Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Заговор против народов России сегодня

ModernLib.Net / Научно-образовательная / Морозов Сергей Александрович / Заговор против народов России сегодня - Чтение (стр. 9)
Автор: Морозов Сергей Александрович
Жанр: Научно-образовательная

 

 


      Профкорпорации
      Любое общество грешно корпоративностью. Иное дело - собственно корпорации не всегда складываются. И если степень корпоративности не превышает 20-35%, как в российском случае, то для сложения корпоративной системы необходимо множество условий. История последних десятилетий содержит избыточный материал об этом не столь сложном процессе. Русская революция старые корпорации уничтожила. Люди консорций большей частью погибли в последующих усобицах. Общественным фундаментом стала профкорпоративная система, где партия была высшей в иерархии, но все-таки просто профкорпорацией - вход был открыт всем достойным. При мирном, размеренном течении жизни не оказалось нужды в привлечении способных людей к управлению. Консорции парализовывались профкорпорацией, вытягивающей из них всех сильнейших авантюристов, а внутренних и даже внешних войн не было 50 лет. Иерархия сложилась, появились мастера и подмастерья. Имущие поделились властью с потомством, приведя не только второе, но и третье поколение. Одновременно в профкорпорации, оказавшейся слишком большой для мирного времени, появились землячества. Факторы потомства и сепаратизма привели к формированию малых профкорпораций, а в последних - к созданию клановых родственных групп.
      Лишняя свобода создает лишнюю иерархию. В том числе - иерархию ниш жизненного пространства. В иерархии возникают корпорации. Корпоративная болезнь общества развивается из лишней, не годной к усвоению свободы. Лишняя свобода - это когда человек может переплатить таксисту, а может и не переплачивать. Но он переплачивает, пользуясь своей свободой. Возникает таксистская профкорпорация - и теперь человек должен переплачивать, иначе он никуда не уедет. А над профкорпорацией возникает корпорация руководителей.
      Кроме компартии существовали и иные профкорпоративные формы профкорпоративное время обязывало. Так, была воровская корпорация, тоже "проф-": со своей моралью, законами, этикой и т. д. Застой привел к закреплению старого и приходу нового поколения - родились мафии. Профкорпорация тоже осталась - но в ее низах такая специфика, что вечно война, и закрепиться никому не удается.
      В профкорпоративном обществе происходило движение людей наверх. И вот застой вызвал его кристаллизацию - кто до какого места добрался, тот там и застрял. Высшие инстанции заваливались жалобами незаконно уволенных процесс корпоратизации стал процессом передела мест. В результате перетасовки, обмена людьми в каждой нише сформировалась устойчивая родовая группа. Существует мнение о всесильности парткомов в годы застоя, но при сравнении со строительной, торговой, правоохранительной мафиями они выглядят бледно и к перестройке перечисленными структурами не то что субсидировались - формировались. Вторая роль политических структур, ставшая впоследствии первой - коммутация. Они стали опорными пунктами системы связи и обмена по аналогии с современными западными элитарными клубами и масонскими ложами. Они стали инструментом борьбы местных группировок за центральную власть: "свой" в "центре" - это и выгодные заказы, и расширение штатов, и прочие льготы.
      От консорции к профкорпорации нет прямого перехода. Только когда консорция распыляется, выходит из игры по старости, возможен поиск новых форм организации. А до этого людей консорций боятся. Система профкорпоративного общества - структурная: под структуру подбираются достойные люди, структура первична, а люди потом. Ниша уже есть, она принимает желающих ее защищать. Но профкорпорация может быть стабильной системой, если угроза посягательства на ее нишу велика до кровопролития. Только в этом случае у нее есть стимул принимать достойных. Во всех других загнивание, корпоратизация, кланы.
      Итак, условия мира. Пока система не сформировалась, один из руководителей встает во главе процесса. Он имеет круг знакомых внутри и вовне структуры - питательную среду произрастания корпорации. С помощью круга он повышает своих людей, собирает свой клан - скелет корпорации - род. Род изгоняет из структуры недовольных и набирает наемников. Среди полезных выделяются сильнейшие, в том числе незаменимые профи, способные диктовать условия правящему клану. Дальше два пути: или они создают кланы свои и в союзе с правящим кланом начинают эксплуатировать наемников остальных (рабочих), либо создают профкорпорацию (если требуется высокоинтеллектуальная работа) под правящим классом на условиях социального партнерства. А сотрудникам "со стороны" профессионалами не дадут стать, держа в "черном теле" цехового института "вечных подмастерьев".
