Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Скандинавские сказания о богах и героях

ModernLib.Net / Неизвестен Автор / Скандинавские сказания о богах и героях - Чтение (стр. 9)
Автор: Неизвестен Автор
Жанр:

 

 


      И тут же ряды франков дрогнули. Напрасно старый Гилими пытался снова повести их в бой. Охваченная паническим страхом, дружина обратилась в бегство, а вскоре и сам Гилими с разрубленной головой уже лежал на поле невдалеке от своего зятя.
      Увидев, что франки бегут, Линги с братьями устремился к королевскому замку. Он спешил взять в плен Гьердис, а заодно прибрать к рукам и сокровища Сигмунда, которые манили его не меньше, чем прекрасная дочь Гилими. Однако его ждало разочарование - он нашел замок пустым. Молодая королева, а вместе с нею и значительная часть сокровищ бесследно исчезли. Взбешенный Линги призвал воинов и приказал им тотчас же разыскать и привести беглянку, но наступила ночь и они были вынуждены отложить свои поиски до утра.
      Повинуясь воле Сигмунда, королева и ее служанка еще до полудня ушли в лес. Там они зарыли принесенные ими драгоценности, а сами пробрались на опушку, откуда им было видно все сражение.
      Когда Гьердис увидела, что ее муж упал, она вскрикнула и, вскочив на ноги, хотела бежать к нему, но верная служанка удержала ее за платье.
      - Остановись, госпожа! - воскликнула она. - Короля ты не спасешь, а только погубишь себя и свое дитя.
      Молодая женщина вспомнила наказ Сигмунда и послушно осталась на месте, но едва последний неприятельский воин покинул поле сражения, как она уже была около своего мужа. Опустившись на колени, Гьердис осторожно приподняла руками голову Сигмунда и прижалась щекой к его широкому, испещренному морщинами лбу. Король франков вздохнул и открыл глаза.
      - Ты жив, ты только ранен! - радостно воскликнула королева. - Скажи скорей, чем я могу тебе помочь?
      - Мне не нужно ничьей помощи, Гьердис, - тихо ответил Сигмунд. - Есть люди, которые до конца цепляются за жизнь, но я сделал все, что мне было предназначено, и теперь хочу умереть. Ты видишь сама, что счастье мне изменило : мой чудесный меч сломался пополам. Сам Один призывает меня к себе, и я должен идти.
      - Нет, останься со мной, мой дорогой! - обливаясь слезами, вскричала Гьердис. - Кто же отомстит Линги за твою смерть?
      - Это сделает другой: тот, кого ты носишь под своим сердцем, - сказал Сигмунд. - Глаза умирающего смотрят в будущее, и боги открывают ему свои предначертания. Запомни же мои слова: наш сын станет богатырем, равного которому не было, нет и не будет на свете. Он совершит бессмертные подвиги, и скальды воспоют его имя в своих песнях.
      Он с трудом приподнялся и, взяв обе половинки своего меча, протянул их Гьердис.
      - Возьми их, - слабеющим голосом произнес он. - Придет время, и искусный мастер сделает из них меч для моего сына. Он будет называться "Грам" и принесет смерть тому, кто сделал тебя вдовой.
      - Скажи, как мне назвать сына? - спросила Гьердис, наклоняясь к его губам.
      - Назови его Сигурд, - прошептал король франков.
      Его голова бессильно поникла, и глаза закрылись навсегда.
      Молодой месяц уже давно скрылся за лесом, короткая майская ночь подходила к концу, а королева по-прежнему сжимала в руках голову мужа и не шевелилась.
      Вдруг к ней подбежала служанка.
      - Госпожа, - сказала она, - бежим в лес! В море показались чьи-то корабли!
      Гьердис подняла голову. Далеко-далеко, там, где бледное, предрассветное небо сливалось с еще темной полоской моря, были отчетливо видны паруса многочисленных кораблей. Она наклонилась, в последний раз крепко поцеловала побелевшее лицо Сигмунда и тихо опустила его голову на землю.
      - Пойдем, - сказала она вставая.
      Обе женщины снова ушли в лес и спрятались в кустах на опушке.
