Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Хроники Паксенаррион (№2) - Клятва наемника

ModernLib.Net / Фэнтези / Мун Элизабет / Клятва наемника - Чтение (стр. 20)
Автор: Мун Элизабет
Жанр: Фэнтези
Серия: Хроники Паксенаррион

 

 


— Во имя Всевышнего, вперед!..

Амброс тоже что-то кричал, но слов было не разобрать. Зажав в руке медальон с символом Геда, он из последних сил бросился на противника. Вокруг них вспыхнули языки пламени, и Пакс не могла рассмотреть, что произошло дальше. Она лишь почувствовала, что паутина больше не жжет ей кожу.

Клубок тел за стулом не шевелился. В комнате повисла гнетущая тишина. Вдруг остальные, словно сбросив с себя оцепенение, стремглав бросились к лежавшим на полу противникам.

Глава XVII

Сули схватила пряди паутины, которые опутали Пакс, но тут же отдернула руку, потому что на ладони у нее появились волдыри. Арвид подбежал вслед за Пакс посмотреть на Амброса и колдуна.

— Он мертв, — коротко сказал Арвид.

— А тот… колдун? — спросил Мал. — Они мертвы оба…леди, в какой же страшный капкан вы попали, — добавил он, помогая Сули снять с Пакс остатки паутины.

— Я знаю…

Пакс едва могла говорить от смешанного чувства гнева и стыда — Амброс был мертв, а она даже не смогла помочь ему! Сжав зубы, она продолжала разрезать остатки паутины, пока наконец не освободилась полностью и не встала на ноги, одежда ее обуглилась и превратилась в лохмотья. Окинув девушку взглядом, Арвид с уважением посмотрел на ее кольчугу:

— Мне кажется, именно она спасла вас.

— Да…

Пакс осторожно дотронулась до одного из ожогов на лице и повернулась, чтобы посмотреть на распростертое на полу тело Амброса. Страшная серая плеть колдуна оставила на его лице свои следы — все оно было покрыто волдырями. С помощью Мала они завернули в плащ безжизненное тело.

Арвид стоял у двери, охраняя вход в комнату. Но из коридора не доносилось ни звука. Пакс думала, что слуги этого дьявола, узнав, что хозяин мертв, разбежались кто куда. Наверное, некоторые выбрались из подземелья на поверхность, а кое-кто спрятался в тайниках, имевшихся в крепости. Сули тщательно осмотрела комнату, исследовав каждый гобелен. Лишь после этого она остановилась возле мертвого тела колдуна.

— Посмотрите… Тут есть… — сказала она, приподняв серебряную цепь, обвивавшую его шею.

— Не трогай, он волшебный! — Пакс вспомнила медальон Ачрии, который она видела в Ротенгри.

Сули испуганно посмотрела на нее, но отпустила цепь не так быстро, как ожидала Пакс. Однако ничего необычного не произошло.

Пакс не могла объяснить своих чувств. Ей не хотелось спускаться глубже в подземелье. Не хотелось встречаться еще с каким-нибудь дьяволом. Ей нравился Амброс, всякий раз она была рада вновь увидеть его веселое, приветливое лицо. Когда он рассказывал ей о своем сне, она знала, что он верит ей. И на его доверие и искренность она отвечала тем же.

Пакс смутно надеялась и заставила себя поверить, что то, с чем они должны были столкнуться в подземелье крепости, не будет таким страшным, как ее предыдущая встреча с могущественным колдуном. Она думала, что сон Амброса был лишь сном неопытного солдата, который со страхом ждет предстоящее сражение.

Но теперь Амброс был мертв, и она ничем не сумела ему помочь. Она, закаленный в боях солдат, даже не смогла вступить в схватку. Неопытный рекрут, почти что мальчик (так она думала о нем), должен был сражаться с врагом один на один и умер, не дождавшись ее поддержки. Он умер, как умерли до этого Месенион и Сабен, и никого из них ей не удалось спасти. И это несмотря на то, что она постаралась принять все возможные предосторожности, с раздражением подумала Пакс.

