Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Век Дракона - Взрослые тайны

ModernLib.Net / Фэнтези / Энтони Пирс / Взрослые тайны - Чтение (стр. 18)
Автор: Энтони Пирс
Жанр: Фэнтези
Серия: Век Дракона

 

 


      – Да, должен, – кивнул Че. – Дженни, какое будет решение?
      – Прости, Че, – пробормотала выглядевшая до крайности удрученной девочка. – Но я не вижу другого выхода. Тебе придется согласиться стать спутником Гвенни.
      – Ну, что ж, – откликнулся Че. – Так тому и быть.
      – Ой, Че, спасибо! – воскликнула Гвендолин, обнимая маленького кентавра. – Большое спасибо! Это так много для меня значит!
      – Но твой отец не признает решения, принятого под принуждением, и продолжит штурм, – предупредил Дольф.
      – Никто меня не принуждал.
      – Но…
      – Какие могут быть «но», принц Дольф? – вмешался Налдо. – Разве ты не знаешь, что слово кентавра нерушимо?
      – Знаю, – ответил Дольф, – но знаю так же и то, что гоблины похитили Че и держали его в плену. Конечно, если он объяснит, почему сделал именно такой выбор…
      – Нет, – твердо ответил Че.
      Дольф посмотрел на девочку.
      – Тогда, может быть, ты, Дженни. Ты ведь считаешь себя его другом.
      – Прости, – пролепетала Дженни со слезами на глазах. – Объяснить я не могу. Просто так будет лучше.
      Дольфу вовсе не хотелось возвращаться к Чериону с такими результатами, но другого выхода не было. Его миссия закончилась провалом.
      – Че, – вступила в разговор Нада. – Твоим папе и маме будет трудно понять твой поступок. Они считают, что ты еще слишком молод и можешь ошибаться в понимании того, чего требует честь кентавра. Не мог бы ты подняться на поверхность и поговорить с ними сам?
      – Не знаю, – растерялся Че, – вообще-то я должен оставаться с Гвенни.
      – Ты волен идти куда хочешь, – сказала Годива. – Мы всецело полагаемся на твое слово, но твоим родителям и впрямь не помешает узнать о твоем решении от тебя.
      – Как насчет прогулки наверх, Гвенни? – спросил Че, повернувшись к Гвендолин. – Конечно, сейчас кругом суматоха, но выглянуть наружу тебе, наверное, будет интересно.
      – Конечно, Че, – ответила девочка.
      – Тогда скажи родителям, что я скоро приду, – сказал Че Дольфу.
      Принц почувствовал некоторое облегчение, хотя по-прежнему мало что понимал.
      Нада задержалась поговорить с братом, а Дольф с Глохой последовали вверх по туннелю.
      – Как думаешь, почему он так поступил? – спросила Глоха, когда они остались одни. – И почему, если им и вправду никто не угрожает, ничего не рассказывают?
      – Хотел бы я это знать, – со вздохом отозвался Дольф. – Но ничего в голову не приходит.
      – Глоха права, – заявила невесть откуда взявшаяся Метрия. – Мальчишки глупее девочек.
      – Я вовсе не то сказала, – возразила Глоха и лишь потом спохватилась:
      – А ты кто?
      – Это Метрия, демонесса, – пояснил Дольф, – она любит издеваться над людьми. Ну, сейчас-то тебе чего надо?
      – Я думала, ты сам разберешься с детенышем, – усмехнулась демонесса, – но коли с соображением у тебя совсем худо, придется кое-что намекнуть.
      – Не нужен мне твой намек! – буркнул Дольф.
      – Глупости, еще как нужен. Подумай о возможных параллелях. Если ты не женишься на Электре, кто из-за этого умрет?
      – Она. Но какое…
      – А если Че не останется с Гвендолин, что будет?
      – Но Гвендолин здорова, – возразил Дольф. – А если больна, то наличие спутника-кентавра ее не вылечит.
      – А что ты знаешь о гоблинских порядках?
      – Они у них гадкие, гнусные и глупые. Гоблины готовы поубивать друг друга ради самой пустячной выгоды, а если кто из них выкажет слабость или порядочность – ему конец. Правда, это относится к мужчинам: женщины у них не такие. А Гвендолин – девочка.
