Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Семья (№2) - Вторая жизнь

ModernLib.Net / Криминальные детективы / Миронова Елена / Вторая жизнь - Чтение (стр. 1)
Автор: Миронова Елена
Жанр: Криминальные детективы
Серия: Семья

 

 


Елена Миронова

Вторая жизнь

Пролог

Тина ещё раз прошлась по вокзалу и остановилась у массивной колонны. Сегодня ей не везло. С утра — ни одного клиента! Так и с голоду помереть можно! Конечно, она не совсем без копейки, и всё же эту сумму она отложила на чёрный день. А само понятие «чёрный день» вовсе не означает, что он настал, если с утра нет ни одного клиента. Нет сейчас — будет вечером!

Тина достала зеркальце и внимательно осмотрела худенькую, юную мордашку. Да, с такой внешностью ей не о чем переживать! Она бы даже могла быть моделью, но рост подкачал. Девчонки в родном городе говорили ей, что на манекенщицу она не потянет — с таким — то ростом! Но вот моделью, мол, может быть, потому что для модели не важен рост.

И Тина купилась на это. Она вырезала из газеты несколько объявлений модельных агентств, и уехала в Москву сразу же после школы.

В одном ей сразу же отказали, во втором сообщили, что такой типаж с восточной внешностью не популярен на данный момент, и, если она обесцветит волосы, и острижёт их, то…

Тина отказалась. Она не собиралась сжигать роскошные шелковистые чёрные волосы перекисью водорода, и тем более остригать их.

Несмотря на своё желание стать моделью, девушка имела свои предпочтения и принципы. И уж волосы — то и были её главным богатством. На что ещё ей делать ставку, если не на свои длинные густые гладкие волосы, стройную фигурку, восточную манеру покоряться мужчине и опускать глаза при знакомстве и общении? Конечно, Тина вовсе не была послушной и смиренной на самом деле, но ведь кто не умеет создавать видимость!

Клиентов как раз и привлекало это её мнимое смирение, ласковые взгляды, робкие улыбки. А уж потом Тина превращалась в тигрицу, опытную, страстную, ненасытную. Все были довольны. У неё даже был один постоянный клиент. Но он приходит по пятницам, а сегодня только вторник. И не мешало бы заработать хоть что — нибудь, иначе до пятницы желудок сведёт от голода.

Тина вздохнула. Ей остался ещё месяц, всего лишь месяц. Перетерпеть несчастные тридцать дней, и — всё. Прощай, вокзальная жизнь! И да здравствует жизнь новая — тусовочная, светская, наполненная глянцевыми журналами и такими же красавицами, шикарными туалетами от знаменитых дизайнеров, и, как следствие, обложками с её, Тининым, лицом. С её восточным разрезом глаз, алыми губками, белоснежной улыбкой, и длинными, шелковистыми волосами, тонкой талией. Да она станет звездой, честное слово!

В агентстве « Синяя птица» ей сказали, что через три месяца у них начнётся набор девушек по контракту в арабские страны, в качестве танцовщицы. Тина была уверена, что её обязательно возьмут. Во-первых, она очень привлекательна, и имеет как раз те восточные черты, которые ценят арабы, вернее, к которым привыкли. Во-вторых, она действительно неплохо танцует, у неё хорошая пластика. И в — третьих, если её не возьмут сюда, ей придётся возвращаться в родной город, чего очень не хотелось делать. И только ради этой возможности поехать за границу по контракту, Тина терпела свою вокзальную жизнь. Впрочем, бомжихой она не стала, и бесплатной шлюхой — тоже. Можно было, конечно, найти и настоящий бордель, в котором девушки живут в квартирах, а не на вокзале. Но Тина знала, что эти доморощенные бордели ликвидируются чуть ли не каждый день, и девушек забирают в милицию. А на вокзале свои менты, они Тину не трогают, хотя она платит им совсем немного, по договорённости. И клиентов она подбирает сама, кому — то вольна и отказать.

