Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Всем сердцем

ModernLib.Net / Сентиментальный роман / Мэтьюз Патриция / Всем сердцем - Чтение (стр. 13)
Автор: Мэтьюз Патриция
Жанр: Сентиментальный роман

 

 


      Увидев Серену, она заторопилась к ней.
      – Вы родственница? Жена? – хриплым шепотом спросила она.
      Серена кивнула.
      – Хорошо. Очень хорошо, милая. – Женщина улыбнулась. – К бедняге никто не приходил, кроме двух китайцев. Ему повезло, что он остался в живых. Но он еще долго не встанет на ноги. Доктор сказал – пуля попала в легкое. Думаю, если вы будете рядом, он пойдет на поправку быстрее. – Она похлопала ее по руке. – Я оставляю вас одних, милая. Он просыпается время от времени. Иногда он понимает, что происходит, но иногда кажется, что совершенно не помнит, что с ним случилось.
      Женщина торопливо вышла, а Серена присела на стул. Она сидела тихо, сложив руки на коленях. Ее охватило отчаяние. Это по ее вине Даррел был на волосок от гибели! Она сама попросилась под его защиту, прекрасно зная, что кто-то неизвестный решительно желает ее смерти. Девушка закрыла глаза и впервые за долгое время начала молиться. Она просила Бога, чтобы Даррел остался жив.
      Наклонившись, она взяла его руку, лежавшую поверх одеяла:
      – Милый! Я так рада... Как ты себя чувствуешь?
      – Слабым, как котенок, – тень былой усмешки скользнула по его губам, – но живым. По крайней мере я предполагаю, что жив, хотя, может, я уже на небесах, а ты один из ангелов.
      – Я не ангел, Даррел, – рассмеялась она, – и ты действительно жив.
      – Это хорошо. Никогда не думал, что попаду на небеса. Долго я уже здесь?
      – Несколько дней. Скоро будет неделя.
      – А я и не знал, что так давно. Помню людей в черном, я пристрелил одного, но потом в меня попала пуля. А потом почти ничего не помню. Только какие-то обрывки, меня спрашивают, я отвечаю... Какой-то дурацкий доктор сказал, что я страшно удачлив – обычно при таких ранениях не выживают.
      – Даррел, а тебе можно говорить так много?
      – Да, черт побери! Ты первый человек здесь, с которым я говорю, потому что действительно хочу разговаривать! – Его голос окреп. – Мне хотелось бы знать, что произошло после того, как я потерял сознание. Все нормально?
      Она заколебалась, затем медленно проговорила:
      – Долгая история, Даррел. И я думаю, не стоит ее тебе сейчас рассказывать.
      – Но все хорошо? – Он попытался поймать ее взгляд.
      – Со мной все прекрасно. – Она принужденно засмеялась. – Разве по мне не видно?
      – Ну... и да и нет. Ты выглядишь... немного другой.
      – Просто ты болен, милый. Когда поправишься, увидишь, что со мной ничего страшного не произошло.
      Серена не выпускала его руки, пока не заметила, что его дыхание выровнялось и он погрузился в глубокий сон. Она осторожно отняла руку, наклонилась и легко поцеловала его в щеку. Потом неслышно вышла из комнаты.
      В коридоре ее ждали двое мужчин, которых она заметила раньше.
      – Серена Фостер?
      Серена поняла, что сейчас произойдет. Собравшись с силами, она недрогнувшим голосом ответила:
      – Да, это я.
      – Мы из Агентства Пинкертона и должны арестовать вас и препроводить в Вирджиния-Сити, где вы предстанете перед судом по обвинению в убийстве.
      Тан Пин, стоявшая рядом, горестно вздохнула.
      – Хорошо, джентльмены. Могу я попрощаться с моей подругой? – сказала Серена.
      Мужчины обменялись взглядами, затем немного отошли и стали поодаль, не спуская с девушки пристальных взглядов.
      – Я поеду с тобой, Серена, – сказала Тан Пин.
