Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Последней умирает собака

ModernLib.Net / Ломм Александр / Последней умирает собака - Чтение (стр. 3)
Автор: Ломм Александр
Жанр:

 

 


      Расчет мой был прост: Зигфрид выгонит из лагуны всех своих сородичей, а потом в поисках пищи уберется и сам. Мой первый солдат оказался очень деятельным. Уже вчера я не видел в лагуне ни одного крокодила...
      7
      Вернер Штарк был потрясен рассказом Зеленого Человека. Он понял, что перед ним сидит очень опасный преступник. Ему пришлось собрать всю свою волю, чтобы сдержать себя и не броситься на бывшего эсэсовца с голыми руками.
      - Теперь вам понятно, господин Шульц, кто я такой? - величественно спросил Ганс Миллер и потряс своей длинной зеленой мочалкой.
      - Да, теперь мне понятно, господин Миллер, что вы из себя представляете... - сказал Штарк сквозь зубы. - Но скажите, раз уж вы так мне доверились, мне можно посмотреть на этот самый "Бериоль"?
      Зеленые глаза Миллера хитро сощурились:
      - Я не так прост, как вам кажется, господин Шульц. Бутылку с "Бериолем" я укрыл в очень надежном месте. Я покажу вам ее лишь тогда, когда мы оба будем покидать этот остров.
      - Как это - оба? - удивился Вернер. - Насколько я понял, вам тут сидеть еще целых два года.
      - Именно потому, что два года! - самодовольно каркнул Миллер. - Не таращите глазенки, мой птенчик! Неужели вы думаете, что я оставил вас в живых и рассказал вам свою историю лишь для того, чтобы отпустить вас отсюда с миром? Как бы не так! Я был бы последним идиотом, если бы сделал это! Нет, дорогой Генрих, вы проживете здесь два года вместе со мной. Если хотите, я могу вас угостить двухлетней дозой "Бериоля". Оба зеленые, мы славно проведем время! А вернувшись в фатерлянд и взяв в руки бразды правления, я предоставлю вам любое министерское кресло. Вам не придется больше ловить зверей для зоопарков. Вы будете другом и соратником нового фюрера!.. "Хайль Миллер!" ведь это звучит совсем неплохо, как вы думаете?
      В первую минуту Штарк был совершенно ошеломлен таким неожиданным поворотом дела. Но потом он быстро собрался с мыслями. Не оставалось никаких сомнений: перед ним не только убийца, но вдобавок еще и сумасшедший, одержимый манией величия. Это делает его вдвойне опасным. Нужно, стало быть, подпевать ему, чтобы усыпить его бдительность. А дальше видно будет.
      Штарк вдруг вскочил, поднял правую руку в нацистском приветствии и заорал во все горло:
      - Хайль Миллер!
      Из глаз Зеленого Человека хлынули слезы восторга. Он тоже поднялся и заключил Штарка в свои объятия.
      - Наконец-то ты понял меня, Генрих! Спасибо тебе!.. Подожди здесь, я покажу тебе "Бериоль"!
      Растроганный Миллер быстро скрылся в пальмовой роще. Однако ружье Штарка он не забыл прихватить с собой. Штарк вновь сел у костра и задумался.
      Все это кажется скорее нелепым и смешным, чем опасным и страшным... Но что, если этот сумасшедший в самом деле вернется с "Бериолем" в Западную Германию?..
      Его мысли были прерваны вернувшимся Миллером.
      - Вот "Бериоль"! - воскликнул Зеленый Человек, держа в вытянутой руке бутылку, до половины наполненную маслянистой зеленой жидкостью. - Вот, Генрих, оружие, которое положит к моим ногам весь мир!
      Штарк сделал изумленные глаза и снова заорал:
      - Хайль Миллер!
      - Хайль, - небрежно ответил будущий фюрер, приняв это уже как должное.
      Потом он опустился на землю, зажал бутылку между худыми зелеными коленями и спросил:
      - Хочешь, Генрих, принять двухлетнюю дозу "Бериоля"?
      - С удовольствием и радостью, мой фюрер! Но боюсь, я не заслужил, чтобы вы тратили на меня столь драгоценный эликсир.
      - Заслужил, Генрих, вполне заслужил.