      Размеры профкорпораций самые разные: это и руководство компартии в 40-х - 70-х гг., профкорпорации существовали в торговле, бытовом обслуживании, в такси, в науке, в образовании - везде, где выгодно работать и где нет корпораций как таковых; впрочем, на верхушке иерархии именно последние.
      Основные профкорпоративные системы - уголовный мир, наука, военные, квалифицированный пролетариат. В современной России везде абсолютно как результат регресса и сокращения жизненного пространства наметились тенденции к жесткой семейно-родовой корпоратизации.
      Пролетариат в равной степени оказался затронут этим явлением. При переходе к пост-индустриальному обществу - а это происходит во всех развитых странах или при регрессе - численность занятых в промышленном производстве сокращается. Работы становится меньше, и деятельность людей активизируется к ее защите. Сначала создаются самоуправленческие организации, но после, по исчерпании их возможностей, рабочие создают что-то вроде средневекового цеха - корпорации. Они никого не могут уволить - даже по внедрению научно-технических новшеств сокращенные остаются при предприятии - создают внутренние службы услуг и т. д. Ясно, что ни о каких рынках труда-сбыта и речи идти не может. Рабочие места записываются за семьями и передаются по наследству.
      Корпорация есть союз кланов (родов). В данном случае кланами выступают рабочие династии, и говорить о корпорациях можно с полной уверенностью. Корпорация рабочих плюс корпорация руководителей дают в сумме корпорацию-предприятие. Здесь и передача части акций в собственность рабочих, и самоуправление, по сути ненужное, и классовый мир в борьбе с внешними врагами.
      Корпорации сворачивают рынок труда; рабочего со стороны, даже готового работать за меньшую плату, никто не возьмет - разве что только плата будет многократно меньшей. Это и есть механизм современной эксплуатации безо всяких капиталистов - со стороны трудовых коллективов. После этого ни о каком праве на труд, ни о каких равных возможностях, декларированных либерализмом, не может идти и речи.
      Там, где труд не особенно выгоден, сохранились и настоящие профкорпорации. У шахтеров, например - чем объясняется их способность к организации и борьбе. В случае общественного регресса они становятся положительной силой. Но при прогрессе - отрицательной. Их время индустриальное. Ни при каком другом они не нужны и даже социально опасны.
      Наука. Интеллектуальное производство при профкорпоративной системе было достаточно престижным местом. Щедрые финансовые вливания позволяли конкурировать в зарубежными интеллектуальными центрами, и в отсутствии успехов советскую науку 40-х - 70-х гг. обвинить никак нельзя. Но те самые деньги, плановую науку поднимающие, в конце концов ее утопили. Связь с Западом нарушилась усилиями охранок, пропала конкуренция. На почве монополизации возникли ниши - сначала отдельные теплые места, потом теплые институты, теплые отрасли. С сокращением финансирования пошла обвальная корпоратизация: меньше ниш - сильнее борьба. Победили максимально организованные группы, имевшие лобби в верхах, причем иногда к науке имевшие отношение весьма далекое: снабженцы, администраторы, партаппаратчики. Но так как они выбивали деньги - они ими и распоряжались. Опять, как и везде: деление "свои и чужие", выживание "чужих", корпоратизация. Но корпоратизация интеллектуального производства не допускается даже на Западе. Больше того, при высоких запросах она невозможна. В России в кратчайшие сроки перешли от науки к наукообразному ремесленничеству, а такое ремесленничество никому не нужно - даже самым гнилым корпоратистам. Вот и не стало русской науки редкие оазисы, работающие на Запад, да те самые корпоратисты, ранее процветавшие, а ныне живущие от сдачи в аренду под склады площадей своих "наукоемких производств".
      Армия. Процесс корпоратизации успешно проходил до начала 90-х годов, но с тем, как на нее выделяли все меньше средств, прекратился не завершившись. Сложились отдельные группы, до титула "корпорация" не дотягивающие. Для создания корпорации нужна концентрация - но офицерские династии распылены по огромной стране. Нужны собственные ресурсы - но армия потребляет то, что ей дают. А если выдают только на хлеб и воду - тут не до корпоратизации. Армия в России всегда сословие, профкорпорация. И тенденции ее развития пойдут в сторону мафий и множества бандитских групп.