      С первыми лучами солнца с моря подул свежий ветер. Воспользовавшись этим, неизвестные корабли подошли к самому берегу. Королева и ее служанка увидели, как на берег высадились рослые воины в высоких, украшенных лебедиными крыльями шлемах.
      - Это викинги, - прошептала Гьердис и, помолчав немного, добавила: - Я пойду к ним и попрошу их помощи. Здесь мы все равно умрем с голоду, а попасться в руки Линги для меня хуже смерти.
      - Подожди, госпожа, - возразила служанка. - Давай лучше сначала поменяемся платьями и захватим из леса драгоценности. Кто знает, что может случиться.
      - А ты не боишься, что они уедут раньше, чем мы вернемся? - спросила Гьердис.
      - Нет, госпожа: ветер дует с моря, и, если они захотят отчалить, им придется здорово поработать веслами. Наверное, они подождут, пока ветер переменится.
      Служанка была права. Когда обе женщины, переодевшись и с трудом неся мешки с золотом, вышли из лесу, викинги все еще были на берегу и осматривали трупы убитых воинов. Среди приехавших особенно выделялся один. Он был выше всех ростом, и его вооружение было намного богаче, чем у остальных. Увидев служанку, переодетую в королевское платье, и сопровождающую ее Гьердис, он сделал несколько шагов им навстречу и сказал:
      - Я король Альф, сын Хиальпрека Датского. Мы возвращаемся на родину из дальнего плавания и решили немного отдохнуть на вашем берегу. Но я вижу, - тут он показал рукой на покрытый многочисленными трупами берег,- что здесь не далее чем вчера произошла жестокая битва.
      - Ты прав, - ответила служанка, стараясь подражать голосу и осанке своей госпожи. - Вчера здесь действительно была битва, и в этой битве я потеряла своего мужа, Сигмунда, сына Вольсунга. Мой замок и вся наша стража захвачены королем Линги из рода Гундингов, и теперь я вынуждена просить твоей помощи.
      - И ты ее получишь! - воскликнул король Альф. - Я много слышал о Сигмунде и знаю, что это был великий король и славный воин. Но ты не сказала мне свое имя.
      - Меня зовут Гьердис. Я дочь короля Гилими, который тоже пал в этом сражении, - отвечала мнимая королева.
      - Мы похороним их обоих с подобающими почестями! - воскликнул датчанин. - А ты вместе со своей служанкой ступай на мой корабль. Там вас накормят и напоят, и вы сможете спокойно отдохнуть.
      Гьердис и ее служанка направились к кораблям, а датский король с удивлением посмотрел им вслед. От зоркого глаза Альфа не укрылось, что та, которая выдавала себя за королеву, ступала тяжело, как человек, привыкший много работать, и была далеко не так красива, как ее служанка.
      Вскоре пламя огромного погребального костра, который развели викинги, поглотило трупы короля франков и его тестя. Все разошлись по кораблям. Ветер уже переменился, и суда датчан легко заскользили по волнам по направлению к берегам своей родины. Во время плавания король Альф внимательно разглядывал обеих женщин и все больше и больше убеждался в том, что его обманывают. Наконец он отвел в сторону мнимую королеву и спросил:
      - Скажи мне, Гьердис, дочь Гилими и супруга славного Сигмунда, как ты узнавала в длинные зимние ночи, что уже настало утро и тебе пора вставать?
      - О, - рассмеялась та, - проспать я никак не могла: отец или мать задолго до рассвета будили меня хорошим пинком в бок.
      - Странные привычки имели твои родители, королева франков, - прошептал про себя Альф. - Подожди меня здесь, - добавил он громко, а сам подошел к Гьердис.
      - Скажи мне, служанка, - повторил он свой вопрос, - как ты узнавала в длинные зимние ночи, что уже наступило утро и тебе пора вставать, чтобы прислуживать своей госпоже?
      - Мой отец подарил мне золотое кольцо, которое я носила на пальце, - ответила Гьердис. - К утру кольцо становилось холоднее, и по этому признаку я знала, что пора вставать.