      – А какое положение ожидает ее в будущем? – спросила Метрия.
      – Она должна стать первым в истории Горба вождем женского пола, – ответила Глоха. – Раньше только мужчины… Ой! – Она прижала кулачок ко рту… – Борьба за власть!
      – Политика! – понимающе кивнул Дольф. – Раз она претендует на пост, который занимают мужчины, к ней будут предъявлены те же требования, и любая слабость может стоить ей жизни. Но не может же Че защитить ее от всех гоблинов.
      – Может, если каким-то образом избавить ее от ее слабости, – возразила Глоха. – Но в чем эта слабость?
      – Мне показалось, будто с ней все в порядке, – пожал плечами Дольф. – Разве что взгляд какой-то… Он запнулся: догадка показалась ему страшной.
      – Неужели она… – начала Глоха.
      – Метрия, – окликнул Дольф демонессу, но та уже растаяла.
      – Если… – сказала Глоха.
      – Значит… – промолвил Дольф.
      – Чтобы спасти ее, – заключила она.
      – И они не расскажут никому, потому что…
      – Мы тоже не имеем права.
      – Только Чериону и Чекс.
      – И только взяв с них слово.
      – Больше никому, – согласились они в один голос.
      Но тут Дольф призадумался о демонессе, которая ни во что не ставила человеческую порядочность и вполне могла смеху ради растрезвонить об этом по всему Ксанфу. Правда до сих пор она почему-то помалкивала. Вряд ли из сочувствия к девочке, но, возможно, ей показалось что появление у гоблинов вождя женского пола сулит в будущем дополнительные развлечения. А может быть, она просто утратила к происходящему интерес. Это было бы предпочтительнее всего.
      На поверхности Дольф вернул себе естественный облик, и они с Глохой поспешили к родителям Че.
      – Мы можем кое-что рассказать, – промолвил Дольф, – но вы должны дать слово хранить тайну.
      – Это касается благополучия моего сына? – спросил Черион.
      – Да.
      – Тогда я слова не дам.
      – Но… – Глоха посмотрела на Чекс.
      – Дорогой… – промолвила Чекс.
      – Пока ты не скажешь, почему это необходимо, – сказал кентавр Дольфу.
      – Че согласился стать спутником Гвендолин…
      – Что? – не веря своим ушам, вскричал Черион.
      – И мы думаем, что у него есть на это причина, – сказала Глоха, обращаясь к Чекс.
      – Но мы не можем объяснить, в чем дело, пока вы не… – сказал Дольф Чериону.
      – Его принудили? – требовательно спросил Черион.
      – Нет! – в один голос ответили Дольф и Глоха.
      – Ха-ха! – подал со спины Чериона голос Гранди.
      – Лучше поговорить без голема, – заметил Дольф. – Он первейший болтун во всем Ксанфе.
      – Сходи куда-нибудь ненадолго, – сказала Чекс Гранди.
      Тот хотел было спорить, но, поймав ее взгляд, отказался от этой затеи.
      Чекс перевела взгляд на Чериона.
      – Ладно, мы сохраним вашу тайну, – промолвил тот.
      – Мы думаем, что Гвендолин слепа, – произнес Дольф, оглядевшись предварительно по сторонам и убедившись, что его не могут подслушать, – или почти слепа. Стоит гоблинам прознать это…
      – ..как они убьют ее, – подхватила Глоха – и ей не стать во главе племени.
      – А Че… – продолжил Дольф.
      – ..решил ей помочь, – закончила Глоха.
      – Мне жаль девочку, – произнес Черион, – но это никак не оправдывает похищения нашего сына.
      В этот момент Чекс бросила взгляд в сторону горы и коснулась руки. Все взоры обратились к склону. Че в сопровождении Гвендолин и Дженни вышел на поверхность.
 
 

Глава 13
ВОЗМОЖНЫЙ ВЫХОД

 
      Увидев своего детеныша, Чекс обрадовалась, но она понимала, что с его выходом проблема не исчезла. Никаких обязательств относительно своих действий Черион на себя не брал, а, стало быть, мог продолжать попытки вернуть сына.