Только когда они двинулись в обратный путь, она вспомнила о себе. Каким будет теперь ее положение в городе? Что скажет о ней сэр Фелис? А маршал, что скажет он? Что скажут все остальные йомены, узнав, что их товарищ погиб, а такой опытный воин, как Пакс, попала в ловушку. Словом, мысли Пакс были мрачнее тучи. Наконец она услышала голос Арвида:

— Леди, видимо, вы предвидите, что у вас могут возникнуть некоторые проблемы. Ваша скорбь о йомен-маршале мне понятна. Но о чем вы думаете еще?

Пакс покачала головой. Вид у нее был потерянный.

— Амброс погиб по моей вине. Я все сделала не так, как надо.

— Все не так? Но позвольте, силы противника превосходили наши. Мы сражались на чужой территории, и при этому нас всего лишь один убитый и несколько раненых. А ведьмы все, леди, могли погибнуть. И, учитывая эти обстоятельства, вы все-таки считаете, что действовали неправильно? — Арвид смотрел на нее с удивлением.

— Никто не поблагодарит нас за то, что мы остались живы.

— Чепуха, вы забыли отметить главное — злой колдун побежден, и я должен добавить — вы тоже бросились на него в атаку и сделали бы все возможное, чтобы убить его, если бы не попали в сети его паутины. Молодой человек погиб как настоящий воин, но отнюдь не по вашей вине. Впрочем, я думаю, больше вы в такую западню не попадете.

Пакс вновь покачала головой, но все же после слов Арвида ей стало немного легче. Остальные не сказали ничего, лишь робко улыбнулись девушке, когда она посмотрела на них. Арвид вновь заговорил с ней:

— На прощание я хочу пожелать вам удачи, леди Паксенаррион. У вас все задатки великого воина. И сейчас вам уже не занимать мастерства. Помните об этом…

— Вы говорите так, потому что собираетесь покинуть нас?

— Да.

— Но почему?

— Моя миссия выполнена, меня наняли, как я уже говорил, убить это чудовище или заставить его стать членом гильдии. Думаю, от него было бы мало пользы, даже если бы они внял голосу разума. Я видел его мертвым и забрал некоторые ценности из тех, которые гильдия потеряла по его вине.

Пакс не видела, чтобы он взял что-нибудь в подземелье. Но пока она обдумывала его слова, Арвид вытащил что-то из кармана и протянул ей. Сквозь тонкую кожу перчатки она ощутила, как он положил ей что-то на ладонь.

— Вот… Это подарок для вас. В отличие от ваших друзей-гномов я предпочитаю отдавать долги сразу же. Нет, не смотрите сейчас… не хочу, чтобы вы благодарили меня, это слишком скучно. Как видите, я ничего не собираюсь объяснять маршалу или встречаться еще раз с сэром Фелисом. У вас достаточно свидетелей, которые смогут подтвердить ваши слова.

Он поднес ее руку, все еще сжимающую его подарок, к своим губам. Пакс никогда не видела и не могла представить такого жеста. Прежде чем она успела что-нибудь ответить, Арвид опустил ее руку и пошел прочь, ни разу не оглянувшись. Она сунула руку в карман, так и не посмотрев, что же в ней лежит, и повернулась к остаткам своего отряда.

— А если я скажу, что это самая большая нелепость, о которой я когда-либо слышал? Амброс, почти что мальчик, бросился на жреца Ачрии! И вы позволили ему сделать это!…

Маршал, гневно сдвинув брови, ходил взад и вперед по мызе. Руки его были засунуты за пояс. Пакс, Мал и бывший с ними в подземелье йомен стояли у стены. Тело Амброса, по-прежнему завернутое в плащ, лежало на помосте.

— Маршал, вы позволите…

Сэр Фелис выглядел почти таким же рассерженным, как и маршал. Тот остановился на полпути и коротко кивнул в ответ. Сэр Фелис внимательно посмотрел на всех, прежде чем заговорил:

— Маршал, когда Амброс рассказал мне о своем плане, я думал то же, что и вы сейчас. Нелепая затея, сказал я ему. Но сейчас я думаю, что… что был тогда не прав.