Свою историю она рассказала Тимуру, который отвечает за всех проституток, кочующих на вокзале, и он, после трёх минетов, разрешил Тине работать самой, без сутенёра. Конечно, Тина и ему даёт, но не деньгами. Платит натурой, так сказать. Это предпочтительнее, нежели отдавать ему половину выручки. А дело было в том, что Тимур оказался её земляком. И, потом, Тина была не обычной бомжихой, и не дешёвой соской. Самая обычная проститутка, берущая за сеанс секса от пятисот рублей до двух тысяч, вот что она такое. Но ей лучше работается без сутенёра, когда не заставляют ехать неизвестно с кем. Тине нравилось представлять образ жизни клиента, его предпочтения в сексе, нравилось угадывать, что именно он собирается заказать — оральный, ональный или обычный. Словом, жизнь её была не самой трудной, если не считать того, что, в общем-то, она собиралась стать известной моделью, а не обычной шлюхой.

Тина закурила. Она изо всех сил старалась не походить на проститутку, поэтому и денег у неё было мало. Вещи на ней были куплены в магазине, а не на рынке, а духи — в «Арбат Престиж». Когда она придёт в агентство, от неё должно приятно пахнуть, и не дешёвым « Ландышем серебристым». И одета она должна быть не в лохмотья, а в хорошие, пусть не дизайнерские, но всё же приличные тряпки.

И вообще, остался всего лишь месяц, совсем скоро Тина пойдёт в то агентство, и её возьмут… Хорошо ещё, что на улице лето, тепло, иначе ей пришлось бы хуже.

Тина докурила, и выбросила окурок в урну. Нечего сорить, тем более что на вокзале и так грязно!

Она хищно оглянулась по сторонам. Так, кажется, никому дела нет до того, что ей очень хочется кушать. А лимит на эту неделю уже исчерпан, несмотря на вторник. Тина вчера купила себе роскошные босоножки, в которых планировала охмурять богатых арабов. Кто знает, может, подцепит себе какого — нибудь шейха… Она даже согласна жить в гареме, лишь бы ни в чём не нуждаться и ничего не делать! Всю жизнь только заниматься собой, ходить в салоны красоты, ездить на курорты, и отдыхать!

Она улыбнулась своим мыслям, и вдруг почувствовала взгляд. Тина обернулась и увидела очень привлекательного молодого человека. Он улыбнулся ей.

Тина напряглась. Она и в родном городе не чуралась мужчин, успев потерять девственность в четырнадцать лет. И теперь она остро почувствовала желание парня. Ну конечно, он её хочет, раз так смотрит…

Тина направилась к нему профессиональной походкой манекенщицы. Она и не подозревала, что со стороны смотрится натуральной, стопроцентной проституткой. Если бы кто — то сказал ей, что её походка выглядит вызывающе, а кофточка слишком открытая, чтобы подозревать в ней приличную девушку, Тина очень удивилась бы и даже обиделась. Она ни на минуту не сомневалась, что смотрится великолепно, и клиенты именно поэтому и выбирают её, и платят довольно немалые для вокзала деньги.

— Привет, — своим отрепетированным голосом, звучащим, как надеялась Тина, весьма сексуально, почти прошептала она.

— Здравствуй, — парень улыбнулся ещё шире.

Тина даже загляделась на него. Он был необычайно хорош: совсем молодой, белокурый, загорелый, он насмешливо смотрел на неё своими голубыми глазами.

— Ты не меня ждёшь? — продолжала шептать Тина.

— Может, и тебя, — согласился красавчик.

Его покладистость пришлась по вкусу девушке. Обычно клиенты тушевались, терялись, некоторые откровенно грубили. А этот, вроде бы, сразу «созрел». Молодец!

— Ну что, пойдём? — Тина не стала тянуть волынку. К чему базарить без толку, если время — деньги?!

— Пойдём, — снова согласился парень, и понравился Тине ещё больше.

Она даже выплюнула жвачку изо рта.

— Здесь недалеко, — проворковала она, и взяла парня под руку.

