Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Энциклопедия загадочного и неведомого - Невероятные случаи

ModernLib.Net / Энциклопедии / Непомнящий Н. / Невероятные случаи - Чтение (стр. 7)
Автор: Непомнящий Н.
Жанр: Энциклопедии
Серия: Энциклопедия загадочного и неведомого

 

 


      – Да, мы готовы! И если здесь снова появится плесень, значит, меня зовут не Мак-Каллох!
      Норман снова воспрянул духом. Это был дурной, очень дурной сон, необъяснимый кошмар. Но теперь он позади!
      Вечером 9 июля их больше всего радовала возможность вернуться в свою уютную постель. На следующий день, 10го, – эту дату Рендольф уже никогда не забудет – он был вырван из сна неким звуком: Вирджиния чихнула! В его голове этот звук отозвался сиреной. Как укушенный скорпионом, он подпрыгнул на кровати и бросился в гостиную. И застыл посреди комнаты, не в силах пошевелиться.
      Стены были в порядке, потолок и ковры тоже. Но кушетка! Да как такое возможно? Еще вчера вечером на всем в гостиной красовалась новая обивка. А теперь на кушетке она выглядела, как будто прямиком прибыла с городской свалки. Никаких пятен… нет, гораздо хуже, ужасней: вся кушетка была покрыта толстым слоем зеленой блестящей плесени, и от этого невероятного образования шел гнилостный, неописуемо омерзительный запах!
      Уже не думая об этом клейком, отвратительном веществе, Рендольф обхватил зеленую кушетку обеими руками и вытащил ее в сад. Затем принес канистру с бензином, облил кушетку и бросил на нее спичку. Высокое пламя и черный дым взметнулись в утреннее небо. – Рендольф! Вирджиния стояла, как лунатик, в гостиной. Ее покрасневшие, распухшие глаза уставились на стену. Рендольф, который бросился в дом на крик жены, проследил за ее взглядом. Стена… эта стена, которая всего десять минут назад была покрыта прелестнейшими розовыми обоями, теперь напоминала залитый болотной жижей огород: капустные кочаны снизу доверху. Гниющая, тошнотворная капуста!
      Спустя пару часов на виллу «Розовый Сад» в Северной Каролине прибыли специалисты из службы министерства здравоохранения штата. Все застыли на месте. Никто не произнес ни слова, все в потрясении наблюдали, как отвратительная «овощная» волна покрывала стену все дальше и наползала на потолок.
      Бенджамин Адлер, биохимик по профессии, первым опомнился и заговорил:
      – Ну, на первый взгляд мы ничего не можем сказать, мистер Норман. Увы. Но вы в любом случае не должны оставаться в доме. Уезжайте в отель или к друзьям. Сейчас мы должны взять пробы этой плесени и исследовать их в нашей лаборатории. Как только выясним подробности, тут же поставим вас в известность. Через неделю Бенджамин Адлер признавался: – Я совершенно ничего не понимаю. Говоря по существу, мы имеем дело с обычной плесенью. Ненормально в ней только то, с какой скоростью эта гадость распространяется. Она растет с пугающей быстротой. У нас, в лаборатории, пробы развиваются как обычно. Мистер Норман, мы вынуждены признать, что не существует никаких естественно-научных объяснений того, что случилось в вашем доме. Может быть, это воздействие почвы или излучения земли, каких-то вибраций, в каком-то смысле даже магнитного поля Земли. Мы не знаем!
      Вирджиния и Рендольф с потерянным видом слушали это заключение эксперта. У них пропала всякая надежда. Рендольф лишь спросил слабым голосом:
      – И что вы собираетесь делать?
      – Это явление имеет огромное научное значение!
      Мы должны его исследовать самым тщательным образом. Но, конечно, есть опасность заражения. Поэтому мы обязаны отсечь ваш дом от внешнего мира. Если плесень будет распространяться дальше или даже перейдет на сад, то тогда, разумеется, нам придется все сжечь.
      Так прекрасный домик «Розовый Сад» превратился в настоящий бункер. Его охраняли как какой-нибудь военный объект.