      - Но ведь у вас его очень мало, мой фюрер!
      - Не так уж мало. Для одной хорошей атаки его хватило бы на целую дивизию.
      Мозг Вернера лихорадочно работал. Как уклониться от этой "высокой чести", не вызвав подозрений? Сумасшедшие обидчивы. Разве что... Правильно! Только этим его и проймешь!
      - Скажите, мой фюрер, вам известен секрет изготовления "Бериоля"?
      - Секрет изготовления крокодилы сожрали вместе с этим проклятым Бером.
      - А что будет, если не удастся раскрыть его, мой фюрер? Того, что есть в бутылке, будет маловато для завоевания мира!
      - Ученые Германии раскроют секрет и дадут мне "Бериоль" в любом количестве! - веско возразил Миллер.
      - Правильно, мой фюрер! Но для раскрытия секрета придется проделать огромное множество химических анализов. Тут каждая капля "Бериоля" станет дороже тонны золота! И вот представьте себе, мой фюрер, что к открытию секрета останется сделать лишь несколько шагов, а "Бериоль" кончится. Из-за дозы, которую я проглочу, рухнут все ваши великие планы... Лично я не переживу такое. Я убью себя, мой фюрер!.. Нет, нет, не толкайте меня на страшное преступление! Я и так проживу здесь с вами два года и буду считать себя счастливейшим из арийцев!
      Миллер вновь прослезился.
      - Спасибо, Генрих! Я поражен твоим умом. Ты действительно достоин быть другом фюрера!
      - Моя жизнь принадлежит вам, мой фюрер!.. В таком духе они вели беседу часа два. Миллер становился все напыщеннее и надменнее. А Вернер дошел в своей лести до того, что предложил новому фюреру выбрать на острове место, где ему в будущем воздвигнут гигантский монумент.
      - В память о вашем историческом пребывании на этом острове, мой фюрер, статуя должна быть ярко-зеленого цвета, с такой же прекрасной зеленой бородой и с пальмовыми листьями, как у вас! - восторженно сказал Вернер и пригласил Миллера на прогулку по острову.
      - Да, да, Генрих, меня нужно увековечить! Пойдем выберем место! захлебывался Миллер.
      Они отправились по тропинке через рощу и вскоре вышли на берег лагуны.
      - Стой, Генрих! - закричал вдруг Миллер, охваченный внезапным бешенством.
      - Что случилось, мой фюрер?
      - Смотри туда! Ты видишь?.. Негодяй! Лодырь! Дрыхнет где-нибудь в тине, а его приятели разгуливают по моей лагуне!
      Только теперь встревоженный Штарк понял, что речь идет о Зигфриде и что Миллер пришел в бешенство, обнаружив в лагуне посторонних крокодилов.
      - Да, да, мой фюрер, я вижу! Какое безобразие! - вскричал Вернер, хотя не видел в лагуне ни малейших признаков крокодилов.
      - Подожди меня здесь, Генрих, я только расправлюсь с этими мерзавцами!
      Зеленый Человек положил на землю ружье и бутылку с "Бериолем" и с разбегу кинулся в воду.
      Штарк прежде всего завладел ружьем. Убедившись, что в стволе есть патрон с разрывной пулей, он спокойно уселся на коралловую глыбу и стал наблюдать за Зеленым Человеком.
      Миллер оказался отличным пловцом. В несколько минут он заплыл далеко от берега и вдруг начал кричать и размахивать руками. Он в самом деле напал на крокодилов. Те сейчас же обратились в бегство. Штарк это видел по волнистому следу на поверхности лагуны.
      - Свиньи! Трусливые свиньи! - ревел Миллер, потрясая кулаками. Потом он повернулся и, отплевываясь, поплыл назад.
      Он уже был недалеко от берега, и Штарк крепко сжал ружье, приготовившись встретить убийцу Фердинанда Бера разрывной пулей, когда вдруг наперерез пловцу по поверхности лагуны понесся зеленый перископ. Миллер не видел его, но зато Штарк на этот раз отлично его заметил. Сердце в нем забилось от волнения. Он понял: в атаку на своего фюрера мчался его первый солдат Зигфрид.