— Не прав?! Но ведь он мертв, и…

— Подождите, маршал. Я сказал Амбросу, что у него нет никакого опыта. Напомнил, что вы отдали ему приказ оставаться на мызе. Я даже обидел Паксенаррион, сказав ему, что глупо отправляться куда-то в компании вора и наемника. Но он ответил мне, маршал, что получает приказы не только от вас, но и от Геда.

Маршал нахмурился. На лице его показались морщины, он будто бы состарился в один миг.

— Это не был…

— Я тоже не думал, что это был приказ Геда. И сказал ему об этом… А также о том, что многие юноши уверены, будто Гед благословляет их глупость. Но, маршал… я думаю, что слишком много наговорил ему всякого. Гед милосерден к тем, у кого ясная голова и сильные руки. Он рассердился на меня, и, может быть, это подтолкнуло его…

— А может быть, и нет. Если это действительно был Гед, если это не было блажью… А что вы думаете об этом? Вы были с ним, когда он принял решение? — Маршал обвел всех взглядом.

Несколько мгновений все молчали. Затем заговорил Мал:

— Сэр маршал, Амброс задумал найти этого колдуна сразу же после нашего разговора с бандитами. Пакс надеялась, что он дождется вашего возвращения. Но он не хотел и не мог ждать ни дня.

— Это правда, Паксенаррион? Вы пытались отговорить его идти в крепость?

Кровь бросилась Пакс в лицо, и она опустила глаза.

— Да, сэр. Когда он впервые рассказал мне о своем плане, я решила, что он сошел с ума. За несколько дней до этого, сэр, он рассказал мне об одном своем сне. Ему приснилось, что он был убит в одном из сражений. Я узнала об этом на следующий день после вашего отъезда.

— Он считал сон вещим?

— Амброс не был уверен. Он спрашивал меня, но мне ли разгадывать сны? Он думал, что это могло быть послание дьявола, чтобы напугать его и заставить отступиться. И он решил поступить наперекор всем опасениям. Я пыталась внушить ему, что это могло быть и предупреждением от Геда или чем-нибудь в этом роде. Но он уже принял решение и считал, что должен найти главного преступника.

— Но почему он не мог подождать моего возвращения? По крайней мере несколько дней… — Маршал с грустью посмотрел на распростертое на помосте тело Амброса.

Глаза Пакс налились слезами. Она надеялась, Амброс не возражал бы против того, чтобы она рассказала о его сне.

— Он… он думал, что сражение должно вот-вот произойти. Он даже видел — во сне, конечно — те порезы, которые я нечаянно нанесла ему той ночью во время тренировочных упражнений. И они не заживали.

Маршал выслушал рассказ Пакс и молча кивнул. Потом посмотрел на остальных:

— Он рассказывал кому-нибудь еще об этом сне?

— Нет, сэр, — послышались в ответ уверенные голоса.

— С ним творилось что-то необычное, сэр. Он ничего не говорил мне о своем сне, но, когда я сказал, что он находится не в лучшей форме, Амброс попросил меня быть рядом с ним, если придется вступить в бой, — добавил Мал.

Обсуждение продолжалось несколько часов. Наконец маршал отпустил всех. Гнев его, казалось, несколько утих. Пакс настолько устала, что едва могла идти. Войдя в гостиницу, она поднялась по лестнице, никому не сказав ни слова. Оказавшись в своей комнате, она бросилась на кровать, даже не сняв с себя оружия. В голове мелькнула мысль, что нужно позаботиться о лошади. Но сил, чтобы подняться и пойти в конюшню проверить, все ли в порядке, у нее не было.

Она долго лежала так, не смыкая глаз. Пакс казалось, она никогда не сможет заснуть. Холодный ветер проникал в комнату через открытое окно и обдувал ее разгоряченное лицо. Наконец она натянула на себя одеяло, закрылась им с головой и вскоре уснула.

Забрезжил серый и туманный рассвет. Пакс оставила ставни на ночь открытыми, и теперь пол рядом с окном был сырым и холодным. Девушка смотрела на выступившую на стенах изморозь, ей не хотелось двигаться. Она услышала шум где-то внизу, во дворе, чьи-то шаги, голоса. Но ее собственные ноги болели. Плечо ныло. В боку что-то кололо, мешая дышать, она изогнулась от боли, но потом рывком сбросила с себя одеяло и вскочила на ноги. Сапоги Пакс заскользили по влажному полу, когда она шла, чтобы закрыть окно.

