Современная электронная библиотека ModernLib.Net

Нора

ModernLib.Net / Исторические любовные романы / Палмер Диана / Нора - Чтение (стр. 15)
Автор: Палмер Диана
Жанр: Исторические любовные романы

 

 


— Я заставил Элен написать твоим родителям еще раз и рассказать о твоей болезни, — осторожно объяснил мистер Тремейн. — Они — не бессердечные люди, Нора.

Поколебавшись минуту, молодая женщина вскрыла конверт. Это была рождественская открытка, очень красивая и очень дорогая. Развернув ее, Нора сразу узнала почерк матери.

«Мы с отцом с грустью узнали о том, что ты была тяжело больна, — писала Синтия. — Если ты хочешь вернуться домой, Нора, твой отец не против принять от тебя извинения. Обязательно напиши ему, дорогая. С любовью, твои родители».

Нора долго молчала, затем медленно поднялась и направилась на кухню. Там она открыла дверцу печи и бросила открытку в огонь.

— Я… понимаю, — пробормотал Честер.

Вернувшись в гостиную, молодая женщина опустилась в кресло.

— Мой отец желает, чтобы я принесла ему свои извинения, — объяснила она. — Я не рассказывала вам, что он ударил меня по лицу, когда мы с Кэлом объявили, что хотим пожениться. Отец был недоволен моим выбором.

Честер помрачнел.

— О, моя дорогая! Я представления не имел, иначе я никогда бы…

Нора успокаивающе подняла руку.

— У меня было слишком много секретов.

— Ударить женщину в твоем положении! — Честер разгневался. — А как поступил Кэл?

— Он свалил отца с ног и не позволил ему больше ни разу дотронуться до меня, — ответила Нора, с рассеянной улыбкой вспоминая ту сцену. — Это было так неожиданно. Кэл и мой отец…

— Какой молодец Кэл, — пробормотала Мелли, а ошеломленная миссис Тремейн согласно кивнула головой.

— С моим отцом никогда и никто так не разговаривал, — продолжала Нора. — Я предполагаю, он до сих пор злится на то, что его проучил простой ковбой. — Глаза молодой женщины блеснули. — Вам стоило на это посмотреть! Кэл в кожаной куртке с бахромой, в сапогах и поношенной черной шляпе, с револьвером на боку… — Нора тихо засмеялась. Глаза ее наполнились любовью, когда она вспомнила, как красив был Кэл в тот день. — Моя мать приняла его за грабителя.

Все рассмеялись, и Нора почувствовала облегчение. Боль, которую причинила ей открытка, отступила.

— Ты, конечно же, не собираешься просить прощения? — спросила тетя Элен.

— Прощения? За что? — удивилась Нора. — За то, что я потеряла ребенка, мужа и едва не умерла? — молодая женщина покачала головой. — Мой отец никогда не изменится, но я стала другой. Я не желаю извиняться и не желаю возвращаться в Вирджинию. В конце концов, здесь у меня есть работа!

Все рассмеялись еще веселее при виде самодовольного озорного лица Норы. Она не призналась родственникам, что у нее есть еще одна причина не возвращаться в Ричмонд. Если Кэл Бартон когда-нибудь появится на ранчо, она должна ждать его здесь. Этот человек принес ей много горя, но она любит его всем сердцем. Для миссис Бартон не имеет значения, испачканы ли сапоги мужа и выглажена ли его рубашка. Нора очень хотела, чтобы Кэл вернулся и увидел, какой она стала.

После Рождества Кэл, не находя себе места, слонялся по ранчо Латиго еще пару дней. Он сожалел, что в письме к Тремейнам не указал обратного адреса. Адвокат их семьи Уилпоу не получил никаких сообщений ни от Норы, ни от ее родителей. Это могло быть и хорошо, и плохо. Кэл беспокоился, что жена могла заболеть снова, а ему ничего не известно об этом.

— Мне пора ехать, — объявил он на следующий 'день после обеда. Кэл чувствовал себя посторонним в семье, во время празднования Рождества сердце его рвалось в Тайлер.