      Был привезен и наполнен бензином тысячелитровый контейнер, по периметру участок был опутан колючей проволокой, и на некотором расстоянии было установлено устройство для дистанционного открытия контейнера и возжигания бензина… на всякий случай.
      День за днем юная пара приходила к дОму своей мечты, который превратился в кошмар. С тоской и ужасом наблюдали они через полевой бинокль, как зеленая масса внутри виллы распространяется по всем комнатам. Однажды это отвратительное вещество выползло наружу через открытые окна и покрыло внешнюю стену. Затем загадочная плазма вскарабкалась на крышу. Когда белый заборчик вокруг идиллического розового сада позеленел и стал липким, Бенджамин Адлер отдал приказ о ликвидации. За несколько минут дом сгорел. Осталось только густое черное облако…
      Никогда и нигде с тех пор это явление не повторялось. И ученые так и не смогли объяснить, что же произошло. «Плесневый дом Маунтин-парка» и сегодня остается загадкой. У Вирджинии и Рендольфа после сожжения дома осталось одно страстное желание: не углубляться в эту загадку, а бежать, бежать куда глаза глядят! Страховая компания, на которую работал Рендольф, безотлагательно выплатила ему большую компенсацию. И теперь Норманы смогли начать новую жизнь: жить посреди Нью-Йорка, дышать зараженным воздухом в крошечной и шумной квартирке в одном из небоскребов на Манхэггене, где человек никогда не увидит за окном растущей капусты, просто рай!

ОДИНОКИЙ ОРЕЛ

      Еще минуту назад Констанс была счастлива и безмятежна. Теперь она дрожала всем телом – от охватившей ее паники. Только что она нашла в своем школьном шкафчике письмо – ужасное послание!
      Констанс, младшей дочери посла США в Мексике Дуайта Уитни Морроу, было всего пятнадцать лет. Ее отец не только занимал высший пост в дипломатической иерархии, но и был весьма богат. Поэтому он и послал трех своих дочерей учиться в самое известное и престижное учебное заведение Америки – Милтонколледж в штате Массачусетс. Роскошь «по-американски» для дочерей из зажиточных семей Западного побережья: прекрасно меблированные отдельные комнаты для каждой девочки, плавательный бассейн, теннисный корт и вокруг колледжа – изысканный цветочный сад, а рядом лужайка для игры в гольф. Констанс ни в чем не испытывала недостатка.
      Совсем недавно ее мысли тревожил только один важный вопрос: успеет ли прибыть к свадьбе ее потрясающее модельное платье из Парижа? Ну конечно, ведь Констанс было всего пятнадцать. И само собой разумеется, ни одно событие в своей короткой жизни она не ожидала с таким нетерпением. Ведь через четыре недели это, наконец, произойдет: ее сестра Анна выйдет замуж за самого популярного холостяка целой Америки. Весь мир уже только и говорил, что о «свадьбе века», и все школьные подружки Констанс ходили желтые от зависти к ней, которая на этом сказочном, великолепном «национальном празднике» будет почетной подружкой невесты. Все обожали жениха – не только девочки из колледжа! Он герой – настоящий национальный герой, миф нового времени.
      В этот апрельский вечер 1929 года в девятнадцать часов Констанс стояла, покачивая головой, у своего школьного шкафчика со странным конвертом в руках., Ее имя было нацарапано карандашом сверху, из чего можно было заключить, что отправитель сильно спешил. И под именем еще стояло: «Лично». Смешно, право слово. Может быть, новый робкий поклонник? Что там еще?
      Слегка заинтригованная, девушка вынула листок из конверта, пробежала глазами два раза – и застыла на месте. Крупными печатными буквами там было написано:
      «ПРОЧТИ ЭТО ПИСЬМО И ДЕРЖИ РОТ ЗАКРЫТЫМ! Я ТЕБЯ ПРЕДУПРЕЖДАЮ! ЕСЛИ ТЫ КОМУ-НИБУДЬ ПРОБОЛТАЕШЬСЯ, ТО УМРЕШЬ!» Несмотря на свой юный возраст, Констанс сразу поняла, что это совсем не чья-то неудачная шутка. Ведь она, собственно говоря, уже четвертая девушка в колледже, которая получает угрожающее письмо. Но другие ученицы Не удержали свои рты закрытыми… И что с ними случилось? Все три были похищены, и полиция до сих пор отыскала только одну. Но, увы, уже мертвой.