У Тины был небольшой закуток прямо в центре, за зданием вокзала. С одной стороны, пространство было закрыто закусочной, с другой — торговыми палатками, с третьей был забор, а с четвёртой оставался открытым только небольшой проём, в который и нужно было войти. Несмотря на довольно оживлённое место, мимо этого закрытого пятачка почти никто и никогда не ходил. Тине очень понравилось это место, и она всегда приводила сюда своих клиентов.

— Нет, — остановился парень, — давай ко мне, я на машине.

— К тебе домой? — удивилась Тина.

Иногда ей действительно попадались клиенты на машинах, но в этом случае она занималась с ними сексом прямо в автомобиле. Но чтобы домой?!

— Ты против?

Тина медленно покачала головой. В конце концов, что она теряет! Если что — то будет не так, она просто сбежит. Но что может быть не так? Парень просто красавчик, а такие люди не могут быть извращенцами или маньяками. А, даже если извращенец, ничего страшного… С таким можно даже ради собственного удовольствия! Тина спохватилась и назвала расценки. Он согласно кивнул. Похоже, с деньгами у него проблем не было. Тогда почему же он покупает себе женщину на вокзале? Почему он вообще покупает секс, если с такой внешностью девушки стопроцентно сами вешаются ему на шею, и многие из них сами готовы приплачивать за секс с ним? И вообще, красивый мужчина, как правило, никогда не пользуется услугами проституток, потому что могут взять бесплатно почти любую девушку. И она не только будет ему давать с радостью, но и любить его будет, абсолютно бескорыстно.

Впрочем, какое Тине дело до этого! Главное — что он платит, а, значит, это не её дело!

Они подошли к тёмно—синему «форду». Тина кокетливо присела на переднее сидение, и откинулась на спинку кресла, обтянутую такой — же тёмно — синей кожей.

Парень молча сел за руль и уверенно вывел машину на дорогу.

— Как тебя зовут? — нарушила молчание девушка. Ей почему-то стало не по себе. Обычно все клиенты шутили, или, наоборот, смущались, и задавали вопросы, но во всяком случае не молчали.

Парень удивлённо взглянул на неё и задумался.

— Асланбек, — наконец выговорил он. — Меня зовут Асланбек.

— Ты — не русский? — ахнула Тина. — Надо же, мы почти земляки, наверное!

— Нет, — буркнул Асланбек, — вряд ли…

Он опять замолчал. Тина раздумывала: интересно, почему ему так не понравилось то, что они земляки? Кто он, интересно? Чеченец, ингуш, кабардинец? Если последнее, тогда они точно земляки!

Тина вздохнула и стала смотреть в окно. Мимо двигались машины, дома, люди. Всё-же Москва — очень красивый город, думала Тина. И очень скоро она будет жить в нём на полных правах, она заслуживает этого!

Девушка испытала некое подобие гордости за себя, за то, что вырвалась из родного маленького городка, и решилась уехать в мегаполис.

Как было бы здорово быть уже известной моделью, и ехать вот так — со своим парнем! Она зажмурилась, представляя, как они приезжают к себе домой, обедают, а потом занимаются любовью и гуляют… Это было так чудесно, представлять всё это!

Тина открыла глаза. Конечно, фантазии все прекрасны, но всё-же она это получит — и карьеру, и мужа, и квартиру!

— Ты любишь золото? — спросил Асланбек, и она вздрогнула.

— Что? Золото?

— Украшения, — пояснил он, не отрывая взгляда от дороги. — Ты любишь носить золотые украшения?

— А кто же не любит, — засмеялась Тина, — только у меня нет ничего такого…

— На, надень серьги и браслет, — велел он девушке, и передал коробочку.

Тина немедленно раскрыла её и ахнула: в коробочке лежал великолепный комплект: серьги с бриллиантами в виде морских ракушек, и такой же браслет, довольно массивный. Такая красота была ею по достоинству оценена, но она не рискнула надеть гарнитур. Зачем это? А вдруг он хочет подставить её, мало ли, куда везёт! И скажет, что она украла украшения! Ну уж нет, чужого ей не надо. Не будет она надевать это, и точка!

— Надевай, — велел Асланбек.