      – Нет, Тан Пин! Ты ничем не сможешь мне помочь. А они могут арестовать и тебя, если ты попытаешься помочь мне бежать. Ведь здесь у тебя много дел. Нужно заботиться о Шу Тао. А потом вам обоим придется заботиться о Дарреле и присматривать за ним, когда он вернется домой. Он еще не скоро поправится.
      Серена крепко поцеловала ее, они обнялись.
      – Спасибо тебе и Шу Тао за все! Прощай, милая Тан Пин!
      С этими словами девушка повернулась и направилась к ждущим ее детективам.
      – Я готова следовать за вами, джентльмены, – твердым голосом произнесла она.

Глава 18

      Серена оставалась в Сан-Франциско еще три дня. Все это время она провела взаперти в номере одной из гостиниц в центре города. Время от времени ей приносили еду. Сменяя друг друга, детективы постоянно караулили номер.
      На второй день у одного из них, по имени Гарри Симмс, она спросила:
      – Почему, меня держат в заключении здесь? Он улыбнулся, но без неприязни.
      – А вы бы предпочли тюремную камеру, мисс Фостер?
      – Разумеется, нет! – огрызнулась она. – Но я полагала, меня отвезут обратно, в Вирджиния-Сити?
      – Спешите быть повешенной? О, простите... – Он сделал извиняющийся жест. – Не пристало так выражаться. Я вовсе не это имел в виду. Мы телеграфировали о вашей поимке в Вирджиния-Сити и теперь ждем, пока придет ответ.
      – Но я полагала, что вы представители закона, – удивленно сказала она.
      – Не совсем, мэм. Детективов обычно нанимают частные лица или иногда компании.
      – А кто вас нанял?
      – Простите, мэм, – он покачал головой, – это секретная информация.
      Серена терялась в догадках. Кому могло понадобиться нанимать частных детективов, чтобы вернуть ее в Вирджиния-Сити? Какие-то родственники Мадлен? Но Серена вспомнила, что кто-то, то ли судья, то ли сама Мадлен, упоминал, что у нее не осталось никаких родственников...
      На третий день они покинули Сан-Франциско в дилижансе, направлявшемся в Вирджиния-Сити.
      Серена сидела между двумя сыщиками. Она была рада, что ей не стали надевать наручники. Таким образом, для остальных пассажиров они выглядели троицей друзей, путешествующих вместе. Чтобы развеять скуку, пассажиры время от времени затевали разговор. Если кто-нибудь обращался к Серене или к молчаливому сыщику, отвечал всегда Гарри Симмс, коротко и недружелюбно. И вскоре на них перестали обращать внимание. Серена наконец узнала, что значит путешествовать в дилижансах. Да, снаружи экипаж выглядел очень изящно, но находиться в нем в качестве пассажира было удовольствием не из приятных. В дилижансе помещалось восемь пассажиров – четверо напротив четверых. Сиденья были жесткие и через несколько часов девушке стало казаться, что она едет на голых досках. Двое кучеров менялись каждые четыре часа. Они ехали очень быстро, и после каждого ухаба или рытвины пассажиров подбрасывало и даже кидало друг на друга. По равнине кучера гнали так, что кружилась голова. Когда они наконец остановились перед почтовой станцией сменить лошадей, с четверки коней на землю падали клочья пены. Они почти не задерживались на почтовых станциях – только для принятия пищи дважды в день.
      Это расстроило Серену. Она думала, что они смогут останавливаться там на ночь. На некоторых станциях действительно имелись комнаты для ночлега, но дилижанс, меняя пассажиров, не останавливался ни днем, ни ночью.
      – Господи, мы что, поедем до Вирджиния-Сити, ни разу не остановившись на ночь? – спросила она у Гарри Симмса.
      – Боюсь, что так, мэм.
      – Но почему?
      – Ничего не поделаешь, мисс Фостер. Одной из причин, почему мы так долго оставались в Сан-Франциско, было то, что в экипажах очень сложно найти сразу три свободных места. Если мы остановимся на ночь, этот дилижанс уедет, а в следующем нам вряд ли удастся найти места. – Он покачал головой. – Простите, мэм. Боюсь, вам придется потерпеть...
      В полудне пути от Плэйсервилла снаружи раздался какой-то странный шум. Началась суматоха, и дилижанс остановился. Дремавшая Серена проснулась. За громкими разговорами соседей нельзя было расслышать, что происходит.