      «Держи рот закрытым! Я тебя предупреждаю!» Констанс почувствовала, как под ее ногами зашаталась земля и весь мир начал куда-то проваливаться! Теперь ее очередь! Что же ей делать?!
      «…читать дальше, Констанс… может быть, это глупая выходка одной из завистниц…» Не вполне сама этому веря, она стала читать дальше:
      «Твой отец купается в золоте! Поэтому ты должна делать все то, что я от тебя потребую. Если ты ничего не сделаешь, то опять произойдет несчастье! Малышка Смит получила такое же письмо, но она проболталась. Ее охраняли как только могли, но это не помогло! Две другие, Кольберт и Арнольд, тоже проболтались. Полиция оберегала их днем и ночью. Но напрасно. Будь умней и держи рот на замке! И тогда с тобой ничего не случится. Не пытайся ничего предпринять. Я постоянно слежу за тобой. Ты должна сделать следующее: напиши своему отцу и попроси, чтобы он немедленно выслал пятьдесят тысяч долларов. Эта сумма должна быть наличными, пачками по пять, десять, двадцать, пятьдесят и сто долларов. Предупреди своего отца: если он что-нибудь подстроит, то ты исчезнешь навсегда, и это так же точно, как восход и заход солнца.
      Теперь уничтожь это письмо! Немедленно! У тебя есть время до первого мая. Затем ты получишь первую инструкцию. И держи рот закрытым! Иначе ты – труп! Я тебя предупредил!» Нет, это не шутка.
      Констанс измученно поглядела на письмо, не в силах ясно соображать. Затем на нее накатило отчаяние – убийца явно где-то поблизости и наблюдает за ней! «Что же мне теперь делать? Молчать и доставать пятьдесят тысяч долларов… или идти в полицию, как Френсис Смит, которую всего две недели назад выловили из Коннектикут-ривер, мертвую, обезображенную?!» Маленькая Констанс была полумертва от страха. Ее сердечко стучало где-то в горле, она дрожала и хватала ртом воздух.
      Немалого же добился этот вымогатель! Он нагнал на нее такого жуткого страха, что она была готова не делать никаких глупостей и слушаться его указаний. На этот раз у него все должно было получиться. Такой ни перед чем не остановится. Но убийца не учел одного: пятнадцатилетняя девочка не может оставаться спокойной в подобной ситуации и самостоятельно принять какое-нибудь решение. Она должна довериться взрослому, она должна рассказать!
      Констанс была почти что ребенок и к тому же ребенок, который не был готов к решению даже самой крошечной проблемы, не то что такой!
      В тот же момент она бросилась бежать, не размышляя, даже не зная, куда бежит. Просто прочь, прочь отсюда, быстро по длинному коридору, по лестнице вверх к своей комнате… но что, если убийца спрятался там? Прочь, быстро по лестнице теперь уже вниз и снова по длинному коридору! Она оказалась перед святая святых – комнатой директрисы колледжа. Даже не постучавшись, она ввалилась внутрь и, дрожа, бросилась в объятия напуганной преподавательницы:
      – Констанс Морроу! Что бы ни случилось, возьмите себя в руки!
      – Пожалуйста… помогите мне!
      – Мое милое дитя, успокойтесь!
      – Я… я не могу…
      По поведению такой обычно веселой девочки строгая учительница начала понимать, что происходит. Неужели снова этот убийца, который, 'по-видимому, облюбовал их школу?! Когда Констанс без слов положила измятый листок бумаги ей на письменный стол, она поняла, что он снова нанес удар. Директриса быстро пробежала глазами письмо и тут же схватилась за телефон. Даже не подумав, к каким фатальным последствиям могут привести ее поспешные действия! Она известила двоих людей: мать Констанс и начальника городской полиции.