Остатки ее одежды свисали с красивой кольчуга, словно высохшие листья со здоровой и полной жизни ветки. Лишь кожаная куртка была цела. Хотя и она местами сморщилась, словно ее коснулись языки пламени. Пакс содрала лохмотья с кольчуги, радуясь, что отправилась в крепость в старой одежде и сумела сохранить новую в целости и сохранности.

Наконец девушка сняла с себя кольчугу и только сейчас заметила, что в кармане ее куртки что-то есть. Ну конечно, подарок Арвида. Она сунула туда руку и, вытащив ее, увидела, что на раскрытой ладони сверкает пламя.

Застыв в изумлении, она пригляделась и наконец поняла, что же это было в действительности. Нитка, вернее, несколько ниток, связанных вместе, на которые были нанизаны сверкающие пламенем драгоценные камни, белого и голубого цвета. Они струились в ее руке, точно освещенные солнцем капли воды. Застежка была сделана из золота. Пакс открыла от изумления рот, не в состоянии оторвать глаз от этой красоты. Затем она быстро засунула украшение обратно в карман. Когда Пакс открыла дверь, чтобы выйти из комнаты, то чуть не упала, споткнувшись о Сули. Та, свернувшись калачиком, спала у порога.

— У нас с тобой ничего не получится. Не получится потому, что я совсем не такая, как ты ожидала, и все совсем не так просто, как ты думаешь, — твердо сказала Пакс. Она избегала встречаться глазами с Сули и чертила что-то пальцем по столу, чтобы отвлечься от мрачных мыслей.

— Я понимаю, что все совсем не просто. Я видела Амброса мертвым — это было действительно страшно! — почти выкрикнула Сули.

Пакс взглянула на нее, лицо девушки было печально.

— Но я все-таки очень хочу быть с вами… несмотря даже на то, что знаю… и не понимаю, почему вы не хотите… — жалобно попросила она Пакс.

Паксенаррион немного понизила голос и с сожалением посмотрела на Сули:

— Ничего ты не знаешь! Если ты видела смерть только одного человека, то ты еще ничего не знаешь. Ты слишком самонадеянна из-за собственной неопытности. Тебе удалось уцелеть в нескольких сражениях, пусть даже и нелегких…Что ж, поздравляю! Но поверь, это еще ничего не значит…

— Но я хочу помогать вам, хоть у меня еще мало опыта. Вы ведь многому можете научить меня, — сказала Сули.

— Я и сама умею не так уж много. И не надо спорить. Я умею лишь то, чему научилась в отряде герцога, — может быть, немного больше. Ты думаешь, у меня большой опыт. Но ты думаешь так лишь потому, что сама не знаешь очень многого, — возразила Пакс, покачав головой.

В душе она сомневалась, что ее могли бы убедить подобные слова, услышь она их от кого-нибудь спустя год после того, как ушла из дома. Подействуют ли сейчас на Сули ее доводы? Встретившись с ней взглядом, Пакс увидела в глазах девушки лишь непреклонную решимость. Тогда она вновь попыталась воззвать к разуму Сули:

— Сули, я считаю, ты можешь быть хорошим солдатом. Ты — сильная, быстрая, умеешь обращаться с оружием. Ты умеешь даже намного больше, чем я, когда ушла из дома. И я не пытаюсь отговорить тебя стать настоящим воином. Если ты не хочешь быть наемником, попробуй поступить куда-нибудь на службу охранником. Или попроси маршала Кедфера об усиленных тренировках в товариществе. Все, чему я могу научить тебя, — это лишь правильно обращаться с оружием. Мне же самой еще многому нужно научиться. К тому же, когда я начинала, у меня не было возможности останавливаться на постоялом дворе. Это впервые…

— Именно поэтому я и не хочу поступать на службу нив какой отряд. Там никогда нельзя побыть одной. Я знаю, как зарабатывать на жизнь и ни от кого при этом не зависеть. Могу помочь в этом и вам, — сказала Сули.