      Внезапно дверь распахнулась, и они увидели человека в маске с ружьем в руках. Он приказал всем пассажирам выйти.
      – Господи, ограбление, – с отвращением проговорил Гарри Симмс. – Как не вовремя!
      Он быстро потянулся к кобуре, но замер, увидев перед собой дуло ружья. Он пожал плечами и выбрался из экипажа вслед за остальными.
      Четверо верховых и двое пеших грабителей, лица которых были скрыты под масками, разоружили пассажиров и кучеров, и теперь на земле высилась груда пистолетов. Затем выстроили всех в линию вдоль дилижанса, но обыскивать в поисках спрятанного оружия не стали.
      Один из бандитов – это был высокий могучий мужчина – подошел к Серене, взял ее за руку и знаком приказал ей сесть на лошадь. В этот момент девушка поняла сразу две вещи. Во-первых, грабители за все время не произнесли ни единого слова. И во-вторых, они не были грабителями, им нужна была она!
      Мужчина помог ей забраться в седло, вскочил на коня, взмахнул рукой, и семь лошадей галопом понеслись по дороге вслед за дилижансом. После первого поворота предводитель снова махнул, и всадники побросали отобранное оружие на землю посреди дороги.
      Еще милю они ехали быстрой рысью, потом свернули в небольшое узкое ущелье, продвигаясь гуськом, девушка в середине. Она до сих пор не совсем пришла в себя после неожиданного освобождения и с трудом держалась в седле. Да еще ветки кустарника хлестали ее по рукам и лицу. После часа езды они наконец выехали из ущелья на горный луг с небольшим ручьем. Здесь всадники спешились и напоили лошадей. Один за другим похитители снимали маски. Она в изумлении переводила взгляд с одного на другого. Все они оказались китайцами! Последним снял маску предводитель. Серена уже обо всем догадалась.
      – Милый Шу Тао! – Она привстала на цыпочки и поцеловала его.
      Юноша покраснел и смущенно потупил взгляд. Затем оглянулся на своих спутников. Их лица были непроницаемы, хотя девушка была уверена, что все они тихо посмеиваются про себя.
      – Шу Тао, – спросила она, – тебя послал за мной Даррел?
      Китаец энергично кивнул.
      Брэд Страйкер пристально смотрел на человека, сидевшего напротив него за столом.
      – Так, значит, после всех тревог и беспокойств, не говоря уже о деньгах, которые я заплатил вашему агентству, вы упустили ее?
      – Прошу прощения, мистер Страйкер. – Гарри Симмс пожал плечами. – Они застали нас врасплох. Их было гораздо больше, и они были вооружены. Кроме того, до последнего момента мы были уверены, что это просто ограбление. Вы же знаете, как часто грабят дилижансы под Плэйсервиллом.
      – Проклятие, почему вы не догнали их потом? – Страйкер был в бешенстве. Все его надежды рушились.
      – Каким образом? Нам полдня понадобилось, только чтобы добраться до ближайшей почтовой станции, где можно было нанять лошадей. А к этому времени, черт побери, они могли оказаться уже где угодно!
      – Господи Иисусе! Что же за невезение! – Страйкер схватил со стола бутылку виски и отхлебнул из горлышка, даже не предложив детективу. Затем он наклонился к нему через стол: – А теперь слушай меня внимательно. Вы уберетесь из Вирджиния-Сити с первым же дилижансом на Сан-Франциско. И если вы проболтаетесь, я вас из-под земли достану и придушу. Понятно? Прочь убирайся с моих глаз!
      Когда Гарри Симмс вышел, Страйкер выпил еще немного виски и сосредоточился. Итак, предчувствие не обманывало его. Когда он получил от Ли По телеграмму, что Серена Фостер находится у него, первой мыслью Страйкера было послать группу верных людей, чтобы они увезли ее из Сан-Франциско и по дороге в Вирджиния-Сити избавились от нее. Тем более что Страйкер был практически уверен, что ее все равно повесят. Слишком серьезными были улики.