      В первое мгновение миссис Морроу не поняла, о чем идет речь. Угрожающее письмо как бомба настигло ее в Энгельвуде, обширном поместье семьи в НьюДжерси. Уже несколько недель она деятельно занималась подготовкой к свадебным торжествам и настолько перетрудилась, что могла взорваться по любому мелкому поводу, А тут – такое! И что она может сделать? Ее муж опять где-то шляется, когда он так нужен! Несколько дней назад он отправился куда-то в Мексику и совершенно недосягаем – якобы выполняет важное политическое задание…
      Точно так же, как ее дочь полчаса назад, миссис Морроу потеряла всякое соображение и бездумно бросилась прочь из дома. «Держи рот закрытым!» Нет, этого от нее никто не может требовать! Она должна с кем-нибудь поделиться. Пусть кто-то другой разберется, что делать, – не она!
      И тогда обезумевшая мать обратилась к единственному мужчине по соседству, которому чрезвычайно доверяла: своему будущему зятю, герою, прославленному на весь мир, который скрывался в поместье Морроу от журналистов. Его звали Чарлз Линдберг.
      Чарлз Линдберг! Этот отчаянный молодой человек, который два года назад – 21 мая 1927 года – первым перелетел на самолете через Атлантику! Мировая сенсация!
      Позднее похищение ребенка Линдбергов в 1932 году тоже стало мировой сенсацией. Трагическая история, которая тоже была приписана «безымянному убийце». Многие помнят об этом или по крайней мере что-нибудь слышали. Но почти никто не знает предысторию, которая разыгралась тремя годами ранее: будущая золовка Линдбергов, Констанс Морроу должна быть похищена и убита, если не удержит рот закрытым и не принесет по первому требованию вымогателя пятьдесят тысяч долларов.
      Пятьдесят тысяч долларов – точно такая же круглая сумма была впоследствии потребована за жизнь сына Чарлза Линдберга.
      Миссис Морроу была убеждена, что сделала правильно, когда доверилась жениху своей дочери. Мужчина, которому удалось на смехотворно крошечном аэроплане перелететь через Атлантику, которого ничто не могло сломать, не спасует перед такой опасностью! Мужчина будет действовать быстро, не теряя самообладания. Он определенно тот самый подходящий человек!
      Кроме того, миссис Морроу не имела никакого другого выбора: ведь незадолго до свадьбы вся печать буквально сошла с ума по Линдбергу! Буквально целая армия репортеров со всего света осаждала семейное поместье в Энгельвуде. Упорно и… напрасно с того момента, как Чарлз и Анна спрятались. Также несколько истеричных папарацци пытались пробраться в Милтон-колледж в надежде вытянуть какую-нибудь трогательную историю от малышки Констанс, что-нибудь вроде: «Мой зять и моя сестра – одинокий орел и воркующая голубка».
      Как сможет бедная девочка в таком бедламе удержать рот закрытым? Констанс проговорится, это наверняка. И тогда она – покойница!
      Линдберг долго не размышлял и действовал очень решительно. Сперва он позвонил директрисе колледжа, чтобы выяснить еще какие-нибудь подробности, так как из лепета миссис Морроу ничего толком разобрать было нельзя. И как только он все узнал, то тут же вышел из себя! Как могла преподавательница рассказать обо всем полиции?! Позже, когда все уже будет позади, она обязательно ответит за это неслыханное проявление слабости. Позже. А сейчас злиться не имеет смысла. От этого один только вред.
      Затем Линдберг связался с Джеймсом Треверсом, тем самым, уже знающим о письме начальником полиции. С самых первых слов между двумя мужчинами возникло острое противостояние:
      – Мистер Линдберг, мы хотим держать это дело в строгом секрете и заманить убийцу в ловушку. Это единственный способ с ним разделаться!
      – Она вообще не будет никакой приманкой для заманивания в ловушку! Она должна быть в стороне от этого! Так решила семья!
      – Слишком поздно, мы должны учитывать и интересы всего колледжа!
      – Нет уж! Это дело не имеет никакого отношения к колледжу, а только к моей золовке!