      Все совершилось в несколько секунд. Зеленый перископ остановился позади Миллера и скрылся под водой. Мгновение спустя над лагуной раздался душераздирающий вопль:
      - На помощь! Генрих, на помо...
      Миллер ушел под воду, схваченный зубами беспощадного зверя. На месте его погружения всплыло и лопнуло несколько пузырей. Вода окрасилась в розовый цвет...
      8
      Поверхность лагуны давно уже успокоилась и приняла прежний безмятежный вид, а Вернер Штарк все еще неподвижно сидел на берегу и как зачарованный смотрел на то место, где погиб Зеленый Человек.
      - Смерть Фердинанда Бера отомщена; убийца наказан но заслугам! - сказал он наконец со вздохом облегчения. - Пусть эта лагуна вновь превратится в обиталище морских крокодилов, но у них не будет больше такого чудовищного и опасного короля... Впрочем, остался еще Зигфрид. Он тоже наглотался "Бериоля" и распространяет вокруг себя волны ужаса. Теперь он и есть настоящий раджа-буайя... Как бы и его ликвидировать?..
      Словно в ответ на слова Штарка, из воды близ берега высунулась зеленая морда гигантского крокодила.
      - Он! - радостно пробормотал Вернер и взял ружье на прицел.
      Он был отличным стрелком, этот неуживчивый ассистент профессора Рихтера. К тому же цель была близка. Вот глаз крокодила попался на мушку. Грянул выстрел. Над водой взвился мощный зеленый хвост. Гигант ушел под воду. Но ненадолго: через несколько минут он всплыл на поверхность кверху брюхом.
      - Ура-а-а!!! - закричал Вернер, потрясая ружьем, и тут же бросился разыскивать свою пирогу.
      Через час морское чудовище было вытащено на берег, и охотник приступил к снятию шкуры. Это непривычное дело отняло у него более трех часов. Уже начало смеркаться, когда он с ним покончил. Ополоснув шкуру в воде, Вернер уложил ее в пирогу и, прихватив бутыль с "Бериолем", отвел лодку на прежнее место. К хижине Зеленого Человека он вернулся совсем уже затемно.
      Кое-как поужинав, Вернер бросился в траву и мгновенно уснул как убитый.
      Задолго до восхода солнца он был уже на ногах. Его первой заботой было: "Скорее в путь! Старик Рихтер, наверно, извелся от беспокойства..."
      Он быстро собрал свои пожитки, уложил бутылку с "Бериолем" в сумку, вскинул ружье на плечо и двинулся к берегу. Уже сталкивая пирогу в воду, Штарк впервые подумал о своем трофее:
      "Что же сделать с "Бериолем"? Передать его на родине ученым? Это было бы самое правильное. Но кто поручится, что "Бериоль" снова не вырвется на волю и не попадет в руки какому-нибудь фашистскому молодчику?.. Да и зачем, собственно, людям препарат, отталкивающий все живое? Ведь, по сути дела, "Бериоль" - это эликсир одиночества..."
      Вернер вынул бутылку с "Бериолем" и долго в глубокой задумчивости смотрел на зеленую маслянистую жидкость.
      - Нет! - сказал он вдруг громко. - Любое дело нужно доводить до конца. Такая мерзость слишком опасна для людей. Пусть же остается среди крокодилов!
      Штарк широко размахнулся и швырнул бутылку в лагуну. Раздался тихий всплеск, и "Бериоля" не стало. Он оказался похороненным там же, где столь трагически погиб его гениальный изобретатель Фердинанд Бер.
      Через час пирога уже скользила по легкой морской зыби. В сторону Сумбавы дул мягкий бриз. Вернер поставил складную мачту и натянул парус. Потом он уселся на корме и, весело посвистывая, стал править на далекий сизый дымок вулкана Тамборы...
      На берегу собралась огромная толпа. Весть о том, что молодой оранг путтих возвращается с атолла Пулау-Буайя, с быстротой молнии облетела все окрестные деревушки. Люди побросали работу и устремились к побережью.
      Впереди всех стоял в белой панаме профессор Пауль Рихтер. Около него подпрыгивал от нетерпения юркий Салим. Тут же в глубокой задумчивости стоял старик Умар Самсури со своими сыновьями.
      Десятки пирог выплыли навстречу смельчаку. Штарк был смущен. Он не ожидал такой торжественной встречи.