— Хочешь вернуться на свою нефтяную вышку, как я догадываюсь? — с усмешкой спросил Аллан. Младший брат приехал домой на Рождество очень загадочным. — Я отправлюсь с тобой, а в Бомонте пересяду в поезд на Батон-Руж.

— Должно быть, она — настоящая леди, — пошутил Кинг.

— Именно так. Весной я привезу свою невесту сюда. Неожиданное сообщение Аллана отвлекло всех от сложных семейных проблем Кэла и избавило того от неизбежных объяснений. Однако вопросы эти все же были заданы старшим братом, когда Кэл и Кинг стояли у загона, наблюдая, как работник укрощает молодую кобылу.

Прежде чем заговорить, Кинг закурил сигарету.

— Ты причинил много страданий своей молодой жене, не так ли? — задал он вопрос.

Кэл взглянул на брата, не удивляясь тому, что Кинг хорошо понимает его. Они были похожи не только внешне, но и по характеру. В детстве это приводило к ужасным дракам, но сейчас между братьями существовала особая близость.

— Да, — признался Кэл.-Я наговорил много жестоких и непростительных слов.

— И ты боишься встретиться с женой, потому что она может отказаться выслушать тебя? Кэл иронично усмехнулся.

— Думаю, что так.

Кинг стряхнул пепел с сигареты.

— Мне лучше, чем кому-либо известно, каким неправым можно быть по отношению к женщине. Я был настоящим дьяволом, но, к счастью, прощен. Я едва не потерял Амелию. Это сильно изменило мой характер.

Кэл скрутил себе сигарету, подыскивая слова.

— Случившееся заставило и меня измениться, — наконец, произнес он, зажигая спичку. — Я никогда раньше не думал, что захочу иметь жену и детей. Но сейчас я бы все отдал, чтобы получить еще один шанс.

— Поезжай к ней, — рассудительно посоветовал Кинг. — Узнай, как чувствует себя твоя жена. Кэл грустно улыбнулся брату.

— Возможно, ее отец встретит меня с местным констеблем. Я нанес ему тогда хороший удар.

— На этот раз оденься, как положено джентльмену и веди себя соответственно!

— Я считаю, что одежда и происхождение не должны иметь значения, если женщина по-настоящему любит тебя.

Кинг нахмурился, вспомнив, какие стычки были у них с Амелией прежде, чем они поженились. Теперь жена обожала его.

Молчание брата, поглощенного своими мыслями, заставило Кэла пристально взглянуть на него.

— Это не должно иметь значения, не так ли? — настаивал он.

Кинг отвел глаза.

— Поезжай и повидайся с женой, прежде чем что-то решать. Нужно знать наверняка.

Кэл докурил сигарету, бросил ее на землю и вдавил каблуком в грязь.

— Тебе повезло, — резко заявил он.

Глаза Кинга затуманились воспоминаниями.

— Не сразу. Дорога вначале была каменистой. Некоторое время Амелия ненавидела меня. Это были тяжелые дни, — Кинг тихо засмеялся. — Но сейчас… Сейчас мне может позавидовать любой мужчина в мире! О, Боже, как я люблю ее, Кэл1

Чувство, прорвавшееся в голосе брата, заставило Кэла позавидовать Кингу. Слепому было ясно, что и Амелия боготворит мужа. Кэл надеялся, что они проживут счастливо долгие годы.

— Я возьму билет до Ричмонда, — немного погодя сообщил Кэл, вопросительно посмотрев на брата. — В один конец.

— А я купил бы два обратных билета, — проворчал Кинг. — И затащил бы ее в поезд, даже если бы она дралась и кричала. Потом, успокоившись, вы разобрались бы во всем.

Кэл рассмеялся. Они с Кингом были очень похожи, в детстве терроризируя бедного Аллана. Возможно, именно поэтому младший брат выбрал для себя совершенно иную карьеру, не присоединившись ни к одному из них. В отсутствие братьев Аллан чувствовал больше уверенности в себе.

Кинг хлопнул Кэла по спине и повернул к дому.

— Я отвезу тебя в город.

— Похоже, я действительно уезжаю, — заметил Кэл. Старший брат кивнул.

— Так как ты все равно едешь через Тайлер, сделай там остановку и навести Тремейна. Узнай, как у него дела. Скажи, что тебе стало известно о том, что синдикат полностью удовлетворен его успехами. Это подбодрит старика.