      – Ой, мы совсем забыли предупредить, – воскликнул Дольф, – Че сказал, что сам выйдет поговорить с вами. И Гвендолин с ним.
      Такую непростительную забывчивость можно было списать лишь на то, что принц еще оставался мальчишкой. Вот женится, тогда и спрос с него будет другой.
      Кентавры помчались к створу туннеля, и Чекс обняла своего сына.
      – Вижу, с тобой все в порядке! – с облегчением воскликнула она.
      – Конечно, мама, – отозвался малыш. – Меня никто не обижал. Я решил остаться с Гвендолин, так что домой не вернусь.
      – Но почему? – спросила она, ибо не считала себя вправе показать, что знает ответ.
      – Я взвесил все обстоятельства, посоветовался с Дженни и принял соответствующее решение.
      Это Чекс понимала. Но как могла она оставить своего ребенка у гоблинов!
      – Если ты не дашь этому поступку вразумительного объяснения, – сказал Черион, – я не смогу признать твое решение и буду продолжать попытки вырвать тебя из плена.
      На это Че отвечать не счел нужным.
      – Отец, мама, – промолвил он. – Позвольте представить вам мою спутницу Гвендолин, дочь гоблинатора Грыжи и Годивы…
      – Привет, Гвендолин, – сказали Чекс и Черион в один голос.
      – Привет, Черион. Привет, Чекс, – отозвалась девочка, застенчиво моргая. Выглядела она очень мило, как, впрочем, и все гоблинские девочки. А надо сказать, что если у других народов внешность не обязательно определяла характер, то у гоблинов дело обстояло именно так. Уродливые гоблины были все как один злыднями, а их хорошенькие жены имели вполне добродушный нрав.
      – А также моего друга Дженни, – продолжил Че, повернувшись к девочке-эльфу. Та тоже была в гоблинском платьице, только не в красном, как у Гвенни, а в голубом, однако и при этом выглядела совершенно по-эльфийски. Если, конечно, не считать заостренных ушек.
      – Дженни помогла мне спастись от гоблинов Золотой Орды и утешала в тяжелые минуты.
      – Привет, – столь же застенчиво промолвила Дженни. – С тобой, кентаврица Чекс, мы уже встречались. Ты дала мне эти очки.
      – Конечно, дорогая, – промолвила Чекс. – Я рада, что они тебе пригодились.
      – И кота Сэмми, – заключил Че, указывая на лежавший у его передних копыт пушистый рыжий клубок.
      Кот навострил ухо.
      – Привет, кот Сэмми, – поздоровался Черион. – А теперь, когда все познакомились, мне хотелось бы поговорить с вождем гоблинов. Наше дело не закончено.
      Из створа туннеля показалась гоблинша постарше.
      Ее сопровождали Нада и Налдо.
      – Это Годива, на время болезни она замещает своего мужа, гоблинатора Грыжу, – представила гоблиншу Нада. – Мой брат, принц Налдо. Годива, это Черион и Чекс, отец и мать Че.
      – Как вы знаете, ваш сын Че согласился стать спутником моей дочери, – промолвила Годива. – В свете этого решения ваши дальнейшие враждебные действия представляются бессмысленными.
      – Ты похитила нашего ребенка и удерживала его в плену, – указал Черион. – Поэтому его согласие на что бы то ни было не снимает с тебя вину и в наших глазах не является основанием для того, чтобы оставить его в горе.
      – Я поступила так, как была вынуждена поступить, – сказала Годива.
      – И я поступлю так, как вынуждаешь меня ты, – отозвался Черион.
      – Ох, Че, я ведь не хотела никаких неприятностей, – вздохнула Гвендолин.
      – А все из-за меня! – воскликнула Дженни со слезами на глазах. – Наверное, я приняла не правильное решение.
      – Нет, – возразил ей Че, прежде чем Черион успел заговорить. И Черион промолчал, не желая спорить с сыном.
      – Мы смотрим на это по-разному, – сказала Чекс Годиве, – но в любом случае такой вопрос не решить кому-то одному. Надо бы найти компромисс.
