоренных с руководством мусульманского совета ВАКФ"[212].

Еще один подобный пример. В листовках по поводу ИНН постоянно твердят про то, что в Брюсселе находится главный компьютер Европы и зовется он "Зверь". Действительно, в Брюсселе в 1973 году было открыто 13—этажное здание с компьютером внутри под названием "Зверь". Это факт. Но есть другой факт. Это здание было взорвано в 1991 году[213]. По той причине, что оно было построено в 60—х годах по технологии с высоким применением асбеста, что запрещено современным экологическим законодательством. И только в наших листовках оно до сих пор существует и управляет всей Европой.

А иногда иннэнисты, наоборот, строят радужные миражи в своих изданиях. Любимая их стройплощадка – Греция. О жизни в Греции очень удобно врать – далеко она, Греция, и язык там неславянский – поди проверь! И потому можно выращивать под солнцем Эллады самую развесистую клюкву: мол, "при фотографировании нового греческого электронного паспорта—карточки в инфракрасных лучах на нем проступает число 666 и изображение некоего омерзительного чудовища – сатаны"[214] (не знаю, где найти источник инфракрасного излучения, а греческий паспорт в Москве наверняка есть у наместника афонского подворья; спрошенные же греки (православные) смеются, когда им рассказываешь об этой байке). Самая же распространенная иннэнистская ложь о Греции – это тезис о том, что Элладская Церковь тоже выступила против «нумерации» граждан. «Элладская Православная Церковь осудила принудительное навязывание ИНН с антихристовым кодом и отказалась от его принятия»[215].

На самом деле – вопреки заверению иннэнистов о том, будто "Православная Греция не приняла идентификацию"[216], что «Элладская Церковь добилась отмены обязательного присвоения личных номеров»[217], налоговые номера в Греции существуют еще с 60—х годов ХХ века. Называются они там АФМ (греки называют его «афими» (арифмос форолонкоу метроу); поначалу он выдавался на семью, затем стал индивидуальным). Есть эти номера и у всех приходов и всех монастырей (в том числе афонских), есть они и у всех граждан Греции (в число коих входят и монахи русского монастыря на Афоне[218]). Вот лежит передо мной билет на паром, который везет монахов и паломников к Афонской горе из Уранополиса. Корабль – «Аксион эстин» («Достойно есть»), принадлежит Киноту Святой Горы. И на билете рядом с названием кампании (Агиоритикес граммес) стоит этот самый АФМ – 099645097. Вообще ни один документ Элладского Синода просто не упоминает о пресловутых «номерах». Протест Греческой Церкви не против налоговых номеров, а против тоталитарной опасности электронного концлагеря и против использования сатанинской символики на государственных документах. И то другое справедливо и уместно – вот только последнее не вполне доказано…

Конечно, иннэнисты не заметят и опровержения еще одного своего любимого слуха – о том, что в США правительство уже навязывает людям вживление микрочипов…

"Идея вживления под кожу идентификационной микросхемы, содержащей сведения о здоровье и банковском счете ее носителя, на деле оказалась мыльным пузырем. Реальное применение она нашла лишь в одном из ночных клубов Барселоны, для посетителей которого микрочип под кожей заменил традиционный штампик на руке. Самое серьезное фиаско выпало на долю компании Applied Digital Solutions, разработавшей в конце прошлого столетия микросхему VeriChip для вживления под кожу человека. VeriChip с личными биографическими и медицинскими данными, размером всего с рисовое зерно, быстро и безболезненно вводится под кожу пациента (пользователя?). Эта разработка в свое время казалась небесперспективной. Компания выпустила акции на фондовый рынок и в считанные дни увеличила капитализацию вдвое – с помощью много писавшей о VeriChip прессе. К тому моменту, когда американская Администрация по контролю над пищевыми продуктами и медикаментами (FDA) начала тестирование продукта, акции компании взлетели до небес – $160 за штуку. Обвал последовал после того, как FDA запретила использование микрочипа в медицинских целях. На остальных направлениях (использование VeriChip в качестве средства платежа и идентификационного удостоверения личности) развитие технологии застопорилось из—за проблем с защитой размещаемых на микрочипе персональных данных. Акции ADS упали до $2 за штуку. Сегодня в компании поняли, что технология радиочастотной идентификации не сможет претендовать на использование в качестве глобального идентификационного средства, и решили изменить позиционирование своего продукта. Сегодня микрочипы VeriChip вживляются посетителям одного из испанских ночных клубов для оплаты прохода и напитков в баре заведения"[219].