      - Мердека! Мердека! 7 - восторженно кричали сотни людей, размахивая пальмовыми ветками, когда Вернер Штарк выходил из пироги на берег.
      - Ну, как поездка, Вернер? Как тебя принял Оранг Хидьжоу, король крокодилов? Что-то ты загостился у него... - сказал профессор Рихтер, крепко пожимая руку своему молодому ассистенту.
      - Все в порядке, профессор. На Пулау-Буайя в самом деле жил очень опасный король крокодилов. Но я убил его. Вон в пироге его шкура.
      Салим быстро перевел слова Штарка старику Умару. Глаза Умара Самсури радостно сверкнули.
      - Оранг-оранг! Люди! - громко закричал он и поднял над головой обе руки. Огромная толпа тотчас же притихла. - Король крокодилов, страшный Оранг Хидьжоу, убит! Его победил в смертельной схватке оранг путтих Вернер Штарк! На Пулау-Буайя больше не опасно! Вы можете все увидеть шкуру Оранг Хидьжоу!
      Огромная крокодилья шкура невиданно зеленого цвета пошла по рукам. В толпе раздавались возгласы удивления и ликования.
      - Теперь мы будем изучать разбойника акантастер планци на атолле Пулау-Буайя, дорогой профессор... - сказал Вернер и вдруг изменился в лице. Салим, Салим! Смотри, чтобы шкуру короля крокодилов не повредили! - закричал он громко.
      - Опять шумит! Опять... - вздохнул профессор Рихтер. - Экий неугомонный человек!.. Ну, шуми себе, Вернер, шуми. А я пойду спать. Я не спал две ночи...
      ПРИМЕЧАНИЯ 1.
      Оранг путтих (индонез.) - белый человек. назад к тексту 2.
      Пулау-Буайя (индонез.) - Остров Крокодилов. назад к тексту 3.
      Оранг Туа (индонез.) - старик. назад к тексту 4.
      Тамбора - действующий вулкан на острове Сумбава. назад к тексту 5.
      Бим-Бей - гавань на Сумбаве. назад к тексту 6.
      Акантастер планци (Acanthaster planci) - научное название разновидности морской звезды, пожирающей коралловые отложения. назад к тексту 7.
      Мердека! - индонезийское приветствие: "Свобода!" назад к тексту
      СКАФАНДР АГАСФЕРА
      Фантастический рассказ
      1
      Когда Дориэль Реджан дошел, что называется, до крайности, иными словами, когда он вынужден был оставить Биолию и маленького Аркифа, чтобы не лишать их последнего куска хлеба, он встретил Вальмоска; в парке встретил, в осеннем холодном парке на скамейке.
      У Вальмоска был очень потрепанный вид, еще более потрепанный, чем у самого Реджана.
      "Вот существо в тысячу раз несчастнее меня!" - мысленно произнес Реджан, и вместе с естественно пробудившейся жалостью в нем шевельнулось эгоистическое чувство удовлетворенности: "Не я последний в этом мире!"
      Старик действительно являл собой убогое зрелище: одежда - сплошные лохмотья, изможденное лицо - в грязных клочьях давно не бритой бороды, красные, слезящиеся глаза, тощие, жилистые руки, судорожно вцепившиеся в суковатую палку. Можно было без особого труда угадать, что он много, дней уже не ел досыта и ночевал где попало. Возраст его был преклонен, но точному определению не поддавался.
      С его нищим обликом никак не вязался большой породистый, упитанный дог темно-серой масти, с гладкой, лоснящейся шерстью. Он лежал под скамейкой, наполовину высунувшись наружу и положив свою великолепную умную голову на мощные передние лапы. В том, что он принадлежал старику, можно было не сомневаться. Слишком уж доверчиво прижимался этот гордый пес к рваным и грязным башмакам нищего.
      Бегло осмотрев странную пару, Реджан осторожно присел на край скамейки, раскурил только что поднятый полновесный окурок сигареты "Трино" и обратился к старику с обычным в таких случаях вопросом:
      - Что, приятель, совсем плохи дела? Да?
      Старик медленно повернул к нему голову, внимательно оглядел его от бахромы на брюках до засаленной тульи шляпы и вдруг протянул ему свою дрожащую, со скрюченными пальцами руку.