      - Ну и богата же ваша страна, если даже служанки у вас носят золотые кольца! - рассмеялся датчанин. - А теперь скажи мне, королева, почему ты задумала меня обмануть?
      Гьердис сначала испугалась, а потом честно призналась Альфу, что она, не зная, как их примут викинги, послушалась совета служанки и обменялась с ней платьем.
      - Не бойся ничего, - сказал молодой король, - ты будешь почетной гостьей в доме моего отца, и твой будущий ребенок станет ему таким же внуком или такой же внучкой, как и дети его детей.
      Гьердис молча опустила голову: ей вспомнились предсмертные слова мужа.
      - Это будет мальчик, - прошептала она наконец. - И я назову его Сигурд.
      СИГУРД
      ЮНОСТЬ СИГУРДА
      Король Альф не обманул Гьердис. Его отец, Хиальпрек Датский, радушно принял вдову знаменитого Сигмунда. Он поселил ее в своем замке, приказал слугам оказывать ей королевские почести и позаботился о том, чтобы она ни в чем не нуждалась. Когда же спустя несколько месяцев предсказание покойного вождя франков сбылось и у Гьердис появился сын, старый король попросил ее принести ребенка к нему и долго любовался маленьким крепышом с голубыми глазами, нежным, красивым личиком и белокурыми локонами. Узнав, что молодая женщина назвала мальчика Сигурдом, Хиальпрек довольно усмехнулся в свою густую, начинающую седеть бороду.
      - Это хорошее имя, - сказал он. - Оно происходит от двух слов: "побеждать" и "защищать". Тот, кто его носит, должен со временем стать верным защитником своей страны и победами над врагами охранять ее мир и спокойствие. Твоему сыну предстоит славное будущее.
      С этого дня маленького Сигурда часто приносили к Хиальпреку, и он постепенно привязался к доброму старику не меньше, чем к родной матери.
      Мальчик рос удивительно быстро. В три года он был уже ростом с шестилетнего, когда же ему исполнилось восемь лег, многие принимали его за взрослого юношу. Тогда его дед, как он называл Хиальпрека, решил, что настала пора его учить.
      В замке датского короля уже много лет жил гном Регин, маленький горбун с длинной черной бородой и крохотными хитрыми глазками. Он был угрюм и молчалив, а порой злобен. Но старый король ценил его за обширные познания во всех науках и за то редкое искусство, с которым он изготовлял оружие и всевозможные украшения из серебра, золота и драгоценных камней. Ему-то и поручил Хиальпрек воспитывать своего названого внука, и Регин с обычным усердием принялся за новую работу.
      Сигурд оказался способным учеником, и спустя несколько лет он уже знал все, что надлежало знать королевскому сыну. Юноша научился читать и писать, ездить верхом, владеть оружием и играть во всевозможные игры. Он выучил также языки всех соседних народов и постиг искусство мореплавания. Предсказания Сигмунда продолжали сбываться.
      В свои пятнадцать лет Сигмунд был на голову выше самого рослого воина, а его могучие плечи и широкая грудь говорили об исполинской силе. Занимаясь с юношей, Регин был по-прежнему замкнут и молчалив, но чем старше становился Сигурд, тем внимательнее приглядывался к нему хитрый гном, словно одолеваемый тайной думой.
      - Послушай, - сказал он однажды своему воспитаннику, когда они вдвоем сидели во дворе королевского замка, - неужели тебе не стыдно так жить? Ты молод и знатен, твой отец был великий король, а здесь тебя держат на положении слуги.
      Сигурд широко раскрыл глаза.
      - На положении слуги? - повторил он удивленно. - Почему? Разве король Хиальпрек мне в чем-нибудь отказывает, разве он относится ко мне хуже, чем к другим своим внукам?
      Регин рассмеялся.
      - У нашего короля недурно живется и простым слугам, сказал он. - Но я вижу, что все внуки Хиальпрека уже давно имеют собственных лошадей, а ты ходишь пешком, как какой-нибудь пастух.
      - Я никогда не просил деда подарить мне коня, - возразил Сигурд. - А если попрошу, то будь уверен, что он мне в этом не откажет.