— Мне крайне неприятно обманывать Честера, — нахмурился Кэл.

Кинг пожал плечами.

— Это пойдет только на пользу.

— Надеюсь, что так, — неохотно уступил Кэл. Ему не нравилась мысль о том, что придется снова встречаться с семьей Тремейнов. На ранчо воспоминания о Hope будут мучить его с новой силой. Сам он ограничился бы тем, что послал Честеру Тремейну телеграмму с уведомлением.

День спустя Кэл попрощался с Алланом и сошел на станции Тайлер. Поезд следовал дальше в Луизиану. Наняв лошадь, Кэл отправился на ранчо Тремейнов.

Было холодно, как часто бывает в декабре даже в Восточном Техасе. Впереди простирались голые поля, но, к счастью, в этом году корма для скота были запасены, благодаря использованию комбайнов и тракторов, которые Честер Тремейн приобрел по настоянию Бартона. Кэл отметил про себя признаки процветающего хозяйства и понял, что синдикат Калхэйнов может быть» доволен достигнутым прогрессом.

Ранее Кэл телеграфировал Пайку, очень обрадовавшись, что запасные части для буровой уже прибыли. Пайк наладил оборудование и приступил к работам. Правда, были сложности с грязью, которая забивала ствол шахты, но по совету одного из изыскателей Пайк устроил отводной клапан, и проблема была решена.

Небольшие месторождения нефти и газа были обнаружены в Глэдис-Сити, но в Спиндлтон-Хилл геологи обещали огромные залежи. В этом районе шли серьезные бурильные работы по новейшим технологиям, несмотря на мнение некоторых предубежденных специалистов, что нефти там нет.

Кэл и Пайк не хотели верить этим предсказаниям. Близкие друзья Кэла с крупного нефтепромысла в Кор-сикане и те вложили инвестиции в его проект. Кэлу не хотелось думать, что и следующая скважина окажется пустой. На этот раз, твердил он себе, они обязательно найдут нефть.

По пути в Вирджинию Кэл планировал заскочить на пару дней в Бомонт и посмотреть, как идут работы на буровой и как действует клапан. Он долго проработал на нефтепромысле в Корсикане, поэтому неплохо разбирался в работе бурильщиков.

Когда Кэл подъехал к дому Тремейнов, там было тихо и пусто. Он передал поводья конюху, взошел на крыльцо и постучал.

Сказать, что Честер был поражен, увидев своего бывшего помощника, было бы преуменьшением. Действительно, Кэла трудно было узнать — в темном костюме с галстуком, в модной шляпе и ботинках тот скорее походил на преуспевающего бизнесмена, чем на ковбоя, который несколько недель назад покинул ранчо. Честер горячо потряс руку Кэла, встречая его словно долго отсутствовавшего сына.

— Мы как раз собирались обедать. Входи, Кэл, присоединяйся к нам. Как ты поживаешь? Как у тебя дела? — радостно засыпал гостя вопросами Честер.

— У меня все в порядке, мистер Тремейн. Похоже, что и у вас дела идут неплохо, — добавил Кэл. — Хозяйство процветает, доходы растут.

— Да, ты мог бы сам убедиться, если бы посмотрел балансовые отчеты. Ты не захочешь вернуться на свое прежнее место? — спросил Честер, с надеждой посмотрев на Кэла. — Я еще никого не взял помощником управляющего.

— Нет, спасибо. Сейчас у меня другие планы.

В столовой Элен накрывала на стол. Кэл снял шляпу и с улыбкой поприветствовал хозяйку.

Широко раскрытыми глазами миссис Тремейн смотрела на гостя, словно на привидение. Она сделала предостерегающий знак мужу, но тот не обратил на это никакого внимания и пригласил Кэла к столу.

Минутой позже, не замечая, что в столовой появился гость, торопливо вошла Нора. На ней был перепачканный фартук и старое платье. В одной руке молодая женщина держала блюдо с жареной говядиной, а во второй миску с соусом. Она поставила блюда на стол, охнув, когда одно чуть не выскользнуло у нее из рук, и только потом подняла глаза и увидела на противоположном конце стола мужа. Нора сначала побелела, затем покраснела, ее охватила дрожь, а сердце бешено забилось.