      Милиция и криминальный мир живут по закону единства и борьбы противоположностей. Вверху - корпорации, внизу - наемники корпоратистов и мафии. Корпоратизация пошла по линиям прокуратуры и юстиции, здесь корпорации сложились в своем чистом, стандартном виде - но имеют они дело не с себе подобными, а с мафиями. При этом все переплетается и взаимно стагнирует. И даже корпоратисты - руководители страны иногда возмущаются создавшимся здесь положением. Такие структуры корпоратистов ни от кого не защитят.
      Пути корпоратизации: внешняя иерархия
      Корпоративная система возникла как общность иерархичная, и вне рамок исчезнувшего непосредственного подчинения она таковой и остается. Внешняя иерархия почти полностью, за исключением "интеллектуальных" групп, повторяет партийно-хозяйственную структуру.
      Свои корпорации возникли при центральных органах власти, в отраслевых министерствах и главках, на предприятиях и в объединениях. Общей чертой было то, что кланы корпорировались из КРУГОВ ЗНАКОМЫХ, и, следственно, не имели отцов-основателей. По исходному местоположению кланов корпорации получились центральными, министерскими, райкомовскими и производственными.
      Типичный пример центральной корпорации - "Роспром" Михаила Ходорковского. В 1987 году 24-летний (магическое число, все корпоратисты начинают восхождение именно с этого возраста) Ходорковский возглавил Центр научно-технического творчества молодежи. Эта организация занималась самым прибыльным на тот момент делом - импортом компьютеров. В 1988 году он же создал Коммерческий инновационный банк НТП с помощью знакомых из Госбанка СССР. Далее совершил традиционное для всех бизнесменов хождение во власть в качестве советника Ивана Силаева. Следующий шаг - созданный Ходорковским Коммерческий инновационный банк НТП выкупил возглавляемый Ходорковским ЦНТТМ у Моссовета при привлечении государственных денег. ЦНТТМ переименован в "МЕНАТЕП-инвест". В "МЕНАТЕП-инвест" открыты расчетные счета Фонда ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС с разрешения Горбачева. После последнего кризиса четырежды руководитель Центробанка Геращенко сказал: ""Менатепу" Центробанк будет помогать".
      Стиль создания центральной корпорации - она первоначально работает на государственных средствах, целевым порядком перечисляемых на ее счета. Связи с Ясиным и Геращенко - обязательное условие. Все подобные владения возникли в период первоначального накопления денег путем перекачки из госструктур посредством Центробанка. Из комсомола вышли далеко не все новые корпоратисты, но именно для центральных типично соотношение типа Николай Чаушеску - руководитель партии, Нику Чаушеску - руководитель комсомола.
      "Финансово-промышленые группы есть продолжение старых советских отраслевых министерств - заявили исследователи от Карнеги Эндоумент - и банкиры из этих групп используют государственную власть как магазин самообслуживания".
      Примеры министерских корпораций - Интеррос/ОНЭКСИМ (основные акционеры - внешторговые ассоциации советского периода) Владимира Потанина (друга Чубайса), "Газпром" Виктора Черномырдина и внутренняя центробанковская корпорация Ясина. Для этих корпораций типично направлять своих представителей во власть с конкретной целью захвата должностей. Бывший руководитель Центробанка Сергей Дубинин - с 1994 первый заместитель председателя банка "Империал" (входящего в круг т.н. "газпромовских банков" - "Газпромбанка", Банка "Империал", Банка "Олимпийский", Национального резервного банка), 1998 год - заместитель председателя правления РАО Газпром. О хождении во власть Чубайса написано более чем достаточно - в конце всех провалов страны и взлетов ОНЭКСИМа возглавил РАО ЕЭС России. Люди Ясина в центре, помимо его собственной бытности министром экономики - Яков Уринсон и Александр Лифшиц.