      Но он все же телеграфировал в Агентство Пинкертона в Сан-Франциско, чтобы двое детективов отправились к Ли По и, арестовав Серену, препроводили ее в Вирджиния-Сити. Скоро он получил ответ и с изумлением узнал, что Ли По мертв, а Серены Фостер в его доме нет. Но почти сразу же он получил вторую телеграмму. Детективы выяснили, что девушка жила с Даррелом Квиком, который в тяжелом состоянии находится в больнице. Они подкараулили ее там и арестовали. Страйкер немедленно телеграфировал им, приказывая выехать в Вирджиния-Сити как можно быстрее.
      Страйкер ликовал. Все сложилось очень удачно – девчонку нашел, Ли По мертв, и не надо платить ему десять тысяч, Даррел Квик, так оскорбивший его в салуне «Серебряный доллар», лежит тяжело раненный и, возможно, тоже отправится к праотцам.
      А теперь все его надежды развеялись как дым и положение дел хуже прежнего. Он был почти уверен, что сыщики будут молчать. Но то, что Серена Фостер жива, скрыть не удастся. Скоро слухи об этом облетят весь город.
      Спенсер Хард отнесся к новостям о Серене двойственно. С одной стороны, он был, безусловно, рад, что она жива. Он побаивался, что ее убили, но в очередной раз она ускользнула от цепких лап закона! И это его немного беспокоило. Теперь все еще больше утвердились во мнении, что именно она убила Мадлен. В городе очень немногие верили в ее невиновность. Если она вернется и предстанет перед судом, сможет ли он добиться ее оправдания? Шансов на успех было мало. Он решил, что будет защищать ее сам. Хард уже занимался делами клиентов, против которых имелись такие же неопровержимые улики, как против Серены. И выигрывал эти дела, добиваясь оправдания для своих подзащитных.
      – Что вас рассмешило, судья?
      При звуке знакомого голоса адвокат чуть не поперхнулся сигарным дымом. Он помахал рукой перед глазами, разгоняя дым, и в изумлении взглянул на открытую, как обычно, дверь.
      В дверном проеме, улыбаясь, стояла Серена.
      – Боже всемогущий! Девочка! Меня чуть удар не хватил!
      Он встал и обошел стол. Серена подошла к нему, и он заключил ее в крепкие объятия, так что у девушки чуть не затрещали кости.
      – Вы даже.не представляете, как я рада видеть вас снова, судья, – пробормотала она.
      – Ну, рассказывай, что с тобой приключилось, пока я не скончался на месте от любопытства. Или, может, ты слишком устала и желаешь для начала глоток чего-нибудь освежающего?
      – Нет, спасибо. Мне так много вам надо рассказать. Я даже не знаю, с чего начать.
      – Ты можешь начать с того, как оказалась здесь. Город взбудоражен историей о том, как тебя похитили из дилижанса. Как это случилось, и почему ты приехала сюда?
      – Мое спасение было спланировано Даррелом и Шу Тао. А, да, вы же не знаете Шу Тао. Это молодой китаец. Я еще расскажу о нем...
      – О Шу Тао я действительно ничего не знаю, зато я прекрасно знаком с Даррелом Квиком, если ты имеешь в виду его. А он-то как оказался замешан в этом?
      – Да, Даррел рассказывал, что беседовал с вами. Сейчас он лежит в больнице в Сан-Франциско, потому что был ранен, пытаясь защитить меня.
      – Это печальная новость. Он пытался защитить тебя? – повторил судья. – Но от кого?
      – Долгая история. Сначала вы хотели услышать о моем освобождении.
      – Да, прошу прощения. Рассказывай, как тебе кажется нужным, дорогая. – Хард наклонился над столом и приготовился внимательно слушать.
      – В общем, Даррел послал Шу Тао с несколькими друзьями инсценировать налет на дилижанс и выручить меня. Все прошло без сучка и задоринки. Они похитили меня, и мы скрылись в горах. Но Даррел рассчитывал, что Шу Тао привезет меня обратно в Сан-Франциско.