— Но зачем? — возмутилась Тина. — Мы так не договаривались!

— Послушай, — он на секунду оторвался от руля и повернулся к девушке. — Мне нечем тебе платить, поэтому я дарю тебе эти украшения. Согласна?

— Но это так дорого, — вырвалось у проститутки, — ты лучше бы их продал, и мог бы купить меня сотню раз!

— А я и покупаю тебя сотню раз, — улыбнулся он. — Хочешь — забирай золото, но за это я буду любить тебя много—много!

Тина тоже улыбнулась. Это было приятно: то, что он сказал, что будет её любить, а не просто трахать… Это было так романтично!

Девушка осторожно вдела серьги в уши, сняв свои маленькие дешёвые гвоздики, и попросила Асланбека застегнуть браслет. Он на пару секунд выпустил руль из рук, и ловко щёлкнул застёжкой.

Тина вытянула вперёд тонкую руку и залюбовалась сверкающим предметом. Никогда у неё не было таких красивых вещей! Может быть, это начало? Если он не передумает и не заберёт у неё серьги и браслет, они станут первыми драгоценностями в её будущей коллекции.

Тем временем они выехали на какую-то стройку.

— Ты что, решил мне показать свой строящийся дом? — удивилась Тина.

Асланбек, едва улыбнувшись, отрицательно покачал головой.

— Мой дом совсем в другом месте, — ответил он. — Даже не в Москве.

— А зачем мы приехали сюда?

Тина ощутила смутное беспокойство. Всё-же странный этот парень, хоть и красивый, как и картинка. И зачем она села в машину?

Они подъехали к огромному котловану, и остановились в метрах пятидесяти от него. Теперь Тина уже паниковала, правда, стараясь скрыть панику от Асланбека.

— Ты что, хочешь прямо здесь…?

— Что — здесь? — не понял он, не выключая зажигания.

— Ну… Того самого, для чего мы сюда приехали…

Тина обычно сюсюкала с клиентами, предпочитая не называть вещи своими именами. Ей казалось, что это выглядит кокетливо и в то же время очень легко, то есть не напрягает. Клиент забывает, что он оплатил сеанс секса, и думает, что занимается любовью с подружкой. Вот и сейчас она действовала по этой привычке, хотя голос её дрожал.

Это было по меньшей степени странно, то, что он привёз её не домой к себе, а на какую-то безлюдную стройку, скорее всего, заброшенную. И странно, что подарил ей браслет и серьги… Тина старалась успокоить себя, что, если бы он намеревался сделать с ней что — то нехорошее, то не стал бы церемониться и дарить такой дорогостоящий подарок. Но что мешает ему забрать подарок ПОСЛЕ того, как он сделает с ней что — то нехорошее? Может, он фетишист какой-нибудь? И может заниматься сексом, только если на девушках надет этот роскошный гарнитур?

Тина повернулась к Асланбеку, чтобы наплевать на свои принципы и правила обращения с клиентом и напрямую высказать ему свои опасения. И в тот же миг получила сильный удар по затылку.

Она потеряла сознание и откинулась на кожаное сидение «форда».

Асланбек перетащил Тину на сидение водителя, и пристегнул её ремнём безопасности. Затем достал заранее подготовленную семилитровую пластиковую канистру из багажника, открыл её и обильно смочил проститутку и соседнее сидение бензином. Плотно закрыл канистру и поставил её на заднее сидение. Затем приоткрыл окно с её стороны, и захлопнул дверь.

Достал из кармана вытащенную из багажника тряпку, поджёг её и бросил в приоткрытое окно машины.

А потом быстрым шагом удалился на безопасное расстояние и встал за полуразрушенный кирпичный сарай.

Долго ждать не пришлось. Секунд через десять раздался взрыв. Немного помедлив, Асланбек вышел из укрытия и посмотрел на дело рук своих. Всё прошло гладко, по плану. Он позволил себе немного расслабиться. Теперь главное — чтобы его никто здесь не видел. А то, что на вокзале он мог «засветиться», его не волновало.