Кэл, стиснув зубы, поднялся из кресла. От него не ускользнуло то, как Нора одета и чем занимается. Он понял, что его жена живет в доме Тремейнов на положении служанки. От гнева Кэл задрожал и бросил свирепый взгляд на хозяина.

— Не потрудитесь ли объяснить мне, мистер Тремейн, что все это значит? — резко обратился он к Честеру. В голосе его прозвучало такое высокомерие, что все были смущены.

— Почему ты не спросишь об этом меня? — вмешалась Нора, гордо выпрямившись и стараясь сохранить выдержку. Она разгладила свой перепачканный фартук и спокойно взглянула на мужа. — Я занимаюсь хозяйством, чтобы заработать на свое содержание. Я не захотела возвращаться к родителям.

Приятное известие не смягчило гнев Кэла.

— Ты все еще — моя жена, — раздраженно заявил он.

Брови молодой женщины удивленно поползли вверх.

— Разве? Только подумайте! А я считала, что ты навсегда исчез с горизонта.

— У тебя был адрес моего адвоката, — холодно возразил Кэл.

— Я была слишком занята и не нашла времени связаться с адвокатом, — солгала Нора, вздернув подбородок. — Зачем ты приехал?

— Не для того, чтобы встретиться с тобой, — с ледяной улыбкой ответил Кэл. — Я остановился в Тайлере, чтобы узнать, как идут дела на ранчо, и чтобы передать мистеру Тремейну известие о том, что синдикат очень доволен его успехами. Во время одной из поездок я… э… виделся с представителем Калхэйнов.

Честер вспыхнул от удовольствия.

— Это замечательно! Нора сняла фартук.

— Если у вас найдется время, пообедайте с нами, холодно пригласила она мужа. — Через минуту я закончу накрывать на стол.

Молодая женщина вернулась на кухню. Кэл встал и направился за ней, не извинившись и не попросив разрешения у хозяев.

Нора накладывала бисквиты на большой поднос. Она обернулась, когда муж вошел в кухню и закрыл за собой дверь.

— Я сейчас занята, — резко проговорила Нора. Кэл прислонился к косяку, внимательно рассматривая жену. Нора выглядела похудевшей, но вполне здоровой, и была красива, как прежде. Кэл не мог оторвать от нее взгляда и, впервые с тех пор, как покинул этот дом, почувствовал, как спокойствие и мир нисходят в его душу.

— Лихорадка не повторялась? — спросил он. Нора коротко кивнула, продолжая укладывать бисквиты на поднос.

— Да, мне гораздо лучше. Я не вернулась в Ричмонд, однако мне не хотелось ставить моих родственников в неловкое положение и искать работу в городе. Я веду домашнее хозяйство, готовлю еду и живу в этом доме. Мелли весной выходит замуж. Она поехала в город со своим женихом мистером Лэнгхорном и его сыном за покупками.

— Я рад за Мелли, — Кэл скрестил руки на груди. — Я направляюсь в Бомонт, — сообщил он, не сказав, что собирался в Вирджинию, чтобы встретиться с ней. Нора не очень-то приветлива, но это не было чем-то неожиданным. Раны, которые он нанес жене, еще кровоточат в ее душе.

— В Бомонт? Зачем? — спросила молодая женщина.

— У меня есть лицензия на поиски нефти, — честно признался Кэл. — Именно туда я ездил на уик-энды. Сейчас мы с компаньоном бурим третью скважину. Первые две оказались пустыми. Но на этот раз мы обязательно найдем нефть.

Нора нахмурилась.

— В газете Бомонта упоминалось о незначительных успехах изыскателей. Однако, я слышала, один из известнейших ученых утверждает, что в этом районе не может быть крупного месторождения.

— А я говорю — есть, — весело заявил Кэл. — Мне доводилось работать на нефтепромыслах Корсиканы, прежде чем год назад я начал искать нефть в окрестностях Бомонта. Я купил лицензию на несколько сотен акров земли и набрал бригаду бурильщиков, которые сейчас там работают.