      Ну и... я отказалась! Мне надоело скрываться. Я решила, что пришло время предстать перед моими обвинителями, чтобы так или иначе разрешить ситуацию. Так что я отослала Шу Тао с друзьями обратно в Сан-Франциско, а сама поспешила прямиком сюда. – Она замолчала и умоляюще посмотрела на Харда. – Судья, я правильно сделала, что вернулась?
      Вопрос застал его врасплох. Он начал отвечать, потом замолчал. Подумал, снова заговорил и вновь оборвал себя. Наконец, увидев, что девушка встревожилась, он развел руками:
      – Серена, давай поговорим об этом позднее, когда я услышу всю твою историю. Все это слишком неожиданно. – Он попытался успокаивающе улыбнуться. – Знаешь, мы, юристы, очень любим тянуть и откладывать.
      Но Серену этот ответ не устроил, и она переспросила снова.
      – Вот что я тебе скажу, – адвокат посмотрел в окно, – сейчас я не могу понять этого сам. Давай пойдем куда-нибудь, позавтракаем, может, пропустим по стаканчику. Ты отдохнешь немного с дороги, потом и поговорим. У тебя есть во что переодеться?
      – Нет. Расставшись с Шу Тао, я добралась до первой почтовой станции и купила место в дилижансе. На это ушли почти все мои деньги. – Она грустно улыбнулась. – Я оставляла здесь сундук с вещами у миссис Тэйлор.
      Хард кивнул:
      – Да, знаю, она пришла ко мне и потребовала, чтобы я забрал их. Я переправил их в «Рай».
      – Что сейчас с «Раем»? Он пустует?
      – Почти. Там живет Фокси Паркс. Я плачу ему небольшое жалованье, чтобы он присматривал за домом.
      – Может, отправимся туда? Адвокат заколебался.
      – Ты уверена, что это не будет тебе в тягость? Я имею в виду... ну, там была убита Мадлен... и вообще...
      – Почему мне это должно быть в тягость? – с горячностью возразила она. – Судья, я не убивала Мадлен, если вы об этом...
      Но он уже замахал руками:
      – Нет-нет, Серена, я вовсе не это имел в виду. В этом я как раз никогда и не сомневался. Только нам нужно пробраться туда как можно незаметнее. Я не хочу, чтобы в городе узнали, что ты здесь, пока мы не придумаем, как будем действовать дальше.
      До «Рая» они добрались без хлопот, не встретив по пути ни единой живой души. Дом почти не изменился. Только табличка отсутствовала. В двух комнатах горел свет. Судья поднялся по ступенькам на веранду, по старой привычке толкнул кресло-качалку и вынул ключ из кармана. Он негромко постучал в дверь и крикнул:
      – Фокси! Не пугайся, это я, Спенсер Хард! Затем он открыл дверь.
      – Мы поступим так. Фокси – прекрасный повар. Пока ты будешь умываться и переодеваться, он быстренько состряпает нам обед.
      Переступая порог дома, где была убита Мадлен, Серена почувствовала легкую тревогу. Нет, она не верила в призраки. Собравшись с силами и отбросив страх, Серена последовала за судьей. Теперь это ее дом.
      К ним, прихрамывая, подошел лысый человек лет шестидесяти, с резкими чертами лица и выцветшими голубыми глазами.
      – Фокси Паркс. А это Серена Фостер, новая хозяйка дома.
      – Она откроет «Рай» снова? – ворчливо спросил Фокси.
      – Нет, Фокси, я просто собираюсь пожить здесь... – Серена протянула ему руку. – И я благодарна тебе за то, что ты присматривал за домом все это время.
      – Приличный дом – вот что здесь должно быть. Всегда так думал, даже когда здесь был бордель... простите, мэм. А работал я здесь, потому что больше нигде работы не было. И Хетти Фостер была очень приличной женщиной.
      – Согласна, – серьезно ответила девушка. – Хетти была моей тетей.
      Фокси улыбнулся, обнажив желтоватые зубы:
      – Верно, как это я запамятовал? Вы же ее племянница! Добро пожаловать домой, мисс Серена!
      – Мы умираем от голода, Фокси, – проговорил Хард. – Может, ты попотчуешь нас мясом со своей фирменной подливкой?
      – Сию минуту, судья. Спешу, спешу.