      С этими словами юноша поднялся и, оставив Регина, пошел прямо к Хиальпреку.
      - Дедушка, - сказал он ему, - я уже вырос и хочу иметь собственного коня.
      - Я давно жду от тебя этой просьбы, - добродушно улыбаясь, ответил старый король, - и рад ее исполнить. Ты знаешь, где пасется мой табун, ступай к нему и выбери себе любого коня, который придется тебе по нраву.
      Обрадованный юноша горячо обнял старика и, не медля ни минуты, поспешил на пастбище.
      Табун Хиальпрека пасся на опушке небольшого леса, в двух часах ходьбы от замка. В нем было несколько сот коней разной породы и масти. Сигурд долго в нерешительности ходил вокруг, не зная, на каком из них остановить свой выбор, когда вдруг увидел одноглазого старика в широкополой шляпе и синем плаще, который шел к нему из лесу.
      - Что ты тут делаешь и не могу ли я тебе чем-нибудь помочь? - приветливо спросил его незнакомец, подходя ближе.
      - Я выбираю себе коня, - ответил юноша. - Ты стар и опытен и, конечно, знаешь больше меня. Скажи, как мне узнать, какая из этих лошадей самая лучшая?
      - Это не так трудно сделать, - сказал одноглазый старик. - Поблизости отсюда течет река. Загони в нее табун и возьми себе того коня, который первым переплывет на другую сторону.
      - Спасибо за совет! - радостно воскликнул Сигурд.- Подожди меня здесь, и ты увидишь, что я не останусь неблагодарным.
      И он, громко свистя и размахивая руками, погнал табун к реке. Испуганные лошади сгоряча бросились прямо в воду, но поток был широк и стремителен, и все они вскоре повернули обратно к берегу, кроме одного серого жеребца, который, легко борясь с волнами, быстро переплыл на противоположный берег, а потом, видя, что никакой опасности больше нет, так же легко вернулся назад.
      - Вот тебе и конь! - рассмеялся одноглазый старик, который неотступно следовал за юношей. - Да к тому же лучший конь на земле, потому что, - добавил он тихо, - он происходит от самого Слейпнира, восьминогого жеребца Одина.
      Сигурд обернулся, чтобы спросить незнакомца, откуда он это знает, но, к своему изумлению, увидел, что тот уже исчез. Догадавшись, что с ним разговаривал не простой смертный, он решил никому не рассказывать об этой встрече и, позвав конюхов, приказал им отвести серого жеребца в замок.
      Таинственный незнакомец не обманул юношу. Грани - так Сигурд назвал своего скакуна - был быстрее и выносливее любой другой лошади. Он быстро привык к юноше и на каждое ласковое слово молодого хозяина отвечал ему радостным ржанием. Регин с довольной усмешкой смотрел, как Сигурд объезжает Грани, но, когда тот спросил его, похож ли он теперь на слугу, карлик лукаво прищурился и ответил:
      - Одна лошадь еще не делает воина. Настоящего воина делает добрый меч.
      - Ну, так выкуй мне его, - сказал Сигурд. - Ты искусный мастер, и для тебя это не составит труда.
      - Сковать меч для такой руки, как твоя, - большой труд, и для этого действительно требуется настоящее искусство, - отвечал Регин. - Но у тебя будет меч, и такой, лучше которого я еще не делал.
      Они пошли к кузнецу, и гном тут же принялся за работу. Несмотря на маленький рост, он был силен и крепок и, как перышком, размахивал огромным молотом. Сигурд видел много мечей, изготовленных Регином, но на этот раз гном превзошел самого себя, и скованный им клинок был намного острее всех тех, которые он делал раньше.
      - Ты доволен? - гордо спросил он юношу, внимательно разглядывавшего его работу.
      - Не знаю, - отвечал тот. - По красоте твой меч не знает себе равных. Посмотрим, каков он будет в деле.
      Он размахнулся и изо всех сил ударил мечом по железной наковальне Регина. Клинок со звоном разлетелся на куски. Сигурд молча посмотрел на гнома.
      - Да, ты силен, - покачав головой, сказал Регин. - Ты даже сильней, чем я думал. Придется мне теперь показать все мое искусство!