Он обошёл стройку с другой стороны, и немного удалился на восток, ближе к шоссе. Уже «голосуя» на дороге, он подумал, что «форд» очень жаль — машина была практически новая…

* * *

Ирина потянулась и расправила плечи. Спину ломило, и хотелось домой, на большой и уютный диван. Но, во — первых, ей надо было доделать эскиз кольца для клиентки, а во-вторых, врач не велела ей подолгу лежать. Сказала, что для будущего ребёнка очень важно здоровье и энергия матери, поэтому Ирине надо вести активный образ жизни, делать облегчённый вариант утренней зарядки, и расхаживаться, чтобы не отекали ноги.

А как расхаживаться, если ужасно тянет поясница, и вообще настроение отвратительное, хочется побыстрее закончить все дела, и — домой, на диван? Может, ну её, эту капризную клиентку с её рубином? Особенно если учесть, что это не рубин, а шпинель?! Камни, конечно, потрясающе похожи, не случайно же в истории случались такие казусы, когда знаменитые «Рубин Тимура» и «Рубин Чёрного принца» оказались шпинелью, менее твёрдым и, естественно, ценным, камнем.

Но Ирина не выполняет роль эксперта, она всего лишь дизайнер украшений. И, если клиентка склонна выдавать шпинель за рубин, она ей ни слова не скажет, это не в её правилах. К тому же такие камни не валяются на улице, их продают в крупных ювелирных салонах, и перед продажей обязательно оценивают эксперты, и женщина должна была знать со стопроцентной точностью, что кроваво — красный камень — не рубин. Но она предпочла не послушаться Ирину, пусть теперь получает не талисман, должный защитить её от жутких сновидений. К тому же клиентка по гороскопу оказалась Козерогом, родившись в конце декабря. Это было очень удачное сочетание: камень Козерога — рубин. И, по мнению предков, он отгонял злых духов. В старых русских лечебниках говорилось: «Кто яхонт при себе носит, снов страшных и лихих не увидит… Аще кто, в солнце смотрячи, очи затемнит, тогда ему поможет, егда тем камнем потрёт… А коли тем камнем по голове потрёшь, по волосам, тогда в себе плоть головную тянет, яко магнит железо… Аще кто яхонт носит в перстне при себе, тот и скрепит сердце своё, и в людях честен будет».

Клиентка, маленькая шустрая Верочка, жаловалась на страшные головные боли, возникающие у неё, как выяснила Ирина, вследствие ночных кошмаров. Отчего Верочке почти каждую ночь снились монстры и вурдалаки, было неясно. Девушка клялась, что не смотрит на ночь ужастиков, не увлекается творчеством Стивена Кинга и ему подобных, и вообще у неё всё в порядке. Ирина долго думала и присоветовала ей заказать себе украшение с рубином. Верочка выбрала кольцо. И вот теперь, когда Ирина обнаружила, что рубин — вовсе не рубин, а шпинель, она даже не знала, какую форму придать этому в принципе бесполезному для клиентки камню.

Спина всё продолжала болеть. Ирина встала и походила по комнате. Жаль, что в её офисе нет мягкого дивана, укутанного пушистым пледом. Как сладко было бы завалиться сейчас на него и, начхав на все предостережения докторши и капризы клиентки, слопать шоколадку и заснуть.

Ирина вздохнула и снова подумала о Верочке. А, собственно, почему она так зла на неё? А вдруг девушка и впрямь понятия не имеет, что камень — не рубин, мало ли на свете бесчестных ювелиров! В конце концов, кому какая разница, что это за камень, если именно он будет фигурировать в качестве оберега — украшения на руке, шее или в ушах заказчика?

И почему она вредничает и не хочет сообщить эти сведения Вере? Впрочем, «почему», было ясно.