Пакс неоднократно слышала от Мала и других йоменов, что Сули часто ввязывалась в разные потасовки. Поэтому она назидательно сказала девушке:

— Мой старый сержант не раз говаривал нам, солдатам, что участвовать в обыкновенных драках — глупо. А ты ведь часто это делаешь. Пойми, большинство людей вообще не любят солдат. А если у тебя будет репутация человека, постоянно попадающего в неприятные истории, многие будут рады засадить тебя в тюрьму или продать в рабство.

— Но здесь у нас нет никаких рабов, — прошептала Сули. Пакс допила эль и сказала:

— Да, но ты вполне можешь попасть в тюрьму. Это, Сули, так, к слову. В целом же дело не в тебе, а во мне. Я просто не готова взять тебя с собой. Если бы я просто путешествовала, тогда другое дело. Я же хочу…

Сули расплакалась, не дав ей договорить:

— Но у меня никогда не будет другой такой возможности! Никто не обращает на меня внимания, все думают, что я просто вздорная девчонка. Я надеялась, вы мне поможете… ведь вы же женщина, в конце концов… и я никогда не выберусь отсюда, если вы не…

Пакс стукнула кулаком по столу:

— Послушай, что я скажу тебе, Сули. Я не раз говорила тебе, как выбраться отсюда и получить необходимый воинский опыт. Но ты не хочешь идти по верному пути. Ты хочешь получить все сразу. Я вижу это по твоим глазам — ты смотришь на мой меч, на мою кольчугу и лошадь. И думаешь о том, что тебе тоже хорошо бы все это иметь. Только ты не видишь разницы в годах и забываешь о том, сколько лет мне пришлось потратить на то, чтобы получить все это. Но ведь другого пути просто не существует. Да, в какой-то степени мне повезло, многое я приобрела благодаря счастливому случаю. Но только не опыт и не мастерство воина. Все это пришло после нескольких лет ежедневного труда — изнуряющих тренировок, участия в сражениях. Ты же не хочешь этим заниматься, ты считаешь все это скучным. Но ведь именно благодаря упорному труду я стала той, кого ты видишь сейчас перед собой. Пойми: нельзя так просто из деревенской девчонки, умеющей немного обращаться с мечом, превратиться в… — Пакс умолкла, подыскивая нужные слова. Она и сама не знала, как правильно назвать себя.

— Почему же, это вполне возможно. И с вами такое могло бы произойти. Если бы вы встретили кого-то очень опытного, перед тем как поступить на службу, и вас бы научили всему тому, что необходимо знать и уметь настоящему воину. Тогда вы стали бы богатой и знаменитой намного раньше, — возразила Сули.

— Но ведь я могла и погибнуть, не имея достаточного мастерства, который накапливается с годами. И тогда, Сули, я никому бы не смогла передать свои знания. Когда мы были рекрутами в отряде герцога, мы месяцами накапливали опыт и мастерство.

— Но я ведь тоже много тренировалась с маршалом. Вы видели меня в деле, я не новичок.

Пакс вздохнула. Интересно, она тоже казалась такой же нетерпеливой и необузданной, когда поступала на службу к герцогу? Ведь тогда она была так же молода, как сейчас Сули, но Пакс, по крайней мере, последовала тогда совету Джорнота и не убежала куда глаза глядят в поисках приключений.

Она пыталась найти нужные слова, чтобы ответить Сули, как вдруг почувствовала, что на нее упала чья-то тень. Девушка оглянулась, один из старших йоменов кивнул ей:

— Леди Паксенаррион? Маршал Кедфер хотел бы поговорить с вами на мызе. — Он улыбнулся покрасневшей вдруг Сули и добавил: — Говорят, Сули, ты славно сражалась вместе с этой леди.

— Да, — кивнула Пакс.

Йомен с уважением посмотрел на Сули и сказал:

— Наверное, надо подумать о том, чтобы перевести тебя на роль старшего йомена. Возможно, со временем ты даже станешь йомен-маршалом.

— Я не знаю, как вы выбираете йомен-маршалов, но скажу вам, что Сули очень хорошо сражается мечом, — заметила Пакс.

Она встала из-за стола и взяла свой плащ, собираясь уходить. Йомен сел рядом с Сули и начал с ней о чем-то говорить. Глядя на них, Пакс вздохнула с облегчением.