      - Вальмоск... - сказал он при этом глухим, простуженным голосом.
      - Как?! - переспросил Реджан.
      - Меня зовут Вальмоск, профессор Вальмоск! - настойчиво повторил старик.
      Реджан смешался, покраснел, но все же торопливо пожал протянутую руку и назвал свое имя.
      - Безработный? - спросил после этого Вальмоск.
      - Да, уже больше года, - признался Реджан.
      - Бездомный?
      - Да... то есть почти... Во всяком случае, я не вернусь домой, пока не устроюсь...
      - Голодный?
      - Да, да, черт побери! - прорычал Реджан, приходя вдруг в бешенство от этих дурацких вопросов. - Безработный, голодный, бросивший жену и сына! Еще что? Еще злой, злой, как собака!..
      На старика эта вспышка бессильной ярости не произвела ни малейшего впечатления. Когда Реджан докурил свою коротенькую сигарету и немного успокоился, Вальмоск снова обратился к нему с вопросом:
      - А жить, поди, хочется?
      - Бросьте издеваться!.. - буркнул Реджан, уже жалея, что затронул болтливого старика.
      - Я не издеваюсь, - прохрипел Вальмоск. - Я для дела спрашиваю. Хотите жить, Реджан?
      - Вообще-то надоело... Если бы не Биолия и Аркиф... Но, по совести говоря, хочу. Очень хочу! - с неожиданной для себя искренностью ответил Реджан.
      - Тогда пойдемте! - Вальмоск навалился на палку и с трудом поднялся.
      - Куда? - оторопел Реджан.
      - Ко мне. Посмотрите кое-что. Может быть, вам подойдет...
      С этими словами чудаковатый старик пошел прочь, шаркая ногами и часто стуча палкой по мокрому асфальту. Великолепный дог вылез из-под лавки и пошел за ним. Нескользко мгновений Реджан смотрел им вслед, потом махнул рукой:
      - Эх, была не была! Терять уж нечего!..
      Он быстро догнал профессора и пошел с ним рядом.
      2
      Из парка они вышли не через главные ворота, которые вели на оживленную улицу, а через узкую служебную калитку в противоположном конце. За калиткой простирался огромный пустырь, часть которого занимала свалка. А дальше начинался пригородный район с лабиринтом улочек и тупиков. Когда-то здесь жили богачи. Но после войны, во время которой многие дома были разрушены, место пришло в запустение и постепенно покрылось времянками городской бедноты.
      На пустыре, неподалеку от тропинки, свора бродячих псов рылась в кучах каких-то отбросов. Реджан невольно сравнил их с собакой Вальмоска. Любое из этих облезлых, голодных созданий могло бы составить нищему старику более подходящую компанию, чем его изумительный красавец дог. Реджан еще раз подивился гордой осанке, спокойной царственной поступи великолепного пса. Он уже хотел спросить Вальмоска, где тот взял этакое редкое сокровище, но в это время они приблизились к своре и вызвали в ней переполох.
      Завидев дога, собаки разразились яростным лаем. Несколько крупных лохматых экземпляров отделились от своры и подбежали поближе к тропинке, делая вид, что готовы наброситься на дога и разорвать его. Реджан, наблюдавший в этот момент за догом, отметил в нем еще одну странность. Красавец дог даже не обернулся на бешеный лай своих полудиких сородичей. Он смотрел вперед и вышагивал рядом с хозяином с невозмутимостью английского лорда. У него даже уши не дрогнули, а это было уже совсем не по-собачьи. Лишь когда Вальмоск замахнулся на бродяг палкой, дог тоже взглянул в их сторону, но опять-таки совершенно равнодушно, словно поднятый ими шум не имел к нему никакого отношения. Псы шарахнулись прочь, но продолжали с остервенением лаять, хотя от нападения их, по-видимому, сдерживала не палка старика. Они чуяли в поведении дога какую-то непонятную опасность и поэтому не решались вступить с ним в драку.
      Наконец пустырь остался позади. Путь продолжался по узкому, мощенному булыжником переулку.
      - Скажите, профессор, почему ваша собака так странно ведет себя? - спросил Реджан у старика.