      И он снова застучал молотом. Его второй меч оказался еще лучше первого, но и он сломался пополам при первом же ударе Сигурда.
      - Тебе придется искать себе другого мастера, - ворчливо сказал Регин, гася горн и сердито швыряя в сторону молот и клещи. - Для твоей руки мои мечи не годятся.
      Разочарованный юноша вышел из кузницы и печально побрел в замок. Гьердис сразу заметила сдвинутые брови сына и спросила его, чем он озабочен.
      - Ах, - ответил Сигурд, - мне говорят, что тот не воин, у кого нет доброго меча, а они все ломаются в моих руках, как деревянные.
      Гьердис улыбнулась.
      - Подожди немного, - сказала она. - Может быть, мне удастся тебе помочь.
      Бывшая королева франков прошла в свою опочивальню и вскоре вернулась назад, держа в руках две половинки меча.
      - Это клинок твоего отца, Сигмунда, - сказала Гьердис, сам Один подарил ему этот меч. Он же и сломал его своим копьем. Отнеси эти половинки Регину и попроси сковать их вместе. Тогда у тебя будет меч, который выдержит все удары. Но помни, Сигурд, - добавила она. - Отец, умирая, ожидал, что ты отомстишь за него этим мечом. Этого жду от тебя и я.
      Глаза Сигурда заблестели. Он прижал к груди предсмертный дар Сигмунда и побежал обратно к Регину. Гном долго с удивлением рассматривал обломки замечательного клинка, потом, не говоря ни слова, опять разжег горн и поднял с земли брошенные инструменты. Сигурд также молчал, с замиранием сердца ожидая конца работы Регина. Все так же молча взял он немного позже из рук гнома готовый меч, молча ударил им по железной наковальне и только тут вскрикнул от восторга: чудесный подарок отца богов рассек ее пополам и глубоко ушел в землю.
      - Я радуюсь за тебя, Сигурд! - воскликнул гном, маленькие глазки которого горели, как угольки. - Но еще больше я радуюсь за себя. Пришло время раскрыть тебе мою тайну.
      - Твою тайну, Регин? - переспросил юноша.
      - Да, Сигурд, великую тайну, - отвечал карлик, улыбаясь и показывая свои острые белые зубы. - Но скажи мне сначала, любишь ли ты золото?
      - А за что мне его любить? - в свою очередь спросил Сигурд. - Я знаю, что у моего отца было много золота. Мать спасла его, и оно хранится у деда Хиальпрека, но я сам никогда не держал его в своих руках. У меня и без золота есть все, что мне нужно!
      Регин рассмеялся тонким, пронзительным смехом.
      - Ты еще не знаешь власти золота, - сказал он. - А оно всемогуще. Золото может сделать тебя величайшим королем в мире вернее, чем самый лучший меч.
      - Ты ошибаешься, Регин! - возразил Сигурд. - Я слышал не раз от своей матери, что когда-то мой отец отказался продать королю Гаутланда Сиггейру вот этот самый меч за все его золото, а потом одержал над ним победу.
      Гном покачал головой.
      - Я тоже слышал об этом, - сказал он. - Но Сиггейр был далеко не так богат, как ты думаешь. Выслушай мою историю, и тогда ты узнаешь, что такое настоящее богатство и как его найти. Только сначала сядем, потому что рассказывать я буду долго, очень долго!
      РАССКАЗ РЕГИНА
      - Я родился очень и очень давно, - начал Регин свой рассказ, - много веков назад. Не удивляйся: гномы живут долго, и я уже не могу сосчитать, сколько поколений людей прошло с тех пор перед моими глазами. Мой отец, богатый крестьянин Грейдмар, имел трех сыновей. Я был вторым, Фафнир - старшим, а Отр - младшим. Мои братья были намного выше и красивее меня, а кроме того, они, как и отец, умели колдовать и превращаться в различных зверей и птиц, но мы жили дружно и счастливо, ни в чем не нуждались и не мечтали о лучшем. Возле нашего дома текла большая река, и, в то время как мы с Фафниром ходили на охоту или работали в поле, Отр, превратившись в огромную выдру (с тех пор в наших краях выдру называют не иначе, как Отр), ловил в ней рыбу. Это его и погубило.