      Когда Фокси скрылся на кухне, судья, улыбаясь, обратился к Серене:
      – Думаю, ты завоевала его сердце, дорогая.
      – Вы говорили, тетя Хетти наняла его как вышибалу? И как он справлялся с этой работой?
      Хард засмеялся:
      – Он гораздо крепче, чем кажется. И до сих пор прекрасно владеет оружием. Он долгое время был охотником. Но рана на ноге и возраст в конце концов заставили его оставить это занятие и найти другую работу. За стойкой бара у него лежал бильярдный кий. И если кто-то начинал склочничать, то получал этим кием по голове... Серена, твоя одежда в комнате Хетти, в том конце коридора, – сказал он. – Это единственная спальня на первом этаже.
      Серена хотела спросить, занимала ли Мадлен эту комнату после смерти Хетти, но сдержалась. Она просто кивнула и пошла переодеваться.
      – Я буду ждать тебя в гостиной, – негромко сказал ей вслед Спенсер Хард.
      Он подождал, пока за девушкой не закрылась дверь, и прошел в гостиную. Здесь было чисто и ни малейших следов пыли. Фокси старательно присматривал за домом. Судья щедро плеснул себе виски, присел на диван и закурил.
      Спустя полчаса в дверях появилась Серена в прелестном розовом платье. Она аккуратно уложила вымытые волосы в красивую прическу.
      Хард поднялся с дивана.
      – Ты выглядишь еще привлекательнее, чем раньше. Серена нерешительно остановилась на пороге и обвела взглядом комнату:
      – Это здесь... случилось?
      – Боюсь, что да, – мрачно сказал Хард. – Да, Мадлен убили здесь, в гостиной. Тебя это будет угнетать? Если хочешь, можем перейти в другую.
      – Нет. Останемся здесь. – Серена вздернула подбородок и решительно вошла.
      – Желаешь рюмку виски? Коньяку?
      – Налейте мне немного коньяку, судья. – Серена опустилась на диван и разгладила юбку.
      Хард принес ей рюмку коньяку и сел на другой конец дивана. Он поднял свою рюмку:
      – За встречу старых друзей!
      Они выпили. Хард откинулся на спинку дивана и закинул ногу на ногу.
      – Ну что ж... а теперь, чувствуешь ли ты себя достаточно отдохнувшей, чтобы рассказать все, что с тобой приключилось, с самого начала?
      Серена отпила еще глоток коньяку и поведала адвокату всю свою историю, начиная с того момента, как ее похитили и держали в доме Ли По, где ее насиловал человек в маске демона. Через некоторое время зашел Фокси и пригласил их обедать. Они перешли в столовую, и там Серена закончила свой рассказ.
      – Боже всемогущий, – Спенсер Хард, недоумевая, покачал головой, – Серена, почему ты не пришла ко мне и не рассказала об этом похищении? Господи, как ужасно!
      – Судья, я думала об этом, но в конце концов решила, что не стоит вас беспокоить. Я решила, что стала случайной жертвой обстоятельств.
      – Вряд ли. Учитывая то, что произошло впоследствии, очевидно, что это не так! Кто-то хотел убить тебя, кто-то местный, из Вирджиния-Сити. У тебя нет никаких предположений на этот счет?
      – Ни малейшего. Единственное обстоятельство, за которое можно зацепиться, – мужчина, насиловавший меня в доме Ли По, как и убийца моих родителей, был в золотой китайской маске.
      – То есть ты хочешь сказать, что это был один и тот же человек? – Хард замолчал, задумавшись. Он настолько погрузился в свои мысли, что даже закурил сигару, не спрашивая позволения Серены.
      – Единственный человек в Вирджиния-Сити, у которого, возможно, есть какой-то интерес убивать тебя, – это Брэд Страйкер. Но это же нелепо!
      Серена встревожилась:
      – Почему нелепо, судья?
      – Потому что, черт возьми, у него нет никакого мотива! Да, в случае твоей смерти он – следующий наследник Хетти. Но что он наследует? Пять тысяч долларов, которые ты уже получила и потратила. И этот дом. Несмотря на всю его подлость, вряд ли он убил твоих родителей и пытался убить тебя только ради этого особняка. Нет, должна быть какая-то еще причина. – Судья задумчиво стряхнул пепел в блюдце. – А эти детективы... ты говоришь, их нанял какой-то человек?