      Райкомовские корпорации: Ленинградская - Романова, Ставропольская Горбачева, Свердловская - Ельцина. Как и везде, отцов-основателей не было, круг был основной структурной единицей. Выдвиженцы круга направлялись на должности в центральные государственные и партийные органы. Вопрос власти был вопросом продвижения кадров, вопросом ускорения. Даже одна ступенька в иерархии при прочих равных возможностях - это много. Выдвигает круг, выдвигает людей по-одному, но через 15-20 лет вверху - только люди круга; равно круг сталкивает вниз всех тех, кто не в нем.
      Первый шаг к корпоратизации произошел в годы войны, когда деление произошло на своих и эвакуированных; в оккупированных районах процесс корпоратизации настолько замедлился, что к моменту создания корпоративной системы местные корпоратисты оказались в аутсайдерах и потеряли все ранее приобретенные преимущества. Второе деление послевоенное: фронтовики и "тыловые крысы": несложно понять, кто был в выгодном положении при переделах власти. Очередной шаг - торможение процесса продвижения кадров в 1970-80-х гг. Если в послевоенные годы круги знакомых возникли, то теперь они сформировались, расширились и усилились.
      Где были сельхозработы и стройки - там были приписки. Там же долгострои, там же проверки и договоренности с проверяющими из партийных органов. Партийцы плюс отраслевики приходили к взаимному пониманию, после чего - сауны, охоты, рыбалки, банкеты, взаимные приглашения. Все про всех знают, все повязаны, все дружат. Живут в нескольких определенных домах, дети учатся в одной школе, дачи рядом в спецзоне, отдых в одном и том же санатории, выезды в одни и те же партийные и комсомольские школы. А в конце концов круг собирается и решает: "А не послать ли нам Мишу Горбачева в Москву? Может, познакомится с какими полезными Стерлиговыми или Тарасовыми?"
      Следующая ступень - корпорации предприятий. В рамках своих владений они существовали с 60-х годов. Но с началом перестройки те из них, кто имел выход на внешние рынки с конкурентоспособной продукцией, перешли в наступление на отставших в развитии соседей.
      Типичный пример, когда человек приходит к власти в результате длительного присутствия в структуре - Валерий Яшин - контролирует питерскую связь. Он начал чуть ли не с рабочих должностей, и в течение 20 лет присутствия оброс нужными связями и людьми. И только с началом перестройки началось расширение. В его владения входят Петербургская телефонная сеть, "Лентелефонстрой" - прокладка линий, "Петрстар" - услуги цифровой связи) , пенсионный фонд "Телекомсоюз", "Нек-Нева" - производство телефонных станций, завод по производству телефонного кабеля, сеть магазинов "Технофон", издательство "Пресском".
      Другой вариант - расширение фирмы "Тольяттиазот" Владимира Махлая, поставлявшей аммиак и удобрения на экспорт. Возник фирменный "Тольяттихимбанк", после чего были подкуплены НПЦ Спектр (электроника), Волгоцеммаш (машиностроение), Шекснинский комбинат ДСП, Мраморные карьеры в Свердловской области.
      Вариант довольно оригинальный - "Автоваз". Здесь кланы еще находятся в процессе создания корпорации, и общенациональные процессы 10-летней давности можно прослеживать непосредственно. Каданников - непосредственно ходил во власть в чине вице-премьера. Его партнером был Березовский, занимавшийся на "Автовазе": внедрением САПР и АСУ. Они даже совместно учредили швейцарскую фирму "Форус", предоставившую ВАЗу кредит на 150 млн. долл. Но Березовский пошел по своему пути, и ВАЗ многократно оказывался в бедственном положении, что никак не повлияло на благосостояние его кланов. Президент ВАЗа Алексей Николаев - занимается поставками и продажами АО Автоваз, одновременно контролирует АКБ "Автомобильный банкирский дом". Человек этой же команды Николай Ляченков контролирует 60 фирм, обслуживающих Автоваз + банк "Потенциал".
      Несколько особняком стоят корпоратисты, расширившие свои владения непосредственно в перестроечные годы. Среди них Березовский - потому и недолюбливаемый в среде традиционных корпоратистов, что занял пространство "не по чину": сначала используя Каданникова, потом устроив номер с компанией AVVA, а далее внедряя своих людей типа Юмашева в президентское окружение. Генеральным директором АО "Аэрофлот - международные линии", контролируемое Березовским, был поставлен зять Ельцина.