      Черион не стал спорить и с этим. Но когда заговорил с Годивой, голос его звучал уверенно:
      – Я не питаю никаких недобрых чувств к твоей дочери, но и от своего сына не откажусь. Он уникален в том смысле, в каком твоя дочь вовсе не уникальна, и необходим для нашего рода в несравненно большей степени, чем твоя дочь для вашего. Тебе стоит подыскать для Гвендолин другого спутника, ибо Че в вашей горе не останется.
      – Ну, что ж, – ответила ничуть не обескураженная Годива. – Значит, решим вопрос в бою.
      – Но я не хочу войны! – с рыданиями воскликнула Гвендолин. – Че, тебе лучше пойти домой.
      – Я уже дал слово! – Че выглядел совершенно несчастным, но голову держал горделиво, на манер Чериона. Взяв Гвенни за руку, он повернулся к туннелю.
      Дженни поплелась за ними.
      Чекс понимала, что нужно найти какой-то выход, и это при том, что ни Че, ни Черион менять своего мнения не собирались. Упрямство кентавров вошло в легенду, но Чекс была не только кентаврицей, но и матерью, а поэтому смогла увидеть мать и в Год иве. А также понять, что Гвендолин с Че нравятся друг другу, а эльфесса Дженни – друг им обоим. Возможно, с ее помощью и удастся найти выход.
      – Дженни! – позвала она.
      – Да, Чекс? – откликнулась девочка, уже стоя у темного зева пещеры.
      – Ты ведь никакими обещаниями не связана. Идем со мной.
      – Но… – смутилась Дженни.
      – Иди, – вмешалась Годива. – Захочешь вернуться – мы тебя примем в любое время, если здесь будет безопасно.
      Девочка заколебалась, а потом окликнула кентавра:
      – Че.., я к вам еще приду.
      С этими словами она подхватила с земли пушистый меховой шар и спустилась к
 
      Чекс.
      – Через минуту возобновится атака, – объявил Черион.
      Нада попрощалась с братом и поспешила вниз по склону. Ей – Чекс это понимала – тоже приходилось несладко. Все это не сулило никому ничего хорошего.
      Чекс даже подумала, что порой кентавры могли бы проявлять и поменьше упрямства, однако понимала, что и с мужем, и с сыном спорить бесполезно.
      – Садись мне на спину, – сказала Чекс подошедшей Дженни. – Мы уберемся отсюда и поговорим в спокойном месте. Вдруг да удастся найти какой-нибудь выход.
      Девочка забросила на спину Чекс кота и забралась сама. Не приходилось сомневаться в том, что на кентаврах она прежде не ездила, однако верхом держалась уверенно.
      – Держись, – сказала Чекс и, хлестнув хвостом, взлетела над горой.
      Внизу Нада обнималась с Электрой, Глоха стояла рядом с Дольфом, а Черион уже направлял птиц Рок и драконов в очередную атаку. Которая должна была стать особенно ожесточенной из-за нехватки времени: требовалось управиться до подхода сухопутных драконов.
      Хотя теперь Черион знал, зачем гоблинам Че, и понимал, что они не сделают ему ничего дурного, – отступиться от задуманного он не мог. Как не отступился бы на его месте любой кентавр мужского пола.
      Чекс поднялась выше, не желая видеть бомбардировку: ей казалось, что как бы ни обернулось дело, толку от насилия будет мало. От него вообще мало толку, но оно в природе мужчин, и их не переделать. Она не могла переубедить Чериона, но не хотела участвовать в бессмысленной битве.
      – Как здорово летать! – восхитилась Дженни, которая удерживала равновесие как заправская наездница.
      Ну, а у кота проблем с равновесием не было вовсе: он снова уснул.
      – Как у тебя получается так ловко сидеть верхом, если в твоей стране нет кентавров? – поинтересовалась Чекс.
      – Мы ездим на волках, – пояснила девочка. – У всех нас (взрослых, конечно), есть друзья – волки, и если мы спешим, то ездим на них. У меня-то волка еще не было, но сидеть верхом мы все умеем с рождения. А летать – это почти как когда волк совершает огромный прыжок.