      - Потому что она ничем не интересуется, - коротко бросил Вальмоск.
      - Это как же? Может, она глухая?
      - Да, и глухая, и немая...
      - Какая жалость! Такой великолепный экземпляр! А как звать ее, почтеннейший Вальмоск?
      - Когда-то звали Ронги. Давно звали, лет сорок назад. А теперь ее никак не зовут...
      - Сорок лет назад? Уж не хотите ли вы меня уверить, что этой собаке перевалило за сорок лет?! - вскричал Реджан.
      - Ей сорок шесть лет, - ответил Вальмоск.
      - Бросьте говорить чепуху! Собаки не живут так долго!
      Старик остановился и окинул Реджана взглядом, полным досады и раздражения.
      - Всему свое время, - проворчал он сердито. - Вот придете ко мне и все узнаете... А пока воздержитесь от грубых замечаний!
      - Ну хорошо, хорошо, - успокоил его Реджан, - я подожду, пока вы мне сами все объясните...
      После этого они двинулись дальше.
      3
      Дом, про который Вальмоск не без гордости заявил: "Это мой дом!" - был огромной мрачной развалиной с выбитыми стеклами, провалившейся крышей и прочими следами разрушений, причиненных временем и стихиями. Развалина стояла посреди широкого двора, захламленного и запущенного до изумления.
      - Здесь вы живете, почтеннейший Вальмоск?! - воскликнул Реджан, когда они вошли во двор и старик тщательно запер за собой ржавый замок ободранной железной калитки.
      - Да, Реджан, здесь я живу, - с достоинством ответил Вальмоск, словно перед ним были не жалкие руины, а шикарный дворец. Затем он добавил: - Полвека назад этот дом был предметом зависти многих богачей нашего города. Его так и называли: "особняк Вальмоска".
      - Полвека назад? Это в два раза больше, чем я прожил на свете!.. Но как вы не боитесь в нем жить? Ведь он с часу на час угрожает рухнуть!
      - Он крепче, чем вы думаете, Реджан. Не бойтесь, входите.
      Старик открыл высокую, обитую ржавыми листами железа дверь, которая зловеще заскрипела, и ввел гостя в дом. Ронги спокойно вошел вместе с ними.
      Сначала они очутились в высоком вестибюле, который еще больше поразил Реджана видом полнейшего запустения. Здесь царил полумрак. Скудный свет проникал лишь через выбитые стекла высоких окон, на которых кое-где еще уцелели железные ставни. Пол был завален мусором, обломками статуй, ворохами бумаги. С ободранного, когда-то лепного потолка свисали целые гирлянды пыли и паутины.
      Не дав Реджану хорошенько осмотреться в вестибюле, Вальмоск повел его дальше. Они вошли в сводчатый коридор, в конце которого светлело овальное окно, совершенно лишенное стекол. Из него тянуло сырым сквозняком. Не доходя до окна, Вальмоск свернул на лестницу, уходившую круто вниз. На первой площадке он нашарил рукой выключатель, и тут же над лестницей загорелись пыльные лампочки. После пятого лестничного марша старик снова повел Реджана по длинному коридору, потом отомкнул литую дверь и, осветив новую вереницу лестниц, пошел еще дальше в подземелье, из которого веяло холодом. Наконец Вальмоск отомкнул последнюю дверь и ввел гостя в небольшую комнату, освещенную старинной хрустальной люстрой.
      - Вот и мои апартаменты. Располагайтесь, Реджан! - прохрипел старик, едва дыша от усталости, и в полном изнеможении повалился на старый диван, стоявший у стены.
      Ронги улегся возле дивана на голом полу, а Реджан с любопытством осмотрелся и присел на колченогий стул. Пошарив в карманах, он нашел еще один окурок "Трино" и закурил. Это его успокоило, и он принялся более внимательно осматривать квартиру странного профессора.
      Первое, что с удивлением отметил Реджан, была еще одна дверь. Она находилась в конце левой стены. Реджан уже решил, что жилье Вальмоска завершает анфиладу коридоров и лестничных маршей, но теперь убедился, что это не так. Интересно, что там, за дверью? Неужели еще коридоры и лестницы, уходящие вглубь?.. Какой странный дом, этот полуразвалившийся "особняк Вальмоска"!..