      – Все ученицы в опасности, пока мы не поймаем убийцу! Он уже убил одну из трехдевушек, и с большой вероятностью – всех троих.
      – Вот именно! И Констанс не будет четвертой! Держитесь от этого дела подальше! Я увезу Констанс! И только на самолете! Я увезу свою невесту, свою тещу и Констанс в надежное место! На остров!
      – Линдберг, вернитесь на землю! Мы сейчас не над Атлантикой! Как вы думаете, что произойдет, если вы поступите так безрассудно? Целая толпа журналистов будет штурмовать ваш остров, и убийца сразу же поймет, что малышка проговорилась! Да, и тогда он совершенно спокойно сможет подготовить убийство, скрывшись в толпе!
      – Никто не знает, куда мы полетим! Меня будут преследовать, это я понимаю, но все равно у меня останется преимущество во времени, чтобы спрятать Констанс!
      – А потом?! Как долго вы намерены ее укрывать? Неделю? Месяц? Год?
      Этот аргумент сразил Линдберга, и он позволил Джеймсу Треверсу себя убедить, но только поспешил его предупредить: до 1 мая Констанс ничего не угрожает. Если, конечно, убийца не заметит, что она проговорилась! Поэтому она должна оставаться в колледже и вести себя так, словно ничего не произошло. И никто не должен за ней следить. Это может встревожить вымогателя. Линдберг будет с ней созваниваться… да, это поможет малышке, если она будет знать, что он заботится о ней, он, великий герой!
      Прошло две недели, прежде чем К-онстанс нашла второе письмо в своем шкафчике. Указания были четкими и подробными: в такой-то день, в определенное время девушка должна перебросить деньги через ограду в одном саду. Убийца придумал для Констанс невероятно сложный маршрут через весь город. Она должна многократно пересаживаться с одного автобуса на другой, и к письму прилагался длинный список маршрутов, остановок и временных интервалов.
      Между шефом полиции Джеймсом Треверсом и национальным героем Чарлзом Линдбергом вновь разгорелась словесная перепалка:
      – Мистер Линдберг, мы поставим наших людей на всем пути Констанс. В каждом автобусе, на каждом углу, повсюду девушку будут сопровождать полицейские! И убийца ничего не заметит!
      – Об этом не может быть и речи! Я считаю, что это слишком рискованно! Ночью я заберу Констанс из колледжа, и мы улетим прочь. Ночью! Это мое последнее слово.
      – Подождите немного, мистер Линдберг, мне пришла в голову одна идея! Давайте пойдем на компромисс: Констанс покинет колледж в предыдущую ночь, о'кей… Я все понимаю! Мы поместим в ее комнату молодую девушку, добровольного помощника полиции. Она принесет деньги на следующий день. Но вы должны мне обещать вот что: вы с Констанс останетесь в Энгельвуде и не будете и носа оттуда высовывать! Вы никуда не улетите, пока убийца не окажется у меня в руках! Если он что-нибудь заметит, то Констанс, считайте, уже мертва! Поймите это наконец!
      – Хорошо! Я подожду – но только один день! Если вы до окончания этого срока не схватите негодяя, мы с Констанс улетим. Один день, вы слышите? И ни минутой больше!
      – Я сделаю все, что возможно. Будем надеяться, что преступник окажется хорошо воспитан и прибудет на место вовремя!
      В ночь на 18 мая 1929 года в колледже, в обстановке повышенной секретности, одну девушку заменили другой. Добровольная приманка полиции поселилась в комнате Констанс, а мужественная пятнадцатилетняя девушка, которая на протяжении нескольких недель столь мастерски играла свою роль, была перевезена в Энгельвуд под надежной охраной. Это было очень опасное предприятие, но прекрасно спланированное и проведенное, так что убийца ничего не заметил.
      На следующий день, в девятнадцать часов десять минут – строго по указаниям из письма – лже-Констанс покинула колледж с пакетом денег в руках. Полицейская машина заработала. Все шло по плану в точности до минуты, даже секунды.