      – Я предполагаю, что их нанял человек, а не компания. Это все, что мне известно.
      – Я телеграфирую в Сан-Франциско. Все-таки я юрист – может быть, мне они сообщат больше подробностей.
      Он замолчал и опять задумался. Серена нетерпеливо спросила:
      – Что же теперь будет со мной, судья?
      Он посмотрел на нее и вздохнул:
      – В этом-то и вопрос. Мы не сможем долго скрывать твое присутствие в городе. Ведь ты пришла сдаваться на милость суда добровольно, и это пока единственный аргумент в твою пользу.
      – Меня посадят в тюрьму? – встревоженно спросила Серена.
      – Боже всемогущий, – вздрогнул адвокат, – надеюсь, что нет. Я постараюсь, чтобы этого не произошло. Единственная тюрьма в городе – это грязная помойка. В ней сидят в основном пьяницы, дебоширы и мелкие преступники.
      – Но как можно этого избежать?
      – Внесем за тебя залог. Элмо Андервуд, занимающий пост городского судьи, может, и не очень талантлив, но он хороший человек, южанин, как и я, и обладает врожденным чувством уважения к прекрасному полу. Если мы будем вести себя правильно, я думаю, он отпустит тебя под залог.
      – То есть это возможно, но вы в этом не уверены, судья? – с нажимом спросила Серена.
      – Конечно, не уверен, – с раздражением ответил Хард. – В таком месте, как Вирджиния-Сити, ни в чем нельзя быть полностью уверенным.

Глава 19

      Судья Элмо Андервуд был тучным человеком примерно одного возраста со Спенсером Хардом. Его округлое лицо украшали гигантский красный нос и длинные обвислые усы. Поношенный сюртук, заляпанный пятнами, неизменно украшал его фигуру. В качестве судейского молотка он использовал обычный плотницкий.
      В небольшой комнате, служившей в качестве зала для заседаний суда, было душно и жарко оттопившейся в углу печки. Двенадцать скамеек предназначались для зрителей. За длинным столом обычно располагались представители защиты и обвинения.
      В этот момент перед судьей Андервудом стояли только трое: Спенсер Хард, Серена и Джейк Барнз, к которому по дороге зашел Хард.
      У помощника шерифа при виде Серены отвисла челюсть. И всю дорогу он, брызгая слюной, требовал, чтобы Серену взяли под арест и немедленно посадили в тюрьму.
      – Всему свое время, Джейк, – увещевал его Спенсер Хард. – Скоро ты сможешь ее официально арестовать. Но не забудь, что она пришла по собственной воле и...
      – Пришла к вам, а не к властям!
      – Это одно и то же, Джейк, – спокойно ответил Хард. – А теперь сдержи свои чувства, пока мы не выслушаем, что скажет судья Андервуд.
      Серена надела самое строгое платье и выглядела очень скромно. Хард сказал ей накануне вечером:
      – Элмо Андервуд – человек старой закалки и придерживается несколько старомодных взглядов. Если ты будешь выглядеть слишком привлекательно и ярко, он сочтет тебя распутницей.
      Судья Андервуд поднял голову и, легко постучав молотком, наклонился вперед.
      – Что все это значит, судья? – прогромыхал он.
      – Судья, я здесь с... – Хард прервался на полуслове и улыбнулся. – Элмо, тебе не кажется, что мы запутаемся, если будем называть друг друга судьями?
      Судья Андервуд улыбнулся ему в ответ и громко, раскатисто засмеялся.
      – Ты прав. Как мы поступим?
      – Как насчет «вашей чести» и «адвоката»?
      – Хорошо. С этим... – судья Андервуд почесал нос, – мы не запутаемся. Мне нравится, когда ко мне обращаются «ваша честь». Меня называли гораздо менее вежливо. – Он откашлялся и внезапно стал совершенно серьезным. – Продолжайте, адвокат.