Вера может поднять крик, заявить, что это она, Ирина, её обманула и подменила камни. Ведь рубин стоит не в пример дороже шпинели…

И что же тогда делать? Хотя она работает совсем недолго, но уже успела завоевать популярность, недостатка в клиентах нет. Хозяйка ювелирного салона Надежда очень довольна. Она даже повысила процент, который получает Ирина с каждого заказа. И всё же престиж и доверие завоёвываются годами. Испорченную репутацию не восстановить. И, если Верочка откроет рот, то клиенты будут испытывать недоверие, и, возможно, вообще прекратят своё паломничество. А с другой стороны, талисман, эскиз которого она нарисует, а ювелир изготовит, не поможет Верочке избавиться от дурных снов, потому что камень — не рубин. Замкнутый круг какой — то получается, честное слово! Эх, пора избавляться от привычки хранить в сейфе камни с фотографиями клиентов! Пусть клиенты отдают камни сначала ювелиру на экспертизу, и только после этого можно уже работать с ними! Но ювелирная мастерская, в которой работала Ира, открылась совсем недавно, на всё про всё один ювелир. Он и так постоянно ругается, что ничего не успевает и требует, чтобы его оставили в покое. И, если повесить на него ещё и предварительную экспертизу камней, которые приносят клиенты, то он вообще взорвётся! Надежда, хозяйка, обещала к середине будущего года оптимизировать процесс. Дело, мол, молодое, новое направление, учиться будем на собственных ошибках… Ещё хорошо, что Ирина не писала расписки клиентам, что, мол, взяла от такого-то такой-то камень!

И что же ей теперь делать? Может быть, и вправду поехать домой, улечься на диван, закутаться в тёплый плед и съесть шоколадку?

Ирина быстро, чтобы угрызения совести не заставили её вернуться обратно, схватила ключ от кабинета, и закрыла дверь. На сегодня приём клиентов окончен!


Павел снова кричал во сне. Мила уже устала успокаивать его. Честное слово, если бы она знала, что он станет таким истеричным, таким инфантильным и больным после исчезновения Жанны, она бы даже не затевала всего этого. Он даже стал её раздражать!

Мила поднялась с постели, накинула тончайший шёлковый халат, расписанный павлинами, который ей подарила Любовь Андреевна, и подошла к окну. Чудный вид на бассейн под стеклянным куполом не смог поднять ей настроение. Она закурила и стала выпускать колечки дыма в распахнутое окно. Ах, как было бы чудесно не утешать Павлика каждую минуту, не смотреть на то, как он на глазах превращается в какое-то безжизненное, упавшее духом существо, настоящую размазню!

Уже столько времени прошло, как Жанна исчезла, а он до сих пор не может забыть её и переключиться на Милу, которая, как нянька, всегда около него, утирает ему нос и успокаивает, утешая тем, что Жанна обязательно вернётся.

Вообще-то сама Мила ни на секунду не верила в это. Жанна не вернётся, это исключено. Уже почти шесть месяцев, как она не звонит и не показывается, к тому же совершенно ясно, что она изначально уходила навсегда. Чего стоит одна записка, которую оставила любовница Павлика в их гнёздышке! Там ясно говорилось, что она никогда не вернётся, и чтобы Павел её не искал, и что она будет любить его вечно…

Мила саркастически усмехнулась. До чего же забавны и одновременно жалки эти влюблённые романтики! Настоящие розовые сопли… Конечно, Мила отлично знала, почему Жанна решилась на этот поступок. Она знала, а Павел нет. И поэтому у Милы было больше шансов предполагать, что девчонка не вернётся. Даже если она не загнулась на самом деле, то вряд ли вернётся обратно. Слишком много воды утекло. К тому же такие импульсивные и жёсткие особы не станут ждать, пока рак изъест их изнутри, и предпочтут покончить жизнь самоубийством. Скорее всего, Жанна так и поступила.

И вдруг Милу прошиб холодный пот. Она даже выронила сигарету на дорогой паркет. А что, если Жанна убедилась, что абсолютно здорова? Что, если она каким — то образом прошла новое медицинское обследование, которое показало ей новые результаты? А что, если она готовится к триумфальному возвращению, и сейчас приводит в действие план по уничтожению Милы?

Девушка дрожащей рукой подняла окурок с пола и швырнула его в форточку. Вообще-то в этом доме уважали чужой труд, и никто из хозяев и тем более прислуга не позволил бы себе подобной роскоши. Но Миле на данный момент на все условности было наплевать.