      Здесь же относительно небольшие "земляческие корпоратисты": азербайджанские группы поставили под контроль выставочный бизнес (Арас Агаларов, хозяин фирмы "Крокус", стал сначала организатором выставки "Комтек" - первой частной выставки, а потом расширил владения до 27 выставок), армянские группы занялись нефтегазовыми предприятиями в регионах (Аветисян Владимир, первоначально контролируя "Волгопромгаз", после установления дружеских отношений с губернатором Самары Титовым создал банки АКБ "Газбанк" и Волго-Камский коммерческий банк, затем поставил под контроль целый ряд предприятий - "Синтезкаучук", "Новокуйбышевский нефтехимкомбинат", Самарский завод синтетического спирта, Средневолжскую газовую компанию - и пошел расширяться дальше, создав ряд фирм во множестве отраслей: страховая компания "Самара-Аско", Торговая сеть "Атлант", ОАО "Роспечать", Телерадиокомпания "Терра".) В числе ваучерных трофеев грузинских групп Холдинг "Уральские машиностроительные заводы" Кахи Бендукидзе, включающий знаменитый "Уралмаш" и другие машиностроительные предприятия.
      Низший уровень корпоративной иерархии - кланы, сидящие непосредственно в низовых единицах. Олигархи приходят и уходят, олигархи сменяются, но их опора -низовые группы - всегда сидят на месте. Есть корпорации предприятий, есть корпорации "сверху"; есть корпорации старые и относительно новые. Между ними идет борьба в рамках ими же установленных правил. Иерархия может незначительно меняться, кланы могут захватывать должности в правительстве и терять их - но это исключительно внутрисистемные разборки, в которые иногда вовлекаются массы. Нация не является субъектом корпоративной системы, и потому ото всех иерархических переделов и перетрясок не получит ничего и никогда.
      Внутренняя иерархия
      "В стране до сих пор существуют профессиональные и социальные кланы политиков, дипломатов, промышленников, ученых, людей искусства. Зачастую дети идут по стопам отцов, больше того, профессиональную карьеру трудно сделать, не имея соответствующих связей. Основой социальной структуры России является семья в широком смысле этого слова (включающая в себя сеть дружеских связей). Между этими семьями идет такая же напряженная конкурентная борьба, как и в любой западной стране". Это выдержка из инструкции по России для западных бизнесменов. Бизнесмены имеют дело с бизнесменами, и без описания корпоратизма, а выдержка - это корявое или криво переведнное описание последнего, понять современную Россию невозможно.
      Меняются места в иерархии - преемственность сохраняется. На самой верхушке люди немолодые, все имеющие, нуждающиеся только в уважении. В деньгах нуждаются их семьи. Корпоративная преемственность - не по конкретным лицам, она семейная. Причем при переходе от одного поколения к другому власть может конвертироваться в деньги, потом снова во власть, потом в собсвенность - и так по кругу.
      В каждой корпорации существует иерархия, прежде всего родо-семейная. Продвижения по служебной лестнице возможны в ее рамках. Соблюдение иерархии - первейшее корпоративное правило. Человек, поднявшийся каким-либо образом выше, оказывается в поле подозрения всех семей корпорации. Когда пространства на стороне не существует, когда оно охвачено корпорацией полностью и поделено, при попытке его расширения происходит или внутрикорпоративный конфликт, или столкновения с иными корпорациями. Это на высоких уровнях. На низких подобное имеет характер конфликта с мафиями.
      Борьба за жизненное пространство ставит определенные рамки - число ниш, привязанность человека к определенному роду деятельности полагают "от роду" один-единственный вариант.
      Техника проверена веками и не допускает изменений. Семейные связи существуют только в горизонтальных аспектах. Работник может подняться в управляющие, но его социальный статус не изменится. Он все равно будет только первым работником, это место не наследуется и новых прав не дает. Даже хуже - это значит подняться над своей семьей, оставаясь чужим высшему окружению.
      Русским любят говорить про "новых русских" миллионеров. Имена у них действительно новые - вот только фамилии старые - брежневской эпохи.
      Интеллектуальные возможности не играют никакой роли; даже если корпоратист выбирает снайперский путь, трехкратные усилия не поднимут планку доходов выше 20%. Олигофрен, состоящий в корпорации на порядок выше, в любом случае "заработает" на порядок больше. Только корпорации есть субъекты предпринимательства, и в них имеет значение только состоять, но ум, способности, таланты хотя и приветствуются, но не оплачиваются.