Нора была удивлена. Оказывается, она очень мало знала о своем муже. Ей не хотелось спрашивать Кэла, как он сумел организовать такое дорогостоящее предприятие. Вероятно, его компаньон — богатый человек.

Молодая женщина подошла к ящику со льдом, чтобы достать масло.

— Ты останешься пообедать? — вежливо поинтересовалась она. Кэл кивнул.

— Если это удобно.

— Тебе нужно спросить у тети, а не у меня. Я здесь только работаю.

Кэл вспыхнул.

— Ты — моя жена перед Богом, — резко произнес он. — Я не хочу, чтобы ты работала, словно бесплатная служанка.

Нора повернулась к мужу, ее красивое лицо было спокойно, но синие глаза очень красноречивы.

— Я — не бесплатная прислуга. Я зарабатываю на свое содержание. Ты уехал и бросил меня, — бесстрастно напомнила она.

Кэл сжал зубы.

— Мне хорошо известно, в каком состоянии ты была, когда я покинул ранчо. И хочу напомнить, что ты сама велела мне уходить, — добавил он резко. — Ты отказалась даже поговорить с тобой.

— Ты не пытался, — горячо возразила Нора. Кэл прислонился спиной к кухонной двери.

— Я был в отчаянии. Ты ничего не рассказывала мне о своей болезни, сказала только, что ждешь ребенка. Когда я вернулся с буровой, то узнал, что ты потеряла ребенка и сама при смерти. Что я должен был чувствовать?

Нора поморщилась.

— Могу себе представить, как ты был удивлен.

— Не удивлен, а в отчаянии, — поправил Кэл. — Я понял, что нанес тебе большой вред тем, что привез на ранчо и заставил вести суровую и непривычную для тебя жизнь. Ты была слишком хрупкой. Я чувствовал себя виноватым. Мне казалось, что уехав, я облегчу тебе жизнь. Я не виню тебя за то, что ты не захотела встретиться со мной, Нора.

Молодая женщина видела боль и страдание на лице мужа, взгляд ее смягчился.

— Лучшей жизни ты мне дать не мог, — тихо проговорила она и удивилась, заметив гримасу, исказившую лицо Кэла. — Больше всего меня злила моя неспособность делать самые простые вещи. Я не могла ни готовить, ни стирать. — Нора рассмеялась. — Зато теперь я научилась делать и то, и другое. Я больше не беспомощна. Несчастья закалили меня.

— Ты не должна была столько страдать, — с грустью заметил Кэл. — После того как ты отказалась поговорить со мной, я отправился в салун и сильно напился. По пути домой мне пришло в голову, что от меня мало толку на ранчо. Мне казалось, что без меня ты поправишься быстрее, поэтому я сел на поезд и направился в Бомонт. Я считал, что ты вернешься в Вирджинию и разведешься со мной.

Все было именно так, как она и представляла себе. Неудивительно, что Кэл не пытался связаться с ней. Нора вздохнула.

— Мой отец разрешил мне вернуться домой с условием, что я попрошу у него прощения, — сообщила она мужу. — А так как я считаю, что мне не за что извиняться, я все еще здесь.

Кэл помрачнел.

— Извиняться должен он, а не ты. Твой отец позорит честь мужчины.

Нора удивилась, такая мысль не приходила ей в голову.

— Да, действительно. И очень преуспевает в этом. До Кэла не сразу дошел мрачный юмор жены. Когда он понял, улыбка тронула уголки его крепко сжатых губ.

— Согласен, я тоже не был образцовым супругом. Нора накрыла салфеткой бисквиты, чтобы они не остыли. Ей было приятно чувствовать, что Кэл рядом. Жизнь снова показалась молодой женщине прекрасной.

— Я должна была предупредить тебя, что больна, — заметила она извиняющимся тоном. Глаза их встретились. — Если бы я была до конца честной с тобой, то избавила бы нас от многих бед.

— Мы оба не были искренними друг с другом, Нора, — тихо возразил Кэл.

Молодая женщина смотрела мужу в лицо и видела новые морщинки вокруг глаз и суровую складку, залегшую у губ. Кэл похудел и стал старше. Да, ему тоже пришлось страдать.

— Почему ты скрыла от меня правду о своем здоровье?