      Было уже довольно темно, когда она наконец добралась до маленькой, отдаленной от центра города улочки, где должна была перебросить пакет через стену. Улица кишела полицейскими – но совершенно незаметно для постороннего глаза! У шестого фонаря она остановилась, подождала пять минут ив назначенном месте перебросила деньги через двухметровую стену. Готово! Затем она развернулась и бросилась бежать, как, несомненно, поступила бы на ее месте настоящая Констанс.
      Пакет упал на заросшую сорной травой землю в саду. Полицейские могли наблюдать через бинокли, что творится вокруг. Но ничего не происходило. Прошло четверть часа, полчаса, час… по-прежнему ничего. Стало совсем темно. Судя по всему, преступник спокойно ждал где-то неподалеку. Он мог себе это позволить. Джеймс Треверс, в свою очередь, тоже мог подождать. Два-три дня. Почему бы и нет? Ведь деньги лежат в саду под более надежной охраной, чем в любой сокровищнице! Но… «Только один 'день…» – сказал Линдберг. Значит, до утра. Времени в обрез.
      Ночь, казалось, тянулась бесконечно. Время как будто остановилось.
      Когда настало новое утро, весь город проснулся со свежей новостью на устах, только что отпечатанной в газетах. И на этой маленькой улочке тоже показался мальчишка, который вскочил ни свет ни заря, чтобы продать мировую сенсацию:
      «Ночной полет Чарлза Линдберга! За неделю до собственной свадьбы Линдберг улетает в неизвестном направлении! С ним улетели миссис Морроу и ее две дочери, Анна и Констанс! Наш корреспондент следует по пятам! Все подробности в следующем выпуске! Ночной полет Чарлза Линдберга! За неделю до собственной свадьбы!…» Черт его побери!
      Джеймс Треверс кипел от возмущения. Все напрасно! Операция сорвана. Теперь убийца ни за что не подойдет к этим деньгам. Чертов Линдберг! Он ведь даже послал телеграмму в американское посольство в Мехико, чтобы убийцу было еще сложнее поймать! И теперь мистер Морроу где-то на пути к Вашингтону… Все это негодующий шеф полиции изложил своим подчиненным в собственном бюро:
      – Летающий идиот! Да, вот кто он такай! Тояве мне, птичка! Одинокий орел! Посмотрим, как ему будет одиноко на этом затерянном острове!
      Когда Одинокий Орел опустился на водные шаеси у маленького одинокого островка Северный Хейвен, все было спокойно. Просто идиллическая вечерняя тишина. Но стоило Линдбергу вместе со своими пассажирками показаться на мостике, как во всех укрытиях на берегу закопошились спрятавшиеся журналисты. Его поджидали!
      Только теперь Линдберг наконец понял, что полицейский был прав. Из-за этих охотников за сенсациями Констанс оказывается еще в большей опасности, чем была. И все по его вине! Теперь ему стало ясно, что значит быть «национальным героем» и какую фатальную роль может сыграть его популярность. Он должен лететь, лететь куданибудь в другое место. Этот ночной полет напоминал кошмар. Сперва он попытался приводниться у ХемстедХарбора, но прямо оттуда взлетел в направлении ХендиПойнта. Там покружил над посадочной полосой, но был вынужден выйти на крутой вираж и направиться^ МанхассетБею. Но повсюду было одно и то же, У него не было ни малейшего шанса попасть куда-то, где его бы не. ждали. Шла беспощадная травля.
      Что же случилось у Одинокого Орла? – волновало журналистов. Почему он улетел вместе с семьей Морроу за неделю до своей свадьбы, как беглец?
      У Линдберга не было выбора, ему нужно было заправиться горючим. А это значило – обратно в Энгельвуд. Было уже совершенно темно, когда он закружил над поместьем Морроу, но это не дало ему ни малейшего преимущества перед преследователями. Им не нужно было совершать посадки вслепую, не нужно было так рисковать, ведь они шли за ним по земле. Энгельвуд был заполнен, как какой-нибудь стадион. Спасибо домашним и одному другу, который прибыл в Энгельвуд, когда узнал о полете: благодаря им Линдбергу и трем женщинам, Констанс в том числе, удалось пройти в дом невредимыми.
      Но что делать теперь? Одно ясно: убийца ждет своего часа, затерявшись в толпе.