      Кроме дивана и стула, в комнате был еще стол, заваленный остатками какой-то пищи, черная электроплитка на табуретке, куча тряпья за диваном и шкаф с десятком пыльных книг и папок. На всем лежал отпечаток ужасающей нищеты, до которой докатился владелец когда-то богатейшего в округе дома.
      Вальмоск дышал часто, со старческими хрипами. Ронги замер в полной неподвижности и походил скорее на изваяние, чем на живую собаку.
      Осмотрев комнату, Реджан занялся догом. Теперь этот удивительный пес внушал ему, кроме жгучего любопытства, какой-то мистический ужас. Вероятно, действовала обстановка. Нервы у Реджана были напряжены, и не удивительно, что он вздрогнул всем телом и чуть не закричал, когда справа от него послышался шорох и из темного угла, где лежала куча старого тряпья, вдруг вышел огромный сиамский кот. Сердце Реджана забилось как сумасшедшее. Чтобы хоть немного успокоиться и подавить приступ страха, он поманил кота.
      - Кис-кис-кис! Иди сюда, котик!
      Но кот даже не обернулся на зов. Он важно подошел к догу, осмотрел его своими человеческими глазищами, потом прыгнул, на диван, заглянул в лицо хозяину и тотчас же снова удалился в свой угол. Реджан еще раз попытался позвать его, но тут раздался хриплый голос Вальмоска:
      - Не утруждайте себя напрасно, Реджан! Кот Флипп такой же глухой и немой, как и Ронги... Потерпите, я отдохну немного, и тогда приступим к делу...
      4
      Старик отдыхал не, менее часа. За это время Реджан прикончил все свои окурки и табачные крошки, вытряхнутые из кармана. Дым в комнате не скоплялся. Вероятно, несмотря на отсутствие окон, комната как-то проветривалась. Когда табак кончился, Реджана стал мучить голод. Он поднялся и подошел к столу в надежде найти на нем что-нибудь съестное.
      Среди заплесневевших корок хлеба, картофельной шелухи и прочих отбросов валялся ломтик сыра, завернутый в относительно чистый обрывок бумаги. Реджан с жадностью вонзил в него зубы. Но не успел он прожевать первый кусок, как за спиной у него послышалось злобное старческое брюзжание:
      - Оставьте мою еду в покое! Я привел вас не на ужин! Мне самому нечего есть!
      - Бросьте прикидываться нищим, профессор! - отозвался Реджан, с трудом прожевывая сыр. - Небось зверюг своих чем-то кормите! Ишь, какие они у вас упитанные!..
      Тогда Вальмоск, кряхтя, поднялся с дивана и подошел к столу. Понюхав отброшенную Реджаном бумагу, он спросил с укором:
      - Вы съели мой сыр, Реджан?
      - Да, почтеннейший Вальмоск, я съел ваш сыр и не чувствую ни малейших угрызений совести. Если вы припасли его для Ронги, то на сей раз вашему красавцу догу придется поужинать без сыра!..
      - Ронги и Флипп не нуждаются в пище, - тихо сказал старик. - Уже сорок с лишним лет прошло с тех пор, как они ели последний раз!.. А я?!. Трудно даже представить себе ту гору пищи, которую за это время перемололи мои зубы!.. Бывает, Реджан, я завидую этим тварям!..
      - Но почему они не нуждаются в пище? - вскричал Реджан, пораженный этим новым открытием.
      Старик не ответил. Схватив со стола сухую корку, он с жадностью принялся ее сосать. Реджан смотрел на него, как на помешанного. Да и не удивительно: в поведении и словах старика было слишком много странного, непривычного, ни с чем не сообразного. Понаслаждавшись коркой минут пять, старик вдруг вынул ее изо рта и указал ею на ободранный стул, на котором только что сидел Реджан.