      Должности распределяются в относительном допуске плюс-минус уровень, но доходы - по близости к главной семье. Люди главного клана возглавляют все производные структуры. Люди, стоящие ниже, организуют временные операции, в т. ч. с созданием фирм и банков.
      Исходя из принципов возможного охвата, допускающего контроль, корпорация состоит из главной семьи со всеми родственниками - главного клана, 3 - 5 близких кланов непрямых родственников, имеющих каждый 3 - 5 доверенных семей. Плюс доверенные друзья семей - наемники и специалисты. 10 - 25 человек первого круга, 100 - 150 второго. Плюс "друзья друзей" вокруг вышеприведенных.
      Человеческие способности, предопределяющие успех в какой-либо деятельности, сильно различны и не передаются по наследству. Корпорация держит определенную нишу, ориентируя своих людей на эту деятельность. Наследник торговца становится торговцем, музыканта - музыкантом, и т. д. Место в жизни запланировано, предопределено связями и средствами производства. Появляются противоречия между способностями и возможностями. Профессиональный уровень корпоратистов падает, корпорация деградирует ухудшается качество человеческого материала. Слабость корпорации заложена в ней самой. Выход - в создании больших корпораций с обменом людьми через сеть корпоративных организаций, но равные эквиваленты подыскать тяжело, что делает обмен практически невозможным.
      Природная разнонаправленность, должная гарантировать расцвет, ведет к снижению качества. Корпорация может удержаться, если достаточно богата для найма специалистов: в обществах, где в корпорациях большинство населения, вакантных специалистов нет - выход в импорте людей. Вопрос талантов больной даже для Америки, но вертолет и телевизор русские изобрели здесь. Средства на развитие НТП, на науку принято собирать всем миром. И если бы даже в России оставались серьезные научные производства, они должны были бы вырывать свой кусок бюджета с боем - в результате распыление сил и снова отставание.
      Жизненное пространство страны можно представить как поле из неравных участков: ниш конкретных корпораций. Каждый разбит на множество мелких: мест, местечек, должностей - микрониш. В каждой - семья. В семье - отдельные люди. Пустого места не существует. Некоторые ниши - это штатные места бизнесменов. Если уезжает семья на запад - ниша сразу же занимается соседними семьями; если выбывает человек - занимается человеком этой семьи.
      Любому корпоратисту могут предложить получать "корпоративный минимум" за то, что он не будет до освобождения места работать в корпорации. Собственно, коммерческие институты, в т. ч. экономические, существуют в качестве отстойников для лишних корпоратистов. Для этой же цели - зарубежные стажировки и на худой случай - работа рядовым с перспективой. Пока не освободится микрониша, корпоратист должен сидеть и ждать.
      В корпоративном обществе, по определению, не существует бизнесменов-личностей, если только бизнесмены-корпорации. Боссы, сияющие с экранов, - это не люди, это корпоративные символы, не больше чем знаки различия. "Русской Мечты" по подобию американской не существует - нет здесь человека, начавшего с нуля и добившегося успеха: иначе именно его, хотя бы в единственном экземпляре, показывали СМИ.
      Никогда точно не известно, кто возглавляет коммерческие организации. Элементарная логика подсказывает, что это дети представителей власти, которым все позволено и все возможности предоставлены. Совокупность всех российских законов не позволяет заниматься бизнесом. Любого бизнесмена можно если не привлечь, то разорить. Но своих не разоряют, им предоставляют кредиты и государственные заказы, ниши на внешнеэкономическом рынке, квоты на вывоз сырья и тому подобные вещи. Все, что делают эти цветы корпоративной жизни, могло бы делать государство, как оно это делало раньше, и прибыль бы делилась на всех граждан, шла бы на строительство жилья и создание высокооплачиваемых рабочих мест, на науку и оборудование, на культуру и просвещение. На благо всех людей, а не нескольких сотен семейств, измазанных кровью еще сталинских жертв, не говоря уже о жертвах последующих.
      Универсальный коммутатор
      Мир корпоратистов существует фактически независимо от остального общества подобно двум нескрещивающимся биологическим популяциям, обитающим в одном ареале. Их система во многом повторяет обычные институты, часто занимает то же место, но она призвана решать конкретные системные задачи, никак не общественные. А при столкновении с обществом, если такое происходит, система старается свести взаимодействие к минимуму. Например, суд никогда не осудит важного корпоратиста: или не хватит доказательств, или закроется дело, и т. д.