      Случилось, что три бога - Один, Генир и Локи, - странствуя по свету (в те времена боги спускались на землю куда чаще, чем теперь), шли по течению этой реки и, увидев моего брата с лососем в зубах, приняли его за настоящую выдру. Доки взял камень, осторожно подкрался к Отру и метким броском убил его на месте. Захватив с собой добычу. Асы подошли к нашему дому и попросились переночевать. В награду за это они предложили шкуру убитого ими зверя.
      Кровью налились глаза моего отца, когда в этом звере он узнал собственного сына, но он сдержал свой гнев и, радушно приняв незваных гостей, накормил их ужином и уложил спать.
      В тот день мы с Фафниром долго убирали сено и вернулись домой только к ночи.
      "Отр убит, - такими словами встретил нас отец, едва мы переступили порог своей хижины. - И вот спят его убийцы".
      Услышав это, Фафнир в ярости схватил копье Одина и замахнулся им на богов, но отец удержал его руку.
      - Ты нас погубишь! - воскликнул он. - Им не суждено пасть от твоей руки, да и остальные Асы жестоко расправились бы с нами за это. Давайте лучше возьмем их в плен и заставим уплатить нам большой выкуп.
      Мы согласились и, пока боги спали, схватили их и крепко связали по рукам и ногам.
      Проснувшись, Асы стали требовать, чтобы мы их освободили, угрожая нам своим гневом, но отец показал им шкуру Отра.
      - Вы убили моего сына, - сказал он, - и должны заплатить нам за его смерть.
      - Справедливость - высший закон богов, - отвечал Один. Мы не знали, что эта выдра твой сын, но ты получишь за него любой выкуп. Говори, что тебе надо?
      Отец задумался, потом расстелил на полу шкуру выдры, а она была очень большая, больше, чем иная воловья, и сказал:
      - Набейте эту шкуру золотом и покройте ее им же сверху, да так, чтобы ни одного волоска не было видно, и я отпущу вас на свободу.
      Ты удивляешься, что мой отец запросил так много? Но тогда люди делали из золота посуду и разные инструменты, а не копили его, как теперь.
      Один спокойно выслушал слова отца и кивнул головой.
      - Я согласен, - сказал он. - Освободи одного из нас, и он принесет тебе столько золота, сколько ты хочешь, но сначала дадим друг другу клятву: мы - в том, что не будем звать на помощь других богов и уплатим выкуп, а ты и твои сыновья - в том, что, получив его, отпустите нас на свободу.
      Подумав, мы решили, что он прав, и скрепили наш уговор обоюдной клятвой, а на рассвете отец развязал бога огня Локи, и тот, надев свои крылатые сандалии, помчался за выкупом.
      Больше всего золота было тогда у гнома Андвари, который уже давно волей одной злой норны был превращен в щуку и плавал в реке у водопада, носившего его имя. Там, глубоко под водой, он и хранил свои сокровища. От их блеска светились даже волны. И люди прозвали золото Андвари "пламя реки".
      Локи знал об этом и направился прямо к водопаду, однако договориться с хитрым гномом было не так-то просто. Тщетно бог огня кричал и звал гнома по имени: он не показывался. Тогда рассерженный Ас зашел глубоко в воду и попытался поймать Андвари руками, но гном в образе щуки легко выскользнул из его пальцев и, высунув из воды свой узкий и длинный нос, рассмеялся пронзительным, тонким смехом.
      - Ну погоди же! - воскликнул в гневе бог огня.
      Он побежал к великанше Ран, грозной повелительнице морских глубин, и выпросил у нее ту самую сеть, которой она увлекает на дно корабли и собирает в свой подводный грот тела утонувших людей. С этой сетью он и вернулся назад к водопаду.
      Как ни ловчился, как ни изворачивался гном, на сей раз он быстро попался, и лукавый Ас с торжеством вытащил его на берег.