      – Должно быть, у вас там огромные волки.
      – А в Ксанфе большие?
      – Настоящие волки живут в Обыкновении. В Ксанфе есть оборотни, но на них не больно-то поездишь. А ваши волки летают?
      – Нет, только быстро бегают. Но они добрые друзья и всегда нас защищают.
      – А тебе легко удалось подружиться с Че?
      – Да, – ответила девочка с некоторым удивлением. – Но ведь он очень нуждался в друге.
      Припомнив, в каких переделках побывала Дженни с Че, тут тебе и глухая чаща, и Золотая Орда, и долгий путь в обход Элементарий, и заточение в Гоблиновом Горбу, Чекс ужаснулась тому, каково довелось бы ее малышу, окажись он один.
      – Да, нуждался, и ты оказалась ему хорошим другом. Но теперь, похоже, у него появился и новый.
      – Ну, Гвенни не совсем друг. Хотя нет, друг, конечно, но не в этом дело. Он ее спутник.
      – А она нуждается в спутнике, способном видеть за нее.
      Девочка промолчала.
      – Дженни, – сказала Чекс, – я позвала тебя с собой, потому что ты лучше разбираешься в ситуации. Мы, как нам кажется, уже поняли, какими мотивами руководствовалась Годива, устраивая похищение Че. Гвендолин убьют, обнаружив ее слабость, а с помощью кентавра можно попробовать сохранить это в тайне. Ведь Гвендолин слепа, да?
      – Нет, не совсем. Она видит почти так же, как я, и в очках чувствовала бы себя нормально. Беда в том, что гоблины ни за что не признают своим вождем девочку, да еще в очках. Че и вправду может ей помочь, но я до последнего момента не хотела просить его об этом, хотела, чтобы он вернулся домой. Но не могла же я допустить, чтобы Гвенни погибла! И он тоже! Мы никак не могли!
      Девочка заплакала.
      Ну конечно, а мать Гвендолин тем паче не могла сидеть сложа руки в ожидании смерти своей дочери. Сама будучи матерью, Чекс прекрасно это понимала, поэтому, несмотря ни на что, не могла по-настоящему ненавидеть Годиву. Та поступила так, как велел ей материнский долг.
      – Ты ведь плохо видишь без очков, Дженни, – временно сменила тему Чекс. – А как же ты обходилась без них дома, в своей Двухлунии?
      – Да там это особого значения не имеет. Можно обойтись посылами.
      – Чем?
      – Посылами. Похоже, у вас тут ничего подобного нет.
      – А что это такое?
      – Что-то вроде мысленной связи. Случись, например, тревога, вождь может созвать соплеменников, не издав ни звука. В прошлом, бывало, мы только этим и спасались.
      – Мы назвали бы это чтением мыслей, – сказала Чекс. – В Ксанфе такая способность редка, и считается магическим талантом.
      – Но разве без этого вы не чувствуете себя одинокими?
      – Нет. Мы ведь этого не испытывали и, стало быть, не можем знать, чего лишены. Значит, ты распознавала соплеменников, касаясь их сознания.
      – Примерно так. Ну, и Сэмми мне во многом помогал. Конечно, я не могла поговорить с ним по-настоящему, но вроде как видела окружающее его глазами. Конечно, мне случалось сослепу на что-нибудь натыкаться, но от этого особой беды не было. Там, где я жила, кроме ягодных полян, и натыкаться-то было не на что.
      Чекс поняла, что девочка привыкла не терять присутствия духа в затруднительных обстоятельствах. Понятно стало и то, почему она не отпускала от себя кота: не могла установить с ним мысленный контакт. Дженни из далекого чужого мира была доброй девочкой, и она по-настоящему помогла Че в трудную минуту.
      – А как ты относишься к моему малышу? – спросила Чекс.
      – О, он мне очень нравится, – пылко воскликнула Дженни. – До него я вообще кентавров не видела – ну, кроме тебя, – но он очень славный.
      В том, что ее сынок и вправду славный, Чекс ни капельки не сомневалась, но она знала и то, что он, несмотря на юный возраст, в выборе друзей весьма разборчив.