      Теперь был только один выход. Если это поможет… Своре надо кинуть кусок пожирнее! И поэтому на следующий день Линдберг позволил «проскользнуть» в газеты такой информации: якобы «он в тесном семейном кругу тайно сочетался браком с Анной Спенсер Морроу и направился со своей женой в свадебное путешествие. Бессмысленный ночной полет был только отвлекающим маневром, чтобы в пылу сражения им самим уехать на автомобиле…» В мгновение ока Энгельвуд опустел. Получилось! Теперь, наконец, Джеймс Треверс мог охранять малышку Констанс по своему методу.
      И весьма успешно, если судить по тому, что через три года, 1 мая 1932 года, девушка счастливо и безмятежно жила в Милтон-колледже и готовилась к выпускным экзаменам. В этот день Констанс узнала, что ее маленький племянник – Чарлз Линдберг-младший, «дитя нации» – похищен.
      Труп нашли 12 мая, точно в тот день, когда его жизнь должны были выкупить за пятьдесят тысяч долларов.
      Линдберг хотел ее спасти. По-своему, на авантюрный лад.
      Одинокий Орел хотел пролететь над всеми горами мира… Но теперь ему было некуда лететь.

Часть вторая

ДВЕРЬ В ЗАЗЕРКАЛЬЕ

 

ТЕНИ ВТОРОЙ МИРОВОЙ

 
       Рассказывает А. Борисов
 
      С Алексеем я познакомился несколько лет назад, но до сих пор не знаю ни его фамилии, ни адреса… Доподлинно известно лишь то, что он москвич, и то, что каждое лето вместе со своими товарищами Алексей выезжает на места былых боев Великой Отечественной… Появляется и исчезает Алексей неожиданно. Вот и теперь он позвонил неожиданно…
      – Давай встретимся… Есть разговор, -многообещающе сказал Алексей и повесил трубку.
      Сразу замечу, что Алексей с товарищами не охотники за оружием, – на этот вид находок в компании Алексея наложено табу – «Оружие не брать!». Желанными же находками являются: воинская атрибутика, предметы быта: ножи, бутылки, фляги и прочая мелочь… В почете и неожиданные в местах боев находки – так, в позапрошлом году Алексей нашел в разрытом блиндаже россыпь довоенных немецких значков… Видать, потерявший их немец был завзятым коллекционером!
      В этих походах по местам, так сказать, боевой славы с ним и его товарищами частенько происходят как курьезные, так и странные, а где-то и страшные случаи…
      Через полчаса после телефонного разговора мы уже сидели в скверике возле «Макдоналдса», что у метро «Пушкинская».
      – Алексей, как вы съездили в этом году?
      – Да неплохо… Снова, как и год назад, работали в Брянских лесах, в верховье реки Жиздры, где почти полтора года с зимы 1942-го по конец лета 1943 года стоял фронт…
      – Были интересные находки?
      – Находки у нас традиционные – наши и немецкие солдаты, навсегда оставшиеся в-русской земле, и предметы их быта…
      – И сколько вы откопали в этом году?
      – Отрыли шестерых наших и одиннадцать немцев, причем четверых солдат вермахта в заваленном блиндаже на берегу реки Жиздры… Как бомба или снаряд попали туда, так они там все и остались. Стали мы аккуратно рыть… Почва там песчаная – работать легко. Разрыли накат, перепилили бревна и отрыли истлевшие немецкие сапоги с торчащими из них костями… Стали рыть аккуратнее… Вот тазовые кости, позвоночник, ребра… Потихоньку и остальных отрыли… Четверых… Один, видимо, был офицер – с крестом… Пока работали, потихоньку стало смеркаться… Мы оставили скелеты возле ямы, а сами расположились метрах в двухстах, на полянке…
      А вот ночью стало происходить черт-те что! Мы народ привычный… Спать в Лесу нам не впервой… Но тут… Такого еще не было! Ночью нас разбудил дежурный – Валера. «Ребята, – говорит, – что-то происходи», а что – не пойму!» Мы повскакали… Слушаем… А там, за лощиной, где мы копали, слышны немецкая речь, немецкие марши, смех, лязг гусениц… Мы, честно говоря, перепугались… Собрали, вещички и отошли к реке – это с полкилометра… Там до утра и просидели…
      – Но к блиндажу-то вернулись?