      - Пощади, Локи! - взмолился Андвари, тщетно пытаясь освободиться от стягивающей его жабры петли. - Отпусти меня обратно в реку, и я сделаю все, что ты хочешь.
      - Я отпущу тебя, Андвари, - отвечал бог огня, - но за это ты отдашь мне все свое золото.
      - Ты получишь золото! - воскликнул гном. - Ты получишь все мое золото, клянусь тебе, но только брось меня в воду я задыхаюсь!
      Локи исполнил его просьбу, и Андвари, облегченно вздохнув, стал поспешно нырять, выбрасывая на прибрежный песок свои сокровища. Он работал долго. Наконец, когда солнце начало склоняться к западу, а перед богом огня вырос целый золотой холм, гном вынырнул в последний раз и заявил, что больше у него ничего нет.
      Довольный Локи уложил золото в сеть и уже собрался отправиться в дорогу, как вдруг увидел, что под одним из плавников Андвари что-то блеснуло.
      - Что ты там прячешь? - спросил он.
      Гном неохотно достал маленькое золотое кольцо и показал его богу огня.
      - Это все, что у меня осталось, - сказал он. - С его помощью я собираюсь вновь умножить свои богатства.
      Кольцо ярко сверкало в лучах солнца и словно манило к себе Локи, который не мог оторвать от него глаз.
      - Я беру его, - сказал он. - Ты поклялся, что отдашь мне все свое золото, и должен сдержать клятву.
      - Смилуйся, Локи! - в ужасе вскричал Андвари. - Неужели тебе мало того, что ты уже получил?
      - Отдай мне кольцо, - неумолимо настаивал бог огня, - или я отберу его силой!
      Перепуганный гном попытался нырнуть в воду, но Локи успел схватить его одной рукой, а другой вырвал кольцо.
      - Я оставлю его у себя, - сказал он. - Сам не знаю почему, оно мне кажется лучше всех драгоценностей в мире.
      Он бросил Андвари в воду, надел кольцо на палец и, взвалив на плечи сеть с золотом, тронулся в обратный путь. Не успел он, однако, пройти и десяти шагов, как гном высунулся из воды и крикнул ему вслед:
      - Ты отнял у меня кольцо, последнее, что у меня оставалось. Так пусть же отныне мое проклятие преследует тебя и всякого другого, кто к нему прикоснется! Пусть погибнет каждый, кто возьмет его в руки. Мои сокровища принесут в мир алчность и преступления, из-за них будет проливаться кровь, но никому и никогда - ты слышишь, - никому и никогда не доставят они счастья.
      Локи в ответ только рассмеялся и, махнув рукой, зашагал дальше.
      Наступил уже вечер, когда он, сгибаясь под тяжестью своей ноши, дошел до нашего дома. Золота было так много, что его как раз хватило на то, чтобы набить им шкуру Отра и полностью закрыть ее сверху.
      Увидев это, отец развязал Асов. В этот миг Один заметил на пальце у Локи кольцо Андвари.
      - Подари мне его, - попросил он. - Это кольцо нравится мне больше, чем мой Драупнир.
      Локи, вспомнив проклятие гнома, с недоброй усмешкой протянул ему роковое кольцо, и тут мы увидели эту крохотную золотую вещицу, которая принесла впоследствии столько несчастий нашей семье, а вместе с нею и всему миру. Я не знаю, Сигурд, как и почему это случилось, но при первом же взгляде на кольцо Андвари я стал пожирать глазами лежащее на полу золото. Теперь мне уже казалось, что его слишком мало, и я с неудовольствием думал о предстоящем дележе с отцом и братом.
      - Ну что ж, Грейдмар, - сказал Один, - ты получил выкуп, и теперь мы можем идти. Отдай мне мое копье.
      Отец нахмурился, как будто жалея о данной им клятве, и ничего не ответил. Нагнувшись, он еще раз внимательно посмотрел, хорошо ли покрыта золотом шкура Отра. Вдруг его лицо прояснилось и глаза сверкнули.
      - Один усик выдры еще не закрыт! - торжествующе воскликнул он. - Отдай мне кольцо, которое принес Локи, и тогда я вас выпущу.