— Сначала потому, что недостаточно хорошо знала тебя и не могла делиться такими интимными вещами. А после мне показалось слишком жестоким сообщать молодому мужу, что его беременная жена неизлечимо больна, — Нора опустила глаза, — Тебе предстояло содержать на свою небольшую зарплату и меня, и будущего ребенка, — с болью закончила молодая женщина. — Я хотела оградить тебя от дополнительных тревог.

Кэл закрыл глаза и отвернулся, чтобы скрыть жгучую боль, которую приносили ему слова жены.

— А твои родители… они знали, что ты больна, и не смягчились даже после того, как ты потеряла ребенка? — спросил он.

— Да, родители знали о лихорадке, но я опозорила их. — Нора вдруг улыбнулась. — Зато теперь я умею гладить рубашки, — с гордостью сообщила она. — Я могу печь печенье, не засушивая бисквит, и бифштексы, которые тают во рту!

Ее радость смутила Кэла. Он страстно посмотрел жене в глаза.

— Меня совсем не сердило то, что ты не могла вести хозяйство, — хрипло произнес он. — Меня злило то, что по-настоящему ты не любила меня. Тебя не должно было волновать то, как я живу и что имею. Но ты относилась с презрением к моей жизни, к моей работе и даже к тому, как я одевался. Мне было больно, поэтому я и говорил тебе жестокие вещи.

Нора не знала, что ответить. Обвинения Кэла были справедливы. Она действительно говорила так и так считала. Но сейчас… Молодая женщина смотрела на мужа, и сердце таяло у нее в груди. Она любила его, хотела его, нуждалась в нем. Ей было все равно, беден он или богат, она согласна работать даже прачкой или кухаркой, только бы быть с ним рядом.

Это открытие не удивило Нору. Она так сильно любила этого мужчину, что ничто не имело для нее значения. Сложность заключалась лишь в том, что она не знала, как выразить свои чувства, не имела представления, как сказать о них.

Глава 16

Дверь в кухню открылась, привлекая их внимание. На пороге появилась миссис Тремейн. Переводя взгляд с одного на другого, пожилая женщина почувствовала напряжение, воцарившееся между супругами.

— А как же обед, Нора? — мягко напомнила она. Нора, наконец, пришла в себя.

— Обед? Ах, да, обед! — ахнула она. — О, тетя Элен, извините меня! Мы разговаривали, и у .меня все вылетело из головы.

Элен рассмеялась.

— Кажется, скоро мне снова придется готовить самой, — пробормотала хозяйка. — Если я правильно догадалась, ты уезжаешь от нас? — Она взглянула на Кэла, который сразу помрачнел — Конечно, вы заберете Нору с собой?

Как он может забрать жену с собой, если она никогда не согласиться поехать с ним, подумал Кэл. Он смотрел на Нору, и его серебристо-серые глаза задавали вопрос, который он не решался произнести вслух.

— Лагерь, где мы живем — очень неустроенное место, — неуверенно начал он. — Там грязно, нет никаких удобств, все очень примитивно. Там живут грубые мужчины, возможности уединиться практически нет. Сейчас стоит холодная и ветреная погода, а твое хрупкое здоровье, Нора… — Кэл почувствовал, как логично рассуждает, и грустно улыбнулся. — Было бы неблагоразумно везти тебя на место работ.

Нора почувствовала, как последняя надежда ускользает от нее.

— Но я сильная, — возразила она, ошеломив мужа горячностью своих слов. — Доктор считает, что даже если приступ лихорадки повторится, то он не будет угрожать моей жизни. И теперь я могу готовить. Кэл заколебался.

— Давайте сначала пообедаем, а затем вы все обсудите, -благоразумно заметила миссис Тремейн.

Нора и Кэл согласились. Молодая женщина закончила накрывать на стол, и позвала всех в столовую. Во время обеда разговаривали мало. Позже, когда Нора убрала и вымыла посуду, они с Кэлом уединились в гостиной, чтобы поговорить.