Ей стало страшно. А что, если Жанна каким — то образом действительно заново обследовалась у нормального онколога, и тот развеял её уверенность в болезни? Что, если она всё поняла? Поняла, что это Мила подкупила гадалку и доктора, чтобы те уверили девчонку в смертельной болезни?!

Мила постаралась отогнать от себя эти мысли. Если Жанна всё поняла, то чего же ждёт? Отчего не явится сюда с намерением уничтожить разлучницу и воссоединиться с любимым?! Ведь, право, странно ожидать, что она, узнав о предательстве Милы, станет выжидать такой срок, и лишь потом начнёт действовать! Тем более что по просьбе Милы доктор сказал Жанне, что ей осталось жить не более трёх месяцев! А если она выжила, то почему же не является до сих пор? Ведь прошло уже почти два раза по три месяца! Нет, это вряд ли возможно.

Мила постаралась успокоиться. Вот чёрт, и зачем только ей в голову пришла эта мысль? Она с самого начала не задавалась вопросом, что будет с Жанной в дальнейшем. Главное — чтобы она исчезла с дороги Милы. А вот теперь Мила вдруг ясно поняла, что все эти месяцы она толком и не жила, всё время находясь возле расстроенного Павла. Она была ему нянькой и психотерапевтом одновременно, и вынуждена была ежечасно слушать оды Жанне и соглашаться, что та не могла просто так уйти. Что она слишком любила Павла для этого, и, если она ушла, значит, на это была причина. И, если бы она не поступила так опрометчиво, и рассказала бы эту причину Павлику, то они нашли бы способ её решить, быстро и безболезненно. Мила устала слушать, что Жанна — просто верх совершенства, и что Павел её никогда не забудет, и что он всегда будет её ждать…

Иногда Миле просто хотелось закричать: «Да никогда не вернётся твоя азербайджанская потаскушка, потому что это я сделала так, чтобы она никогда не вернулась! Потому что это я сначала помогла избавиться от её отца, а затем и от неё самой! Я щедро заплатила гадалке для того, чтобы она посеяла сомнение в душе Жанны насчёт её здоровья. И это я повела её к врачу, своему бывшему однокласснику, который, оттрахав меня на своём рабочем столе, сообщил ей жуткую весть о том, что её анализы показали, что девка больна раком. И что жить ей осталось совсем недолго, пару — тройку месяцев! И она поверила! А как же не поверить, когда её папочка был болен раком на самом деле! И, как я и планировала, она убралась с моей дороги! Она не захотела, чтобы ты видел её умирающую плоть, чтобы ты знал, как она страдает…

Она хотела, чтобы ты запомнил её молодой и красивой. Хотя это ты говоришь, что она — красавица, а на самом деле эта черноволосая худышка и слова доброго не стоит! И, надо отдать ей должное, она поступила благородно, не заставила тебя сидеть возле её постели и ожидать её смерти. А я ведь и вправду думаю, что она умерла от рака. Потому что когда человек верит в то, что смертельно болен, и даже знает приблизительную дату смерти, его организм вооружается этой верой и уничтожает себя. Это доказано не единожды и историками, и врачами. И, кто знает, может быть, она и умерла? Или вправду покончила жизнь самоубийством?

А я сделала всё это для того, чтобы ты достался мне! Чтобы этот дом, деньги твоего папаши, личные косметолог, тренер, парикмахер твоей матери принадлежали и мне, чтобы с помощью твоей семьи я записала новый альбом, и вновь взобралась бы на музыкальный Олимп!»

Мила ещё много чего могла бы сказать Павлу, но, конечно же, молчала. Хотя иногда ей хотелось прокричать всё это и уйти. Но уйти означало остаться у разбитого корыта. Это означало бы, что все её старания и усилия оказались напрасными. Уйти означало бы проигрыш. А Мила проигрывать не привыкла.