В кабинете маршала было немного холодно. Пакс удивилась, почему он не зажег огонь в маленьком камине. Потом она увидела киакдана, стоявшего прислонившись к стене и похожего на тень.

— Входите, Паксенаррион. Мы как раз говорили о вас, — сказал маршал.

Она быстро взглянула на киакдана, но он ничего не сказал. О чем конкретно они говорили? Последние беседы с маршалом были для нее довольно мучительными. Она знала, что он больше не винил ее в смерти Амброса, но она сама все еще упрекала себя за это. Пакс села на предложенный ей маршалом стул. Киакдан шагнул вперед, чтобы сесть с ней рядом.

Когда они наконец устроились удобно, маршал продолжил:

— Вам, наверное, интересно, с какой целью я пригласил вас сюда. Так вот: вы, конечно, знаете, что я хотел бы видеть вас в рядах братства Геда. Как маршал Геда, я заинтересован во всех солдатах, которые имеют честную и благородную цель. Но что касается вас, у меня есть еще кое-какие мысли. Я пригласил сюда киакдана, чтобы поговорить с ним о вас.

— Понятно, сэр, — сказала Пакс, когда он умолк, словно собираясь с мыслями. Она не знала, что можно тут сказать еще.

— Прежде чем мы продолжим, скажите, согласны ли вы, чтобы Сули служила у вас? Я знаю, она хочет быть вашим оруженосцем. Вот уже три года, как эта девчонка мечтает уехать из Бреверсбриджа.

— Маршал Кедфер, я как раз говорила с ней об этом, когда йомен передал мне вашу просьбу прийти сюда. Нет, я не возьму ее с собой. Я не рыцарь и не имею права иметь оруженосца. И я не странствующий меченосец, который ищет приключений, как, возможно, она обо мне думает. Мне не нужен компаньон, и я сказала ей об этом.

— У вас есть какие-нибудь жалобы на нее?

— Нет. Абсолютно никаких. Она храбро сражалась с охранниками колдуна в крепости, как я уже говорила вам.

Но, сэр, я думаю, она еще не готова стать настоящим солдатом. А я не тот человек, который мог бы подготовить ее к этому. Мне самой еще многое нужно узнать, чтобы стать тем, кем я хочу стать.

— А вы сами-то знаете, кем хотите быть, Паксенаррион? — спросил киакдан.

Часто задумываясь о будущем, девушка представляла себя в каких-нибудь привилегированных войсках, например в королевской гвардии Тсайи. Такие видения часто появлялись в ее сознании, а потом куда-то исчезали.

— Нет… Точно не знаю, но только не наемником. Люди обычно плохого мнения о таких солдатах, не хочу я быть и охранником торговых караванов до конца своих дней.

— Может быть, рыцарем? Или, возможно, капитаном? — спросил маршал Кедфер.

Пакс посмотрела на свои руки, уже привычные к оружию:

— Возможно. Я — солдат, очень люблю сражаться мечом, да и вообще мне нравится такой образ жизни. Понимаете, я хочу сражаться…

— …С тем, с чем нужно сражаться? — продолжил ее мысль киакдан.

Пакс согласилась:

— Да, именно это я имела в виду. Со всем плохим, что есть на земле. С бандитами в Ааренисе, которые убили моих друзей. Или с Синьявой… он ведь был настоящим дьяволом. Или с тем, кто держал в плену Главного волшебника. Только я не думаю, что у меня достаточно для этого сил. Но я хочу сражаться там, где я уверена в своей правоте, а вовсе не для того, чтобы показать свою силу. Знаете, как это бывает во время ссоры в какой-нибудь таверне…

Киакдан произнес:

— Вы знаете и умеете уже очень многое, Паксенаррион. Гораздо больше, чем большинство солдат. Я и раньше так думал, а теперь в этом просто уверен.

— Господин Оакхеллоу… — начал было маршал. Но киакдан сделал ему знак, чтобы он дал ему договорить.