"Сразу вслед за презентацией изобретения чиновники из FDA (Food and Drug Administration, Управление по контролю за продуктами и лекарствами США) всерьез обеспокоились происшедшим. FDA утверждает, что ответ на электронное письмо из Applied Digital Solutions, в котором содержалась просьба благословить VeriChip на массовые продажи, был совершенно определенным. То есть компания вправе предлагать на рынке свое изделие, если только это не предполагает, Во-первых, хранение в памяти чипа медицинской информации и, Во-вторых, если чип не будет использоваться для связи с базами медицинских данных. В противном случае VeriChip должно пройти крайне непростую – т.к. устройство не имеет аналогов – процедуру сертификации. Теперь если FDA признает VeriChip медицинским прибором (а именно к этому идет дело), компания Applied Digital Solutions будет обвинена в нарушении закона. Это грозит $1 млн штрафа. А у компании и без того серьезные финансовые проблемы. Разработка VeriChip осуществлялась на $83.2 млн., взятых в долг у IBM. Сроки погашения кредита уже прошли, и новое соглашение предусматривает выплату 17% годовых. К 28 февраля будущего года Applied Digital Solutions должна вернуть 40% кредита плюс $14.45 млн. в виде процентов. Компания выпустила свои акции в 1996 году, но с тех пор так и не получила прибыли. В день, когда пришло сообщение о начале расследования FDA, капитализация производителя скандального чипа уменьшилась на 50%. А в настоящее время, как сообщает techtv.com, на бирже Nasdaq и вовсе остановлены операции с акциями этой компании"[220].

А ведь сегодня надо быть очень осторожным и не давать ход недостоверным слухам – уж слишком много желающих подловить нас на неосторожном слове. "Многие православные христиане не любят мобильные телефоны и считают, что они от дьявола, – заявил Евгений Ициксон, генеральный директор аналитической фирмы "Сотовик". – С точки зрения нормального человека эту меру трудно понять"[221]. Вообще—то «с точки зрения нормального человека» трудно представить – как можно приписывать такую глупость народу той страны, где ты живешь… Но ведь не сам Ициксон придумал эту сплетню – где—то он ее все же услышал.

– А стоит ли читать модную «молитву задержания»? В молитвословах, изданных Патриархией, ее нет, но множество листовок призывает с помощью этой молитвы задержать приход антихриста.

– Я приведу суждение преп. Феодора Студита о сроке приходе Христа (хронологически приход антихриста и пришествия Христа тесно связаны друг с другом), а вы уж сами решайте, следовать совету святого отца или нашептыванию. листовки. "Он не поспешит, хотя бы мы и молились об ускорении, и не замедлит, хотя бы мы умоляли о том, но придет тогда, когда это полезно по праведному суду Бога, определившему все прежде сложения мира"[222].

– Как в таком случае Вы относитесь к деятельности современных православных братств, выражающих свой протест против тех или иных действий власти крестными ходами и молитвенными стояниями?

– Если люди отстаивают свои права (например, право жить со своим именем, а не под лагерным номером) политическим и правовым путем – я только за. Плохо, когда сугубо светским вещам пробуют придавать богословское измерение. Еще хуже, когда одни христиане начинают осуждать других христиан за то, что их позиция по этим не—церковным вопросам оказывается иной.

Та же компьютерная нумерация людей – это несомненный шаг на пути к "Матрице". Гражданская свобода людей в обществе тотального компьютерного контроля действительно окажется умалена[223]. Но гражданская свобода и духовная свобода – не одно и то же. Нет церковной заповеди «христиане, уходите от слежки, не оставляйте следов». Не надо путать законы уголовного мира и церковной жизни. Если кто—то будет следить за мною, то это будет его грех, а не мой.

В советские времена, когда мы приходили на исповедь, ну не начинали мы исповедь словами: "Батюшка, я тяжко согрешил, я по дороге в храм сегодня от "хвоста" не оторвался!". Мы знали, что за нами следят. Но не слышали мы о том, что долга христианина состоит в том, чтобы уходить от слежки. Не надо начинать Великий пост с того, чтобы проходить с электролокаторами и обнаруживать "жучки" в своей квартире.

Да, под вездесущим глазом видеокамеры труднее будет спрятать свою веру и молитву от надзирателя. Но разве христианин должен прятать свою веру? Именно во время последней битвы никакие прятки неуместны. Тут уж "да будет слово ваше: да, да; нет, нет; а что сверх этого, то от лукавого" (Мф. 5, 37).

Антихриста еще нет рядом с нами (а, значит, нет и его печати). А вот Христос всегда рядом. Так что надо строить свою духовную жизнь не на убегании от фантома антихриста, а на прибегании ко Христу. По—моему, тут все просто: ты стань Божьим, а Бог своих не выдаст.