      - Это было давно. Очень давно... - промолвил он, мечтательно сощурившись. - Вы и представить себе не можете, Реджан, кто сидел на этом стуле тридцать восемь лет назад! Вам и во сне такое не приснится! На нем сидел сам Эрм Грунзолл, богатейший человек в мире. Да, да, миллиардер Эрм Грунзолл! Только не теперешний Эрм Грунзолл Пятый, а его покойный дедушка, Эрм Грунзолл Третий. Он сидел на этом стуле, как на троне, и все говорил: "Нет, Вальмоск, это мне не подходит!" Потом он ушел, и с ним ушли пятьсот миллионов суремов, которые я по праву считал своими... С тех пор я нищий. Но я еще хочу взять свое! Я еще буду есть на золотых блюдах и разъезжать в самых шикарных автомобилях! Только бы нашелся человек, умеющий по-настоящему желать!.. Вот вы, Реджан, съели у меня последний кусок сыра. Если я спрошу вас: "Можете вы вернуть мне мой сыр?", вы скажете:. "Нет, Вальмоск, это невозможно. Я тоже нищий!" А ведь это неправда! Вы можете мне вернуть не только этот жалкий кусок сыра, - вы можете мне вернуть все мои богатства! Вы можете осчастливить всех, кого любите, и наказать всех, кого ненавидите! Для этого вам достаточно сказать одну только фразу: "Да, Вальмоск, мне это подходит!" Одну эту фразу, да...
      Оборвав свою странную речь, Вальмоск снова занялся коркой. Но в нем все заметнее росло беспокойство. Почмокав с минуту, он вдруг резким движением отшвырнул корку и поднялся:
      - Идемте, Реджан. Я покажу вам кое-какие чудеса. А потом мы с вами поговорим...
      С этими словами Вальмоск бесцеремонно пнул ногой свою великолепную собаку. Ронги поднялся, величественно прошел в угол и вытолкнул оттуда кота Флиппа. После этого старик открыл ту самую дверь, за которой Реджан подозревал новые мрачные коридоры и лестницы. Щелкнул выключатель, и проем двери озарился ярким, белым светом. Ронги и Флипп спокойно вошли в нее. Вальмоск торжественным жестом указал на дверь:
      - Заходите, Дориэль Реджан! Вас ждет необычайное!
      Реджан заглянул в дверь через плечо старика. То, что он увидел, глубоко его поразило.
      5
      Там оказался просторный зал, залитый дневным светом десятка неоновых ламп. В строгом порядке в нем были размещены шкафы, полные приборов, сверкающих стеклом и никелем, столы с мраморными досками, большие сложные аппараты под колпаками и без них. Все предметы поражали невероятной чистотой. Реджан терялся в догадках: "Что это? Лаборатория? Мастерская? Химический цех?" Однако от вопросов он пока воздержался.
      Вальмоск пропустил вперед Реджана и плотно закрыл дверь. Потерев руки, он с довольным видом осмотрел залу и сказал:
      - Начнем с Ронги!
      Взяв собаку за шиворот, он молча повернул ее мордой к одному из аппаратов, напоминавшему своей конструкцией гильотину. Это был стол с железной стоячей рамой. Внизу рамы зияло круглое отверстие, вверху сверкал устрашающих размеров стальной нож с остро отточенным лезвием.
      Собака спокойно прыгнула на мраморную доску стола и просунула голову в круглое отверстие. Сердце Реджана невольно застучало быстрее, ладони вспотели. Вальмоск спокойно нажал рычаг. Тяжелый нож молнией скользнул вниз и обрушился лезвием на шею собаки. Послышался тупой удар. Реджану показалось, что голова собаки отделилась от туловища. Но это был обман зрения - ожидаемое он воспринял как действительное. На самом деле собака даже не дрогнула, так как нож не причинил ей никакого вреда. Старик рванул рычаг, нож снова поднялся и снова рухнул вниз, но опять безрезультатно.
      - А теперь вместо собаки просуньте в отверстие вот это дубовое полено, приказал Вальмоск.
      Ронги слез со стола и даже не отряхнулся. Реджан просунул в отверстие дубовый кругляш сантиметров двадцать в диаметре. Нож, сверкнув, упал вниз и рассек полено, словно оно было из воска.
      - Смотрите дальше! - нетерпеливо прохрипел Вальмоск.
      Он схватил собаку и потащил ее к большому чану. Собака сразу поняла, что от нее требуется. Она прыгнула в чан и свернулась на его дне в клубок. Вальмоск открыл над чаном кран, из которого хлынула какая-то прозрачная жидкость. Резкий запах ее ударил Реджану в нос и заставил его отшатнуться.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5