— Маршал, я не подвергаю сомнению искренность последователей Геда. Вы знаете это. Мы поклоняемся одним богам. Но некоторые воины не используют возможности Геда. Может быть, Паксенаррион — одна из них. — Затем он повернулся к Пакс и сказал: — Паксенаррион, мы понимаем, что вы сразились со жрецом Ачрии и победили его. Вы доказали, что хотите знать и уметь больше и сражаться во имя Добра. Но мы думаем также, что эта встреча вряд ли прошла для вас бесследно. Возможно, колдун и не повлиял на вас плохо, но после встречи с ним вы не можете больше быть обычным солдатом. Вы согласны с этим?

Пакс была слишком смущена, чтобы сразу ответить. Тогда заговорил маршал Кедфер:

— Паксенаррион, когда вы пришли сюда, то сказали, что герцог рекомендовал вам дополнительные тренировки. Они необходимы вам для того, чтобы стать в дальнейшем капитаном. Мы готовы помочь вам в этом, но вы должны сделать выбор. Я могу дать вам письмо к маршалу-генералу в Фин-Пенир. Она, возможно, примет во внимание мои рекомендации и разрешит вам тренироваться под ее руководством. В дальнейшем вы можете стать рыцарем или даже паладином, если, конечно, служение Геду привлекает вас.

— А я мог бы дать вам рекомендации к странникам Лионии. Если вы понравитесь им, они могут рекомендовать вас командиру Рыцарей Фалька. Но для того чтобы добиться этого, вам потребуется несколько лет. Но в любом случае вы будете использовать свое мастерство только в добрых целях. Если вас что-то не удовлетворит, вы всегда сможете покинуть эту службу, — сказал киакдан.

— Но я не последовательница Геда, — только и нашлась что сказать Пакс.

Маршал откинулся на спинку стула и продолжил:

— Да, но я надеюсь, что после упорных тренировок в Фин-Пенире с другими воинами Гед обратит на вас свой благосклонный взор. Впрочем, я думаю, он уже сделал это, Паксенаррион. Ведь вы прошли через столько испытаний…

Пакс при этом подумала, что он не знал и половины того, что ей пришлось пережить. Она рассказала ему далеко не все об Ааренисе. К тому же ей вспомнились слова, сказанные жрецом Ачрии:

— …почти паладин… Ачрия будет рада, если в наших рядах будет паладин.

Обучение в Фин-Пенире славилось по всему северу. Там она может стать рыцарем или даже паладином… Но Пакс тут же отбросила эту мысль, посчитав ее крамольной. О таких вещах следует думать богам, а не солдатам.

А если пойти к странникам? Но она ведь о них ничего не знает. Мысль о неведомых силах, подобных тем, с которыми она столкнулась в Заколдованном подземелье, устрашила девушку, хотя она и старалась не думать об этом. Страшили и годы службы, прежде чем она сможет стать Рыцарем Фалька.

Она вновь посмотрела на киакдана, прямо в его темные глаза:

— Сэр… господин Оакхеллоу… я глубоко уважаю вас…

— Я знаю это, дитя… — ответил он и улыбнулся.

— Если у вас есть… — И Пакс вдруг замолчала, не зная, как правильно выразить свою мысль. Если бы он потребовал это за то, чтобы снять с нее вину за убийство снежной кошки, она бы отправилась туда. Пакс увидела понимание в его глазах.

— Я не собираюсь отдавать вам никаких приказаний, Паксенаррион. Вы хорошо послужили Бреверсбриджу и заслужили тем самым полное мое доверие, и с моим благословением вы можете теперь идти куда хотите, — мягко сказал он.

— Тогда…

Она вновь посмотрела на маршала. Делала ли она это ради Амброса, который доверил ей свои страхи и сомнения и умер, так и не дождавшись ее помощи? Или в память о Канне, которая оставила ей медальон? Или ее толкало на это что-то еще, что она смутно чувствовала и не могла точно определить?

— Я буду рада, сэр, получить от вас рекомендации, — произнесла она наконец.