      Один, нахмурившись, отдал ему кольцо, и отец поспешно зажал его в своей руке.
      - Вот твое копье, - сказал он со вздохом. - За смерть Отра вы расплатились, хотя я и взял с вас слишком мало.
      Боги, не отвечая, направились к выходу, но на самом пороге Локи вдруг остановился и злобно рассмеялся.
      - Не к добру ты взял это кольцо, Грейдмар, - сказал он, оно принесет гибель и тебе и всему твоему роду. Андвари проклял каждого, кто к нему прикоснется.
      И он поведал нам все, о чем я тебе рассказывал.
      - Да будет так, - торжественно произнес Один. - И ты, Грейдмар, и твои дети, и много еще славных богатырей погибнет из-за сокровищ гнома, и никому не удастся ими воспользоваться.
      - Сказал бы ты это раньше, не выйти бы вам так легко из моего дома, - проворчал отец.
      Но боги только усмехнулись и скрылись в темноте наступающей ночи.
      С этого дня, Сигурд, счастье навсегда покинуло наш дом. Мы с братом требовали от отца, чтобы он поделился с нами своими сокровищами, а он стал настолько жаден, что не хотел об этом и слышать. Наша ненависть к нему все росла и росла, и однажды ночью, когда он спал, Фафнир пронзил его своим мечом.
      Смерть отца не принесла мне желанного золота: его захватил старший брат. С помощью волшебного шлема отца он превратился в чудовищного дракона, и мне пришлось бежать, чтобы спасти свою жизнь. С тех пор я странствую до свету и тяжелым трудом зарабатываю себе на жизнь, а Фафнир все так же, в образе дракона, стережет свои сокровища, и не было еще на свете богатыря, который бы осмелился вызвать его на бой.
      Но знай, Сигурд, проклятие Андвари поразило не только нашу семью. Жажда наживы, жажда золота охватила весь мир. Ради богатства люди начали вести братоубийственные -войны, они стали грабить, обманывать, нарушать свои клятвы. Даже боги и те вступили в кровопролитную борьбу с добрыми духами Ванами, и все это ради золота, одного золота, потому что уже не они, а оно господствует над миром.
      Теперь ты понимаешь, Сигурд, какую власть имеет этот желтый металл. С его помощью можно собрать многочисленнейшие дружины и завоевать целые страны, с его помощью можно стать могущественнейшим из земных королей, и ты будешь таким королем, потому что ты, и только ты один можешь победить Фафнира и отнять у него сокровища Андвари. Меч, который я тебе сковал, пронзит сердце жадного дракона и отомстит за смерть моего отца. Половина сокровищ по праву будет принадлежать мне. Другая половина будет твоей, Сигурд, а вместе с ней и слава, равной которой еще не было в мире.
      СИГУРД МСТИТ ЗА ОТЦА
      Окончив свой рассказ, Регин выжидающе посмотрел на Сигурда, но юноша, казалось, даже не думал о сокровищах Фафнира и, опустив голову, молча играл рукояткой своего меча.
      - Золото Андвари ждет нас, - нетерпеливо сказал наконец гном. - Когда мы едем?
      Сигурд медленно поднял на него глаза.
      - Я скоро поеду, Регин, - спокойно ответил он, - но только не за золотом. Прежде чем мстить за твоего отца, я должен отомстить за своего.
      Лицо гнома вытянулось от досады.
      - Ты хочешь плыть в страну франков и сражаться там с Гундингами! - насмешливо воскликнул он. - Но ведь у тебя нет ни дружины, ни кораблей. Уж не хочешь ли ты один победить все войско короля Линги? Послушайся меня и добудь сначала сокровища моего брата. Тогда ты соберешь под свои знамена сколько угодно воинов.
      - Или раньше отправлюсь к своим предкам в Валгаллу, - так же насмешливо возразил ему Сигурд. - Мне не страшна смерть, но, если я погибну в битве с драконом, мой отец останется неотомщенным. Нет, Регин, я уже принял решение, и тебе не удастся меня отговорить.
      Он встал и, не слушая больше гнома, который что-то сердито ворчал себе под нос, вышел из кузницы.

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15