      Корпоративное общество (по Гумилеву - субэтнос) не планировалось, оно именно возникло и обособилось. Оно подобно нации в строении своих институтов, но является отдельной популяцией - все институты у корпоративной системы свои, куда люди со стороны не допусаются.
      Для возникновения структуры нужно сконцентрировать нужных людей в нужном месте. Власть в равной степени - система коммутации. Собственно круги власти - корпоративная питательная среда - как раз то место, где проросли семена корпоративной системы,. Власть в первую очередь прошлая. Нынешняя только дораспределяет захваченное. Но структуры нужны - иначе корпоративная система не будет корпоративным миром.
      Собственно власть и была коммутатором первичным. Власть наследуется. В России не так много ее первоисточников. Это министерства, это управления делами, это крупные предприятия, это органы местного упраления, это госучреждения. Корпоративная система родилась где-то в подобных закоулках. И как она возникла, как появилась корпоративная самоидентификация - появились структуры специальные, ориентированные на будущие поколения.
      Эти структуры - спецшколы. Дети представителей власти встречаются здесь, здесь они первоначально делятся на команды: высшее, среднее и низшее управляющие звенья. Все встретившиеся - наследники корпоративных ниш. У них отличный от всех уровень жизни и следственно другое определенное бытием сознание.
      Далее - элитарные институты и факультеты. Опять концентрация наследников пространства. Академия народного хозяйства при правительстве РФ, МГИМО, Российская экономическая академия имени Плеханова (МИНХ), МГУ, Московский финансовый инстинтут - в Москве; в крупнейших городах состредоточены экономические и другие халявные институты, для наследников колхозных групп - сельскохозяйственные. Далее - партийные структуры: партийные школы, комсомольские школы, Высшая комсомольская школа при ЦК КПСС, семинары и т. д. По сути дела ничего не дающие мероприятия, кроме одного - коммутации.
      За время прохождения всех приведенных структур корпоратисты обрастают нужными связями: все они наследники и владельцы жизненного пространства, каждый чем-то владеет и каждый может что-то дать или в чем-то взаимно помочь. А если даже не напрямую, то через цепочку взаимозачетов.
      Получается так, что если у каждой семьи есть выход хотя бы на 40 семей, то через них уже на (40х40)1600. Громадная паутина, где сконцентрировано все жизненное пространство и великая власть. Всего же, по ориентировочным подсчетам, в центральных коммутаторах первого и второго уровней представлено около 1000 человек.
      Кто-то распоряжается жильем, кто-то - властью, кто-то судит, кто-то защищает, у кого-то - автомобильный завод, у кого-то - автосервис, и т. д. , и т. п. Каждый что-то качает в систему - жилье, услуги, товары - деньги ни за что по сути не платятся, они берутся со стороны, и никуда из системы не уходят - все живут, все богатеют, все проводят совместные операции по выкачиванию средств из населения и из государства.
      Да, система держится на взятках, но в большей степени она держится на связях, и взятку у человека с улицы в серьезных кругах никто не возьмет. А если и возьмет - только по корпоративной рекомендации.
      С тем, как исчезли партийные коммуникационные структуры, корпоратистам все равно надо было как-то договариваться. И чтобы проводить эти переговоры, по традиции была выбрана "политическая крыша". Так, несколько корпораций в борьбе за власть могут создавать союзы под видом политических партий и групп. В зале заседаний наемником фабрикуется лапша для народных ушей, а в кулуарах встречаются сами корпоратисты и решают свои вопросы. И если какая-либо корпорация желает примкнуть к союзу, она посылает представителя по координатам политической организации - маяка. Сюда и перекочевал главный коммутатор. А после кулуарных переговоров принимаются решения, спускаемые дальше средствами массовой информации.
      Помимо распределения жизненного пространства и совместных действий оговариваются политическая ориентация групп, квоты в масс-медиа, доли в проведении операций на уровне центральной власти и т. д. Коммутатор - это не то что параллельная система власти, это ее первая система. Заговор и коммутатор неразделимы, ибо без связи и правил, с его помощью установленных, нет и заговора.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17