      Че не подружился бы с кем попало, и его дружба была для Дженни лучшей рекомендацией. Хотя сама Дженни о том не подозревала.
      – Но все же ты отказалась от него ради Гвендолин?
      – Нет! – возразила Дженни. – Я ведь как была ему другом, так и осталась. Но Гвенни.., она ведь действительно нуждается в нем, и она тоже славная и..
      И Дженни расплакалась снова. Она поступила так, как считала правильным, но ей все равно было жаль, что теперь она будет занимать в жизни Че меньше места, а он будет привязан к Гоблинову Горбу. Правда, раз Че можно будет выходить оттуда вместе с Гвенни, это, может быть, не так уж и страшно.
      Это объясняло, и почему Че передал право выбора Дженни. Он знал, что ей, возможно, придется принести не меньшую жертву, чем ему самому, и не считал себя вправе решать за нее. И вышло, что Дженни определила не столько его, сколько свою участь. Определила так, что теперь могла остаться в чужом мире одна-одинешенька, без единственного друга.
      Чекс все это тоже не радовало, но она не могла не признать, что в столь сложной ситуации трудно найти идеальное решение. У нее, во всяком случае, такового не имелось.
      Посмотрев вниз, она заметила сильно продвинувшихся по пути к горе сухопутных драконов – огромных, даже без рудиментарных крыльев, чудовищ, от которых не приходилось ожидать заботы о безопасности Че. Небольшим крылатым драконам такие противники не по зубам, и по их прибытии активно атаковать гору смогут только птицы Рок. Чего, конечно же, будет недостаточно.
      С военной точки зрения, Черион был полностью прав: все возможное следовало делать сейчас, без малейшего промедления. Надлежало вынудить гоблинов к капитуляции до следующего утра, но при столь ожесточенном штурме Че могла угрожать нешуточная опасность.
      – Дело обстоит непросто, – сказала Чекс. – Черион ни за что не допустит, чтобы нашего сына удерживали в горе. И если Че принял обязательство перед гоблинами остаться в Горбу, то Черион готов избавить его от этого обязательства, разровняв Горб и истребив гоблинов.
      – Но это же ужас! – воскликнула Дженни. – Они не такие уж плохие, особенно Годива. А если Гвенни станет вождем, то они со временем сделаются лучше.
      Мне кажется, что помогать кому-то стать лучше – хорошо и правильно.
      – Пожалуй, что так, – согласилась Чекс. – Но и Черион тоже прав. Ты видишь какой-нибудь выход из этого тупика?
      – Я просто хочу, чтобы все стали друзьями и перестали драться, – отвечала Дженни со слезами на глазах.
      – Я тоже, – горячо поддержала ее Чекс. – Вопрос в том, как нам с тобой этого добиться. Черион не успокоится, пока не вернет Че домой. Тогда как Годива…
      – Ну, это уже и не она, – сказала Дженни. – Конечно, началось все с нее, потому что Че она похитила, от этого никуда не денешься. Но после нашей встречи с Гвенни она предоставила ему выбор. Он мог уйти домой, но тогда…
      – Гвендолин долго бы не прожила, – сказала Чекс. – Ладно, это было решение Че, хотя и приняла его ты. Он хотел положиться на того, кто постарше и кто казался ему непредвзятым, чтобы быть уверенным, что решение правильное. Возможно, оно и было правильным. Но так или иначе, Че теперь там, а мы с тобой, как женщины, не можем допустить, чтобы кентавр выступал против кентавра.
      – Но что мы можем? – жалобно пролепетала Дженни. – Че должен оставаться или с вами, или с Гвенни.
      – Разве что мы поселимся вместе с ним в Горбу, – сказала Чекс с невеселым смешком.
      – Тебе там не развернуться, – сказала Дженни. – Но Че может вас навещать. Раз он дал слово…
      – Верно. Но ему придется возвращаться, да и отлучки должны быть недолгими. Он должен проводить больше времени с Гвендолин, потому что любой огрех может обернуться бедой. Помимо всего прочего, Черион будет настаивать на том, чтобы Че прошел обучение. Кентавры получают серьезное образование, и совместить это с пребыванием в горе в качестве спутника Гвендолин решительно невозможно.