Кэл скрутил сигарету и закурил. Он снял пиджак и бросил его на диван. В белой рубашке, темных брюках и черно-белом, в тон костюму жилете Кэл казался совсем другим. Нора никогда раньше не видела его таким нарядным, она привыкла видеть мужа в джинсах из грубой хлопчатобумажной ткани, кожаной куртке и высоких сапогах. Странно, ей даже не пришло в голову спросить у Кэла, почему он выглядит таким процветающим, если у него нет работы.

Нора отвела взгляд от мужа, вспомнив, как приятно было лежать в его объятиях, как она сильно желала его.

— Я считаю на самом деле нецелесообразным увозить тебя сейчас с ранчо. Нора, — решился Кэл начать разговор, после того как раскурил сигарету. — Тебе здесь гораздо лучше. Более того, — добавил он неохотно, — если бы ты попросила извинения у своего отца…

— Никогда! — твердо заявила молодая женщина. — Это он должен просить прощение за то, что ударил меня и оскорбил моего мужа.

Брови Кэла удивленно поползли вверх, губы растянулись в довольной улыбке.

— Ты очень изменилась.

— Я вынуждена была измениться, — просто объяснила Нора. — Рассказать тебе правду о себе? Я вовсе никакая не любительница приключений и никогда ею не была. В Африке я жила с женами моих двоюродных братьев в роскошном особняке, пока мужчины развлекались охотой. Только один раз мне позволили посмотреть на охоту и только один вечер я провела в лагере. Именно тогда Эдвард Саммервиль, настойчиво ухаживая за мной, позволил себе неприличные отвратительные действия и разорвал на мне одежду. В результате, меня сильно искусали комары, и я заболела лихорадкой, которая теперь будет преследовать меня до конца жизни.

— Малярийная лихорадка? Нора кивнула.

— Но это не смертельная болезнь, так мне объяснили. Раньше я считала, что могу умереть в любую минуту, поэтому ничего и не сказала тебе. Я боялась за нашего ребенка.

Воспоминание причинило боль молодой женщине, и она отвернулась.

— Я тоже очень сожалею о ребенке, — тяжело вздохнув, произнес Кэл. — Я мог избавить тебя от тяжкого домашнего труда, Нора, я должен был нанять прислугу…

— Нет, ты не мог себе этого позволить, — возразила молодая женщина, не замечая виноватого выражения на лице мужа. — Кэл, нет смысла ворошить прошлое. Я всегда чувствовала, что вопросы жизни и смерти в руках божьих. Я очень переживаю из-за потери ребенка, но несчастья случаются со многими людьми, и они преодолевают их. Мы также должны справиться.

Кэл откинулся на спинку дивана и пристально посмотрел на жену своими светлыми глазами.

— Но есть вещи, которые ты не знаешь. — Он не знал, как рассказать Hope о себе так, чтобы она снова не возненавидела его.

Нора поправила подол платья.

— Мне хотелось бы отправиться с тобой в Бомонт.

— У меня там маленькая хижина, а бурильщики живут в палатках, расположенных совсем рядом. Мы там не сможем быть одни, и в домике только одна постель, — добавил Кэл напряженно.

Нора слегка покраснела.

— Понимаю.

Кэл задумчиво смотрел на свою сигарету.

— Конечно, ты могла бы пока жить в отеле в городе. Нора снова поправила платье.

— Да.

Кэл поднял глаза и посмотрел на жену.

— Даже в этом случае тебе будет труднее, чем сейчас. Мне нужно постоянно находиться рядом с рабочими на буровой вышке. Мне не хотелось бы, чтобы ты оставалась так далеко от меня одна, особенно ночью. Нет, Нора, это невозможно.

Синие глаза молодой женщины встретили его взгляд.

— Ты хочешь, чтобы я поехала с тобой?

На лице Кэла появилось напряженное выражение. Он затянулся сигаретой, взгляд его стал хмурым.

— Если ты хочешь услышать правду, то я хочу этого больше всего на свете.

Нора сразу же успокоилась, хотя была удивлена словами мужа.

— Это правда?

— Но что, если ты заболеешь? — озабоченно спросил Кэл.

— А что, если заболеешь ты? — возразила молодая женщина. — Тебе не грозит, конечно, лихорадка, но ты можешь простудиться и заболеть воспалением легких. Кто тогда будет ухаживать за тобой?

Кэл замер, дыхание его участилось.