      – Ваша честь, леди рядом со мной – Серена Фостер. Вы, я уверен, осведомлены, что она разыскивается по обвинению в убийстве.
      – Припоминаю, слышал об этом. – Судья Андервуд строго оглядел девушку.
      – Судья... ваша честь, сэр, – сердито проговорил Джейк Барнз, – она еще даже не арестована!
      Судья Андервуд перевел взгляд на помощника шерифа:
      – Кто вы такой, сэр? И с какой целью пришли в суд?
      – Вы же знаете меня, судья!
      – Все, кто предстает перед судом, должны представиться, чтобы это было занесено в протокол.
      Барнз вздохнул:
      – Я Джейк Барнз, помощник шерифа здесь, в Вирджинии.
      – Занесите это в протокол. Итак, с какой целью вы пришли сюда, Джейк Барнз?
      Серена не смогла сдержать улыбки. Она видела, что никто в комнате не вел никакого протокола. Спенсер Хард толкнул ее локтем, и она сразу перестала улыбаться.
      – Судья пришел ко мне в контору полчаса назад, – ответил Джейк Барнз, – и заявил, что эта женщина – Серена Фостер. Шериф отсутствовал, и мне пришлось пойти сюда вместо него. А судья даже не позволил мне арестовать ее!
      – Такие вещи требуют осмотрительного подхода, – заметил Спенсер Хард, – всему свое время.
      – Но если она еще не арестована, что заставило вас побеспокоить меня, адвокат? – спросил судья Андервуд.
      – Я хотел бы, чтобы мою клиентку выпустили под залог, ваша честь.
      – Черт, нет, вы только послушайте! Она же обвиняется в убийстве!
      Раздался стук молотка.
      – Помощник шерифа! В зале суда запрещено ругаться. Тем более в присутствии женщины. Я предлагаю вам извиниться перед юной леди.
      – Леди? – усмехнулся Джейк Барнз. – Я бы назвал ее не леди, а...
      Молоток снова застучал.
      – Сэр, либо вы извинитесь, либо вам придется покинуть зал суда!
      Джейк Барнз наклонил голову и нелюбезно проговорил:
      – Прошу прощения за свои выражения, мэм.
      – Вот это уже лучше. А теперь, адвокат, что вы говорили насчет залога? Вам не кажется, что это вопрос немного преждевременный, учитывая, что подозреваемая еще не арестована?
      – Арест– простая формальность, ваша честь. Мне бы хотелось избежать ее пребывания в нашей тюрьме. Вы сами знаете, в каком она состоянии и какие личности там содержатся.
      – Адвокат, у вас есть какие-либо возражения против того, чтобы взять вашу клиентку под официальный арест до того, как мы продолжим обсуждение? Чтобы все было по закону.
      – Никаких возражений, ваша честь. – Спенсер Хард торжественно отступил в сторону. – Исполняйте ваш долг, помощник шерифа.
      Джейк Барнз шагнул к Серене:
      – Я должен арестовать вас, Серена Фостер, по обвинению в убийстве Мадлен Дюбуа, которое произошло... – Он запнулся, забыв число.
      – Число не так важно, Барнз, – проговорил судья Андервуд. – Чтобы сократить процедуру, суд объявляет, что Серена Фостер с этой минуты находится под официальным арестом. – Он кивнул Харду: – Продолжайте.
      – Я прошу суд отпустить мою клиентку под разумный залог и освободить ее под мою опеку. Я поручусь, что она предстанет перед судом в назначенное время.
      – Судья... – сердито проговорил Джейк Барнз, – ваша честь, эта женщина подозревается в убийстве. Таких обвиняемых не выпускают на поруки.
      – Пока что судья здесь я! И я буду вести суд, как я, черт побери, пожелаю... Мои извинения, мэм. Я погорячился. – Он сердито взглянул на Харда: – Как вы собираетесь защищать вашу клиентку?
      – Вопрос немного преждевременный, ваша честь. Как вы справедливо заметили, до официальной части еще далеко.
      – Теперь ситуация немного изменилась, так как мне следует решить, отпускать ее под залог или нет.
      – Я отрицаю виновность своей клиентки по причине того, что она не совершала никаких преступлений.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17