Маршал торжествующе посмотрел на киакдана Пакс чуть было не взяла свои слова обратно, не желая обидеть и его. Но улыбка киакдана была открытой и дружелюбной. Он заговорил, обращаясь к ней:

— Паксенаррион, киакданы высоко ценят жизнь всех божьих созданий. Мы учимся сами и помогаем учиться другим, но никого не сбиваем с пути, предначертанного свыше. Каждый сам знает, что ему лучше выбрать. Если вы считаете, что для вас лучше поступить именно так, что ж, вам виднее. — Затем он повернулся к маршалу: — Маршал Кедфер, мы с вами больше не соперники и давайте не будем уподобляться двум спорщикам из известной притчи, которые, сажая в землю семя, никак не могли убедить друг друга. Один утверждал, что дерево, которое вырастет из этого семени, сгорит от молнии, а другой говорил, что на этом месте вырастет лес. Так вот. из семени вырастет дерево и со временем станет таким, каким и должно стать. Когда на его ветвях появятся первые листья, все аргументы будут излишними.

К удивлению Пакс, маршал выглядел смущенным.

— Вы совершенно правы, господин Оакхеллоу. Я не имею права… Но я очень надеялся на это, хотел, чтобы произошло что-то хорошее… после смерти Амброса…

Киакдан мрачно кивнул в ответ:

— И вы знаете, что хорошее уже произошло — страшный колдун, который плел паутину, мертв. Вы вычистите это место от грязи и зла. Амброс показал своим примером, что вы из неопытного мальчика можете сделать прекрасного воина, готового к любой схватке с врагом. Вы постоянно находитесь в боевой готовности, маршал, и это дает вам и вашим людям большие преимущества. Будьте же всегда честными, достойными воинами.

С этими словами он поднялся и вышел из комнаты. Пакс и маршал долго сидели молча, не говоря друг другу ни слова. Им была приятна похвала киакдана. Наконец маршал встрепенулся и сказал Пакс:

— Что ж, хорошо сказано. Но давайте вернемся к делам, Паксенаррион. Я напишу письмо сегодня же. Когда вы будете готовы отправиться в путешествие?

— Через день или два. Я хотела бы закончить здесь все свои дела.

— Хорошо. Я думаю, вам не стоит засиживаться здесь. Скоро наступит зима, дороги заметет снегом, и пробираться на северо-запад будет труднее. Теперь относительно Сули…вы хотите, чтобы я поговорил с ней?

— Я советовала ей это, но она…

— Она не хочет, поскольку прекрасно знает, что я скажу. Ну хорошо. Повторю то же самое вновь, в конце концов я могу послать ее на другую мызу, туда, где больше тренировок специально для женщин. Пусть знает, что со временем может стать йомен-маршалом или кем-нибудь еще в этом роде. Скажите ей, если увидите ее, чтобы она пришла ко мне.

Пакс не была уверена, что такой разговор поможет, но все же пообещала маршалу сделать это.

Глава XVIII

На смену осени пришла зима. Пакс ехала все дальше на северо-запад по территории Вереллы, вдоль течения Хонноргата, минуя один город за другим. Она заезжала на каждую мызу, встречающуюся ей на пути, и везде ее встречали очень радушно. Письмо маршала открывало любые двери.

Иногда девушка думала, а не повернуть ли ей в сторону Белого Луга и по берегу реки проехать к северу в сторону Скалистого Форта. А оттуда до Трех Пихт — рукой подать. Но прибыло ли туда ее приданое? Будут ли рады видеть ее родные? Поразмыслив, она решила подождать, пока не станет рыцарем, и тогда уж поехать домой — с полумесяцем Геда на руке.

Подъехав к Финте, Пакс задумалась, какое бы имя лучше дать черной лошади. На ум ей сразу же пришла услышанная где-то кличка “Соке”. На ней Пакс и остановилась.

В тот день, когда она впервые увидела Фин-Пенир, снег укутал землю белым покрывалом. Она провела в седле почти всю ночь и приехала в город еще до рассвета. Седло была холодным, как железо. Когда в прозрачном воздухе показалось солнце, на земле засверкали розовые и золотые лучи. Ветви деревьев сплелись, блестя на морозе.

Пакс казалось, будто она едет среди сверкающих жемчужин. Легкий ветерок раскачивал ветки, и они сверкали всеми цветами радуги. Пакс улыбнулась и пустила черную лошадь рысью. Та заржала и забила копытами по мерзлой земле. Пакс громко рассмеялась.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37