Почитаемый афонский румынский духовник Порфирий Байрактарь (сказано в 1991 г.) "однажды сказал мне: Отец Афанасий, я слеп, глаза мои уже ничего не видят. Но духовные глаза видят еще достаточно хорошо. До отхода моего как хотел бы я знать, что думает отец Эмилиан о 666 и антихристе! – И я ответил: Отец Эмилиан говорил еще в 1986 году, когда люди были встревожены Чернобылем (а находился от тогда недалеко от Афин и люди постоянно спрашивали его, пришел ли антихрист и что значит 666): "Не беспокойтесь. Мы должны заботиться о нашей связи со Христом, а антихристу не придавать слишком большое значение. Иначе он станет центром нашей жизни, а не Христос". Отец Порфирий всплеснул руками и воскликнул: "Слава Тебе, Господи, что я нашел духовного сына, который согласен со мной. Смотри, дитя мое, что сделали эти духовники здесь в мире! Смутили души, создали такие проблемы в семьях и на приходах с этим 666! Что это? Христос не желает таких вещей, дитя мое! И знаешь что? Для нас, христиан, когда мы живем во Христе, вообще не существует антихрист. Ну скажи мне, ты можешь сесть на эту кровать, где сижу я? – Нет, отче. – А почему так? – Потому что я бы тогда сел бы на вас и придавил. – А когда ты мог бы сесть здесь, на моем месте? – Только если бы вы ушли. – Вот! Так происходит и с душой. Когда Христос обретается внутри нас, как же там может быть антихрист? Но мы сегодня, дитя мое, не имеем Христа в себе и оттого боимся антихриста… Скажи, как приехал Патриарх Димитрий в Афины? – Самолетом. – Я не об этом. Какой документ был при нем? – Паспорт. – Греческий или турецкий? – Не знаю. – Как не знаешь? У него турецкий паспорт[224]! А что является национальным символом Турции? – Не знаю, отче! – Как же так? Турецкий символ это полумесяц! А что говорили отцы нашей Церкви об этом полумесяце после появления Магомета? – Я и этого не знаю, отче! – Ох, отберу я сейчас твой диплом и порву на части. Что жы ты за богослов такой? – пошутил Старец. – Вижу, что Ваше преподобие имеет этот диплом! – Да, в сердце. Потому что полумесяц это символ антихриста. Но если полумесяц есть антихристов знак, а наш Патриарх имеет на паспорте этот символ, значит ли это, что Патриарх стал служителем антихриста? Нет, дитя мое. Ни в коем случае! Ум Христа не поврежден, не то что у нас, у людей, верящих, будто мы «защищаем права». Так и скажи отцам и людям: не бойтесь ни антихриста, ни трех шестерок!"[225].

– Были ли в истории еще подобные деструктивные явления, как истерики вокруг ИНН?

– Думаю, что в предыдущие столетия не было и не могло быть по той причине, что все—таки была симфония Церкви и власти, была цензура и с той, и с другой стороны. А поэтому и архиереи, и обер—прокурор Синода тормозили фольклорные страхи, и благодаря этому Церковь могла спокойно жить. Наша ситуация больше похожа на до—цензурную эпоху истории Церкви, – II—III века. Одна за другой тогда рождались ереси и говорили о себе то же, что современные "ревнители" – "мы (гностики) особо духовны, а эти чинуши—архиереи ничего не понимают, мы особо просвещенные, у нас свои откровения, свои пророки, и мы по ним будем жить". Это многих людей смущало, потому что и в Церкви еще не была ясных центров консолидации и контроля, не было и государственного стержня, который мог бы объединить. Все как сейчас…

– Что можно этому противопоставить? Активизировать прещения?

– А вы помните, как католики остановили волну Реформации? Созданием ордена иезуитов. Иезуиты работали, прежде всего, в сфере образования. Эпоха Контрреформации – время расцвета различных массовых орденов, которые дают, Во-первых, примеры повседневной социальной работы Церкви: помощь больным, страждущим. Во-вторых, в рамках этих движений миряне не только получали что—то от Церкви, но и сами активно трудились в ее проектах. Развивались массовые полумирянские движения, которые давали возможность мирянам сделать что—то самим в Церкви во имя своей веры.

Я думаю, что противостоять нашим псевдоцерковным пужателям нужно по двум направлениям. Первое – усиление церковной дисциплины: и канонической, и иерархической, и богословской. И второе – создание возможности для того, чтобы голос самих мирян мог бы звучать в Церкви. Речь о том, чтобы на приходском уровне создавались возможности для активной работы людей во имя Христовой веры. У нас сегодня предлагается во имя Христа только полы в храме подметать. Нужен более широкий веер церковных послушаний. В том числе педагогические, миссионерские и так далее.

– Вы полагаете, что здесь важны не прещения прежде всего, не наказания – а разъяснение, то есть миссионерство среди тех, кто сегодня, может быть, и сам не понимает, во что он ввязывается?

– Я как раз полагаю, что необходимы и прещение, и миссионерство. И еще очень важно отделить миссионерство от чуда. В византийские времена общим было убеждение, что апостольство есть чудо, что успех миссии зависит лишь от воли Божией.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34