      – Да, конечно. Утром пошли снова туда… Все на месте… Ничего не тронуто… Лежат скелетики, как мы их и оставили… Но чуть дальше прошли, а там… Танковые ямы…
      – Это еще что?
      – Укрытия, в которых стояли танки… И самое поразительное – свежие следы гусениц!!! Мох весь изрезан, словно только вчера здесь какие-то «пантеры» ездили!
      – Может, какие-то местные трактористы развлекались?
      – Если бы! Там до жилья ближайшего километров десять! Глухомань! Даже не знаю, что и подумать! Следы явные – ночью танки ходили… Да мы и рев двигателей слышали… Мистика!
      – А с немцами-то что сделали?
      – Похоронили, как положено. Так в общей могиле их и зарыли… Правда, и тут не обошлось без приключений…
      – Еще что-то?
      – Да! Мы все вообще-то приучены к останкам относиться с почтением, аккуратно… Но новичок наш Константин – первый раз с нами был… Как бы это выразиться – был несколько беспечен и непочтителен к останкам…
      – В чем это выражалось?
      – Да он рыбак, везде с удочкой телескопической ходил… Он кости этой удочкой трогал да ногой пару раз их ворошил, хотя мы его и осаживали…
      – И что?
      – А то, что, когда мы вечером снова к реке возвращались, он споткнулся, что называется, на ровном месте… Удочку сломал и пальцы на ноге сильно ушиб… Причем той самой, что кости трогал! До сих пор хромает…
      – Может, совпадение?
      – Какие тут совпадения?! Удочкой трогал? Трогал! Сломалась! Ногой трогал? Было дело! Ногу тоже повредил… Я-то сам давно понял, расплата неминуема, если это касается мертвых…
      – А еще какие-то подобные случаи были?
      – Да… Как-то опять заночевали прямо среди леса. Стемнело… Ночью заметили метрах в ста пятидесяти от стоянки странное свечение. Утром подошли к тому месту. Стали искать. Заметили верхнюю часть каски… Разрыли… Двоих нашли -одного на другом… Тоже немцы… Один другого, видимо, из-под огня тащил на себе, да не донес – самого убили… Вот так! Похоронили обоих…
      – А что-то подобное, типа лязга гусениц, раньше было?
      – Нет, я восемь лет хожу, а это впервые! А вот стоны в лесу по ночам часто слышим… Это постоянно… Каждый год такое случается… И всегда где-то неподалеку находим непохороненных солдат.
      – Может, кажется?
      – Да нет! Людей надо хоронить по-человечески… А тут где солдат был убит, ранен… как упал, так до сих пор и лежит… Сколько их – и наших, и немцев по оврагам и лощинам непохороненными лежат… Вот в прошлом году овражек нашли – там наших человек пятнадцать, а может, и более до сих пор лежат… Как их в лощине побили, так они там и остались… Да били, видать, крепко… Каски – в лепешку! Копнешь – фаланги пальцев, обломки костей, истлевшее обмундирование! А оружие – винтовочкитрехлинейки. Кругом воронки от мин… А рядом на горушке, которую им, видать, взять приказали, – груда немецких гильз, ящики из-под мин валяются… И ни одной воронки! Это получается, с голыми руками на пулеметы и минометы шли! Ужас!
      – Где ты научился читать «картины» боя?
      – Эх… Сколько лет уже хожу по лесам – глаз наметан… Да и не один я, все вместе «читаем».
      – Какие планы на будущее?
      – В 1997 году поедем в другие места… Куда-нибудь поближе к северу… В район Нелидова, Великих Лук – там тоже бои были, дай боже! Да и места поглуше, чем под Брянском… И вообще слишком много появилось копателей! «Черные» ведь могут и убить… Им оружие надо… А у нас другие цели… Кстати, вот тебе сувенирчик! Пока!

  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24