На столе вдруг запищал крохотный мобильный телефон Павлика. Мила задумалась на секунду, и включила его. В конце концов, не напрасно же она тетёшкается с ним, она почти что его жена, значит, у него от неё нет никаких секретов!

Услышав в трубке женский голос, Мила напряглась. Вот чёрт, и когда же он успел обзавестись новыми знакомствами? Неужели у неё появилась новая соперница?

Приятный голос попросил позвать Павла. Мила резко поинтересовалась:

— Кто вы?

— Я — следователь N — cкого отделения милиции, капитан Сапрыкина, — сказала женщина, и Мила почувствовала улыбку в её голосе. Мол, знаю я вас, ревнивых дамочек, так что можете не беспокоиться.

— Что случилось?

У Милы похолодели кончики пальцев, несмотря на тёплый солнечный денёк.

— Я могу всё — же переговорить с Павлом Резником? — настаивала дама.

Мила, по — настоящему испугавшись, растолкала Павлика и объяснила ему ситуацию.

С Павла мигом слетел сон, и Мила даже поразилась его чётким жестам и осмысленному выражению в глазах. Ведь все эти месяцы он выглядел больным щенком со слезами в красных, воспалённых глазах. Он не ходил на работу, совсем запустил себя, валялся целыми днями дома, и смотрел в потолок. Или без конца говорил о своей Жанне.

Мила наблюдала за выражением его лица. Вот он широко распахнул глаза, и они ещё больше посветлели, словно следователь Сапрыкина подарила ему надежду. Неужели…? Мила не сводила глаз с лица Резника.

Он открыл рот и схватился за горло, словно ему сообщили удушающую, в буквальном смысле этого слова, весть. Сказав:

— Да, я еду, — он отключил телефон и уставился на Милу. — Машину Жанны нашли… Говорят, что она сгорела…

— Жанна сгорела? — вскинулась Мила.

— Машина, — закричал вдруг Павел и затопал ногами. — Машина, ясно? В ней нашли труп, но это не Жанна! И всё — же я должен ехать на опознание…

— Зачем, если это не Жанна? — очень тихо спросила Мила, но Павел услышал.

— Они же не знают, что это не Жанна, — выразительно сказал он и бросился в свою гардеробную комнату, вход в которую был прямо из его спальни.


Шахид залпом вылил в рот мутноватую жидкость ликёра и даже не поморщился, хотя «Куантро» был крепким, сорокаградусным.

Он заметил, как выразительно посмотрела на него официантка, и отвернулся. Ему было не до неё. Наверное, ликёр пьют маленькими глоточками, а не залпом, как водку, но ему на это наплевать. Он только что приехал с опознания своей племянницы. Да, несомненно, это Жанна. Эксперты примерно определили возраст, рост и вес, и даже установили, что погибшая была не славянского типа. К тому же обгоревший труп находился в машине Жанны, которую установили по сохранившимся номерам, и, самое главное — на руке трупа был обнаружен оплавившийся золотой браслет с бриллиантами, в форме морских ракушек. И такие же серьги были найдены в машине…

Этот гарнитур покойный Малик, брат Шахида, подарил Жанне на совершеннолетие. И Жанна очень дорожила этим комплектом, носила его

в память об отце. Во всяком случае, когда Шахид в последний раз видел её, то этот гарнитур был на ней.

Он щёлкнул пальцами, подзывая официантку, и попросил повторить выпивку. Ему было плохо. Конечно, племянницу он не слишком любил, строил против неё какие — то козни, стараясь после убийства Малика встать на его место, и не допустить, чтобы Жанна заняла это благословенное место раньше. Это он убедил Семью в том, что именно Жанна виновата в убийстве отца, а, значит, недостойна находиться в азербайджанской общине. Это из-за него она покинула отцовский дом, и сбежала к этому щенку Павлу, который не смог её уберечь…

И вдруг он вспомнил, что, когда Жанна появилась у него в офисе в последний раз, то сказала, что больна. И что её ожидает скорая смерть. И что если она не успеет наказать убийцу отца, то это должен сделать он, брат Малика, Шахид. Тем более что она даже назвала имя убийцы.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12