      – Наверное, нет, – печально промолвила Дженни. – Если только она не согласится…
      – С чем?
      – Не согласится на время учебы перебраться к нему.
      Гвенни очень хотела бы посмотреть мир за пределами Горба, но до сих пор не имела такой возможности. У себя в комнате и в ближних туннелях она ориентируется, но снаружи сразу же пропадет.
      – Без надежного спутника, – вздохнула Чекс.
      – Вот именно. С помощью Че она может бывать где угодно, потому как он способен подсказать ей, что ее окружает. Но не словами – слова могут подслушать другие – а условными сигналами, известными только им.
      Пожалуй, никто, кроме кентавра, ее бы не выручил, потому что придумать такие знаки под силу только настоящему умнице.
      – Верно, – согласилась Чекс, – мало кто, кроме кентавров, способен на это. Я, конечно, справилась бы с такой задачей, но взрослый такими делами заниматься не станет. У нас есть и другие. Как, впрочем, и у Че…
      – У Че?
      – Ему суждено изменить ход истории Ксанфа. Вот еще одна причина, по которой его пришлось бы освобождать, даже не будь он кентавром и нашим сыном. Мы не можем допустить вмешательства гоблинов в исполнение предсказания. Признаться, у нас были опасения в том, что похищение совершено дабы помешать ему исполнить свое предназнаЧЕние.
      – Я, конечно, ничего не смыслю в истории Ксанфа, но скажи, если таким народом, как гоблины, станет править такая правительница, как Гвенни, разве это не изменит все самым коренным образом? Особенно если у этой правительницы будет волшебная палочка и такой советник, как Че?
      Изумление Чекс было таково, что она едва не свалилась с неба – и выправила полет, лишь совершив головокружительный кульбит.
      – Изменить историю Ксанфа, поставив во главе гоблинов женщину! – воскликнула она, выровнявшись в воздухе. – Мне такое даже в голову не приходило!
      Мы-то с Черионом думали о истории кентавров, ну, на худой конец, людей. А о гоблинах и не задумывались.
      – Я не уверена, – пролепетала Дженни. – Но, может быть, дело не в одних гоблинах. Ведь если их народ изменится к лучшему, это повлияет и на другие, разве не так?
      – Но тогда получается, что мы всю дорогу мешали Че исполнить его предназнаЧЕние. А возможно, мешаем и сейчас! – воскликнула Чекс. – Я должна сейчас же поговорить с Черионом.
      – А это заставит его передумать? – спросила Дженни.
      – Нет, он свое решение уже принял. Но выход надо искать.
      Дженни призадумалась.
      – Послушай, ты сказала, что любой кентавр мог бы помочь Гвенни нормально ориентироваться снаружи, только не стал бы этого делать, так?
      – Так. Кентавры заняты своими делами. Например, мы с Черионом стараемся правильно воспитать Че.
      – Ну, а если Гвенни явится к вам, неужто никто не поможет ей в то время, когда Че будет занят своей учебой?
      – Мы могли бы сделать это, но с какой целью?
      – Ну, если в этом его предназнаЧЕние, вы, таким образом, могли бы, не нарушая преднаЧЕртанного, дать Че должное образование. И он бы выучился, и Гвенни ней пострадала.
      – Ты хочешь, чтобы она переселилась к нам? – удивилась Чекс.
      – Ну, наверное, это глупость, – смутилась Дженни.
      Но Чекс осмыслила услышанное с рациональной точки зрения, и все встало на свои места. Пожалуй, при таком подходе ничто не угрожало бы ни предназнаЧЕнию Че, ни безопасности Гвенни, а, главное, ни отцу, ни сыну не пришлось бы отказываться от своего слова.
      – Это не глупость, а просто замечательная идея! – заявила Чекс. – Я тотчас расскажу об этом Чериону.
      Она развернулась и, мощно взмахивая крыльями, понеслась к горе. Но тут ей пришла в голову еще одна мысль.
      – Дженни, – сказала Чекс, – тебе надо будет сходить к Годиве: наши-то все сражаются с гоблинами. А еще ты должна будешь поговорить с Че и Гвендолин.