— А ты… ты ухаживала бы за мной?

— Ну, конечно, а как же иначе? Я ведь — твоя жена, — простодушно ответила Нора. — И если ты возьмешь меня с собой, Кэл, я не останусь в Бомонте, — добавила она твердо. — Независимо от условий в лагере, я поеду с тобой на буровую вышку. Я не хочу больше расставаться с тобой. Я — твоя жена.

Его жена… Взгляд Кэла украдкой скользнул по фигуре молодой женщины и вернулся к ее прекрасному лицу. Сердце быстро забилось: он должен рассказать Hope обо всем, о своей семье, о своем прошлом. Но если сделать это сейчас, она, возможно, возненавидит его снова. Она поймет, что напрасно страдала, и во всем обвинит его.

Но если немного подождать, если увезти ее в Бомонт и наладить отношения, когда жена полюбит его, он расскажет ей правду…

Кэл наклонился к жене, забыв о сигарете, и изучающе посмотрел ей в глаза.

— Если я возьму тебя с собой, ты должна пообещать мне. Нора, что сразу же скажешь мне, если тебе станет тяжело. Твое здоровье — самое важное. И никакой гордости. Никогда не должно повториться то, что случилось.

— Очень хорошо.

Кэл молча смотрел в ее глубокие синие глаза, нежность переполняла его сердце.

— И если ты отправишься в Бомонт, -он помедлил, — ты будешь спать вместе со мной. Нора, — хрипло закончил он.

Щеки молодой женщины залил румянец, но она не опустила глаз. Взгляд ее скользил по лицу мужа, потом по груди, затем опустился ниже… и еще ниже.

— Очень хорошо, — застенчиво прошептала она. От неожиданности согласия все тело мужчины напряглось. Кэл вспомнил наслаждение, которое они давали друг другу. Слава Богу! Нора даже не пыталась скрыть своих чувств.

— Тогда собирай вещи, дорогая, — напряженно выдохнул он. — Я хочу, чтобы мы выехали до наступления темноты.

Улыбка преобразила лицо молодой женщины.

— Я пойду предупрежу тетю Элен, — она поднялась. Кэл тоже встал, возвышаясь над женой. Лицо его оставалось серьезно, глаза сверкали.

— Тебе будет нелегко. Даже домик на ранчо покажется тебе роскошью по сравнению с тем, что ждет тебя на буровой. Мужчины там грубы, женщин мало… и они… Фактически, перед моим отъездом из лагеря, мою команду посетил бордель, — откровенно признался он.

Синие глаза Норы расширились от удивления.

— О, как интересно! Мне никогда не приходилось видеть подобных женщин.

— Нора!

— Ты не должен возмущаться, — смело заявила молодая женщина. — Знаешь, любого интересуют некоторые вещи.

— Порядочная женщина не должна говорить так. Нора вздернула вверх подбородок и смело посмотрела на мужа.

— Ах, какой вы высокомерный сноб, мистер Бартон, — уколола она, но внезапно нахмурилась. В голове у нее мелькнула одна мысль. — А тот бордель…

— Мне не нравятся продажные женщины, — коротко отрезал Кэл. — Ты оскорбляешь меня.

— С самой первой нашей встречи ты только и делаешь, что оскорбляешь меня, — подчеркнуто возразила Нора. — И потом, я не заметила, что ты был невинным, Когда мы поженились, и даже раньше!

Плечи Кэла сотрясались от смеха, который он старался подавить.

— Ты похожа на сердитую маленькую курочку с взъерошенными перьями, — весело пошутил он.

Нора принялась поправлять растрепавшуюся высокую прическу.

— Я уже не тот робкий цыпленок, — сообщила она. — Тетя Элен не говорила тебе, что могу полностью управиться с птицей? Правда мне еще бывает немного не по себе, но, по крайней мере, такая перспектива не приводит меня в ужас.

Однако решимость молодой женщины не произвела ожидаемого эффекта. Казалось, каждый успех жены в домашних делах причиняет Кэлу боль. Он приблизился к Hope и осторожно взял ее за плечи, ощущая под пальцами теплую нежность ее кожи сквозь тонкий хлопок платья.


  • Страницы:
    1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19