      – Хорошо.
      – И передать Че сообщение, которое поможет ему понять, чего я хочу.
      – Обязательно передам.
      – Сообщение короткое: «Помни правило ночного жеребца».
      – «Помни правило ночного жеребца». – повторила Дженни. – Я так и скажу. Хотя не знаю, что это значит.
      – Это трудно объяснить, тем паче, что, насколько я понимаю, в вашем мире нет ночных кобылиц. Но Че сообразит, а потом, думаю, расскажет тебе.
      – Хорошо.
      Девочка ни на чем не настаивала, а Чекс была рада этому, ибо хотела, чтобы решение осталось за Че.
      Приблизившись к горе, они увидели кружащих там птиц Рок. Пикируя на огромной скорости, каждая сбрасывала зажатый в когтях тяжеленный валун и взмывала вверх, тогда как гора содрогалась от удара. Птица улетала за следующим валуном, а на Горб пикировала другая.
      Как только три птицы подряд отбомбились, в дело вступили летающие драконы. Огневики опаяли створы туннелей струями пламени, а паровики окатывали гору паром, размягчая породу, и, таким образом, повышая эффективность бомбардировки. Но главной надеждой атакующих являлись дымовики: предполагалось, что дым проникнет в самую глубь Горба, и его обитатели вынуждены будут или подняться на поверхность, или задохнуться. Остальные крылатые чудовища отдыхали, дожидаясь своей очереди и предвкушая возможность полакомиться копчеными гоблинами.
      – Наги подорвут туннели, так что глубоко дым не проникнет, – сказала Дженни.
      – Черион знает толк в военном деле, и просто так от него не отбиться, – ответила Чекс. – Он вышлет вперед василисков. Гоблины и наги окаменеют под, их взглядами и не успеют обрушить туннели.
      – Гоблины уйдут под землю, в пещеры.., сливотамтамов.., или как их…
      – Свинопотамов, – подсказала Чекс, – Это страшные подземные чудища, вроде огромных гоблинов, но еще хуже, и обликом, и повадками. К ним даже гоблины могут сунуться лишь с отчаяния.
      – Но в силу договора они теперь союзники. И Че, наверное, тоже отправится туда.
      – Этого бы мне не хотелось. Свинопотамы союзники ненадежные: договор может быть для них лишь предлогом, чтобы заманить чужаков к себе и отправить в котел. Но Черион, кажется, позаботился и об этом.
      Первый отряд василисков он собирался направить как раз на нижние галереи, чтобы отрезать для гоблинов путь вниз.
      На этом разговор прервался: Чекс сложила крылья и начала заходить па посадку. Затем она раскинула крылья для торможения и приземлилась на все четыре копыта прямо перед мужем.
      – Черион! – с ходу заявила она. – Прекрати дымовую атаку. Возможен иной выход.
      – Меня устроит только возвращение Че целым и невредимым, – сказал Черион. – А если гоблины надеются, что ночь заставит нас прекратить штурм, то это они напрасно: светлячки помогут нам сражаться в темноте.
      – Нам вообще не надо сражаться, нужно просто забрать их обоих к себе домой. И Че, и эту Гвендолин. Он обещал стать ее спутником, пусть им и будет. В нашей долине.
      Черион опешил.
      – Но тогда нам надо будет взять заботу о девочке на себя. Это…
      – Не исключено, что именно в этом и заключается предназнаЧЕние Че. Дать гоблинам нового вождя и тем самым изменить историю Ксанфа.
      Черион был упрям, но рассудителен, и логику воспринимал как должно. А в этих рассуждениях логика несомненно присутствовала.
      – Ладно, – сказал он. – Я отложу атаку на час.
      Если Годива отпустит свою дочь к нам, вопрос можно считать решенным. Но пусть не тянет и не пытается схитрить: кентавра вокруг копыта не обведешь.
      – Дженни пропустят в гору, пусть она сходит и спросит. Вдруг это и вправду возможный выход?
      – Пусть идет, – согласился Черион. – Но если в течение часа она не вернется, я буду считать это отказом и поведу штурм всеми возможными средствами.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22